[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Холодный август (PG-13 - Аки/Мизуки, Аки/Мао, Уруха/Мао [the GazettE, Sadie])
Холодный август
KsinnДата: Среда, 05.02.2014, 19:39 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Холодный август

Автор: Wurro
Контактная информация: vk

Фэндом: the GazettE, Sadie
Персонажи: Аки/Мизуки, Аки/Мао, Уруха/Мао
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш, Драма, POV
Размер: Драббл
Статус: закончен

Описание:
Ловлю себя на мысли, что слишком много этого «Он» стало в моей жизни, настолько много, что превышает все допустимые нормы, и я уже просто не могу не думать о том, что я идиот, если не смог просто попробовать не отпускать его.

Посвящение:
Тоскливому, но редко посещающему меня настроению.

Публикация на других ресурсах:
С разрешения.

Примечания автора:
Я не умею отпускать героев, не помучив их перед этим основательно.
Продолжение мини-фанфика "Это просто дождь..."

Приятного прочтения!
 
KsinnДата: Среда, 05.02.2014, 19:39 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
POV Аки.

Жара этого лета превзошла, все ожидания и побила все рекорды, по крайней мере, моих личных наблюдений. За новостями, тем более такими незначительными как погода, я не особо следил - тут бы за четырьмя согруппниками уследить и стаффом, и то задача не из лёгких. Тем более, при ярко выраженных детских наклонностях первых.
Душно, невыносимо просто. Люди за окном нашей студии так забавно спасаются водой и головными уборами, что мне даже их становится жаль немного. Лучше детям – беззаботно плещутся в фонтане, расположенном через дорогу от нашего здания и знать не знают о том, что нужно куда-то спешить, бежать по этому зною. Они просто живут.
А я, кажется, умираю от холода. Так глупо… Сидеть и замерзать от чувства пронзающего изнутри, в то время, когда за тонкой гранью стекла, с другой стороны, люди сетуют на жару. А в голове крутятся всё те же однообразные мысли: «Я поддался… Дал слабину чувствам. Я не должен был пользоваться им так… Вообще никак не должен был им пользоваться! Это же Мизуки! Он слишком ранимый, там, за своей солнечностью. Я просто не имел и до сих пор не имею права даже прикасаться к нему, я же…»

Холодно… Я ненавижу себя, и даже не представляю, как буду смотреть в глаза как минимум двум из друзей, когда они, к назначенному времени придут на репетицию. А времени… а времени не осталось, и я уже слышу шум чьих-то шагов и оборачиваюсь на весёлые голоса – Тсуруги и Кей, подшучивая друг над другом влетают в зал и, замечая меня радостно наперебой, здороваются. Странно, но эти двое любят меня даже таким, не умеющим как они радоваться жизни с детской беззаботностью. Бегают кругом, ржут – из обрывков фраз понимаю, что Тсуруги опять что-то натворил. Необдуманно с его стороны.
Конечно, сам Кей вряд ли его догонит, но вот его барабанные палочки всегда метко достигают цели. Цель узнаёт об этом чуть раньше, чем я заканчиваю мысль. Тсу громкими, будто бы предсмертными, воплями даёт знать об этом всему зданию с его работниками и музыкантами, а потом в комнату заходит Мизуки, и я забываю, что ещё минуту назад улыбался, глядя на парочку придурков-согруппников.
-Доброе утро всем! – Бросает парень и быстро сокращает расстояние до столика со спасительной водой, не успевшей ещё нагреться до температуры, делающей её распитие отвратительным. Он говорит «всем», а мне кажется, что меня он в этой общей фразе игнорирует. Он кажется ничуть не отличающимся от себя прежнего, а я чувствую, что ненавижу себя ещё больше. Он делает жадные глотки прямо из бутылки, а я не смотрю, но перед глазами всё равно стоит картинка того, как он при этом выглядит. Как движется его кадык от каждого глотка, как прикрыты при этом глаза, как одна из капель спешно срывается с бутылки и лениво скользит вниз по длинной шее, на которой мягкой пульсацией выделяется жилка. Жилка, которую я ещё вчера целовал, опьянённый страстью, нашёптывая его имя прямо в сладковатую кожу.

Ловлю себя на мысли, что слишком много этого «Он» стало в моей жизни, настолько много, что превышает все допустимые нормы, и я уже просто не могу не думать о том, что я идиот, если не смог просто попробовать не отпускать его. Не рушить всё так… эгоистично. Хотя я знаю, что эгоизм мой заключён не в этом, а в том, что я смею думать, что могу быть с ним. Он лучше. Он достоин большего и я, по сути, не представляю, чем могу интересовать его. Я – смотрящийся просто ходячим зомби, на фоне его жизнерадостности. Но ведь он, он же… Думая, что я уже сплю…

Я люблю тебя, Аки.

-Утро доброе! – Вырывает из мыслей томный голос и объятия со спины одновременно, всего мгновение мой рассудок лжет мне, давая надежду, что это Мизу, но нет. Это пришёл наш вокару, и конечно, он не мог не воспользоваться возможностью, пообнимать меня пока я сижу и смотрюсь практически одного с ним роста, даже слегка ниже. Не то чтобы он переживает по поводу своего роста… Хотя, впрочем, откуда мне знать, что он вообще думает по этому поводу? Нахождение в одной группе и редкое совместное коротание ночей, не обязывающих ни к чему… это ведь не повод желать узнать мысли человека? Ведь так?
-Доброе. – Я отстраняюсь, вставая, как можно мягче и невозмутимей. Вокару обидчив, а потому с ним нужно поосторожней, иначе есть вероятность спровоцировать и включить его обиженную ипостась. И тогда репетиция отложится на неопределённый срок, зависящий, опять же только от вокару, и от уговоров Кея и Тсу, которыми они в очередной раз будут тешить самолюбие нашего избалованного ребёнка. Несмотря на то, сколько этому самому ребёнку лет…

-Ну что же? Начнём тогда? – Жизнерадостно, ничуть не хуже Мизуки, спешит из комнаты отдыха на сцену, будто в первый раз – репетиция новых песен перед туром, шестая по счёту? Мне кажется, что уже тысячная, так обыденно всё и заучено, все следуют за Мао, а я слегка копаюсь – делаю вид что меняю ремень у басухи, а сам же, просто не хочу идти туда в темноту узкого коридора, где Мао имеет привычку особенно часто приставать ко мне. И раньше я был бы не против, но после вчерашнего… я вообще не уверен, что смогу без выражения неприязни на лице касаться кого-то кроме Мизу… И тут дело даже не в людях, а во мне – познавшем всю прелесть давней мечты, давно самостоятельно стираемой и всё никак не смеющей исчезнуть из мыслей полностью. Я стал просто одержим им. Но как сказать это Мао, который так по-собственнически распоряжается моим временем и считает, что всё так и должно быть?
Задерживаюсь, минуты на две, и следую за остальными – всё равно настройка гитар ещё займёт достаточно времени, чтобы я мог быть уверен, что не перегну палку, и не заставлю других выжидать меня. Эта сцена такая родная и заученная на сто раз, что я уверенно шагаю в темноту. Пара ступенек, четыре метра вперёд и дверь налево – всё просто. По привычке веду рукой по столу, тянущемуся по всей длине коридора у стены слева и уже тяну было вторую руку к двери, как первой натыкаюсь на что-то мягкое.

-Ты сегодня не в духе… - Тихий голос, и цепкие руки вокару разворачивают меня к себе, да так резко, что я еле успеваю убрать бас за спину. Лишь бы не ударить его об острый угол стола, и не поцарапать ненароком. Его не интересует, почему я не ответил не на одно его вчерашнее сообщение, ему плевать, почему были проигнорированы два десятка его звонков. Ему всё равно. Его интересует лишь то, что сейчас я могу ответить на его поцелуи так страстно, как он привык. Могу, но не хочу. И не буду. Делаю шаг назад, и его ноги не успевают сомкнуться за моей спиной. Слышу насмешливое фырканье – думает, я играю?
-Мао, между нами ничего не может быть больше. – Говорю тихо, но уверенно. И мне плевать, что после этого он закатит истерику или что-то на неё похожее. Я просто устал играть по его правилам. Просто…

Аки, я люблю тебя.

За тонкой преградой двери отчётливо слышна игра барабанов и двух гитар, одна из которых принадлежит тому, чьё имя мой мозг вторит с большим постоянством, чем партии песен, заученных казалось бы насквозь.
-Ты просто напряжён. – Слышу как его туфли звонко соприкасаются с полом и он сокращает расстояние между нами до минимального. Привыкнув к полумраку коридора, различаю очертания вокару, и то, как приближаясь ко мне, он скользит вниз, слегка прикасаясь к ногам тёплыми ладонями. – Сейчас я тебе помогу расслабиться.
-Мао, нет. – Отстраняю его за плечи, когда он с опасной решительностью касается пряжки ремня на брюках. Он, что решил, прямо здесь… Раньше, меня бы подобная мысль завела, но теперь он должен был различать мои черты лица, как и я его. Он должен был видеть, что мне противно видеть его таким.
И надо же было именно в этот момент кому-то открыть дверь. И моё огорчение, перешло в отчаянье, когда я узнал в растерянной взлохмаченной фигурке Мизу. Действительно, отвлеченный Мао, я упустил момент, когда нежная мелодия переборов стихла. Вид, открывавшийся гитаристу, был, пожалуй, самым компрометирующим из возможных – я и вокару передо мной на коленях. Тут и добавить-то нечего.
-П-простите… Я… - Сбивчиво извиняясь гитарист опускает глаза, и, продолжая бормотать что-то себе под нос спешит мимо нас в комнату отдыха. Я понятия не имею, что он там мог забыть, но ещё больше не понимаю, что движет мной, когда я всучиваю собственную драгоценную басуху Мао и спешу следом за Мизуки. Я же сам хотел, чтобы он… не был моим. Что бы он, не позволял мне думать, что он может принадлежать мне как-то иначе, чем друг и согруппник. И, тем не менее, бегу за ним, желая остановить и объяснить всё… Я же вижу, что он не просто смутился – его задело увиденное, а это значит что…

Аки, я…

-Мизуки, ты не так всё понял. – Какая же идиотская и банальная фраза, но больше в голову ничего не идёт так сразу. Глаза слепит яркий солнечный свет, и от непривычки приходится закрываться рукой, щуриться, пытаясь различить стройную фигуру.
-А что я должен был понять? – Его голос спокоен и холоден настолько, что даже я, наверное, не могу придать своему тону такое звучание, а может быть, просто я привык к его солнечности и это делает контраст столь заметным. Наконец могу нормально осмотреться. Он стоит у окна, ко мне спиной, и курит. Если бы я не видел, как подрагивают его пальцы, то мог бы подумать, что ошибся.
-Между мной и Мао нет ничего серьёзного. И не будет. – Подхожу к нему так близко, как только позволяет моя наглость и желание ощутить его рядом, и вот он. Протянуть руки вперёд и обнять, осталось немного, но я не могу себе позволить это также нахально, как привык делать вокару. Я и так позволил себе лишнего. – Прости.
-За что? – Ещё одна затяжка и его тон ни капли не меняется, он стряхивает пепел прямо на пол и продолжает смотреть куда-то вперёд.
-За то, что я… - И где эта решительность, когда она действительно нужна? Где?! – За то, что вчера…
-Вчера? Вчера всё было прекрасно, так что ты можешь ничего не говорить. – Мне кажется, я слышу, как падает на пол моя челюсть от такого заявления. И совсем теряюсь что сказать, но вот Мизу, кажется, решил добить меня окончательно. – Только надо было сразу говорить, зачем приходишь, чтобы я не выдумывал ничего. Лишнего.
-Мизуки… - Даже его имя с губ срывается как-то по особенному, когда я понимаю, насколько же дорого мне теперь дастся его отсутствие рядом. Делаю глубокий вдох и обнимаю гитариста, чувствуя, как ноздрей касается едва уловимый запах парфюма, и, как позже, с задержкой в секунду, он возмущённо трепыхается в объятиях, стараясь отстраниться. Но если я отпущу его, он убежит, а я хочу ещё, хотя бы мгновение постоять вот так, рядом.
-Отпусти! – Рычит и вырывается так, что я действительно сомневаюсь удержу ли. – Какого черта?! Акира!

Я и сам не знаю какого, но его сопротивление только ещё больше подстёгивает меня к удержанию. Сердце Мизу бьется так сильно, что я ощущаю каждый удар отчётливо отдающийся мне в руки. И не смотря на первоначальный настрой, извиниться и всё объяснить в мысли вплетается животная страсть, желание завалить его, сопротивляющегося, прямо здесь и сейчас. Но он словно читает мои мысли, а может, замечает сбившееся, ставшее тяжелым дыхание. Обессилено замирает, ощущая бесполезность своих действий, и всхлипывает так, что моё сердце рвётся на части, от нежелания причинять этому человеку боль и в то же время обладать им. Не удерживаюсь, и проскальзываю поцелуем по шее, не спрятанной волосами сейчас – не сопротивляется, вздыхает как-то обречённо.
-Отпусти меня, Акира.
-Не хочу.
-Так нельзя, Акира. – Никогда и не из чьих уст ещё не звучало моё имя так осуждающе. – Ты, то игнорируешь меня, то сам приходишь без предупреждения, то просишь забыть, а то напоминаешь, сам же… Я не хочу так, Акира! Не хочу!

Я боялся, что никогда не буду ему интересен, а теперь, с каким-то больным весельем принимаю, слова Мизуки. Получается, что-то вроде взаимного игнорирования, за масками которого, два идиота уже давно мечтают быть вместе, вот только вместо честного признания находят оправдания, себе и своему молчанию. И ведь самое обидное, что Мизу прав. Но я запутался сам настолько, что один уже не разберусь.
-Да тут не в чем разбираться, ты не считаешься ни с чем! А я не игрушка… - Видимо я окончательно сошёл с ума и оглашаю мысли вслух, или же Мизу внезапно научился читать мысли. Пользуясь моей растерянностью, он почти вырывается из объятий, но я его вовремя ловлю. Так, что он оказывается развёрнут и прижат ко мне грудью, и его глаза сейчас так близко напротив моих, что я отчётливо вижу как плещется в них отчаянье.
-Я чудовище. Прости меня. Я просто не могу не думать о тебе больше. – Говорю я не своим голосом, всё тише и тише, переходя практически на шёпот, склоняюсь ближе к его губам, и потому что хочется ощутить их, и потому… что я верю, что этот поцелуй не даст ему оттолкнуть меня так просто, сколько бы ошибок я не успел совершить. Я ничуть не старше своих детей-согруппников – я верю в чудеса. И в какой-то миг мне действительно кажется, что в глазах Мизуки проскальзывает ответ на мой шёпот, надежда на взаимность. И он даже позволяет скользнуть поцелуем по его губам, но тут же отступает прочь, отталкивая. А я запоздало обнимаю воздух, и не могу отвести взгляда он него, такого родного и чужого человека одновременно.

-Я уйду из группы, если ты ещё хоть раз подойдёшь ко мне с чем-то помимо работы. – Говорит так спокойно, что мне хочется верить – шутит. Но что-то подсказывает, что это совсем не шутка. И даётся она ему не так легко, как кажется на первый взгляд.
Разрывает зрительный контакт, и я морщусь от этого, словно связь эта была больше чем просто взглядами, а он поднимает с пола брошенную в эмоциях сигарету, тушит её в пепельнице и идёт, прочь. И я знаю, что через пару мгновений он будет на сцене, вести себя как ни в чём не бывало со всеми, кроме меня.
Неужели я ему настолько противен?
 
KsinnДата: Среда, 05.02.2014, 19:40 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
POV Мао.

-Бармен, повтори! – Кидаю на стол смятую купюру и молодой парнишка лет двадцати от силы, недоумённо смотрит на меня. – Сдачу себе оставь!
-Но тут гораздо больше, чем нужно. – Хлопает длиннющими ресницами удивлёно, но всё же нерешительно тянется за бумажкой. Бледный, а в сочетании с белёсыми волосами его глаза на фоне нездорово светлой кожи особенно хорошо выделяются. Причём и их глубокий чёрный цвет, и синеватые круги под глазами. Сразу видно - студент, а тут подрабатывает по ночам из-за нехватки средств на гулянья. Но, даже не смотря на некоторое сходство с зомби, парень очень даже симпатичный, даже красивый. А красоту, как известно, никакими недосыпами не испортить.
Слежу за тем, как он, отвернувшись, послушно смешивает коктейль для меня, да и посмотреть кроме смазливого личика есть на что – стройный, высокий… и руки, как я люблю, в меру накачанные, пальцы длинные, ему бы в пору быть гитаристом… Впрочем. Какая мне разница? Рано или поздно мысли сводятся к тому, что я был бы не против провести с ним вечер не только как с барменом, но ещё и как с любовником… А может даже и утро, а там, глядишь, ещё бы ночь, и ещё… Вот только чутьё подсказывает, что он убеждённый натурал, и даже самая острая нужда в деньгах не позволит ему лечь в постель с мужчиной. А жаль… Чужое красивое тело – самый лучший способ заглушить терзающие меня сейчас чувства.
А что я чувствую, если разобраться? Предательство? Меня не предавали – отношения с Акирой не имели в своей основе никаких обещаний и клятв, мы просто… были вместе? Да, были вместе. И отношения, если их можно назвать таковыми, прописывались лишь редкими встречами у меня дома, вне творческих хлопот. И самое печальное, что такому ходу событий поспособствовал я сам. Я сам, не дал развиваться тому, чего и вовсе быть не должно было.

Глоток алкоголя. И чуть теплее, но всё также одиноко и противно на душе. Ведь я видел, как Мизуки смотрит на нашего лидера. Видел, и всё равно продолжал показывать при нём выдуманное обладание этим человеком. Наверно ему было больно, ведь он… кажется, любит Аки. А я? Почему же мне тогда сейчас так больно осознавать, что я потерял что-то дорогое, даже не храня этого толком?
А сам Акира? Я слышал их разговор с Мизуки. И этого было достаточно, чтобы понять, как же далёк он от меня на самом деле. Как слеп я был, не замечая их общего влечения друг к другу, и рушил… Собственную группу. Теряя и её, и друзей. Репетиция тянулась мучительно долго, слишком много мыслей и прозрений нахлынуло за такой короткий срок, чтобы так просто заглушить их работой.
Ещё не поздно отступить и не трогать их двоих, позволяя самим, без посторонних разобраться, вот только сейчас это легко говорить, а стоит мне увидеть одного из них, как… я не знаю что будет. Я должен держать себя в руках, ведь я сам заслужил такой исход.

-Мне как обычно. – Голос раздаётся сквозь музыку так близко, что кажется, звучит в моей голове, прерывая ненадолго самобичевание. Поворачиваю голову в сторону подсевшего – худощавый паренёк в простеньком джинсовом костюме, лицо почти полностью завешано от меня медного цвета прядями, спадающими чуть ниже плеч, невзрачная кепка и большие, на пол лица, солнцезащитные очки, завершающие весь скучный образ незнакомца. И я мог бы на этом прекратить лицезрение паренька, уходя обратно в уныние, но слишком задержал свой взгляд, и он повернулся в мою сторону, слегка приспуская очки на нос.
-Масао-сан? – Неуверенно поинтересовался он, и я даже протрезвел слегка, узнавая, думая, стоит ли мне сбежать, или всё же остаться тут.
-Вечер добрый, Кою. – Терять было нечего, я кивнул бармену, когда он поставил передо мной новый бокал и последовав примеру сидящего рядом, поднимая его для легкого соприкосновения.
-За встречу. – Он улыбнулся, но совсем не радостно. И действительно, мало радости приводило одиноких людей в бары, в столь поздний час, но мне стало как-то теплее от его присутствия. Проще.
-За встречу. – Почти теряя собственный голос в возросшем шуме музыки, я коснулся его бокала и тут же пригубил содержимое. В округе в это время суток было множество подобных заведений, но нас угораздило столкнуться тут, и уже пьянеющий мозг отметил бредово, что это судьба. А я лишь усмехнулся на его замечание, хотя и правда был удивлён увидеть здесь кого-то знакомого. А он всё смотрел в мою сторону, потягивая свой коктейль через трубочку, неспешно, явно наслаждаясь вкусом невиданного мне ранее напитка.
-Может, возьмём бутылочку, да и за столик, а? – Как-то совершенно неожиданно предложил Такашима, и я мог бы сказать, что он бросил это беззаботно, как бы мимоходом, но очки были всё ещё приспущены, и в растерянном взгляде читалась мольба. Нежелание оставаться одному.
-Хорошо. – Я кивнул, и подозвал бармена, а Кою сразу же выпрямился, словно груз ожидания моего ответа перестал на него давить. Мне не очень хотелось изливать кому-то то, что я ещё и сам толком понять не успел, но почему-то пить в кампании уже не казалось настолько отчаянным делом, как заливание переживаний в одиночку.

Быстро расплатившись и проследовав через забитый танцпол к столикам, я немного боялся потерять Кою из виду. Он шел уверенно, быстро просачиваясь между танцующими вперёд, и люди перед ним словно бы расступались, а меня же наоборот, не замечали, и норовили снести с ног, прежде чем я достигну спасительного островка. Но видимо под конец пути, и гитарист слишком расслабился – одна из особо ярких посетительниц, в порыве активного махания руками, снесла с его головы кепку, и даже не заметила этого, продолжила ритмичное дёрганье, которое было принято называть танцем. Рыжие волосы разметались по плечам, и служили мне теперь более заметным проводником в море людей, я шел на них, стараясь не упасть и не быть раздавленным как головной убор Кою, а потому облегчённо вздохнул, когда оказался на той стороне ада.
Но здесь и правда было гораздо лучше, чем у стойки. Музыка так не глушила голоса, и я мог нормально слышать не только себя, но и Кою, уже щебетавшего мне что-то о активной и неуправляемой молодёжи. Он быстро разлил по бокалам виски, и спешно отставив бутылку, протянул один мне.
-Чтобы исполнилось то, о чём мы молчим. – Сказал он с поистине загадочной улыбкой и последовав моему примеру отпил из бокала большой глоток спиртного, поудобней располагаясь на диване я подумал, что последнее о чём я молчал, был паренёк-бармен, что я тут же, не думая, рассказал Кою.
-Это ты, конечно, не хило запросил, Мао-кун! – Кою хохотнул и вновь разлил алкоголь по равным порциям, и от этой незначительной заботы становилось хорошо настолько, что я боялся расползтись по дивану раньше времени. – Он убеждённый натурал и не даёт.
-Откуда ты…
-Да уже пробовал клеить его – бесполезно. – Уже заметно весёлый Такашима вновь протянул мне виски, и мы в очередной раз осушили бокалы до дна.
-Извините за беспокойство. – Раздался девичий голосок рядом, и я удивлённо уставился на то, как молоденькая официантка расставляет на столе незамысловатые закуски, которые мы, конечно, не стали тащить через адское месиво людей.
-Но, ведь, мы ничего не заказывали. – Возмутился было Кою.
-Это за счёт заведения. – Девушка закончила свою работу, поклонилась и исчезла в обратном направлении.
Ещё какое-то время, с полным недоумением посмотрев на закуски, мы перевели взгляды друг на друга, а потом, не сговариваясь, через весь зал в сторону бармена, а он, казалось, тоже смотрел в нашу сторону, не прекращая мешать коктейль для очередного клиента.
-Да я волшебник! – Восхищённо отметил Кою, когда по интересному стечению обстоятельств понял, что моё желание возможно начало сбываться. Я не сдержал искреннего смеха и также принялся выискивать, что бы съесть в первую очередь.

А дальше разговор завязался сам собой, возможно виной тому был и алкоголь, но мы говорили обо всём подряд. И я был безмерно благодарен Кою, что среди множества тем, он не касался самой напрашивающейся – он не спрашивал из-за чего я вообще оказался здесь, как и я не тревожил его причины.
Вечер неспешно продолжался и за разговорами, мы прикончили одну бутылку, и пришлось заказывать ещё. И всё было бы замечательно, если бы время от времени нашу кампанию не пытались разбавить девушки. Назойливые. Они то и дело подсаживались к нам, спрашивая не желаем ли мы познакомиться, провести хорошо время… На вид, да и по сути школьницы ещё, а ведут себя как шлюхи, предлагаясь так открыто. Противно. Благо за нашими невзрачными нарядами ни одна из них нас не узнавала, видя в нас только обладателей не пустых кошельков, и сейчас это не могло не радовать, но всё же…

-Достали… Можно я возьму тебя за руку, чтобы они не приставали? – Идея пришла как-то неожиданно легко и я, не раздумывая, огласил её вслух. Такашима не сразу сообразил, что и главное для чего от него требуется, но всё же понял к чему я клоню и игриво улыбнулся.
Его ладонь накрыла мою руку, лежащую на столе, и о, чудо! Очередная спешившая к нам парочка блондинок остановилась на полпути и чуть ли не зашипела от увиденного, кинув презрительные взгляды в нашу сторону, девушки скрылись в противоположном направлении. Дальше я не замечал подобных представлений – мне было всё равно – главное идея подействовала.
-Может мне тебя, и поцеловать стоит, для правдоподобности? – Кою продолжал улыбаться, глядя на меня, а я понял, что всё это время его рука не просто лежит на моей, а поглаживает, легко, почти щекотно касаясь её. Гитарист подсел ближе, а я в свою очередь наоборот отодвинулся подальше, вызывая смешок с красивых приоткрытых губ. – Боишься?
-Боюсь. – Честно признался я, продолжая смотреть на губы, поблескивающие от алкоголя выпитого пару мгновений назад. – Боюсь, что не смогу остановиться.
-Ах, вот как… - Промурлыкал Такашима, всё же подсаживаясь рядом. Я был пьян, но действительно знал, что поцелуй послужит некого рода катализатором, после которого ни я, ни он остановиться не сможем, разве что добраться до туалета или ближайшего безлюдного уголка… Даже от этих мыслей по телу пробежали мурашки и жар охвативший тело спешно концентрировался в паху, но я не хотел использовать Кою. Одно дело малознакомый пацан, а другое вполне знакомый человек! С которым, мы ещё увидимся не раз, после… Рука парня легла мне на колено, и немедля продолжила свой скользящий путь вверх, отчего моё дыхание перехватило, а он лишь усмехнулся.
-Без обещаний и обязательств. Просто, поехали ко мне? – Кою приблизился настолько, что помимо запаха алкоголя, я различил тонкую нить дорогого парфюма. – Или к тебе? – Выдохнул он слишком близко, как, что кожу опалило жарким дыханием, и остатки мозга заполнились алкогольной пеленой.

Я не помнил, как мы расплачивались и ловили такси - цельная картинка реальности то и дело размывалась выпитым, оставляя вместо себя лишь клочки видений. Но жар в машине, не помнить было невозможно, когда я, более не сдерживаясь, целовал припухшие от чрезмерной страсти губы и они отвечали мне столь же сильным напором, когда длинные пальцы скользнули под рубашку проходясь по рёбрам как бы изучая, когда от стона, сорвавшегося с губ гитариста, меня словно бы током прошибло...
Таксист, получивший деньги сразу ещё до начала пути, остался настолько доволен вырученной суммой, что видимо был готов вытерпеть все наши действия в машине, но Такашима вовремя отметил, что мы приехали. Ночной холодный воздух слега отрезвлял, и одно я понял точно – мы стоим у моего дома, а значит, адрес всё-таки назвал я, а значит нужно тащится наверх, ибо Кою этажа и номера квартиры, конечно, не знает, а иначе, я бы не отказался быть дотащенным до квартиры – ноги отказывались принадлежать мне полностью, живя какой-то своей жизнью. Мне всё ещё казалась странной решительность Кою, и прекратившееся на время безумие поцелуев заставляло подумать об этом. Но возбуждение… Оно предлагало спереть всё на алкоголь и разбираться позже. Не сейчас.
Мысли путаются. Мы с трудом добираемся до лифта, стоим в разных углах, пока он лениво ползёт вверх, смотрим друг на друга как-то… с недоверием, словно ждём, что вот-вот один из нас сдастся и скажет «стоп», но нет. Вместо этого мы подаёмся взаимному порыву, и желание поцелуя настолько яркое, что картинка перед глазами расплывается цветными пятнами, стоит только объятиям стать чуть настойчивее. Такашима намного выше меня, и сейчас это играет против нас, чтобы дотянуться до моих губ, ему приходится невообразимо склониться, но желание превыше логики и удобств, а потому его губы неустанно зацеловывают мои, и я уже практически не помню причины, по которой отправился в бар.

Дверки лифта раскрываются слишком быстро, но может быть это даже к лучшему, потому как я практически справляюсь с множеством мелких пуговичек на смятой рубашке под джинсовкой гитариста. Буквально вываливаемся из кабинки, и Кою хищно озирается по сторонам. Мне кажется, сейчас любой сказанный номер квартиры послужит ему командой по взлому двери, так решительно он настроен, но к всеобщей удаче я нащупываю ключи в карманах брюк и спешу к своей квартире. Кою нависает надо мной позади, его учащённое дыхание касается макушки, а руки нетерпеливо блуждают по плечам.
Пока я пытаюсь попасть в замочную скважину, невольно возникает желание наплевать на невмешательство в дела друг друга и спросить, что же у него случилось, если он так отчаянно стремиться стереть воспоминания нечаянной близостью. Но заметной болью отдающийся укус на шее вновь поглощает в желания, в которых нет места раздумьям и разговорам.
Если бы я не был уверен, что раньше Кою не бывал у меня в гостях, то может быть и не удивился бы так сильно его быстрой ориентировке в квартире. Он, не разрывая частых поцелуев и не прерывая ласк на полпути по коридору, разувается сам и даёт скинуть обувь мне, а позже, опять же сам толкает по направлению к спальне. И откуда он знает, что спальня находиться именно там?! Будь я немного трезвее, спросил бы обязательно, а так… Позволяю ему вести и сняв с меня рубашку опрокинуть на постель. Хватаю ртом воздух, но тот словно перестаёт существовать, когда наполовину обнаженное тело трётся о его грудь, тоже практически лишившуюся рубашки.
-Кою… - Так странно и непривычно вышептывать чужое имя, когда жаркие поцелуи смещаются вниз по шее, норовя коснуться каждого участка кожи, подрагивающей в предвкушении. Я буквально сгораю от нетерпения, когда ловкие пальцы касаются пряжки ремня, борясь с её незамысловатым устройством. Непривычно… Вроде бы всё те же поцелуи и ласки, я так же инстинктивно путаюсь пальцами в волосах, но только будто бы тело каждой своей клеточкой кричит о том, что это не тот, кого я сейчас хочу здесь видеть.

Как назло вспоминается Акира, и я на мгновение перестаю ощущать жаркие ласки на своём теле. Я думаю об этом скупом на чувства басисте, даже сейчас, когда передо мной само воплощение похоти всерьёз готово перешагнуть грань простых знакомых.

-Мао? – Видимо заметив моё отсутствие здесь, Такашима остановился, приподнимая голову так, что я мог различить в тусклом свете фонарей за окном лишь его поблескивающие от слюны губы, и глаза, горящие огоньком желания. Безумно хотелось коснуться его растрепанных волос, что я и поспешил сделать, опрокидывая гитариста на кровать и устраиваясь сверху, поудобней. Хотя понятие удобности становиться весьма сомнительным, если учесть что на мне из одежды нет ничего и железные части вставок на джинсах Кою неприятно холодят разгорячённую кожу.
-Всё хорошо. – Он будто чувствует мою не оглашённую просьбу и спешит избавиться от остатков ненужной одежды. И я вновь припадаю к губам, жадно лаская их, покусывая так, что последние мысли об Акире, да и вообще обо всём связанном с группой уходят на второй план, которого ранее чем завтра можно не касаться.

 
KsinnДата: Среда, 05.02.2014, 19:40 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***

Почему-то утро даёт знать о себе совершенно беспощадно и не вовремя. Морщусь. Прячусь от солнечного света под одеялом, натягивая его до макушки и пытаюсь вспомнить в какой миг вчерашние воспоминания перешли в разряд недоступных для меня.
Я помнил Кою, помнил то, что по интересному стечению обстоятельств мы, совершенно не сговариваясь, решили скрасить одиночество друг друга и таким образом попали ко мне. Но только теперь – на утро – я понимаю, что идея отправиться сюда была действительно правильной – кто знает, что произошло у него с любовником? Вдруг бы он решил не вовремя прийти мириться? То, что у Такашимы кто-то есть, я не капли, не сомневался, хотя и подкрепить свою уверенность ничем не могу, это мысль первая. От второй же становится грустно – ибо если к нему нагрянуть могли, то моя несостоявшаяся половинка ко мне не придёт. Я не дурак, и видел, с каким видом Аки догонял Мизу на последней репетиции, да и вообще… Наши встречи назначал всегда я. Сам Акира не проявлял инициативы.

Репетиция! Эта третья мысль, как мне кажется, но при моей попытке встать, я понимаю, что граничит она с ещё одной – нужно меньше пить. А лучше и вовсе не пить. С огромным усилием воли поворачиваю голову к часам на тумбочке рядом – час как я должен был быть в студии. Но звонок мобильного не разбудил меня… Это объясняется просто – лежащий рядом с часами мобильник отключен - он разрядился, давая мне вволю понежится на кровати.
Мысли, собственно, о Кою приходят запоздало. Хотя… Что тут думать? Рядом его нет, ничего конкретного я не помню, да и обещаний никаких не было. Он наверняка ушёл и наши дальнейшие встречи с ним ограничатся простыми «Привет – Как дела? - Пока», чему я даже, немного огорчён.

Дверь ванной открывается так неожиданно, что я всё ещё продолжая думать, что нахожусь в доме один, подскакиваю на месте, лишаясь последних остатков сна и опьянения за один миг. Мой халат слегка коротковат гитаристу, но его это ничуть не смущает. Наспех просушенные полотенцем волосы змеятся по плечам, стоит только Кою отстранить от них махровую ткань и выпрямится в полный рост.
-Утро доброе. – Улыбается так, словно мы с ним не просто в клубе столкнулись, а сожительствуем уже долгое время.
-Доброе. – Всё ещё сонным голосом отвечаю я, скорее на автомате, чем будучи по настоящему уверенным в его доброте. Осматриваю пол в поисках хоть какой-то одежды, и обнаруживаю всё рядом, на краю кровати, аккуратно свёрнутое и лежащее стопочкой.
-Я тут немного похозяйничал… - Как-то неуверенно отмечает шатен, видимо замечая мой удивлённый взгляд. – Я сварю кофе?
Звучит непонятно. То ли он предлагает его мне, то ли спрашивает разрешения, на всякий случай отстраненно согласно киваю, не давая разоблачить своё непонимание, и беру из стопочки вещей лишь трусы – остальное, думаю, сможет подождать, прежде чем я приму душ. Наконец, я решаюсь открыто взглянуть на мужчину, и ужасаюсь – под правым глазом красуется значительных размеров синяк, которого ранее я почему-то не заметил.
-Это я тебя… так? – Спрашиваю заплетающимся от волнения языком, и внутри всё холодеет, я не помню в пьяном бреду ничего, но это не послужит хорошей отговоркой, когда Ютака придёт по мою душу.
-Что? А это, нет. – Видно, что шатену неприятно вспоминать причины возникновения данной «красоты», но я должен был убедиться в своей непричастности, чтобы не сгрызть себя со стыда. И он меня успокаивает, улыбаясь лишь уголками губ и всё же пряча глаз за влажными прядями. – Это появилось ещё до нашей встречи.

Облегчённо вздыхаю, когда Такашима уходит по направлению кухни – сейчас, без алкогольного воздействия, я чувствую себя рядом с ним как-то зажато, даже в собственной квартире.
Бреду до ванной комнаты, всячески стараясь не грохнуться от нахлынувшего головокружения, и практически преодолеваю путь, как меня уже у двери останавливают.

-Что это?
-От головной боли. – Поясняет Кою, и только тогда я принимаю стакан с шипящей от растворяющейся таблетки жидкостью. Выпиваю залпом, а Такашима ждёт, чтобы забрать посудину обратно. Может быть, играет на руку самоубеждение, а может быть мне и правда заметно становиться легче, и я благодарно киваю спасителю, так хорошо освоившемуся в доме. Теперь я более чем уверен, что не грохнусь от головокружения, прямо при попытке освежиться прохладным душем.
Кофе пьём молча. Каждый думая о чём-то своём. Точнее думает только Кою, постоянно заглядывая на свой телефон лежащий неподалёку. Явно ожидая звонка от кого-то. А я? Я не думаю ни о чём, будто бы всё смылось вместе с водой, которую я назло всему сделал практически ледяной. Разве что одна мысль назойливо не даёт мне покоя.

-Кою, а мы вчера… - Его пристальный взгляд не даёт мне закончить, становиться неловко, но я правда не помню, как и что было. На мгновение мне кажется, что его лица коснулось что-то похожее на сожаление, но уже через секунду он радостно улыбнулся, явно понимая мой не заданный до конца вопрос.
-Если честно, то нет. Мы так много выпили, что заснули, так и не успев пошалить. – Он говорит это игриво, и не отрывая взгляда от меня, делает глоток из чашки. – В следующий раз подойдём к этому более ответственно, Масао-кун.
Не могу сдержать смешок, вызванный резко накатившим облегчением. Почему-то я рад, что ничего не случилось. И, я думаю, мы оба прекрасно понимаем, что «следующего раза» не будет. Но всё же я подыгрываю, киваю ему с улыбкой. Хотя кто знает, как сложатся обстоятельства в этот самый, следующий раз? Кто знает… Но телефонная трель и тут же взбодрившийся Кою, говорят о правильности моих догадок.
-Да? – Он принимает вызов и голос его дрожит, а сердце стучит настолько сильно, что мне кажется, я слышу, как его глухие удары отдаются в столешницу. – Я… Ты приходил ко мне? Нет… Я ночевал у друга.
Смотрит на меня, немного затравлено, словно я посмею сейчас соскочить с места и начать доказывать звонящему незнакомцу обратное, но я всего лишь слабо улыбаюсь и делаю ещё один глоток бодрящего напитка, который, кстати сказать, Кою, оказывается, неплохо умеет варить.
-Нет, заезжать за мной не надо, я уже в кафе, оно называется… - Растерянный вид Такашимы заставляет меня помочь его лжи, и я шепотом называю ближайшее необходимое ему заведение. Благодарно кивает, и, перебрасываясь ещё парой незначительных фраз с собеседником, нажимает отбой. Смущёно окидывает волосы назад, и я не могу не заметить цепочку алеющих засосов спускающихся к разрезу халата от самого уха.
-Между нами точно ничего не было? – На всякий случай уточняю я, зачем-то, и щёки Кою вспыхивают румянцем, когда он пытается проследить за моим взглядом, и я даже вздрагиваю, когда его ладонь неожиданно накрывает мою руку и взгляд его становится решительным.
- Мао, давай по-честному разъясним ситуацию, но не упоминая лишних имён, идёт?
Киваю в ответ. Наверно было бы правильней не лезть не в своё дело, и не впутывать его в свои проблемы, но тогда ситуация будет смотреться совсем странно, а потому первым кратко формулирую свою историю.
-Я превратил и без того непонятные отношения между двумя людьми в любовный треугольник. Заигрался и поплатился за это. – Допиваю кофе и с удивлением понимаю, что даже от такого короткого признания, мне становиться гораздо проще. Если не целый камень, то его половину я с души точно скинул. – Твоя очередь.
-Один человек, повёл себя не очень красиво, и я, вспылив, решил отомстить. Доказать, что и без него буду более чем счастлив, но… Кажется я и правда люблю его. – Кою улыбался, наверняка думая сейчас именно об объекте своих чувств.
-Это он тебя так? – Я всё ещё не мог успокоиться, глядя на украшающий правую скулу синяк.
-Он. – Кою кивнул, немного грустнея. – Но я сам был виноват. Если бы время можно было вернуть назад, такого бы не повторилось. – Он слегка прищурился и я понял, что спросил лишнего и должен за это отплатить.– Вопрос за вопрос. Ты любишь его?
-Я… - Я не задавался этим вопросом так прямо, вот и теперь был сбит с толку. – Я не знаю…

Прежде чем скрыться в комнате, Кою на пару секунд остановился возле меня, положив свою ладонь мне на плёчё. И от этого, казалось бы, незначительного жеста мне становилось как-то по-особенному тепло и спокойно. Наверное, это и было пониманием, которого многие пытаются добиться всю жизнь.
-Просто помни – далеко не за всеми страданиями стоит любовь. – Оставив меня размышлять над услышанным, гитарист скрылся в спальне, спешно собираясь на встречу с наверняка любимым человеком. Я не мог знать, что он думает, и как относится ко мне. Я не догадывался, чем обернётся ему вся ложь и останется ли она вообще замеченной. Но одно я понял точно – как бы и с кем я не провёл время, опаздывать на репетицию больше было не позволительно. А Мизуки и Акира… Сами разберутся в своих отношениях. Мне же нужно лишь извиниться перед обоими, и на этом закончить своё и без того затянувшееся вмешательство.

Кою ушёл чуть раньше, чмокнув меня на прощание в щёку, от чего я себя почему-то почувствовал ребёнком, с которым мама прощается перед уходом на работу. А «мама» тем временем была в полной боевой готовности – аккуратно уложенные волосы, всё те же огромные очки, и джинсовый костюм, дополненный непонятно откуда взявшимся шёлковым шарфом. Шарф, понятное дело, был предназначен для сокрытия алой цепочки засосов, и со своей задачей он справлялся прекрасно.
Пожелав друг другу удачи, мы разошлись каждый по своим делам. Точнее ушёл только Кою, я перед этим, неспешно выкурил сигарету на лестничной площадке и только тогда отправился вниз, не пользуясь лифтом. Кафе названое Такашимой его собеседнику, обещавшему приехать с минуты на минуту, находилось как раз напротив моего дома. А потому я специально запаздывал, стараясь не вызвать лишних подозрений у неизвестного, и обещая себе, что это последняя ложь, на которую я иду для чужого блага. Хотя… Почему ложь? Мы действительно могли бы стать с Кою настоящими друзьями.

***

Когда я влетал в двери репетиционного зала, моё опоздание, в сумме, уже превысило два часа. Гневных звонков всё это время не было лишь благодаря всё так же благополучно забытому на тумбочке разряженному телефону. Но моё долгое отсутствие, кажется, ни сколько не убавило гнева, по крайней мере, двоих согруппников.
-Мы тоже между прочим поспать любим!
-Мог бы и предупредить, Мао-кун!
-Какого чёрта твой телефон отключен?
-Мы ведь волноваться уже начали!
-Ещё и смеётся над нами!
-Мао-кун! Не стой столбом!
-Что случилось-то?

Голоса Тсу и Кея наперебой пытались вынести мой мозг, и кажется, им это удавалось. Волновались? Не смог сдержать смешка на этом моменте. Даже если они и волновались, то видимо о том, что меня может убить что-то помимо их воплей. Когда первоначальный напор поутих, я просто ответил что проспал и извинился, чем ввёл обоих в ступор, заставляя окончательно замолчать.

А я, всё это время, продолжал смотреть на пару, сидевшую поодаль от нас, и дело было даже не в расстоянии до Мизуки и Акиры, а в том, что находились они словно не тут. Словно в отдельном от нашей суеты мирке. Глядя на друг друга неотрывно, и болтая о чём-то своём.
Аки улыбался, а учитывая, как редко он это делал, можно было рассмотреть их близость как хороший знак. Разум полностью поддерживал этот настрой, а вот сердце… Сердце всё равно болезненно скреблось о рёбра, и я бы мог сказать, что дело в моих запоздалых чувствах к Акире, но вовремя вспоминал слова Кою, и уже второй раз за день давал себе обещание. На этот раз обещая не мешать тому, что и так, по глупости, едва не разрушил.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Холодный август (PG-13 - Аки/Мизуки, Аки/Мао, Уруха/Мао [the GazettE, Sadie])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz