[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 4«1234
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Неделя в Токио (R - [j-rock])
Неделя в Токио
KsinnДата: Среда, 17.07.2013, 19:05 | Сообщение # 46
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 53. Redivivus et ultor
Мияви. Ночь седьмая.


*Redivivus et ultor - воскресший и мстящий
Злость по кварталам рыщет,
Что-то ищет, неприятности, агрессия ее пища.
Злость атакует нас капканами, сводит парами,
Наводит палево, делает поступки странными.
В глазах нет ничего кроме боли.
Ненависть и злоба отныне на воле.
Нет ничего такого, чего делать не стоит.
Поглядел бы я на того, кто его остановит.
(МанифестЪ - Злость)



- Что ты здесь…
-…делаю? – перебил я, облокотившись на дверной косяк. – Я сюда жить пришел, ха. Ну а ты как думаешь, дурак несчастный?
Мой разум переполняла какая-то внутренняя злоба. Язвительность из меня так и перла.
- Ты же умер!
Его голос просто охрип, бедняжка Тетсуя. И как он смог добраться сюда, я не понимаю!
- А я ведь думал, что убил тебя, неужели нарвался на двойника? Удивительно…
Мой голос вновь прозвучал как издевка. Но мне действительно было странно видеть его здесь.
Вытащив из кармана сигарету, под изумленным взглядом парня я закурил.
К слову, я уже привык к постоянной боли, и хотя щека горела огнем, но я по-прежнему не мог удержаться от разговоров. А про сигареты и говорить нечего. Особенно в такой душещипательный момент.
- Что?!
- Хочешь? – протянул ему пачку.
- Я не о том… как… ты же… Я был уверен что ты мертв! Я…. Был уверен… - он растерянно посмотрел мне в глаза. Какой наивный.
- Хм, я тоже был в этом уверен. У дураков мысли схожи, знаешь ли. Веселая у нас компашка образовалась. Не думал что пройду этот путь с тобой. А ты меня все удивляешь… У тебя потрясающе реальный двойник. Он даже кричал так же, представь себе, даже заплакал. Ты же не уподобишься ему?
Тетсу нервно дернулся.
- И знаешь, - продолжил я, растягивая слова, которые, судя по всему, резали парня больнее, чем острый нож, - Джунджи так убивался, так рыдал над твоим покалеченным телом. Вообще-то, это было тело двойника, но мы-то об этом не знали. Не думал что вы такие близкие друзья. Я даже решил пощадить его. Все равно свихнется… Ты его не встречал, кстати?
- Как... ты…
- Смею? – я вновь опередил его вопрос, за которым последовало таки объяснение. – Очень просто. Смею, и все. Неужели ты думаешь, что я начну перед тобой оправдываться?
Я внимательнее пригляделся к нему и вновь убедился, что этот все-таки настоящий. Моя ошибка тогда могла дорого стоить, если б я его не заметил раньше. Счастливчик.
Но, похоже, у Тетсу совсем не было сил. Нет, он, конечно, казался отдохнувшим, но таким убитым. У меня просто не поднималась рука на это ходячее уныние. Давай, прояви агрессию, друг, и ты узнаешь, что такое месть Ишихары.
- Это ты... убил Сузуки? - свистящим шепотом спросил он.
- Ага. За все хорошее. А я думал, ты начнешь с вопроса, как я мог убить тебя. А вот знаешь, очень просто. Это такое наслаждение: вонзать лезвие в тело. Медленно и мучительно. Под крики жертвы, которая умоляет тебя о смерти. Но ты лишь уходишь на время, гордо задрав симпатичный носик.
- А я-то думал, что это я чудовище…
Тетсу кое-как встал на ноги, но он был настолько неустойчив, что я даже не шелохнулся, чтоб напасть. Хотя здоровой рукой уже давно сжимал свое любимое оружие.
Он стоял, немного пошатываясь, видимо, голова кружилась. Но что странно, он совсем меня не боялся. Нет, мальчик, психушка тебе обеспечена.
- А знаешь, Сузуки долго держался. Когда я отрезал ему пальцы… Ломал кости… Выкалывал глаза… Вот что случается с настоящими героями. Это как в фильмах ужасов: смельчаки умирают, подлецы остаются жить. Ты, видимо, та еще тварь, если у тебя такие продвижения, - я случайно зацепился взглядом за его пистолет. Опа!
Хоть моя наглость была на высоте, его защита явно перевешивала чашу весов. Мне следовало бы быть поосторожнее.
А ты приносишь сюрпризы, Тетсуя! Мне они очень не нравятся.
Истеричный смех парня заставил меня вздрогнуть, я уже более настороженно относился к его выпадам.
- Ты переигрываешь, – он медленно стал расхаживать туда сюда, не отрывая от меня взгляда, полного звериной настороженности. - Злодей из тебя никакой. А физиономия…
- Не трогай мое лицо!
- У тебя комплексы? – глаза в глаза.
- Ты не смеешь…
- Это ведь не ты, верно? Ты не мог никого убить.
- Ты мне не веришь?! – мое терпенье лопнуло, как воздушный шар.
Я хотел было кинуться на него, подняв над головой топор, но в мою грудь уперся пистолет.
- Осторожнее, - негромко произнес Огава. - Откинь это в сторону. И без фокусов. Живо! – дуло пистолета дернулось. - Ты меня слышишь?
Я глухо зарычал. Вот уж не ожидал такого!
Топор громко звякнул где-то в темноте.
- Не глухой! – во мне вспыхнул какой-то незнакомый гнев, ядовитый и разъедающий. Я был готов разорваться изнутри, переполняемый злобой. – И что ты сделаешь? Убьешь меня? Понравилось тебе убивать?!
Неожиданно для меня в его глазах мелькнул испуг. Значит, я не промахнулся. Не все потеряно, Ишихара!
- И ты сможешь спать спокойно? – знаю, на что надавить, он сам раскрыл свою душу.
- Не тебе говорить про спокойствие! – парень слегка вспылил, но я вновь взял все в свои руки, продолжая наступать.
- И ты… будешь мучиться, если убьешь меня. А знаешь, почему? Два ангела останутся без отца. Два милых ангела, между прочим, - Тетсуя растерялся, а я вновь почувствовал превосходство. – Подумай… Мне так тебя жаль! Искренне, друг. Я знаю, ты не сможешь спать спокойно, а я… А мне-то будет уже все равно, если нажмешь на курок. Мне будет спокойно! А ты сможешь жить дальше? Подумай над этим. Через пару часов ты окажешься дома, сможешь ли ты смотреть в глаза людям, Тетсу?! Людям, которые окружают тебя, любят, восхищаются! Сможешь ли хранить страшную тайну от всех?
Моя атака была неоспорима, я вошел в раж, чувствуя свое слово, чувствуя силу. А ведь харизма правит миром. Нашел все-таки его больную точку и теперь издевался морально, это намного приятнее, чем членовредительство, да и не так грязно. И хотя от волнения меня слегка трясло, я знал наверняка: Тетсу – слабак. Ему не под силу спустить курок.
Он растерян! Это мой шанс!
Поймав нужное мгновенье, я сделал резкий поворот и ударом здоровой рукой выбил из рук парня пистолет, который отлетел куда-то в темноту. Одновременно я согнул локоть, и тут же Тетсу получил удар в живот.
Он слегка пошатнулся, схватившись за больное место. Я вновь кинулся на него, крепко сжав кулаки, но в это раз парень увернулся, пропуская мой удар над головой. Вместо этого он толкнул меня и, завалившись сверху, ударил по лицу. Моя рана жутко заныла, я как зверь вцепился за его волосы, оттягивая от себя.
Все вокруг вертелось, углы ступеней врезались в тело, а мы, видимо, очень не по-мужски дрались…. Плевать! Я чуть не вырубился, ударившись зубами об ступеньку, но искривленное от злости лицо этого человека заставило меня сосредоточиться, он схватил меня за плечи, с силой придавил к полу, ударив в живот. Я резко выдохнул.
Он воспользовался моей болью и ударил снова, но каким-то чудом я все же смог скинуть его с себя. Быстро вскочив на ноги, я отпрыгнул подальше.
Как странно. Плечо почти не болит, хоть он и задел его, когда бил.
- Ты убил его! – закричал он, тяжело дыша, но не приближаясь. – Это ты убил Сузуки! И тебя должна мучить совесть! За свои грехи я как-нибудь уж отвечу, а тебе стоит подумать о своих!
- Да ты что? - усмехнулся я. Хотя мое лицо видимо всегда выдавало подобное выражение из-за рубца вдоль щеки, я не отказал себе в желании оскалиться.
Ты дурак, Тетсу, ты такой дурак.
- Я убью тебя! – горячо заверил он.
- Надо же…. А та гадалка предвещала мне жить долго и счастливо. Наверно обманула, собака! А ведь я выложил ей три тысячи йен.
- Ты… Как ты мог? Все должно было быть по-другому.
- Еще заплачь!
- Ты должен был помочь им, а не убивать! Ты должен был их спасти! – крикнул он, кинувшись на меня вновь.
Я оказался прижатым к огромному стеклу. Вкус крови от очередного удара, заставил меня взять себя в руки, поэтому второй удар уже не был для меня неожиданностью. Я уклонился, стекло затрещало и разлетелось вдребезги, осыпаясь вниз. Не успев опомниться, я уже лежал на разбитом стекле.
Черт возьми!
- Небо! – вдруг воскликнул я против воли, увидев багрово-сливовый кусочек.
Тетсу остановился, несколько секунд мы молча смотрели вверх, словно осознавая все, что произошло с нами.
- Светлеет… - тихо проговорил он. – Скоро рассвет.
Рассвет?! Восьмой день?! Это кончилось! Это все кончилось!
Радости не было предела.
Я дожил! Восьмой рассвет! Надо спешить! Но… осталось еще одно незавершенное дело.
Воспользовавшись моментом, я скинул Тетсу с себя, и помчался к противоположной стене. Топор! Руки машинально шарили по холодному полу, глаза лихорадочно цеплялись за стены. Ну, где же он, где?!..
Вот он! Я подскочил к топору и, схватив в руки, резко развернулся.
К моему лбу был приставлен пистолет. Меня словно окатили ледяной водой. Этого не может быть, мать твою, Огава, когда ты успел?!
Видимо, он прочитал этот немой вопрос в моих глазах.
- Быстрый я? Не правда ли?
- Тварь.
- Брось топор. И без глупостей, - он снял предохранитель. – Дернешься – разнесу твои мозги по стене, будешь сам их соскребать!
- Тварь!
- Топор, - напомнил он, холодно сверля меня взглядом.
Нет, это был уже не тот человек, которого я знал. Что с ним случилось, когда он успел так измениться? Что произошло за то время, пока мы не виделись?
Я второй раз выбросил своё оружие. Я сдался, покорно подчинившись, мои силы были на исходе.
- Ну что, выиграл, значит, да? Победитель? – последние мои попытки рассмеяться ни к чему не привели.
- Не дергайся, Ишихара-сан, - зло улыбнулся он. – Ты пойдешь первым. И только попробуй сбежать, я буду ОЧЕНЬ внимателен.
- Ты еще пожалеешь…
- Сомневаюсь.
- Будь уверен в этом.
- Я вот думаю, - спокойно произнес Тетсуя, странно поглядывая на меня. – Ты… наверняка знаешь, что такое предательство. Но как ты смиришься с вечным позором, я не представляю, дружище. И знаешь... Я ранен, но не так уж сильно. Ты тоже ранен. И я говорю не о твоем лице или плече, хотя с такими ранами, ты не смог бы сейчас так резво бегать. Я заметил кое-что... Посмотри туда.
Он кивнул в сторону лестницы, возле которой мы дрались. Я посмотрел и замер: пол был испачкан кровью. Ее было ненормально много. Кровавый след вел от лестницы к стеклу, а потом сюда, прямо к нам...
Я внимательно осмотрел Огаву, но на нем никаких сильных повреждений не заметил. Значит... я?
- Что с твоей спиной, Ишихара? - вдруг спросил Тетсу.
- А что с ней?- я нервно хихикнул. Быть не может.
- Прежде, чем Сузуки умер, я спросил у него: кто это сделал? Ему было не до разговоров, поэтому он ответил очень коротко: «он неживой».
- Погоди-ка! - яростно вскрикнул я и сделал шаг к нему, но тот только ткнул в меня пистолетом, заставив вернуться на изначальную позицию. - Ты же не хочешь сказать, что я...
- Скажи, это Сузуки успел тебя ударить?
Я прикрыл глаза, нервно облизав губы. Я был слишком занят все это время, слишком занят своей местью, чтобы обращать внимание на тянущийся за мной кровавый след...
- Нет. Сузуки был рад меня видеть. Он доверял мне, поэтому я и смог его завалить. Это Токаи. Он видел, как я резал Сузуки. Он ударил меня моим же топором. Но... Я ведь не умер! Эй, Огава, я ведь не умер! Подумаешь, ударил в спину! Эй... Эй! - я снова сделал шаг к нему, пытаясь схватить за руку. В его глазах мелькнула паника, но я не обратил внимания, я и сам чертовски паниковал.
Эй! Я ведь не мог быть мертвым, правда?
Выстрел, скорее всего, был случайным. Я дернулся чуть назад, но на ногах устоял. Тетсу испуганно смотрел, как по моей груди растекается красное пятно. Я тоже медленно перевел взгляд на свою рану.
А боли не было. Вообще.
Только не это.
Привычно ныло плечо и рана на лице, но выстрела будто и не было. Только кровь медленно капала на пол.
- Ты что... наделал? - жалобно произнес я.
- По крайней мере, не убил тебя, - хрипло отозвался Тетсу. - Мияви... Прости нас.
- Что? - я вскинул на него испуганный взгляд.
- Ты так сильно разозлился на нас? Так сильно, что...
- Заткнись! Не продолжай!
- ... что вернулся, чтобы всех нас перебить?
- Нет! Я не умер! Я не какой-то там призрак, который вернулся, чтобы мстить! Я живой! Я не мог умереть! - истерично рассмеявшись, я опустился на пол, потерянно глядя перед собой.
Ничего не понимаю.
- Это ведь была совсем не грандиозная смерть! Я не собирался вот так умирать!
Чувствуя, как по щекам текут слезы, я закрыл лицо руками. Ярость куда-то испарилась, оставив вместо себя обжигающую пустоту.
Какой-то странный звук отвлек меня от моих страданий. Мерзкий звук, будто кто-то проводит пальцами по мокрому стеклу. На улице продолжал лить дождь, а за моей спиной как раз было стекло...
Медленно обернувшись, я чуть не заорал от ужаса, метнувшись к ногам Огавы.
Прижимаясь обеими ладонями к стеклу, на улице стоял совершенно мокрый дружище Такемаса. И он смотрел на меня, продолжая скрестись короткими ногтями в стеклянную стену.
Из-за его плеча показалась еще одна вымокшая фигура. Ватаамэ. Сверкнула молния, и гром заглушил мой крик, когда по стеклу ударила раскрытая ладонь без одного пальца. Джунджи.
- Тетсуя! - взвизгнул я, продолжая вжиматься в его ноги. - Тетсуя, помоги мне!
Токаи медленно повернулся и указал пальцем сторону разбитого стекла. Все трое развернулись и двинулись к пролому в стене.
- Не надо! Не подходите! - в панике заорал я. - Тетсуя, помоги мне!!!
Когда троица вошла внутрь и остановилась напротив, я вдруг услышал обеспокоенный голос:
- В чем дело, Мияви? Что случилось? Я никого не вижу...
 
KsinnДата: Среда, 17.07.2013, 19:07 | Сообщение # 47
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 54. Рассвет
Мана. Утро восьмое


Всё, финал. Немного жаль, и спал жар.
Отгремел карнавал - теперь по домам.
(Триада- Финал битвы)


Стоило лишь дождю прекратиться, как тучи моментально принялись расползаться, и мы впервые увидели его: ослепительное небо, еще совсем темное с одного края, и стремительно светлеющее с другого. Пока оно проступало только маленькими кусочками, но обещало вскоре очиститься полностью.
На первом этаже здания Roppongi Hills явно произошло что-то недоброе: стекло было разбито, на полу темнели пятна крови... Зрелище было устрашающим, но завораживающим. Может быть, когда я вернусь домой, сниму клип на такую тему... Да, будет здорово.
- Пойдем, чего тут без толку стоять, - произнес Гакт и решительно двинулся к лестнице. - Нам наверх.
- О, нет... - я просто поверить не мог своим глазам. После всего, что мы вытерпели, придется подниматься на пятьдесят-хрен-знает-какой этаж пешком? Опять?! - Нет, нет. Я не пойду. Я тут подожду. Рассвет совсем скоро.
Гакт обернулся, раздраженно глядя на меня. Будто бы я не прав!
- С ума не сходи, идиот. Мы должны.
- Кому? Кому мы там что должны?
- Думаю, Хаяши солгал. Не должно быть никакого второго этапа. Он сказал, что мы должны вернуться за вторым заданием только затем, чтобы у нас был ориентир. Должны же мы узнать что-то напоследок обо всем этом прежде, чем вернемся.
- Ничего нам не расскажут. Мы просто развлечение для кого-то, вот и все, - обиженно пробормотал я, а Гакт явно разозлился.
- Ну и сиди тут, ради бога! И как тебя не сожрали до сих пор, не понимаю!
Выкрикнув такие возмутительные слова, он быстро поднялся по лестнице и исчез из поля моего зрения.
- Придурок чертов! - крикнул я ему вслед. - Катись куда хочешь! Я и без тебя тут проживу! Очень нужна мне твоя компания, как же!
Никто мне не ответил, и как-то разом навалилась тишина, непривычная для этого города. В последнее время из-за столь выматывающих событий я и не обращал внимания на то, как здесь тихо. И как прекрасно, наверное, вечно жить в этой тишине...
Испугавшись собственных мыслей, я замотал головой. Хаяши говорил, что нас будет притягивать это место, но я еще даже не успел его покинуть!
На полу было так много крови, интересно, кто ее оставил? Наверняка, теперь он мертв, ведь с такой кровопотерей не дожить и до рассвета... Который наступит совсем скоро.
Внезапно я вздрогнул от раздавшегося вдали воя. Теперь выбитое стекло казалось мне ориентиром для всех монстров в округе.
Попятившись к лестнице, я все же не выдержал и рванул вверх.
- Сатору, стой! Подожди меня, я передумал!
Нагнать его удалось на третьем этаже. Сперва я не понял, что он там делает, но почти сразу увидел причину, которая задержала его. У стены сидел Огава Тетсуя. Кажется, он был ранен, перепачкан кровью и тяжело дышал. Но мне показалось, что внизу была не его кровь.
- О, ты тоже жив, - пробормотал я.
Тот бросил на меня угрюмый взгляд и сказал:
- Пятый раз спрашиваю: где Хайд?
- Пятый раз отвечаю: понятия не имею, - вздохнул Гакт. - Последний раз я видел его дня два назад.
Сперва мне показалось, что он врет, но потом я понял, что он попросту не считает Такараи мертвым.
Отличное утешение для своей совести.
- Ты должен был о нем позаботиться.
- Мне жаль. Я не смог.
- А что ты вообще можешь? - с нескрываемой злостью в голосе рявкнул Огава, на что Гакт ответил не менее эмоционально:
- А сам-то? Ты почему один? Где все остальные? Тебя назначили боссом целой группы, разве нет? И где они теперь?
- Хочешь знать? Правда хочешь?
- Послушай...
- Ямашита сгорел, Такашима повесился, Ишшики сожрали пауки...
- Огава, хватит...
- Сакура сам стал монстром, а потом Ишихара...
- Да заткнись ты! - рявкнул Гакт так, что я сам подскочил на месте. - Я понял. Мы тоже остались вдвоем не потому, что потерялись. Пожалуйста, давай поднимемся на крышу. Уверен, остальные уже ждут нас там. Все остальные уже наверху.
Эти слова немного приободрили нас обоих, но тут же в моей голове мелькнула страшная мысль: а ждет ли там кто-нибудь? Кроме мертвецов, разумеется. Пришел ли еще кто-то, кроме нас?
- Такемаса-сан, Маширо-сан и Джунджи-кун тоже мертвы, - вздохнул Тетсу. - Они утащили Ишихару за несколько минут до вашего прихода.
Я потрясенно замер, а Гакт вздохнул:
- Давайте просто поднимемся наверх.
***
Это восхождение стало адом для меня. Я оставил свою обувь валяться на полу еще этажей двадцать назад, несколько раз я просто отказывался идти дальше, но Огава и Сатору будто сговорились, пиная меня наверх.
Все как неделю назад... Только народу стало меньше, а те, что есть, усталые и потрепанные. И больше не боятся. Сил на страх просто не осталось.
Мне казалось, так теперь будет всю жизнь, и я никогда не смогу отдохнуть. Всегда буду плестись по этим бесконечным лестницам... Может быть, мы уже мертвы и попали в ад? И это наше наказание навсегда?
Господи, да я же не вынесу этого! Я хочу принять ванну, хочу получить расслабляющий массаж, сделать маникюр, я хочу есть, в конце концов! За какие грехи мне такие издевательства?!
- Хватит ныть, Сато, осталось немного. Всем трудно, посмотри, даже Огава-сан не жалуется, а он ранен, между прочим.
Боже, я что это вслух сказал?
Тетсуя хмыкнул и пробормотал:
- Я просто хочу быстрее попасть наверх. Смотрите, солнце уже всходит.
Мы с Гактом одновременно повернулись к окошку и замерли, не веря своим глазам.
Мне никогда прежде не приходилось видеть такой красоты. Небо у горизонта было красным, ярко-красным, но не такого гнетущего цвета, как тучи, которые, кстати, совсем рассеялись, открывая утренние звезды, только-только сходящие с темного края. Разве в это время их еще должно быть видно? Ведь звезды становятся невидимыми гораздо раньше, но... Это не мог быть обман зрения. По небу будто разлили малиновый сироп, стремительно поглощающий миллионы ярких вспышек, и только одна из них, наше солнце, которого мы все так ждали, медленно и будто нехотя, показывалось из-за фиолетовой полосы горизонта.
"Дома мы никогда не увидим подобного", - понял я. - "Этот рассвет только для мертвых."
- Как красиво, - шепот сорвался совершенно непроизвольно.
- Еще немного, пять этажей всего, - напомнил Огава. Вздохнув, мы продолжили наш путь.
К тому времени, как мы оказались на крыше, небо окрасилось совсем в немыслимые цвета, и оно было так близко, что, казалось, можно поднять руку и дотронуться. А полуразрушенный город внизу теперь даже завораживал своей красотой. Настоящий Токио - целый мир без всяких границ, а этот похож на золотую клетку, красивую, но всего лишь клетку... Хотя постойте... Разве все не наоборот? Разве свобода не здесь? О чем я думаю вообще? Хватит любоваться красотами, пора возвращаться домой!
"- Что мне надеть?
- Скафандр. Это по ходу не наша планета", - вспомнились мне строчки из какой-то книги. Сейчас они чертовски подходили ситуации.
Но радовала не только красота пейзажа. Мы были здесь не одни, мы не единственные, кто выжил! У края площадки стоял Иваике. Он был так поглощен созерцанием рассвета, что не сразу заметил нас.
- Каз! - радостно выкрикнул Тетсуя и тут же, хромая, бросился к нему, но когда тот обернулся, резко остановился, будто врезался в невидимую стену.
На руках Каз держал Рами, и одного взгляда хватило, чтобы понять: девушка мертва.
Я прикрыл глаза: солнце просто ослепляло, а еще казалось, будто мы все плавимся в его золотом сиянии. Волосы Рами будто горели, развеваясь на ветру. Ужасная иллюзия.
- Я не смог ее спасти, мне так жаль, - жалобно произнес Иваике. - Мы почти пришли...
- Опусти ее, - попросил Тетсу. - Положи ее на пол, Каз.
- Нет, я же обещал, что верну ее домой, что мы вместе вернемся.
- Она проиграла, ничего не поделаешь, - раздавшийся голос звучал очень грустно, но мне захотелось кинуть в этого человека чем-нибудь. Жаль, что я выбросил свои туфли, иначе не миновать ему каблука во лбу! Из-за него я два дня проторчал в канализации!
- Хидэ... - раздраженно зашипел Гакт прежде, чем я успел обернуться.
Ни Огава, ни Иваике, конечно же, не поняли, почему мы уставились на него с такой злостью. А тот не выглядел оскорбленным, злым, или еще каким-то... Он выглядел усталым, вот и все.
Нет, ну надо же! Будто это ему приходилось целую неделю бегать от всяких тварей, а потом еще и тащиться по лестнице черт знает сколько! Ну и наглость!
Я был готов высказать свое возмущение вслух, но то, что я увидел, заставило мигом забыть обо всем, кроме одного: мы сделали это, мы смогли, выжили. Я даже не был ранен, черт возьми. Это конец, а мы все еще живы, это победа...
Наши судьи были в белом, и совсем не походили на мертвецов, хоть я и видел, как трое из них погибли снова. Удивительно...
Они выглядели такими уставшими, словно тоже поднимались сюда пешком. И не страшно им стоять на самом краю? Свалятся - опять подниматься, хе-хе.
Хуже всех выглядел Хаяши. Я сомневался, что местные твари могли его так потрепать, скорее уж так подействовало на него нарушение правил. Ну и поделом ему!
Йошики не мог стоять сам, его поддерживал Хидэ. На глазах его красовалась окровавленная повязка, одна рука непроизвольно подрагивала, будто жила своей жизнью, а волосы слиплись от крови. Никто из судей, кроме того же Хидэ, не обращал внимание на состояние Хаяши, они смотрели на нас и молчали.
Наверное, присутствие Хайда в такой компании и в таком виде о чем-то намекнуло Тетсу и Казу, потому что они не стали радоваться его появлению, или задавать вопросы, только глядели в ответ испуганно, напряженно, почти жалобно...
Что за идиоты, неужели они не понимают, что это конец?
- Дожившие до рассвета... - прошелестел Йошики едва слышно, - могут вернуться... домой...
Последние слова мы и вовсе едва расслышали, ветер сносил слабый голос в сторону.
- Хайдо тоже вернется? - спросил Гакт.
Господи, что же он никак не успокоится-то? Мне захотелось его пнуть, ну сколько можно?
Такараи молча помотал головой, а Огава справа от меня издал странный звук, будто хотел всхлипнуть, но в последний момент передумал.
- Но это нечестно! Нечестно так... Все не может закончиться просто вот так!
"Эй, Сатору, заткнись! Продолжения банкета я точно не переживу!" - в панике подумал я.
- Постойте, а где остальные? - вдруг спросил Каз. Он так и не выпустил тело Рами из рук. Бедняга, неужели он поднимался сюда с ней на руках? Это ведь надо было всю ночь идти! Вот придурок...
- Все, кто выжил - здесь, - бесстрастно сообщил Кагеяма, но, судя по тому, как он отвел взгляд в сторону, здесь были не все, кого ему хотелось бы видеть.
Винят ли они себя? Хайд точно винит. И почему мне их не жаль?
- Значит, больше никого не осталось? - в голосе Каза звучала такая боль, будто они все были его лучшими друзьями.
Радуйся, дурак, что сам выжил!
На этот раз ему никто не ответил, зато все мертвецы уставились в небо за нашими спинами. Я обернулся и даже дыхание задержал: солнце почти полностью взошло, такое невообразимо большое и яркое... Это зрелище было слишком красиво для нас. Думаю, я хотел бы видеть такой рассвет чаще, но только не здесь. Ненавижу это место, ненавижу всех этих людей, ненавижу! Я никогда сюда не вернусь, ни за что!
Тетсу и Гакт одновременно удивленно выдохнули, я резко повернулся обратно и вздрогнул. Судей не было. Без поддержки Йошики опасно покачнулся, все еще стоя на самом краю.
Огромное небо над Токио было таким чистым, почти прозрачным. Казалось, оно теряло свой цвет, заполняясь солнечным светом. Порыв сильного ветра растрепал волосы Хаяши, размел бинты, повязанные вокруг запястьев, будто пытался столкнуть его с края. Сам Йошики держался на ногах только каким-то чудом, слепой и нечувствительный к происходящему. Гакт сделал шаг к нему, чтобы отвести подальше, наверное, удержать, но не успел.
- Солнце взошло, - тихо сообщил Йошики, а затем его нога соскользнула, и он молча сорвался вниз.
Кажется, я вскрикнул, а потом...
Потом я проснулся.
 
KsinnДата: Среда, 17.07.2013, 19:14 | Сообщение # 48
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 55. Красное и белое
Тетсу


Будто слайд за слайдом,
В глазах мелькает детство.
И, вспоминая многое,
Становится просто интересно,
Как бы жили мы,
Может, по-другому и честно.
Если время назад вернуть, а нас в то доброе детство.
(CENTR/Центр - Слайды)


- Хайд!
- Твою мать!
Треск выламываемых перил вспорол тишину, вырывая из мрака, вслед за ним вспыхнула болью раненая нога, отозвалось смертельной усталостью тело...
Глухой звук удара вернул к реальности. Мы дома, снова дома.
Но что-то продолжает происходить.
Мимо пробежали Джу-Кен и Ариматсу, едва не споткнувшись и не полетев кубарем по лестнице, рванули вниз.
Поздно, ребята, слишком поздно. Хайд не там, он в другом месте. И это место вовсе не лучший мир.
- Тетсу, ты как? - Каз даже не волновался о нем, или внешне не было заметно. Возможно, он все еще переживал из-за Рами.
Его лицо не выражало ни единой эмоции, взгляд застыл... Наверное, впервые за последнюю неделю мы могли расслабиться и успокоиться. Нас больше никто не пытался убить...
- Нормально, а ты?
Еще неделю назад я вряд ли бы охарактеризовал свое состояние как "нормальное": разодранная нога, мелкие раны, и слишком много грязи... Не на теле - на душе.
Но сейчас это нормально. На меня никто не нападал, бежать никуда не приходилось. Мы дома, о господи...
- Просто отлично.
Он первый шагнул к балкону, будто то, что он увидит внизу уже не сможет причинить боль. Внезапно я понял, что так и есть. И бежать вниз бессмысленно.
Я последовал за ним, краем глаза заметив, что красный конверт пропал.
Ну, разумеется...
Тело Хайда лежало внизу. Как-то совсем неудачно он упал прямо на металлическую оградку, которая тянулась вдоль дорожки, опоясывая любимую клумбу моей матушки. И теперь один острый железный штырь торчал между его лопаток, второй из плеча... Отвратительное зрелище, но эта смерть не так уж плоха. Бывают вещи похуже.
- Это точно.
Я вздрогнул, осознав, что озвучил свою мысль вслух. Повернув голову, я внимательно посмотрел на Каза. Кажется, он даже постарел немного. В любом случае, выглядел он отвратно.
Внизу что-то кричали парни, кто-то вызывал скорую... Громкая мелодия внезапно зазвонившего телефона заставила испуганно дернуться и тут же выдохнуть с облегчением. Наверное, эта паранойя будет преследовать меня вечно.
Телефон принадлежал Хайду, кажется, потому что лежал рядом с ним, на грядке с цветочками. Наверное, выпал при падении. Веселая мелодия как-то совсем не вязалась с мрачной ситуацией.
Джу-Кен, наверное, хотел отключить его, но увидев, кто звонит, все же ответил:
- Гаку-сама, не до тебя сейчас вообще! Ты не представляешь, что произошло! Хайд... Что? Что-о?! Откуда ты... О... Ну хорошо... Хорошо, ладно. Ребята!
Последнее его обращение было адресовано нам. Джу-Кен задрал голову, озадаченно глядя на нас. Интересно, что Гакт ему сказал?
Подняв руку с телефоном вверх и предварительно включив громкую связь, он добавил:
- Это вас.
- Иваике, Огава! - раздался из трубки голос Гакта. Его было не очень хорошо слышно с такого расстояния, но кое-то мы разобрать все же смогли. - ... еще не конец! Не думайте, что битва окончена, будет другая битва! ... не должны так просто... Эти звезды должны выглядеть совсем не так, и небо, оно слишком яркое для нас! Мы не можем... как хотите! А я...
А потом связь прервалась.
- О чем он? - крикнул нам Джу-кен. - Вы что-нибудь поняли? Что происходит?
- Я понял только одно... - негромко произнес я так, чтобы услышал только Каз. - Камуи не собирается следовать совету Хаяши.
- Он хочет умереть? - догадался он. - Но...
- Посмотри на это небо. Он прав, такие маленькие звезды, их так мало на этом небе...
- Но ведь мы только что вернулись...
- Достаточно перестать быть жертвой и можно радоваться даже багровым облакам, - я слабо улыбнулся и пожал плечами. На душе была тяжесть, и я знал, как от нее избавиться. Это же так просто, и Гакт первый это понял. - А еще здесь они все мертвы, а там... Там они живы, Каз, понимаешь? Там мы снова можем увидеть Хайда, Ясунори, можем попросить прощения у тех, кого не защитили, и они услышат нас. А здесь...
- Мне страшно, - признался он. - Но я чувствую, как что-то... будто тянет туда...
- Каз, Тетсу! Эй!
Я взял его за руку. Сошел ли я с ума? Наверное, так и есть. Но я не позволю этой паранойе достать меня.
- Будет страшно - кричи. Но это ненадолго. Все пройдет быстрее, чем ты думаешь.
- Только бы отпустило, только бы перестало болеть...
Боль... У меня так болело все тело, что хотелось упасть и уснуть. Желательно навсегда. Я знал, как это прекратить. Тяжесть на душе, боль - это всего-навсего зов. Если пойти на него, начнется что-то новое, новая жизнь, полная страданий. Но, главное, что теперешние страдания исчезнут. А с новыми мы как-нибудь справимся. Мы станем другими. Изменим не просто жизнь, а сам принцип своего существования, и это прекрасно. Пусть это означает, что мы должны стать мертвецами. Это всего лишь название, которое придумали живые, понятия не имеющие, что может быть там, за гранью, в городе, который так похож на тот, в котором они когда-то жили.
- Тетсу! Блядь, Тетсу! Казухито!!!
Много лет назад, когда я был еще ребенком, я многого не мог понять, например, почему люди убивают себя, ведь смерть - это так страшно. Но оказалось, что смерть это лишь проигрыш. И пусть заново начать уже нельзя... Я бы не стал менять свой жизненный путь, если бы кто-то вдруг вернул меня в детство. Правда, если бы можно было вернуться в прошлое, я бы никогда не открыл тот конверт. Но сейчас я даже рад, что у меня не осталось выбора.
Я посмотрел на Каза, и тот уверенно кивнул мне, сжимая мою руку. А затем - шаг с поломанного балкона.
Принимай нас, тьма!


Я знаю людей, тех, кто упали,
Видел тех, кто поднимался, знал тех, кто не встали,
Помню тех, кто уходил, кто оставался,
Видел в глазах страх и тех, кто смеялся,
Знаю тех, кто мечтали и оставались верными даже оступаясь,
Буду помнить тех, кто сдались, проиграли небу,
Я знал людей, но святых среди них не было.
(Лигалайз и П-13- Я знаю людей)

Каз

Я находился здесь уже четыре дня. Когда я впервые открыл глаза и увидел белоснежные стены больничной палаты, мне показалось, что вот-вот хор долбанных ангелов грянет "Аллилуйя". Чувствовал себя препаршиво - еще одна отрицательная сторона существования: если падаешь с высоты и по какой-то "счастливой" случайности выживаешь, радость жизни испытывать крайне затруднительно.
У меня были сломаны обе ноги, а еще я получил пару ушибов. Тетсу повезло больше и, к счастью, он мертв. Он там, куда мы оба так стремились, едва только вернулись обратно, только потому, что ему посчастливилось упасть на эту долбанную металлическую оградку, я же приземлился как раз в клумбу. Если раньше мы не понимали, чего так боится Хаяши, и какого хрена Матсумото отправился обратно, стоило ему оказаться дома, то теперь мне безумно хотелось сигануть в окошко и врезать Тетсуе за то, что не подождал меня.
Лучше бы я сдох.
Внешне я выглядел совершенно спокойно, меланхолично и на вопросы не отвечал. Например, какого хрена мы спрыгнули с балкона вслед за Хайдом, откуда у Тетсу рваная рана на ноге и что происходит происходит в нашей стране. Да, я слышал об этих "массовых самоубийствах" музыкантов. Их всех нашли мертвыми в тот вечер, и даже Камуи напился отбеливателя через пару минут после того, как позвонил нам.
Трудно было притворяться ветошью и молчать, когда мне задавали вопросы. Хотелось закричать, швырнуть в них чем-нибудь... Но они просто не поймут, не поймут, почему так получилось, почему должны были умереть все эти ребята, и почему Гакт, Тетсу и я тоже сделали это. У нас была другая причина, уверен: никто из проигравших не хотел умереть, но больше половины, вернувшись, непременно бы нахлебались отбеливателя или шагнули с крыши.
Желание сделать это разрывало меня на части, но я не мог даже подняться. Вместо этого я бессмысленно таращился в пустоту вот уже четыре дня. Только один раз я заговорил.
Это случилось вчера. Когда дверь в мою палату распахнулась, я подумал, что это кто-то из врачей, поэтому даже головы не повернул. Но боковое зрение все равно уловило размытый силуэт: знакомое аляповатое платье и длинные блондинистые волосы.
Я поворачивался к нему так медленно, что, казалось, шея вот-вот заскрипит, медленно и протяжно. Я не испугался даже, просто мне стало так... обидно? Очень больно оставаться в плену собственного больного тела, когда душа рвется куда-то за грань. Думаю, любой безумец поймет меня. В тот момент я бы непременно задумался об этом, но все мое внимание было направлено на внезапного гостя. Не думал, что увижу его здесь.
Маширо загадочно подмигнул и неслышно вошел в мою палату. Его шаги были такими беззвучными, будто я смотрел какой-то дурацкий фильм, и вдруг кто-то выключил звук. Он шел вдоль кровати, не сводя с меня веселого взгляда, и остановился лишь возле тумбочки. А потом он положил на тумбочку красный конверт, улыбнулся и приложил палец к губам.
Я чувствовал жжение внутри грудной клетки, будто этот конверт причинял мне боль, но сил на то, чтобы протянуть руку и столкнуть его с тумбочки, не было. Меня будто парализовало страхом того, что это жжение не прекратится. И самым ужасным было то, что я знал, что именно нужно сделать, чтобы унять эту боль.
Дверь снова распахнулась, впуская очаровательную медсестричку, и я тут же отмер. Нельзя, чтобы она увидела здесь Ватаамэ.
- Доброе утро, Иваике-сан. Как вы себя чувствуете сегодня? Я принесла вам витамины.
Она не ждала от меня ответа. Я снова перевел взгляд на Маширо, но его уже не было в палате. Остался только красный конверт, такой яркий и заметный...
Девушка подошла к тумбочке, чтобы положить на нее витамины, и взгляд ее тут же застыл. Будто бы не контролируя себя, она протянула руку к конверту. Я почувствовал, как усилилось жжение внутри, часть меня хотела остановить ее, но другая кричала: "Быстрее, черт возьми! Открой его, сыграй с нами!" Но я ведь не так жесток.
- Эй... Остановитесь... Не делайте этого...
Как глупо было думать, что она слышит меня. Я ведь сам однажды пережил это.
- О, что это... Какая чушь, - она засмеялась, но как-то совсем невесело, когда взгляд пробежался по строчкам. - Ох, простите... Я не должна была... Ваше письмо...
Слишком поздно. Я не мог бы остановить ее, даже если бы захотел. Ватаамэ оставил его ей, и даже если бы вскочил с места, схватил ее за руку, или вырвал конверт из оцепеневших пальцев, ничего бы не изменилось. Если тебя выбрали там, за чертой, тебе ничего больше не остается, кроме как принять правила и попытаться. Попытаться не сдохнуть там, чтобы потом сдохнуть здесь. Все они в конце концов умирают. И только такие, как Хаяши остаются здесь, чтобы вечно носить маску живого человека. На самом деле он тоже мертв, только пока не знает этого, но, может быть, уже подозревает.
- Нет, - я снова перевел взгляд на облюбованную еще позавчера точку на стене. Бессмысленный и пустой взгляд человека, который больше не хочет сражаться. - Это ваше письмо.
Больше в тот день я не сказал ни слова.
Письма смерти... Верите ли вы в них? На самом деле, это неважно, если они верят в вас.
***
Я все еще думал о вчерашнем, о милой медсестричке, которой все еще только предстоит, о Ватаамэ и о других. Я все время думал об этом, пока Джу-Кен сидел рядом и пытался добиться от меня правды.
- Я все равно узнаю, Каз, ты не можешь молчать вечно! Гакт позвонил вам, а потом вы все трое решили поиграть в суицидников! Он сказал, что знает, что Хайдо мертв! Откуда это было ему известно? Эта история с выломанными перилами... Она что, была подстроена?! Да не молчи же ты!
Если бы перила не были такими старыми, а Хайд таким ребенком, то неизвестно, кто умер бы первым... В любом случае, я не собирался ничего рассказывать.
- Добрый день.
За воплями Джу-Кена я не услышал, как распахнулась дверь, и в палате оказался еще один посетитель. Еще немного, и я начну пугаться каждого визита...
Этого человека я точно не ожидал здесь увидеть, но, кажется, это не было галлюцинацией: на пороге стоял Хаяши с огромным букетом белых хризантем в руках.
Ну спасибо, блин...
Видимо, в моем взгляде отразился какой-то интерес, потому что Джу-Кен вдруг подскочил с места, прорычав:
- Что бы вы ни скрывали, я все равно узнаю! Я еще вернусь, Каз, и тогда ты мне все расскажешь!
Сообщив это, он вылетел за дверь, едва не столкнувшись с Йошики.
- Вижу тебе нелегко приходится, - сказал он, когда дверь за моим другом с грохотом захлопнулась.
- Да уж... И ты знаешь, почему, - без особого энтузиазма ответил я.
Йошики опустил цветы в пустую вазу за моей тумбочке и с видом огромной заинтересованности принялся расправлять букет. Я молчал, он молчал тоже, и когда я уже хотел поинтересоваться, зачем он пришел, Йошики вдруг произнес, устало и как-то беззлобно:
- Вы идиоты.
- Наверное.
- Нет, вы точно идиоты. Я ведь говорил вам...
- Да, говорил.
- Вы не должны были... - он повернулся ко мне, собираясь продолжить, но я без всякого сожаления перебил его:
- Этого не должно было произойти с нами всеми. Но это случилось. Ты тоже виноват в этом, Хаяши.
- Я не знал, кто будет участвовать.
- Это не имеет значения. Живые люди не перестают быть живыми людьми, когда их выдергивают из привычного существования и спускают на них собак, а то и что похуже.
- Я тоже был на твоем месте. Не думай, будто я не понимаю тебя.
- Красивые цветы, - решил сменить тему я. - Ты часто даришь их идиотам вроде меня?
- Они не от меня, - ответил со вздохом Йошики, отходя подальше от тумбочки и останавливаясь напротив кровати. Больше он явно не собирался говорить ничего, поэтому я поинтересовался:
- А от кого же?
- От Рами-сан.
Горло тут же сдавил спазм, я резко выдохнули с трудом произнес:
- Убирайся.
- Я бы не стал выполнять ее просьбу...
- Уходи. Прошу тебя.
- ... но она так просила.
- Пошел вон!
- И это не все. У нее был подарок для тебя. Тебе решать, принять его или нет, - вежливо поклонившись на прощание, Йошики быстрым шагом покинул палату, оставляя меня в одиночестве.
А я был просто в ярости. Я не понимал, зачем он пришел, напомнить лишний раз о глупости моего выбора, пристыдить, заставить усомниться, передумать? Ведь дело не в цветах вовсе, и он бы не согласился тащить их сюда только ради Рами. Есть что-то еще?
Я не мог как-то еще выместить свою злобу, и столкнул вазу с тумбочки. Какая разница, от кого эти цветы? Укроют ли они мою могилу или отправятся в мусорку... Мне на все наплевать.
Ваза разбилась, а хризантемы разлетелись по полу, белые на белом. Именно это делало такой яркой красную, как конверт с письмом смерти, круглую таблетку, которая, выпав из букета, покатилась по полу.
Мой подарок от Рами.
Двигаться было трудно, но даже со сломанными ногами можно спуститься с кровати. Успеть бы до того, как кто-нибудь прибежит на шум...
Я не знал, почему непременно должен был сделать это, мне хотелось и все. Хотелось уйти. Там меня ждут.
Запить таблетку было нечем, но это не такая уж большая проблема. Ни секунды не колеблясь, я проглотил ее.
Я не должен сомневаться. Там всегда будут ждать меня.
Прошло совсем немного времени прежде, чем перед глазами все поплыло, а кончики пальцев начали неметь. Кажется, кто-то вбежал в палату, кричал что-то...
Я с трудом разлепил глаза, белый потолок надо мной был будто в туманной дымке, хотелось протереть глаза, но сил, чтобы поднять руку не было. Я вообще не мог пошевелиться.
Надо мной нависли три размытые фигуры, наверное, это был врач, медсестры... Но я видел не их.
- Как он? - спросил Клаха.
- Я откуда знаю, вроде живой еще, - пожал плечами Нацуки. - Потыкай его чем-нибудь.
Кажется, мне удалось улыбнуться, а может, показалось.
- С возвращением, - услышал я голос Рами.
И понял, что отвечать, в общем-то, не обязательно.
 
KsinnДата: Среда, 17.07.2013, 19:18 | Сообщение # 49
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 56. Обещание
Йошики


Как я попал в этот сон?! Объясните!
В окнах мелькал мой перрон - остановите!
В вашем мире к граниту ведут все открытия!
Я здесь чужой! Постой!
Дайте выйти мне!
(Триада - не помню название Т_Т)

День первый. Горстка ничего не понимающих людей по колено в грязной вонючей воде. Они дрожат, жмутся друг к другу, несмотря на то, что сегодня встретились впервые. Страх и нервозность плавают в воздухе, они почти осязаемы.
И только один человек с любопытством озирается по сторонам и вдруг тычет меня локтем в бок.
- Эй, Йошики! Мне тут подумалось... Выходит, история с письмами смерти - правда? Ха-ха, это ж надо!
- Хидэ, ты совсем идиот?
- Не будь занудой, Йошики!


Здесь нет выбора, но мы выбираем
Здесь нет правил, но мы все играем
Здесь нет жизни, но мы выживаем
Мы будем жить, мы продолжаем
(RapPro, Жиган - Здесь нет выбора)

День третий. Наша численность уменьшилась наполовину. Слишком страшно, слишком непривычно и неожиданно. Еще час назад площадку трясло, и нам казалось, будто сейчас каменные своды коллектора рухнут на нас, но обошлось.
Обошлось ли? Нашим заданием было найти выход отсюда, мы даже нашли его, но выбраться не успели: резная арка рухнула вниз, погребая под собой выход и часть игроков, и нам ничего не оставалось, как двигаться в обратном направлении. Искать другой выход. Некоторые из нас ранены, а еще эти двойники... Никто друг другу не доверяет. Страшно. Так страшно, что колени трясутся.
Я приваливаюсь спиной к грязной стене. Пахнет сыростью.
Никто больше не поможет нам: судьи мертвы, гейм-мастер... Наверное, жив где-то, раз площадка не развалилась. Оказывается, правила менять нельзя.
Мы обречены.
- Йошики! - нетерпеливо тянет меня за руку. - Эй, не засыпай! Нам нельзя отставать от остальных! Они не будут ждать, ну же, Йошики!
- Я больше не могу... Иди дальше без меня...
- С ума сошел?!
Пол и потолок поменялись местами, завертевшись перед глазами. Мне показалось, что я просто завалился, но нет: это Хидэ, перекинув через плечо и громко матерясь, тащит меня на себе.
- Пусти...
- Заткнись, зануда.


Продолжен долгий бой за право выживания - таков закон.
Давно пора понять, что уже поздно отступать, и льются
Бурные потоки с течением быстрее ветра -
Это багровые реки, кровь невинных людей.
(Proba feat. Наше Время - Багровые Реки )

День пятый. Нас осталось трое.
Из обессиленной размазни я превращаюсь во взбешенного монстра.
- Отдай!
- Пошел к черту!
Ее зовут Кимико. Симпатичная девчонка, но ярость и страх ей не к лицу. Она пятится назад, направив на меня пистолет.
- Отдай мне ключи! - я не выгляжу слишком уж устрашающим, к тому же у нее пистолет, а у меня ничего. Но мне плевать. Я кинусь на нее с голыми руками, если будет нужно.
- Он двойник! Он - не твой друг! Как ты можешь ему доверять?!
- Отдай ключи.
- Он убил Сайто!
- Это был не Сайто! Он убил двойника! Вы заперли не того человека!
- Нет! Ты тоже... Ты тоже - подделка!
Стреляет наугад, и ведь почти попадает. Но меня не испугаешь, по крайней мере, не сейчас.
- Отдай. Мне. Ключи.
Кимико рыдает в голос. Уверен, в следующий раз она не промахнется.
- Не получишь! - отрывает маленький серебристый ключик от связки и... глотает его.
Только не это.
- А теперь убирайся... Убирайся, Хаяши, не то я пристрелю тебя!
Спасение приходит внезапно: одна из черных склизких тварей падает с потолка прямо на девушку. Ее визг эхом отскакивает от стен и теряется где-то в глубинах коллектора.
- Помоги! - кричит она, извиваясь на полу. Ей больно и страшно оттого, что тварь жрет ее заживо. - Помоги мне!!!
Ее умоляющий взгляд может разжалобить кого угодно. И я бы непременно помог ей, если бы... Впрочем, я ведь не зверь какой.
Здорово рискую. Тварь в любой момент может перекинуться на меня. Но я все равно подхожу ближе и поднимаю выроненный девушкой пистолет.
А в голове все еще звучит вчерашний разговор. Вчера нас было еще семеро.


... - Перестаньте, вы что совсем с ума посходили? Отпустите его!
- Не мешай, Хаяши, это не твой друг.
- Мне лучше знать!
- Если ты не заткнешься, мы привяжем тебя рядом с ним.
- Мы не будем его убивать. Пристегните его наручниками к той железной лестнице. Когда-нибудь одна из тех тварей придет сюда и сожрет его. Это тебе месть за Сайто.
- Перестаньте! - рвусь из удерживающих меня рук, но их больше, и они не собираются отпускать меня. - Не делайте этого!
- Не вмешивайся, Йошики. Все нормально, - пока еще дверь не захлопнулась, Хидэ смотрит только на меня и ободряюще улыбается. - Обещай не сдаваться! Живи.
- Обещаю... - онемевшие губы едва шевелятся.
А потом щелчок замка, и тяжелая металлическая дверь разделяет нас... навсегда? Остальные игроки смотрят на меня с пренебрежением, но не убивают и позволяют уйти вместе с ними. Идиоты. Много ли сил нужно приложить, чтобы привлечь сюда всю нечисть коллектора? Я рискую умереть вместе с ними, но если я не сделаю этого - умрет Хидэ.


Встряхиваю головой. Это было вчера. Что было, то прошло. Вчера нас было семеро, сегодня - трое. Точнее, немного меньше.
Первым выстрелом я избавляюсь от склизкой твари. Вторым успокаиваю Кимико. Наверное, здесь уместны будут глухие рыдания, но мне не до этого. Мне нужен ключ...
Когда я с трудом распахиваю тяжелую дверь, Хидэ смотрит удивленно и непонимающе. А затем в его взгляде появляется страх.
- Йошики! Откуда столько крови? Ты ранен?
- Это Кимико, - отмахиваюсь я. - Прости, Тотзаву сожрали вместе с ключами от наручников, поэтому придется стрелять.
- Как ты вернулся? Почему? Они позволили? Они сами отдали тебе ключи?
- Помолчи, - отстреливаю наручники последней пулей и хватаю его за руку.
- Йошики, что случилось? Почему они позволили тебе вернуться? Почему ты позволил себе вернуться?!
Волоку его к дверям.
- А мы и не уходили. Не успели.
- Где остальные?
- Мертвы.
- Все?!
- Все. Не беспокойся ни о чем.
Когда мы пробегали мимо Кимико, он в ужасе выдохнул. Развороченное тело девушки можно было принять за работу одного из местных монстров. Только вот я уже ухитрился ляпнуть, что на мне ее кровь. Не знаю, догадался ли Хидэ, что мне пришлось сделать, чтобы достать ключ, но он ничего не спросил.
- Кажется, мы вдвоем остались, да, Йошики? Никого больше нет...
- Не думай об этом. Пожалуйста, не думай сейчас ни о чем.
- Эй, Йошики, тебе страшно? Скажи мне...
- Страшно. Очень страшно. Но теперь ты снова со мной. Мы обязательно должны вернуться.


Пришло время, когда на землю опустилась бездна.
Всюду тьма, рассвет ждать бесполезно.
(Каста - Затмение)

День седьмой. Над головой багровое небо. Мы нашли выход. Сидим в каком-то старом парке под деревом. Рядом озеро, покрытое зеленоватой тиной, и каменный мостик через него. Хидэ развалился на траве, глядя в небо и морщась от боли в раненой ноге.
- Знаешь, чего мне сейчас не хватает? - вдруг спрашивает он. - Гитары. Черт, Йошики, мне не хватает только моей гитары, а в целом - жить можно!
- Что ты несешь, - вздыхаю я. - Здесь невозможно жить. Я ненавижу это место...
О том, как я ненавижу себя, рассказывать нет смысла. Как и о том, что я натворил, чтобы спасти его. Хидэ должен жить, несмотря ни на что, но не должен мучиться чувством вины. Это только мой грех. Хидэ здесь не при чем.
Поэтому он не понимает, почему я совсем не радуюсь тому, что мы выбрались. На самом деле, я просто не заслуживаю остаться в живых.
- Зануда.
- Хидэ... Я приеду сразу, как только выберемся отсюда.
- Дурак, - смеется он. - Ты же в Америке.
- Дождешься?
- Не вопрос, - смотрит серьезно.
- Я позвоню сразу, как окажусь в нормальном мире.
- Буду ждать.
Ночь опускается на парк внезапно. Просто вдруг темнеет. Тьма окутывает нас, и я почти засыпаю, прислонившись спиной к дереву. Хидэ сладко посапывает на моих коленях, мне кажется еще немного, и я тоже усну, хотя этого делать нельзя. Но усталость все равно берет свое.
- Вот вы где... - мы оба вздрагиваем и просыпаемся, когда слышим хриплый голос. Сразу узнаем его: это Макино-кун, самый молодой из игроков. Его мне было особенно жаль, когда я обманом заставил его пойти туда, где его заведомо ждала смерть. Но он был одним из той пятерки, что заперла Хидэ, оставив его умирать. У меня не было выбора.
Хромая, он приближался к нам, и теперь можно было рассмотреть, что он почти труп: ободранный, окровавленный, придерживающий одной рукой вываливающиеся внутренности. Как он вообще мог быть еще жив?
- Что, Хаяши, доволен?! - произносит он и падает почти рядом с нами, хныча от боли. Но не замолкает.
- Спас своего дружка? Неужели он один стоил наших жизней?
Хидэ поднимается, неловко опираясь на раненую ногу.
- Йошики, поможешь его перевязать?
- Не приближайся! - скулит Макино. - Все из-за тебя! Из-за тебя мы мертвы!..
Хидэ оборачивается ко мне и удивленно смотрит. Опускаю взгляд и едва слышно бормочу:
- Простите меня.
Нет, я не заслуживаю прощения. И слова здесь не помогут.
- Будьте вы оба прокляты! - хрипит Макино и замолкает. Наверное, навсегда.
- Йошики... - тихо говорит Хидето и, скорее всего, вспоминает распотрошенное тело Кимико. - Так это ты ее... Их...
- Ключик был такой маленький. - я истерично хихикаю, пряча лицо в ладонях, и неуместно отмечаю, что становится светлее. Теперь уже можно было хорошо разглядеть и мои исцарапанные пальцы, и удивленного сверх всякой меры Хидэ, и труп Макино. - Такой маленький...
Мне страшно. Что если Хидэ теперь возненавидит меня? Ведь я не просто убийца. Макино прав: я поступил подло, обманув всех и заставив забыть об осторожности. Это я убил их, и нечего валить все на монстров.
Здесь давно никто никому не доверял. Только я и Хидэ всегда верили друг другу.
Что если он теперь меня...
- Ты идиот… - он обнимает меня, гладит по волосам и еще что-то тихо бормочет.
- Я ненавижу это место...
- Ты не должен был...
- Я ненавижу...
- Что же ты натворил...
- Прости меня...
- Не должен был... из-за меня...
- Пожалуйста...
- Не думай об этом. Ты только живи. Все остальное неважно. Что бы ни случилось в твоей жизни - живи. А я буду рядом, я стану твоей тенью, буду следовать всегда за тобой, уберегу от любой ошибки, спасу от любой беды, хочешь?
- Д-да... - бормочу я. Я испытываю неимоверное облегчение оттого, что он не ненавидит меня, не проклинает. Я еще не знаю, насколько сильно буду ненавидеть себя позже за одно единственное короткое слово. Но тогда я был счастлив.
Меня переполняет счастье, особенно когда я слышу восторженный голос Хидето:
- Смотри, рассвет, Йошикиии! Это же рассвет!
Я оборачиваюсь, глядя, как небо вспыхивает ослепительным красным цветом. И я вижу утренние звезды, которых, по идее, в такое время видеть не должен. А солнце просто огромное, сияющее... Рассвет здесь удивительный: багрово-красный с золотым. И звезды, много звезд. Никогда такого не видел. Я восхищен настолько, что пропускаю мимо ушей грустный шепот Хидэ:
- Пожалуй, я все же смогу привыкнуть...


***

Оставь мне письма на экране, оставь мне память
И забери с собой все мои слезы давние.
Я превратился в дождь, ты тоже, но мы справимся.
Мы больше не увидимся. И больше не расстанемся.
(TAHDEM - Не про тебя)

Я медленно открыл глаза и потянулся. Опять этот сон. Когда-то он заставлял меня просыпаться в слезах, с криком и безотчетным страхом. Простыни были сбиты, а сам я покрыт холодным потом.
Со временем это прошло. Боли такие сны причиняли не меньше, но я как-то... привык что ли?
Сегодня был выходной, который я намеревался провести в "блаженном ничегонеделании". Прошедшая неделя здорово вымотала меня, а на душе все еще была такая тяжесть, будто я снова кого-то убил. Впрочем, разве это не так?
Запах кофе заставил удивленно сесть в постели. Насколько я помнил, засыпал я один, а тот единственный человек, который бывал в моей квартире по утрам, кофе готовить совершенно не умел даже при жизни.
- Проснулась, спящая красавица... - услышал я его довольный голос. Он сидел на подоконнике: его любимое место в моей квартире.
Не глядя, я швырнул в него подушкой.
- Заткнись, Хидэ. У меня выходной, единственный за последний месяц, между прочим.
- Зануда.
- Хаяши-сан! - в комнату просунулась голова Хайда. - Ты так весь выходной проспишь. Вставай, я тебе кофе сварил. А яичница почти готова.
Не ожидая моего ответа, мелкий вокалист снова скрылся на кухне.
Я тяжко вздохнул. Вот так я и живу: по моему дому бродят призраки и готовят мне яичницу. Хоть какая-то польза от них. Хидэ уже больше десяти лет примерно раз в месяц появлялся в моей квартире по выходным и ни разу ничего путного не приготовил.
Кое-как заставив себя слезть с кровати и умывшись, я гордо прошествовал на кухню. Оттуда вкусно пахло нормальным завтраком, и я начал подумывать о том, чтобы выгнать Хидэ и уговорить Хайда стать моей персональной тенью. Но стоило мне войти в просторное светлое помещение, как ноги будто приросли к полу. У окна как ни в чем не бывало стоял Ками. Хайд, что-то напевая, колдовал у плиты.
- А что вы вообще здесь делаете? - хмуро поинтересовался я.
Ками поставил на стол чашку кофе и улыбнулся:
- Просто заглянули в гости, подумали, может, ты рад будешь нас видеть.
- Недавно виделись, - мрачно буркнул я, подходя к столу, но чашку взять не успел. Буквально у меня из-под носа ее выхватил появившийся в прямом смысле слова из ниоткуда Жасмин. И невинно хлопая ресницами, отпил из нее.
- Эй, - одновременно произнесли мы с Ками, укоризненно глядя на Юичи.
- Я просто хотел проверить, не слишком ли горячо, - невозмутимо отозвался Кагеяма. - Мы же не хотим, чтобы Хаяши-сан обжегся. Все-таки, он еще жив... пока.
Я едва не зарычал. На протяжении всех тринадцати лет Хидэ с завидным упорством то уберегал меня от суицида, то склонял к нему. Видимо, сам не мог определиться, чего же он хочет. Как Хидэ и обещал, он защищал меня, всегда незримо присутствуя рядом. Даже когда мне того не хотелось, даже когда я в истерике просил его никогда больше не объявляться.
- Ты дал согласие, - возражал он и все равно оставался.
Порой мне нестерпимо хотелось уйти вместе с ним, особенно когда он с глазами побитой собаки протягивал мне то скальпель, то веревку. Но я помнил еще одно короткое слово, которое он сказал мне в ту неделю.
"Живи".
И я продолжал жить, что бы ни случилось. Никто не говорил, что будет легко, верно?
- Убирайтесь вон! - рявкнул я. - У меня тут не дом с привидениями, проваливайте обратно!
- Мы будем ждать тебя там, - пожав плечами, Жасмин поставил чашку на стол и прошел мимо меня. Дверь не хлопнула, но я знал, что его уже нет в квартире. На миг я прикрыл глаза, а когда снова открыл, на кухне уже не было ни Ками, ни Хайда, а на плите остывала яичница.
- Я неясно выразился? Тебя это тоже касается, - сказал я, спиной ощущая взгляд Хидэ.
- Как бы мне хотелось, чтобы все было иначе... - негромко сказал он.
Я обернулся. Редко мне приходилось видеть его таким виноватым.
- Иногда меня спрашивают, за что ты так ненавидишь меня. Не из-за того ведь, что я ушел, не предупредив тебя... А я и не знаю, как им объяснить.
- Ты ушел, не предупредив, и обеспечил мне теплое местечко в аду, может быть, поэтому? - с иронией отозвался я.
- Я не просил тебя меня спасать. Тем более убивать ради этого невинных людей.
- Да брось. Ты же всерьез не поверил, что я злюсь из-за этого? Пятеро ни в чем не повинных людей еще малая плата за твою жизнь, Хидето. Так что не думай, что я жалею. Но ты оставил меня одного и... - я вздохнул. Подобные споры случаются у нас не впервые. И если честно, я уже устал искать отговорки. - И я скучаю.
- Тогда...
- Нет. Я проживу долгую счастливую жизнь, и когда придет время, отправлюсь в ад, как того и заслужил. Но в то место я не вернусь.
"Живи".
- Я все равно буду ждать тебя, - бросил он, разворачиваясь и выходя из кухни.
А я почувствовал дрожь в коленях, как и всегда, когда он уходил. Как и всегда, захотелось попросить его остаться.
Посмотрев в окно на нестерпимо яркое небо, я растерянно потянулся за сигаретами.
- Я постараюсь дожить до следующей нашей встречи, Хидэ.
Вот и еще одна неделя закончилась…
 
KsinnДата: Среда, 17.07.2013, 19:19 | Сообщение # 50
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Интермедия
Зачем, не знаю... Пусты слова.
Ты говорил играть по правилам и до конца.
И я играл в игру, она моя.
Она мне принадлежит и таким же, как и я.
(Моя игра)

Огни сотен свечей оставляли на стенах, потолке и лицах собравшихся причудливые дрожащие тени. Дом был загадочен и тих, а единственный зал, в котором присутствовали живые люди, поражал роскошью и таинственностью.
Огромный длинный стол, застеленный белоснежной скатертью, был заставлен серебряными тарелками, наполненными едой, и хрустальными бокалами с красным вином. Между тарелок стояли подсвечники, их дрожащие огоньки были единственным источником освещения во всем доме.
Даже сейчас Манабу Сато оставался верен себе.
Обведя равнодушным взглядом собравшихся, он тихонько вздохнул. Испытываемое им раздражение можно было сравнить лишь с тем, что он испытал, когда одним зимним вечером его навестил старый друг, попросив об одной услуге.
Мана и сам не знал, почему он дал согласие. Может, потому что соскучился по местам, в которых бывал прежде вместе с этим другом?
Двадцать четыре человека, стоявшие напротив, продолжали переминаться с ноги на ногу, испуганно и недоверчиво поглядывая на сидящих за столом.
На мгновение Мана попытался представить, о чем они думают, глядя на них, но тут же отбросил все посторонние мысли, как и советовал ему Йошики. Мана не любил просить помощи или советов, но в этот раз не удержался и позвонил. Йошики даже не удивился, наверное, был уже в курсе.
Теперь Мана сидел во главе стола, всем своим видом изображая царственную особу. Слева от него с невозмутимым видом расположился Ками, как всегда недовольный своей работой, но не перечащий. Справа сидел, нетерпеливо постукивая пальцами по белой скатерти Гакт. Ему не терпелось начать, он даже не собирался скрывать этого. Когда он объявился перед Маной со своим безумным предложением, тот первым делом запустил в него подушкой, но это не уменьшило энтузиазма Камуи.
Правее Гакта вальяжно развалился Хайд, лениво выпуская сигаретный дым изо рта. Мана не слишком был рад встрече с ним, и поэтому, когда Хайд приветливо улыбнулся, лишь сдержанно кивнул ему в ответ. Будь его воля, он бы лучше пригласил Кагеяму.
Он еще не решил, нравится ли ему происходящее или нет, потому был крайне раздражен, но показывать это кому-либо не собирался. По крайней мере, явно.
Мана снова вздохнул и поднялся с места. Обведя тяжелым взглядом испуганных, не понимающих, что происходит людей, он уперся обеими руками в поверхность стола, чтобы ничем не выдать свою дрожь, и произнес тихо, но четко, так, чтобы услышали все:
- Добро пожаловать в Игру.


В руках чека, в глазах блеск искры.
И нам не ведом страх, что не так - прости.
Шестой том от создателей игры,
Это - финал битвы, но не конец войны.
(Триада- Финал битвы)
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Неделя в Токио (R - [j-rock])
Страница 4 из 4«1234
Поиск:

Хостинг от uCoz