[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Компромисс (PG-13 - Сага/Нао [Alice Nine])
Компромисс
BasyaДата: Четверг, 08.08.2013, 19:30 | Сообщение # 1
Злобная хомячина
Группа: Посетители
Сообщений: 1248
Награды: 106
Статус: Offline

Название: Компромисс

Автор: RimLi
Беты: Исстинна

Фэндом: Alice Nine
Персонажи: Сага/Нао
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш, Романтика, Ангст
Предупреждение: Нецензурная лексика
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
"Репетиция закончилось, все потихоньку собирались. Сага вышел на середину комнаты и, обращаясь ко всем сразу, произнес:

- Ребята, я женюсь в феврале."
 
BasyaДата: Четверг, 08.08.2013, 19:31 | Сообщение # 2
Злобная хомячина
Группа: Посетители
Сообщений: 1248
Награды: 106
Статус: Offline
I

Шо стоял у микрофона и спокойно взирал на то, как Нао ползает под тарелками и пытается достать упавшие палочки. Это же надо умудриться, так махать этими несчастными кусками дерева, что они вылетели из его рук и срикошетили обратно в лоб от стены. И теперь ударник, став обладателем милой симпатичной шишки на лбу, ковырялся на полу, собирая выпавшие палки. Вообще, с лидером в последнее время творилось что-то странное. Он стал слишком эмоционально реагировать на обычные вещи, у него случались необъяснимые перепады настроения, а фразы, которые он периодически выдавал, заставляли вокалиста переживать за его психическое здоровье. Нао наконец-то достал рабочее дерево, отстучал ритм, и они продолжили.

Репетиция закончилось, все потихоньку собирались. Сага вышел на середину комнаты и, обращаясь ко всем сразу, произнес:

- Ребята, я женюсь в феврале.

Шо сначала показалось, что он ослышался. Басист женится?! Да он же последний их них, кого можно представить в роли добропорядочного мужа. Мозг отказывался воспринимать полученную только что информацию. Вокалист стал тупо оглядывать одногруппников, надеясь, что они как-то смогут прояснить ему ситуацию. Тора замер на миг и молча продолжил сборы. Значит, знал или, скорее, догадывался. Шокированным не выглядит, но и довольным его не назовешь - то есть не одобряет. У этого высокого гитариста была одна милая черта – он всё подмечал и всегда интуитивно делал правильные выводы, но никогда ими не делился с окружающими.
Хирото накручивал круги вокруг Саги и засыпал его вопросами.

- А она красивая? А ты когда нас с ней познакомишь? А вы свадьбу, где справлять будете? А вы нас пригласите? А что вам подарить? А она высокая?

Басист стоял молча, скрестив руки на груди. Он не ответил ни на один вопрос юркого гитариста, но тот, похоже, этого даже не заметил. Сага смотрел, не отрываясь на барабанщика. Тот вёл себя так, будто ничего особенного сейчас не услышал. Ну, подумаешь, басист женится – эка невидаль! В мире столько людей в эту самую минуту женится, разводится, что одним женатым больше одним меньше, на мировом балансе женатиков это сильно не отразиться.

Вокалисту эта картина не понравилась. Если ритм-секция поссорилась до такой степени, что один из них решил жениться в отместку другому, то ничем хорошим это не закончится.

Шо специально задержался, чтобы остаться с Сагой наедине.

- Сагачи, тебе надо поговорить с Нао.

- Не хочу. Нам не о чем с ним разговаривать.

Вокалист подошел к дивану, на котором сидел и курил басист. Лег, закинув длинные худые ноги на подлокотник, а голову вольготно расположил на тонких коленях Саги.

- Тебе не кажется, что он стал себя вести несколько странно.

- А что такого странного он опять сделал?

- Напился!

- Шо, что странного в том, что парень напился?

- Он напился в стельку, в полном одиночестве и у себя дома.

Басист задумался.

- Да, согласен. Для Нао – это странный поступок. Что-нибудь еще?

- Он заявил, что разговаривает с растениями и хочет быть Микки-Маусом.

Сага тяжело вздохнул. От разговора с ударником не отвертеться. Шо прав, с ним что-то происходит. Басист улыбнулся, перебирая коричневые пряди волос вокалиста тонкими пальцами. Отказать Шо Сага не мог, тот слишком редко о чем-то просил, и только тогда, когда сам точно не мог справиться.

- Хорошо. Я поговорю с ним.

II

Сага сидел в такси на пол пути к дому ударника и думал о том, что тот занимает одно из главных мест в его жизни. Нао его не просто понимает – он его чувствует, улавливает его настроение и как-то интуитивно всегда догадывается, что движет басистом в той или иной ситуации. Этот месяц без барабанщика был одним из самых сложных в жизни Саги. Не было привычной поддержки и понимания, зато было бесконечное давление со стороны близких, беспокойство за Нао и музыка. Изматывающие и просящиеся наружу фрагменты песен, от навязчивости которых хотелось прыгнуть с моста или напиться до беспамятства.

Вообще в голове у басиста постоянно крутились и звучали какие-то мелодии. Он пытался их поймать и записать с помощью нотной грамоты, вывести, таким образом, их «в свет». Когда происходил сам процесс превращения музыки из состояния нереальности во вполне реально слушаемую вещь, Сага не мог нормально есть и спать до тех пор, пока процесс не завершится, и мелодия не оформится окончательно. Ему очень нравилось это состояние – когда в голове звучала слышимая только ему музыка, но в последнее время она всё больше мешала обычному течению жизни. Бесконечные процессы выуживания мелодий из собственного сознания становились чреваты срывами для уставшего организма, как физическими, так и психологическими. И вообще тяжело, знаете ли, изображать что-то рождественско-веселое на фотосете, когда в голове гремит тяжелой рок с минорным настроением.

Автомобиль, тихо шурша покрышками, подъехал к знакомому подъезду. Сага засуетился, доставая деньги, чтобы расплатится. Надо сначала покурить и настроиться на разговор. Как же не хотелось идти и убеждать в правильности своего выбора человека, который единственный мог раскусить тебя, просто взглянув в глаза!

Нажимая на кнопку звонка, басист так и не знал, что скажет. Он вообще плохо представлял, как пройдет сам разговор.

Нао открыл дверь, мельком взглянул на гостя и посторонился, пропуская его внутрь квартиры.

- Раздевайся. Проходи, – казалось, что лидер не удивлен приходом Саги в свой дом.

- Не, я на пару минут, – и увидев приподнятую бровь ударника, пытающегося таким образом изобразить удивление, пояснил. – Шо просил с тобой поговорить. Но мы же оба знаем, что разговаривать со мной ты не будешь.

- А не выполнить просьбу Шо ты не можешь даже в мыслях.

Нао прислонился спиной к стене коридора, сплел в замок руки на груди и с усмешкой уставился на басиста.

- Давай! Читай мне нотации! Проводи со мной душеспасительную беседу в угоду нашему вокалисту!

- Нао, только не начинай опять про Шо! Я тебе уже миллион раз говорил, что у меня с ним ничего не было и теперь уж вряд ли будет, – Сага закатил глаза к потолку, демонстрируя высшую степень надоедливости поднятой темы.

- Конечно, ты же теперь у нас девушек предпочитаешь.

Слова ударника неприятно резанули слух, Сагачи поморщился. Расстегнул куртку, но снимать её не стал, ведь понимал, что разговор у них всё-таки состоится, но затягивать его он не собирался.

- А что мне оставалось делать! Ты со мной не разговаривал и вообще всячески меня избегал. Трубку ты не брал, а выяснять отношения в присутствии наших у меня самого желания не было.

- И ты нашел клёвое решение! Жениться, ёпт твою! – Почти прокричал барабанщик. - Ты хотел меня задеть? Ты хотел, чтобы я с ума сходил от ревности, чтобы я пожалел о том, что решил обозначить зачатки оставшейся у меня гордости?

Нао отлепился от стены, подошёл вплотную к басисту, запустив руки под свободно болтающийся на худых плечах свитер. Прижался к желанному телу и, покрывая короткими поцелуями лицо, зашептал:

- Хорошо. Я всё понял. Больше никаких рамен-свиданий, никаких посиделок без тебя….

- Я не могу отменить свадьбу, – пробормотал Сага, отвечая на поцелуи и думая о том, насколько же сильно он, оказывается, соскучился. – Не могу, понимаешь?

- Хрен с ней с этой свадьбой! Ты мне только обещай, что между нами хоть что-то останется. Я смирюсь с тем, что в твоей жизни есть кто-то еще, но я же сдохну просто, если тебя совсем не будет в МОЕЙ жизни. Понимаешь?

Басист что–то невнятно простонал в ответ, не в силах сконцентрировать свое внимание на сказанном. Подставляя своё тело под ласкающие руки Нао, он понял, что потихоньку звереет от острого желания обладать и возможности утолить наконец-то свой месячный голод по этому телу. Сага лихорадочно начал шарить по одежде ударника, пытаясь её снять. Руки совсем не слушались, пальцы стали как чужие, они цеплялись за отвороты одежды, тормозя процесс разоблачения Нао от надоедливой и явно лишней ткани. По телу то и дело прокатывалась волнами мелкая дрожь, сотрясая басиста покруче 9-ти бального землетрясения. А в голове стучали маленькие молоточки, вторя сердцу, разгоняющему кровь по организму. И появилось вдруг ощущение, что вот если он сейчас не коснется своими пальцами гладкой кожи на животе лидера, если не сможет почувствовать под ладонями тугие нитки мышц на предплечье, то произойдет что-то страшное и необратимое. И поэтому Сага торопился, спешил успеть поймать этот момент счастья и ощутить вкус случайной крови из прокушенной губы ударника. Уже не в силах ни сдерживать себя, ни контролировать, он ворвался в беззащитное и податливое тело Нао, почему-то стремящееся навстречу не смотря на боль. Басист не видел, как на лице лидера блуждает довольная улыбка. Пьянящее чувство власти над этим своенравным и порой излишне упрямым музыкантом, всегда доставляло Нао непередаваемую радость и какое–то запредельное удовольствие. Он не просто контактировал с телом Саги, он контролировал его, задевая за тонкие невидимые ниточки желания холодными пальцами. Ударник забавлялся с любимым телом, заставляя его стонать и выдавать звуки уместные только в фильмах для взрослых. Басист ускорил темп, движения стали более резкими, наконец, он замер на несколько секунд и его тело расслабилось, наваливаясь и прижимая Нао своим весом к стене. А еще через три секунды до сознания Саги дошёл смысл произошедшего. Блять! Поговорили! Он думал, что просто зайдет и, получив от ворот поворот, уйдет по своим делам. Ёпт твою! Он же фактически изнасиловал бедного лидера у него же в коридоре.

- Прости. Прости меня. Я сорвался, - бормотал басист, уткнувшись во влажную шею барабанщика.

- Но свадьбу ты всё равно не отменишь, - констатировал факт Нао.

Сага застонал в ответ.

- Я не могу её отменить.

- Ну, хорошо. Ты сам-то подумай, сколько ты продержишься? Как долго ты сможешь себя сдерживать, находясь рядом со мной? С учетом того, что я-то сдерживать себя не собираюсь и дистанцию держать не буду.

Басист понуро опустил голову. Последние пол часа дали понять ему только одно - теперь он точно знает, что долго не протянет. Особенно, если Нао не будет ему помогать, избегая его. В коридоре повисла неловкая пауза, они молча поправляли одежду, не зная как выйти из создавшейся ситуации. Тишина угнетала и накладывала оттенок безысходности на их совместное будущее.

- Блять! Ну, почему в моей жизни всё, как в плохой кинокомедии? – Буркнул Сага и, громко хлопнув входной дверью, выскочил из квартиры.
 
BasyaДата: Четверг, 08.08.2013, 19:34 | Сообщение # 3
Злобная хомячина
Группа: Посетители
Сообщений: 1248
Награды: 106
Статус: Offline
III

Сага в полном одиночестве сидел на скамейке под прозрачным пластиком автобусной остановки и курил, нарушая законы страны, в которой жил. Но ему было всё равно, оштрафуют его или нет, его волновал только один вопрос – как ему выбраться из ситуации, в которой он оказался. Отказываться от Нао ему не хотелось. Да и как показала практика – это у него вряд ли получилось бы. Значит надо было найти еще какое-то решение для разруливания данной проблемы.

Прямо напротив через дорогу расположился небольшой парк, в котором еще пару месяцев назад они вместе с ударником гуляли, взявшись за руки. Голые ветки деревьев тянулись вверх к серому небу, которое давило своей свинцовой тяжестью на психику, вызывая в душе чувство апатии, равнодушия и рождая смутное желание о самоубийстве – как единственном верном средстве для разрешения всех проблем. Но ведь должен же быть еще один вариант – тот, который его устроил бы!

Неизвестно какая по счету сигарета выжгла дымом нёбо и раздирала горло. Захотелось зайтись в безудержном кашле, чтобы избавится от надоедливой и раздражающей сухости. Чувство вины перед ударником вполне ощутимо физически давило на плечи, заставляя басиста нагибаться вперед, будто под невероятно тяжелой ношей. Он рассматривал свои черные ботинки и пытался вспомнить, при каких обстоятельствах совсем недавно он обсуждал с самим собой эту тему - чувство вины в жизни. Воспоминание всплыло неожиданно и тут же натолкнуло на спасительное решение. Ну, конечно же! Мозг сразу же отдал команду телу действовать – сейчас, незамедлительно. Взмахнув рукой, останавливая проезжающее мимо такси, Сага назвал едва знакомый адрес. Плевать, что уже десять часов вечера! С ней надо поговорить как можно скорее, чтобы как можно раньше подтвердить свои догадки.

Машина тронулась с места, а сознание уже выстраивало в голове последовательность фраз в предстоящем разговоре.

IV

Ударник напивался. Методично, упорно вливал в себя спиртное. Его передергивало от отвращения, и желудок должен был вот-вот взбунтоваться и сделать попытку очиститься от вливаемой в него отравы. Но Нао это не останавливало. Его только немного раздражало, что, несмотря на количество выпитого, он оставался трезв. Хотя, может, это и к лучшему, ведь параллельно лидер пытался разобраться в причинах странно поспешной свадьбы басиста.

Нао знал только три причины, из-за которых Сага мог принять неугодное для него решение. Это музыка, большая любовь и родственники.

Музыка в жизни басиста была всем. Без неё он не мог ни жить, ни дышать. Не было ни одного дня, чтобы Сага не слушал музыку или не сочинял её. Но она вряд ли могла сподвигнуть басиста на женитьбу.

Большая любовь - вторая причина, благодаря которой Сага мог перешагнуть через себя, поступившись своим я. Но к намечающемуся торжеству она тоже не имела никакого отношения. Уж, кто - кто, а ударник знал, как выглядит басист, когда сходит с ума от любви. Он горько усмехнулся и приложился к бутылке, сделав два больших глотка, в надежде заглушить внезапно вспыхнувшие воспоминания и желание, прокатившееся асфальтоукладчиком по телу.

Остается третья причина. Пожалуй, да. Если родные, а особенно мама, на которую Сага был очень похож внешне, захотели свадьбы и внуков, то басист мог на это пойти. Тогда ударник никак не мог изменить ситуацию! Любовь приходит и уходит, а родственники остаются с нами на всю жизнь.

Значит, придется смириться и терпеть. Боль от осознания потери появилась внезапно и заполнила собой каждую клетку уставшего тела, свела судорогой мышцы, заставив Нао согнуться и упереться лбом в собственные колени. Он часто задышал и замер в ожидании того, когда боль немного утихнет. По щекам катились слёзы, холодя покрасневшую кожу, а ком, стоящий где-то в районе сердца, грозился разорвать грудную клетку, разметав внутренности ошметками по комнате. Ударник нашел в себе силы встать и дойти до кровати. Завалившись не раздеваясь поверх одеяла, он несколькими глотками допил содержимое бутылки, свернулся калачиком, поджав под себя колени, и попытался отключиться. Заснул он часа в четыре утра на мокрой от слёз подушке, вздрагивая во сне и тихо скуля от боли, которая не оставляла его даже в стране сновидений.

V

Утро выдалось невеселым. Нао еле разлепил опухшие и покрасневшие от слёз веки. Чёрт, он же обещал себе не пить больше эту гадость, теперь башка трещит позвонче любого рабочего барабана! А еще надо как-то вытащить себя из кровати и направить в сторону ванной. Надо собираться – будний день, и репетицию никто не отменял. Ударник лежал на спине и рассматривал белый потолок. На душе паршиво, с личной жизнью вообще полный «швах». Надо что-то менять. Может, генеральную уборку дома организовать, с покупкой занавесок, ковриков и какой-нибудь другой интерьерной хрени? Мысли о глобальных жизненных переменах прервал звонок в дверь. Нао с большой осторожностью сместил взгляд на прикроватную тумбочку, пытаясь рассмотреть сколько же время. 07:08. Ну, да! В это время приходят либо неприятности, либо идиоты, и неизвестно еще, что из этого списка опасней и страшней. Звонок прозвенел еще раз. Ударнику показалось, что трель дверного звонка прозвучала еще противней и отдалась набатом в больной с похмелья голове. Ксо! Придется тащиться отпирать дверь - в это время только свои заявиться могут.

Когда Нао открыл дверь, в квартиру вместе с холодным осенним воздухом ввалился басист. Его бодрый вид и слегка порозовевшие от низкой утренней температуры щеки вызывали в ударнике зависть и раздражение. И так хреново, а тут еще этот… «цветет и пахнет».

- Ну? Чего надо–то в такую рань? – насупившись, спросил лидер.

Сага бросил удивленный взгляд из-под черных ресниц и, деликатно промолчав, начал раздеваться. Барабанщик был не из тех людей, которые срываются на окружающих, значит, сегодня особенный день, и лидера лучше лишний раз не нервировать.

Нао осторожно развернулся и двинулся обратно в сторону спальни, стараясь как можно меньше беспокоить свою несчастную больную голову. Он практически вплыл в помещение и аккуратно водрузил своё тело на кровать, уткнувшись лицом в подушку. А ведь надо собираться... Чем дольше он вот так проваляется, тем меньше остается времени на сборы.

Басист открыл окно, откинув занавески, и ,присев на край кровати, жалобно произнес:

- Нао, я сегодня еще не завтракал, пойдем на кухню, хоть кофе выпьем.

Напоминание о еде и глагол «выпьем» скрутили болезненным спазмом желудок, жизнь стала на порядок хуже, хотя ударнику казалось, что хуже уже быть не может.

- Иди, пей! Я, может, попозже, - выдавил он из себя, превозмогая тошноту, и повернул голову в сторону Саги. – И, кстати, ты чего так рано–то? Случилось чего?

Басист сиял, как начищенный медный котел. Счастье струилось из него и расходилось хаотичными волнами по комнате, вселяя и в Нао необоснованную радость.

- Ага. Случилось. Съездишь сегодня после репетиции со мной за вещами? Я к тебе перебираюсь.

Лидер никак не отреагировал, и у Саги сложилось впечатление, что тот умер… от счастья, но всё оказалось гораздо проще, Нао просто не сразу понял сказанное.

- Чего это ты ко мне вдруг перебираться вздумал? – настороженно поинтересовался он где–то минуту спустя. – Свадьбы не будет?

- Почему? Будет свадьба. Я же тебе ещё вчера сказал, что не могу её отменить.

Ударник моргнул. На лице поселилось озадаченное выражение.

- То есть свадьба будет, но ты сегодня ко мне переезжаешь. Я не понял, ты, что решил ЗДЕСЬ с ней жить? Нет, я, конечно, тебе сказал, что не хочу твоего полного исчезновения из своей жизни. И да, я готов мириться с тем, что у тебя будет при этом жена, но жить с вами а-ля «шведская семья» - на это я не подписывался!

- Расслабься. Свадьба будет фиктивной - для родственников, - улыбаясь, произнес басист.

- Ага. Фиктивной. А детей с ней ты тоже собираешься фиктивно делать для родственников? Или ты думаешь, что тебе на свадьбу пару детишек кто–нибудь из гостей в дар преподнесет?

- А никто ничего больше делать не собирается. Если всё нормально будет, то она через восемь месяцев родить должна, - с преувеличенным равнодушием произнес Сага, из-под ресниц наблюдая за реакцией Нао. – У неё срок три недели. А когда родит, где–то через годик официально разведемся, типа «не сошлись характером, возникли непримиримые разногласия» и всё такое в том же духе.

- Ни хрена себе, ты тогда погулял, – выдавил из себя ошарашенный лидер.

- А нечего тогда было на меня орать и из дома выгонять.

- Угу, - ответил Нао. – Я, пожалуй, пойду… кофейку выпью… с успокаивающим и чем-нибудь улучшающим мозговое кровообращение, а то ни хрена не понимаю.

Они сидели на маленькой кухне, пили кофе и избегали смотреть друг другу в глаза. Первым не выдержал ударник, излишне любопытный от природы.

- И как тебе это удалось?

Сага улыбнулся и решил немного поддразнить лидера.

- Ты про что?

- Хватит со мной играть, я еще после вчерашней своей «вечеринки» не отошел.

Басист посмотрел на Нао. Черные круги под глазами, красные опухшие глаза – плакал наверняка. Ему вдруг стало до безумия жалко сидящего напротив человека. Захотелось нежно обнять его, сказать, что всё будет хорошо, и нежно поцеловать маленькую родинку под правым глазом.

- У девушек тоже есть совеcть, а у некоторых девушек она представлена в гипертрофированном варианте. В общем, я в тот вечер реально был жутко пьян. Если бы Минако до утра не осталась, я бы вообще никогда не вспомнил, что с ней где-то пересекался. А она была, в принципе, трезвая и прекрасно понимала, что делала. Она специально «забыла» про презервативы, а я, как ты понимаешь, про их существование на планете Земля вообще забыл на тот момент. И когда она сообщила, что беременна три дня назад, а я предложил ей поженится, у неё проснулась та самая пресловутая совесть. И все это время она мучилась дикими приступами чувства вины. Она ж специально всё подстроила. А я всё никак понять не мог, чего она такой виноватой всё время выглядит, как будто должна мне что-то. Мы вчера с ней поговорили и решили, что раз ребенок будет, то и свадьба будет, но так… формально только, нашли компромисс, в общем, - Сага заискивающе заглянул в глаза ударника. – Поэтому я сегодня к тебе переезжаю. Хорошо?

Лидер посмотрел на басиста, улыбнулся и выдал:

- А я еще посмотрю сегодня на твоё поведение. И, кстати, сегодня твоя очередь мыть посуду...
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » Компромисс (PG-13 - Сага/Нао [Alice Nine])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz