[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Двадцать пять часов (NC-17 - Kazuki/Yuuto [SCREW])
Двадцать пять часов
KsinnДата: Воскресенье, 16.02.2014, 10:42 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Двадцать пять часов

Автор: Katzze
Контактная информация: diary, vk, twitter, kattzzee@rambler.ru
Беты: Jurii

Фэндом: SCREW
Пэйринг: Kazuki/Yuuto
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, Драма
Предупреждения: OOC, Нецензурная лексика
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
"Единственное, чего люди не прощают – это того, что ты без них, в конце концов, обошелся" ©

Посвящение:
Satori Takarai! С днем рождения, чувак! Вдохновения и побольше оптимизма – все остальное у тебя и так есть. В частности, есть прекрасный драматический фик, который я тебе прямо сейчас и вручаю! xDD

Публикация на других ресурсах:
всем всё равно))

Примечания автора:
В истории группы, датах и хронике я плаваю – не судите строго за несросты в матчасти.
Эта работа добавлена в 0 сборников (Весь список)
Добавить работу в сборник
 
KsinnДата: Воскресенье, 16.02.2014, 10:43 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Больше всего на свете Казуки боялся летать, и хуже самого полета для него могло быть только ожидание в аэропорту. Казуки ненавидел долгие регистрации, сдачу багажа и очереди на посадку. А когда главное табло мигнуло и высветило новую информацию, согласно которой рейс на Токио откладывался на неопределенное время, Казуки с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Самая неприятная часть путешествия затягивалась.
Из Саппоро, где он гостил у друзей три дня, Казуки возвращался домой отдохнувший и довольный, хотя с погодой ему не слишком повезло. Ранняя весна неожиданно порадовала мокрым снегом, который, впрочем, быстро растаял. А потом внезапно потеплело, и в это утро, когда Казуки отправился в аэропорт, у него закралось неприятное предчувствие, что из-за тумана рейс могут перенести.
- В связи с погодными условиями вылет откладывается на неопределенное время, - объявили в громкоговоритель, потом произнесли эту же фразу на английском и добавили еще что-то, но Казуки уже не слушал.
Кусая губы от досады, он думал, остаться ли в аэропорту, надеясь на то, что туман рассеется, или же вернуться к друзьям. Мысль о том, что этим вечером его ждали на репетиции, оказалась определяющей, и Казуки решил никуда не уезжать, чтобы при первой же возможности покинуть город.
Однако через два часа ожидания он уже не был уверен в правильности принятого решения. За это время ни один самолет не взлетел и ни один не приземлился, залы ожидания и кафетерии были переполнены уставшими туристами, плачущими детьми и шумными подростками. Желающих представители авиакомпании отправляли переждать нелетный период в гостинице, некоторые пассажиры разъехались по домам, но Казуки с завидным упорством не двигался с места, уповая на то, что все же сможет улететь сегодня.
Через час бесцельного просмотра сайтов в интернете он пришел к выводу, что ему не помешало бы выпить кофе. Неизвестно какая по счету чашка почему-то не показалась лишней, потому Казуки, поднявшись на ноги и потянувшись всем телом, не спеша отправился к ближайшему кофейному автомату.
Вот только выбрать напиток и нажать на кнопку он не успел. Стоило ему остановиться и на миг призадуматься о том, чего именно он хочет, как за спиной раздался насмешливый голос:
- Ну и долго ты будешь делать вид, что не замечаешь меня?
Казуки обернулся так резко, что чуть было не оступился. А спустя долю секунды отметил, что если бы тело не отреагировало быстро, и он успел бы понять, кто стоит позади него, возможно, и вовсе не стал бы поворачиваться, предпочитая сделать вид, что оглох.

***

Казуки было забавно думать о том, что он совсем не помнил, как они познакомились с Юуто. В ту пору у него было так много друзей и приятелей, а новые знакомства случались едва ли не каждый день, из-за чего еще одно, не обещавшее стать каким-то особенным, совершенно стерлось из памяти.
По-настоящему Казуки столкнулся с Юуто на дне рождении одной подруги какой-то знакомой. Он толком не помнил, кого поздравляли, и как именно он попал на праздник – гостей было столько, что порядком подвыпивший Казуки даже не помнил, поздоровался ли он с именинницей. Отмечали в каком-то загородном доме, наверняка арендованном и достаточно дорого обставленном, что не помешало гостям быстро набраться и творить настоящее безумство.
Высокий парень, смазливый и длинноволосый, повис на плече Казуки, когда тот пытался клеить какую-то девчонку. Казуки рассердился и не сразу понял, что знаком с ним, а через секунду сообразил, что парень был вдребезги пьян – скорее всего, он ничего не хотел от Казуки, просто вцепился в него, чтобы не растянуться на полу.
- Эй, полегче! – потребовал Казуки, однако когда парень начал медленно оседать, сориентировался и подхватил его под руки.
Махнув девушке, чтобы та подождала его, и особо не надеясь на то, что она послушается, Казуки, тихо матерясь сквозь сжатые зубы, потащил парня к ближайшей кушетке. Вокруг были и другие гости, гремела музыка и раздавался звон бокалов, но никто не обращал особого внимания на еще одного набравшегося друга именинницы.
- Спасибо… Ты так добр… - насмешливо пробубнил парень заплетающимся языком, когда Казуки осторожно опускал его на диван. – Казуки…
То, что его имя было знакомо этому человеку, вызвало у Казуки слабое удивление.
- А ты кто? – спросил он, отметив, что зрачки парня были неестественно расширенными.
"Закинулся", - понял Казуки с неудовольствием. Сам он любил выпить и много курил, но к наркотикам всегда относился с опаской и не испытывал восхищения перед людьми, которые злоупотребляли подобным допингом.
- Меня зовут Ю, не помнишь? – спросил парень, и когда Казуки, худо-бедно уложив его, хотел отстраниться, крепко вцепился в рукава его футболки.
- Отвали от меня, - беззлобно потребовал Казуки: некий Ю, которого он совсем не помнил, скорей всего не соображал, что творил.
- Не уходи, - в свою очередь заявил слабым голосом тот.
- Ага, сейчас. Всю ночь с тобой сидеть буду…
- Хочешь, отсосу?
Казуки запнулся на полуслове и во все глаза уставился на парня перед ним, а тот хрипло рассмеялся, запрокидывая голову: невольно Казуки отметил, какая у него длинная шея и бледная кожа.
- Я лучше девочку поищу, - огрызнулся Казуки, с силой отрывая от себя пьяного парня и выпрямляясь.
- Какая разница, кто отсасывает? – заметил тот и улыбнулся, а после провел кончиком языка по своим губам. И хотя Казуки уже собирался уходить, в голове будто щелкнуло.
Как они добрались до ближайшей в том доме ванной, Казуки помнил плохо. Вроде бы он тащил Юуто за собой, потому что тот еле ноги переставлял. Небольшой совмещенный санузел был ярко освещен, свет отражался от белой плитки и резал глаза. Несмотря на пьяное сумасшествие, творившееся в доме, здесь было все еще относительно чисто и даже тихо.
Пошатнувшись, Юуто оперся одной рукой на стену и блестящими глазами поглядел на Казуки из-под длинной темной челки. Парень был вполне неплох собой, как отметил в тот момент Казуки. У него были длинные пальцы с множеством колец и тонкие запястья, украшенные браслетами. Волосы, выкрашенные в темно-каштановый, спадали до плеч, а майка с широким вырезом не скрывала выпирающие ключицы.
"Сойдет", - решил Казуки, расстегивая ширинку и чувствуя, что у него встает уже от одного приятного предвкушения.
- И чего ты ждешь? – поинтересовался он у Юуто, который определенно не спешил опускаться на колени.
- Я хочу пива, - вдруг заявил тот.
- С удовольствием угощу тебя, - кивнул Казуки, делая шаг в его сторону. – Только после.
Резко и с силой он надавил на плечо Юуто, и тот скорее рухнул, чем опустился на пол. Наверняка он ударился, но жаловаться не стал – Казуки не был уверен, что в таком состоянии в принципе возможно чувствовать боль.
Парень попался опытный и умелый, как сразу понял Казуки. Языком и губами без помощи рук он вытворял такое, что уже через несколько минут Казуки понял, что готов кончить. Закрыв глаза, одной рукой он опирался на стену, а второй сжимал плечо Юуто. Поначалу Казуки хотелось запустить пальцы в его длинные волосы и руководить процессом, трахая в рот, как ему самому нравится – парень был настолько пьян, что вряд ли стал бы возражать. Но очень быстро Казуки отказался от этой идеи: Юуто и сам отлично справлялся, да так, как мало какой девушке удавалось.
Опустив взгляд, Казуки увидел, что парень расстегнул штаны, чтобы дрочить себе, и именно в этот момент он тоже поднял глаза на Казуки.
- Трахни меня, - прошептал он, выпуская член изо рта, но до Казуки не сразу дошел смысл сказанного, до того он засмотрелся на его лицо.
Лоб блестел от пота, быть может, потому что Юуто было нехорошо. Черные глаза в обрамлении нереально длинных ресниц были невероятно красивыми. Но самым привлекательным Казуки показались его губы, влажные, припухшие и раскрасневшиеся. Больше всего Казуки хотелось, чтобы парень вернулся к прерванному занятию.
Не удостоив ответом, Казуки все же схватил его за волосы и дернул на себя, а Юуто послушно открыл рот и продолжил начатое.
"А после еще и трахну", - отметил про себя Казуки, но вслух говорить ничего не стал, да и вряд ли бы до затуманенного сознания Юуто дошел бы смысл сказанного.
Кончил он быстро, не ожидавший этого парень поперхнулся. Пока Казуки пытался отдышаться и прийти в чувство, Юуто вытер тыльной стороной ладони перепачканный подбородок, глядя исподлобья и уже не улыбаясь. Впоследствии из всех событий той ночи Казуки почему-то отчетливей всего помнил именно этот жест и этот взгляд.
Юуто не довел сам себя до разрядки: хотя в этот момент он не прикасался к себе, Казуки смотрел на его возбужденный член, на влажную головку и мог легко представить, как тот ласкает себя. Он с удовольствием посмотрел бы на это зрелище, но Юуто не спешил ничего предпринимать, и у Казуки закралось нехорошее подозрение, что он сейчас и вовсе отключится.
Рывком оторвав от пола, он решительно развернул его к себе спиной, и Юуто скорее интуитивно, чем осознанно, оперся обеими руками о белую плитку.
Пока одной рукой Казуки суетливо рылся в карманах собственных спущенных джинсов в поисках презерватива, второй он сдернул с Юуто штаны. Ничего особенно привлекательного в тощих бедрах и тощих задницах Казуки не видел, но отчего-то именно теперь почувствовал, что хочет так, как редко когда хотел, а недавнего оргазма как будто и не бывало.
Штаны Юуто не снял, они сползли почти до щиколоток и не позволяли ему широко расставить ноги, а длинная майка только мешала, из-за чего Казуки задрал ее, обнажая узкую поясницу Юуто и спину с выпиравшими позвонками.
От первого толчка у Казуки все поплыло перед глазами, и он не сразу понял, что Юуто заорал не своим голосом. Казуки поспешно зажал ему рот рукой – чего не хватало, так это только чтобы набежали посторонние и начали ломиться в дверь.
Юуто не вырывался, пока Казуки удерживал за пояс и вколачивался в его тело, а второй ладонью зажимал рот. Кричать Юуто перестал почти сразу, лишь громко болезненно стонал, но Казуки не обращал на это особого внимания: ему было так хорошо, что думать о своем партнере он не успевал.
После Казуки не мог сказать точно, но вроде бы, несмотря ни на что, Юуто кончил раньше него. Когда Казуки не смог больше сдерживаться и отпустил себя, тут же убирая руки и отступая на шаг назад, Юуто буквально осел на пол, а на белой плитке стены Казуки увидел мутноватые подтеки.
"Надо будет потом убрать за собой", - вяло подумал он, а сидящий на полу Юуто слабо пошевелился.
- Меня сейчас стошнит… - пробормотал он и тут же дернулся от рвотного спазма, а опомнившийся Казуки схватил его за шиворот, толкая к унитазу.
…Через несколько лет Казуки размышлял о том, что отношения, начавшиеся с такой грязи, не могли привести ни к чему хорошему. Обдолбанный Юуто, который не соображал, что с ним делают, и пьяный Казуки, фактически воспользовавшийся этим, стоили друг друга, и редко можно услышать историю о счастливой любви, которая начиналась бы вот так. Но призадумался Казуки обо всем этом значительно позже.
А в то утро, никак не доброе, скорее мучительное, он проснулся со страшной головной болью и тошнотой. Рядом с ним на узком диване лежал Юуто и не моргающими глазами пялился в потолок.
- Живой? – без особого интереса спросил Казуки, осторожно садясь и оглядываясь в поисках бутылки воды или сока.
- Нет, - пробормотал Юуто и витиевато выругался, после чего возмущенно добавил: - Твою мать, я же только отсосать собирался!
- Ты и отсосал, - примирительно заметил Казуки, медленно поднявшись и искоса поглядев на Юуто.
- А потом, блять, я был девочкой… Судя по ощущениям.
- Сам попросил, - усмехнулся Казуки.
Даже такой измученный и не выспавшийся, немного помятый и с темными кругами под запавшими глазами Юуто не казался отталкивающим, скорее даже наоборот. Когда он, не вставая, потер ладонями лицо, Казуки опять отметил удивительную красоту его рук, а еще поймал себя на неожиданно желании прикоснуться к его шее, где под тонкой кожей просматривались голубые вены.
- Да уж надеюсь, что ты меня не заставлял, - усмехнулся Юуто. Казуки пожал плечами.
- Тебе вроде бы понравилось, - ответил он.
Юуто отреагировал неожиданно. Отняв руки от лица, он весело поглядел на Казуки и вдруг рассмеялся, как показалось, искренне и от души.
- Прости, чувак, - выдохнув, произнес он. – Но я ни хрена не помню.
И снова засмеялся. Казуки не видел в этом ничего забавного, но не смог удержаться и тоже улыбнулся.
Потом он узнал, что невозможно было не радоваться, глядя на счастливого смеющегося Юуто. Тем более, что таким он бывал крайне редко.

***

Юуто ничуть не изменился, по крайней мере, внешне. Когда они пришли в небольшое кафе, где нашелся свободный столик, и уселись друг напротив друга, Казуки смог рассмотреть его не украдкой, а глядя прямо и смело.
- Я все такой же красивый? – насмешливо поднял брови Юуто, на что Казуки только улыбнулся: поведение его бывшего тоже ничуть не изменилось.
- Да. Все такой же, - честно ответил он.
- Ты тоже ничего, - хмыкнул Юуто и открыл меню.
Как и прежде у него были темные волосы, только если раньше они казались более длинными, то теперь Казуки сказал бы, что они скорее короткие – аккуратные прядки опускались лишь немного ниже ушей. Любовь Юуто к аксессуарам не прошла: многочисленные кольца, браслеты, серьги и цепочки Казуки даже не взял бы пересчитать. И одет Юуто был как всегда просто и стильно. В свое время Казуки поражался, как ему удается, толком не следя за своей внешностью, не продумывая детали и мелочи и не тратя особо много времени, выглядеть настолько хорошо. Потом он привык, но за несколько лет разлуки позабыл об этой особенности, и теперь удивлялся снова.
- Как твои дела, спрашивать не буду, - заявил Юуто, откладывая меню, и Казуки только тут понял, что сам даже не подумал о том, чтобы выбрать что-то. – И так все знаю.
- Вот как, - нейтрально ответил Казуки, не представляя, что еще сказать.
- Я не слежу за тобой специально, не думай. Просто сложно не знать, шуму от вас много.
- Есть такое дело, - опять выдал несуразный ответ Казуки.
Такой неловкости он не испытывал никогда раньше и вообще не представлял, о чем можно говорить. Даже с совершенно чужим человеком было бы проще, как ему казалось теперь.
- Гордиться вам особо нечем, - невесело улыбнувшись, добавил Юуто. – Лажа у вас теперь полная, а не музыка.
Казуки только кивнул. В том, что Юуто скажет что-то подобное, он даже не сомневался, а еще понимал, что тот не врал – он действительно так думал.
- А как ты поживаешь? – вместо ответа спросил он, на что Юуто ответил не сразу и откинулся на спинку стула.
В отличие от Казуки, который то изучал столешницу, то глядел по сторонам, Юуто смотрел прямо в глаза, ничуть не смущаясь, и понять, о чем он думал, было невозможно.
- Мне лучше всех, - наконец ответил Юуто. – Недавно я…
Но договорить он не успел: в этот момент завибрировал мобильный Казуки, который тот по привычке положил на стол. На дисплее большими буквами высветилось "Манабу", и Юуто, который не мог не рассмотреть имени звонившего, с досадой поморщился.
- Мне надо ответить, - вздохнул Казуки, на что Юуто демонстративно посмотрел в потолок.
- Ну еще бы, - усмехнулся он и отвернулся в сторону окна, когда Казуки нажал на кнопку приема вызова.
 
KsinnДата: Воскресенье, 16.02.2014, 10:45 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***

То, что связало Казуки и Юуто, никак нельзя было назвать отношениями. Некоторое время Казуки предпочитал думать, что это всего лишь секс без обязательств, ничего больше. Чуть позже их объединила еще и работа – общая группа – но и тогда Казуки не посчитал, что они стали ближе друг к другу.
Секс с Юуто ему нравился. Случайный знакомый, с которым они сблизились на вечеринке, оказался страстным, темпераментным, лишенным каких-либо комплексов. Юуто был готов отдаваться в любом месте в любое время, не стеснялся потенциальных свидетелей, которые могли застать их в общественном туалете или за кулисами. Юуто не боялся экспериментировать, в равной степени любил быть как сверху, так и снизу, и порой вытворял такое, что Казуки доходил до разрядки по несколько раз за ночь.
Однако очень скоро Казуки понял, что Юуто не был тем человеком, с которым хотелось бы связать себя более прочными узами – даже быть его другом казалось непростой задачей.
- Истеричка, - как-то раз холодно прокомментировал Манабу поведение Юуто, когда тот, поругавшись с Бё, вылетел в коридор, хлопнув дверью. Казуки только мысленно согласился с ним: Манабу даже не представлял, насколько их басист был истеричкой.
Самым отвратительным в его поведении Казуки считал постоянную смену настроения. Минуту назад Юуто мог веселиться и острить, а теперь орать и злиться из-за какой-то ерунды. Юуто легко вспыхивал и быстро успокаивался, мог нахамить, а потом искренне извиниться. Через много лет, вспоминая те времена, Казуки думал о том, что они с Юуто только то и делали, что беспрестанно ругались и занимались сексом – как будто больше ничего в их жизни и не было.
Первая грандиозная ссора случилась примерно через полгода после памятной вечеринки, и косвенно виноват в этом оказался Манабу.
С первого взгляда Юуто невзлюбил нового гитариста и порой с большим трудом сдерживал раздражение в его присутствии: Казуки уже достаточно хорошо изучил своего любовника и легко разгадывал эмоции по выражению лица. На тот момент Казуки наивно полагал, что с Юуто у них лишь секс без обязательств, и потому не слишком следил за собственным поведением, да и за Юуто тоже: если по неведомым причинам ему не нравился новенький – его проблемы. То, что за недовольством скрывалась обыкновенная ревность, Казуки узнал, когда разразился скандал.
Тот осенний день был выходным и солнечным, Казуки хорошо помнил, какая замечательная стояла погода, когда он шел на встречу с Манабу. Почему-то тот был расстроен – теперь Казуки не припоминал, из-за чего именно – и чтобы его отвлечь, он предложил прогуляться. Как ни странно Манабу согласился, и они вдвоем отправились в кино.
Смотреть с Манабу фильмы оказалось очень здорово. Он ничего не комментировал, не смеялся громко и не хрустел раздражающе попкорном. После сеанса, выйдя на улицу, они увидели, что погода испортилась: тротуары поливал ливень, а ветер едва ли не сбивал с ног. Казуки и Манабу поспешили к метро, где и попрощались – ехать им было в разные стороны.
От станции до своего дома Казуки несся чуть ли не вприпрыжку. Дождь лился за шиворот, Казуки казалось, что он промок до нижнего белья, и больше всего он мечтал оказаться в своей квартире, чтобы поскорее принять горячий душ. Но планам не суждено было сбыться.
- Где ты был?!
Юуто ждал, а если точнее, поджидал его в подъезде. Переступив порог и услышав вопрос, Казуки замер как вкопанный, в первый момент подумав, что ему мерещится.
- Где тебя носило, сволочь?.. – если первую фразу Юуто чуть ли не выкрикнул, то теперь он почти шипел.
- Ю… - ошарашенно пробормотал Казуки. – А ты как здесь?..
"Как долго он сидит тут… на лестнице?" – спросил сам себя Казуки, отказываясь понимать, что происходит.
- У тебя что-то случилось? – вдогонку поинтересовался он.
- Где ты был, блять? – не отступал Юуто, и после этого, заданного в третий раз вопроса, Казуки почувствовал, что начинает злиться.
- Тебя это не касается, - огрызнулся он. – Не пробовал звонить, прежде чем приходить?
Договорить Казуки не успел: Юуто, который был выше ростом, схватил его за ворот куртки и дернул вверх.
- Я звонил, мать твою! У тебя выключен телефон! – рявкнул он. – И не касается, значит, да? Может, ебля со мной тебя тоже больше не касается?!
- Тише, - вкрадчиво произнес Казуки и сжал запястья Юуто в своих ладонях, пытаясь освободиться от захвата, что у него не получилось. – Сейчас соседи сбегутся…
- Вот пусть сбегутся. Узнают, какая ты блядь!
У Казуки закралось подозрение, что Юуто успел принять что-то или напиться, но, присмотревшись внимательней, он понял, что с ним все было вроде как в порядке.
- Я был с Манабу в кино, потому и выключил телефон, а включить забыл, - терпеливо пояснил он, решив, что так будет проще.
- С Манабу, значит, - выдохнул Юуто и наконец отпустил Казуки, отступая при этом назад. – Ничего, что в кинотеатрах и так глушат сигнал?
- Не во всех. Послушай, мы просто смотрели фильм и…
"Какого хрена я оправдываюсь?" – мысленно возмутился Казуки, но произнести вслух ничего не успел.
- Где именно вы были? – не прекращал допрос Юуто.
- Ю, а ты не охренел, случайно? – мрачно спросил Казуки. – Что ты устроил, идиот?
- Идиотом я как раз и не хочу быть, - Юуто как будто тоже немного успокоился и сделал шаг вперед, заглядывая Казуки в глаза. – Имей в виду, если узнаю, что ты трахаешь кого-то… Кого-то, кроме меня, тебе станет очень хреново.
На этих словах Юуто резко развернулся и толкнул дверь на улицу, а Казуки проводил его ошалевшим взглядом. Несколько секунд он стоял без движения, обдумывая случившееся, но ни к какому выводу не пришел. Ноги сами понесли его, когда он бросился следом за Юуто.
Дождь усилился, в водяной пелене, да к тому же в темноте было невозможно что-либо рассмотреть. Казуки не сразу понял, куда ушел его любовник, а потом заметил в отдалении смутные очертания удаляющейся фигуры. Со всех ног Казуки припустил за ним.
- Стой, придурок! – выкрикнул он, дергая Юуто за плечо, но тот лишь дернулся, сбрасывая его руку, и пошел еще быстрей.
Больше Казуки не стал ничего говорить. Вцепившись в локоть Юуто, он резко развернул его к себе лицом, и почему-то теперь тот не стал противиться.
- Чего тебе? – зло спросил Юуто.
- Пойдем ко мне.
- Не пойду.
- Пойдем и там уже поговорим, - Казуки начинал терять терпение. – Дождь идет. Ты не заметил?
Вода текла по лицу Юуто, мокрая челка прилипла ко лбу, а темные, такие красивые глаза казались бездонными. Глядя в них, Казуки забывал о том, что стоит продрогший на холоде, что он устал и что спешил домой. И даже о том, что с Юуто у них просто секс, и что эти истерики не должны его волновать, тоже забыл.
- Я не хочу говорить, тут и так все понятно, - после паузы произнес Юуто, все также пристально глядя на Казуки.
Холод и мокрая одежда его ничуть не беспокоили, а вот Казуки чувствовал, что начинает дрожать.
- Что тебе понятно? – запнувшись, спросил он.
- Что ты только мой. Понял?
Смысл сказанного еще не достиг понимания Казуки, а Юуто уже прижимал его к себе и целовал так, что не получалось дышать.
Если бы однажды Казуки попросили рассказать о самом невероятном поцелуе в его жизни, в отличие от большинства людей, упомянувших бы первый поцелуй, Казуки рассказал бы о том вечере. О вечере, когда на голову лил ледяной дождь, а они с Юуто стояли посреди пустой улицы, как пара подростков или просто придурков, и целовались, ничего не замечая вокруг.
- Что у тебя с ним? – оторвавшись от его губ, спросил Юуто, а Казуки прикрыл глаза. Глупо было надеяться на то, что ему так сразу простят невинный поход в кинотеатр с приятелем.
- Ничего. Мы просто ходили вместе в кино.
- Не делай этого больше.
И хотя слова Юуто прозвучали грубо и как приказ, почему-то Казуки даже не подумал спорить. Просто кинул, а про себя подумал, что и правда не станет больше так поступать.
Однако вопреки недовольству Юуто, в скором времени Казуки и Манабу стали хорошими друзьями. Это получилось само собой, уж точно по независящим от Казуки причинам. Намного крепче они сдружились через несколько лет, когда Казуки навсегда простился с Юуто, но пока они еще оставались вместе, Юуто изводил его сценами ревности и обидами.
Уговоры Казуки, увещевания и заверения, что Манабу в принципе не интересуют мужчины, разбивались о глухую стену непонимания. Став старше и мудрее, Казуки понял, что он не был ни в чем виноват, как и судить Юуто за такое некрасивое поведение не стоило. Просто он был таким человеком, которому требовались постоянные встряски и скандалы, оставаться спокойным тот просто не умел. А еще позже Казуки признался сам себе, что отчасти за это он и любил Юуто: жизнь с ним никогда не была скучной и ровной.

***

Казуки уповал на то, что неуверенность постепенно отступит – все же долгое время они с Юуто были счастливы и близки. Не верилось, что прошлое так легко сотрется из памяти, и прийти к взаимопониманию не удастся.
В итоге так все и получилось. Через пару часов напряженной и пустой беседы Казуки поймал себя на мысли, что ему уже не так трудно смотреть Юуто в глаза, а ответы на его вопросы даются легко и относительно непринужденно.
После третьей чашки кофе они решили пройтись по терминалу и какое-то время молчали, пока Юуто не остановился у высокого панорамного окна. Вид открывался на взлетно-посадочную полосу, где неподвижно замерли многочисленные самолеты. Мир за стеклом словно тонул в молоке. Густой туман не спешил рассеиваться, и Казуки подумал, что рискует не улететь сегодня. Вот только эта проблема теперь не показалась ему значимой.
- Как ты оказался в Саппоро? – не поворачивая головы, спросил Казуки. До этого момента он так и не поинтересовался, зачем Юуто приехал в этот город и куда собирался лететь.
- Я здесь живу, - ответил тот.
- Здесь? – поразился Казуки, поглядев на Юуто с сомнением, как будто не поверил сразу.
"Почему же ты тогда не уедешь домой?" – хотелось задать еще один вопрос, от которого Казуки воздержался.
- Да, здесь, в Саппоро. Почему тебя это удивляет?
- Не то чтобы… - пожал плечами Казуки. – Я просто не знал. А летишь куда?
- Ты много чего не знал, - равнодушно заметил Юуто. – Лечу на Окинаву, на свадьбу.
- Чью свадьбу? – зачем-то спросил Казуки.
- На свою, блять, - усмехнулся Юуто и тут же возвел глаза к потолку: – Казуки, видел бы ты сейчас свою рожу.
Казуки себя не видел, но мог предположить, что выглядел он удивленно. Такого ответа он никак не ожидал услышать и не сразу понял, что Юуто просто пошутил.
- Брат двоюродный женится, - пояснил Юуто, теперь уже пристально посмотрев на Казуки, и вдруг совершенно невпопад спросил. – Ты нашел себе кого-то?
Казуки надеялся лишь на то, что выражение его лица остается нечитаемым. За несколько секунд всего парой фраз Юуто, как бывало в прежние времена, успел удивить его, оглушить, высмеять и поставить в тупик своим вопросом. Когда-то Казуки умел держаться под таким напором, но за последние годы напрочь позабыл, каково это – вести разговоры с Юуто.
- Нашел, - помолчав, ответил он. – А ты?
- А я – нет.
Юуто снова перевел взгляд за окно, и Казуки последовал его примеру. Только больше он ничего не видел, ни самолетов, ни серого асфальта посадочной полосы – мутная пелена застилала глаза, и дело было вовсе не в тумане.
Он был рад тому, что Юуто не спросил, кого именно нашел Казуки, с кем он сейчас и как давно. Потому что у Казуки не было никого, а случайные любовники не брались в расчет. Но в отличие от Юуто, он не нашел сил признаться в этом. Юуто всегда был проще и честнее его – как раньше, так и теперь.
 
KsinnДата: Воскресенье, 16.02.2014, 10:48 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***
Хотя связь Казуки и Юуто длилась четыре года, они так и не начали жить вместе – об этом даже не заходило речи. Казуки не мог себе представить, как они буду выносить друг друга целыми сутками, хватит ли им терпения хотя бы на неделю совместной жизни, а Юуто не заикался ни о чем подобном. Быть может, он тоже чувствовал, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. А может, просто не хотел жить под одной крышей.
Из-за этого Казуки мог припомнить лишь несколько дней, утра которых они делили на двоих, ведь чаще всего они даже ночевать вместе не оставались. Но, тем не менее, случались исключения из этого негласного правила, и одно из них Казуки помнил даже спустя годы.
Как-то раз накануне выходных Казуки позвонил один старый приятель. Друг рассказал, что на ближайшие три дня арендовал домик в живописной глубинке, чтобы отправиться туда со своей девушкой и провести романтичный уикенд. Но его подруга неожиданно заболела, и мероприятие пришлось отложить.
- Домик оплачен, деньги уже не вернут. Не хочешь поехать со своей девушкой? – спросил приятель Казуки.
На это он только улыбнулся. Многие друзья считали, что если Казуки музыкант, у него должны быть толпы постоянно сменяющихся пассий. Если бы друг узнал, что все последнее время у Казуки вместо девушки был только басист их группы, он очень удивился бы.
Сначала Казуки хотел оказаться от предложения, но в последний момент подумал: а почему бы и нет?
- Это что за хрень? – без интереса поглядел на него Юуто, когда Казуки озвучил свое предложение. – Мы что, молодожены, чтобы ездить трахаться в какие-то особенные места?
Примерно такого ответа Казуки и ожидал. Они с Юуто почти никогда никуда не ходили, максимум – в какой-то бар, – и никогда не пытались разнообразить свой досуг. Далекого от романтики Казуки это более чем устраивало.
- Нет, конечно, - пожал плечами он. – Но заказывать ничего не надо, договариваться тоже. Берешь и едешь. Так что, мне отказаться?
Однако, прежде чем ответить, Юуто призадумался, а потом неожиданно дал свое согласие. Никаких усилий с его стороны этот необычный уикенд не требовал, что, вероятно, и стало решающим фактором.
Домик оказался действительно очень уютным, даже красивым. Весь из дерева, с камином в единственной просторной комнате и огромной кроватью, он действительно выглядел как номер для молодоженов в дорогой гостинице. Юуто, увидев все это, только фыркнул. Казуки понимал, что тот искренне верил: нет принципиальной разницы, где трахаться, и платить за сложные интерьеры вокруг, ехать черт знает куда – это пустая трата времени и денег.
Зачем-то Юуто взял с собой гитару – старую акустику – и когда Казуки недоуменно спросил, неужели ему не хватает этого удовольствия на работе, тот лишь плечами пожал:
- Мы же на природу едем. Может, она тебя вдохновит.
- Меня?
- Ну да. Я, что ли, играть буду?
Однако до гитары дело дошло не сразу.
Приехав в арендованный домик, они сначала долго занимались сексом, потом наелись ими же привезенной едой, а после опять занимались сексом. За окном стемнело, и Казуки под насмешки Юуто, который считал это лишним, разжег камин.
Маленькая терраса, больше напоминавшая балкончик, выходила в сторону небольшого подлеска, и Казуки курил, облокотившись на перила и вглядываясь в темноту. Тишину нарушал лишь отдаленный шум реки и потрескивание дров в камине. Казуки думал о том, что, несмотря на все остроты Юуто по поводу подобного отдыха, ему нравились эти выходные и такое времяпрепровождение.
Воздух приятно холодил кожу: выходя наружу, Казуки потрудился натянуть лишь джинсы, и теперь чувствовал, что руки покрываются мурашками. Позже выяснилось, что он умудрился простудиться, но об этом он узнал лишь на следующий день, а в тот вечер не думал ни о чем подобном.
Вернувшись в домик, он притворил дверь и опустился в кресло рядом с кроватью, откидываясь на мягкую спинку. Юуто поленился вставать и одеваться. Согнув ноги в коленях и широко разведя их в стороны, он курил, лежа на постели и глядя прямо в потолок. Оранжевые отсветы от камина, единственного источника света, бросали причудливые тени на его обнаженную кожу, и Казуки, глядя на открывшуюся картину, искренне верил, что не видел ничего более завораживающего и желанного.
- Сыграй что-нибудь, - нарушил тишину Юуто, держа перед собой на вытянутой руке сигарету и рассматривая тлеющий огонек.
- Не хочу, - после секундной паузы честно ответил Казуки. В этот момент он желал совершенно другого и просто ждал, когда Юуто докурит, чтобы вернуться к прерванному занятию.
- Пожалуйста, - мягко произнес тот, чем немного обескуражил Казуки. Обычно, захотев чего-то, Юуто капризно требовал и гнул свое, пока не получал желаемое. Слова "пожалуйста" в его лексиконе не существовало, как до недавнего времени думал Казуки.
Нехотя поднявшись на ноги и пройдя по комнате к дальнему углу, где Юуто оставил свою акустику, Казуки спросил сам себя, какая мелодия подойдет для этой ночи, но придумать ничего не смог. Снова опустившись в кресло, он задумчиво тронул струны и решил, что пусть все будет так, как оно само сложится. Импровизации никогда не давались ему хорошо, но Казуки решил, что Юуто не станет судить строго.
Мелодия вышла какая-то странная и задумчивая, но Казуки особо не сосредотачивался на том, что играл. Он смотрел на Юуто, который наконец докурил и теперь просто лежал на постели, закинув за голову руки и глядя на огонь. Казуки думал о том, что на свете нет никого красивее, а еще – что этот вечер, единственный в своем роде, никогда больше не повторится. И дело было даже не в забытом домике, не в этой мелодии, которую Казуки больше не сможет воспроизвести, а в самом Юуто. Таким притихшим и покладистым он не бывал ни до, ни после.
Когда Казуки доиграл и осторожно отставил гитару в сторону, он некоторое время продолжал смотреть на Юуто, который все так же лежал без движения, а потом перевернулся на живот.
Кресло стояло совсем близко к кровати, коленями Казуки упирался в край матраса, и потому, когда Юуто подтянулся на согнутых локтях, их лица оказались совсем близко.
- Ты знаешь, что я тебя люблю? – спросил Юуто, и голос его звучал хрипло и незнакомо. – Люблю, как псих.
Произнесенные слова оглушили Казуки, на мгновение он перестал дышать. Желтые отсветы на лице Юуто, черные в полумраке глаза и губы, шептавшие такие внезапные слова, казались нереальными, волшебными. Казуки сложно было поверить в то, что он не спит.
- Я тоже, - тихо ответил он. – Я тоже люблю.
Казуки не соврал. Никогда он не любил Юуто так, как любил в ту ночь, никогда до и никогда после. Это был единственный за все время случай, когда они заговорили о чувствах друг к другу. Уже на утро волшебство рассеялось: Казуки проснулся с насморком и сильными головными болями. Уикенд не удалось закончить, им пришлось вернуться в Токио, где Казуки на две недели слег с бронхитом.
Но все это случилось на следующий день. А в ту ночь Юуто, склонившись над Казуки, двигаясь в бешеном ритме, задыхаясь от желания и страсти, шептал о том, как сильно он его любит. И о том, что Казуки принадлежит ему одному.

***

Восемнадцать часов. Казуки не верилось, что он так долго находится в аэропорту в ожидании своего рейса. Еще более нереальным казалось то, что Юуто все это время был рядом с ним и почему-то не спешил уезжать домой.
Сна не было ни в одном глазу – вероятно, из-за литров выпитого кофе Казуки совсем не хотелось спать. Виски начинало ломить, и он понимал, что очень устал. Однако плюнуть на все и отправиться в гостиницу или к своим друзьям, чтобы отдохнуть и уже с новыми силами попытаться покинуть город, он почему-то не мог. Репетицию Казуки все равно пропустил, не успевал он сделать и другие запланированные дела, но об этом не думал.
Постепенно они все же разговорились. Юуто расспросил Казуки о его жизни, и Казуки достаточно честно рассказал, как обстоят его дела, поделился некоторыми подробностями, на что-то пожаловался, чем-то похвастался. Сам Юуто оставался немногословным, хотя на конкретные вопросы Казуки отвечал вполне охотно.
Казуки видел, что Юуто тоже очень устал. Под глазами обозначились серые круги, а кожа казалась неестественно бледной. Если бы на месте Юуто был кто-то другой, Казуки посоветовал бы ему отправиться отдыхать. Но сейчас не мог сделать этого, потому как понимал, что если Юуто уйдет, то они не увидятся еще очень и очень долго. Быть может, не увидятся никогда.
- Ты живешь там же? – спросил Юуто, когда они вышли покурить.
Со стороны могло показаться, что вопрос совершенно невинный, но Казуки расслышал в интонациях голоса Юуто едва заметные тревожные нотки. Он спрашивал, отказался ли Казуки от квартиры, где несколько лет назад закончились их отношения и их недолгая общая история.
- Нет, - покачав головой, честно ответил Казуки. – Я переехал через полгода после того, как…
Закончить предложение он не смог, сообразив, что сам себя загнал в тупик, и глубоко затянулся, показывая, что не хочет больше говорить об этом. Но Юуто и не требовал ничего, он только кивнул, ничуть не удивившись, и отвернулся, чтобы выбросить окурок в урну.

***

Казуки всегда знал, что с Юуто они не смогут долго быть вместе, и думал, что отношения достигнут апогея и разорвутся по живому, причинив немало боли им обоим. Отчасти Казуки был прав, отчасти он ошибался: все закончилось грандиозной ссорой, но намного раньше, чем он ожидал, и из-за совершеннейшей глупости.
В тот памятный вечер было холодно и лил дождь, как в самый первый раз, когда Казуки бросился вслед за приревновавшим его Юуто, чтобы догнать, все объяснить, заставить вернуться и полночи заниматься сексом так страстно, будто впервые. В таком единообразии было даже что-то символичное, но в ту ночь Казуки не думал об этом.
Накануне совершенно случайно он повстречался с парой старых приятелей, которые пригласили его приятно провести время и вспомнить былые времена. Утром того дня Казуки поссорился из-за какой-то ерунды с Юуто и на встречу отправился будучи порядком на взводе. Однако алкоголь и веселая компания помогли расслабиться и забыть о неприятностях.
Последний месяц отношения с Юуто были слишком напряженными и очень утомляли Казуки. То ли Юуто становился все более ревнивым и агрессивным, то ли Казуки устал терпеть и потакать. Именно поэтому, когда Юуто позвонил ему неизвестно какой по счету раз за вечер, Казуки просто выключил звук на телефоне. Он планировал расслабиться и не желал отчитываться в своих поступках нервному любовнику.
Домой Казуки вернулся не очень поздно, было около двух ночи. Был он и не слишком пьян, соображал нормально, но все равно, толкнув дверь в собственную квартиру и переступив порог, не сразу сообразил, что его ждут.
- Где ты был? – яркой вспышкой свет в прихожей резанул глаза, и Казуки прищурился.
С Юуто они по-прежнему не жили вместе, но ключами от своих квартир обменялись давно, просто так, на всякий случай, чтобы в иной ситуации не ждать друг друга под дверью.
Юуто стоял перед Казуки бледный и злой, и почему-то этот факт взбесил его. Больше всего захотелось огрызнуться, что Юуто его личная жизнь не касается.
- Развлекался, - ядовито процедил он, предвкушая, как сейчас изменится в лице Юуто. В этот момент, доведенный последними ссорами, Казуки просто не желал идти на перемирие и привычно уговаривать своего любовника не сердиться из-за того, чего не было.
Однако увидеть он ничего не успел. Ни единый мускул не дрогнул на лице Юуто, когда он размахнулся и врезал кулаком в челюсть Казуки, а потом ударил снова и еще раз. Юуто дрался так, как дерутся дети – со всей яростью и ненавистью, как будто в последний раз. Но Казуки не сопротивлялся, даже когда Юуто нанес ему несколько болезненных ударов и остановился, запоздало сообразив, что ему не оказывают сопротивления.
- Какого хрена… - выдохнул он. Лицо Юуто раскраснелось, он тяжело дышал как после настоящей драки. – Какого хрена ты творишь?! Я звонил тебе сто раз! Где ты был?!
Тыльной стороной ладони Казуки вытер рот и, посмотрев на собственную руку, увидел, что она в крови. Зубы вроде бы были целы, и он понял, что Юуто разбил ему губу.
- Я был в баре с парой старых друзей. Мы пили и веселились, - спокойно пояснил Казуки, заранее зная, что за этим последует.
- Врешь, - прошипел Юуто, делая шаг вперед и приближаясь почти вплотную. – Врешь! Почему ты не брал трубку?
- Потому что не хотел отвлекаться на твои истерики, - снова честно ответил Казуки, глядя Юуто прямо в глаза.
Он думал, что тот ударит снова, а после закатит привычный скандал. Но Юуто, напряженный и сжимавший кулаки, сдержался.
- Ненавижу тебя, тварь, - хрипло произнес он. – Можешь вообще никогда на меня не отвлекаться. Понял, блять?!
Юуто снова психовал и истерил, Казуки хорошо было знакомо такое поведение, и он устало прикрыл глаза, мысленно представляя, как сейчас Юуто, выдав еще пару ругательств, припустит на выход и хлопнет дверью так, что проснутся спящие за тонкими стенками соседи. А сам Казуки, постояв немного в собственной прихожей, бросится следом, не дожидаясь лифта, вниз по лестнице, пропуская по две ступеньки и рискуя свернуть шею, чтобы догнать Юуто, встряхнуть за плечи и потребовать не валять дурака. А потом они будут трахаться всю ночь, и наутро оба будут не в силах разогнуться, но хрупкое перемирие восстановится до следующей ссоры…
Дверь хлопнула так, что заложило уши, и Казуки устало прикрыл глаза. Время приняло обратный отчет, перед мысленным взором цифрами отсчитывались секунды. Три, два, один – пора. Пора было опомниться и побежать на лестничную площадку, забыв запереть дверь, забыв обо всем, чтобы гнаться, не разбирая дороги, за Юуто, бежать так, как Казуки делал это уже четыре года.
Но этого не произошло. На неверных ногах Казуки сделал два шага в сторону комнаты, потом опомнился, разулся и снял куртку. Казалось, что весь выпитый за вечер алкоголь мгновенно выветрился из крови, но почему-то Казуки все равно соображал плохо. На журнальном столике лежали забытые Юуто сигареты – наверное, он много курил, пока ждал его. Подхватив пачку, Казуки вышел на балкон и достал зажигалку.
Дождь хлестал так, будто разверзлось небо. Снаружи было невыносимо отвратительно и сыро, но Казуки не замечал этого, потому что арктический холод в его груди был в разы сильнее. Он курил сигарету за сигаретой, не замечая этого, пока пачка не опустела, и горло сжимало от страха, когда он думал о том, что произошло сегодня. В тот момент Казуки искренне верил, что его жизнь закончилась, что оборвалась некая важная ниточка, тянувшаяся через все последние годы и дававшая его существованию смысл. Но почему-то он не мог заставить себя бросить все и побежать вслед за Юуто, как делал это раньше. Быть может, в тот вечер в чашу его терпения упала та самая последняя капля, переполнившая ее – Казуки не мог сказать точно.
Потом ему неоднократно снилась та ночь. В грезах все складывалось иначе. Иногда он видел, как Юуто встречает его, улыбаясь и обнимая за шею. Порой Казуки снилось, что он догоняет Юуто и они целуются под дождем как в тот самый первый раз больше трех лет назад. Пару раз воображение нарисовало, как они занимаются сексом прямо в прихожей.
Во всех этих снах Юуто оставался с Казуки, и пробуждение было болезненным и неприятным, потому что возвращало в реальность. Реальность, где они так и не помирились. Реальность, где Юуто ушел из его жизни, ушел из группы, где они толком и не попрощались. В реальность, где Казуки предстояло научиться жить без Юуто.

***

Первые самолеты отправились на Лондон и Бомбей. Казуки не верилось, что прошло больше суток, прежде чем туман рассеялся настолько, что вылеты стали возможны. С еще большим трудом у него получалось признать то, что все это время он провел вместе с Юуто, которого вообще не ожидал встретить в этой жизни.
Рейс на Окинаву, который ждал его бывший любовник, объявили через полчаса. Следом должен был улететь и самолет Казуки.
- Пожалуй, мне пора, - сказал Юуто, поднимаясь с кресла в зале ожидания. Говорил он таким спокойным тоном, как будто они с Казуки не расставались еще на много лет, а должны были встретиться в самом скором времени.
- Да, давай, - сказал Казуки, не двигаясь с места, и Юуто кивнул, разворачиваясь, чтобы уйти. Как-то по-особенному прощаться с ним он явно не собирался.
- Ты скучал?
Казуки сам не понял, как задал этот вопрос, запоздало сообразив, что он крутился в голове все последние сутки. Если бы он хоть на секунду призадумался, то не решился бы спросить, но слова сорвались с языка слишком быстро.
- Да, конечно, - после небольшой паузы ответил Юуто, глядя на него сверху вниз, пока Казуки снова думал о том, что он не встречал никого красивее Юуто. – Как и ты.
Казуки покачал головой. Он действительно скучал, тосковал до безумия и несколько раз чуть не сорвался, чуть не бросился к Юуто с мольбами простить его. В этот момент показалось очень важным рассказать, как долго Казуки смотрел в дождливую пелену той ночью, и как от ужаса из-за случившегося его даже подташнивало. Как потом он не мог спать и принимал снотворное, и какие после этого ему снились сны. А еще о том, что он любил его так, как не любил больше никого.
Но Казуки сдержался.
- Да ладно, чего там… - невесело усмехнулся Юуто, не дождавшись никакого ответа, и отвел взгляд в сторону. – Я чуть не сдох. Все ждал, когда ты притащишься с побитым видом и будешь извиняться. А ты взял и не пришел. Охренеть просто.
Казуки не дышал, когда слушал это признание, и смотрел перед собой невидящими глазами.
- Я знаю, - еле слышно произнес он неизвестно зачем, но Юуто не обратил внимания на его слова. Разумеется, он понимал, что Казуки все это знал, вот только все равно не вернулся.
- Но теперь все прошло, - уже тише и неэмоционально добавил Юуто. – Любая херня рано или поздно проходит. Даже такая, как ты, Казуки.
Юуто не врал, когда говорил это, Казуки чувствовал, что он был искренним, а еще осознавал, что у него тоже все прошло. Слишком много лет осталось за плечами, ни одно чувство без близости, новых впечатлений и общей совместной жизни не вынесло бы такого долгого испытания.
- Тебе пора на посадку, - вместо ответа произнес Казуки, на что Юуто кивнул. – Рад был тебя повидать.
- Не думаю, - мотнул головой Юуто. – И я тоже не слишком рад. Но так уж вышло.
- Счастливого пути, - вздохнул Казуки, обращаясь уже к спине Юуто, который развернулся и пошел прочь по широкому проходу между креслами зала ожидания.
Глядя ему вслед, Казуки не думал ни о чем – по крайней мере, так ему казалось. В голове было удивительно глухо, а на сердце пусто. Эта встреча – долгие двадцать пять часов, – не расшевелила в его душе старых чувств, не вызвала тоски или грусти. Казуки не сожалел о сгоревшей дотла любви, о потраченных впустую годах, не горевал он и о прошлом. Быть может, лишь самую малость, ему было жаль их прежних – Казуки, который мог простить все, и Юуто, который любил, как псих – таких, какими они уже никогда не станут.
Подхватив с сидения сумку и перебросив ремень через плечо, он отправился к своему терминалу, не глядя по сторонам, только себе под ноги. Когда самолет, отправляющийся из Саппоро на Токио, выехал на взлетно-посадочную полосу и начал разгоняться, сидящий в салоне Казуки устало прикрыл глаза. Впервые в жизни он не испытывал страха перед полетом, голова была занята совсем другими мыслями, и боязнь летать казалась в этот момент одной из самых незначительных проблем. А когда шасси оторвалось от твердого покрытия, Казуки поглядел в иллюминатор и увидел, что туман еще не полностью рассеялся, земля, от которой так стремительно удалялся воздушный лайнер, выглядела серо и уныло.
Все эти годы, задавая себе вопрос, почему они с Юуто расстались, он не находил ответа, а теперь вдруг понял. Истина лежала на поверхности и была так проста, что Казуки невольно улыбнулся, когда сообразил, что не понимал очевидного.
Проблема их отношений была лишь в том, что Казуки не умел любить так горячо и без остатка, как любил его Юуто. По этой же причине он не бросился за ним под дождь в темноту много, бесконечно много лет назад. А Юуто не умел прощать, даже те проступки Казуки, которые сам придумывал. Именно поэтому он не вернулся, а только ждал – как оказалось в итоге, напрасно. Прошли годы, и Казуки так и не смог полюбить, как любят сумасшедшие. А Юуто в последний раз не простил за то, что Казуки без него, в конце концов, как-то обошелся.
 
OksiДата: Понедельник, 17.02.2014, 01:07 | Сообщение # 5
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Награды: 0
Статус: Offline
smile124
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Двадцать пять часов (NC-17 - Kazuki/Yuuto [SCREW])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz