[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Never land (R - Акихиде\Дайго, Акихиде\Ясу [BREAKERZ, Acid Black Cherry])
Never land
KsinnДата: Пятница, 28.06.2013, 09:49 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Never land

Автор: Princess Helly
Контактная информация: mischkova.olga@yandex.ru

Фэндом: BREAKERZ, Acid Black Cherry
Персонажи: Акихиде\Дайго, Акихиде\Ясу
Рейтинг: R
Жанры: Слэш, Романтика
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
***

Посвящение:
Акихиде

Примечания автора:
Очень захотелось выплеснуть свою любовь к Акихиде. Но получилось или нет, судить не мне...
 
KsinnДата: Пятница, 28.06.2013, 09:50 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Дайго сам не знает, почему каждый раз возвращается домой. Ясу не прогоняет, даже наоборот, иногда тонко намекает, иногда открыто просит остаться, но Дайго проявляет удивительную для него твердость.
Не совсем понятно, в чем тут дело. Уж точно не в принципах, несокрушимых и непоколебимых, не позволяющих засыпать в чужих постелях и делить пополам романтику утренних пробуждений. До недавнего времени и первое, и второе получалось у Дайго отлично.
Что-то меняется, когда в жизни обоих, и Дайго, и Ясу, появляется Акихиде. Он удивителен прежде всего тем, что не являет собой воплощенную страсть или драматический надлом. От Аки веет покоем и умиротворением. Дайго замечает это не сразу. Куда больше его тревожит странное смешение запахов: он четко улавливает аромат мандаринов и черного кофе. Несочетаемо, горько и сладко одновременно, оттого и так притягательно.
Позже, чем хотелось бы, Дайго понимает, что он не одинок в своей заинтересованности. Акихиде, сам того не желая, - во всяком случае, Дайго хочется думать именно так, - привлекает внимание Ясу. Вечные любовники мечутся по кругу, то оказываясь по разные стороны баррикад, то плачась друг другу в жилетку на несправедливость мира. В глубине души Дайго осознает, что постоянно лжет. Впрочем, даже если мир и в самом деле несправедлив, это не позволяет отрицать его потрясающие творческие способности. За примерами далеко ходить не нужно. Вот Акихиде, смотрите и учитесь.
Дайго не устает поражаться. Аки отлично играет на гитаре. Не зря же Ясу просто трясется от счастья, когда ему удается заполучить его в свой проект. Дайго не позволяет ему так уж долго радоваться. Акихиде принимает его предложение, и Ясу остается только сходить с ума от ярости.
Дайго получает все: талантливую игру, замечательную музыку и аранжировки, тонкие художественные идеи, а иногда и поэтичные тексты, но продолжает желать большего. Через плечо заглядывает в рисунки Акихиде, не имея сил признаться даже самому себе, что именно он хочет там найти.
Аки тяготеет к сказкам. Он пьет горячий, лоснящийся, горький даже на вид кофе и черкает что-то в своих листках. Дайго точно знает, что не сможет так никогда: пробовал. Потом торопливо рвал испорченную бумагу, опасаясь, что Акихиде поднимет на смех его творческие потуги.
Ясу часто заглядывает к ним в студию и еще чаще приглашает их к себе: еще бы, бывшие коллеги, старые друзья в глазах общественности, да еще и любовники. Акихиде никогда не отказывается от возможности провести время с приятными людьми. А Дайго тенью следует за ним, боится отпустить одного, практически подарить его Ясу, сдаться без боя. Дайго чертовски сильно ревнует. И только этим объясняет себе, почему с каждой подобной встречи уезжает вместе с Ясу в его квартиру. Целоваться они обычно начинают еще в такси: Дайго слишком сильно хочет остановить машину, вернуться в очередной безликий и задымленный бар, чтобы убедиться, что ничего не изменилось. Акихиде обычно засиживается подолгу, неспешно тянет виски, изредка разбавляя заказ черным кофе.
Что-то меняется, когда Токио заметает снегом. Дайго раздражают сугробы и хлюпающая под ногами каша. Акихиде сохраняет привычную, отчего-то даже нервирующую безмятежность. Он сидит на перилах, поглаживая кончиками пальцев крохотное ручное солнце. Когда белоснежная гладкость украшается ярким оранжевым серпантином, а терпкий запах цитруса оседает на теплой коже, Дайго не выдерживает. Он позволяет себе небывалую вольность: сжимает остро пахнущие мандаринами пальцы Акихиде и легко касается их языком, пробует удивительный коктейль из давно знакомого и доселе неизведанного, пьянеет от него сильнее, нежели от самых крепких напитков. Аки не вырывается, не задает глупых вопросов, просто смотрит, наклонив голову к плечу: позволяет еще раз подумать, опомниться, отстраниться и сделать вид, что ничего не случилось. Дайго не реагирует на этот, несомненно, благородный жест. Сейчас его куда больше устроит предложение подняться в студию, приглашение домой на чашечку кофе, поцелуй, улыбка – что-нибудь, что угодно, лишь бы только увериться, что Акихиде не мерещится ему.
Ясу приходит на помощь, сам того не желая. Дайго искренне верит, что бывший друг и любовник – вот теперь точно, решительно и бесповоротно, бывший – еще не раз пожалеет о своем порыве навестить коллег и разделить с ними пару приятных минут. Дайго даже не спорит: минуты с Акихиде не просто приятны. Они восхитительны, умопомрачительны и удивительны. Вот только Дайго не собирается делиться. Хватает короткого мгновения, чтобы задать самому себе вопрос и прочесть ответ в непроницаемо-темных глазах. Дайго страшно боится, но уверяет себя, что ошибки быть не может.
Акихиде не спешит за ним, но странным образом не отстает. Не отнимает своей руки, хотя по-прежнему молчит. И Дайго не рискует даже обернуться, потому что понимает: не хватит выдержки, терпения, чего-то там еще, чего должно хватать в подобных ситуациях. Ему не нравится ни один из вариантов: сдаться и отступить или сорваться и наброситься посреди людной улицы, на глазах у десятков прохожих. Дайго уверен на миллиард процентов, что Акихиде это не понравится.
Никому из них не приходит в голову взять такси. Хотя, может быть, Аки и подумал об этом, но Дайго полон решимости преодолеть пешком хоть полмира, если это хоть немного отсрочит момент объяснения. Он не знает, что говорить и как. Понимает, что не существует таких слов, которые бы оправдали его медлительность, его отношения с Ясу и глупые собственнические порывы. И удивляется, когда Акихиде вдруг останавливается, замирает, заставляет его впервые за долгое время ответить на прямой взгляд. От слабости подгибаются колени. Акихиде смотрит на него, время от времени моргая и жмурясь: снежинки летят в лицо, оседают на волосах и ресницах. Дайго до умопомрачения боится. Некстати вспоминает любовь Акихиде к истории про Питера Пена. А вдруг он тоже не хочет взрослеть? Вдруг Дайго со всеми его проблемами и желаниями ему совершенно не нужен?
Дайго уверен, что выбрал самый неправильный вариант из всех возможных. Он целует Акихиде так, как делал уже не один раз, но в то же время впервые по-настоящему. Впитывает его вкус кожей, дрожит и медленно сходит с ума. Не сразу замечает, что Аки отвечает ему, уверенно и спокойно, невозмутимо, если это слово вообще уместно в данном случае. Но с Акихиде всегда так. Безумие становится размеренным, густым и теплым, словно патока. Оно окутывает, сближает, заставляет Дайго цепляться за гладкую, скользкую, словно в насмешку, куртку Акихиде.
Дорога домой вытягивается в бесконечную прямую, но Дайго не придает этому значения. Ему плевать на время: кажется, он уже увидел все, что хотел. Акихиде осторожно улыбается и иногда болезненно-ласково гладит его по щеке. Его кожа до сих пор пахнет мандаринами, и Дайго не знает ничего более соблазнительного и привлекательного. Он задумывается, рисует себе всевозможные картины вечера, но неизменно возвращается к долгому прощанию. У него точно не хватит сил настоять.
Зато их предостаточно у Акихиде. Он не останавливается у крыльца, чтобы попрощаться, не дрожит, возясь с кодовым замком и ключами. Он спокоен и безмятежен, как будто Дайго частый гость в его доме. Словно каждый вечер они вот так вдумчиво, словно смакуя дорогое вино, целуются на пороге, прежде чем неторопливо закрыть дверь. Акихиде даже успевает улыбнуться кому-то из соседей. Дайго же просто выпадает из реальности.
Это не он разувается в маленькой прихожей, аккуратно вешает куртку на крючок и разматывает длинный, безумно стильный и элегантный шарф. Это не его Акихиде за руку ведет в единственную комнату, освещенную пока только всполохами рекламного неона. Это не Дайго, уверенный в себе певец и актер, сейчас сидит на диване, пристально вглядываясь в темный на фоне окна профиль Акихиде. Это не он вдруг срывается ни с того, ни с сего, подхватывается, обнимает, прижимает к себе, едва ли не впервые замечая, что выше и, может, даже сильнее. Акихиде по-прежнему не собирается сопротивляться. Но и управлять собой не позволяет: мягко, но настойчиво перехватывает инициативу, ведет, подталкивает Дайго обратно к дивану, заставляя опуститься на него. Он точно знает, что нужно делать, чтобы Дайго окончательно утратил способность соображать. Вслед за мыслями пропадает слух, зрение, даже дыхание. Остается только обрывочное, избирательное восприятие реальности, где все звуки – это вдохи и выдохи Акихиде, все цвета и краски – его темные, завораживающие глаза, весь кислород – его обжигающие поцелуи. И Дайго согласен видеть мир только таким, если его будут касаться руки Акихиде: обнимать, ласкать, будить самые сокровенные желания. Аки дарит ему все и чуть-чуть больше, в какой-то момент словно приоткрываясь, выпуская наружу теплый мерцающий свет. У Дайго щемит в груди и подозрительно режет в уголках глаз, но он справляется, чем зарабатывает нежную улыбку Аки.
Что будет дальше, Дайго одновременно знает и даже не может себе представить. Невозможно предугадать заранее движения Акихиде, ритм, который он выберет и ласки, которые захочет подарить. Дайго расслабляется, отдается его рукам, подчиняет свое тело чужой воле. Он плавится, растекается вызолоченным солнцем морем. Его солнце – это Акихиде.
Его прошивает насквозь мучительным, почти нестерпимым удовольствием. Дайго выгибается в спине, и только сильные руки не дают ему сломаться, соскользнуть, упасть, хоть на секунду разорвать эту связь. И нет ничего удивительного, что он мгновенно проваливается в полудрему. Рядом с Акихиде не просто тепло и уютно. Рядом с ним правильно. И еще Дайго прекрасно знает, что вряд ли сможет теперь иначе.
Аки лежит на боку, подперев голову рукой, задумчиво рассматривает его и думает о чем-то своем. Дайго мучительно хочет спросить, о чем именно, но не чувствует в себе сил. Глаза закрываются словно сами собой. Возможно, утром окажется, что ему все это просто приснилось, но сейчас он отчетливо ощущает губы Аки на своем плече и даже слышит его тихий голос, рассказывающий удивительно похожую на реальность сказку о волшебной стране Never land.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Never land (R - Акихиде\Дайго, Акихиде\Ясу [BREAKERZ, Acid Black Cherry])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz