[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Красный цирк Мазохистов (PG-13 [j-rock])
Красный цирк Мазохистов
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:32 | Сообщение # 1
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Название: Красный цирк Мазохистов
Автор: ~Pierrot~
Контактная информация: god_93@inbox.ru

Фэндом: Dir en Grey, Moi dix Mois, Vampire Rose, Konig, Malice Mizer, Gackt, Buck-Tick, La'cryma Christi, Tokyo Decadance, GPKISM, Velvet Eden, Versailles, The GazettE, X-Japan, Mejibray, VAMPS, Phantasmagoria, Acid Black Cherry, Lycaon, MUCC, Luna Sea, D

Персонажи/пейринг: Seth, Vampire Rose, Kyo, Konig\Yu-Ki\Sugizo\Kamijo\Tatsurou, Atsushi Sakurai\Asagi\Kisaki\Mia\Zero\Yasu\Hyde, Kami\Hiro, Gackt, Kozi, Dj SiSeN, GPK\Dada, Toshiya, Mana\Selia\Hizaki, Die\Aoi, Hide

Рейтинг: PG-13
Жанр: Deathfic, Drama, Angst, Kink
Предупреждения: смерть персонажей, сцены насилия и жестокости, садомазохизм
Размер: Миди
Статус: закончен
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:34 | Сообщение # 2
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Посмотри, как ярко и привлекательно горят огни гирлянд, протянутые, словно паутина, между столбами. Красные, синие, зелёные, жёлтые и многие, многие другие лампочки. Одна из них точно соответствует твоей душе, а может настроению. С ними сочетается и купол, разрисованный горизонтальными полосками. Они медленно тянутся вниз, огибая верёвки, держащие шатёр, к самой земле. Сплошное, яркое полотно. Но в одном месте оно прорывается. Чёрное и таинственное отверстие, называемое входом, встречает посетителей. Другого входа нет, выхода тем более. Девочки и мальчики, мужчины и женщины стройтесь в ряд, ожидайте своей очереди. Не толпитесь, осторожно, в этих стенах вы найдёте покой. Я, Пьеро, стою тоже в этой очереди. Я сегодня попрощался с реальность и вошёл туда.
Туда, где кончаются мечты.
Туда, где всё по-другому.
Туда, где начинается сказка.
Добро пожаловать в Красный цирк Мазохистов.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:34 | Сообщение # 3
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Пролог.
Он всегда появляется внезапно. О нём даже ходят легенды, похожие больше на сказки, граничащие с безумием. Родители пугают этим местом своих детей, хотя сами, втайне от них, боятся и одновременно хотят побывать там. Легенды, сказки, страхи окружали всегда то, что вы боитесь себе даже представить. Это цирк. Казалось бы, что такого страшного в этом? Всю жизнь он являлся местом, в которое приводили своих сыновей и дочерей, чтобы они немного отдохнули. Но, поверьте мне, такого места вы ещё не видели. Этот цирк другой. Все ужасы, рассказанные о нём, - правда. Давайте я немного расскажу сейчас.
Само здание, вернее тканевый шатёр, ничем не отличается от других. Такие же цветные полосы, блестящие и привлекающие внимание людей. Разноцветные фонари ещё больше украшают это место. Но, самое первое, на что вы обратите внимание, - это обилие красного цвета. Да, полосы и лампочки кажутся разноцветными, но цветная лампочка или полоска – одна из пяти. Далее двор. А его, в принципе, нет. Ни забора, ни телег и лошадей, животных. Даже людей нет. Пустырь с шатром. Представили? Тогда пойдём внутрь.
Немного пройдя по тёмному коридору, вы ещё успеете подумать, стоит ли вам двигаться дальше. Но вы так заинтересованы, что движетесь дальше. В конце коридора вас встретит любезный швейцар, который заберёт вашу верхнюю одежду. Его имя – Сэт. Одет он всегда в длинный плащ, левый глаз полностью закрыт повязкой. Вам ещё, наверное, покажется, что он очень высокий, но это отчасти только так. Сэт всегда носит обувь на высокой платформе с каблуком. Не смотрю на весь образ, швейцар очень вежлив и вы сразу успокоитесь после длинного тёмного коридора. Тем более стоит вам увидеть улыбку Сэта… Такая многозначность и недосказанность, успокаивающая все ваши бурные эмоции. И, конечно, он пожелает приятно отдохнуть, посмотрев представление артистов, которые очень волнуются, стоя там, за кулисами.
Но говорить о них ещё рано. Они встретятся вам только во время выступления. Следующий, кого вы увидите, точнее, услышите, - оркестр. Превосходная живая музыка, которой больше ни в одном месте нет. Кажется, что здесь собрались лучшие музыканты во главе с не менее талантливым дирижёром. Бетховен, Моцарт, Чайковский? Кого из них вспомнили вы? Вынужден буду вас огорчить – таких здесь нет. Во главе стоит дирижёр, его имя Татсуроу. Длинная чёлка, закрывающая все его лицо, не мешает искусно управлять своими музыкантами. А их у него не так много.
В центре, за большим чёрным роялем сидит мужчина с длинными волосами, которые локонами спускаются вниз по его длинному плащу, тонкие пальцы в белых перчатках еле касаются клавиш. Это Камиджо. И, как вы уже поняли, он пианист. Вокруг рояля стоят ещё три человека, играющие на струнных инструментах. Высокий, стройный мужчина, немного своим обликом напоминающий девушку лёгкого поведения, нежно, одной рукой, держит гриф виолончели, другой – смычок. Его длинные ноги, подчёркиваемые короткой юбкой и чулками в сетку, также как бы обнимают инструмент. Всё это вместе создаёт облик непристойности и грации. Извините меня, я совсем отвлёкся на него, забыв назвать имя. Его имя Кёниг. И он мужчина, как я уже говорил, ведь в этом цирке нет ни одной женщины. Справа от Кёнига стоит ещё один музыкант. Облегающее латексное платье с корсетом подчёркивает все изгибы его фигуры. Длинный разрез выше бедра слева открывает его ногу. Он, как и Сэт, любит высокую платформу, поэтому достает до самого конца струн своего контрабаса. Ярко рыжие волосы подчёркивают лицо с глазами, в которые вставлены кошачьи линзы. Имя это персонажа Ю-Ки. И он смотрит точно перед собой, будто не замечает ничьего присутствия. Хотя совсем рядом с ним стоит скрипач. На нём одето длинное белое платье, которое местами порвано и висит лохмотьями. Губы накрашенные бордовым, хорошо сочетаются с цветом волос. Сугизо. Сугизо медленно перебирает пальцами струны, иногда касаясь их. И они нетерпеливо начинают стонать, чувствую скорое начало представления.
Я опишу вам то представление, на котором был я. Но позже. Сначала я немного познакомлю вас со всеми артистами. Поверьте, что ваш интерес от этого не пропадёт. Скорее наоборот. Просто описывать их я буду потом, сейчас назову лишь имена. Пройдём те же за кулисы. И так, представление открывает конферансье – Вампир Роза. Поэтому он стоит у входа на алую арену, иногда приподнимая кусок ткани, чтобы смотреть, собрались ли люди. За его спиной высокий мужчина в кимоно и с катаной в руке. Гакт.
Немного поодаль, не смотря на артистов, ещё один высокий широкоплечий мужчина, Сакурай, без всякого стыда прижимает к стене такого же широкоплечего по имени Асаги. Сакурай одет в чёрный строгий костюм. На Асаги же одето вызывающее платье красного цвета, которое дополняли чулки в сетку и латексные перчатки. Завершали весь его образ меленькие рога, надетые на голову. Пара совершенно не обращает внимания ни кого, как в принципе и на них, внимания. Должен, однако, отметить, что в руке Сакурай держит цепь, концы которой заканчиваются ошейниками, надетыми на шеи пяти худых парней, сидящих у ног парочки. Это питомцы, но у них ведь тоже есть имена. Самый маленький, с чёрными волосами – это Хайд. К нему прижимается такой же мелкий парень по имени Ясу. Ещё двое, пепельный блондин и тёмно-коричневый, это Зеро и Миа. Немного поодаль сидит ещё один, с длинной чёлкой на один глаз. Он подозрительно озирается по сторонам, будто не понимая, где находится. Это последний питомец по имени Кисаки. Я описал их только по цвету волос и причёске, так как кроме этого на них не одето ничего существенного.
Совсем недалеко от Сакурая и Асаги со своими питомцами, расположилась ещё одна не менее странная компания. И её тоже можно спокойно отнести к категории доминирования-подчинения. Грациозная женщина в длинном чёрном платье стояла, немного подняв голову. В одной руке она держала розу, в другой – волосы ещё одной женщины, сидящей у её ног. Женщину в чёрном платье зовут Мана. Его роль в этом представлении весьма необычна. Другая женщина, сидящая у его ног, была чем-то похожа на ту, что стояла за спиной Маны. Он был одет в красное платье, его белые волосы были перетянуты лентами. Хизаки. Стоящего за спиной зовут Селиа. Они – лишь ассистенты в номере Маны.
Далее наше внимание будет обращено к человеку в белом, сидящему в углу. Его руки были туго связаны рукавами смирительной рубашки за спиной. Одежда полностью белая, за исключением чёрных тканевых пуговиц. Волосы также чёрные. Лицо у него выбелено, глаза и губы покрашены чёрной краской, под ними – кровавые дорожки, изображающие слёзы. Перед странным молодым человеком лежит маска. Его образ – Пьеро. Имя – Кодзи.
Возле Кодзи стояли ещё два мужчины. На них не было совершенно никакой одежды, за исключением лёгких полупрозрачных накидок. Единственное, что скрывало их наготу, - длинные, прямые волосы. У одного парня – светло-коричневые, почти рыжие волосы, у другого – тёмно-чёрные. Первый из них – Ками, его иногда называли Бабочкой. За руку Ками держал Хиро. Они спокойно смотрели по сторонам, иногда переглядываясь. Это вызывало на их лицах скромные улыбки и заставляло покрепче сжать ладони.
Но на этом странные пары не заканчивались. Ещё одна разместилась в противоположной стороне комнаты. Высокий, стройный мужчина в костюме и длинном плаще, стоял возле не менее эффектной дамы. Его дама была одета в длинное, открытое спереди платье. Не смотря на то, что ноги в колготках были обуты в сапоги на высоком каблуке, он всё равно был не выше плеча своего кавалера. Даму, кстати, звали Дада. А его кавалера, который держал в правой руке трость с черепом, а левая лежала на плече Дады, - Кен. Его все называли Готическим Принцем, ведь весь его облик – это облик классического средневекового аристократа.
Казалось бы, как все эти дамы в пышных платьях и их кавалеры с макияжем вмещались в эту маленькую комнату, но места в ней было достаточно ещё на двух героев. Они сидели вместе, хотя выполняли разную работу. Один из них, парень по имени Тошиа, пытался прямо здесь надеть на свои длинные ноги чулки, чем привлекал внимание не только Сакурая и Кена, но и некоторых питомцев. Закончив, наконец, с этим, он принялся искать свои металлические спицы, которые снова обнаружил у яркого-салатового парня, сидящего рядом. Салатового звали Сисен, он любил забирать у Тошиа спицы и пытаться сделать с ними то же самое, что тот показывал на арене. Но чаще всего это заканчивалось банальным издевательством над Кодзи, который не плакал и не кричал от боли, а лишь редко нервно хихикал или заливался истерическим смехом. Но на этот раз Тошиа был особенно серьёзен, что вызвало недовольство у Сисена, который всё оставшееся до выступления время просидел надув свои пухлые губы.
Я, кажется, хотел закончить. Но именно в этот момент появились ещё два персонажа, которые как всегда где-то задерживались вдвоём. Если они приходили, значит, вся команда в сборе. И так, появились ещё двое мужчин. Один был одет в немецкую форму, пиджак которой он застёгивал на ходу. Это Дай. Его красные волосы пытался привести в приличное состояние другой мужчина, чуть ли не бегущий за Дайске, который широким шагом шёл к Вампиру. Следом бежал Аой. С Даем у них был один номер.
Теперь, когда все в сборе, им осталось самое главное – дождаться знака их директора о том, что можно начинать представление. И, кстати, он никогда не появлялся в начале выступления перед своими артистами, поэтому о нём я могу сообщить вам лишь имя – Кё. Люди долго собирались сегодня, поэтому они начали волноваться, ведь Кё не любит ждать. Вампир Роза собирался уже пойти поторопить людей, но в этот момент к нему сзади подошёл Дай, обнял его за талию и начал что-то шептать на ухо. Конферансье внимательно выслушал красноволосого, совершенно не замечая его наглых рук, которые начали сползать ниже. Продолжалось всё это недолго, к большому огорчению Дайске. Хидэ, отвечающий за освещение арены, погасил все огни. В зале погас свет, кто-то вскрикнул от неожиданности. Это означало только одно – представление началось.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:35 | Сообщение # 4
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 1. На арену, господа.
Это послужило знаком для Вампира. Он резко оттолкнул руки Дайске от своей талии, обтянул пиджак, провёл рукой по волосам. Вампир протянул руку, чтобы откинуть кусок ткани, ведущий на арену, но на секунду остановился. Обернувшись ещё раз на всех мужчин, стоящих за его спиной, он окинул их серьёзным взглядом. Сейчас все артисты были серьёзны также как и Вампир. Конферансье резко отвернулся и, натянув на своё выбеленное лицо улыбку, вышел на арену.
Яркий луч прожектора, направленный Хидэ, осветил мужчину в ярко-красном вельветовом костюме. Он вышел широким и грациозным шагом в центр, луч следовал за ним, создавая шлейф. Его голо раздался внезапно.
- Леди и джентльмены. Сегодня вам выпала великая честь увидеть собственными глазами представление своей души, - загадочная улыбка коснулась губ Вампира Розы и тут же исчезла. - Возможно, мои слова вам немного не понятны. Я объясню. – Его голос снизился до шёпота. – Ваша душа имеет множество красок и проявлений. От того, какую краску вы выберете, будет зависеть ваше действие. Жёлтая, возможно, для вас счастье. Чёрная наоборот грусть. Весь спектр открыт для вас, если вы дышите, конечно. А с чем у вас ассоциируется красный цвет? С чем у вас ассоциируюсь я, стоящий открыто перед вами в красном костюме? Боль? Желание? Радость? Или гордость? – после этих слов глаза Вампира налились красным, из его верхней челюсти показались два клыка, что осталось незамеченным для людей. – Что же? – в зале началось волнение. – Ну что вы, господа! Не беспокойтесь! Я ведь просто задал вопрос. – На лице конферансье появилась широкая, искренняя улыбка. – И так. Именно эта связь будет показана вам в течение сегодняшнего вечера. Дамы и господа, смотрите. Наш цирк открыл представление души. Только для вас. И только сегодня они, - Вампир показал рукой позади себя, где никого не было, - предстанут перед вами для вашего же удовольствия. А я буду сопровождать и контролировать весь этот вечер. Ведь именно сегодня ваша жизнь изменится. Добро пожаловать в Красный цирк Мазохистов.
Люди в зале встали со своих мест, громко аплодируя конферансье, который стоял в середине арены, наклонившись в поклоне. Но овации были прерваны громким резким звуком удара. Люди замолчали, не понимая, что это за звук. Камиджо ещё раз ударил с силой по клавишам, заметив, как Татсуроу взмахнул левой рукой. И сразу тонкий и пронзительный звон скрипки, сочетаемый с воплем виолончели, заставили зрителей сесть на свои места. И только тонкий, умеренный ритм контрабаса Ю-Ки, напоминающий метроном, успокоил их. Продолжив отстукивать по струнам такт, Ю-Ки, вместе с другими музыкантами, приведшими в состояние равновесия свои инструменты, посмотрел наверх. Вампир Роза выпрямился, также поднял глаза и, поняв, что директор занял своё место, ушёл на миг со сцены. Вернулся он сразу же, но только с микрофоном на длинной стойке. Став у одного края арены, он сообщил, касаясь красными накрашенными губами микрофона:
- Господин Кё.
Больше он ничего не сказал, а сразу быстро исчез со сцены. Вместо него на неё вышел сам господин. Он был низкого роста, одет в кимоно из кожи и латекса. Это конечно мало напоминало кимоно, так как имело много ремней, заклёпок, булавок и сетки. Ноги, руки, плечи и лопатки Кё были открыты. Медленно он поднялся на невысокий барьер, который ограждал арену от зрительского зала. Сидевшие рядом люди сразу пришли в ужас от того, что Кё держал в обеих руках. Начав идти по барьеру, за господином потянулась длинная пуповина, которая ещё сохранилась на одном из эмбрионов. Так, не спеша, Кё обошёл по периметру арену, внимательно разглядывая зрителей. На некоторых он еле заметно указал взглядом, и они странным образом сразу исчезли. Дойдя до места, где исчез Вампир Роза, он тихонько окликнул его. Конферансье появился незамедлительно.
- Взгляд, обращённый в небо, не спасёт вас. Опустив его на землю, вы упадёте. Сегодня мы сделаем это. Вы зазнались. Мы опустим. Вы упадёте.
Эти слова Кё говорил, держа Вампира одной рукой за шею. Закончив говорить, господин вызывающе посмотрел на конферансье. Не задумываясь, последний открыл рот. То, что осталось в другой руке у Кё, он с жестокостью и нежностью запихал в рот Вампира. Завершив этот процесс, Кё резко развернулся к залу.
- Вы подавитесь собственной несамостоятельностью.
Подождав, пока Вампир проглотит остатки мяса, господин исчез со сцены также внезапно, как и появился. Роза благодарно закрыл глаза и направился к краю арены, где ему предстояло стоять всё представление.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:36 | Сообщение # 5
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 2. Боль.
- Я говорю – ты слушаешь. Я делаю – ты не сопротивляешься. Я приказываю – ты выполняешь. Запомни это. А теперь начнём. Двигайся, направляемый моим голосом и руками. Не сопротивляйся, а то я накажу тебя. Эта оболочка мешает тебе, сорви её. – Голос Вампира Розы вступлением прозвучал, знаменуя начало представления, и первые артисты появились на арене.
Медленно загорался свет прожектора, проявляя одинокую фигуру, лежащую на арене. Худой, темноволосый парень лежал в центре красно круга. Возле него сидел ещё один. Хайд ловил каждое прикосновение руки Ясу, иногда прогибая спину или открывая свои самые чувствительные точки на теле. Парни, казалось, не замечали, что на них смотрят сотни глаз.
Внезапно на арене появился мужчина в красном платье. В одной руке он держал плётку. Не замечая парней, находящихся в центре, он прошёл вдоль барьера, указывая концом плётки в зал. Параллельно с этим он бросал взгляды, сочетающие в себе сексуальность и жестокость. Дойдя снова до начала, Асаги стал так, что его юбка полностью открыла ноги. Руками он медленно провёл от плеч и до внутренней стороны бедра. После этого Асаги совершил ещё несколько движений, которые показали все выдающиеся части совершенного тела мужчины.
И только тогда он заметил парней, которые всё это время с ужасом в глазах наблюдали за его действиями. Раздался резкий щелчок, который заставил Ясу прижаться ещё крепче к Хайду, но уже от страха. Ещё один – и они закричали от боли. Асаги не останавливался, с улыбкой на лице он продолжал наносить удары плёткой по полуобнажённым телам парней. Но только до тех пор, пока глаза Ясу не приняли другое выражение, больше похожее на удовольствие. Замети это, Асаги подошёл к нему, взял за волосы и посмотрел в глаза пристальным взглядом. Убедившись, что он уже почти добился желаемого, мужчина снова вернулся к своим действиям. Грациозно взмахивая одной рукой, другой держа юбку, Асаги создавал впечатление бабочки, которая порхала над цветком. Вскоре и Хайд поддался на эти действия Асаги. Боль исчезла. Пропало желание кричать и плакать. Теперь парни медленно ползали в центре арены, иногда нежно касаясь друг друга и умоляюще смотря на своего хозяина, прося его взглядом не останавливаться. Но Асаги не спешил заканчивать, будто ждал чего-то.
В следующий момент на арене появилась новая фигура. Широкоплечий мужчина в чёрном костюме, держащий в руке цепь, заканчивающуюся тремя ошейниками. Зеро, Кисаки и Миа ползли на четвереньках впереди Сакурая. Он направил их к центру арены. Асаги резко обернулся. Взглянув на Сакурая, на его красивом лице появилась однозначная улыбка. Перестав избивать парней, мужчина начал подходить к Сакураю. Не дойдя до него, резко повернул в сторону кулис, что очень того огорчило.
Сакурай бросил повод, подошёл к Ясу и Хайду, взял их за волосы так, чтобы видеть лица. Парни не смогли выдержать его тяжёлого взгляда. Чёрные глаза, казалось, видят тебя насквозь. Но они не посмели отвернуться. На лице Сакурая появилась довольная улыбка – Асаги знал свою работу, не зря же их называли укротителями в этом цирке. Он поднял голову и заметил, что Асаги уже стоит перед ним, открывая прекрасный вид на свои ноги. Сакурай медленно провёл взглядом выше. Но его прервал сам Асаги, протянувший главному хозяину два ошейника.
Резко встав, Сакурай взял ошейники и подошёл к парням, сидящим уже на коленях. Асаги в это время щёлкал своей плёткой, призывая их к послушанию. Наконец, ошейники были надеты. И тогда Сакурай взял поводок и пристегнул новых питомцев ко всей своре. Он обернулся, махнул Асаги рукой. Мужчина подошёл, позволил Сакураю обнять себя за талию, и вместе с питомцами они удалились за кулисы. Последние действия пары сопровождались громкими аплодисментами из зала.
- Подчинение. Оно начинается с повиновения. Сначала тебе больно, потом ты привыкаешь. Что вы скажете на это? Ничего, кроме молчания. – Вампир Роза сообщил о конце номера.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:37 | Сообщение # 6
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 3. Свобода.
- Давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны. Что может скрывать вашу душу? Кожа? Мышцы? Одежда? Только то, что вы сами посчитаете нужным. Посмотрите, что бывает, когда душа обнажена. Именно это и является причиной её отсутствия, - голос, раздающийся над ареной, начал умолкать вместе со светом в зале.
Одинокие лампочки начали загораться по одной, открывая залу не совсем ясную картину происходящего перед ними. Момент – что-то белое промелькнуло в свете огня. Ещё одна вспышка – что-то чёрное, словно лента, разрезало луч света напополам. Это продолжалось довольно долго, пока зрители не начали совсем путаться в этих неясных образах. И тогда, видимо пожалев их, Хидэ направил один единственный луч под купол арены. Картина, открывшаяся внезапно, вызвала суматоху в зале, несколько удивлённых голосов сказали что-то не внятное.
Из-под самого купола медленно и осторожно спускалась бабочка. Именно так стоило думать людям, хотя они и не сопротивлялись. Восторженные взгляды были направлены только туда, не замечая, что под этим чудом на арене есть ещё один человек. Но, посмотрите наверх. Ярко-фиолетовые крылья. Совсем яркие. Они освещались светом со всех сторон, создавая даже какое-то сияние вокруг этого существа. И оно опускалось, открывая людям ещё больше, давая им рассмотреть то, что привлекало столько внимания.
Человек. Вернее, молодой парень. К его спине ремнями были привязаны крылья бабочки, но они не смотрелись, как чужие. Будто родные, настоящие они держались на спине, подчёркивая все её изгибы. Плечи, лопатки, далее по позвоночнику до бёдер. Ниже, ещё ниже спускался длинный шлейф от них. Тело парня, белое словно снег, обладало, тем не менее, хорошими формами. Он был полностью обнажён, поэтому это было хорошо заметно. Но никакого неприличия в его внешнем виде не было благодаря его длинным, светло-коричневым волосам, спускавшимся сзади по спине и спереди. Весь его образ был продуман настолько, что на наготу парня никто не обращал внимания.
Спустившись на арену, всё ещё пристёгнутый ремнями, он медленно поднял голову и осмотрел зал каким-то печальным и уставшим взглядом. Казалось, что он устал носить эти крылья, что ему хотелось свободы. Один раз спустившись на землю, он захотел на ней и остаться. Только тогда, когда его уставший взгляд упал на землю, он резко изменился. Подняв высоко голову, уже с любопытством разглядывал того, кто сидел перед ним в трёх шагах. Длинные чёрные волосы лежали перед другим парнем, раскинувшись веером. Он, как и бабочка, был обнажён. Их глаза встретились.
Ками сделал шаг вперёд по направления к Хиро. Тот тоже стал немного двигаться в сторону бабочки. Но верёвки, сдерживающие Ками, не позволили сделать ни шага навстречу. Он посмотрел наверх и с силой рванулся в сторону. Не помогло, они держали слишком крепко. Внезапно послышался щелчок от удара плети и Ками резко дёрнулся. Обернувшись, он заметил Сакурая, который замахивался для нового удара. Резкая боль в спине, он хотел упасть, верёвки снова удержали его. Снова свист в воздухе и новый удар. И всё потому, что желание освободиться не было прописано в сценарии номера. Поэтому на арене появился укротитель. Хиро начал плакать, протягивая руки в сторону Сакурая. Он умолял его взглядом, просил прекратить. Но бесчувственные глаза укротителя даже не выражали сожаления. И тогда Хиро заплакал. Но сердце, безразличное к просьбам, слёзы не тронут. Сакурай продолжал наносить удары плёткой по телу Ками, заставляя того извиваться всем телом, пытаясь избежать удара. Он призывал к послушанию.
Но укротитель не ожидал одного. Хиро, который больше просто не мог плакать, резко вскочил и встал на пути Сакурая. Это только вызвало улыбку на лице мужчины. Он снова занёс руку, и новый удар пришёлся уже на тело Хиро. И хрупкий парень не выдержал. Он упал на грудь, его волосы рассыпались вокруг. Ками пытался кричать, но его рот лишь беззвучно открывался. Верёвки держали крепко, но бабочка всё равно металась, пытаясь помочь. Это всё бесполезно. Укротитель улыбался, предчувствуя скорый финал обоих.
Асаги появился на арене внезапно. Подойдя к Сакураю, он резким движением вырвал плётку, повернулся к Ками и Хиро и сделал жест рукой, означающий только одно. Это – приказ к уходу с арены. Хиро удивлённо и испуганно смотрел на мужчину в красном. Ками поднял измученный взгляд, но не пошевелился. Сакурай, осознавший действия Асаги, возмущённо дёрнулся в сторону бабочки. Но на его пути возник Хиро. Парень, словно тряпичная кукла, отлетел в сторону. То, что могло здесь произойти в дальнейшем, вызывало только ужас. Зрители в зале замерли, не дыша, наблюдая за действиями артистов.
Сакурай снова пошёл в сторону парней. Асаги, пытавшийся задержать его за ругу, не смог остановить мужчину. Подойдя достаточно близко, укротитель остановился. Внимательно посмотрев на обоих парней, он улыбнулся краем губ. Сделав ещё один шаг, наблюдая за их реакцией, улыбка Сакурая становилась ещё шире. Плётка, отнятая Асаги, снова была в его руках.
Новый герой пришёл на помощь. Мужчина в белом костюме, похожий на куклу, появился из ниоткуда. Он посмотрел пустым, стеклянным взглядом в зал, затем на арену. Остановился на Сакурае. Казалось, что они долго смотрели так друг на друга. Но кукла первая нарушила эту дуэль. Медленно, не спеша он начал двигаться в сторону укротителя. Тот сделал небольшой шаг назад. За руку Сакурая резко схватил Асаги, что-то прошептал на ухо и потянул в сторону кулис. Бросив взгляд полный злобы на куклу, Сакурай последовал за мужчиной в красном.
Подойдя к Ками, Кодзи достал откуда-то длинный нож, перерезал верёвки и ушёл следом за парой. Хиро, всё это время испуганно наблюдавший за происходящим, подскочил и подбежал к бабочке. Но тот не принял объятий. Поправив длинные волосы, он протянул руку за спину и нащупал крылья. Легонько дёрнул. Затем Ками вышел на середину арены, закрыл своё тело волосами, взялся обеими руками за крылья. Раздался громкий звук порвавшихся ремней, крылья упали на землю. Парень перестал быть бабочкой. Он вырвал свои крылья.
Обернувшись, он протянул руку в сторону Хиро. Взяв ладонь, протянутую ему, помог подняться. Ками смотрел на Хиро, смотрел прямо ему в глаза. Свет потух, застонала скрипка, резкий удар по клавишам рояля. Снова свет – арена пуста.
- Любовь и ненависть. Ты не можешь двигаться, ты связан. Только тот, кто лишён любви, сможет помочь тебе. Но только ценой своей собственной жизни, - Вампир Роза снова разорвал тишину своим монотонным голосом.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:37 | Сообщение # 7
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 4. Преданность.
- Всю жизнь мы ищем чего-то. Мы знаем, что должны помочь кому-то. Но кому? – Вампир вопросительно поднял одну бровь. - И когда? Поэтому, не останавливаясь и не замечая этого движения, идём по дороге жизни. Вдруг именно за этим поворотом находится ответ. Смотрите – он, - конферансье указал в сторону от себя, где виднелась фигура в тени, - искал это всю свою сознательную жизнь. И продолжает.
Темнота продолжала царствовать на арене. Хидето не спешил показывать зрителям нового героя этой запутанной истории. Тень начала перемещаться. Люди вглядывались во тьму, пытаясь рассмотреть того, кто скрывался. Он двигался, двигался, двигался по кольцу арены.
Наконец, в центре площадки загорелся ярким огнём свет прожектора. Несмело, оглядываясь по сторонам, тень начала приближаться. Но в его зажатости была заметна чёткость и строгость движений, каждый шаг был обдуман. Дойдя до края света, тень выпрямилась и смело сделала шаг вперёд. Взглядам зрителей предстал молодой человек, одетый в кимоно. В одной руке он держал меч, в другой – синий цветок, цвета его кимоно. Волосы молодого человека были аккуратно собраны назад и перевязаны лентой. Он осмотрелся по сторонам, повернулся лицом к зрителям.
Глаза его выражали одно – он что-то искал. Внимательно смотря по сторонам, всматриваясь в каждого человека, Гакт упорно искал только то, что ему нужно. Но этого нигде не было, и его глаза наполнились сожалением. Таким, что хотелось заплакать. Гакт не мог себе позволить этого.
- Он молчит. Он не может говорить. Я скажу за него, - Вампир Роза снова появился на арене.
Услышав его, Гакт обернулся. Теперь его взгляд изменился на ненависть. Он не понимал, как кто-то другой может говорить о нём? Каждый раз, стоя вот так на арене, он хотел сам рассказать о своей роли в этом цирке, о своей судьбе. Но Вампир каждый раз прерывал его. И теперь он не мог больше терпеть. Гакт резко повернулся к конферансье, взмахнул рукой, останавливая его. В тот момент, когда он хотел сказать, в воздухе снова послышался знакомый свист, а затем щелчок. Гакт схватился за левую руку, но не упал. Обернувшись, он увидел главного укротителя, который стоял в трёх метрах от него. В руках Сакурай держал чёрную плётку с металлическим кольцом на конце. Но к новому удару не готовился. Со злобой смотря на Гакта, будто давая тому второй шанс, укротитель медленно покачивал рукой.
Но самурай не хотел сдаваться. Он сделал резкий выпад в сторону и выхватил меч. Кольцо пролетело возле самого его уха. Гакт кинулся в сторону, в темноту. Всё готово было выйти из-под контроля. Сакурай смотрел внимательно по сторонам, ища сбежавшего артиста. Свет прожектора ползал по всему красному кругу. Неожиданно для укротителя, он услышал свист другой плётки с противоположного конца арены. Следом за ним воздух разрезал меч. Затем резкий удар по струнам контрабаса. Сакурай поспешил туда, откуда раздался звук. Ю-Ки повторно дёрнул струны, к нему присоединился Кёниг.
Снова свист. Снова удар. Снова, и снова, и снова. Звук от удара плети поднимался под самый купол. И не прекращался до тех пор, пока прожектор не осветил то место. Сакурай, увидев всё происходящее, также начал наносить удары по телу, лежащему с края арены. Гакт больше не мог сопротивляться, теперь он защищался. Поразив один раз своего врага, самурай не смог выстоять резкому звуку контрабаса. Ю-Ки знал, какую ноту не может выдержать слух каждого актёра. Оркестр укрощал с помощью музыки. А в это время укротители продолжали беспорядочно наносить удары по телу самурая, выбирая самые незащищённые точки.
Внезапно Асаги, всё это время державшийся за правый бок, упал на колени. Посмотрев на него, Сакурай заметил, что вся рука мужчины залита кровью. Она стекала по руке вниз, заливала чёрную юбку, текла по ногам. Ещё немного опустив глаза, укротитель заметил окровавленный меч, лежавший возле Гакта. Мысли смешались в его голове. Всё окончательно вышло из-под контроля.
Продолжая наносит удары, Сакурай ждал, пока лежащий перед ним мужчина не перестанет дышать. Все эти события были так молниеносны, что зрители не поняли, что это не шоу. Из-за кулис показался ещё один артист в длинном чёрном плаще. Он подхватил Асаги за талию, взял на руки и унёс окровавленного укротителя с арены.
Снова послышался звук контрабаса. Сакурай немного сжался от неожиданности, но не остановился. Он обошёл Гакта со стороны так, чтобы стоять лицом к зрителям. Высоко подняв плётку, внимательно посмотрел на зал. Оркестр молчал. Поднеся к себе руку, облизал кожаные ремни, по которым стекала кровь. Медленно дошёл до кольца. Язык Сакурая показался изо рта, когда тот облизывал железное кольцо. Глаза укротителя налились одновременно непристойностью и гневом. Он ещё раз взглянул на лежащего перед ним.
Увидев глаза самурая, наполненные ненавистью, Сакурай пришёл в бешенство. Он ожидал увидеть в них раскаянье за боль, причинённую Асаги. Но если нет раскаянья, значит, будет ещё больнее. Подойдя быстро к самураю, взял его спереди за кимоно и с силой рванул в стороны. Сакурай знал, что делает, поэтому не остановился, пока не разорвал всю одежду на теле Гакта. Откинув в сторону бесполезные тряпки, даже не посмотрев на тело, лежащее перед ним, укротитель снова отошёл в сторону.
Выйдя туда, где стоял конферансье, Сакурай высоко поднял голову, встретился взглядом с Татсуроу. Что нужно делать, если тронули твоё самое дорогое? Если правосудия нет. Было ясно, что для самурая лучше смерть, чем невозможность высказать своё мнение. Поэтому Сакурай взял роль судьи на себя. Кивнув головой Татсуроу, подождал, пока скрипка Сугизо тихонько застонала. После этого раздался звук виолончели и чёткий ритм рояля. Контрабас молчал. Гакт поднял голову, было видно, что самурай держится из последних сил. Но он не сдастся, хоть и не может встать.
Укротитель медленно поднял руку, держащую плётку, начал заводить её за спину для удара. Медленно и грациозно, как он всегда прикасался к Асаги. Резкий свист, вскрик виолончели, удар по обнажённому телу Гакта. Туда, где течёт кровь. Туда, где бьётся сердце. Туда, где дыхание держится за последние секунды. Только туда был нацелен удар Сакурая. Он знал, как перейти границу боли и удовольствия. Но Гакту было суждено от рук укротителя испытать только боль.
- Ты посмел ослушаться. Ты посмел ослушаться того, кто сильнее тебя. Показав это, ты потерял жизнь. Возможно, ты за неё и не сильно держался, раз так легко попрощался. Но ты допустил одну роковую ошибку – ты не выполнил свою цель, когда умер.
Эти слова Вампира Розы были последним, что услышал Гакт. Эти слова пронзили его, словно меч, который пять минут назад разрезал тело Асаги. Ему было так же больно. Из глаз самурая потекли слёзы, перемешавшиеся с кровью. Они потекли вместе с оркестром, посылающим свою мелодию в небьющееся сердце.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:38 | Сообщение # 8
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 5. Одиночество.
- А теперь посмотри, что ты оставил. Стоил ли твой ранний уход таких жертв. Твоя цель далеко, ты её не выполнил из-за собственных желаний. Вот она, смотри и истекай кровью. Почему же судьба живёт дольше того, кому она предназначена? Потому что она всегда включает два живых элемента, один из которых имеет поразительное свойство умирать раньше времен.
Темнота арены, которая накрыла её на время, рассеялась неясным светом белого цвета. По самому низу начал стелиться дым, изображающий туман. Сакурай снова появился на арене. Укротитель вывел, вернее, вытащил на арену человека в белом. Аккуратно посадил это чудо в центре. Посадил, как куклу. Ноги расставил в стороны, поправил белую рубашку. На лицо куклы он одел маску. Затем незаметно исчез в этом стелющемся дыме.
Кодзи просидел так некоторое время. Его глаза не двигались, стеклянный взгляд был устремлён в одну точку. Наконец пальцы на руках тихонько пошевелились. Тяжёлые и большие ресницы несколько раз упали и поднялись. Кукла сидела так, будто была сломана. Единственное отличие – она дышала. Движения руками перешли в попытки поднять их. Кодзи двигался, будто марионетка, управляемая невидимым кукловодом. Подняв голову, немного наклонённую в сторону, Кодзи увидел то, что привлекло его внимание.
Купол осветился лучом света. Стали видны кожаные ремни, которые беспорядочно болтались в самом верху. Эта внезапная находка вызвала улыбку на лице Пьеро. Широкий рот, дорисованный краской, растянулся ещё шире. Глаза засветились от радости. Но все эмоции скрыла маска. Сердце, отличающее эту куклу от остальных, забилось сильнее. Кодзи сразу вспомнил всё, что было связано с этими ремнями. Бабочка. Фиолетовая бабочка, так нуждавшаяся в его помощи, была спасена от рук укротителей. И Пьеро совсем забыл о том, что в том номере не было его роли. Именно он положил начало концу. Начало хаосу.
Воспоминания, появившиеся так внезапно, на время отвлекли внимание Кодзи. Но вскоре реальность снова напомнила о своём существовании. Она, как всегда, повесила шоры на глаза душевнобольного Пьеро. В рот вставила узду. Начала дёргать за неё, причиняя боль в и так разрезанных уголках рта. Но Кодзи привык к этой боли. Он лишь снова улыбнулся и поднял уставшие глаза. Из них пропала улыбка, он снова готов к реальности.
Такие действия куклы нравились зрительному залу. Им казалось, что перед ними действительно не живой человек. Кодзи опустил голову. Он понимал, что ему нужно показать свой номер, иначе снова придётся терпеть наказания Кё. Или укротителей. Господин выделялся особой жестокостью, когда дело касалось наказания. И это сильно отличалось от того, что делали укротители.
Кодзи медленно опустил голову, посмотрел на красную арену под своими ногами. Упёршись руками в этот красный бархат, Пьеро поднялся. Словно робот, резкими движениями, он начал шагать в сторону. Это выглядело как детский ночной кошмар. Ожившая кукла размеренно шла к зрителям. Но что-то остановило его. Немного подумав, Кодзи постарался найти то место, откуда исходил сигнал. Обернувшись, осмотрел стеклянным взглядом арену. Наконец, его сердце почувствовало это. Но почему-то оно начало биться чаще. Что-то внутри подавало импульсы, заставляя вены пульсировать, словно в них снова наркотики. Кодзи было знакомо это чувство. Нет, не знакомо. Когда по твоим венам текут наркотики, тебе приятно. Теперь кукле было только больно.
Пересилив это чувство, Пьеро двинулся в ту сторону. Каждый шаг давался ему с ещё большим трудом. Наконец, он замер. Там было темно. Значит, если Хидэ не освещает, туда нельзя. Но Кодзи не мог с этим ничего поделать. Всё его тело, душа, сознание, всё тянуло туда. И он сделал шаг. Шаг в темноту. На некоторое время пропал с глаз зрителей. И тут раздался звук скрипки. Сугизо, почему ты начал играть? Кодзи, понял, что это снова какие-то знаки. Хватит с него. Пьеро мотнул головой, отгоняя от себя реальность. Маска, скрывающая его измученное лицо, отлетела в сторону.
Хидэ, услышав приветственный звук скрипки, ждал только одного. Наконец, виолончель Кёнига поддержала скрипку. И арена осветилась так, как это чувствовал Хидэ. И в свете ярко-красного огня зрители увидели Пьеро, сидящего на коленях перед кровавым пятном. Здесь умирал Гакт. Не шевелясь, не моргая, не дыша, Кодзи смотрел в одну точку. Звук контрабаса вывел его из транса. Резко подняв голову, слушая предупреждающие аккорды, кукла думала только о своём.
Рояль Камиджо начал размеренно стучать. Пальцы в белых перчатках сильно нажимали на клавиши. Этот метроном эхом отдавался в ушах Кодзи. Протянув руку, коснувшись кровавого пятна, убедившись, что это он, Пьеро поднялся. Не думая, что будет дальше, он направился в центр арены. Но звук щелчка кожаной плётки заставил его обернуться. Укротитель. Значит, надо спешить.
Кодзи резко выхватил из-за пазухи что-то блестящее. Поднял руку вверх, заставив белый рукав упасть до плеча. Безразлично взглянув на руку в шрамах, кукла снова опустила открытую руку. Ю-Ки попытался остановить Кодзи, но тело, которым правила боль и наркотики, больше не было чувствительно к музыке. Контрабас начал издавать ужасающие звуки, некоторые зрители потеряли сознание. Весь оркестр, управляемый Татсуроу, начал играть печальную симфонию, несущую смерть. Но они не учли одного – кукла была безразлична. Её можно было только сломать.
Минутное задержание не остановило намерений Кодзи. Взяв покрепче кинжал, вынес оголённую руку вперёд. И под звуки оркестра Пьеро покончил жизнь самоубийством. Его кровь, текущая из перерезанных вен, ручьями потекла по такой же красной арене.
- Ну и что же ты наделал? Почему вовремя не остановился? Двое, идущие одной дорогой, потеряли направление. Вернее, потерялись сами. Вы вычеркнули себя из этого маршрута. Но дорога от этого существовать не перестала. А, значит, новые элементы пойдут по вашим стопам. И, возможно, смогут дойти до конца.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:39 | Сообщение # 9
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 6. Антракт.
Когда Вампир Роза закончил говорить, арена осветилась полностью яркими огнями. Оркестр, игравший гимн смерти, резко поменял мелодию на что-то более весёлое и спокойное. Новый артист на арене не показывался. А это значило одно.
- Антракт! - Встряхнув кудрями, громко произнёс Вампир Роза.
Зрители начали не спеша вставать со своих мест. Но только те, кто мог. Громко разговаривая, некоторые направились к выходу, им хотелось вдохнуть свежего воздуха после пережитого волнения. Но их попытки были пресечены Сэтом, который сообщил, что во время выступления выходить не разрешается. Это огорчило людей, заставило вернуться на свои места. Но и там разговоры, обмен мнениями и впечатлениями не прекращался.
Развлекать публику был выпущен Сисен. Широко улыбаясь, молодой человек, одетый в ярко-салатовую одежду, начал бегать между рядами. И, как не странно, никого столь яркое пятно не раздражало. Наоборот, что-то яркое помогало напряжённым зрителям расслабиться. Сисен знал, что надо делать. Поэтому, сопровождаемый оркестром, весь антракт он развлекал и веселил зрителей. Татсуроу внимательно наблюдал за всеми действиями маленького клоуна, иногда помогая ему, направляя звук виолончели или рояля.
Но что же происходило за кулисами? Что делали артисты? Ведь это выступление, как вы поняли, вышло за рамки всех предыдущих. Давайте немного заглянем туда, куда вход был закрыт плотным куском ткани.
С обратной стороны этого импровизированного входа стоял Вампир Роза. Он снова наблюдал за происходящим на арене. А в это время за его спиной царило поразительное спокойствие. Дада в компании Хизаки и Селиа стояли у дальней стены. Возле них на коленях сидел Принц Кен. Перед ним лежал Асаги, голова которого была аккуратно уложена на ноги Кена. Тихонько гладя длинные, чёрные волосы укротителя он следил неотрывно за дыханием Асаги. Следил, чтобы оно не остановилось. Вокруг них была уже большая лужа крови. Хизаки и Селиа нервно переглядывались, но их останавливали злобные взгляды Маны, который наблюдал за ними.
Он стоял в двух шагах от них. Мана разговаривал с Сакураем и Даем. Тут же рядом стоял и Аой, выпускающий раз за разом кольца дыма. В этой комнате никого больше не было. Вампир Роза, дождавшись, пока зрители немного успокоятся, подозвал к себе Дая и Аоя. Шепнув что-то обоим, кивнул в сторону арены. Они выслушали, кивнули в ответ и тихо вышли, стараясь не быть замеченными зрителями.
Мана, продолжавший говорить с Сакураем, снова обернулся. Его глаза налились гневом, когда он заметил, что Селиа нет. Он знал, что тот снова пропадает где-то с Тошиа, но всё равно начал злиться. Отдавать своего лучшего мужчину в питомцы к укротителям он не хотел. Сакурай протянул руку, взял Ману за подбородок и повернул к себе. Правильно, есть проблемы важнее этой.
Сакурай ещё раз указал туда, где лежало тело Гакта. Это заметил и Кен, который продолжал гладить волосы Асаги. Откуда-то появился Ками. За ним шёл Хиро. Что-то шепнув Сакураю, они снова пропали. Жестом попросив Ману подождать, Сакурай ушёл. Через некоторое время он снова появился, таща Кодзи за широкий воротник. Тот не сопротивлялся. В его глазах была только обида. Его спас Ю-Ки. Он нашёл ту ноту, которая смогла заставить жить даже того, у кого смерть была написана судьбой. Спрашивается, зачем? Да потому, что Гакт ошибся, связав свою жизнь с куклой.
Бросив непослушного Пьеро в угол, завязав его руки рукавами за спиной, Сакурай снова подошёл к Мане. Немного поговорив с ним, кивнул головой. С арены к ним снова вышли Дайске с Аоем. За собой они тащили ткань, которая раньше застилала арену. И снова пропали, скрывшись от всех. Антракт скоро должен был закончиться. Артисты стали готовиться ко второй части выступления, надеясь, что хоть она пойдёт по плану.
Обернувшись ещё раз на артистов, Вампир Роза проверял их присутствие. Недовольно нахмурив брови, когда не заметил Селиа и Тошиа, он посмотрел на Ману. На что тот никак не отреагировал. Но потерявшиеся артисты нашлись внезапно. Дай, Аой, Селиа и Тошиа вышли ко всем вместе. Мана не стал думать, что ему делать. Он резким движением отобрал у Сакурая плётку и подошёл к Селиа. Поняв, что он разозлил госпожу, Селиа покорно встал на колени и открыл рот. Одной рукой Мана взял мужчину за шею, другую, в которой была зажата плётка, поднёс к лицу, заставляя открыть рот шире. Подождав, пока его приказ будет выполнен, Мана внезапно засунул плётку в рот Селиа широким концом. Засунул до тех пор, пока из горла мужчины не начали вырываться хрипы, и не потекла кровь.
Внимание Маны отвлекли действия Вампира. Он что-то приказал Даю. Это заставило прекратить издевательств над Селиа. Бросив того на пол, госпожа направилась к конферансье. Дай вышел на арену. Через некоторое время он вернулся, держа за руку Сисена. Заметив ревностные взгляды Аоя, клоун начал смеяться. Сакурай серьёзно посмотрел, заставив того немного утихнуть.
Вампир поднял руку, призывая артистов к тишине. Все резко замолчали. Оркестр сменил мелодию, в зале поднялся шум. А значит, антракт заканчивается. На некоторое время в комнате поднялась суматоха. Дада, пытавшийся отбиться от рук Тошиа, тянувшихся к его открытым ногам, задел юбкой Кодзи. Тот резко дёрнулся в сторону, но упал, зацепившись за тело Гакта. Он резко откинулся в сторону, покатившись под ноги Даю с Аоем. Крупные мужчины не сразу заметили маленького Пьеро. Мана, за юбку которого держался Селиа, не мог отойти в сторону. Кен, наблюдавший за этим со стороны, подал знак Вампиру Розе. Клоун снова залился безумным смехом.
Вампир успокоил артистов, подняв руку. Сразу воцарилась тишина. Сакурай подошёл к Мане, забрал плётку, потом подошёл к Кодзи и поднял его, снова посадил в угол. Кен, обернувшийся к Даде, схватил Тошиа за руку, притянул к себе и что-то сказал. Тот сразу отошёл в сторону. Тело Гакта, по просьбе Вампира Розы, было убрано из комнаты. Теперь, когда всё успокоилось, все артисты спокойно ждали начала выступления.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:39 | Сообщение # 10
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 7. Любовь.
- А что же есть любовь? Чувство, желание, мечта или ненависть? Она взаимна или обречена на одиночество. Но вся правда в том, что обречён на одиночество только тот, кто любит. Его душа навсегда потеряна. Её часть уходит тому, кого ты любишь. И если вдруг она окажется взаимной, то к тебе придёт другая часть, чужой души. Сможет ли она жить в тебе? Вырежи её, если она пришла. Прогони, если есть выбор.
Зрители снова вернулись в мир, создаваемый на арене. История продолжалась. Но с новыми персонажами. Перед людьми, под мелодию скрипки, появился высокий мужчина. На его широких плечах был плащ, в руках он нёс трость. Выйдя точно в центр, артист снял плащ, кинув его в сторону. Затем стал, поставив трость перед собой и расставив ноги. Его поза была идеальной, он напоминал скульптуру. Только чёрные глаза внимательно следили, казалось, за всеми, кто сидел в зале.
В мелодию скрипки вплелась мелодия виолончели. Через несколько секунд рояль и контрабас присоединились, создавая единую мелодию. Принц стоял, подняв голову. Он не пропускал ни звука, внимательно вслушивался в каждый такт. Он что-то ждал. Он уже волновался, что его партнёр задерживался, но это нельзя было показывать зрителям. Его глаза и поза по-прежнему оставались спокойными. Только пальцы с длинными, чёрными ногтями стучали по трости в такт мелодии. Задержка становилась явной. Татсуроу сдерживал музыкантов, не давая им сорваться. Волнение нарастало.
Наконец, на арене появился тот, кого так ждал Кен. Но совсем не оттуда, поэтому сразу новый персонаж оказался не замечен. Принц услышал за своей спиной тихие, знакомые шаги. Продолжая стоять, он ожидал. Дада медленно подошёл к Принцу со спины, положил руку в перчатке на плечо. Немного повернув голову, Кен посмотрел на того, кто коснулся его. В этом прикосновении было всё, что можно выразить и без слов. Принц начал медленно оборачиваться к своей даме.
Длинное, широкое платье, открывающее спереди ноги. Низкий корсет, затянутый на талии, подчёркивал фигуру Дады. Волосы спускались локонами, закрывая открытые плечи и ключицы. Он был ниже Кена, хоть и стоял на каблуке. От этого такая пара смотрелась ещё необычней. Принц сделал шаг назад и грациозно опустился на колено. Дада положил свою руку в протянутую ему. Только после того, как его предложение было принято, Кен поднялся с колена и поклонился даме. Дада в ответ присел, немного отставив другую руку.
Зал замер. Всё это сопровождалось только размеренной мелодией рояля. Камиджо не смотрел, что происходило на арене, он чувствовал это. Но время тянется медленно, поэтому заканчивается быстро. И вскоре под купол полилась громкая, но пронизывающая мелодия вальса. Пара закружилась по арене. Длинная юбка Дады переплеталась с плащом Принца. Их лица были направлены друг на друга. Глаза неотрывно следили за глазами напротив. Вальс. Прекрасный вальс двух людей, которые слились друг с другом, остановил время.
Резкий гром контрабаса разорвал тишину, сбивая мелодию и заставляя пару остановиться. Татсуроу посмотрел на Ю-Ки. Музыканты остановились. Кен прижал к себе Даду. Он хотел, чтобы это смотрелось, как часть номера. Внезапно мужчина в его руках начал вырываться, что очень удивило Принца. Он опустил глаза, посмотрел на свою даму. Большими, испуганными глазами тот смотрел куда-то в сторону. Кен обернулся. И причина такого поведения оркестра стала известна. Ю-Ки продолжал рвать струны рояля, пытаясь всеми силами остановить человека, который двигался по арене в сторону пары. Как он там оказался? Куда делись укротители?
Кодзи медленно шёл по красному бархату. Перед собой он видел только свою цель. В правой руке у него был нож. Кен начал поворачиваться к нему спиной, закрывая своим телом Даду. Он ждал, когда же придёт помощь. Но кукла приближалась, а контрабас продолжал надрываться. С каждым новым шагом Пьеро, Принц всё крепче прижимал к себе Даду. Остановившись в двух шагах от пары, Кодзи стал рассматривать их. Он попытался заглянуть за широкую спину Кена, но ему это мало удалось. Только юбка платья была видна из-за плаща Кена. Но Кодзи это не остановило.
Действие наркотиков продолжалось, а, значит ,у него ещё есть время. Кодзи был благодарен той женщине с металлическими спицами. Одна из них сейчас торчала из шеи Пьеро, указывая ему цель. Подняв голову под купол, он посмотрел на него. Но увидел только тень. Спиной кукла почувствовала опасность. Обернувшись, он увидел Дайске, который смотрел на него с ненавистью. Своей позой он намекал Кодзи, чтобы тот вернулся за кулисы. Цель стояла перед ним, и возвращаться назад нельзя.
Ю-Ки начал срываться. Он уже не знал, что можно ещё сделать. Эту чёртову куклу не задевала ни одна нота. Всё верно, ведь у него нет души. Но он не терял надежды, продолжая раз за разом рвать струны. А на арене в это время произошло невообразимое. Кодзи резко кинулся на Кена, выставив нож перед собой. Но его нападение было прервано тростью, которую Принц успел выставить ещё тогда, когда ждал реакции куклы. Поняв, что попытка безрезультатна, Кодзи попытался снова. С другого конца к ним уже бежал Дай. Но Пьеро продолжал нападать, падая и вставая.
Секунда. Она решает многое, когда ситуация находится в хаосе. Отбивая удары, Кен не заметил, как Даду кто-то утащил с арены. Дай опоздал. Зал замер. Секунда. Кен поднимает трость, открывая грудь острому лезвию ножа. Ещё одна. Пьеро резко метнулся туда, где отчётливо услышал сердцебиение. Секунда. Боль. Арену залило кровью. Дай остановился, поняв, что опоздал. Алая река потекла в его сторону. Перед собой он увидел только спину, обтянутую чёрным латексом. Его глаза расширились от удивления.
Ю-Ки не заметил, как оказался на арене. Он помнил только, что отбросил бесполезный инструмент, не способный задеть бездушную куклу. Сейчас, в этот момент, длинный смычок его контрабаса прошёл насквозь худое тело Кодзи. Другой его конец был виден с противоположной стороны. Не отпуская смычок, Ю-Ки стоял за спиной Пьеро пока тот не успокоился.
Кукла медленно опустила голову. Посмотрела на что-то, что торчало из его груди. Кровь текла из открытых ран, заливая белую одежду. Прикоснувшись к острию, Пьеро приподнял в удивлении брови. Он чувствовал боль. Боль? Внезапная мысль пришла в голову куклы. Он начал метаться, пытаясь посмотреть, кому это удалось. Кто смог доставить боль кукле? Но силы покидали его стремительно. И вскоре он упал на арену. Его большие глаза безразлично смотрели под купол. Он так и не смог увидеть его. Но он улыбался. В последние секунды своей жизни кукла искренне улыбалась. Он есть. Тот, кого он любит. Кто предназначен только ему. Он есть. Ну и пусть, что смерть разлучила их. Они обязательно встретятся на небесах.
Кен с ужасом наблюдал за происходящим перед ним. Его тонкой, ранимой душе была неведома смерть. И тем более угроза смерти. За своей спиной он услышал какую-то суматоху. Сакурай стоял в другом конце арены. За ним – Мана, державший Даду за руки так, что тот, не смотря на все свои старания, не мог вырваться. Принц протянул руку, зовя Даду. Мана не спешил выполнять. Тогда Кен тихонько пошевелил пальцами на руке, в его глазах светилась угроза. Дада был отпущен.
Дай взял на руки тело Кодзи и унёс его с арены. Ю-Ки продолжал стоять, не обращая ни на кого внимания. В своей руке он продолжал держать окровавленный смычок.
- Любовь. Какое красивое слово. – Вампир Роза решил закончить очередной хаос. – Пока она живёт в вашем сердце, жизнь похожа на вальс. Прекрасная музыка сопровождает вас. Но и она прерывается. Кто вы, против стали? Кто вы, против острого ножа? Музыка. Сопровождает, оберегает, спасает. Вы живы только благодаря ей. Оберегающий вашу любовь мёртв, убитый мелодией. И что теперь станет с любовью?
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:42 | Сообщение # 11
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 8. Грех.
- Снова по кругу. Брожу, стирая каждый раз линию. А она появляется снова, не хочет выпускать меня из этого магического цикла. К чему это приведёт? Что в итоге станет со мной? Что останется от моей души? Я стану одинок. Может, всё-таки есть выход из этой системы? Только снова боль. Она не отпустит.
События, развернувшиеся только что перед зрителями, заставили их забеспокоиться. Они не знали, что с артистами, что происходит с самим представлением. Но оно продолжается. А, значит, нужно быть готовому к новому неожиданному удару. И зал приготовился, замерев в ожидании. Замер, пока свет над ареной тихонько угасал. Пока оркестр не снизил громкость своей игры до человеческого шёпота. Через некоторое время только Камиджо продолжал игру. А вокруг звенела тишина.
Под тихую, медленную мелодию рояля на арене появился мужчина. Он был очень высоким и худым, поэтому выделялся на красном бархате. Своими тонкими пальцами он держал несколько металлических спиц. Глаза были завязаны повязкой. Но на лице была видна улыбка. Улыбка, значение которой не может понять ни один человек. Она знакома только ему.
Тошиа вышел на середину арены интуитивно. Эта поверхность была уже знакома ему. Правда, сейчас многое изменилось. Он остановился не там, где стоял обычно, а там, где почувствовал своими босыми ступнями влажность. Это место Тошиа видел из-под купола, когда управляемый его спицей Пьеро напал на Кена и Даду. Эти воспоминания заставили мужчину ещё раз улыбнуться. Ну и пусть, что Кодзи мёртв, а Дада жив. Он неплохо повеселился, наблюдая за этой сценой. Глупый, глупый Кен. Жертвовал своей жизнью ради этой шлюхи. Тошиа сжал спицы до боли в пальцах. Из его сжатых кулаков начала сочиться кровь.
Привычным движением, немного медлительнее, чем обычно, Тошиа протянул руку вперёд. Спица, сжатая в его ладони, была заточена с обеих сторон. Повернул руку по часовой стрелке, затем в обратную сторону. Глаза, закрытые повязкой, следили за этими действиями, хоть и не видели. В другой руке у Тошиа были ещё три спицы. Мужчина отвёл их в сторону, разжал пальцы, и они со звоном полетели вниз, рассыпавшись по арене.
Оставшуюся спицу Тошиа поднёс к лицу остриём. И начал медленно приближать. Зал зашевелился, ещё секунда – и он проткнёт себе глаза. Но это не было целью артиста. Тогда, когда до глаз оставался миллиметр, направление острия резко изменилось. Тошиа воткнул его себе в лоб, выше повязки. Засочилась кровь. Спица продолжала двигаться вниз, по линии носа. Она разрезала повязку и вскоре та упала с лица Тошиа. Но глаза он не открывал.
Теперь, когда его лицо разделено, можно продолжать. Разрезанное лицо – признак раздельности души и тела, добра и зла. Всё ещё держа остриё на подбородке, мужчина открыл глаза. Его густые ресницы тяжело поднялись. Синие, словно грозовое небо, зрачки были направлены вперёд. Тошиа медленно открыл рот и засунул туда спицу. Кровь, стекающая из пореза, потекла в рот. Мужчина опустил руку. Спицы не было.
Сев на арену, Тошиа оглянулся вокруг себя. Левой рукой он нащупал рассыпанные спицы. Собрав все, снова протянул руку вперёд. Ловким движением руки он распределил всё железо между своими пальцами. Это было похоже на веер. Тонкие пальцы Тошиа будто слились с тонкими прутьями. Развернув руку так, чтобы остриё каждой из них смотрело в район его груди, Тошиа провёл по открытой части живота. Но этого казалось мало. Развязав корсет, мужчина снял его и отбросил в сторону. На нём остались только короткие кожаные шорты и чулки. Волосы, в которые были вплетены такие же спицы, Тошиа распустил.
Снова тонкие прутья оказались между его пальцев. И теперь уже ничего не мешало. Снова движение – и новые дорожки царапин, словно узор, украшают худое тело Тошиа. Кровь, стекающая из царапин, создавала впечатление рваной ткани. Когда уже на животе не осталось живого места, Тошиа начал новое извращение над своим телом. Тонкими стежками, словно иголкой, он начал «прошивать» свои руки. А затем, разодрав чулки, и ноги. Две спицы были оставлены в ногах. Одну Тошиа начал облизывать. Кровь постепенно пропадала с блестящего железа.
Нога, отведённая в сторону, зацепила что-то мелкое. Незаметно, чуть повернув голову, Тошиа посмотрел туда. И его сердце что-то зажало. И он почувствовал, будто его собственные спицы, царапают теперь не тело, а сердце. Они выдирали внутренности, рвали вены, прокалывали лёгкие. Безграничная боль наполнила всё тело Тошиа. Он увидел медальон, который всегда носил Гакт. Здесь его бросил после антракта Кодзи. Этот человек… Гакт. Он заставил его, не знавшего боли и ничего человеческого, почувствовать всё это. Гакт. Почему ты напомнил о себе? Ведь Тошиа уже смирился с твоей смертью. Или он просто обманул себя?
Боль продолжала рвать Тошиа. Вскоре она достигла такого предела, что мужчина просто свернулся калачиком посреди арены и тихонько стонал. Казалось, это будет длиться вечно. Но она ушла так же внезапно, как и появилась. Тошиа выпрямился, сел и оглянулся вокруг. Нужно заканчивать. Пусть это выглядит, как часть сценария. Минутная боль. Это непривычно, но ожидаемо.
Встав на ноги, мужчина отошёл немного в сторону. Его взгляд неосознанно скользнул туда, где был убит Гакт. Верёвка, появившаяся сверху, вывела его из транса. Неимоверно сильное желание обвязать её вокруг шеи охватило тело и мысли Тошиа. От этой неожиданной мысли он передёрнулся. Взяв конец верёвки, поставил ногу в маленькую петлю, которая находилась внизу её. И начал медленно подниматься под купол. Оттуда, с высоты, зал выглядел совсем другим. Но Тошиа привык и не боялся высоты.
Тошиа начал доставать спицы, оставшиеся в его ногах, но чуть не сорвался. Волнение, охватившее его, было недолгим и не заметно залу. Ещё раз посмотрев вниз, выкинул все оставшиеся мысли из своей головы. Держась левой рукой, в правой сжимая спицу, он начал поворачиваться вокруг совей оси. Взгляд снова упал вниз. Гакт. Чуть в сторону – Кодзи. История была слишком коротка. Ни к чему хорошему она не привела. Из глаз полились слёзы. Тошиа разжал ладонь.
- Жизнь даётся всего один раз. И вы сами вправе решать, как ею распоряжаться. – Вампир Роза стоял посреди арены, держа на руках тело Тошиа, которое он успел поймать. – Боль, причиняемая нам другими, ничего не значит по сравнению с той, что мы причиняем сами себе. Боль физическая. Душу свою вы ранить не можете. Её у вас нет. Но кто-то найдёт, обязательно. – Вампир опустил глаза, посмотрев на дрогнувшие ресницы Тошиа. – И тогда вам будет больно. Примите это. Примите боль.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:42 | Сообщение # 12
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 9. Желание.
- И только то, что поистине ужасно, помогает достичь цели. Никакая схема не сможет противостоять стихии. – Эти слова Вампир Роза сочинял на ходу, номер был изменён в последний момент. – Весь мир, окружающий нас, - это система. Сломай её – и сломают тебя. Давай погибнем вместе, мой дорогой. Или станем бессмертны.
Кроваво – красный фонарь, похожий на луну, загорелся под самым куполом. Он осветил зал, оркестр, арену. И алтарь. Каменный алтарь, усыпанный розами, стоял посреди красного круга. Никого рядом не было. Оркестр начал играть медленную мелодию, какие играют на похоронах. И под эти пронзительные звуки на арену вышли двое. На артистах были одеты старомодные бальные платья, на руках – перчатки, волосы аккуратно убраны. Селиа и Хизаки пошли в сторону алтаря.
Подойдя к каменной плите с обеих сторон, они начали поправлять розы, чтобы они аккуратно обрамляли весь алтарь. Затем, выйдя вперёд, мужчины поклонились залу. Селиа посмотрел на Хизаки, подошёл к нему. Хизаки обнял того за талию и нежно притянул к себе. Они не замечали зал, они ждали самого главного. Селиа начал целовать губы Хизаки, затем перешёл на шею. Его длинный острый язык рисовал на белой коже принцессы странные узоры. Селиа поднял голову, в его рту показались два острых клыка. Отведя голову ещё дальше, он с силой укусил шею Хизаки. Тот слегка дёрнулся, но вскоре расслабился, продолжая прижимать Селиа обеими руками к себе.
Когда по тонкой шее принцессы потекли две тонкие струи крови, он начал тихонько отталкивать Селиа. Тот сразу же остановился, внимательно посмотрел на Хизаки. Свист плети заставил их быстро разойтись в стороны. Мужчины стали спереди алтаря и замерли в поклоне, ожидая свою госпожу. Свист повторился. Сакурай внимательно следил за вампирами, не позволяя им напасть на зрителей.
Женщина, одетая в чёрное платье, из-под которого при ходьбе показывались сапоги на высокой платформе, появилась на дальнем конце арены. Идеально очерченные скулы, глубоко посаженные чёрные глаза, тонкий нос показывали отчётливо его аристократическое происхождение. Плавно и надменно пройдя через всю арену, он остановился у изголовья алтаря. Селиа и Хизаки, которые были повёрнуты к нему спиной, обернулись и поклонились теперь госпоже. Мана поднял руку, заставляя их выпрямиться.
Когда Мана поднял и вторую руку, на арене показался Сакурай. Он шёл, неся на руках тело, завёрнутое в белую ткань. Нёс аккуратно, будто собственную жизнь. Подойдя к плите с боку, Сакурай положил тело на неё, поклонился Мане и отошёл в сторону. Госпожа немного склонила голову в ответ. Затем отдал приказ взглядом своим мужчинам. Селиа и Хизаки подошли с обеих сторон к свёртку, взялись одновременно за углы и плавно начали открывать ткань.
На том, кто лежал перед ними, было одето белое свадебное платье. Открыв ноги, бёдра, живот и грудь вампиры остановились. Поклонившись снова Мане, отошли в сторону. Протянув две руки вперёд, Мана медленно снял оставшуюся ткань с лица лежащего перед ним. Он не дышал больше, не моргал, не шевелился. Асаги умер десять минут назад. В то время, как Тошиа был на арене. Мана видел смысл в том, чтобы вернуть его к жизни, сделав таким же, как и Селиа с Хизаки. Но цена этого была велика – все питомцы, принадлежавшие укротителям, должны были быть убиты. И Сакурай согласился. Он всех отдал.
Мана некоторое время смотрел на лицо Асаги. Затем взял стилет, лежащий где-то снизу алтаря, и порезал внутреннюю сторону ладони. Селиа с Хизаки нервно зашевелились, почувствовав такую желанную для себя кровь. Резкий взгляд в их сторону, свист плети, и вампиры немного успокоились. Мана обошёл по кругу алтарь, поливая белоснежное платье Асаги каплями крови. Наконец, снова став у изголовья, обеими руками обхватил умершего за голову. Откинул её в сторону, запрокинул свою, открыл рот с острыми клыками и укусил Асаги в шею. Казалось, что ничего не происходит. Но сменившаяся музыка оркестра, в котором прослеживалась тонкая, давящая скрипка говорила об обратном.
Селиа подошёл к Асаги справа, взял его запястье и укусил. Хизаки сделал то же самое, но с другой стороны. Вампиры высасывали всю кровь из умершего тела. Сакурай продолжал нервно махать плетью. Оркестр замер. Зал затих.
Запястье, которое держал Селиа, дёрнулось. Заметив это, Мана поднял руку продолжая пить кровь. Хизаки отошёл в сторону. За ним – Селиа. Из уголков губ, на шею и ключицы полилась кровь. Мана оторвался от шеи Асаги. Он обернулся туда, где стоял Сакурай, и подал знак головой. Сакурай исчез за кулисами, но быстро появился снова. На поводке перед ним ползли все пять питомцев. Став перед алтарём и лицом к зрителям, он притянул их к себе и посмотрел вызывающе на госпожу. Мана подошёл, взял первый попавшийся поводок. Кисаки дёрнулся от неожиданности, но послушался. Сняв с питомца кожаный шипованный ошейник, вампир достал из-за пояса стилет. Кисаки испуганно рванулся в сторону. Но появившийся из ниоткуда Хизаки схватил его за волосы, обнажая шею питомца. Резким движением Мана перерезал горло дёргающегося в ужасе Кисаки. И тогда, когда тело, бьющееся в предсмертной агонии, замолчало, госпожа посмотрела на остальных питомцев, которые хватались один за одного, пытаясь спрятаться. Но вампир был непреклонным.
Когда уже пять тел лежало перед Маной, он остановился. Сакурай смотрел на всю эту картину такими же глазами, которыми смотрели на вампира его питомцы, чувствующие скорую смерть. Вампир подал знак рукой Сакураю, приказывая убираться с арены. Приказ госпожи был законом сейчас для Сакурая, ведь он хотел любой ценой вернуть себе своего мужчину.
Когда тяжёлая ткань за Сакураем опустилась, вампир продолжил. Селиа и Хизаки подняли Асаги на руки и сняли с алтаря. Поднеся его к куче трупов питомцев, они бросили тело на самый верх. Асаги начал шевелиться. Он чувствовал, что вокруг него много того, что требует его тело подсознательно. Открыв глаза, он посмотрел, что его так привлекало. Глаза широко раскрылись в беззвучном крике. Мана подошёл с другой стороны к нему, взял мёртвого Миа за руку и поднёс её ко рту Асаги. Он почувствовал запах крови. В его сердце проснулось желание. Его тело сопротивлялось, но разум был сильней.
- И как дальше жить, если ты изменился? Твои взгляды, мнения, установки, всё рухнуло в один момент. И самое главное – это не твой желание, не твоё решение. Попробуй понять это сам. – Вампир Роза смотрел на арену, на которой трое артистов просто рвали трупы, выпивая из них последние капли крови. – И только не сильно пугайся. Ты изменился, ты другой. Смирись. А если не сможешь – умри. – Сказав последние слова, он почувствовал, что холодные руки Маны обхватили его сзади. Обернувшись, он увидел, как тот ждёт его действия. Только Вампир Роза имел право пить кровь госпожи. Он вытолкнул Ману с арены за кулисы и впился зубами в любимую шею.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:43 | Сообщение # 13
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 10. Благодарность.
- Теперь начнём опять. Мы встретились здесь, на этом обрыве, как и договорились десять лет назад. Мы теперь навсегда вместе и я безумно этому рад. Смотрю на тебя – ты как всегда счастлив, ты как всегда улыбаешься. И я улыбнулся тебе в ответ. Но ветер вырвал фотографию из моих рук, выбросив её в бездну моря. Он мне напомнил, что ты сделал с собой. И я сделал то же самое. Я сделал шаг. Наша невостребованная любовь похожа на яркие шары. Как в парке в детстве. Помнишь? И я помню.
Широкоплечий мужчина, одетый в немецкую форму, вышел на арену. В одной руке он держал красный надувной шарик. Не спеша он начал идти по кольцу арены, безразлично поглядывая то на шарик, то на зрителей. Иногда он разжимал руку, стараясь отпустить его, но надёжная лента была привязана к его безымянному пальцу, удерживая этот ненавистный предмет. Безразличие сменялось ненавистью, ненависть – безысходностью. Но внезапно он остановился.
С другого конца арены вышел мужчина. Его волосы были розового цвета. В руке – такой же надувной шарик, но синего цвета. Дай внимательно наблюдал за незнакомцем. Но тот не спешил подходить. Он сел на край барьера, тяжело вздохнул. Руку, на пальце которой был привязан шарик, Аой протянул вперёд. Его пустой взгляд выражал бесконечное одиночество.
Дайске медленно подошёл к Аою со спины и коснулся своей рукой, где был привязан его шар, шара Аоя. Резко вскочив, розововолосый мужчина обернулся. И его взгляд изменился. В глазах загорелся огонь. Они просто стояли с края арены и смотрели друг на друга. Дай первым нарушил это. Он взял Аоя за руку. Ленты, держащие их шары, переплелись. Выйдя на центр арены, он отпустил Аоя, жестом попросил подождать и ушёл за кулисы. Через некоторое время вернулся, держа в руках огромную связку красных шаров. На лице Аоя появилась улыбка. И он тоже ушёл. И снова вернулся, но неся связку разноцветных шаров. Протянув свои руки, переплетя пальцы, они заставили обе связки спутаться.
Резкий звук лопнувшего шара разорвал тишину и заставил оркестр играть тише. И снова звук. Шары, находящиеся в руках Дая, начали лопаться один за другим. Аой поднял глаза, наблюдая за этой жуткой картиной. Он боялся, понимая, что это не часть сценария. Что-то снова вышло из-под контроля. Посмотрев на Дайске, он заметил, что тот тоже ищет причину происходящего. Но поиски не давали результатов. Эта история имела по сценарию счастливый конец. А сейчас всё рушилось. И они не понимали – почему.
Тонкий звук виолончели привлёк внимание Дайске. Он посмотрел в сторону Кёнига. Мужчина смычком указал куда-то под купол цирка. Подняв голову, Дай заметил, что там кто-то сидит на канатах. Он снова опустил голову в надежде, что Хидэто заметит и осветит то место. Аой обратил внимание на то, что Дайске что-то увидел. Пытаясь повернуться в ту сторону, он зацепил что-то под своими ногами. Ещё раз дёрнул ногой – резкий звук металла ударил по ушам. Дай тоже услышал это, и в свете прожектора Хидэ уже не было надобности. Металлические спицы в этом месте принадлежали только одному человеку. И все прекрасно знали, кто это.
Ещё раз посмотрев под купол, где сидел Тошиа, Дай начал незаметно для зрителей распутывать шары. Они ведь думали, что это часть номера. Но они продолжали лопаться, разрываю тишину взрывами. И только сейчас Дайске заметил, что Тошиа целенаправленно уничтожает только красные шары. И как ему удавалось попадать именно в них с такой высоты? Аой заметил попытки Дая и начал ему помогать. Внезапно он почувствовал резкую боль в районе правой щеки. Но не обратил внимания и продолжил распутывать шары. Что-то проскочило перед его глазами и воткнулось в руку. Опустив глаза, он увидел спицу, которая торчала из его кисти. Заметив это, Дайске дёрнул рукой, уже разрывая нити. Он понял одно – ненавидят его и Аоя надо спасать. Подняв глаза, он посмотрел на шары. Красный остался только один. И начал с новой силой рвать нити, не замечая, что причиняет боль и себе, и Аою.
Тошиа продолжал кидать спицы, царапая лицо, плечи и спину Аоя. Он знал, что укротитель здесь его не достанет, а распутаться быстро у мужчин не получится. Последнюю, самую острую спицу, он засунул себе в волосы. Она должна была нанести последний удар в шею Аоя, вызвав вампиров. Поэтому он наблюдал за попытками Дая и совершенно не обращал внимания, что и ему среди артистов есть достойная сила, способная противостоять. Сила, связанная с той же стихией.
Тихое колебание каната, на котором сидел Тошиа, заставило его обернуться. И он был сильно удивлён, увидев перед собой Ками. Бабочка, потерявшая крылья. Бабочка, отказавшаяся от крыльев. Ради любви он позволил Пьеро отрезать их себе. Но теперь, когда угрожала опасность, он снова принял их и они его простили. Поэтому Ками оказался здесь, под куполом цирка. И Тошиа смотрел на него пренебрежительно. Он не верил, что крылья теперь помогут ему. Ками не сдавался, он начал приближаться к своей цели, толком не зная, что будет делать. Тошиа понял это, понял неуверенность бабочки. И стал ждать.
Дайске был удивлён, что Тошиа прекратил нападение. Он уже разорвал все верёвки и подошёл ближе к Аою. Вместе они заметили, что Вампир Роза, появившийся на арене, зовёт их за кулисы. Дай не мог уйти. Он толкнул Аоя в спину, направляя к выходу, а сам стал наблюдать, что же будет с бабочкой. Вдруг ему понадобится его помощь. Но стихия земли не могла противостоять стихии воздуха. И он просто стоял, отойдя в сторону, и смотрел, ожидая конца.
Тошиа заметил, что Аой исчез с арены. Это вызвало дикую ненависть. Он злобно посмотрел на Ками. Спиц в его руках уже не было. Ками протянул руку к Тошиа и жестом пригласил спуститься. Но тот отодвинулся ещё дальше, увлекая бабочку за собой. И Ками послушался. Его невинной душе неведома была опасность. Он не знал, что может предпринять Тошиа.
Достигнув того момента, где сетка канатов кончалась, Тошиа замер в ожидании. И Ками начал приближаться. Он снова и снова пытался попросить Тошиа опуститься на землю, но безрезультатно. И ему ничего не оставалось, как следовать. А когда Ками максимально приблизился к Тошиа, тот начал двигаться навстречу. Ками улыбнулся, подумав, что то послушался. Бабочка замерла на месте. Она ждала, пока Тошиа приблизится. Это случилось гораздо быстрее, чем он ожидал. Когда мужчина приблизился, он занёс руку назад, за голову, и вытащил спицу.
Резкая боль, словно током, прошла всё тело бабочки. В районе шеи пульсировала рана, из которой торчала острая спица. Тошиа погрузил её в мягкие мышцы до самого конца. Ками начал терять силы. Дыхание всё больше затруднялось. Его руки ослабели, и он упал на красный круг арены.
- И где же ваша справедливость? И где же ваш бог? – Вампир Роза говорил громко, стоя у изуродованного тела Ками.- Я задал простой вопрос. Прошу вас, господа и дамы, ответьте мне. Молчите? И даже слёз нет. И даже вздоха. Он, - Роза указал на Ками, - придёт к вам во сне. И своей добротой заставит вас сойти с ума. Вы, убившие его, не проронившие ни одной слезы. Справедливость? Честность? Ответственность? Умрите, дамы и господа. Умрите, пожалуйста.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:44 | Сообщение # 14
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Часть 11.Финал.
Последние слова Вампира Роза прозвучали громко над всем залом. Они долетели до купола, где сидел Тошиа. Дальше – в сторону кулис, мимо Дая. Они достигли Аоя, стоявшего прямо за тканью кулис, Даду и Кена, которые не могли забыть ужаса пережитого. Затем Ману. Сердце вампира дрогнуло, то же самое почувствовали и Селиа с Хизаки. Сакурай, державший Асаги возле себя, поднял голову. Хиро рыдал в углу, прижимаясь к мёртвому телу Кодзи, сердце которого неожиданно забилось. Сисен стоял, держась за стену, улыбка навсегда покинула его лицо.
Далее голос вышел снова наружу, огибая Сэта, поднимаясь к Хидэ. И снова опустился к оркестру. Кёниг прислушался, из его глаз потекли слёзы. Камиджо медленно водил пальцами по чёрным клавишам рояля. Сидя на полу, Сугизо прижимал к себе скрипку. Ю-Ки стоял возле лежащего контрабаса, бесчувственно смотря перед собой. И только дирижёр продолжал водить в воздухе руками, описывая причудливые узоры. Татсуроу пытался поднять оркестр. Но только он до последнего отказывался верить в бесполезность своих стараний.
- Дамы. Господа. – Вампир Роза заговорил снова, его обида не была высказана до конца. – Мы хотели показать вам самое главное, но вы сами всё испортили. Вас встретила «доброжелательность». Вы помните, как отказались отдавать своё пальто? – Роза посмотрел на одну из женщин в зале. – Вам показали, как можно получить удовольствие от боли, а вы назвали это извращением, - пронзительный взгляд немного вправо. – «Свободу» помогло обрести «одиночество». И опять – вы назвали извращением прекрасное, нагое тело. – Кудри рассыпались по спине, когда Роза повернулся в противоположную сторону, бросая взгляд на пожилого мужчину. – «Преданность» нашла неверный путь, она сбилась в ложном идеале. Вас же не устроило присутствие японца на арене, - новый зритель сжался в страхе. - И «одиночество» хотело уйти, но прекрасная музыка спасла его. «Лучше бы этот псих умер» - вы так сказали, не так ли? – Вампир посмотрел на другого мужчину, который сидел в соседнем кресле.
Вампир Роза больше не мог стоять возле тела Ками. Он понимал, что срывается. Но Кё не останавливал его, а значит он был обязан подвести итоги выступления. Не зависимо от того, что они получили в конце.
- Антракт! Провозгласил я, давая вам время понять, зачем вы сюда пришли. Но вы не хотели. И тогда я выпустил к вам это чудо, которое называется «радость». Вас снова не устроило. Молодой мальчик был унижен, услышав слово «шут», - конферансье снова пристально посмотрел в зал. – Не знаю, почему, но мы продолжили. И показали вам то, во что вы так охотно верите и кричите на каждом углу. Это «любовь». «Это устарело. Мне не интересно», - Роза посмотрел на молодую женщину, и его сердце наполнилось болью. – Но любви мешало «одиночество», управляемое «грехом». Вы даже не заметили, что она выжила. Вам больше понравилось, что кукла была убита, - и снова взгляд на мужчину в соседнем кресле. – «Грех» был прекрасен, каков он и есть. Но вы смотрели только на ноги и тело того, кто выступал под этим именем. – Красные глаза конферансье пронзили нового человека. – «Желание». Оно ведь у всех разное. Но когда мы желаем чего-то, мы становимся похожи на вампиров. И «желание» спасало «боль». Вам же это показалось сказкой с бутафорской кровью, - немного наклонив голову, но не поворачивая её, Вампир посмотрел на женщину в синем платье. – И тогда, когда в заключение вечера к вам вышла «благодарность», всё, чего вы хотели, это шарик! И не детям, которые сейчас где-то там, дома, в безопасности. Вы хотели это себе. И даже цвета выбирали, - взгляд вампира упал на группу людей. – Но «грех» пытался наказать «радость» за то, что она унижается перед вами. И «свобода» хотела помочь. И «свобода» умерла.
Роза обернулся к Ками, подошёл и взял холодную руку.
- Вы убили самое главное. То, что желаете всю свою жизнь. Все чувства, которые мы пытались показать вам, вы унизили. Что там чувства, вы унизили оркестр! А значит, и музыку в целом! Браво, дамы и господа. Музыканты сидят, держат в руках бесполезные инструменты. Ведь только музыка способна достичь нашей души. Но, как я и думал, она у вас отсутствует. Душа. Это так много.
Конферансье поцеловал руку бабочки, аккуратно опустил её на землю.
- Начало – я хотел узнать. Я надеялся, что это не так. Продолжение – я убеждаюсь, но пути назад уже нет. Всё идёт по пути хаоса. Конец - истерика. Беспорядок. Бесконечная, бесконечная депрессия.
Оркестр поднялся. Звуки мелодии разорвали тишину. Вальс. Похоронный вальс. И на арене появились все. Кен шёл медленно, ведя под руку Даду. Дай смотрел подозрительно вокруг Аоя. На руках он нёс тело Гакта. Сакурай щёлкал плёткой, Асаги следовал за ним в свадебном платье, покрытом кровью. Селиа и Хизаки шли за Маной. За ними – Кодзи. Хиро, плечи которого были опущены, держался за край одежды Пьеро, идя следом. Сисен испуганно смотрел по сторонам, шарахаясь каждого звука. Тошиа шёл последним. Когда артисты замкнули круг, в оставшиеся проёмы стали Хидэ и Сэт.
Оркестр продолжал играть. Вампир Роза стал ко всем в кольцо. И только спустя некоторое время на арене появился хозяин. Артисты отвернулись от зала и поклонились Кё.
- Разрушать. Разрушать и властвовать. Над хаосом.
 
PierrotДата: Вторник, 11.06.2013, 13:44 | Сообщение # 15
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 391
Награды: 15
Статус: Offline
Эпилог.
Он больше никогда не появлялся. И его больше никто не видел. Ни в наше время, ни в прошлое. И я уверен, что и в будущем ничего не изменится. Красный цирк Мазохистов, о котором рассказывали так много сказок, исчез безвозвратно. Люди, которые тогда были на этом представлении, домой не вернулись. Дети осиротели. Утратив самое важное, они утратили жизнь. Только мне, Пьеро, удалось покинуть это место. И не потому, что моё имя такое же, как у одного из артистов. А мы с ним так похожи. Причина в другом – я чувствовал. И вы подумайте, что они хотели сказать, что получилось.
На данный момент мне больше ничего не нужно,
Потому, что вера в тебя – мой единственный свет.
The GazettE - KageFumi
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Красный цирк Мазохистов (PG-13 [j-rock])
Страница 1 из 212»
Поиск:

Хостинг от uCoz