Главная » Архив текстов » Интервью

Поделиться:     Закладки:     Мне понравилось:  


01:22
The GazettE: интервью об альбоме DIVISION для SHOXX vol.235

Интервьюер: Прежде всего, DIVISION — альбом, который вы выпускаете спустя недолгое время — 10 месяцев — после TOXIC. Должно быть, это необычно для the GazettE. Что вы чувствовали?
Аой: По завершении тура мы решили делать следующий альбом, и неожиданно все настроились на это.

Интервьюер: Вы не чувствовали давление в столь непродолжительной деятельности?
Аой: Как это было? Думаю, это зависит от людей.
Кай: Ах, возможно, так и было. *смеется*
Аой: Лично я на самом деле чувствовал давление. *горький смех* Но, наоборот, я думаю, все шло более или менее хорошо.

Интервьюер: Аой-сан, у вас до этапа продюсирования DIVISION было некое ощущение?
Аой: В конце концов мы делали альбом, готовясь к нашей 10-й годовщине, может, благодаря этому, я осознал что-то. В частности, говоря обо мне, так как я не тот человек, который быстро переключается с одного на другое, с точки зрения создания музыки, я подумал: «Было бы лучше, если б я мыслил «обычно»?» так же, как на протяжении этих 10 лет.

Интервьюер: Говоря о песнях с обновленной системой, вы доверили их другим участникам?
Аой: Понимаете? У меня нет задатков для такой музыки. *смеется* Даже если я пишу песни подобно тем, что the GazettE делают сейчас, с цифровыми элементами, они становятся фальшивками. Мне это не нравится. *смеется* По этой причине я подумал о создании песен, соответствующих сути этих 10 лет, с моей точки зрения. Более того, сначала мы говорили о разделении альбома на 2 части, поэтому будет ли возможно представить две крайности в их полноте?

Интервьюер: Понятно. Говоря об этом, Уруха-кун, какую позицию вы заняли, двигаясь в направлении новой работы?
Уруха: На самом деле, когда мы закончили TOXIC, какая-то часть меня почувствовала, что чего-то не хватает. Именно тогда я впервые осознал, что запись завершена. Поэтому в этот раз, когда нам нужно было приступать к следующей работе, я подумал: «Мы ведь делаем нечто усовершенствованное, проверяя все тщательнее, чем в прошлый раз?»

Интервьюер: Однако, по завершении TOXIC даже во время турне VENOMOUS CELL вы, кажется, демонстрировали стороны, которые снова хотели исследовать, не так ли?
Уруха: Да, это тоже. Естественно, мы создавали TOXIC и готовили турне, когда это надо было делать, но, несмотря на это, мы думали: «Ах, было бы лучше так» или «Если бы мы сделали так, было бы лучше». *горькая улыбка* В этот раз мы хотели идти в таком направлении, чтобы потом сказать: «Мы сделали это!»

Интервьюер: Более того, Уруха, следуя сути этих 10 лет, вы что-то осознали?
Уруха: В этом альбоме, с одной стороны, мы улучшили и усовершенствовали прежние стороны the GazettE, с другой стороны, так как мы тщательнее проверяем новые стороны, есть ощущение, что, возможно, мы уберем эту суть. Напротив, если бы этот альбом состоял исключительно из новых вещей, возможно, некоторые из нас были бы против.

Интервьюер: Итак, были ли сомнения, как было бы лучше разграничить?
Уруха: Именно. Даже для слушателей, если бы мы вдруг выпустили работу, состоящую из односторонних вещей, это, возможно, смутило бы их. С этой точки зрения, так как DIVISION потрясает в обоих случаях, во время его создания совершенно не было ощущения замешательства.

Интервьюер: Потрясающе, с какой легкостью вам удалось объединить две крайности.
Уруха: Это будет альбом с уникальной формой, и я думаю, это идеальное решение для альбома.
Руки: Также есть обычное издание, в котором порядок песен отличается (от издания с ограниченным тиражом), песни собраны с двух CD. С нашей стороны, мы хотим, чтобы вы послушали порядок издания с ограниченным тиражом, так как в этом случае значение DIVISION передается полностью. Конечно, цена слегка высока. Однако, с точки зрения содержания, были добавлены видео и потом обложка, в общем, он стоит этих денег.

Интервьюер: Понятно. Что ж, я бы хотел задать вам вопросы о периоде перед записью, я имею в виду, я бы хотел поговорить о встречах для выбора песен. Думаю, с таким большим количеством песен вы не уложились в один раз, не так ли?
Руки: Ах, в итоге мы встретились два раза. Честно говоря, я хотел все решить за один раз. Однако, на первой встрече мы собрали все песни, поэтому нам пришлось завершить все на второй встрече.
Уруха: Вообще, думая об этом, мы всегда так делаем. *смеется*
Руки: Так что заранее известно, чтo мы сделаем это за две встречи. *смеется*

Интервьюер: Сколько песен приготовил каждый из вас в этот раз?
Аой: Их было 3?
Уруха: Сколько? Я удалил много песен, поэтому не очень помню, сколько я приготовил. Думаю, около 5.
Руки: Разве не 7 или около того?

Интервьюер: Говоря о песнях, написанных Урухой, в какой части альбома их больше всего?
Уруха: Во-первых, песня с ведущей ролью вокала, в которой есть расширение, только одна. Однако, после того, как я закончил ее, у меня возникло чувство противоречия. Думая, что электронных элементов много и они создают разногласия, я сочинял ее как новую песню. Более того, во время презентации я осознал, что она стала более маниакальной, чем я думал. *смеется*
Руки: Однако, дело в том, что Урухе свойственно писать маниакальные песни. *смеется*
Аой: Именно, уже давно. *смеется*
Руки: Вообще-то, когда на встречах мы впервые слушаем демо (Урухи), у нас возникает вопрос. Как только появляется ритм, мы не можем больше ее слушать. *смеется*
Кай: Именно, это так. *смеется* Первое, что меня беспокоит, это «Как мне играть эту песню?»
Рейта: Я знаю, что ты чувствуешь. *смеется*

Интервьюер: Возможно, Уруха-кун, вы любите в основном структурно сложные песни.
Уруха: Конечно, я люблю добавлять навороты в аккомпанемент мелодии. Я думаю: «Сделав так… разве не будет интереснее?», «Возможно, так возникает чувство развития, которого не было раньше», но когда я пытаюсь и делаю это, она становится такой (маниакальной). *смеется* Более того, другая причина в том, что я использую свой компьютер для сочинения песен.

Интервьюер: С человеческими способностями и компьютером можно осуществить даже самые сложные вещи.
Уруха: С этой точки зрения, думаю, есть моменты, в которых я на самом деле переусердствую.

Интервьюер: Рейта, когда вы ознакомились с песнями, написанными другими участниками, что вы почувствовали?
Рейта: Относительно песен Аоя, я просто подумал, что это свойственно Аою. Песни Урухи оставили впечатление вроде «в какую часть мы это определим?», он тоже это сказал. Более того, сначала мы говорили о разделении песен с упором на вокал и импульсивных песен на два CD. Даже если бы мы решили так, мы бы думали, куда добавить эту песню.

Интервьюер: Я не знал, что было такое предложение.
Руки: Однако, думая об этом… если разделить песни на два CD и сделать один диск с вокальными песнями, не возникло бы странного чувства? *горький смех* С точки зрения баланса, думаю, распределение песен в этой работе идеально. Потому что, даже если вы послушаете только один диск, в котором собраны песни, он дает ощущение отличного потока.

Интервьюер: Более того, в этой работе записана песня Кая, который не писал со времен Ganges ni aka bara. Я бы снова хотел услышать, что скажут заинтересованные.
Кай: Нет, если сказать, кто удивился этому, то первым был я. *смеется* Когда я представил ее на встрече, я не чувствовал ничего, кроме тревоги. Я бы хотел поблагодарить остальных за спокойное прослушивание моей песни до конца. Они не смеялись и не предложили внести в нее изменения в процессе прослушивания.

Интервьюер: Вы действительно скромный.
Кай: Нет, правда. В отличие от остальных, я еще не достиг уровня представления песни в идеальном, полноценном виде. Я был действительно счастлив, когда остальных зацепила песня в том виде, в котором я — ее автор — не мог увидеть законченную форму.

Интервьюер: Кай-кун, вы лично играли на гитаре в вашем демо?
Кай: В общем, мелодию, гитару, ударные и бас я сочиняю на клавишах. Если быть честным, кроме ударных, я ни на чем не умею играть, разве что совсем простые вещи. По этой причине, говоря о моих песнях, даже если они одобрены на встрече, дальше все сложно. И в этот раз во время предварительной записи остальные участники мне очень помогли. *горький смех*

Интервьюер: Вы извлекли максимум преимущества из оказанного группой доверия, что вылилось в одну песню, в совершенствовании которой приняли участие все.
Кай: Тем не менее, нехорошо постоянно беспокоить других участников. Поэтому впредь я хочу стараться и учиться написанию песен и аранжировок.

Интервьюер: Продюсированием песен в этом альбоме занимался Руки. Как композитор, с каким отношением вы столкнулись на встрече?
Руки: На первой встрече я не смог показать все песни, честно говоря, я боялся. Раздражительность усиливалась из-за того, что я не смог закончить все песни, несмотря на то, что у меня было на это время.
Аой: Понимаете? Даже если вы находитесь на этапе сочинения песен, вам кажется, у вас есть время, и все заканчивается отдыхом. *смеется*
Руки: Именно! Именно! Если есть цель сочинять, когда я больше не могу этого делать, я думаю: «Что за черт!» и так как я сплю и отдыхаю, в конце концов я не делаю ничего вообще. *горький смех* По этой причине вначале, даже если мы собираем песни, написанные всеми участниками, мы не набираем достаточного количества для двух CD.

Интервьюер: Напротив, можно сказать, что с того момента последний этап был превосходным.
Руки: С точки зрения потока, мы сделали первую часть, то есть диск 1, и собрали типичные песни the GazettE с самого начала и до сегодняшнего дня, на второй встрече, наконец, были собраны песни для диска 2. Даже если мы сначала выбрали концепцию и затем параллелизм двух CD, создать содержание потребовало времени.

Интервьюер: Тогда аранжировка и предварительная запись прошли без проблем?
Аой: В сравнении с прошлыми, у меня сложилось впечатление, что эти этапы были вполне просты. Даже атмосфера была более или менее дружеской. *смеется*
Рейта: Просто из-за многочисленных отрывков с низким звуком баса были моменты, когда было сложновато.

Интервьюер: В общем, бас — инструмент с низким звуком, но, возможно, с точки зрения звука, в частых фразированиях низкий бас был выделен сильнее, чем раньше.
Рейта: В последнее время звук баса часто должен быть ниже звука ударных. При низком звуке кажется, что звук баса скрыт от других. В подобной ситуации, говоря о давлении звука, он поддерживает основу песни, но в этот раз мы настолько часто использовали низкий звук, что было сложно понять детали. Говоря о них, именно запись снова заставила меня задуматься: «Какой смысл добавлять столь низкий звук?»

Интервьюер: В общем, вы пытались понять смысл использования столь низкого звука, верно?
Рейта: Например, даже снижение частотности звука не означает, что слушателю будет легче его воспринимать. В этот раз я купил кабинет (акустическую систему) с более мощной калибровкой и попытался извлечь звук, даже если, говоря о частотности, он не был столь низким.

Интервьюер: Думаю, это был правильный выбор. Тем более, есть ощущение, что звук резонирует с идеальной синхронизацией.
Рейта: Правда? Что ж, возникло несколько неожиданных моментов. Во-первых, я слышал, что позже будут внесены изменения в ударные, поэтому я создал звук с учетом этих изменений. Однако, в конце концов, так как звук ударных не был модифицирован, мы записывали без моделирования для завершенного звука. Лично для меня это было действительно трудным моментом.

Интервьюер: Понимаю.
Кай: Что касается меня, в конце концов мне пришлось записывать в не известном для меня — в течение долгого времени — виде, так как я не знал, каким будет звук ударных. В любом случае, даже если бы мы модифицировали звук последовательно, он бы не соответствовал песне. Поскольку альбом разделен на два CD, прежде, чем подумать о звучности, я решил поиграть, стараясь добиться лучшего звука, приспособленного к этой песне.
Рейта: У меня немного иначе. Поскольку я концентрируюсь на извлечении особенного звука баса как мелодичного инструмента, как в диске 1, в диске 2 он как ритмичный инструмент. Так я пытаюсь почувствовать свою собственную эффективность.
Аой: В любом случае, создание звука было несложным. Даже если вы выбрали направление, в котором двигаетесь, вы никогда не будете уверены в каком месте лучше прерваться. Даже если вы делаете нечто потрясающее, это заканчивается потерей контроля, или если вы уделяете больше внимания деталям, вы не можете добиться чистого изменения. Рассматривая это в данном ракурсе, разве мы, как группа, не совершили мягкую посадку?

Интервьюер: В DIVISION вам, кажется, удалось многого добиться.
Уруха: Когда мы делали TOXIC, мы начали это осознавать только по завершении работы. В случае с этим альбомом, это произошло в момент микширования, именно тогда мы все поняли. До этого, даже если мы думали об одном и том же, согласовании группы и цифрового звука, у нас складывалось впечатление, что в некоторых моментах нам это не удавалось. Важен не тот факт, что совершенно неверно думать, что «группа становится цифровой» или что «цифровой звук сливается с группой».

Интервьюер: Это значит, что для DIVISION выбор пал на второе, не так ли?
Уруха: Если бы это было не так, смысл делать его как the GazettE был бы потерян. Даже если бы звук группы изменился на цифровой, если бы это получилось хорошо, то было бы нормально. Однако, не дойдя до этого момента, мы хотели создать звук новых the GazettE путем слияния цифрового звука с группой.

Интервьюер: В нескольких словах, вы также хотели попробовать методику первого?
Уруха: Мы просто хотели быть уверены. Во время записи гитары мы пытались использовать механический звук. Однако, поскольку он был слишком однообразным, получилось нехорошо. Тенденцию того, что мы хотели сделать, можно было передать в любом случае, но в конце концов получилось бы хорошо или нет, это уже другой вопрос. Говоря о таком опыте, мы осознали, что цифровой звук мог быть неправильно воспринят.

Интервьюер: Это слова с глубоким смыслом.
Уруха: В конце концов слияние с цифровым звуком было реальнее, чем обычно, и запись цифрового звука методом сжатия без потерь была самым быстрым способом. Таким образом, даже если направление результата другое, с точки зрения способа записи гитары, диск 1 и диск 2 одинаковы.

Интервьюер: Музыка имеет действительно глубокий смысл.
Уруха: Говоря об этой работе, когда я понял, где решение, я не стал стремиться к нему, а попытался найти правильный ответ. Я ходил из угла в угол, следуя предположениям, и в конце концов я, к счастью, нашел правильное объяснение. Обсуждения позволили мне узнать, что думают остальные, и это дало большие результаты, больше, чем я ожидал.

Интервьюер: Изобретательность каждого участника принесла результаты, поэтому безупречность звука DIVISION очевидна. Глубокий звук, созданный инструментальной командой и чистым вокалом. Относительно звука группы, разве он не приближен к идеальному?
Руки: Однако, во время записи вокала, мне кажется, возможно, я сделал что-то не так. Я использовал не обычный вокальный микрофон, а микрофон для основной записи.

Интервьюер: На это есть причина?
Руки: Я хотел низкого эффекта. Когда я записываю с обычным микрофоном с использованием компрессора, звук сглаживается, будто у меня голос при заложенном носе. В этот раз я хотел решить эту проблему, поэтому я попытался использовать другой микрофон для получения низкого звука в то время, как с тем получался высокий. Однако, напротив, возникло такое ощущение, будто мой голос звучит глухо. Это то, о чем я говорил в интервью, о несовершенстве. *горький смех*

Интервьюер: Нет, нет, это не так. Наоборот, у меня ощущение, что вокальные дорожки в этом альбоме записаны великолепно.
Руки: Конечно. Думаю, для криков этот микрофон идеален. Но для остального… Естественно, во время микширования я сделал все, что было важно для меня, и я сделал все, что мог, но, разумеется, было бы лучше, если бы я делал это как обычно во время записи. И еще я столкнулся с одним моментом: во мне слишком много вокала. Мне это совсем не нравится… На первом месте слова.

Интервьюер: Я знаю, что , в общем, вы это принимаете. Но, как вы думаете, хорошо, что вместе с этим есть ощущение атаки?
Руки: Вы серьезно? В конце концов я убедил себя. Впредь я буду выбирать микрофон более внимательно. *смеется*

Интервьюер: Однако, пока мы не ознакомились со звуком DIVISION. В конце интервью вы хотели бы что-то сказать, чтобы подогреть ожидание незадолго до релиза?
Кай: Мы начинали запись с тревогой *смеется*, но в итоге с верой в себя нам удалось закончить альбом. Теперь вопрос в том, как песни будут звучать на живых выступлениях.
Уруха: В этот раз мы впервые создали концептуальный альбом, и я думаю, это отличная творческая работа. Это важный опыт, в ходе которого нам удалось создать эту достойную и потрясающую работу и достичь действительно глубоких моментов.
Рейта: Так как DIVISION - завершенная работа, включающая не только звук, но и видео, мы с нетерпением ждем, когда вы его послушаете.
Руки: Даже зная, что песни отличные, именно поэтому ты думаешь: «Можно ли реализовать в упаковке нечто действительно совершенное?»… мы уделяем этому большое внимание. Я хочу подарить вам ценный диск. Однако, извините, он не для продажи.
Аой: Мы создавали новые вещи, группа становится сильнее, так как мы пишем музыку уже 10 лет, вы можете спокойно ее слушать. Нам удалось создать внушительный звук. *смеется*

©breeze@YesАsia.ru
©gazettenohotaru.blogspot.com


Категория: Интервью | Просмотров: 3617 | Добавил: Hikaru | Теги: the GazettE интервью, J-Rock, Division, The GazettE, j-rock группы, интервью об альбоме DIVISION, Shoxx, интервью, Interview | Рейтинг: 5.0/4
Всего комментариев: 6
6 4epToFFka   (23.09.2013 18:18)
из всех их альбомов мне нравится division biggrin

5 Rei-chan   (20.09.2012 09:16)
Спасибо!*О*

4 Reila   (01.09.2012 23:14)
Division конечно куда лучше вышел, чем Toxic. Что-то какое-то интервью они дали сухое, без энтузиазма. Но спасибо за него.

3 Radiance   (01.09.2012 02:56)
Что-то они не особо довольны альбом,особенно Аой smile23

2 Leina   (31.08.2012 09:10)
Большое спасибо*_*

1 Айру   (30.08.2012 16:13)
Ох спасибо большое за это интервью smile141

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Хостинг от uCoz