[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » До первого снега (PG-13 - Kisaki/Riku, Kisaki/Satsuki [D, Versailles, Kisaki])
До первого снега
KsinnДата: Понедельник, 05.08.2013, 20:02 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: До первого снега

Автор: Kyuuketsuki-onna

Фэндом: D, Versailles, Kisaki
Персонажи: Kisaki/Riku, Kisaki/Satsuki, мимо пробегали: Kamijo(Versailles), Jui(Kisaki Project), Asagi (D)
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш, Романтика, Ангст, Психология, Hurt/comfort
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
О людях и их взаимоотношениях. О надуманных проблемах и путях их решения. О любви и ревности. О Кисаки и Рику.

Посвящение:
По заказу и для Mushroomfight
 
KsinnДата: Понедельник, 05.08.2013, 20:03 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Часть 1
Начало зимы в Токио – одно из самых противных времен года. Так считал Рику, который одиноко брел по залитым неоновым светом улицам японской столицы, направляясь в небольшое кафе, где собирался встретиться с одной крайне неприятной ему личностью. Наступление холодов всегда сопровождалось черной полосой в жизни музыканта, от этого он всегда с тихим ужасом ожидал декабря, который как не сопротивляйся – а непременно наступит. Наверное, это все-таки суеверие, к которому так склонен Рику; а в этом деле, если веришь – непременно все так и случится. Но не настраивать себя на негативные мысли блондину никак не удается, ведь такому настроению очень способствует погода, совсем не блещущая яркими красками. Серое дождливое небо, порывы ветра, сбивающие с ног, пронзающий тысячами игл нервные окончания холод, а о пушистом снеге еще и мечтать рано. Серые безликие люди, спешащие по своим делам в серые небоскребы. А цветастые магазинные вывески придают этой картине еще большую унылость.
Рику сильнее закутался в шарф, который сейчас вовсе не спасает, а лишь только мешается. Похоже, ветер решил снять с музыканта эту деталь одежды, оставляя парня мерзнуть. А простужался Рику довольно легко. Что ж, да и ладно. Пока группа на небольшом перерыве в работе, он уверен, никто и не поинтересуется, как там поживает вокалист. Не то, чтобы им было плевать, но, тем не менее; вне работы они редко пересекаются. А Кисаки, относительно которого парень надеялся на отношения «больше чем дружба», опять занят в своем проекте, и ему, разумеется, не до «светлого чуда», как его зовет Киса. А что Рику, разве он может быть недоволен, возмущаться отсутствием внимания к своей персоне? Он не смеет. Эх, знали бы вы, какое это наказание – любить Бога.
Когда блондин подошел к месту встречи, на улице уже совсем стемнело. Вот еще одна причина, почему вокалисту не нравится зима – слишком рано темнеет. Ему больше по душе светлое солнечное лето.
Рику обвел взглядом полупустое кафе, которое, к слову, выбрал его оппонент. Что ж, не худший вариант. Мило, уютно, и народу не много. Но сам он выбрал бы другое место. Для начала, Рику бы вообще не стал встречаться в кафе, такое место подразумевает долгий разговор по душам. Другое дело – где-нибудь на улице, скажем, в парке. Особенно зимой, когда обоим хочется поскорее прекратить разговор и разойтись по теплым домам. Но выбора сейчас у него не было, поэтому музыкант просто занял один их свободных столиков подальше от окна, и заказал себе чай. Ароматный черный чай с лимоном – да, это то, чего так просит душа в столь холодный сезон.
Оппонент не заставил себя долго ждать, что, впрочем, немного удивило парня. Такие люди стремятся создать вокруг себя ореол важности, а непунктуальность, по их мнению – лишнее подтверждение их значимости. Но, похоже, тут Рику ошибся. Этот человек создал себе репутацию «совершенства», и опаздывать ему не комильфо.
- Добрый вечер, Рику-сан, - вежливо поздоровался он, садясь напротив. Мужчина был одет просто, но элегантно, и спутанные ветром пряди длинных светлых волос только придавали ему шарма.
- Не то, чтобы очень добрый, Камиджо-сан, - вокалист Lin был бы не собой, если б не показал с самого начала, что настроен не слишком дружелюбно.
- От чего же? Вечер пятницы просто обязан быть добрым, хотя бы потому, что выходные, считай, наступили, - улыбнулся Юджи, в своей фривольной манере откидываясь на спинку стула.
- У меня уже почти неделю как выходные. Камиджо-сан, давайте без прелюдий.
- В общем-то, ничего нового сказать не могу. Мой вопрос ты уже слышал, я твой ответ – нет. Так ты согласен?
Светлую голову спасла официантка, спешно подбежавшая к новому посетителю, теперь у Рику есть немного времени. Тем временем вокалист Versailles окинул девушку скептическим взглядом, пытаясь понять, узнала ли та, кто перед ней. И, к сожалению «мистера Совершенство», она даже если и узнала мужчину, то не подала вида.
- Итак… твой ответ? – вернулся Юджи к разговору, сделав заказ.
- Нет, Камиджо-сан, - Рику решил не распинаться на предисловия и разъяснения, ответив четко и ясно.
Даже по невозмутимому лицу было заметно, что Ками не доволен; он, видимо, и мысли об отказе не допускал. Какое-то время мужчина разглядывал Рику, то ли ожидая объяснений, то ли что-то тщательно обдумывая.
- С чего? – через какое-то время поинтересовался он.
- Что с чего? – в первый момент опешил Рику.
- С чего ты решил отказаться? Почему? – а взгляд у Камиджо был требовательным; ведь не отпустит, пока не расскажешь.
И вновь все та же официантка, принесшая Юджи его кофе, подарила парню несколько спасительных секунд. Длинноволосый вокалист поблагодарил девушку своей очаровательной улыбкой, но когда он повернулся обратно к Рику, лицо его вновь приняло серьезное выражение.
- Камиджо-сан, я не могу принять это приглашение из-за Кисаки, - тихо произнес парень, устремив взгляд на содержимое своей чашки.
- Что за глупость, - фыркнул Юджи. – Словно Тадаши не дает тебе ступить шага в сторону. Я могу с ним поговорить…
- Нет, не нужно! – резко перебил его Рику. – Это не его вина, айф моя.
- Не понимаю.
- Я не могу ступить шага от Кисаки, даже не смотря на то, что сейчас он занят в Kisaki Project.
- Mon Dieu, почему?
- Потому что я люблю его.
Камиджо опустил голову, пытаясь скрыть за волосами свою улыбку.
- Рику, - он поднял голову на вокалиста, который сейчас был в самом настоящем недоумении. – Ты так говоришь, словно я в постель тебя приглашаю, а не в проект.
- И все равно я не могу согласиться, - для пущей убедительности блондин замотал головой.
Юджи тяжело вдохнул, своим видом показывая, что он сдается.
- И все равно это глупость, - задумчиво произнес он, отпивая горячего напитка.
- Почему же, Камиджо-сан? Разве странно любить другого человека?
- Ты меня не понял, - улыбнулся тот. – Любовь проявляется не в том, чтобы ни на секунду не отходить от возлюбленного.
- Вы сейчас говорите прописные истины, - поморщился Рику.
- Вот и именно. У таких истин есть какое-то магическое свойство: на листе бумаги они естественны и понятны, а вот в жизни почему-то так редко исполняются. Все понимают, но ничего не могут поделать.
- Теперь я не понимаю.
- И это лишнее тому подтверждение, - Камиджо самодовольно усмехнулся. – Ведь именно так ты сейчас и поступаешь – боишься сделать лишний шаг и потерять его. У любви есть крылья. Отпусти. Вернется – твое, а если нет – никогда твоим и не было.
- И это тоже прописная истина.
- И ты вновь ее не понимаешь. Знаешь, что я вижу? – Юджи замахал руками, изображая мага и чародея.
- Ну и что же? – улыбнулся Рику, отмечая, что этот человек сумел и разрядить ситуацию, и расположить к себе.
Камиджо сложил руки треугольником перед лицом и изобразил сосредоточенное выражение лица.
- Я вижу ваш с Кисаки тернистый путь, - произнес он голосом пророка. - Но в конце вы поймете, что вся проблема состоит лишь в том, что вы же ее и выдумываете. И все у вас будет замечательно.
- Ха-ха, нужно это записать, - Рику решил отшутиться, но лишь потому, что слова мужчины проникли до сердца; это слишком похоже на пророчество. – Что ж, поживем – увидим.
Юджи одарил парня своей загадочной улыбкой.

***

Знает об этом Кисаки или нет – неизвестно, но Рику каждый день читает его новости, словно фанат. Разумеется, позвонить и спросить «как дела? Что нового?» гораздо проще и приятнее, чем читать короткие сообщения в твиттере, но… А вдруг Кисаки сейчас занят? Или сейчас спит? Как может Рику его побеспокоить? Тем более что толком-то ничего и не нужно, просто услышать Его голос.
Именно так до вокалиста дошли подробности о том, чем же сейчас занимается басист. Сацки? Хм… Рику слышал его пару раз. Помнится, его группа распалась, и он занялся сольным творчеством. Что ж, голос хорош, не удивительно, что Кисаки пригласил его в проект.
- «Интересно, а какие у них отношения?» - пронеслось в голове Рику. Он тут же замер, поймав себя на этой мысли. Что это еще? Ревность?
- «Рику, до чего ты докатился», - устало вздохнул он, решив, что в таком состоянии не имеет смысла дальше сидеть за компьютером.
Блондин потянулся, прикидывая в уме, чем бы заняться сегодня. Но мысли упорно крутились вокруг Кисаки и его нового эм… партнера. Даже контрастный душ, всегда спасавший от назойливых мыслей, не помог.
- «Нет, так нельзя! - решил Рику, и решительно направился к телефону. Но в последний момент замер в сомнении. – Нет-нет-нет!» – и тряхнув головой, чтобы отогнать страхи, набрал номер Кисаки, который знает наизусть.
Долгое время он слышал лишь гудки в трубке. И когда уже подступило отчаянье, послышался тихий голос:
- Рику, доброе утро, светлое чудо мое.
- Доброе, - вокалист улыбнулся, а рука сжимала пластик так, словно телефон у парня кто-то собирается отнять.
- Что-то случилось? – обеспокоенно поинтересовался Кисаки, которого напрягло внезапно повисшее молчание.
- Нет-нет, - заверил его Рику, с ужасом понимая, что даже не знает, что сказать. Зачем он позвонил? Спросить «ты мне изменяешь»? Какая глупость! – Тадаши, ты сегодня свободен? – спросил он первое, что пришло в голову.
- Прости, но у меня дела расписаны на неделю вперед, - басист постарался произнести это как можно мягче. – Мне действительно жаль.
- Я соскучился по тебе, - обида подступила к горлу вокалиста. – Тогда, как насчет того, чтобы и меня подключить к проекту?
- «Какая дерзость», - ужаснулся Рику уже когда произнес эти слова.
Кисаки какое-то время молчал, от чего блондин чувствовал себя все неувереннее.
- Прости. Мы слишком заняты. Правда, прости.
- Конечно, - согласно вздохнул парень.
- Ты точно меня прощаешь?
- Разумеется, - улыбка Рику вышла очень грустной.
- Тогда до встречи, любимый, - и короткие гудки.
Любимый… Звучит обнадеживающе.
Парень еще долго не отключал трубку, словно надеясь вновь услышать этот голос. Наконец отложив телефон, музыкант сел на пол, обхватив колени руками. И вновь мысленно возвратился ко вчерашнему разговору с Юджи. Да, он уже не раз прокручивал в голове совет Камиджо, от которого в груди начинает щемить. Отпустить? В данной ситуации Рику нужно самому отступить. Но как он может так поступить? А если его не окажется рядом, когда Кисаки будет нуждаться в нем?
- «У любви есть крылья. Отпусти», - настойчиво звучало в светлой голове. Сейчас Камиджо, когда-то выступавший в роли доброго советчика, казался демоном-искусителем. Но что-то нужно делать, Рику четко это осознавал. Отпустить?..
- «Вернется, непременно вернется, - улыбнулся блондин. – И я пойму, какой же я дурак и параноик. А сейчас это необходимо».
 
KsinnДата: Понедельник, 05.08.2013, 20:03 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Часть 2
- Кисаки, я хотел спросить… - не окончив свою реплику, в комнату вошел невысокий рыжий парень.
- Да? – басист обернулся к вошедшему. – Что-то случилось, Сацу?
- Нет, - он тряхнул головой, отбрасывая лезущую в глаза челку. И тут взгляд вокалиста упал на телефон, который Кискаи сжимал в руке. – Об этом, наверное, я и хотел спросить. Это ведь Рику звонил?
- Да, - коротко отозвался Тадаши, искренне не понимая, с чего парень решил завести такую тему.
- Отлично. То есть, как раз наоборот.
- Извини, ты можешь выражаться не так загадочно? – басист чуть улыбнулся уголками губ.
Приблизившись к небольшому кожаному дивану, на котором сидел Кисаки, Сацки сел рядом с мужчиной, и с интересом во взгляде заглянул ему в глаза.
- Скажи, только честно и откровенно. Какие отношения у тебя с Рику? – спросил рыжеволосый, чуть понизив тон.
- Дружеские, - Кисаки все еще не понимал, к чему клонит вокалист. Вероятно, парень видел в глазах басиста самые разные оттенки недоумения и удивления.
- Только ли?
- Он любит меня.
- А ты его?
- Разумеется.
Сацки чуть улыбнулся. Вернее, уголки губ лишь чуть приподнялись, а вот глаза были полны света. Действительно, словно ангел.
- Точно? – когда вокалист сказал это, лицо его приняло лукавое выражение.
- Что за странные вопросы? – Кисаки спешно поднялся на ноги, но Сацки заметил, как у того чуть покраснели щеки.
- Ну, вот видишь, - задумчиво произнес парень, чуть склонив голову набок. – Значит, не точно.
Кисаки принялся нарезать круги по комнате. Так всегда получается, когда тщетно стараешься скрыть свое раздражение.
- Чего ты хочешь? – наконец спросил он, резко оборачиваясь к вокалисту, который все это время не сводил с него глаз.
- Я хочу, чтобы ты перестал метаться, словно птица в клетке, - тихо произнес Сацки, прикрыв глаза.
- Я и был спокоен, пока ты не задал свой странный вопрос, - усмехнулся музыкант и, скрестив руки на груди, зашагал к своему басу.
- Глупенький, - рыжий тоже усмехнулся, только если у басиста это прозвучало раздраженно, то у него – добро и ласково. Музыкант поднялся с дивана, подойдя к Кисаки, обнял его со спины и прошептал на ухо. – Ты мечешься с момента нашей встречи. А я не хочу этого, потому что люблю тебя.
- Сацу, я люблю вас обоих.
- Что в этом плохого? Разве нельзя любить нескольких человек одновременно?
- Сацу… - Кисаки развернулся лицом к парню. – Спасибо… - и уже собирался поцеловать нежного вокалиста, как тот невесомо приложил палец и его губам, останавливая.
- Только, боюсь, Рику моего мнения не разделяет, - в голосе Сацки сейчас не было никаких эмоций. Ни сожаления, ни раздражения – просто констатация факта.
- И что же мне делать?
- Слушать свое сердце. Я одобряю любой твой выбор, если он искренен. Я люблю тебя, и желаю тебе счастья, пусть даже и не со мной.
- Сацу... ты точно с этой планеты, а не с небес спустился? – улыбнулся Кисаки. Как все просто, и в то же время сложно. Слишком сложно.

***

Когда заняться нечем – время тянется словно бесконечно, оно кажется таким же вязким, как эти мрачные холодные сумерки. Прошло три дня, как Рику решился отпустить своего любимого, и за это время он успел переделать все что можно, и даже осталось время на самотерзания и сомнения. Уже хотелось убежать и от самого себя, а вернее – от сомнений. Просто побыть пару дней совершенно другим человеком, с другой жизнью, с другими проблемами.
Спасение пришло с внезапным телефонным звонком.
- Моши-моши, - устало выдохнул блондин.
- Здравствуй, давно не виделись, не слышались, - зато голос из трубки прямо-таки лучился позитивом и энергией.
- Джуи? – сказать, что Рику не ожидал его услышать не совсем верно, ведь он и вовсе не ожидал звонка.
- Не узнал? Не хорошо забывать старых друзей! – мужчина изобразил обиженность в голосе, но тут же вновь засмеялся. – Как ты там? Что нового?
- Я… - Рику подавил в себе первый порыв рассказать о тяжелых отношениях с Кисаки. – У меня все отлично. Все идет размерено, как и обычно. Ты-то как там?
- Просто великолепно. Ты не занят сегодня? Может, тогда встретимся? Как же давно мы не виделись… И никаких отнекиваний! Отказы не принимаются!
Блондин улыбнулся. Бывают же люди, способные одним своим голосом внести такую волну позитива. Вокруг как будто даже светлее стало.
- Я абсолютно свободен, - ответил он. – Во сколько тебе удобно, и где?

***

Казалось, даже небо сейчас пребывало в приподнятом настроении. Неужели наконец-то солнце! И над серым Токио сейчас бездонно-голубое небо, наполняющее его яркими красками. И вроде бы, ничего не меняется вокруг – те же люди, здания, все тот же серый асфальт, но оно уже не кажется таким обыденным, вызывающим желание больше не возвращаться в реальность из своего маленького внутреннего мира. Хочется раскрыть душу этому миру и улыбаться прохожим, надеясь увидеть на их лицах ответную улыбку.
Только вот холод по-прежнему пронзает до самого сердца. Рику, который совсем не умеет учиться на ошибках, не поменял свое легкое пальто на что-нибудь потеплее, и вновь не взял перчатки. Как и несколько дней назад, он идет, кутаясь в бесполезный шерстяной шарф, тщетно стараясь согреться. Как странно, внутри словно горит собственное Солнце, излучающее радость, но оно совсем не греет.
- Вот как, даже снежный принц может мерзнуть? – вдруг услышал он прямо над ухом. Не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто это.
- Какой из меня принц, Джуи, - улыбается блондин. – Я паж, лакей, верный слуга… как еще назвать?
- Нет, ты слишком принижаешь себя, маленький принц.
Рику все-таки поднял глаза на своего старого знакомого. Как же давно они не виделись… Джуи, впрочем, не изменился. Даже прическу не поменял: желтые и светло-коричневые пряди, чуть завивающиеся на концах, разбросаны в очаровательном художественном беспорядке. Из-под черного пальто выглядывает воротник белой рубашки, и, как обычно, на нем черные прямые брюки. Сколько они знакомы, Джуи всегда предпочитал классические костюмы. И они ему безумно идут.
- Как я соскучился… - шепотом на выдохе произнес Рику, улыбаясь.
- Зайдем в какое-нибудь кафе, ты ж замерзнешь, горе луковое, - усмехнулся мужчина.
Блондинистый вокалист хотел было возмутиться, напомнить, как он не любить людные места, но промолчал, ведь мысль действительно была здравой. К тому же, Джуи удалось найти место, которое полностью устраивало их обоих. Совсем маленькое уютное кафе, в котором совсем не много народа. Такие заведения обычно существуют очень не долго, так как не выгодно содержать малопосещаемое кафе, и потом на их месте появляются маленькие магазинчики, которые, впрочем, тоже довольно быстро исчезают, заменяясь на что-то иное. А жаль, ведь это хорошая мысль – место встреч для нелюдимых людей. Но управляющих больше интересует их счет, нежели благодарность посетителей. Увы.
Когда ты встречаешь человека после долгой разлуки, и чувствуешь, что вы можете говорить очень долго, что вам обоим есть, чем поделиться – это истинная дружба. Ведь сколь часто скучаешь по знакомым, но при встрече понимаешь, что и сказать толком-то нечего, и жил ты все это время воспоминаниями, теперь не имеющими никакого отношения к настоящему. Это не о Рику и Джуи, здесь и сейчас они вновь убедились в своей привязанности друг другу. Когда есть человек, которого ты, не колеблясь, можешь назвать Другом с большой буквы - это прекрасно. Вероятно, это самое прекрасное в жизни.
Они говорили обо всем. И улыбки не сходили с их лиц.
Но в каждой истории есть печальное «но».
- А как там Тадаши? Я ему звонил, но его телефон был отключен, - спросил Джуи, обхватив пальцами белую фарфоровую чашку с зеленым ароматным чаем.
- Да?.. Он… он отлично! – Рику натянуто улыбнулся. – Как раз сейчас занят в проекте с Сацки.
- С Сацки? Хм, странно, что мне об этом никто не сказал… Но это здорово! Я уверен, их творенья взорвут все музыкальные чарты!
Блондин предпочел промолчать.
- А почему бы нам не записать чего-нибудь вместе, как в старые времена? – мечтательно предложил Джуи, устремив взгляд куда-то вдаль. – Уверен, Кисаки эта идея тоже придется по вкусу!
- Даже не знаю, он сейчас так занят… - тихо произнес Рику, опустив голову.
- Рику? – осторожно позвал мужчина. Парень поднял на него глаза. – Что у вас с Кисаки?
- Что? – опешил блондин.
- Ничего не случилось? – во взгляде Джуи было столько участия. И Рику решил открыться. Рассказал о своих сомнениях и метаниях, о холоде со стороны басиста.
- Знаешь, - задумчиво произнес Джуи. – Не знаю, почему так происходит, не силен в психологии, но близкие нам люди в какой-то момент времени превращаются в «шкаф, который здесь всегда стоял». Мы вроде и любим их, но чувства превращаются во что-то само собой разумеющееся. И понимаем, что уделяли близким недостаточно внимания, чаще всего, только когда теряем их. Дай Бог, не безвозвратно. Думаю, тебе стоит прекратить молчать, и напомнить Тадаши о своем присутствии.
- Но…
- Никаких «но»! Если претендуешь на взаимность – прекрати быть самоотверженным мазохистом. Тебе нужно срочно поговорить с Кисаки, иначе не заметишь момента, когда он отвернется уже бесповоротно. Прямо сейчас!
- Нет! Как так можно! Он же…
- Если он и правда любит тебя, то будет рад видеть в любое время дня и ночи.
- Так-то так, но…
- Опять это «но»? Как же ты не можешь понять, что пока ты раздумываешь, взвешивая все «да» и «нет», может произойти решающее событие. И ты совершишь фатальную ошибку. Просто потому, что не хватало решительности шагнуть вперед. И всю жизнь будешь жалеть о несовершенном.

***

Если Рику и сомневался, желая развернуться и отправиться домой, а лучше – куда-нибудь на Аляску, чтоб наверняка никто не нашел, то Джуи просто не давал ему возможности ступить шага в сторону, крепко держа за руку.
Они шли по зданию до противного пустой репетиционной базы. В вечер понедельника-то… Странно, но во всем здании висела давящая на уши тишина: ни визга гитарных рифов, ни оглушительного стука палочек о барабаны, ни голоса, даже просто спокойного, ведущего дружеский разговор. Ничего. Сколько бы они ни шли, картина не менялась: тишина, идеально-белые стены и бессчетное множество дверей.
Но вот Джуи внезапно остановился, от чего блондинистый вокалист аж ударился носом о его плечо.
- Дальше сам, - уверенно произнес Джуи тоном, не требующим пререканий.
- Но…
Мужчина тяжело вздохнул.
- Пообещай мне, что будешь употреблять это слово как можно реже. У тебя все получится, и точка. Иди.
И вновь эти слова, которым так хочется поверить. Интересно, а люди, произносящие их, вот например, Камиджо или Джуи, сами-то верят, что сила слов способна помочь?
Бросив другу благодарный взгляд, Рику зашагал по коридору к двери, находящейся в самом его конце. Учитывая, что из неплотно закрытой двери лился яркий свет, освещающий мрачный коридор, довольно картинно выходило. Так еще и гулкое эхо шагов по пустому коридору, плюс учащенное сердцебиение. Хоть фильм прямо сейчас снимать, отличная сцена. Так, раз это кино – значит, в конце должен быть хэппи-энд, ведь так? Просто обязан!
Последний шаг. Сомневаться поздно.
- Кисаки! – голос вышел неожиданно, даже для обладателя, радостным.
- Рику? – чего не скажешь о басисте.
В самом деле, нехорошо получилось. Ступив шаг в комнату, Рику остановился, не веря в реальность происходящего. Кисаки, его любимый Кисаки, целовался с Сацки. «Деловые партнеры», ничего не скажешь.
Вокалист почувствовал, словно земля уходит из-под ног. Нет, вернее – весь мир-то так и стоит как стоял, но парень с трудом удерживает равновесие, колени предательски подгибаются.
Когда Камиджо посоветовал ему отпустить, все казалось так просто. Ведь одно дело догадываться, но совсем другое – видеть своими глазами. Хочется верить, что они сейчас жестоко обманывают.
- Рику, постой! – воскликнул Кисаки, вырываясь из объятий Сацки, но его светлое чудо уже рвануло прочь. – Рику! – мужчина хотел последовать за ним, догнать, все объяснить… но рыжий вокалист успел перехватить его руку, останавливая. Кисаки обернулся на него с немым вопросом.
- Сейчас он не послушает тебя, - объяснил парень.
- Но это не значит, что я должен сидеть сложа руки!
- Это значит, что вам обоим нужно успокоиться, прежде чем что-то решать.
Кисаки бросил взгляд на дверь, за которой всего несколько секунд назад стоял его любимый.
- Какой же я дурак… - прошептал он, опуская длинные ресницы.
 
KsinnДата: Понедельник, 05.08.2013, 20:03 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Часть 3
Рику

Вот что я сделал не так?
Прежде всего, нужно успокоиться. Только так можно все здраво взвесить и проанализировать. Вдох-выдох.
Итак. Я любил его. Нет-нет-нет, почему в прошедшем времени? Я люблю его, и всегда буду любить. Почему я его люблю, за что? Хочется ответить «за все», и это действительно близко к правде. Да разве можно не влюбиться в эти глаза, улыбку… Тадаши человек, испускающий какую-то волшебную энергию, от которой так тянет к нему. Обаяние? Пожалуй. Он открытый человек, готовый принять и понять каждого. К тому же, великолепный музыкант и продюсер. Кажется, он хочет помочь каждому, кто нуждается в его помощи… Но в том-то и проблема. Нет, это прекрасное человеческое качество, но Кискаи пытается сделать слишком много. От того то мне плохо, что он нещадно губит себя ради других. Но я не могу его изменить. Да и стоит ли? Это похоже на глупость – пытаться исправить открытость и бескорыстность человека. За этот свет, исходящий из самого сердца я и люблю его.
А Кисаки? Может, мне просто хотелось верить, что и с его стороны есть какие-то чувства? А может, ему просто жаль меня? Не нужно меня жалеть, я просто хочу искренности. Неужели так сложно: всего-то сказать «да» или «нет», без недомолвок. Видимо, сложно. Желая не ранить правдой, вы в действительности причиняете еще большую боль. Искренность – вот принцип, по которому стоит жить, и никогда не отступать от него.
Нет, Тадаши всегда искренен и открыт с людьми. Значит, что я и правда ему не безразличен. Он меня любит… или любил? Это страшно, когда ты по-прежнему кипишь страстью к тому, кто уже начал остывать к тебе. Нет, с чего я решил? Почему мне кажется, что больше нет тех чувств со стороны Кисы? Просто он сейчас очень занят, но потом все вернется на круги своя, все будет по-прежнему. По-прежнему? Ведь так всегда происходит, что басист слишком занят, что выходной он вновь проведет в студии, а не со мной, что он вновь бросает Lin, чтобы выступить с кем-нибудь из старых друзей, или вовсе уедет в турне без нас.
Джуи считает, что я должен все рассказать. Но теперь появилось еще больше неуверенности. Говорят, когда действительно любишь – можешь отпустить ради его же счастья. Но я чувствую, что не могу. И не потому, что чувства фальшивы, а потому что для меня он как воздух необходим. Каждый человек нуждается в ком-то, кто всегда с тобой, пусть и не рядом, кто всегда поддерживает и любит не смотря ни на что. И на этом месте я могу представить только Тадаши. Если его не будет… я просто не смогу жить дальше. Пусть звучит глупо, но это действительно так. Это та любовь, которая одна и на всю жизнь; не мимолетное увлечение, а Чувство с большой буквы.
Сейчас мои размышление очень эгоистичны: я, я. А он? Но, возможно, Джуи и прав, ведь на деле я всегда иду на уступки в пользу Кисаки, всегда терпеливо жду и надеюсь. Почему же не могу рассчитывать на взаимность. Это ведь совеем не много: просто чуть-чуть времени нам наедине. Просто пообещать, например, «каждое воскресенье мы будем проводить вместе», и у меня будет четкое чувство постоянности, уверенности.
Быть может, если бы я не струсил, то все бы уже разрешилось. Хочется верить, что Кисаки закричал бы «ты все не правильно понял» и привел действительно веские аргументы, которым я поверю. Но я просто сбежал. Испугался. Вот так вот глупо. А чего я боюсь? Кисаки? Нет, какая глупость! Чего же тогда? Сам не понимаю. Боюсь, что в один момент все может рухнуть, что в один день у меня не станет Его, хоть Он и будет где-то рядом, и внутри останется лишь пустота, без света в конце тоннеля.
Так что же я сделал не так? Со своей стороны я сделал все.
Кисаки, просто позвони и объясни мне, что происходит. Иначе… Нет, это не угроза, просто так и будет: я сойду с ума в своих метаниях.

Кисаки

Почему? Вопрос, разъедающий сознание. Толком даже не понимаю, что «почему?».
Почему я не могу разобраться в себе и своих чувствах? Почему Рику не может меня понять? Или почему вообще все это происходит?
А почему снег белый? Почему солнце восходит на востоке? Ровно то же самое: законы этого мира, сопротивляться которым просто глупо. Так есть и будет. Разве здесь есть, чему сожалеть и задаваться вопросом, что б было «если бы…»? Это просто истина, сопротивляться которой нет смысла. И она заключается в том, что я равной мере люблю двоих. Сацки считает, что ничего ужасного в этом нет. Ведь это совершенно нормально: одинаково любить мать и отца, брата и сестру. И мне хочется верить, что светлому чувству любви нет оков. Но Рику…
Он меня не поймет. Но почему я так уверен в этом? Наверное, потому что хорошо его знаю. Все же стоит с ним поговорить. И вот тут появляется то самое большое «но». Как я могу так поступить после того, что только что произошло?
А что, по сути, произошло-то? Рику узнал правду. Только вот истолковал ее, наверняка, неверно. Нет, что здесь можно понять не так, все просто как дважды два: светлое чудо перестал для меня быть единственным. Но ведь от этого его значение в моей жизни не уменьшилось! Или?..
А когда последний раз мы разговаривали один на один? До того короткого телефонного звонка от Рику – пару недель назад. И то разговор длился не больше минуты. А когда в последний раз прогуливались по нашему любимому парку, держась за руки? Уже и не вспомнить; кажется, это было в конце лета. Вот и получается, что сейчас я занимаюсь самообманом, ведь на самом-то деле светловолосого вокалиста становится все меньше в моей жизни. Репетиции, записи, концерты… разве это повод не видеться так долго? Может, для «общения» с Lin – это весомое ограничение, но для живого любящего человека – отнюдь. А ведь Рику скучал, пока я даже и не вспоминал о нем за напряженной работой; он не только позвонил, но даже пришел на базу. А чем ответил я? «Прости, я занят другим, мне не до тебя»? Вот и получается, что это я ничего не понимаю в этой жизни, а не Рику. Он ведь изо всех сил старается понять меня и принять таким, какой я есть, потому что любит. Но любому терпению приходит конец, вот он и сорвался. Почему же мы понимаем ошибочность действий только после их осуществления?
Но вот настал тот момент, когда человек осознает свою ошибку. Возможно ли теперь ее исправить? А вот и узнаем. Нельзя же сдаваться, даже не попробовав. Но прежде нужно решить, за что же бороться.
Слушай свое сердце. Но оно-то одинаково бьется ради двоих. Что же говорит холодный разум? С одной стороны у меня есть Рику, с которым мы вместе уже много лет, который всегда был рядом, и в горе и в радости. А с другой – Сацки, с которым я знаком не так давно, чьи чувства еще не проверены временем и могут оказаться лишь короткой страстью. Это как весы; и чаша склоняется в сторону Рику. И вроде бы, приоритеты расставлены, но сердце начинает неприятно щемить. Оно кричит: как можно пытаться рационализировать любовь? Да, это конечно так…
Сейчас хочется опрокидывать и разбивать все, что попадется под руку; такой хаос бушует внутри. Нет, нужно успокоиться!
Первое, что нужно сделать – просто извиниться перед Рику. И рассказать все. Может, он примет тот факт, что он не единственный? А если нет? Что тогда мне делать? Могу ли я сказать Сацу «прости» и остаться просто деловыми партнерами?
Сацки… А ведь ты тогда сказал, что если я предпочту остаться с Рику, то одобришь мой выбор.
Что же мне делать?

Сацки

Человеческая слабость. Сколько времени не курил, и вот сорвался. Потому что кто-то когда-то сказал, словно сигареты способны успокоить тебя, привести мысли в порядок, и теперь эта мысль укоренилась в сознании. Ни черта они не помогают, но рука сама тянется к этой отраве.
Что, по сути, произошло-то? Небо не обрушилось, страшного наводнения не случилось, никто не умер. Здесь все страшнее. Какая, казалось бы, мелочь. Да какая разница, что у кого на душе?.. Но это самое ужасное заблуждение. Никогда нельзя пренебрегать чувствами людей. Никогда, слышите, никогда не осуждайте то, что не можете понять, никогда не показывайте равнодушия, никогда не убивайте человеческие чувства. Просто запомните.
Отчасти, здесь есть моя вина. Даже если это не так, я все равно чувствую, что не могу просто стоять в стороне. Но «что делать?» стало извечным вопросом не просто так. Делать можно все, что вздумается, что угодно, но как узнать, какой путь верный? Методом проб и ошибок. Только вот незадача – в жизни нам дается всего одна попытка и никакого права переиграть.
Если я отступлю, позволяя Кисаки и Рику самим разобраться, боюсь, последствия будут непоправимыми. Но, с другой стороны, кто я такой, чтобы решать, как им поступить? Тупик.
Когда басист пригласил меня поучаствовать в Kisaki Project, я, не задумываясь, согласился, ведь он – светило японского рока, человек, которого невозможно не уважать. Сейчас я ни о чем не жалею. Не подумайте, у меня не было никаких амурных мыслей, просто в Кисаки действительно легко влюбиться. И о том, что у него довольно длительные отношения со светлым вокалистом я знал. Почему не остановился с самого начала, раз все прекрасно понимал? Потому что сам Тадаши тоже неровно дышал ко мне. Есть ли в том моя вина? Думаю, нет. Но я и не «мимо пробегавший» персонаж в этой истории. Значит, это я причина сему?
Я не слишком хорошо знаком с подробностями отношений Кисаки и Рику, от того не знаю, роль какого плана отведена мне в этой пьесе. Но это и не важно, ведь то что произошло навсегда останется прошлым, а вот будущее возможно изменить.
Но что должно быть в этом будущем? Кто я такой, чтобы это решать? Ведь все, что бы я ни предложил – всего лишь мое субъективное виденье того, что я хочу, чтобы было. Так должен ли я вмешиваться?
Но не будет ли это некрасиво, стоять в стороне, словно происходящее меня ни коим боком не касается?
Слишком много вопросов. Слишком много вопросов без ответов. Это мы, смертные люди, задаемся ими, а жизнь все решает спонтанно, но не стоит забывать, что она всегда права. Потому что сама правда заключается в жизни.
И я уверен – нужно просто поступать по ситуации. Просто смело идти вперед. Истина сама найдет тебя.

***

Очень часто нам кажется, что вернувшись в какую-то точку отсчета, мы вспомним или поймем нечто очень важное. Сколько раз вы вот так возвращались, но ощущали лишь пустоту? И ведь из раза в раз мы повторяем этот ритуал, прекрасно понимая его бесполезность. Парадокс человеческого разума.
Петляя между безликими людьми, что приютились среди серых высоток, твердо стоящих посреди многомиллионного города, который находится где-то среди многих прочих городов Японии, что ютится среди множества других стран, расположенных на этой, порой кажущейся безликой, планете, что вертится в бесконечном пространстве среди других подобных, Рику брел куда глаза глядят, не задумываясь о своем пути, и, неожиданно для себя, пришел к тому укромному кафе, где не так давно он встречался с Камиджо. Вокалист и не думал прерывать свои скитания, но ноги сами повели внутрь здания, а сопротивляться спасению от пронзающих сильных порывов ветра довольно глупо. По крайней мере, сейчас, когда блондин в состоянии совершить глупость – начиная с перспективы серьезно простудиться, заканчивая, додумайте сами, - о чем потом можно сильно пожалеть.
На сей раз заведение было битком набито разными людьми, негромко переговаривавшимися между собой, от чего в воздухе висел раздражающий гул. Быть может, оно и к лучшему – так его никто не заметит в разношерстной толпе. Не без труда найдя свободный столик, Рику с облегчением откинулся на спинку дивана, устремив пустой взгляд на свисавший с потолка светильник.
Девушка-официантка, тут же подбежавшая к новому гостю, крайне его озадачила. Музыканту сейчас кусок в горло не лезет, но тогда, спрашивается, зачем он пришел? Зеленый чай с жасмином – универсальный вариант, тем более что он отлично помогает успокоиться и привести мысли в порядок. Когда официантка отошла, Рику с удовольствием прикрыл уставшие глаза, чувствуя, как замерзшие конечности начинают согреваться.
- Рику-сан?
Парень чуть вздрогнул от неожиданности. Действительно, неожиданно. В первый момент он даже решил, что обознался, но музыкальный слух – вещь серьезная. Подняв голову на подошедшего мужчину, Рику окончательно убедился в своей правоте.
Этого человека трудно забыть. Удивительно, как такой внешне мрачный человек умудряется настолько сильно выделяться и оставлять яркий след в памяти, стоит лишь один раз взглянуть на него. А уж если вы услышите его голос… О, этот неповторимый глубокий голос!
- «Что ж за неделя встреч», - с долей раздраженности подумал вокалист, но вслух лишь вежливо поздоровался. – Добрый день, Асаги-сан.
Мужчина широко улыбнулся. Поистине завораживающе: сколько добра, тепла и света скрывает в себе эта фигура, облаченная в черное.
- Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? – спросил вокалист D.
- Конечно, нет, - кивнул блондин. Тем более что встреча действительно приятная. Асаги для него не то, чтобы сенсей, но человек, которого Рику глубоко уважает, и с кого стоит брать пример, как в вокальном умении, так и в общечеловеческих ценностях.
- Как жизнь? Как творческие успехи? – поинтересовался брюнет, присаживаясь напротив.
- «Вот как можно двумя короткими вопросами испортить все настроение?» - если бы Рику был персонажем аниме, у него бы сейчас потекли слезы ручьем. Но в жизни поступать так глупо, да и очень трудно.
- В творчестве пока перерыв, а в жизни все замечательно, - но парень и сам слышал фальшь в голосе.
- Рику? Что-то случилось?- участливо спросил мужчина.
И вновь Рику хотелось расплакаться. Кажется, так уже было: душевные терзания, учтивые вопросы, душа наизнанку, сожаления и советы, а что в итоге? Еще большая боль и разочарование. Но вновь он не может молчать, не в силах сдержать всю горечь переживаний, что накопилась в душе.
Брюнет внимательно слушал, на его лице читалась искренняя заинтересованность, Хотя, это может быть всего лишь игрой, он ведь прекрасный актер. В самом деле, что одному человеку до страданий другого? Тем более что они, хоть и в хороших отношениях, но знают друг друга мало и видятся крайне редко. Если б не Кисаки, Рику, наверняка, никогда не познакомился бы с вокалистом D. Вернее, тогда еще Syndrome.
- Твоя ошибка заключается в том, что ты слушаешься чужих советов, - задумчиво произнес Асаги. – Слушай свое сердце, только так можно принять верное решение.
- Асаги-сан, но разве это не совет?
Мужчина усмехнулся.
- Именно.
- Так что же меня тогда делать?
- Слушать свое сердце.
- Но ведь в этом и заключается Ваш совет!
- Ты не понял, - Асаги покачал головой, чуть улыбаясь уголками губ. – Советы даются для того, что бы помочь человеку, но он сам должен решить, слушать его или нет. Только ты сам можешь понять, как нужно поступить, применим ли он в твоей жизни или нет. А для этого нужно послушать сердце.
Рику опустил глаза, задумавшись.
- Асаги-сан, почему именно сердце? Почему оно все знает?
- Потому что оно не признает лживого разума, сердце говорит то, что чувствует, не пытаясь систематизировать, рационализировать или извлечь выгоду.
- От Ваших слов во мне появляется уверенность, хотя я пока не знаю, как мне поступить. Спасибо.
- Не нужно благодарить, мне достаточно твоих счастливых глаз, - вокалист D чуть склонил голову набок. – Просто будьте счастливы.
Скрывая улыбку за прядями волос, парень опустил взгляд в опустевшую чашку. Сердце, что ты говоришь, как следует поступить? «Он нуждается в тебе, просто будь с ним», - отвечало оно.
- «Да, я буду с ним, во что бы то ни стало. Даже если он предпочтет Сацки мне, я все равно останусь, даже как друг без права на что-то большее. Я буду рядом», - твердо решил музыкант.
- И передавай привет Кисаки, - хитро улыбнулся Асаги. Посмотрев в эти игриво блестящие глаза, Рику понял, что это такое изощренное подталкивание его на совершение первого решительного шага, что не нужно бояться, что все будет замечательно. На лице блондинистого вокалиста медленно появилась улыбка.
- Разумеется, - энергично кивнул он.
 
KsinnДата: Понедельник, 05.08.2013, 20:04 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Часть 4

Вперед, только вперед. Когда решился – ни шагу назад. Ну же, Рику!
Распрощавшись с Асаги, блондин решил не медлить, и сразу связаться с Кисаки. Рику достал из кармана джинсов мобильный телефон. Набрать несколько цифр – что может быть легче, ведь так?
Вокалист глубоко вдохнул морозный воздух. И уже готов был набрать заветный номер, как вдруг почувствовал, что пластмассовый агрегат вибрирует в его руке. А на экране высветился один простой иероглиф: Ками. Тадаши сам ему звонит!
Рику пару раз удивленно моргнул, не в силах поверить. Но это было правдой.
- Моши-моши, - выдохнул он в трубку, чувствуя, как пальцы чуть дрожат.
- Светлое чудо… - в голосе Кисаки слышалось столько неуверенности. – Ты меня слышишь?
- Да…
- Я люблю тебя. Прости меня.
Сердце блондина пропустило несколько ударов. За что же прощать, если правда любишь?
- За что? – вслух спросил вокалист.
- За все! Нет-нет, это не так должно быть… за то, что я ничего вокруг себя не замечаю, за то, что думаю только о себе, за то, что ты… нет, все это неправильно! Рику, где ты сейчас? Я должен встретиться с тобой как можно скорее!
- Я… - Рику огляделся по сторонам, но осознал, что даже не знает, на какой улице находится. – Лучше скажи, где ты?
- Я сейчас стою у входа студии. Но это не лучшее место для встречи.
- Тадаши, - внезапно светлую голову посетила идея. – Встретимся в парке. В том самом.
- Да ты романтик, - вокалист слышал в интонации басиста, что тот улыбнулся. – Тогда до скорой встречи.

***

Начало зимы в Токио – одно из самых противных времен года. Так считал Рику, который брел меж безликих высоток, сам удивляясь, как среди столь однотипных зданий возможно ориентироваться в пространстве. Но он четко осознавал, куда идет, и куда нужно повернуть, чтобы достичь пункта назначения. До этого парка он мог добраться, кажется, с закрытыми глазами.
Наступление холодов всегда сопровождалось черной полосой в жизни музыканта, от этого он всегда с тихим ужасом ожидал декабря. И этот год не стал исключением. Но, похоже, что жизнь все-таки зебра, и одна полоса наконец-то сменилась другой. Теперь бы следовать не менее известному выражению, что идти нужно вдоль белой полосы. Но для этого ему нужен «поводырь», на встречу с которым Рику сейчас идет.
Небо – бездонно-голубое, а воздух морозно свеж, в нем уже витает едва уловимый запах еще не выпавшего снега. Его еще нет, но ты его уже чувствуешь. А неяркое зимнее солнце отдает все свое тепло, чтобы миллионы людей нашли в себе силы улыбнуться.
И вот парень уже стоит у ворот. А за ними, кажется, другой мир, где можно на время забыть о проблемах и суете. Ведь за тем люди и приходят в парк – чтобы ненадолго отдохнуть от не самых приятных сторон жизни. Создается впечатление, что узор решетки разделяет пространство на две части. Что же ждет Рику там, и с каким чувством он вернется на эти серые токийские улицы?
Пусть голые деревья и почерневшая трава выглядят не менее серыми, но то, что у тебя в сердце может придать красок любому месту. А солнце над головой еще более тому способствует. Словно весь мир шепчет: все будет хорошо.
Не потребовалось много времени, чтобы найти Кисаки. Интуиция, а может быть какое-то другое чувство – не важно, но оно само привело Рику к любимому, безошибочно указав путь. Красноволосый мужчина сидел на скамейке с витиеватым чугунным узором, что стояла на берегу небольшого пруда. Кисаки задумчиво устремил взгляд на тонкий и хрупкий слой льда, покрывший поверхность водной глади, ничего не замечая вокруг.
Блондинистому музыканту захотелось тихо подойти к Тадаши со спины и осторожно закрыть ему глаза, а через секунду почувствовать тепло его ладоней на своих. Но сейчас не подходящий момент. Парень медленно приблизился к скамейке, чувствуя, как с каждым шагом сердце бьется все быстрей.
- Тадаши, - прошептал Рику, не желая нарушать тишины безлюдного парка, нарушаемой лишь порывами ветра. Но Кисаки услышал. Быть может, тот самый ветер подхватил слова и донес адресату.
- Рику, - басист поднялся на ноги и, стремительно приблизившись, обнял парня прежде, чем тот успел что-либо сообразить. – Рику, как я рад, что ты пришел!
Блондин сильнее прижался к Кисаки, неровно дыша.
- «Не отпущу. Никогда не отпущу», - думал он.
- Рику, поверь мне, - шептал Тадаши, настолько тяжело ему было говорить. – Бога ради поверь, я люблю тебя.
- Я верю, - так же шепотом произнес вокалист.
- Но я люблю не только тебя…
Все. Сказал. И нет больше путей к отступлению. Вперед, лишь вперед.
- Рику, прошу, пойми меня, - Кисаки чувствовал себя все неуверенней от того, что его светлое чудо молчал. – Я… Люблю Сацки. Но ты мне дорог не меньше. Я люблю вас обоих, и ничего с этим не могу поделать.
- Нет, - шепотом отозвался вокалист.
У Кисаки ком в горле встал от мысли, что блондин его не поймет и просто уйдет, отвернется. Раз и навсегда.
- Нет? Рику, пойми… Нет, даже если не поймешь – не уходи. Прошу…
- Нет, ты не прав, что ничего не можешь поделать, - вокалист заглянул в глубину глаз Тадаши. – Ты можешь все, просто… боишься.
- Да, я боюсь, - признал басист. – Я боюсь, что могу потерять кого-то из вас. Сацки сказал, что он одобрит мой выбор, даже если я предпочту тебя ему. Но я не могу… Я не могу, потому что одинаково люблю вас! Я знал, что ты не сможешь понять.
- Я понимаю. Это ты не понимаешь, что никого не потеряешь. Сацки тебя любит. И я тебя люблю. Мы все для себя решили, но ты – нет. Мы будем рядом, но ты можешь быть только с кем-то одним. И ты должен сам решить, кого выберешь. Слушай свое сердце.
- Рику… - в голосе Кисаки мешались разные чувства. Здесь была и безграничная благодарность, и удивление мудрости вокалиста, радость, грусть, надежда.
А с небес бесшумно опускался девственно-чистый первый в этом году снег. Быть может, он в силах очистить и наши души?

***

Концерт – то место, где можно получить, вероятно, больше всего энергетики. Особенно, если выступающий человек тебе бесконечно дорог.
Финальный концерт Kisaki Project с Сацки окончен, и теперь басист вновь вернется к Lin. А от этого на душе Рику становится вдвойне теплей. Он вновь сможет окунуться в работу, в мир, наполненный великолепной музыкой и великолепными образами, но главное, что теперь он сможет видеться с любимым намного чаще.
В гримерке – множество счастливых людей, глаза которых лучатся искренней радостью за музыкантов. Здесь – весь стафф, что помогал в работе и коллеги-музыканты, оказавшие не меньшую помощь и поддержку. В центре всеобщей радости – Кисаки, основатель проекта, а рядом с ним – Рику. Чуть поодаль стоит Сацки, в глазах которого нет ни капли грусти, что басист держит за руку вокалиста Lin, а не его. Может, он и правда ангел? В глазах рыжего парня столько нежности к Тадаши, но он отпустил его. И ни разу не жалеет. Потому что точно знает, его любимый будет счастлив только с Рику.
- Поздравляю, - раздался позади музыкантов голос.
За их спинами стоял самый аристократичный представитель вижуал-кей сцены. Видимо, в его жилах все-таки течет голубая кровь, как иначе объяснить, что этот человек всегда и везде умудряется соответствовать своему гордому образу. Хоть в лужу грязи посади – он будет так же прекрасен, не сомневайтесь.
- Благодарю, Камиджо, - Кисаки улыбнулся своему давнему другу. – Для меня очень важно твое одобрение.
- Нет, я не о том. – Юджи тряхнул светлыми кудрями. – Вернее, не только об этом. Рад, что у вас все наладилось. Вы прекрасная пара; должно быть, где-то свыше вам назначено быть вместе.
Рику смущенно опустил взгляд. Кисаки тоже молчал, но во взгляде его было столько благодарности.
- Рику, помнишь, что я тогда сказал? – поинтересовался Юджи, а в глазах его блестели искорки хитрости.
- Помню, - уверенно отозвался тот. - «У любви есть крылья».
- Да, но я сейчас не об этом. Я сказал, что в конце вы поймете, что вся проблема состоит лишь в том, что вы же ее и выдумываете. Все так и оказалось, да?
Рику перевел взгляд с Камиджо на Кисаки, затем на Сацки. Они все сейчас так счастливы… а ведь совсем недавно терзали себя сомнениями в себе и своих чувствах. Кто бы тогда мог подумать, что не пройдет много времени, как они будут смеяться и радоваться все вместе. А ведь проблема казалась такой тяжелой… Но сейчас они видят – вся беда лишь в том, что они боялись поделиться друг с другом своими переживаниями и мыслями. Они обходили стороной, думая, что сейчас будут лишь помехой, не понимая, что единственной нужной вещью была поддержка.
- Все именно так, - ответил Рику. – Думаю, это был урок жизни, который мы все усвоили, и больше не повторим таких ошибок.
- И все у вас будет замечательно… - задумчиво произнес Камиджо, таинственно улыбаясь. Рику уже однажды видел точно такое же выражение лица вокалиста Versailles: когда он произнес то пророчество, что безошибочно сбылось.
Да будет так.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » PG (Parental Guidance), G (General) » До первого снега (PG-13 - Kisaki/Riku, Kisaki/Satsuki [D, Versailles, Kisaki])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz