Главная » Архив текстов » Интервью

Поделиться:     Закладки:     Мне понравилось:  


22:01
The Gazette (RUKI): Прекрасная деформация





The Gazette, с марта ушедшие в подполье, остро заточили свое «новое оружие» и теперь вновь поднимаются на гребне волны своей активности. Начав с двухдневного выступления на Summer Sonic, впервые за последние 6 лет они отправятся в мировой тур, а затем дадут длинный тур по стране. Эти и многие другие темы мы обсудим с RUKI, не появлявшимся на страницах нашего журнала уже два с половиной года. Новый альбом BEAUTIFUL DEFORMITY — если он и правда как зеркало отражает нынешнее состояние группы, то сейчас the Gazette безусловно находятся в своей наилучшей форме.

«То, что позволяет мне заниматься тем, что мне интересно – это the Gazette. И ничто кроме них.»

-Позавчера (интервью записывалось в середине июля) мне удалось послушать готовый материал BEAUTIFUL DEFORMITY. Какова была твоя реакция, когда ты прослушал свою запись? Возникло ли чувство, что работа над альбомом наконец окончена?
Да, определенно. Хотя я прочувствовал не столько завершение работы, сколько масштаб проделанной работы, ведь песен было очень много, если также принять во внимание сингл.

-То есть, предшествующий сингл FADELESS не был отдельным производственным процессом?
Да, мы записали его одновременно с альбомом.

-Иными словами, FADELESS изначально был задуман как сингл.
Вовсе нет, когда мы начали сочинять, таких планов не было. Мы просто решили выпустить песню синглом, если она получится хорошей.

-Возвращаясь немного назад, выходит, и с DIVISION был непростой выбор, в результате которого альбом был вовсе выпущен без синглов?
Изначально так и было. Когда речь зашла о выпуске альбома без предшествующих синглов, мы все-таки думали, что если подвернется хорошая песня, то сперва мы выпустим ее.

-И в этот раз «хорошая песня» все-таки объявилась.
Да, и мы сделали ее синглом.

-Разумеется, под «хорошей» подразумевается «песня, подходящая для сингла», но FADELESS кроме этого обладает запоминающейся мелодией и определенной мощью, очень сингловая песня. Однако, ты сказал, что вы сомневались до последнего.
Да, может быть поэтому она не имеет какой-то особенной идеи.

-Первое впечатление о ней – это «очень в стиле the Gazette». Хотя то же можно сказать и обо всем альбоме.
Да, наверное.

-Если говорить о том, что значит «очень в стиле the Gazette», то для меня это сочная мрачность. Оглядываясь назад, мне кажется, что в DIM вы достигли крайней отметки по этой шкале.
Так и есть. Перебор с мрачностью DIM был обусловлен и духовной подавленностью. Он был очень мрачным, но на то была причина. И лайвы проходили в такой же атмосфере.

-С другой стороны, следующий альбом TOXIC производил впечатление нацеленности на внешний мир. Что ты сейчас думаешь об этом альбоме?
TOXIC мы хотели сделать более ожесточенным, и при создании этого было легко добиться. Просто его отличие от нынешнего альбома в том, что он (TOXIC) вряд ли объединяет в себе идеи всех пятерых из нас.

-При работе над ним RUKI взял всю инициативу в свои руки.
Да, потому что песен в нем тоже было много.

-Если послушать этот альбом сейчас, то он кажется расколовшейся колбой. И даже звук, в соответствии с названием TOXIC, наглядно демонстрирует свою ядовитость, будучи направленным на выброс во вне. Хотя это и не противоречит концепции DIM.
Ну, все пошло как по наитию.

-Ты имеешь в виду, что DIVISION как релиз в целом продолжил эту тему, не так ли? Начав работу над серией проектов в этот раз, держал ли ты DIVISION в уме?
Нет. В уме я держал не DIVISION, а скорее всё, что было до сих пор. Потому что для меня TOXIC, DIVISION и нынешний альбом вытекают один из другого. TOXIC закончился аутро OMEGA, и отталкиваясь от этой точки я выдумал DIVISION. В прошлый раз всё закончилось [MELT], и из нее родилась «деформация» (о BEAUTIFUL DEFORMITY). Изначально я представляю себе это так.

-Вот оно что. В действительности это не так просто, но если переложить всё на слова: OMEGA = конец, MELT = плавление, BEAUTIFUL DEFORMITY = деформация, то начинаешь видеть определенную связь.
Видите, эта связь естественна. Это касается и нового альбома. Что мы хотели в нем продемонстрировать? Наверное, наше единство. И TOXIC, и DIVISION обладали предельно ясной концепцией. Мы четко знали, что нужно делать, какие песни пускать на альбом, что следует разделить. В этот раз вместо установки «включим в альбом хорошие песни», мы взяли на вооружение идею составить альбом только из песен, согласованных всеми членами группы. Только и всего.

-Это и есть главная тема альбома?
Именно. Ведь кроме того мы хотели написать альбом-квинтэссенцию the Gazette. Поэтому для него не годятся песни, в которых не прослеживаются характерные черты участников. В нашем представлении, чтобы пятерых сделать одним целым, нельзя допускать размытых вещей, не обладающих индивидуальностью каждого из нас.

-Вот как. Значит, он не является попыткой использовать наилучшим образом накопленные наблюдения самоанализа на базе прошлых работ.
Да, это вещь совсем иного рода.

-Особая статья, имеющая связь с предыдущими.
Верно.

-Лимитированное издание DIVISION содержало два диска, так ведь? Несомненно, это было сделано для того, чтобы полнее отразить многогранность песен группы, однако, даже теперь мне кажется, что это лишь сделало его сложнее для понимания. И если изначально это выступало характеристикой многообразия, то, взглянув на это с точки зрения альбома целиком, напротив, затруднило его восприятие.
Именно поэтому я думаю, что DIVISION лучше всего воспринимать как экспериментальный двух-сайдовый альбом. В регулярном издании, в котором всё собрано в один диск, нет правильного понимания. Именно двухдисковая версия расставляет все по своим местам. Одним словом, альбом довольно нестандартный, потому что производит впечатление скорее двух мини-альбомов. Не то, чтобы мы сказали новое слово в индустрии, но DIVISION в основе своей имел намерение создать экспериментальный альбом. И те же ощущения часто посещали меня во время тура.

-Что ты имеешь в виду?
Постепенно сходил запал с альбома и с самих участников. Поэтому, наверное, лица участников не очень соответствовали картине, потому что они хотели делать вещи, более свойственные рок-группе. DIVISION имел иное мировоззрение, и в последствие это стало ясно.

-Иными словами, во время тура по альбому ты смог заметить, что это мировоззрение отличается от того, что ищет группа. Хочешь сказать, что это хорошо?
Это очень хорошо.

-Это звучит будто бы негативно, но на самом деле в этом видится стремление вперед.
Поэтому в последний день, окончание основной части концерта на аутро [MELT] придало мне уверенности.

-А-а, точно, на финальном лайве тура в Saitama Super Arena был тот шокирующий момент, когда показалось, что оборудование над сценой вот-вот взаправду рухнет.
Это было похоже на: «На этом всё разрушилось. Но тем не менее…» Это была спонтанная мысль, я этого совсем не планировал. Просто это позволило показать, что идея выжата до конца. И внутри у меня сидело чувство, что перешагивая порог десятилетия и устремляя взгляд в 11й год, необходимо сломать что-то, чтобы можно было начать с ровного места.

-Вот оно что. С такой точки зрения нельзя ли сказать и о TOXIC, что он был экспериментальным альбомом в некотором смысле?
Я бы сказал, что всему свое время. Тогда the Gazette следовало быть именно такими. Однако, только нынешний альбом мне кажется осмысленным с чистого листа.

-И все, что было до DIM, тоже от него отличается?
Ну, методы работы похожи на предшествующие DIM произведения, как то вариации, к примеру. Но более важными факторами являются обязательное согласование каждой песни между участниками и использование мелодий авторства каждого из нас. Это было нерушимым правилом.

-Вот как. И все же «использование мелодий каждого из участников», не противоречит ли это всему вышесказанному?
Нет, вовсе нет. И TOXIC, и DIVISION были альбомами, в которые входили песни определенного настроения, и было не принципиально, кто их напишет или напишу ли их я сам. Так или иначе, альбомы стали законченными. Следующий альбом я хочу сделать целостным, объединив стремления всех пятерых из нас.

-То есть, в альбом вошли песни всех пятерых?
Именно так.

-Ну, раз есть такое предположение [о создании целого из индивидуальных частей], то и результат может оказаться верным.
Дело в том, что если хотя бы один из нас не сможет создать песни, то мы не сможем далее существовать.

-Если бы такое случилось, то вы бы не выпустили альбом?
Совершенно верно.

-Смелое чистосердечное признание. Наверное, фраза «как настоящая группа» все же этим не исчерпывается, но создание одной работы путём объединения представлений каждого участника в равной степени - это великолепно.
В создании песен тоже возникают пригодные и непригодные вещи. Тем не менее, это тоже часть нас самих, поэтому я хочу, чтобы участники вытащили это на поверхность. Плюс к этому, я хочу, чтобы все участники были согласны с выбором. Хотя этим я не ставлю цель навязать чувство ответственности.

-Если так подумать, то способность всех пятерых участников писать музыку – это первая сильная сторона the Gazette.
Как бы вам сказать… Чуть более ранние the Gazette определенно осуществляли некий самоконтроль, вроде «надо обязательно написать вот такую-то песню», каждый из участников думал об этом. Например, «вот так говорить нельзя» или «при выборе песен эта точно окажется в пролете». Подобные мысли постоянно вертелись в голове, поэтому на сердце лежала какая-то тяжесть от создания песен. И обычно это приводило к мыслям о том, что лучше вообще ничего не писать. Сейчас мы освободились от этого чувства, и на этот раз все, кажется, довольно просто.

-Это замечательно. Я сужу только с твоих слов, но по мере разговора я все больше убеждаюсь в том, что группа сейчас находится в хорошей форме.
Да, пожалуй. Группа в полном здравии.

-Хотя это напрямую не связано с отношениями в группе.
Наверное. Если говорить об отношениях внутри группы, то они скорее входят в определенную колею… Хотя отношения у нас хорошие (смеется)

-То есть, во время ссор вы по-прежнему чувствуете единство.
Да, и я хотел это как-нибудь сформулировать. Мы не понимаем друг друга без слов, но что-то между нами есть. Не удивительно, что за прошедшие десять лет бывали вещи, о которых трудно было говорить, и о которых теперь уже и не вспомнишь. Было и такое, когда казалось, что the Gazette для нас стали работой. И сейчас мы скорее возвращаемся от этой точки назад, туда, где мы уверены, что это не так.

-Я могу повторяться, но не вызвано ли это реакцией на предыдущие ваши работы?
Абсолютно нет. Это не рассматривается в таком ключе.

-Что ж, пожалуй.
Это всё происходит само собой. Настроения в группе претерпевают и взлеты, и падения. И сейчас, когда это чувство вновь обострилось, нынешний альбом очень удачно попал в струю. Всё как по маслу.

-Вот оно как. Болтать-то может каждый, но в одних только словах нет смысла.
Да, это так. Можно бить себя копытом в грудь, заявляя «давайте станем похожими на группу», но от этого не будет толку, если этого не чувствует каждый из участников. В Нагое у нас с Урухой был похожий разговор. Уруха говорил: «Нет, это бесполезно», «Это уже похоже на принуждение». Но я повторял ему «Да все будет нормально. У всех ведь наверняка бывают моменты, когда становится трудно дышать». После того, как я сказал ему «Ты не можешь не справиться», он попробовал преодолеть это и преуспел.

-Действительно, очень дельный разговор. Кстати говоря, в последний раз RUKI появлялся на страницах нашего журнала накануне выступления в Tokyo Dome. С тех пор прошло два с половиной года. За это время, должно быть, многое произошло?
Ну, было много всего (смеется). Честно говоря, даже случился небольшой кризис (смеется).

-И ты вернулся сюда, потому что смог, наконец, достичь хорошей кондиции?
Наверное, в вопросах осознания некоторых вещей я вдруг приблизился непосредственно к цели. Бывало, что кто-то чувствовал недомогание, были и те, кто перестал понимать свою роль в происходящем. Но мы все между собой обсуждали, включая и подобные темы. И сейчас я сосредоточен не на этом.

-Таким образом, все члены группы, начавшие терять запал, открывшись друг перед другом, смогли вновь сцепить шестерни и запустить механизм. Не думаешь, что подоспевшее вовремя важное событие, такое как десятилетняя годовщина, могло послужить тому причиной?
Ну, если уж говорить на чистоту, то нельзя сказать, что эти десять лет наши шестерни всегда были сцеплены (смеется).

-Ты совсем разоткровенничался (смеется).
Ахаха! Дело просто в том, что мы наконец-то стали взрослыми.

-Я думаю, что вы сейчас строите такие взаимоотношения, в которых открыто выражаете уважение друг к другу.
Пожалуй, вы правы.

-Однако, выходит, что десятилетие здесь совсем ни при чем? Значит, по прошествии десяти лет, не случалось такого, что вам бы хотелось вернуться к точке отсчета и переосмыслить ее, немного дав свободу мысли?
Ну-у… наша точка отсчета была полной фигнёй (смеется). Нет на свете более ужасной вещи, чем наша неопытность (смеется). Думаю, если взглянуть на нее сейчас, она сильно испортит впечатление, ведь сейчас мы довольно серьезные. Как бы это сказать… наша юность имела привкус торговли.

-Вам приходилось льстить?
Мы не столько льстили, сколько были расчетливы. Например, мы писали песни с расчетом, что они должны понравиться бангяру [ярые фанатки ви-кей групп]. Сейчас же всё стало проще, и мы стали больше заботиться о фанатах.

-В этом свете кажется, что вы не возвращаетесь к истокам, а используете этот опыт для своего развития.
Да, очень похоже на то, что the Gazette постепенно приняли тот вид, в котором нам следует быть.

-Немного возвращаясь назад, расскажи, как появилась песня FADELESS?
Хм, ее я написал в туре… [летний стендинг тур 2012 для HERESY]. Я помню, как сочинял ее в отеле в Нагоя. В начале это была не совсем песня, а скорее набор гитарных и басовых фраз.

-Что? Ты начал писать ее еще в прошлом году?
К сожалению, да, я стал писать песни в турах. Потому что во время тура есть время посмотреть на песню с другой стороны и что-то поправить. Если я теряю к мелодии интерес, послушав ее на следующий день, то я ее бракую.

-И с какими же мыслями в итоге ты писал FADELESS?
То, чего мне хочется сейчас, это показать наш задор. Я хотел сделать эту песню такой грубой, как еще не писал до этого. Задав себе несколько важных аспектов, такие как энергичность и чувство темпа, я размышлял, каким же образом у меня это получится, и начал ее писать.

-Ваши песни сами по себе кажутся импульсивными, словно выражают протест, разве не так? Однако складывается впечатление, что ты не очень-то любишь вкладывать столь же много усилий во что-то кроме the Gazette.
Ах, ну, меня остальное не интересует. Хотя изначально группа была чем-то вроде хобби. Скажем так, у меня нет любимых вещей, кроме группы.

-То есть, такой стиль работы ни в чем тебя не стесняет?
Верно. Хотя постойте, наш график мне кажется очень суровым (смеется).

-Само собой (смеется).
Но что касается вещей, которые я делаю будучи в группе, я не ощущаю ни малейшей натянутости.

-И ведь на лайвы ты почти не ходишь.
В смысле, в качестве зрителя? Да, не хожу. Изредка появляюсь на лайвах молодых групп, но только в том случае, если эти группы мне нравятся. На концерты друзей я практически не хожу. Иногда, конечно, вырываюсь, чтобы одним глазком взглянуть на зарубежных исполнителей, но лишь собственную группу я принимаю близко к сердцу, позволяя ей приблизиться к моему личному идеалу.

-В этом смысле твой тип – «ремесленник».
Наверное, таков мой темперамент.

-Ты словно ремесленник кропотливо и пылко вкладываешь душу в одно единственное дело.
И наоборот, подобный образ у меня прочно ассоциируется с музыкантами. Вначале я очень любил hide. В то время я размышлял над этим, по нему было видно, что он делал только то, что хотел, и уходил в это с головой. Поэтому казалось, что он делал всё сам от и до.

-Действительно. То есть, ты всего себя посвятил музыке, или, говоря уже, посвятил себя the Gazette.
Всё так. Пожалуй, кроме этого меня ничто не интересует. То, что позволяет мне заниматься любимым делом – это, несомненно, the Gazette. И ничего кроме них.

-Развивая тему, при каких обстоятельствах появился брэнд BLACKMORAL, к которому RUKI приложил свою руку?
Ну, раньше наши товары… Я и сам толком не могу сказать, почему начал этим заниматься (смеется).

-Сейчас ты уже не помнишь?
Нет, я помню, как название внезапно пришло мне на ум. Наверное, это началось во времена DISORDER. В то время я любил группу SOBUT, и ее участник MOTOAKI выпускал брэнд под названием ANTI CLASS. Я подумал «Вот бы и мне так». К тому же было чувство, что это естественно для деятельности группы. Хотя поначалу брэнд не особо приживался. И когда я обратил на это внимание, вот во что это вылилось (смеется).

-И в то же время ты стал вплотную заниматься артами к вашим работам?
Еще раньше. Со времен одной из прошлых групп. С тех пор я на этом зациклен, даже на уровне рекламных листовок.

-Тебе всегда это нравилось?
Да, если уж говорить на чистоту, я сильно увлекся, как только соприкоснулся с этим.

-То есть, музыка для тебя всегда идет вровень с артами.
Да. Поэтому я всегда был падок на обложки. Типа, даже если музыка хороша, при отсутствии классной обложки я это не куплю. И я так думаю до сих пор: «Не стану слушать, если обложка так себе». Однако, в то время я думал, что и арты всегда создаются непосредственно членами группы. Если взглянуть на это сейчас, то почти всё делают дизайнеры, не так ли? И для нас теперь этим занимается г-н Йода. С ним мы обсуждаем будущие работы, и во время этих бесед я чувствую невероятный душевный подъем.

-По сути, даже если реализацией занимается г-н Йода, идеи всегда принадлежат RUKI. Так из чего же рождаются твои идеи?
Ну, из несуществующих вещей. К тому же, когда ты берешь что-то в руки, у него есть определенная ценность как у вещи. Скорее всего, дело в том, что я придаю этому большое значение.

-В принципе, многие вещи позволяют проникнуться искусством.
Наверное. Я с малых лет люблю искусство. И поскольку питаю к нему интерес, стараюсь оптимально использовать его в деятельности группы.

-Так же и обложка FADELESS является картиной твоего любимого художника.
Да, это TAKESHI KONDO. Мне нравится характер его работ, словно находящихся в движении, его вкус. В последнее время меня привлекает техника шелкографии. Я подумал, что он может это сделать и попросил его, и он был очень добр, откликнувшись на просьбу. Первым делом я сделал фотографии девушки, и передал их со словами, что хотел бы видеть их в кричащих розовом и желтом цветах. В остальном я положился на него.

-Думаю, многие купились на эту обложку. А новый альбом BEAUTIFUL DEFORMITY, если перевести это дословно, то получится «прекрасная деформация». Когда ты определился с основной идеей для названия?
Идея возникла еще в прошлом году. Кажется, разговор зашел об этом когда мы были в Уцуномия [город в преф. Точиги]. Разговор состоял в том, что я хотел изобразить пять разных животных, и нужно было решить, какие бы смотрелись круче всего. Я помню, как сделал зарисовку после принятия решения.

-А-а, в финальной заставке в Saitama Super Arena на экране намёком проскочила эта картинка. И всё же, откуда же всплыло ключевое слово «зверь»?
В моем представлении, обложки с животными всегда бросаются в глаза, у какой бы то ни было группы. Будь то The Yellow Monkey или Mr. Children. Даже у J (LUNA SEA).

-Воистину так. В этом году у премии Music Jacket Award [выбор лучшей обложки], куда кстати в качестве номинантов были включены и the Gazette, была даже специальная «звериная» категория.
Вам не кажется, что животные по большей части используются для обложек сборников хитов? И разговор о предстоящем альбоме начинался с позиции «Давайте подумаем, какую обложку сделали бы мы в этом случае?». Отсюда произросла идея слепить воедино пять разных животных. Что до названия BEAUTIFUL DEFORMITY… Ну, слово DEFORMITY было придумано уже к моменту написания [MELT]. Поэтому в некоторой степени идея оформилась еще к DIVISION.

-Однако, я впечатлен этой логической цепочкой. На лайвах RUKI можно принять за очень импульсивную особу, но на самом деле он такой… как бы это сказать…
О-очень щепетильный (смеется).

-(смеется) И большой логик. Ты очень обстоятельный.
Мне нравится так думать. Видеть во всем связь. Поэтому всё, что лежит между TOXIC и настоящим временем, видится мне весьма драматично. Из этого также можно делать выводы о положении дел всей группы в целом.

-Тем не менее, нынешний заголовок очень хорошо вписался в концепт the Gazette.
Пожалуй. Данная «деформация» - это отображение состояния каждого из нас, и эта разрозненность и непохожесть даже не столь прелестна, сколько необходима. В таком виде мы чувствуем себя лучше всего. Вот такой это концепт.

-Если посмотреть в словаре значение слова deformity, то найдёшь еще один перевод – «дефект, изъян». Развивая тему, мотив самобичевания тоже весьма свойственен the Gazette. Как бы это сказать, в вас присутствует и садистское, и мазохистское начала (смеется).
Да, пожалуй, это очень по-the Gazette’овски (смеется).

-Итак, вначале была картинка. И после того, как она сформировалась, из нее выуживались музыкальные композиции?
Композиции придуманы отдельно. Потому что в этот раз я не задумывал определенного концепта.

-А, вот оно как.
И поэтому для содержания подходило что угодно. Передав эту мысль остальным участникам, я дал им свободу действий. К сожалению, некоторых участников сильно сбивало с толку слово deformity. Поэтому я спешил объяснить им, что в этот раз они могут писать песни по своему усмотрению. И мне приходилось контролировать это, чтобы участники думали о своей работе именно в таком ключе.

-Поскольку в некотором смысле это слово символизирует the Gazette, хорошо было бы именно так его и воспринимать.
Да, без привязки к определенной идее.

-Короче говоря, картинка и песни хоть и являются частями одного целого, представляют собой отдельные вещи. Скажем так, вещи под разным вектором.
Именно.

-Также, перед выходом нового альбома, в сентябре группа отправится в зарубежный тур, второй после 2007 года. Я спрошу напрямую – почему вы собрались поехать в зарубежный тур?
В двух словах, всё началось с разговоров о том, что мы хотим ощутить заряд энергии. Сперва к нам изредка закрадывались мысли «а не съездить ли нам заграницу?» (смеется).

-Много разных групп в едином порыве рванули заграницу, породив своеобразный «зарубежный бум», и вы, выждав, когда он пройдет, поехали уже полностью подготовленными. Это круто.
Да, это тоже сыграло свою роль. Когда мы ездили в первый раз, никакого бума не было. После, когда все валом повалили заграницу, мы решили, что не поедем на общей волне помешательства. Вот когда группы перестанут так часто приезжать туда, и если мы к тому времени по-прежнему будем на слуху, то может тогда и нагрянем? Вот такой был разговор (смеется).

-В 2007 году the Gazette впервые поехали в зарубежный тур. Возвращаясь в то время, какие воспоминания остались у тебя о нем?
Об этом у меня остались одни только негативные воспоминания из серии «дважды я туда ни ногой». Сами лайвы были еще ничего, но пища и условия проживания были просто чудовищными. К тому же, по прошествии тура мы не дали никаких результатов, поэтому возник еще и тот фактор, что это казалось бесполезным.

-Мы уже говорили об этом, когда речь заходила о главной идее предыдущего альбома, но ты ведь придаешь большое значение сцеплению между всеми этапами. И поэтому безрезультатность заряда энергии, полученного в поездке, выглядит абсолютно бессмысленной.
Совершенно верно. Если приехать по той только причине, что нам кажется, будто мы там очень популярны, это полная бессмыслица.

-Я слышал от нескольких зарубежных координаторов, что в виду стремительного прорыва на европейский рынок японские коллективы утратили свою экзотичность, а местные фанаты стали очень разборчивы в музыке, в результате чего японские группы теперь проходят естественный отбор. С одной стороны, the Gazette не выезжали в Европу в этот период времени. Не кажется ли тебе, что по этой причине вы напротив становитесь всё популярнее среди зарубежных слушателей?
Хм, я никогда не думал об этом. Не задумывался об этом явлении. Хоть мне и говорят, что мы очень популярны заграницей, я всегда думаю: «Но ведь, мы там не бываем…» Никогда не мог этого понять.

-Ты недоумеваешь, когда говорят, что ваша популярность растет, несмотря на то, что вы не выезжаете за рубеж?
Я стал замечать, что многие группы, катающиеся за рубеж, становятся помешанными на загранице. Кажется, будто они отодвигают Японию в сторону. В основе своей мы базируемся в Японии, и лишь изредка, в свободное время мы доходим до кондиции куда-нибудь съездить. Если нас ждут за рубежом, то пускай подождут еще, такая была мысль. Нынче выдался редкий случай, когда мы выделили на это около месяца.

-Одним словом, ты хочешь сказать, что потеряв мотивацию по отношению к зарубежным фанатам, в результате потеряешь и их самих?
Именно.

-Упорно осуществлявшие свою деятельность в Японии the Gazette, не желающие ехать за рубеж лишь по причине собственной популярности, в результате, похоже, стали только круче в глазах своих зарубежных фанатов.
Ни с того ни с сего, ведь мы не приезжаем (смеется).

-К тому же, люди, живущие за границей, в основном черпают информацию на YouTube, и не похоже, что the Gazette вкладывают силы в пиар через YouTube.
Да, совершенно верно.

-И почему же?
Ну, сложно сказать. Лично для меня YouTube не отождествляется с заграницей. В конечном счёте, она настолько от нас отдалена.

-Суть в том, что нет живого, непосредственного ощущения?
Потому что нет реального переживания, наподобие того ощущения что за тобой мама приглядывает с небес, к примеру. Это ощущение [через YouTube] больше сродни путешествию. К тому же бывает и такое, что говорят, мол, это культура, которой Япония может гордиться, и меня это немного бесит.

-Хахаха! Даже если the Gazette считают группой-символом Японии? (смеется) Однако, подобные бытующие в народе мнения доходят и до зарубежных фанатов.
Какая-то странная антитеза.

-Не правда ли, во всем виновата людская молва? В смысле, из уст в уста люди передают насколько the Gazette круты. По сути, у многих иностранцев есть возможность приехать в Японию чтобы увидеть ваш концерт, однако, те, кто вас еще не видел, кажется, вас почти обожествляют. Взглянув с этой позиции, не испытываешь ли ты страха перед поездкой?
Совсем нет. Хотя бы потому, что я не знаю, когда мы поедем в следующий раз. А если мы сильно потеряем популярность, то с этим ничего не поделаешь. «Аа, так значит это было просто массовое помешательство», решу я. Ведь наша основная база – это Япония. И мы не дойдем до того, чтобы отменять наши японские туры. В общем, раз в год у нас бывает долгий тур, и его составляющие не изменятся.

-Чуть ранее ты говорил, что из предыдущего тура 2007 года так ничего и не выгорело. Есть ли у тебя предчувствие, что в этом году тур даст определенные плоды?
Безусловно, после я хотел бы выступить на каком-нибудь крупном зарубежном фестивале, а также дать концерты в Америке. Не знаю, подходит ли в нашем случае фраза «зарубежная экспансия», но я хочу попробовать всё (смеется). И выпустить CD, в следующий раз.

-Кстати, почему в этот тур не вошла Азия? Вас там знают хуже?
Нет, включение Азии мы тоже обсуждали. Однако, даже Япония – это уже не Азия. Типа «мы же не работаем на Азию»(смеется).

-Ахаха! Однако, Америка уже входит в поле зрения.
Совершенно верно. Ну, через какое-то время.

-Если посмотреть с другой стороны, мне кажется, ваша слава докатилась и до тех краев, но она уже не очень соответствует действительности.
Да. Поэтому мы очень осмотрительно планируем зарубежную поездку.

-Вы решились выехать в зарубежный тур, включили в дальнейшие планы Америку – все это имеет какое-то отношение к вашему выступлению на фестивале Summer Sonic 2011?
Нет, тогда мы просто хотели выступить на Summer Sonic. Ведь в основном на фестивали в Японии вижуал-кею не пробиться, и мы просто подумали, что вот было бы здорово, если бы мы смогли там выступить.

-То есть, интерес к загранице у вас проснулся не из-за того выступления.
Нет, дело совсем в другом. Критерием для нас стал вопрос «насколько мы известны среди японских поклонников рока?».

-К тому моменту, как выйдет этот журнал, это событие уже, к сожалению, пройдет, но в этом году вы ведь снова выступаете на Summer Sonic? Впервые выйдя на ту сцену в 2011 году, какие у тебя были ощущения?
Было здорово. И это, пожалуй, всё что я могу сказать.

-Тогда было похоже, что вы приехали как на сольное выступление, с полным-то комплектом оборудования (смеется).
Да-да, мы привезли всё. И за это нас, кажется, возненавидели (смеется).

-Даже если вы сократили бы количество оборудования для Summer Sonic, это было бы уже не то.
Нет, мы просто не знали (смеется). Потому что мы просто никогда не выступали на фестивалях. Нам никто ничего не сказал, и об этом я услышал только после и подумал: «Что ж вы сразу не сказали, что так нельзя» (смеется).

-Ахаха! Ваш бунтарский дух здесь ни при чем (смеется).
Да, нам казалось, что все выступают как обычно (смеется).

-В прошлом нашем интервью RUKI озвучил следующую фразу: «Оставаясь представителем вижуал-кей, я хочу делать то, что вижуал-кею не свойственно».
Да, это так. Потому что у многих людей есть предубеждения на этот счет, во всяком случае, я так думаю. То, что я пытаюсь этим передать, теперь есть только в живых выступлениях, поэтому я задался вопросом, каким же образом это передать через лайвы.

-Привязав к этому тот случай с оборудованием, когда вы не согласовали это с представительством Summer Sonic, как всегда вы в своём репертуаре бросили вызов на победу или поражение. Хоть вы и пожалели об этом позже (смеется), мне кажется, в этом есть некий шарм.
Ну, я люблю выступать в непривычных местах. Я никогда не пускаю клич на подобии «Мы прорвемся на Summer Sonic!» и никогда не зазываю своих зрителей. Потому что я хочу выступать в такой обстановке, когда зал не переполнен нашими поклонниками. Хочу поглядеть, сколько людей прибавится во время нашего выступления.

-Думаю, вы получили отклик из зала. Я тоже был там и видел, что зрители стали стремительно подтягиваться вперед.
Да, похоже, они заинтересовались.

-Еще одной вещью, которой вы удивили в 2012 году, было выступление на фестивале Rising Sun. Это место еще более непривычное, не так ли? Его я не видел своими глазами, но как дело обстояло там?
Rising Sun, говорите… Сначала там совсем никого не было. И двухсот человек еле набралось. Но ближе к концу народ чуть-чуть подтянулся.

-О-о. С каким настроением вы отправились выступать на Rising Sun? По той же причине, что и на Summer Sonic?
Да, верно. Хотелось выяснить, каким образом мы сможем вдарить рок для местных дядечек-поклонников рока. Хотя основная цель осталась прежней, просто подумали, что было бы неплохо завести это местечко. «Вот бы потом можно было сказать, что было здорово…» - в настолько нерешительном настрое мы не выступаем (смеется).

-Мы сейчас, конечно, говорим не об этом, но в итоге эти события узелок за узелком скрепили чувство единства в группе, так? Однозначно в деятельности the Gazette ощущается импульс. И не имеет значения, происходит ли это в непривычной обстановке.
Да, пожалуй. И на выступлении с Kishidan было почти то же самое.

-Kishidan Banpaku, верно. Тоже непривычное место?
Даже более чем непривычное. Мы группа немного другого профиля. Как бы это сказать… мы серьезные. Мы не смеемся и появляемся с большим шумом (смеется). image

-Перейдем к нынешнему лету. В этом году вы выступите на Summer Sonic вот уже во второй раз. Причем, не ограничившись одним выступлением, сразу перейдете к следующему. Иными словами, мне кажется, это благодаря тому, что в прошлый раз вас оценили по достоинству. Скажи честно, ты ведь этому рад?
Очень рад. Я думал, что нас больше никогда не пригласят (смеется). Дело в том, что креативный продюсер фестиваля приходил на наш концерт в Saitama Super Arena. И он сказал, что если сегодняшний лайв пройдет хорошо, то мы сможем снова выступить на Summer Sonic. После мы спросили «Ну как вам? Позволите нам выступить?» (смеется)

-А-а, вот как было дело.
Мне вообще было без разницы где выступать (смеется). «Всё равно никто не приглашает…» - я не мог ни о чем думать, кроме этого. Так что мы ни в коем случае не прибегали к лести (смеется).

-Как же, the Gazette ведь вообще не прибегают к лести (смеется). В 2011 году вы также выступили на Inazuma Rock Festival. Не кажется ли тебе, что из всех увиденных вами мест там царила наиболее домашняя обстановка?
Отнюдь, я явственно почувствовал себя не в своей тарелке. В принципе, все мероприятия, за исключением узко специализированных на вижуал-кее, можно назвать непривычными, разве не так?

-Нет-нет, если рассуждать был ли, к примеру, V-ROCK FESTIVAL непривычным для вас мероприятием, то он ведь не был таковым? (смеется)
Ахаха! Он тоже был непривычным (смеется).

-Куда бы ни отправилась группа the Gazette, всюду их поджидает незнакомая обстановка (смеется). Но впредь вы напротив, горите желанием попробовать себя в непривычных доселе условиях.
Не в том смысле, что они обязательно должны быть непривычными. Я имел в виду фестивали. Главный вопрос «для чего мы туда едем», разве нет?

-Очень в духе the Gazette (смеется). Итак, после того как состоится релиз нового альбома, в ноябре начнется тур, который прокатится по стране словно бушующие волны. Обдумываешь ли ты уже детали предстоящих выступлений?
Да, непрерывно появляются какие-то идеи.

-Не знаю, будет ли это в следующем году, но ты сказал, что вы хотите поехать в Америку, как только придет подходящее время, и с позитивным настроем выступить на зарубежном фестивале. То есть, после всего этого вы продолжите поиски новых впечатлений?
Да, продолжим.

-И для этого придется вновь на некоторое время затаиться в подполье?
Чтобы заточить своё новое оружие.

-Кстати, за минувшие 10 лет осталось ли у тебя что-нибудь такое, что ты хотел сделать, но еще не осуществил?
Нет, потому что в каждом альбоме я выжимаюсь без остатка. Хотя по результатам туров иногда я думаю задним числом, что вот там-то надо было сделать иначе. Но в последующем релизе я стараюсь это учесть. Однако, завершая процесс создания, я не чувствую, что что-то остается несделанным.

-Каким образом ты собираешься расширять вижуал-кей? Ведь RUKI сам иногда толкает речи подобного содержания?
Ну-у… Скорее я имею в виду нас, чем вижуал-кей в целом. Потому что у нас почти нет осознания того, что конкретно значит вижуал-кей, и не то чтобы мы являлись его видными представителями. Мы это мы. Наверное, то, что я хочу расширить – это наши собственные границы.

-Итак, один из способов дать узнать о the Gazette как можно большему количеству людей – это прорыв на фестивали. Но ваш основной принцип - показывать себя как есть, без прикрас.
Верно. Если CD займет первое место в чартах, на лайвах зрителей не прибавится. Главным я считаю именно лайвы.

-Как, например, сейчас очень популярны айдолы с ярко выраженным рок-имиджем. Являясь по сути айдолами, они захватывают и рок-аудиторию. Тебе не кажется, что та же кроссовер схема сработала и в вижуал-кее?
А-а. В вижуал-кее бывает и того меньше. Если брать конкретные примеры, то BABYMETAL – такой ли уж это рок? Или Momoiro Clover Z.

-Сурово (смеется). Я говорил об этом с людьми, тесно знакомыми с индустрией айдолов, и когда спросил у них: «Почему взгляды этих девочек получают поддержку от такого количества зрителей?», мне ответили, что как близко бы ни подступало к року всё, что они делают, они всё равно не нарушают свой образ айдола – самую свою суть. Вот такой я провел анализ.
Да. И это вовсе не рок, не так ли? Рок – это не только мотив или мелодия. Это состояние духа. Все, кто выступает на фестивалях, обладают этим. Взять хоть MUCC, хоть Plastic Tree. Они просто играют. И я думаю, что все люди, сохраняющие этот дух, куда бы их ни пригласили, такие. Не то чтобы наглецы и бунтари, но люди, разделяющие одну идею.

-Думаю, the Gazette тоже всюду остаются собой. Если отталкиваться от этого, то впредь вы нацелены на то, чтобы продолжать идти вперед, не меняя своей позиции?
Ну-у… мы больше прислушиваемся к себе. Мы никогда не задаем себе четких рамок или строгих позиций. Мы раздумываем над предложениями только так: «А это кажется неплохо, к тому же нас пригласили, так ведь?» Ну или «У нас конечно есть дела и поважнее, но ничего не поделаешь».

-Иными словами, the Gazette никогда не говорят себе «Мы будем двигаться дальше, не изменяя своей манере!»
Именно (смеется). Однако, это самое «как обычно» не так-то просто сохранить.

-Наверняка. Итак, в следующем году the Gazette исполнится уже 12 лет. За прошедшие 10 лет какое было твое самое сильное впечатление?
Ну, меня впечатляет то, как мы развивались эти 10 лет.

-А-а, ты имеешь в виду, что только благодаря тому, что у вас были и взлеты, и падения, вы сейчас те, кем являетесь. И всё это приводит тебя в восторг.
Да. Поэтому и следи лайвов я никогда не могу выделить наилучший. Это не один миг, а целый путь, пройденный нами до настоящего момента. И это по истине впечатляет.

Перевод на русский - haruurara-kazan.tumblr
Размещение перевода без согласия переводчика запрещено!




Категория: Интервью | Просмотров: 1638 | Добавил: Ksinn | Теги: The GazettE, интервью с музыкантами, the GazettE интервью, The Gazette (RUKI), интервью с джей-рокерами, j-rock интервью | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 3
0  
3 HideRuki   (06.03.2015 14:03)
smile141

0  
2 Аленчик   (15.01.2015 19:38)
1love

0  
1 Roberta   (25.12.2014 07:22)
flirt

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Хостинг от uCoz