[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Apple Green Ice-Cream (PG-13 - Umi/Rui [Vistlip])
Apple Green Ice-Cream
KsinnДата: Вторник, 23.07.2013, 21:28 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Apple Green Ice-Cream

Автор: Alice_Redrose (Grey-September)
Беты: kodomo_no_tsuki

Фэндом: Vistlip
Персонажи: Umi/Rui; намек на Tohya/Yuh
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш, Романтика, Ангст, Повседневность
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
К полуночи Уми обошел с пару десятков магазинов, но в каждом ему отвечали одно и то же. Казалось, яблочное мороженое не существует в природе. О нем, как и о чупакабре, только слышали, но никто его не видел. Но раз Руи его хотел, значит, оно должно было быть! И обязанностью Уми было его отыскать.

Посвящение:
Пейрингу Уми/Руи и Тори Эймос, которая вдохновляла!

Примечания автора:
История является самостоятельным продолжением サイコ
 
KsinnДата: Вторник, 23.07.2013, 21:31 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***
- Выключи скайп: мне эти идиоты и в реале надоели, - не глядя на Руи потребовал Уми, продолжая листать потрепанный томик манги. Руи ничего не ответил, его игнорируя. Уми поднял глаза, секунду молча смотрел в затылок басиста, а затем вернулся к прерванному занятию. Голос Тои и громкий смех Ю раздражали.
Уми специально попросил, чтобы его не селили в одном номере с этими идиотами, отчего оказался в двухместном с Руи. Это тоже было своего рода издевательством, но басист с ним не разговаривал, отчего можно было не опасаться за нарушенный болтовней покой. Но Руи решил ему отомстить за все и сразу, устроив чат с согруппниками в десятом часу вечера. Уми, мечтающий немного почитать и лечь спать раньше, должен был признать - месть удалась. Изощренная пытка дебильными шутками Тои сводила с ума, вызывая муки более страшные, нежели пребывание в нескольких метрах от Руи без права к нему прикасаться и даже говорить с ним.
Руи прямо дал понять, что все, случившееся месяцем ранее, было недоразумением. Хоть и приятной, но ошибкой. О которой стоило забыть. Им обоим. Видимо, у Руи это получилось, ибо он ничего не сказал, когда Томо оповестил его о том, что жить в гостинице ему придется с Уми.
Всплеск гогота, сопровождающийся бульканьем плохого wi-fi, заставил Уми нервно дернуть плечом. Поменяв позу, он поправил очки, изрядно надавившие переносицу, и попытался абстрагироваться. На деле это оказалось сложнее, чем Уми предполагал - стены в гостиницах были не особо толстыми, отчего шумы и вспышки ненормального веселья достигали его тонкого слуха в первозданном виде, минуя искревления компьютерных динамиков.
- Идиоты, - прошипел он и перелег на другой бок, подперев голову рукой.
История была интересной, Уми давно хотел ее прочесть, но времени не хватало, а сегодня выдался свободный вечер, но и тот был испорчен патологическим идиотизмом человечества в лице трех приятелей.
- Руи, слушай, давай ты к ним пойдешь? - Уми сорвался через пять минут. Отложил от себя книгу и вновь поменял положение, перекатываясь на живот, чтобы злым взглядом уставиться в стену. На Руи он не смотрел, ибо его радостное лицо вызывало двойственные желания. Причем оба совершенно не согласовывались с тоном голоса и просьбой, которую Уми озвучил. Сейчас ему хотелось встать, подойти к Руи и захлопнуть чертов лэптоп, чтобы затем, не особо церемонясь, схватить басиста в охапку и целовать, пока не перестанет идиотничать. Второе желание было более сумасшедшим и от него приятно заныло в паху. Но ни одно из них Уми реализовывать не собирался, ибо принадлежал к числу людей, которые ценят чужое мнение. И если Руи сказал "нет", настаивать Уми не станет. А просить дать ему шанс - это, по меньшей мере, жалко и унизительно. У него он был - он им воспользовался. Неудачно. Вопрос закрыт, тема отправлена в архив. Руи предпочитал традиционные отношения, а случайный секс с неслучайным знакомым был чем-то средним между попыткой отблагодарить за спасение и обычным желанием попробовать что-то новенькое. Но, видимо, Руи был консерватором до кончиков восхитительных волос, что бесило Уми, но в то же время и восхищало. Ему нравилось, вот так по-мазохистски, что Руи не уступил своим убеждениям, хоть Уми от этого было больно настолько, что он пару недель не мог нормально дышать, глядя на басиста.
Но Уми не зря был психом - в случившемся он нашел особую прелесть. Находиться с Руи в одной комнате, видеть его так близко, но не позволять себе ничего лишнего - в этом было нечто мучительно-сладкое, заставлявшее пальцы дрожать, покалывая. Хотелось курить и прикасаться к Руи, но за сигаретами нужно было выходить из номера и искать автомат, а Руи стал чем-то сродни "Джоконде" - за стеклом и под сигнализацией. Хотя во время выступлений и съемок офф-шотов Уми мог с чистой совестью позволить себе не только коснуться, но и обнять басиста, погладить его по волосам, что-то шепнуть на ухо. Какую-то глупость, от которой Руи обычно заходился громким смехом, но это было приятно - смешить его. Уми обожал, когда Руи смеется, и именно поэтому еще не выдернул зарядное от ноутбука из розетки, зная, что в стационарном положении басист всегда вынимает батарею, чтобы не садить ту понапрасну.
- Не хочу я никуда идти, - тем временем откликнулся Руи, не отрывая взгляд от экрана. Из скайпа подозрительно долго молчали, и Уми стало интересно, не померли ли его согруппники от обострения атипичного кретинизма. Приподнявшись на локтях, он попытался заглянуть в ноутбук, но Руи сидел так неудобно, что ничего, кроме его сгорбленной спины, рассмотреть не удалось.
Тяжко вздохнув, Уми заложил страницу и, отправив томик на тумбочку, сполз с кровати, за секунду оказываясь позади Руи. Басист замер, и его напряжение не скрылось от Уми. Тот еще немного подался вперед, рукой упираясь в матрац правее Руи, нависая над басистом, пожалуй, слишком низко. Его дыхание запуталось в высветленных до карамельно-золотого оттенка волосах, добираясь до кожи щеки, нежно ее обжигая.
Руи странно повел плечом, словно хотел стереть с лица это невесомое прикосновение. Ментальный поцелуй заставил его скулы покрыться едва заметным пурпуром смущения. Он чувствовал себя неловко, ощущая Уми так близко, а тот, залюбовавшись, не сразу вспомнил, зачем вообще поднялся с кровати. Переведя дыхание и взгляд, он посмотрел на экран ноутбука и подавился вдохом.
- Вау, - только и вырвалось у него, когда он понял, почему драммер и лид-гитарист так долго молчат. Говорить, занимаясь тем, чем занимались они, было, по крайней мере, не очень удобно, не говоря уже о неэстетичность разговоров во время французских поцелуев.
- Они что, пьяные? - Уми не мог поверить в то, что видели его глаза. Судя по тишине, что висела в соседнем номере, парни целовались минуты три, не меньше. То, что на трезвую голову они такого себе не позволят, да еще и на глазах у басиста, Уми знал наверняка, поэтому и прикидывал в уме, сколько же должны были эти двое выжрать, чтобы заняться подобным в прямом эфире. Думая об этом, он не заметил, что Руи ему не ответил, уже несколько секунд как перестав наблюдать за действом, развернувшимся в окошке скайпа. Он не замечал на себе тяжелого взгляда, как и того, что глаза басиста вдруг потемнели, наполняясь странным, густо-черным туманом, за пеленой которого плескалось нечто, от чего воздух вокруг начал пылать.
Уми вздрогнул и оторвался от созерцания разврата, творящегося в скайпе, лишь в тот момент, когда дыхание Руи коснулось его лица. Гитарист резко обернулся, ловя на себе затуманенный взгляд. В душе что-то перевернулось, и он, глотнув наполненного ядом растерянности воздуха, подался вперед, чтобы коснуться желанных губ с жадностью, свойственной лишь тому, кто одной ногой находится в могиле. Руи не оттолкнул его, принимая поцелуй.
Уми показалось - кто-то выбил весь воздух из легких, и те сгорали, рассыпаясь пеплом у него в груди. Но дышать, как и шевелиться, он боялся, понимая, что может спугнуть любой неловкостью басиста. Что за блажь на него нашла, Уми сейчас понять даже не пытался. Он был не против: пусть хоть по сто раз на дню дуреет, лишь бы позволял вот эту слабость - быть его. Хоть изредка. Уми был больным и не пытался этого скрыть. Он готов был ждать этих кратковременных помутнений рассудка вечность, готов был принимать эти безумства басиста когда и где тот захочет. Уми не видел в этом желании ничего унизительного, хотя, по сути, так оно и было. Но это было его желание. Он им ни с кем не делился, но если Руи решил, что хочет его поцеловать, он не позволит даже собственной гордости встать на пути. Пусть целует.
Уми понимал, что всему виной то, что творили в соседнем номере согруппники, что Руи поддался общему настроению, а его губы были единственными доступными в радиусе девяти квадратных метров, но ему и на это было плевать. Его использовали, но он был не против.
Руи подался назад, заставляя Уми опуститься на кровать следом за ним, но ничего больше они сделать не успели. Дверь в соседний номер хлопнула, из коридора послышался гам, тяжелые шаги и сдавленные смешки, а затем в комнату, не утруждая себя вежливым стуком, ввалились веселящиеся драммер и второй гитарист. Они нетвердо стояли на ногах и чудом не роняли нетбук, который дружно держали на вытянутых руках.
Руи буквально смело с кровати. При этом он едва не уронил собственный лэптоп, который угрожающе накренился, меняя угол обзора, вместе с тем поворачивая и картинку на экране нетбука Тои, заставляя созерцавших ее музыкантов дружно наклонить головы, пьяно хихикая.
Уми, едва сдержавшись от красочного излияния мыслей вслух, медленно перевел дыхание и поднялся с кровати Руи, поправляя сбившуюся набок кофту. Желание убивать стало едва ли не основным, вытесняя все прочие. Хотя желание плюнуть на все, повалить Руи прямо посреди гостиничного номера и нежно его изнасиловать, стояло на одной ступени с жаждой крови драмса и гитариста.
- Это... мы это... - продолжая глупо хихикать, начал Тоя, точнее - продолжил, ибо все еще пялился в нетбук, ведя беседу через его микрофон, - собираемся пожрать... сходить... купить... надо бы. Ю пойдет...
- Я не пойду! - Ткнув барабанщика в бок кулаком, возразил гитарист, который на ногах держался чуть крепче, нежели его собутыльник.
- Он пойдет. Сам... не хочет. Кто с ним?
- Тебя Йода покусал? - Вскинул бровь Уми, пытаясь разобрать последовательность слов драмса. Это получилось не сразу: пришлось вычленить все икающие междометия, затягивающиеся паузы-отрыжки и лишь затем сгруппировать фразы в последовательность, которая могла бы иметь смысл.
- Меня Ю покусал, - тут же пожаловался Тоя, обиженным мопсом глядя на гитариста: то на одного, то на другого.
Руи, не выдержал и привычно-громко заржал, заставляя выпивших приятелей синхронно дернуться, едва не выронив нетбук.
- Ты кто? - Вполне серьезно поинтересовался Тоя, с прищуром поглядывая на басиста, его испугавшего. - Он похож на Руи... Уми, пойди с Ю в магазин - я жрать хочу. Пиццу. Только не ту, что в микроволновке, - у нас ее нет. А сырая она как картон.
- Она и горячая такая же, - фыркнул гитарист, думая, устраиваться ему на кровати или, все же, сходить с Ю в супермаркет, ибо знал баранье упрямство Тои - тот не покинет их номер до тех пор, пока не получит свою не бумажную пиццу.
- Неважно. Только чтобы не покупная.
- Ага, я ее украду. Сойдет? - Мышцы лица свела судорога: Уми пытался не косплеить Руи и не ржать в голос с идиота-барабанщика, который в состоянии не очень трезвом всегда деградировал до образа и подобия говорящего стула.
- М-м... - Тоя серьезно загрузился вопросом, отчего снова едва не уронил своего электронного друга. Руи, опасаясь за ценность хоть и не своей, но дорогостоящей игрушки, осторожно забрал ее из рук приятелей, опуская на кровать рядом со своим ноутбуком.
- О, давайте мы их скрестим, и они нарожают нам планшетиков?! - Тут же загорелся извращенной идеей Ю, почему-то продолжая стоять посреди комнаты с вытянутыми вперед руками. Тоя подражал ему, задумчиво пережевывая собственные губы.
- Я не постесняюсь и спрошу: что вы пили? - Уми все мялся в проходе между кроватями, думая, как поступить будет благоразумней. Оставлять Руи наедине с невменяемым Тоей не особо улыбалось, но тащить его за собой в супермаркет на ночь глядя было еще большей глупостью. Потерять эту генетическую ошибку было делом пары секунд.
Рисковать Уми не стал. К тому же, сам с печалью осознал, что от обеда остались лишь тусклые воспоминания, и сейчас его желудок встал на сторону согруппников, выдвинувших предложение сходить за едой.
- Ладно, Ю, пошли охотиться за пиццей, - Уми перемахнул через кровать, оказываясь по ту ее сторону. Сцапал с тумбочки свой бумажник, подумал немного и решил мобильный не брать. Поход за пиццей в ближайший комбини вряд ли займет больше получаса: за это время, гитарист надеялся, ничего серьезного не случится.
- Руи, тебе что-нибудь купить? - Уми впервые после прерванного поцелуя обратился к басисту. Тот отвел взгляд к окну, бросив, что ничего не хочет.
- Точно? Мне не сложно, - продолжал напирать Уми.
- Точно. Я не хочу есть.
- Руи...
- Уми, я ничего не хочу.
- Совсем ничего?
Руи замер, на секунду задумавшись, а потом выдал, оборачиваясь к гитаристу:
- Мороженое. Я хочу яблочное мороженое.
- Больше ничего?
- Ничего.
- Окей. Тоя, тебе только пиццу? - Уми сразу от Руи отвернулся, переключаясь на драммера. Тот тут же принялся перечислять все, что хотел бы съесть на ужин, отчего Уми, не выдержав, его на пункте так тридцатом перебил, заявив, что в таком случае ему придется доплачивать за доставку, ибо вьючные животные должны за какие-то деньги лечить грыжу.
Тоя, не поняв намека, сунул гитаристу пару тысячных купюр и принялся диктовать дальше. Уми, скрипя зубами, подхватил внимательно кивавшего, но ничерта не запоминавшего Ю под локоть и поволок его к выходу.
Хлопнула дверь, повисла долгожданная, столь блаженная тишина. Уми показалось даже, что он оглох, но затем из номера послышался грохот и сдавленный мат Руи, что дало понять - подобного счастья ему не сыскать, пока в этом мире существует Тоя.
Ю подал признаки жизни лишь на выходе из гостиницы, поздно сообразив, что забыл куртку в номере. На улице стояла свежая февральская ночь, ветра не было, но с вечера накрапывал нудный, неприятно-постоянный дождик, от которого тело покрывалось мурашками. Уми, поежившись, с жалостью посмотрел на второго гитариста, но решил, что тому прогулка на свежем воздухе пойдет только на пользу. Со словами: "Не сахарный - не растаешь", - он поволок друга в направлении ярко мерцавшей вывески.
Там, миновав турникет, пристроил Ю позади тележки и, приказав следовать за ним, двинул между рядов, выискивая на полках более-менее похожее на то, что запросил барабанщик. Тара для покупок быстро наполнилась, но в отделе с мороженым того, что хотел Руи, не нашлось. Уми перерыл все морозильники, но яблочного мороженого среди предложенного в ассортименте, не отыскал. Было даже мятное, но яблочного - нет. Едва сдерживая гнев, гитарист потолкал друга, сросшегося с тележкой в единое целое, к кассе. Там расплатился и, нагрузив Ю пакетами, направил его стопы в сторону гостиницы, а сам отправился искать яблочное мороженое. В районе, где располагалась гостиница, было пять супермаркетов и пара магазинчиков, которые в десять часов вечера еще не закрылись. Но нигде желаемого мороженого не обнаружилось. Остановив на перекрестке такси, мужчина попросил отвезти его до ближайшего крупного маркета, надеясь, что в заведении, больше автостоянки у отеля, найдется то, что хотел Руи. Такси остановилось у торгового центра, Уми попросил таксиста подождать, а сам едва ли не бегом бросился внутрь. Супермаркет располагался на первом этаже и закрывался в одиннадцать часов. Уми, быстро ориентируясь в рядах, нашел нужный, но и там яблочного мороженого среди заледеневших лакомств не было. Небеса явно были в заговоре против него! Уми психовал, по второму разу пересматривая все, что было выставлено на витрине. Затем обратился к парню в фартуке, но и консультант не смог ему ничем помочь, разве что ускорил процесс поисков, заявив, что яблочного мороженого у них не бывает. Уми это понимал, как понимал и то, что может объездить все магазины города, но так и не найти это чертово лакомство. Но упрямство и желание во что бы то ни стало найти то, что попросил Руи, было сильнее благоразумия.
Гитарист снова оказался на улице и, расплатившись с таксистом, отпустил машину, решив, что поиски на своих двоих будут куда как продуктивнее. В кармане осталась лишь мелочь, так что пришлось отыскать банкомат и в первую очередь снять деньги, не зная, принимают ли в магазинах меньше комбини карточки.
 
KsinnДата: Вторник, 23.07.2013, 21:31 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
К полуночи Уми обошел с пару десятков магазинов, но в каждом ему отвечали одно и то же. Казалось, яблочное мороженое не существует в природе. О нем, как и о чупакабре, только слышали, но никто его не видел. Но раз Руи его хотел, значит, оно должно было быть! И обязанностью Уми было его отыскать.
К часу ночи Уми убедился в том, что ноги у него, оказывается, не железные и что ему пора бросать курить. Колени дрожали от долгой и быстрой ходьбы, а грудь разрывала одышка. Но Уми упрямо поднимался на ступени очередного незакрытого магазинчика или комбини, задавая продавцам один и тот же идиотский вопрос о яблочном мороженом. От отчаяния хотелось рвать волосы на голове, биться ею же о ближайший столб или просто разрыдаться, но гитарист был слишком целеустремленным и настойчивым, а еще ему до тошноты хотелось исполнить желание дорогого человека. Сделать Руи счастливым стало его идеей-фикс года три назад, и теперь гитарист был готов в ад спуститься за этим проклятым мороженым, лишь бы только увидеть, как Руи улыбается. Ему. Улыбается…
Уми застонал в голос, останавливаясь на углу какого-то оживленного перекрестка. Он не знал, сколько кварталов прошел, но время на огромных часах, привинченных к стене небольшого здания старой кладки, показывало на приближающийся рассвет.
Уми казалось, он исходил весь город, выискивая треклятое мороженое, хотя на деле вряд ли обошел больше, чем пять кварталов в радиусе их гостиницы. Та находилась недалеко от центра, сейчас же, Уми видел это по запруженным человеческими сущностями даже в столь ранний час тротуарам, он находился как раз в сердце города.
Но даже здесь его постигло разочарование. Мороженого не было. Не было чертового яблочного мороженого! Было клюквенное, черничное и еще бог знает какое, но яблочного - нет, такого, простите, у нас в ассортименте нет.
Но... видя отчаяние на лице чудаковатого парня, немолодая продавщица из отдела пряностей окликнула его, жестом подозвав к себе.
- Не знаю, зачем Вам в пятом часу утра понадобилось яблочное мороженое, - начала она неуверенно, хотя по ее улыбке и стало ясно, что она прекрасно понимает, почему молодой парень бегает по супермаркетам в такой ранний час, выискивая одно-единственное лакомство, - но я знаю один магазинчик, который торгует всеми сортами мороженого. Правда, это в другом конце города и открывается он в семь...
- Можете адрес дать? - Не очень вежливо прервал ее Уми. Женщина не обиделась - понятливая была - и тут же продиктовала гитаристу нужную улицу и указала название лавки.
Уми, благодарно поклонившись, опрометью бросился прочь - искать такси.
Ехать пришлось минут пятьдесят, а потом еще два часа торчать под магазином, дожидаясь его открытия. Он был первым клиентом - парнем с побелевшими губами и отмороженными руками. И он попросил лишь одно - яблочное мороженое. Такое было. Целых два сорта. Уми долго не мог решить, какое выбрать, и в итоге взял оба. Потом он спросит, какое Руи любит больше. А пока пусть будет два...
Прижимая к груди пакет с мороженым, Уми вышел на улицу. Город проснулся и теперь спешил по своим неотложным делам. Люди, сонные, раздраженные, шли на работу или с работы. Кто-то просто вышел за молоком, кто-то в столь ранний час выгуливал собаку или отводил ребенка в детский сад.
Уми было плевать на них всех. Он замерз, хотел под душ и спать. Но прежде он хотел отдать мороженое Руи. Он чувствовал себя идиотом. И понимал, что так оно и есть на самом деле, но... ничего не мог с собой поделать. Он был тронутым. На одном человеке. И ради него был готов выглядеть полным придурком, всю ночь ищущим замороженное молоко со вкусом яблок.
Такси поймать не составило труда. В машине Уми едва не уснул, но холод ведерок с мороженым отрезвлял.
Автомобиль притормозил у входа в гостиницу, когда в одном из номеров прозвенел будильник, выставленный на восемь часов утра.
Всунув водителю измятую купюру, Уми выполз из салона и сонным шагом поплелся к парадной двери. Та услужливо распахнулась, впуская мужчину в ярко освещенный холл. В нем было тепло и уютно и пахло так, как пахнет во всех гостиницах во всех уголках мира.
Стараясь не вывихнуть челюсть, зевая, Уми добрался до лифта и там немощно привалился к стене, не пытаясь скрыть усталости от пожилой пары, что подозрительно косилась на странного парня с бумажным пакетом из бакалеи в обветренных руках.
Дверь в номер оказалась не заперта, и Уми обрадовался, что попробовал замок прежде, чем постучаться. Руи мог еще спать. Руи был соней. Все в группе знали, что басист всем пьянкам-гулянкам предпочитает сон. И ненавидит, когда его будят. Уми не хотел быть тем, кто его разбудит, потому что не хотел быть тем, кого Руи возненавидит на весь день - как минимум.
Но будить Руи Уми не пришлось - тот не спал. Сидел на кровати, поджав под себя ноги и пялился в стену. На нем была вчерашняя одежда, а судя по пустым коробкам от пиццы и рамена, разбросанным по кровати, - постель он не разбирал.
Кровать Уми представляла собой полигон для объедков и бутылок из-под пива. На ней мог спать только Тоя, но Тои видно не было, отчего Уми решил, что басисту каким-то образом удалось отправить драммера и гитариста в их номер раньше, чем они разучились передвигаться на собственных конечностях.
Когда Уми вошел в номер, Руи встрепенулся, отрываясь от своего высокоинтеллектуального созерцания пустоты. Подняв голову, он посмотрел на гитариста. Тот прошел вперед, прикрывая за собой двери.
- Твое мороженое, - Уми остановился рядом со своей кроватью, опуская на ее край пакет с двумя ведерками яблочного мороженого. Развернулся и, на ходу стягивая куртку, скрылся за дверьми ванной комнаты. Хотелось принять душ, смыть с себя холод и грязь ночного города, но сил на это не осталось. Тело дрожало - так сильно хотелось спать. Глаза слипались, а зевать уже не позволяла ноющая челюсть.
Умывшись теплой водой и ополоснув шею и грудь, Уми вернулся в номер. Полотенце он взял с собой, решив, что сейчас скинет со своей кровати мини-свалку вместе с покрывалом и уже потом попытается обтереться. А не получится - намочит наволочку, не беда.
Руи забрал пакет с мороженым и теперь, сидя к двери ванной спиной, медленно колупал подтаявшее лакомство пластиковой ложкой. Он выбрал светло-желтое, а зеленое оставил, поставив ведерко на тумбочку у кровати Уми. Гитарист хмыкнул на это, слегка растерявшись.
Пройдя к постели, он сгреб весь мусор на средину покрывала, свернул его и отправил получившийся узел на пол. Что-то звякнуло, судя по звуку, разбившись.
Тоя оплатит испорченное одеяло, для себя решил Уми и переживать о разбитой бутылке тут же перестал.
Опустившись на кровать, гитарист принялся вытирать лицо и плечи, то и дело поглядывая на Руи. Тот смотрел в ведерко с мороженым (что читалось по низко склоненной голове) и медленно ел ароматную сладость. Что-то в его движениях было странным, а через пару мгновений Уми понял, что ошибся. Странным было не то, как судорожно сжимались на пластиковой ручке пальцы басиста, а то, что он едва различимо всхлипывал, поднося ложку к губам. Руи ел мороженое и плакал.
Уми никогда не видел Руи плачущим. Вот так. Горько. Надломлено водя десертной ложечкой по горке мороженого.
В груди предательски заныло и тут же умерло, захлебнувшись болью, сердце. Уми отбросил в сторону полотенце и поднялся, неуверенно подходя к Руи. Он не знал, что сказать, потому что не знал, почему Руи плачет. Возможно, он чем-то обидел басиста, возможно, это сделал кто-то другой, пока Уми не было. Уми не знал, а спросить боялся. Потому что его пугал ответ.
Но сказать что-то было нужно, раз уж он встал и даже осмелился подойти так близко. И гитарист произнес первое, что пришло в голову:
- Прости, я не знал, какое ты любишь, но в магазине были только эти два сорта и... Ты больше любишь желтое?
- Нет, я не люблю желтое, - продолжая есть мороженое, ответил Руи, поднимая глаза и глядя куда-то за прозрачно-белую занавеску, стыдливо прикрывавшую наготу большого окна. - Я люблю зеленое.
Уми растерянно оглянулся на ведерко, оставленное на его тумбочке.
- Но вот же зеленое, я... - он шагнул к своей кровати, чтобы взять тару с мороженым, которое любил Руи, но шепот басиста заставил его замереть, неуклюже-глупо склонившись над кроватью:
- Я оставил его тебе.
Уми показалось, что его сердце остановилось. Оно просто перестало биться, заглохнув где-то в теплом плену межреберья. Мужчина стоял, протянув вперед руку за ведерком с яблочным мороженым, и даже не моргал. Ему было так... отчаянно больно и... радостно, что он потерялся. Он не мог пошевелиться, не мог вдохнуть и все смотрел на собственные пальцы, практически касающиеся покрытого испариной ведерка с красивыми зелеными яблоками на его боку.
А Руи больше ничего не говорил: шмыгал, вдыхая, сопливым носом и ел мороженое, выдыхая ртом.
Уми подумал, что сейчас разревется сам и это привело в чувства. Он не хотел рыдать перед Руи - не того он играл героя по жизни. Он был психом, влюбленным в Руи: от кончиков его пальцев до кончиков волос, которые он обожал. Он обожал Руи всего, полностью. Даже вот такого: рыдающего, роняющего в талое мороженое не только слезы, с немытой головой и отпечатком от рукава собственной кофты на припухшей щеке... Уми любил его. Вот просто любил. За все сразу. За то, что он есть. Такой вот несовершенный.
Выпрямившись, гитарист нетвердым шагом обогнул кровать Руи, чтобы остановиться, становясь перед басистом. Тот продолжил колупать мороженое, глядя только на кончик ложки. На губах его, приоткрытых и раскрасневшихся, дрожали мутные капельки слез, но Руи не замечал их, и они срывались вниз, падая ему на руки. На это Руи тоже не обращал внимания, и слезы высыхали, так никем незамеченные. Пустые, глупые слезы.
- Руи... - Уми знал, что Руи не откликнется, но все равно позвал его. Просто любил произносить его имя, - я не люблю мороженое...
Руи как-то судорожно втянул в себя воздух и разрыдался, сжимая в руках несчастную ложку, что под натиском его пальцев треснула, издав противный звук.
Уми дернулся, как будто это сломался не пластик, а что-то внутри него. Секунду смотрел на трясущегося в рыданиях Руи, а затем медленно опустился на пол перед ним, осторожно обнимая колени басиста непослушными руками. Прижался к ним щекой и так замер, закрывая глаза.
Руи плакал еще какое-то время, а потом перестал. Его дыхание было влажным и тяжелым, когда, раскачиваясь, как лепестки на водной глади, опускалось Уми на плечи. А тот все жался к Руи, осторожно поглаживая его ноги через жесткие складки джинсов, и боялся, что снова ошибся.
Время шло, Уми слышал, как за стеной ожили Тоя и Ю, начиная ссориться за ванную. Слышал, как хлопнула дверь в номер Томо. Он слышал, как тяжело стучит сердце в собственной груди, и чувствовал, что сейчас... банально уснет, согревшись теплом любимого человека. Сознание куда-то уплывало, в голове стелился туман. А Руи все молчал и ничего не делал, а Уми не хотел открывать глаза, не хотел ничего говорить, не хотел отпускать. Вот так уснуть - это было бы исполнением одного из самых сокровенных желаний. Тепло Руи было его колыбельной - тем, о чем так давно мечталось по ночам. Да и не только - Уми бредил Руи и наяву, фантазировал и представлял каждую свободную от прочих мыслей минуту, каждую секунду дышал Руи...
Где-то что-то упало. На этаж выше. А Руи - поставил ведерко с мороженым на край тумбочки. Уми сильнее сжал его ноги, понимая, что сейчас их попросят отпустить. Уми не захочет, но отпустит. Но Руи не попросил. Он вообще ничего не сказал - просто наклонился вперед, обнимая Уми обеими руками. Щекой прижался к его макушке и... все. Дыхание его выровнялось, став мягким и теплым, как майские сумерки. И время, казалось, уснуло. Все звуки исчезли, и только сердце тихо тикало, отбивая свою мелодию в кончиках пальцев, которые нежно поглаживали жесткие складки у отворотов джинсов...

OWARI

06/01/13
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Apple Green Ice-Cream (PG-13 - Umi/Rui [Vistlip])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz