[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » All the same (R - Бё/Манабу [SCREW])
All the same
KsinnДата: Суббота, 22.06.2013, 11:55 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: All the same

Автор: Ученик драммера
Контактная информация: twitter
Бета: Katzze

Фэндом: Screw
Персонажи, пейринг: Бё/Манабу
Рейтинг: R
Жанр: Слэш (яой), Юмор, Повседневность
Размер: мини
Статус: закончен

Описание:
«Добро пожаловать в клуб разбитых сердец».
 
KsinnДата: Суббота, 22.06.2013, 12:02 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Бё никогда не был ни романтичным, ни милым, а главное, он не был терпимым и готовым на самопожертвования. Потому если его симпатия была безответной, он предпочитал не тратить время на томные вздохи, не сидел вечерами у окна с чашкой кофе и сигаретой и не нырял в водоворот страстей и разгульной жизни. Обычно Бё просто пожимал плечами и говорил: «Окей». Такое случалось довольно редко, но все же случалось.
В то, что он может по-настоящему влюбиться, верилось как-то с трудом, поэтому, когда это все-таки произошло, Бё даже слегка растерялся. В первую очередь потому, что любовь была безответной, безнадежной и никак не проходила, сколько бы он ни пожимал плечами. Самым непривычным для него в новом чувстве было даже не то, что он испытывал его к другому парню, а то, что Бё начал много размышлять об этом, а рука, о ужас, сама тянулась к кофе и сигаретам. Еще одним неприятным моментом было то, что объект внезапной любви знал о его чувствах. Знал и не разделял их, а более того, боялся. Это было нехорошо и неприятно большей частью потому, что этот самый объект был его согруппником, а значит, виделись они максимально часто.
Джин, а именно он и являлся тайной любовью вокалиста, некогда прежде был его хорошим другом, однако узнав, какие чувства Бё к нему испытывает, не пошел на откровенный разговор, так пугающий их обоих, а выбрал самую простую стратегию: избегать его, не прикасаться, не смотреть в глаза, не встречаться по выходным, не оставаться наедине. Впрочем, об этом Бё его и не просил, просто было отчего-то немного больно, когда Джин сбегал от него как от огня, даже если Бё просто молчал и смотрел на него.
Бё никогда не пытался склонить его к интиму, хотя сам часто задумывался, какой Джин в постели. Почему-то казалось, что раскрепощенный и несдержанный, только вот не стонет так громко, как нынешний любовник Бё…
- Манабу, тебя не затруднит так не орать? У меня… бабушка старенькая за стенкой живет, - буркнул он недовольно, прекращая резкие движения.
Повернув голову, тот смерил его мрачным взглядом и, тяжело дыша, выдохнул:
- Давай я сперва кончу, а потом мы это обсудим?
- Я тебе кляп в следующий раз подарю, - пригрозил Бё и засадил особенно глубоко, заставляя Манабу сильно выгнуться и едва не оторвать кусок от спинки кровати, в которую он намертво вцепился.
Уже после, когда они лежали, не прикасаясь друг к другу на разных половинах кровати, Бё задумчиво наблюдал за ним, размышляя, как же так вышло, что Манабу снова и снова оказывался в его постели. Манабу, который был совершенно не в его вкусе и привлекателен исключительно как собеседник. Манабу, который был безнадежно и давно влюблен в Казуки.
«Добро пожаловать в клуб разбитых сердец».
О невзаимной любви друг друга они знали больше, чем кто-либо другой, хотя никогда не делились переживаниями и чувствами специально. Это оказалось неожиданностью, когда однажды Манабу утвердительно произнес:
- Ты любишь Джина.
Разговор произошел после их первого раза, и Бё был слишком вымотан, чтобы врезать ему за то, что посмел говорить о таких вещах вслух.
- И что? – хмуро спросил он.
- Слишком заметно. Я могу ошибаться, но мне кажется, что его это напрягает.
- Это не твое дело, ясно? – отрезал Бё. Вообще-то он считал Манабу неплохим парнем, и лучшим его качеством было то, что тот никогда не вмешивался в чужие дела. Возможно, это был просто плохой день для разговоров. – Ты ни хрена не понимаешь.
- Вообще-то понимаю.
- Нет.
- Как скажешь, - сдался Манабу, но Бё было уже не остановить:
- Вместо того чтобы тревожить чужие раны, занялся бы своей личной жизнью. Что-то мне подсказывает, что у тебя с ней не очень, раз сегодня ты здесь. Сам влюбись сперва, а потом делай выводы, чертов ты…
Манабу повернул голову и смерил Бё таким тяжелым взглядом, что тому стало не по себе. Он уже пожалел, что не закрыл вовремя рот, но Манабу в очередной раз удивил его:
- Может, захлопнешься и трахнешь меня еще раз, только сзади?
- Как хочешь, - согласился Бё, довольный, что легко отделался, и раздраженный тем, что его раскусили. Такой Манабу ему даже нравился, и плевать, что Джина он никогда не заменил бы.
А через несколько дней он разглядел то, о чем Манабу в ту ночь не рассказал. Может, потому, что стал внимательнее приглядываться к нему, или это было просто случайностью. Но почему-то не замечать, как Манабу замирает от каждого случайного прикосновения Казуки, стало очень сложно.
- Я так понимаю, он не в курсе, - произнес Бё, когда они остались в курилке вдвоем.
- Правильно понимаешь. Я не трахался бы с тобой, если бы ты был совсем беспросветно туп, - невозмутимо отозвался Манабу, выдыхая сигаретный дым и разглядывая потолок, будто он был гораздо интереснее их разговора.
- Почему ты не признаешься?
- Знаешь, в чем прелесть того, что твой любимый человек не сбегает от тебя как от прокаженного, когда вы остаетесь наедине? – ядовито улыбнулся Манабу. – Ах да, не знаешь. Ведь ты позволил ему догадаться о своих чувствах.
В тот раз Бё не успел ответить ничего достойного, так как явился сам Казуки, чтобы сообщить, что они засиделись. Манабу раздраженно буркнул, что они уже идут, и в какой-то момент Бё даже проникся к нему уважением – заподозрить, что он неравнодушен к Казуки, было невозможно. Однако это не помешало ему решить для себя раз и навсегда, что с Манабу больше связываться он не станет.
… - Ну что, согласен на кляп? Я могу еще наручники притащить, - хмыкнул Бё и натянул одеяло повыше, чувствуя, что начинает замерзать.
Вместо ответа Манабу поднялся с кровати и принялся одеваться. Бё равнодушно наблюдал за ним, не пытаясь разговорить и, тем более, остановить. Закончив с одеждой, Манабу направился к двери, бросив на ходу:
- Я больше не приду.
- Как хочешь, - отозвался в ответ Бё. – Мне все равно.
- Мне и подавно.

***

- Боже, Манабу… - выдохнул Бё, откидывая голову назад, и больно стукнулся затылком о стену.
- Че? – выпустив его член изо рта, тот поднял вопросительный взгляд, и Бё с раздражением подумал, что слишком часто случаются такие моменты, когда Манабу раскрывает рот, а мозг у него автоматически отключается.
- Языком, говорю, хорошо работаешь, не отвлекайся, порнозвездочка моя непризнанная.
Больно врезав ему кулаком по коленке, Манабу молча продолжил посасывать, вылизывать и все остальное, что он так восхитительно проделывал с членом Бё в такой неподходящий момент, как раз перед выходом на сцену.
Прежде Бё не задумывался о том, насколько его согруппник опытен в постели, почему-то считая, что Манабу в вопросах секса не слишком разбирается, да и с мужиками вряд ли спит. О своей личной жизни тот никогда не рассказывал – и все в группе были уверены, что ее и нет, – интимными подробностями не делился и сам ни о чем не спрашивал. Но в их первый раз очень приятно удивил Бё, да и после, когда снова и снова оказывался в его постели, или когда им приходилось прятаться по углам…
Об их связи никто не знал в первую очередь потому, что ее как таковой и не было, а значит, и скрывать было нечего. Между ними не существовало никакой договоренности и никаких обязательств, Манабу не целовал Бё, когда приходил на репетиции, Бё не подвозил его до дома вечером, и даже нежности в их словах было не больше, чем раньше, когда они вообще друг другом не интересовались. Они ничего не скрывали и не давали остальным поводов подозревать что-то. Если бы Бё спросили, он бы во всем признался без утайки и даже рассказал, что в постели Манабу совсем не такой, каким представлялся в повседневной жизни, и что это очень здорово. А еще, что если бы Джин наконец-то соизволил принять его чувства, Бё с радостью прекратил эти странные отношения, чтобы быть с любимым человеком.
Кончая, он всегда мысленно представлял рядом именно его, за что Бё было совершенно не совестно, потому как Манабу поступал так же, хотя определенная доля пользы в их встречах все же была – им обоим удавалось немного отвлечься.
- Если ты все, то хватит стоять со спущенными штанами и счастливым выражением на морде, - голос Манабу Бё просто ненавидел: не потому, что он звучал как-то особенно неприятно, а потому что не вовремя. – И вообще, ты мне на щеку кончил. У тебя есть тональник? А то я салфеткой весь грим снял.
- Попроси Мисаки накрасить тебя заново, - недовольно буркнул Бё, возвращаясь в холодную суровую реальность и торопливо застегивая ширинку. Если верить висящим на стене часам, до выхода на сцену оставалось двадцать минут, и они уже должны были быть наготове.
- Мисаки уволилась полтора месяца назад, - посмотрев на него как на кретина, Манабу сокрушенно покачал головой и с раздражением бросил салфетку в мусорную корзину. – Теперь у нас работает Рисако. Чертов тональник! И блеск для губ – на упаковке написано, что он суперстойкий… А куда это ты собрался?
Бё, уже успевший схватиться за дверную ручку и буквально живущий моментом, когда можно будет закрыть за собой дверь и остаться в блаженной тишине, не нарушаемой звуками ненавистного голоса, замер и нехотя обернулся.
- Ты вообще время видел?
- Знаешь, за что я тебя ненавижу? – поинтересовался Манабу, запрыгнув на стол, и сложил руки на груди. – Ты чертов эгоист. Вот поэтому у тебя с Джином и не клеится.
- Манабу, пятнадцать минут до выхода, а я тебя сейчас вырублю. Ты понимаешь, что сорвешь нам выступление?
- То есть, ты бросаешь меня тут наедине со стояком и наполовину стертым гримом, и еще смеешь угрожать? – приподнял брови Манабу. – Больше не подходи ко мне со своим нытьем, жалкая тряпка.
Больше всего на свете Бё хотелось сейчас хлопнуть дверью и уйти, ни слова не сказав. В том, что согруппник чувствует себя не менее жалко, чем он сам, Бё успел убедиться ровно столько раз, сколько Манабу кончал в его объятиях.
- Ты хочешь минет или успеть поправить свой сраный грим до выхода на сцену, чтобы не выглядеть полным дебилом? – уточнил Бё, откровенно не понимая, почему все еще продолжает с ним разговаривать.
- Я хочу минет, - надул губы Манабу, обиженно отвернувшись. В этот момент завибрировал телефон Бё, и, раздраженно закатив глаза, он полез в карман, чтобы ответить на звонок:
- Да, Казу, мы уже идем. У Манабу тут проблемы с гримом. Да не, нормально все, мы уже в пути. Вот-вот подойдем, я уже вижу дверь, за которой ты стоишь, - не дожидаясь ответа, он сбросил вызов, пока Казуки не успел наградить его еще парой проклятий, и решительно сделал шаг навстречу по-прежнему сидящему на столе Манабу. – Че расселся как барышня, снимай штаны. У нас ровно пять минут до того, как твой любимый начнет поиски.
- Ну тогда тебе придется превзойти самого себя, - с сомнением протянул тот, спрыгивая с насиженного места и дергая ремень на брюках.
- Да тебе и минуты хватит, придурок, - фыркнул Бё, опускаясь на колени и отстраняя его руки от ремня, с которым тот никак не мог справиться.
- Только если я закрою глаза и буду представлять кого угодно, кроме тебя, - парировал Манабу.
- Ты меня достал, завтра найду себе нового любовника.
- Да кому ты нужен, у тебя член кривой.
- А у тебя маленький.
- А у тебя… Ох!..

***

Бё был уверен, что Манабу нет дома, но тоскливое чувство одиночества, которое лучше алкоголя заглушали только его ласки, не давало уснуть всю ночь, поэтому он стоял перед дверью в квартиру согруппника, когда часы еще не показывали полдень. На сегодня у них были большие планы, но до обеда каждый был предоставлен сам себе, однако Бё не сомневался, что Манабу будет занят просто потому, что это был день его рождения. И, тем не менее, он приперся к нему домой, не предупредив и даже не позвонив, якобы для того, чтобы поздравить, а на деле ненавязчиво поинтересоваться, не найдется ли у Манабу пары часов, чтобы заняться сексом.
Каково же было его удивление, когда тот не только открыл ему дверь, но еще и поинтересовался, сладко зевнув:
- Какого хера ты приперся ко мне в семь утра, урод?
На нем была только рубашка, которую он не потрудился застегнуть, что в совокупности к сонному виду говорило о том, что Манабу, в общем-то, не так уж занят.
- Вообще-то, сейчас 11:40, - хмыкнул Бё, пропуская обидное слово мимо ушей. Он уже успел заметить, что по утрам Манабу особенно хмурый и недовольный жизнью.
- Да? Вот говно… Все проспал, - именинник почесал растрепанную макушку, переступил с ноги на ногу и посторонился. – Ну заходи. Че хотел-то?
- Поздравить тебя хотел. У меня даже подарок есть, - Бё зашуршал пакетом, а Манабу прислонился к стене и потянулся.
- Не верю, что ты ради этого приперся. Готов спорить, ты только о сексе и думал.
- А вот и нет. С днем рождения, - торжественно произнес Бё, вручая ему прозрачную коробку с ядовито-розовым вибратором внутри.
- Что это? – глаза Манабу распахнулись в ужасе, но подарок он принял, с отвращением его разглядывая.
- Это чтобы ты не скучал без меня.
- Я же говорил, что ты думаешь только о том, как бы меня трахнуть!
- Ну а для чего ты еще нужен? – удивился Бё.
- Пошел вон, придурок! – обозлился Манабу, отшвыривая коробку куда-то в сторону. – Забудь дорогу сюда, ясно? Развлекайся с кем-нибудь еще.
- Я-то развлекусь. Да и ты тоже, у тебя же теперь есть… - договаривать Бё не стал, по глазам Манабу поняв, что еще слово, и тот применит его подарок к нему самому. Попятившись к двери, Бё с досадой подумал, что сперва нужно было делать то, зачем пришел, а уж потом злить любовника, но в этот момент Манабу схватил его за рукав.
- А-ну, стой!
- Что еще? Бить будешь?
- Да не… - Манабу растерянно еще раз взъерошил свои растрепанные волосы и невинно предложил: – Раз уж ты все равно пришел, может, опробуем твой подарок?
 
KsinnДата: Суббота, 22.06.2013, 12:02 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***

«Все проблемы от того, что я пытаюсь забыться с парнем», - решил однажды Бё. К тому же, Манабу в очередной раз пообещал, что отныне доступ к его прекрасному телу закрыт на веки вечные, стало быть, действительно нужно было искать новое утешение. И в этот раз Бё решил, что это должна быть девушка.
Подцепить длинноногую грудастую иностранку в баре оказалось несложно – девушка сидела, потягивая коктейль, и всем своим видом давала понять, что одинока и готова к непродолжительному знакомству. Забыв через пять минут ее имя и пропуская мимо ушей бессмысленную болтовню, Бё с тоской размышлял о том, как несправедлива жизнь. В его распоряжении этой ночью красивая девушка, после второго коктейля готовая отправиться к нему домой, но он все равно продолжал тосковать о парне, который и не смотрит в его сторону, зеленея даже от фансервиса.
«Но я начал лечение от этой любовной заразы!» - утешал себя Бё. – «Сегодня одна доступная девка, завтра другая, послезавтра милая девушка, которую и с родителями не стыдно знакомить, и через неделю я могу победно рассмеяться Джину в лицо! Никакой больше тоски, и никакого Манабу в постели…»
- Привет, милый, угости яблочным мартини.
«Его голос мне уже всюду мерещится, что-то мы с ним заигрались», - мрачно подумал Бё, даже не сразу сообразив, что это была не галлюцинация, а неизвестно откуда взявшийся здесь Манабу обнимает его за шею, с интересом поглядывая в сторону опешившей иностранки.
- Полегче, подруга, он уже занят, - недовольно произнесла девушка, то ли с сарказмом, то ли действительно не поняв, что Манабу парень.
«И зачем я проболтался Руи, куда сегодня пойду? Он же то еще трепло…» - продолжая мысленно ругать себя, Бё попытался стряхнуть с себя Манабу, но это оказалось не так-то просто.
- Конечно, занят, - не моргнув глазом, соврал тот, презрительно фыркнув и сильнее прижимаясь к нему. – Мы уже три года встречаемся. Пшла вон!
Разъяренная девушка перевела на Бё взгляд, полный негодования, но ему оставалось только смиренно пожать плечами. Даже если бы он сейчас опроверг слова Манабу, настроение все равно было окончательно испорчено его появлением, и с ней ничего бы не вышло.
Как только оскорбленная девица ушла, согруппник тут же устроился на ее месте и возмущенно посмотрел на Бё:
- Насчет мартини я не шутил.
- Какого хрена ты приперся? – поинтересовался тот. – Еще и без денег.
- Тебя искал, - развел руками Манабу и с заговорщицким видом приблизился к его уху. – Друг, выручай. Хочу трахаться.
- Ты издеваешься?
- Нет, серьезно, очень хочется.
- Ну так найди себе кого-нибудь! – сокрушенно покачав головой, Бё решил, что вечер все равно окончательно испорчен, и двинулся в сторону выхода, старательно делая вид, будто не слышит, что говорит следующий за ним Манабу.
- Я не могу, ты же знаешь. Бё, не будь засранцем! Если каждый раз, когда мне хочется секса, я буду искать разных мужиков, Казуки во мне сильно разочаруется.
- Да он до сих пор уверен, что ты краснеешь, слыша слово «член», и никогда не смотришь на себя голого в зеркале, - отозвался тот.
- Я и так не смотрю, это дебилизм…
- Смею тебя заверить – Казуки не считает тебя шлюхой. Развлекайся.
- Ах так.
Бё затылком почувствовал, что Манабу остановился, но, к сожалению, они успели выйти на улицу, поэтому затеряться в толпе ему бы не удалось.
- Вот так, значит? Бросаешь друга в трудную минуту? Когда тебе снова захочется утешиться с девкой, которая тебе все равно не поможет забыть Джина, и ты снова вспомнишь обо мне, будет уже чертовски поздно! И когда ты приползешь, умоляя о близости…
«Я его убью», - подумал Бё, остановившись и даже обернувшись. – «И зачем я только с ним связался?»
- Может, ты не будешь орать на всю улицу? – устало предложил он. – И еще, я никогда и ни за что не буду умолять тебя.
- Вот и отлично, - прищурился Манабу. – Вот и проваливай. Жалкая ничтожная тряпка. Можешь страдать дальше, а я… А я завтра признаюсь Казуки в своих чувствах и предложу отношения.
- Так я тебе и поверил, - ухмыльнулся Бё, складывая руки на груди. Но почему-то ему казалось, что он уже проиграл эту схватку. И если Манабу действительно когда-нибудь сделает это, ему и в самом деле не к кому будет обратиться, чтобы хоть ненадолго забыть о своих собственных чувствах.
- А мне и не нужно, чтобы ты верил. Ты вообще в моей жизни пустое место, - покачал головой Манабу, развернулся и не торопясь побрел обратно к клубу.
- Да ты просто хренов нытик, - раздраженно бросил Бё, быстрым шагом направляясь за ним. Манабу не собирался оборачиваться и отвечать, и, тем более, он не ожидал, что его догонят, схватят и потащат в неизвестном направлении.
- Что ты делаешь? – орал он, безуспешно пытаясь вырваться так, что Бё пришлось обхватить его за талию и волочить волоком, радуясь, что согруппник так мало весит. – Пусти, я не хочу никуда идти!
- Заткнись.
- Куда ты меня тащишь?
- К машине, вестимо, - пропыхтел Бё, и Манабу обвис в его руках, в один момент становясь тяжелым. – Эй, придурок, шевели ногами!
- Куда ты собрался меня везти?
- К себе домой, но если хочешь, я трахну тебя в ближайшей подворотне, если тебе станет от этого легче. Но лично я голосую за мягкую постель. Ну и, может быть, стол. И даже пол.
- Не пойдет, - снова задергался Манабу. – Я не хочу, чтобы ты трахал меня вообще! Никогда-никогда-никогда-никогда!
Нервно улыбнувшись проходящей мимо компании, бросающей на них странные взгляды, Бё резко выпустил свою ношу из рук, отчего не ожидающий такой подлости Манабу не удержался на ногах и уселся прямо на асфальт.
- Ладно, - Бё пожал плечами и, уже точно не оборачиваясь, направился к машине. В голове было пусто, а перспектива провести ночь в одиночестве совсем не грела.
«Если бы он не был таким козлом, его бы можно было терпеть», - с сожалением подумал Бё, садясь за руль. – «Наверное, он прав: больше никогда».
Но выезжая с парковки, все равно остановился возле замершего на месте Манабу, недовольно поджавшего губы и, очевидно, ожидающего его.
Дверца со стороны пассажирского сидения распахнулась, и Манабу устроился в машине, специально не глядя на Бё.
- Поехали ко мне, - хмуро бросил он спустя несколько минут гнетущего молчания. – А то мне уже совестно перед той старушкой, которая у тебя за стенкой живет.
- Да нет никакой старушки, - хмыкнул Бё. – Я тебе наврал, просто ты стонешь очень громко. Тебя самого не раздражает?
- Останови машину, - потребовал Манабу.
- Зачем?
- Никуда я с тобой не поеду, мерзкий лгун.
Едва удержавшись от того, чтобы не удариться лбом о руль, Бё взял себя в руки и почти беззлобно буркнул:
- Сиди молча. Мы едем ко мне, это не обсуждается. И не приставай, пока я за рулем. Манабу, руки!
- Да я вообще тебя не трогаю… О, а давай трахаться в машине?
- Боже, заткнись…

***

Сидя на лавочке перед студией, Бё сам толком не понимал, чего ждет. В его руках была почти нетронутая бутылка пива, а в пакете у ног семь еще таких же, накрапывал мелкий противный дождик, рабочий день закончился добрых сорок минут назад, но он все равно не ушел, отлучившись со своего поста только в магазин. Прохладный ветер пробирал до костей, а на душе отчего-то было тяжело. Наверное, впервые в жизни его настолько разрывало от противоречия. С одной стороны Бё просто по-дружески волновался за Манабу, с другой – эгоистично жалел себя. Если сегодня все получится, он снова останется один. Совсем один, даже без такой раздражающе-необходимой поддержки, какой был для него Манабу. Наедине со своими дурацкими, никому ненужными чувствами.
В ту ночь, когда они занялись сексом сперва в машине, потом в лифте и еще раз уже дома, на кровати, когда Бё наблюдал за тем, как Манабу курит прямо в постели, задумчиво разглядывая потолок, тот вдруг произнес:
- А я, кстати, серьезно насчет Казуки. Спасибо, что побыл со мной сегодня, благодаря тебе я окончательно решился.
- Не боишься? – поинтересовался Бё, за насмешкой пытаясь скрыть удивление и внезапно нахлынувшую пустоту, которая каждый раз заставляла его возвращать Манабу, если тот надумывал уходить, и позволять ему оставаться, если приходил сам.
- Боюсь. Но ты же будешь держать меня за руку? – ехидно усмехнулся Манабу.
- Обхохочешься.
- Я поговорю с ним завтра после репетиции. Как думаешь… он захочет быть со мной?
- Сперва да, - пожал плечами Бё. – А потом сбежит от тебя в ужасе и слезах.
- Обхохочешься! – резко откинув одеяло, Манабу затушил сигарету в пепельнице и принялся искать в темноте свою одежду, и Бё не стал останавливать его. А когда он закончил одеваться, направился к двери, привычно бросив на ходу:
- Я больше не приду, - и сам же замер на несколько секунд от этих слов. Потому что, наверное, впервые, это на самом деле было правдой.
- Я надеюсь, - слабо улыбнулся Бё.
… А теперь он сидел под моросящим дождиком с пивом и ждал, когда Казуки и Манабу вместе выйдут из здания и уедут, а он направится домой приучаться справляться самостоятельно или, может быть, прибегнет к старому плану и попробует встречаться с девушкой.
Время шло и, казалось, это могло означать только одно. Когда дверь открылась, пропуская Манабу, Бё, вопреки мысли «пусть хоть у него все будет хорошо», малодушно подумал о том, что не хочет оставаться один. Даже если они с Манабу не встречались и никогда не будут, да и вообще - он настоящая заноза в заднице. А потом, когда согруппник огляделся и прогулочным шагом направился в его сторону, Бё заметил, что Казуки не вышел за ним.
Со стороны казалось, будто Манабу равнодушен и просто устал после рабочего дня, но Бё одного взгляда хватило, чтобы понять, что тот в истерике, а еще, что ничего не получилось. И, как ни удивительно, от этого не стало легче.
«Ощущение, будто это мне отказали», - растерянно подумал он, прежде чем Манабу опустился на скамейку рядом с ним.
- Чего это ты тут торчишь? – поинтересовался он и даже улыбнулся.
- Да я просто…
- Что это у тебя в пакете? Ух ты, пиво! Очень кстати, между прочим.
- Я подумал, что отпраздную за тебя, если все получится, либо тебе захочется все это выпить, если нет, - натянуто улыбнулся Бё в ответ, понимая, что это вовсе не то, что нужно сказать в такой ситуации, и лишь беспомощно наблюдая, как Манабу открыл бутылку и сделал глоток.
- Ты настоящий друг, я знал, что ты умеешь поддержать, - весело хмыкнул тот, и Бё осторожно коснулся его плеча, отчего Манабу моментально перестал сиять, вздрогнул и опустил голову, пряча лицо за волосами.
Бё никогда не приходилось напрямую получать отказ от любимого человека, и он не мог сказать точно, что хочется услышать в этот момент, да и хочется ли вообще. И все-таки озвучил то, что было на душе, чувствуя, что ему и самому легче от этих слов:
- Ничего. По крайней мере, я все еще с тобой.
- Я знаю, - ответил Манабу и шумно выдохнул. – Куда ты денешься, унылая тряпка?
- Ах ты… А ты жалкий неудачник.
- А ты нытик.
- А ты сегодня готовишь нам ужин.
- А ты моешь посуду.
- Ну нет, кто готовит, тот и моет!
- Что это за правила такие?
Манабу забавно прищурился, глядя на него, и Бё вдруг подумал, что на самом деле, нет никакой разницы, влюблен ли ты в кого-то или нет. Если рядом человек, которого ты не любишь, которого порой даже ненавидишь, но который хоть иногда делает тебя счастливым, то рано или поздно, может быть, все произойдет как в кино, и тогда… Но в целом – никакой разницы.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » All the same (R - Бё/Манабу [SCREW])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz