[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Любимый учитель (NC-17 - Хиде-зоу/Руиза, Гакт/Руиза [D, GACKT])
Любимый учитель
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:31 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Любимый учитель

Автор: misima-san

Фэндом: D, GACKT
Пэйринг: Хиде-зоу/Руиза ; Гакт/Руиза
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, Романтика, AU
Размер: Миди
Статус: закончен

Описание:
Руиза прекрасный пианист и студент музыкального училища . Но от чего, когда он приходит на урок, все выученного разом вылетает из головы, и он не может сыграть правильно не единой ноты?

Посвящение:
посвящается всем музыкантам и выпускникам музыкальных учебных заведений. :)

Публикация на других ресурсах:
можно, но по всем правилам
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:36 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 1
- Еще раз сначала и помедленнее. Слушай метроном, а не играй, как тебе вздумается, – строгий голос учителя звучал над самым ухом, мешая сосредоточиться. Волнение все усиливалось, а пальцы совершенно отказывались попадать по нужным клавишам, то и дело задевая другие ноты.
- Боже ты мой! Да ты вообще занимался или пробездельничал все выходные? – не выдержав, Хиде-зоу разразился настоящим криком, когда очередной неправильный аккорд вылетел из под тонких пальчиков его ученика.
- Я занимался, сенсей, – почти шепотом сказал тот, низко наклоняя голову и убирая руки с клавиш.
- Нет, Руиза! Ты не занимался. Ты вообще перестал заниматься в последнее время, – Хиде-зоу хлопнул ладонью по крышке рояля. – Тебе на конкурсе скоро играть, а ты дурака валяешь!
Ученик вздрогнул и, испуганно взглянув на своего преподавателя, вновь опустил глаза.
— Ты вообще-то студент музыкального училища! Второй курс между прочим, – не унимался учитель, – а играешь, как первоклассник. Причем как бездарный первоклассник!
Совершенно расстроенный ученик всхлипнул и закрыл ноты. По щекам его потекли слезы, которые он уже не мог сдержать.
- Ты еще реветь мне тут будешь? Марш домой заниматься! – не унимался учитель, совершенно не считаясь с состоянием ученика, которого он сам же и довел до слез.
– И если в следующий раз подобное повторится, я тебя из класса вышвырну! Ты меня понял!?
- Да, сенсей, – Руиза встал из-за рояля и, убрав ноты в черную папку, направился к двери.
- Всего хорошего, – тихо сказал ученик поклонившись и, вытирая слезы, вышел из класса.
Хиде-зоу лишь кивнул в ответ и повернулся к окну. Он был очень зол на своего ученика, которого всегда считал лучшим в своем классе, и который без сомнения всегда был его любимчиком.
Оказавшись в коридоре, Руиза сел на первый попавшийся диван и со злостью отшвырнул от себя папку с нотами, та с грохотом упала на пол. Никогда Руиза не позволял себе такого обращения с нотами, но сейчас, глядя на разлетевшиеся листы, он не испытывал ничего, кроме ненависти к самому себе, к учителю, к роялю и даже к ни в чем неповинному Брамсу, Рапсодию которого он сейчас так неудачно сыграл на уроке. Руиза понимал, что через некоторое время, раздражение отступит, он снова возьмет себя в руки и сядет за рояль, снова будет учить, снова будет раз за разом проигрывать от начала до конца, а потом положит голову на клавиши рояля и, глядя в окно на догорающее закатное небо, забудется от накатившей так внезапно усталости, чтобы через несколько минут очнуться от этого состояния и вновь начать заниматься до боли в пальцах.
- Как же все достало! — слезы все еще текли по его щекам. В коридоре никого, кроме него не было, поэтому можно было не стесняться своих эмоций. Да и как ни печально, в этом учебном заведении слезы учеников были делом частым, если не сказать привычным. Поэтому, даже если бы кто-то и стал свидетелем слёз юного ученика, то это никого бы не повергло в шок. Руиза тяжело вздохнул, вместив в этот вздох, как ему показалось, всю свою усталость и раздражение из-за плохого урока.
- Но я же действительно занимался, – говорил сам себе Руиза. – Я еще никогда так много не занимался, – он был очень расстроен и не знал, как донести до своего учителя то, что он сутками не отходит от рояля, что с утра и до позднего вечера его тонкие пальчики порхают по клавишам, не зная усталости, извлекая все новые и новые звуки, доводя каждую фразу до совершенства. Да и как можно было объяснить учителю, что когда его ученик заходит в класс, то тут же вдруг робеет, начинает волноваться, пугаться и из-за этого забывает разом все то, что так старательно выучил дома. Как рассказать то, что непонятное волнение охватывает бедное юное создание, стоит только учителю приблизиться поближе и, встав за спиной, положить руки на плечи, со словами: «Опять поднимаешь, опусти, не напрягайся, расслабь свои плечи». От его «не напрягайся», зажатость увеличивалась во много раз. Но это ведь не страх, не боязнь в чистом виде, это нечто совсем другое, но вот что, даже сам Руиза еще не понимал этого. Сначала, когда Руиза только поступил в музыкальное училище, робость на уроке казалось ему естественной. Все-таки попасть после школы в столь серьезное заведение было своего рода испытанием для него. Но не могло же привыкание к педагогу идти уже второй год? Конечно же нет, и парень сам это прекрасно осознавал. А вот от чего это состояние никак не хотело проходить, он не понимал. Как-то его друг после очередных излияний Руизы по поводу страха перед учителем, в шутку предположил, что Руиза просто не ровно дышит к своему сенсею, и сам не хочет признавать сей позорный факт. Руиза тогда очень смутился от этих слов, но почему-то не стал ничего отрицать, лишь загадочно улыбнулся, смущенно опустив глаза. Ведь молодой учитель был красив, прекрасно играл на рояле, всегда хорошо выглядел, был очень приветлив с учениками, но если вдруг он замечал что-то кто-то плохо занимается, то пощады от него можно было не ждать. Тем более, учитель хорошо относился именно к Руизе, часто хвалил его, но вот если случалось нечто такое, что было только что на уроке, то учитель свирепел и ругал бедного ученика на чем свет стоит. Руиза до сих пор не мог понять, как такой милый учитель может так сильно кричать. Иногда даже страшно становилось от его воплей. Ну и конечно, как это не удивительно, в училище Хиде-зоу-сенсей считался одним из самых сильных преподавателей, несмотря на свою молодость. К нему стремились попасть многие, но некоторые, не выдержав напора и требований учителя, уходили из его класса к другим преподавателям. Руиза уходить не стремился, ему нравилось в учителе абсолютно все, и даже его ругань не так сильно обижала, но все же если бы Хиде–зоу не был так привлекателен, то возможно Руиза не был бы так не внимателен на уроке и заниматься было бы гораздо проще. Пожалуй, это единственное, что пока могло несколько смутить юного пианиста. Но учитель не менялся, а казалось только становился лучше с каждым днем, а Руиза с каждым уроком все хуже и хуже играл, чем вызывал все новые вспышки преподавательского гнева.
Руиза тяжело вздохнул и, поднявшись с дивана, поплелся домой. Следующий урок должен был быть уже через день, а выучить предстояло многое.
Глава 2
- Ну сколько уже можно заниматься? – обратился к Руизе его лучший друг Тсунехито. Он уже час слонялся по большому классу, освещенному теплыми лучами утреннего солнца, и беспрестанно ныл. Но Руиза казалось его не замечал, увлеченный лишь своей игрой. С прикрытыми глазами, сжатыми в какой-то горькой улыбке губами, он был поглощен лишь звуками, извлекаемыми его пальцами. Они заставляли сладко замирать сердце, плакать, мечтать о чем-то совершенно недосягаемом, помогали забыть на время о земных заботах, перенося куда-то в другую сферу, где правят чувства, а не быт и суета. То, с какой страстью Руиза отдавался музыке, иногда даже могло пугать. Когда этот юный пианист садился за инструмент, то для него переставал существовать окружающий мир. Только рояль и музыка, и конечно же — сам исполнитель.
Когда последний аккорд замер где-то в глубине рояля, Руиза еще некоторое время сидел молча и неподвижно. Из этого состояния его вывел голос друга:
- Ру, ну я понимаю, что ты у нас маленький гений, но я уже есть хочу. Ты пришел сюда к восьми утра, а сейчас одиннадцать, да еще и меня заставил слушать тебя все эти три часа. Я устал. Ты итак все сыграешь на уроке, не переживай. Сенсей будет в восторге.
- Ну вот, – Руиза приоткрыл глаза и сердито взглянул ну друга, – испортил красоту момента! Эх ты, Тсуне. Черствая ты душа, – и он поднялся со стула, закрыв крышку рояля и аккуратно убирая ноты в папку.
- Да ладно тебе, не сердись, пошли лучше чаю выпьем. Тебе как раз нужно подкрепиться перед уроком.
– О,а кстати вот и твой учитель идет, – Тсунехито указал рукой за распахнутое настежь окно.
Руиза подошел к нему и выглянул на улицу.
- И правда, – тихо сказал юноша, будто самому себе.
По аллее, ведущей к зданию училища, неспеша шел Хиде-зоу и оживленно разговаривал с кем-то по телефону. Мужчина как всегда прекрасно выглядел, его улыбка была такой светлой, что самому хотелось улыбаться, глядя на него. Руиза невольно засмотрелся на своего учителя, любуясь его высокой стройной фигурой, облаченной в черный строгий костюм, его блестящими от солнца волосами, тонкими пальцами, сжимающими телефон.
- О, да ты точно запал на него, – Руиза почувствовал, как друг толкнул локтем его бок и даже вздрогнул от неожиданности. – Смотришь, прям не отрываясь!
- Да брось ты, ничего я не запал, – юноша отошел от окна и отвернулся от Тсунехито, пытаясь скрыть свое смущение. Но ему это плохо удавалось. Тем более, что друг его был очень наблюдательным.
- Да не красней ты так, ну что с того, что тебе нравится твой учитель? – совершенно спокойным тоном продолжил Тсуне. – У тебя ведь уже была девушка, ты с ней встречался месяца три и вы расстались, и со второй так же было. Вот и пора видно тебе на мужской пол переходить, – Тсунехито хитро прищурился и подмигнул другу.
- Да что ты несешь! – щеки Руизы совсем раскраснелись, и даже шея чуть порозовела.
"Как Тсуне может такое говорить" — пронеслось в голове Руизы. — "Ведь я и сам не понимаю, что у меня к Хиде-зоу. От чего я так смущаюсь на уроке, когда он касается меня, и мне снова и снова хочется смотреть на него и слушать его голос?" – спрашивал сам себя парень. Он немного удивился, что вдруг стал мысленно называть учителя по имени. Ведь до недавнего времени он говорил о преподавателе пусть даже в мыслях, очень уважительно и не иначе как сенсей не называл. А тут...
"Что-то здесь не так" – Руиза вдруг сам запаниковал. Нет, его совсем не пугал факт влюбленности в учителя, но в то же время он не мог с уверенностью сказать, что действительно что-то серьезное поселилось в его душе по отношению к Хиде-зоу.
- Ох...я сам запутался, – вслух сказал Руиза, снова подойдя к окну. – Понимаешь, — обратился он к другу, - я не влюбился, просто... – вдруг голос Руизы осекся, а на его красивом лице застыло сердитое выражение. Тсунехито вопросительно посмотрел на друга и подошел к окну, чтобы понять, что же заставило замолчать его. На улице, посреди все той же аллеи, стоял Хиде-зоу и разговаривал с мальчишкой с первого курса. Все его знали. Это был скрипач Бо. Маленький, вертлявый, неимоверно талантливый и высокомерный. Казалось, он был любимцем всех учителей без исключения, а Хиде-зоу-сенсей аккомпанировал ему как-то на одном из концертов, когда основной концертмейстер класса скрипачей заболел. С тех пор учитель всегда разговаривал с Бо, если встречал его по дороге, расспрашивая о делах, занятиях и концертах. Со стороны можно было подумать, что они отличные друзья, несмотря на разницу в их статусах. Руиза увидел, как Хиде-зоу потрепал мальчика по щеке и что-то сказал, ласково улыбнувшись. Бо улыбнулся в ответ и опустил глаза.
- Ах, ты черт! – ругнулся Руиза. – Что это они там...
- Ну вот, – сказал Тсунехито, – а говоришь не запал. Как приревновал-то, аж побагровел весь, – Тсуне уже откровенно дурачился. Ему было весело смотреть, как его всегда уравновешенный друг злится из-за такой мелочи.
- Не запал я, – раздраженно вскрикнул Руиза, – просто я... – и тут ему вдруг все стало ясно. В тот момент, когда Бо, прощаясь с учителем, поднялся на носочки и что-то шепнул тому на ухо, а Хиде-зоу рассмеялся в ответ, Руиза понял, что же происходит с ним. Коварная улыбка заиграла на его тонких губах, он пригладил ладонью свои светлые волосы и, усмехнувшись, сказал, провожая взглядом удаляющегося скрипача:
- Просто я хочу быть любимым учеником Хиде-зоу-сенсея. Только я, а не какие-нибудь скрипачи.
- Ты итак его любимчик. Это все знают, – Тсуне захлопал глазами, совершенно не понимая, что происходит и что вдруг нашло на его друга.
- Ты и правда не понял. Я хочу быть его любимым учеником во всем, – Руиза выдержал паузу, а потом чуть тише добавил. — Не только в игре на рояле, – и, подмигнув другу, он вылетел из класса, оставив Тсуне в полнейшем замешательстве.
- Эй, подожди! Объясни, что происходит! — Тсунехито кинулся вслед за ним, но Руиза умчался в неизвестном направлении, забыв обо всем. Сейчас его волновал лишь ответ, на его вопрос, так давно терзавший его разум. Руиза улыбался, почти бегом несясь по коридору. Бурная радость охватила его юное сердце, когда он наконец все осознал. Не страх сидел в нем все эти два года, не робость и неуверенность, а тщеславие и желание быть идеальным во всем, быть всегда первым. Он понял наконец, что ему мало просто похвалы учителя, мало его внимания, он не может быть удовлетворен простым учебным процессом, а уж о том, чтобы на него кричали на уроке — речи вообще не может идти.
"Если я такой шикарный пианист, как мне все говорят" – думал юноша – "то я хочу, чтобы сенсей заметил меня еще и как парня, чтобы он обратил на меня свое внимание. Я хочу, чтобы когда он касался меня, то дольше задерживал свои ладони на моих плечах, чтобы его «опусти, не напрягай плечи» было лишь поводом лишний раз провести рукой по моему телу. Я хочу, чтобы он влюбился в меня, чтобы только я занимал все его мысли".
Руиза был уверен в том, что если бы учитель был не равнодушен к нему, то вся робость бы исчезла, он был бы уверен, что все, что он делает на уроке, нравится его педагогу. О, сколько бы артистизма в нем появилось бы сразу, сколько бы выразительности приобрело его игра.
Руиза хотел воплотить в жизнь эту рискованную затею, ему казалось, что это именно то, что не хватает его игре. Страсть, жар, переплетение звуков, сводящих с ума. Клавиши, пылающие от прикосновения его ладоней, сердца слушателей, замирающие от мелодии, рожденной его пальцами. И всё вдохновение только для учителя, только для него играть будто бы в последний раз, только ему отдавать всего себя, только ради него заниматься сутками и не спать, развивая свой талант.Только для него, а взамен... Взамен -всё внимание учителя и его чувства.
Руизе стало жарко от этих мыслей. Вот так вот юная, слегка запутавшаяся душа, придумала целую историю за несколько минут. Вот так вот просто нарисовала идеальную картину своего будущего. Так и не признав того, что влюблен, этот наивный мальчик просто хотел потешить свое самолюбие, удовлетворить огонь, пылающий в сердце, подчинить, заставить полюбить себя, заставить плакать от своей игры и от самого себя. Чтобы люди, а конкретнее один единственный человек сходил с ума, услышав его игру. Ради этого, Руиза готов был заниматься сутками и не спать, ради этого он готов был принести себя в жертву. Настолько ему хотелось быть первым и идеальным. А на деле, он просто сам себе боялся признаться, что давно влюблен в Хиде-зоу тихой и робкой любовью. С самых вступительных экзаменов, когда его будущий учитель подошел к нему и, ласково погладив по голове, тихо сказал:
-Не волнуйся, все будет хорошо. Я слышал, как ты играешь, и у тебя все получится.
Руиза тогда посмотрел на Хиде-зоу немного испуганно. Но потом, уже в классе, в котором проходил экзамен, забывшись от волнения, с покрытым испариной лбом, с дрожащими руками, Руиза играл свою вступительную программу, видя боковым зрением легкую улыбку Хиде-зоу, который видимо изо всех сил пытался подбодрить такого талантливого, но такого робкого мальчика. И это ему удавалось. Руиза понимал, что этот молодой учитель оставил странный след в его душе за какие-то несколько часов. А потом он узнал, что прошел вступительные испытания, и что теперь его преподаватель тот самый Хиде-зоу, подбадривающий перед экзаменом...
А потом был долгий первый курс и бесконечная робость и печаль, когда учитель вдруг ругался на него, и такая же бесконечная ликующая радость, от теплых слов учителя.Потом потянулась череда бесконечных конкурсов и только первые места, только высшие оценки. О Руизе стали говорить, как о молодом таланте. Он был счастлив и благодарил учителя за то, что он из него сделал такого прекрасного пианиста. Восхищение своим учителем стало у Руизы просто фанатичным.
А теперь мальчику захотелось ответной реакции. От робости вдруг не осталось и следа. Назвав свою влюбленность как угодно, только не так как следует, Руиза был неимоверно рад тому,что наконец понимает, в чем же все-таки дело. Бурлящая молодая кровь не давала спокойно обдумать все, скрывая светлые истинные чувства за маской тщеславия.
"Как же это я раньше не додумался! О какой влюбленности может идти речь? Но если только совсем чуть-чуть" – сказал сам себе Руиза.
"Я ведь лучший, значит должен быть лучшим во всем!" – вспомнив последний урок и то, как на него кричал его педагог, Руиза поморщился и на миг ему показалось, что вся его только что выстроенная теория рушится. Но, взяв себя в руки, и лукаво улыбнувшись, он направился в сторону класса, тихо добавив:
- Мы еще посмотрим, чья возьмет!
Глава 3
В класс Руиза вошел с улыбкой и громко поздоровался:
- Доброе утро, сенсей.
Хиде-зоу, поливавший в этот момент цветы на подоконнике, чуть не выронил из рук лейку от неожиданно громкого приветствия своего ученика.
- Здравствуй, Руиза, – обернувшись, учитель слегка улыбнулся и отошел от окна, садясь на длинный диван в углу класса, на ходу спросив:
- Я надеюсь, ты учел все замечания прошлого урока и хорошо позанимался?
- Конечно, сенсей, – Руиза сел за инструмент и, расстегнув рукава своей рубашки, стал их медленно закатывать. Сначала один, потом другой, искоса поглядывая на учителя.
- Руиза, это можно было сделать за дверью – резко сказал Хиде-зоу – Сколько раз я просил приходить в класс уже разыгранным, с теплыми руками, с закатанными рукавами, со снятыми кофтами или что там еще тебе надо сделать перед уроком. Здесь ты должен быть сосредоточен только на музыке, а не на рукавах рубашки и на том, как бы подготовить самого себя к игре.
Руиза удивленно взглянул на учителя, и встретившись со строгим взглядом его зеленоватых глаз, закусил губу.
-Вот же ж, фак! – пронеслось в голове юноши – Как же я мог забыть про это. Учитель терпеть не может, когда за роялем начинают шебуршиться, а не играть. Бля... Провал, Руиза, полный провал. Минус один тебе. Хренов соблазнитель – говорил сам себе парень. Он опустил глаза и не знал, что теперь делать. Опять он почти что вывел из себя учителя.
-Кажется, я действительно ошибся в своей теории – подумал он. -Хрен он в меня влюбится, можно даже не мечтать и забить на эту идею. А с робостью, я как-нибудь справлюсь, да и с влюбленностью своей тоже. Стоп! Я сказал влюбленностью?! – Руиза сам был в ужасе от своих мыслей – Что же теперь делать-то...Что ж меня кидает-то в разные стороны и в разные настроения.
-Я долго буду ждать, Руи? Не испытывай мое терпение! Ты у меня не один в классе! – учитель снова начал возмущаться, выводя Руизу из его не приятных мыслей. Хиде-зоу скрестил руки на груди и, не отрываясь смотрел на своего ученика тяжелым взглядом.
-Простите меня, сенсей, простите, я просто... – Руиза резко встал из-за рояля, и не нашел ничего другого, как тихо спросить:
-Можно я пойду вымою руки? – и не дожидаясь ответа, вылетел из класса.
-Да что с ним такое – вслух сказал Хиде-зоу – Неужели его так выбил из колеи прошлый урок? Так я и раньше позволял себе кричать на него. Или гордость заиграла и звездная болезнь наступила? Типа такой крутой пианист, а учитель отсчитывает, как маленького. Хм... Вполне возможно, ведь он действительно очень талантлив. Да и вообще очень милый мальчик. Но что-то он странный сегодня. Он никогда не позволял себе такой расхлябанности на уроке. Он, пожалуй, был единственным до сегодняшнего дня, который свято выполнял все мои просьбы относительно поведения на уроке. Ох, Руи, что же с тобой происходит? И еще именно сегодня его придет прослушивать председатель судейской комиссии Международного Конкурса, на котором ему играть уже скоро. Черт... А если он провалится? – Хиде-зоу встал с дивана и принялся расхаживать по классу, будто разозленный тигр в клетке. Ему было неясно, что произошло с его учеником. Этот странный взгляд, это громкое приветствие. Черт, – ругнулся Хиде – да я просто сам себя накрутил. Все в порядке. Просто мальчик расстроился из-за прошлого урока. Видимо его терпение кончилось ко второму курсу. Ладно, буду с ним поласковее – и Хиде-зоу снова сел на диван, пытаясь унять свое беспокойство. Ведь ему тоже было очень печально видеть, как его лучший ученик, его надежда, да и в общем-то надежда всего фортепианного отдела училища, вдруг начинает валять дурака по не понятным причинам.
А Руиза в это время стоял в одном из туалетов училища и опершись руками о холодную раковину, разглядывал себя в зеркало.
-Идиот! Настоящий идиот! – ругал сам себя парень – Задумать такое, это же глупость. Будет учитель подставлять себя, и показывать мне свои чувства? Да хрен там был. А я...такой дурак наивный. Хотел это, да и сейчас хочу. Мне так хочется быть лучшим для него. Самым любимым учеником, самым талантливым, чтобы он гордился мной – на глазах Руизы заблестели слезы, но парень грубым движением стер их.
-Я так хочу, чтобы он перестал меня ругать, перестал возмущаться, я ведь все делаю для этого, а он...Я наверное бездарность – начал заниматься самоедством Руиза, сам однако совершенно не считая себя бестолковым.
-Что же делать? – спросил вслух Руиза у своего отражения. И тут же сам себе ответил:
-А ничего не делать. Хочешь быть любимым учеником – занимайся. Хочешь быть еще и просто любимым – забудь и успокойся. Это провальная идея. Люби себе тихо и не кому не говори об этом.
Руиза ошалело смотрел сам на себя, не понимая, как же может быть так, что за один день столько было намечено и столько же провалено, если не больше. Он понял, что рассчитывать на что – либо не стоит, просто надо заниматься, и хорошо играть. Учитель гордится его успехами, следовательно подводить его нельзя, а огорчать тем более. А вот если Хиде-зоу увидит, что мальчик изо всех сил старается то возможно... Да не будет этого – перебил свои мысли Руиза. А вдруг? – тут же перебил его внутренний голос. Вдруг...ну конечно все может быть. Но... – Руиза медленно вышел из туалета, понимая, что слишком долго пробыл здесь и учитель, наверное, волнуется, хотя нет – он, наверное уже в бешенстве. Юноша тихо приоткрыл дверь и заглянул в класс, Хиде-зоу сидел на диване, все в той же позе, со скрещенными руками на груди. Увидев Руизу, он подозвал его к себе.
-Присядь – тихо сказал учитель – и послушай меня.
Руиза сел на самый край дивана и, не глядя на Хиде-зоу, приготовился слушать.
-Руи, я понимаю, что в прошлый раз у нас был не совсем хороший урок, но это не повод для расслабления. Не повод для огорчения. Это лишь повод лишний раз позаниматься, причем с головой и думая, а не просто наяривая подряд все произведения. Ты понимаешь, о чем я?
-Да – тихо ответил Руиза, вдруг почувствовав как теплая ладонь учителя накрывает его собственную ладонь и тихонько сжимает ее.
-Руи, не волнуйся ты так. Все будет хорошо. Я же вижу, как ты стараешься, просто и ты должен меня понять, я все-таки переживаю за тебя и за твою игру. Ты талантлив, и я хочу, чтоб у тебя все получилось, поэтому и требую многого – Хиде-зоу послал ученику ободряющую улыбку, но Руиза уже почти не слушал его, стараясь запомнить это потрясающее ощущение, когда рука сенсея накрыла его ладонь. Так тепло, так приятно и хорошо. Всегда бы так.
-Тем более тебе на конкурсе скоро играть, и я бы хотел, чтобы ты показал себя с лучшей стороны – продолжил говорить учитель.
Руиза повернул свою голову и грустно улыбнулся:
-Я не подведу вас, сенсей.
-Вот и замечательно, тем более тебя сегодня придет слушать глава судейского комитета. Так что покажи себя, покажи то, чему ты научился за это долгое время.
Руиза встал и подошел к роялю, садясь за него.
-Прослушивание? А вот это внезапно. Но я не подведу. Я должен занять первое место на этом конкурсе, во чтобы то ни стало. Тогда Хиде-зоу будет очень доволен мной, и тогда возможно... Точно! Вот так я и сделаю! – Руизой снова овладело то радостное щемящее чувство, и он прикрыв глаза, начал играть, упиваясь каждой нотой, каждым звуком. Он не видел своего учителя, но чувствовал, как тот слегка улыбается, слушая своего ученика.
-Наслаждайтесь, сенсей. Жаль, что пока только музыкой могу доставить вам удовольствие – пронеслось в голове Руизы.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:37 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 4
-Ну, что скажете, Камуи-сенсей? – Хиде-зоу обратился к сидящему рядом с ним мужчине, после того, как Руиза отыграл всю конкурсную программу. Тот немного помолчал, а потом, покачав головой, четко произнес:
-Это было очень хорошо, но естественно, что даже при такой отличной игре, все это требует кропотливой и очень внимательной работы.
Услышав эти слова, Руиза облегченно вздохнул, только сейчас заметив, что кончики его пальцев чуть подрагивают от только что пережитого волнения. Естественно, во время игры, он этого не заметил, так как был очень увлечен процессом и хотел произвести должное впечатление на председателя жюри. Когда Камуи-сенсей только вошел в класс и Руиза представился ему, осознание того, что плохо играть совершенно не позволительно пришло моментально. Уже тогда, когда этот красивый, высокий мужчина сел напротив рояля, скользнув холодным взглядом по рукам юного пианиста, а затем и по нему самому, Руиза вдруг понял, что начинает жутко волноваться. Ему даже стало немного не по себе. И только теплый взгляд Хиде-зоу ободрил его и помог справиться с напряжением, чтобы сыграть свои произведения так хорошо, как он только мог.
И вот теперь он достойно справился с этой задачей и сидел скромно опустив глаза, но жадно ловя каждое слово, произнесенное Камуи-сенсеем и Хиде-зоу.
-Я думаю, у тебя все шансы одержать победу на этом конкурсе – донеслось до Руизы,и он подняв голову, встретился взглядом с Камуи. Тот улыбался своими тонкими немного бледными губами, пристально смотря на парня.
-Благодарю, — Руиза встал из-за рояля и поклонился.
Вдруг у Хиде-зоу зазвонил телефон, и учитель извинившись, вышел из класса. Руиза снова сел за инструмент и немного смутился, так как не знал, стоит ли заговорить с незнакомым учителем о чем-нибудь или лучше промолчать. Его сомнения развеял сам Камуи. Он подошел к Руизе и взяв с пюпитра ноты, лениво пролистал их.
-А ты молодец, Руиза – сказал он – сложные произведения играешь.
-Спасибо, сенсей.
-Не благодари! Просто меня удивляет, что ты еще такой юный музыкант, а будешь играть на серьезном конкурсе, там ведь уже взрослые люди будут соперничать. Ты проходишь по самой первой категории, как самый молодой. Тебе ведь уже есть двадцать?
-Да. Исполнилось уже – тихо ответил Руиза. Он почему–то робел и не мог посмотреть в глаза Камуи. От этого учителя исходила уверенность, чувствовалась твердость характера, может даже какое-то легкое пренебрежение к остальным. Казалось, он настолько уверен в себе, что допустить возможность совершения каких-либо промахов со своей стороны, он просто не позволит. Руиза искоса взглянул на учителя, тот по-прежнему улыбался. Сейчас мальчик просто не мог понять, как ему удалось сыграть все без ошибок и не сбиться, ощущая на себе этот холодный пристальный взгляд. Казалось, Камуи изучает каждую черточку в лице Руизы и делает какие-то только ему известные выводы. Вдруг он усмехнулся, Руиза немного испуганно взглянул на него.
-Ты так робеешь, что аж смех берет – сказал учитель и потрепав Руизу по плечу спросил –Я что, такой страшный? Ты меня боишься? – и он скрестил руки на груди.
-Нет, не боюсь – ответил Руиза и наконец-то прямо взглянул на учителя.
-Тогда перестань мямлить, а лучше сыграй мне еще что-нибудь, а то твой учитель видимо надолго ушел – предложил Камуи, становясь рядом с роялем.
Руиза кивнул и начал играть.
-Нет, нет, нет! Совсем не так! – практически сразу остановил его голос учителя – здесь надо играть нежнее, а не колотить как молотком по доске. Понимаешь? – Камуи наклонился к мальчику и положив поверх его ладони свою руку тихо прошептал:
-Прикосновение к клавишам в этом месте должно быть невесомым, нежным, будто ветер листья пошевелил и тут же улетел. Ты чувствуешь? – рука учителя еле касалась ладони Руизы.
Мальчик кивнул, ему показалось странным поведение учителя, точнее даже не поведение, а его методика преподавания. Хиде-зоу редко подходил к своим ученикам, предпочитая руководить процессом со стороны, а не из-за спины ученика, считая, что таким образом может лишь помешать, а не помочь. А Камуи-сенсей, напротив, готов был обволакивать своих подопечных словами, направлять им руки, помогать движению корпуса, ну и конечно же говорить замечания над самым ухом. Руиза почувствовал, что взмок. Ему стало невыносимо жарко и захотелось ослабить ворот рубашки, настолько напряженным было его состояние. Он чувствовал, как из-под его пальцев льется совсем иная мелодия, с новыми ощущениями, новым наполнением и выразительностью, смешиваясь с тихим голосом Камуи:
-Да, Руиза, ты все правильно понял – продолжал учитель свои увещевания — а теперь расслабься, ты слишком напряжен – и Камуи положил свои руки на плечи мальчика. Но Руиза естественно, не мог особо расслабиться, так как волнение давало о себе знать. Он понимал, почему Камуи-сенсея считают одним из самых лучших учителей в Токио, но вот как ученики этого прославленного педагога выдерживают такое напряжение на уроке, он не мог понять. Камуи требовал многого и за малое время. Пока Хиде-зоу отсутствовал, Руиза успел сыграть лишь первые два такта своего произведения, так как Камуи был недоволен всем и требовал моментального устранения ошибки. Когда Хиде-зоу наконец-то вернулся в класс, он не мог не заметить, что его ученик выглядит очень уставшим и даже измученным. Он вопросительно посмотрел на Камуи, а тот, разведя руками спросил:
-Сенсей, вы же не против, что я немного позанимался с вашим учеником, все-таки ему на конкурсе играть.
В ответ на это Хиде-зоу лишь улыбнулся, ответив, что для него это большая честь, отдать своего ученика пусть и ненадолго в такие замечательные руки.
Руиза ухмыльнулся, вспомнив эти «замечательные руки» на своих плечах, но этого никто не заметил.
В целом прослушивание прошло очень хорошо, но Руиза все еще был под впечатлением от импровизированного урока с Камуи-сенсеем. Он стоял во дворе училища, прислонившись спиной к большому дереву, вспоминая недавние события. Руиза не понимал, что именно произвело на него столь сильное впечатление. Ему понравилось ощущать так близко чужие руки, которые так талантливо владеют инструментом, извлекая из него потрясающие звуки, это было чем-то невероятным. Хотелось заниматься еще больше, чтобы так же мастерски владеть всеми приемами игры и уже наслаждаться музыкой, а не вымучивать из пальцев, не получающиеся пассажи.
-Ах, если бы взять еще пару уроков, у этого Камуи, то я бы точно получил первое место на конкурсе, и Хиде-зоу гордился бы мной – пронеслось в голове Руизы.
Его мысли вновь унеслись к своему учителю. И в тот момент, когда мечты мальчика стали уже более откровенными, чем в предыдущие дни, он почувствовал прикосновение к своему плечу. Вздрогнув от неожиданности, он открыл глаза и уставился прямо перед собой, стараясь отогнать все предыдущие мысли и сосредоточиться. Какого же было его удивление, когда он увидел рядом с собой Камуи.
-Извините, сенсей, я не заметил вас – сказал Руиза, понимания, что несет полный бред, ибо заметить кого-либо с закрытыми глазами, верх идиотизма.
-Да ты и не услышал, как я подходил – добавил Камуи – о чем это ты замечтался? – хитро прищурившись, спросил он. Руиза покраснел и ничего не ответил, вспоминая свои недавние мысли. Вне класса, Камуи перестал казаться таким уж страшным и пафосным учителем, его глаза казались гораздо добрее. Он с улыбкой смотрел на Руизу, вертя в руках солнечные очки и ожидал ответа на свой вопрос, а потом вдруг спросил:
-А знаешь, чего действительно не хватает твоей игре при всем таланте?
Руиза вопросительно посмотрел на учителя, а тот наклонившись к самому уху, шепотом произнес:
-Ты взрослый мальчик, поэтому тебе это можно сказать. Я уверен,что ты поймешь меня правильно.
Руиза напрягся, ожидая, чем же на этот раз удивит его учитель.
-Ты очень зажат, ты не отдаешься музыке и не берешь ее. Знаешь, Руи, в каждой музыке есть оргазм, так найди и получи его – и сенсей, подмигнув ошарашенному Руизе пошел прочь, что-то напевая.
-Вот это да... – пронеслось в голове парня. Он смущенно улыбнулся и тихим шепотом добавил:
-Найти и получить... Легко сказать. Без Хиде-зоу–сенсея, мне не справиться со столь сложной задачей.
Руиза ухмыльнулся и глядя вслед удаляющемуся Камуи произнес:
-Благодарю, Камуи-сенсей, за такой ценный совет. Теперь я знаю, что нужно делать на уроке. Вы просто открыли мне глаза – и Руиза зашагал прочь от училища в сторону своего дома.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:38 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 5
С самого утра, не переставая, лил дождь. С громким стуком его холодные капли разбивались об оконное стекло и быстрыми дорожками стекали вниз. Небо, затянутое серыми тучами низко нависало над залитой лужами дорогой. Пытаясь справиться с жуткой сонливостью, Руиза сидел за роялем и никак не мог начать заниматься. Он поднялся очень рано, так как времени до конкурса оставалось мало, а программа еще оставляла желать лучшего. Глядя в окно, залитое дождем, хотелось лишь одного –лечь в теплую кровать и заснуть до самого вечера. Но занятия отменять никто не собирался. А следовательно в ближайшее время Руизе предстояло выйти на улицу и пойти в училище на урок.
-Как же все лень... Как же хочется спать – пронеслось в голове парня, и он не решительно взял первые звуки, поморщившись от слишком громкого, как ему показалось звучания клавиш.
-Соберись! Давай, Руи, ты же можешь! – вслух сказал сам себе пианист, но даже собственные увещевания с трудом могли помочь ему. Вдруг тишину квартиры нарушил звонок телефона. Руиза поднялся со стула, не понимая, кто мог позвонить в такую рань.
-Да – тихо сказал он, сняв трубку.
-Руиза, это учитель – на том конце провода послышался голос Хиде-зоу. Руизе показался странным его тембр, слишком хриплый и низкий.
-Да, я вас слушаю. Что случилось? – спросил Руиза.
-Я приболел тут немного – ответил Хиде-зоу, и чихнул, будто подтверждая свои слова.
-О.... – у Руизы вырвался взволнованный вздох – Как же вы так? Сенсей, я надеюсь, ничего серьезного?
-Нет, не волнуйся,— Хиде-зоу говорил тихо, и было не привычно слышать таким его голос, который обычно был громким и бодрым и даже немного строгим.
–Так как у тебя конкурс, и занятия пропускать совершенно непростительно, а я тут совсем некстати заболел, то у меня для тебя все же есть хорошая новость – продолжил учитель.
Руиза с интересом слушал.
-Я попросил Камуи-сенсея заменить меня на эту неделю, а может и на больший срок если это потребуется. И он согласился, так что не переживай, занятия твои не пропадут, а даже наоборот будут чаще и продуктивнее. Ведь это очень полезно позаниматься с ним, тем более, что он сидит в жюри конкурса.
-Спасибо, сенсей! – Руизу охватила неимоверная радость, после услышанного. Но он тут же осекся, вспомнив причину этой неожиданной удачи и поспешно добавил – Вы только поправляйтесь скорее, сенсей. Я буду вас ждать, и я не подведу вас – Руизе искренне было жаль Хиде-зоу, который вдруг так неожиданно заболел, но радость от предстоящих уроков с Камуи просто не могла не вырваться наружу. И он еще раз пожелав скорейшего выздоровления Хиде-зоу опустил трубку и помчался к роялю учить то, что по его мнению было еще далеко до совершенства.
-А вот и то, что поможет мне завоевать доверие и уважение Хиде — думал Руиза — теперь я уж точно смогу выступить достойно. Камуи-сенсей, все для этого сделает. Главное, хорошо позаниматься и первое место у меня в кармане.
Но мечтам Руизы не суждено было осуществиться настолько быстро. Вечером того же дня, в который произошел разговор с Хиде, Руиза отправился домой к Камуи на урок. Выйдя оттуда через два часа и со слезами на глазах, парень подумал, что проще пойти утопиться и отказаться от конкурса и мечтаний об учителе, чем слушать неимоверно едкие замечания Камуи, который не стесняясь выражений критиковал игру Руизы. Мальчик не ожидал такого. Он совершенно не мог понять, почему и за что его так сильно ругает учитель. Будто два совершенно разных человека предстали перед ним. Тот, кто прослушивал его и тот, кто сейчас учил – совершенно не были похожи. Камуи занимался с Руизой каждый день и мальчик просто падал от усталости, когда приходил домой. Руиза плакал после каждого урока и мечтал поскорее о том, что снова вернется к занятиям с Хиде, но тот напротив, еще сильнее разболелся и слег в больницу с воспалением легких. Поэтому уроки с Камуи могли затянуться еще как минимум на пару недель, а то и больше. Руиза страшно огорчился, тем более, что Камуи совершенно не хотел смягчать свои требования или высказывать замечания более спокойно. Но вот на одном из уроков, произошло совершенно непредвиденное обстоятельство, заставившее Руизу крепко задуматься о том, стоит ли вообще продолжать уроки у Камуи-сенсея.
Сначала, все шло как обычно. Руиза играл на шикарном рояле учителя, испытывая неимоверное удовольствие касаясь гладких, будто отполированных клавиш. А сам Камуи сидел неподалеку и внимательно слушал ученика. Вдруг Руиза сбился. Это был совершенно беспрецедентный случай, так как он никогда не сбивался и не забывал произведения. От произошедшего, Руиза побледнел и глядя на клавиатуру, совершенно не мог сообразить, от какого места начать и стоит ли вообще продолжать. Он неуверенно коснулся нескольких клавиш и понял, что не сможет продолжить, так как напрочь забыл текст произведения. Почувствовав свое бессилие, Руиза испуганно посмотрел на Камуи, который сидел нахмурившись. На глаза накатились слезы, и Руиза положив руки на клавиши опустился на них лицом, сотрясаясь в беззвучном плаче. Он уже не мог владеть собой и чувствовал, что сейчас у него начнется истерика от усталости, от бессилия, от волнения за Хиде, который бы наверняка расстроился, узнай он как его ученик занимается на уроке. Руиза начал плакать громче, совершенно не заботясь о том, что на него смотрит учитель. Ему было уже все равно, пусть хоть выгонит сейчас, пусть накричит и обругает, но он просто не может больше заниматься в таком режиме. Он даже ни разу еще не сходил в больницу к Хиде, чтобы навестить его, так как все свое время тратил на занятия.
-Достало... – прошептал Руиза и почувствовал на своих плечах руки учителя.
-Ну, ты чего это вдруг – голос Камуи вдруг потеплел, исчезли стальные нотки и казалось, что он совсем не сердится на ученика. Руиза повернул к нему свое лицо и тихо сказал:
-Простите, сенсей, простите меня. Я просто... – он не в силах был произнести слово « устал», и поймал себя на мысли, что постоянно оправдывается. Камуи будто прочитав его мысли добавил:
-Не переживай, Руи. Со всеми бывает. Ты устал и утомился. Тебе, наверное, пора отдохнуть.
-О нет, не надо. Я позанимаюсь, и все будет в порядке – ответил парень, чуть всхлипнув, но его осек голос учителя, снова ставший резким:
-Нет, тебе нужно отдохнуть. Я настаиваю. Так как я сам тебя довел до подобного, так что не спорь и пошли выпьем чаю.
-Благодарю, но я лучше пойду – ответил Руиза, вставая со стула, но крепкие руки вновь усадили его на место.
-Если я сказал, что ты будешь отдыхать, значит так тому и быть и не смей со мной спорить – Камуи вновь стал тем Камуи, которым был всегда. Руиза тяжело вздохнул и кивнул в знак немого согласия с учителем. Вскоре тот позвал его на кухню и усадил за стол.
-Кстати, ты не против, если я налью себе саке? Тебе не предлагаю, ибо спаивать учеников не в моих правилах.
Руиза усмехнулся:
-Как пожелаете, сенсей.
Руизе показалось забавным то, что учитель всегда бывает такой строгий и даже злой, когда находится рядом с роялем, а когда нет – то оказывается вполне добрым и милым человеком. Это он заметил еще тогда, когда стоял в парке возле дерева, мечтая о Хиде.
-О чем задумался? – Камуи с улыбкой смотрел на ученика. А потом не дожидаясь ответа сказал:
-Руи, ты должен привыкнуть к тому, что я очень строг на уроке. И ты не должен плакать и расстраиваться. Я требую многого, потому что ты неимоверно талантлив – при этих словах на щеках Руизы выступил румянец, но учитель продолжал, не обращая внимания на это – ты молодец, ты стараешься, но ты по-прежнему скован, а за скованность первые места не получают. Пора наконец открыться музыке – Камуи усмехнулся и протянув свою ладонь к щеке мальчика, погладил ее. Руиза отпрянул от столь неожиданных действий. Он смотрел в лицо учителя, и не понимал, что происходит. Предусмотрительно свалив такое поведение на действие саке, Руиза поспешно встал из-за стола и поспешил уйти, но крепкая рука схватила его за запястье, не давая и шагу ступить.
-Куда это ты направился, я тебя еще не отпускал – Камуи с улыбкой смотрел на Руизу, и похоже совсем не был пьян.
-Я пойду, мне еще в магазин надо зайти, а то завтра не успею – начал оправдываться Руиза, но учитель не дослушал его и усадив на стул сел перед ним на корточки.
-А теперь послушай меня, мой мальчик – начал Камуи и Руизе совсем не понравился его тон – ты кажется, хочешь первое место на конкурсе?
Руиза не понимающе смотрел на учителя, а тот продолжил.
-Я бы тогда советовал быть тебе послушнее и прекращать свои слезы на уроке. Ты талантливый пианист, и ты можешь одержать победу, но так же можешь и провалиться, ведь всякое бывает, правда? – ладонь учителя вновь скользнула по раскрасневшийся щеке ученика — а ты ведь так не хочешь расстраивать Хиде-зоу, правда?
Руиза похолодел, он начал понимать, к чему клонит Камуи.
-Сенсей, зачем вы все это говорите? – спросил Руиза, делая вид, что все еще ничего не понимает.
-Не строй из себя невинность, Руи. Ты думаешь, что сможешь меня провести? Да на тебе написано, что ты по уши влюблен в Хиде-зоу, только вот не светит тебе с ним ничего. Он ведь у нас такой серьезный... А вот я вполне могу помочь тебе. Чем послушнее ты будешь, тем удачнее будет твой конкурс. И кстати, ты наверное не в курсе, что первое место дает право без экзаменов поступить в Токийскую Консерваторию. А не об этом ли мечтаешь ты и твой ненаглядный учитель, а? – Камуи улыбался. Взгляд его красивых холодных глаз скользил по лицу мальчика, изучая каждую черточку.
-Мне кажется, будет позорно для тебя не победить – продолжил Камуи и Руиза не выдержал:
-Вы сами говорите, что я талантлив, так почему это я проиграю? Этого не произойдет, и я честно получу это место и поступлю в Консерваторию – парень с вызовом посмотрел на учителя. Тот лишь усмехнулся:
-Меня поражает твоя наивность, Руи. Если хочешь, то я могу сказать прямо. Хочешь?
Руиза лишь кивнул, злобно посмотрев на учителя.
-Ты получаешь первое место, поступаешь туда, куда собрался. Ты счастлив, учитель горд за тебя и у тебя все шансы получить его расположение. Но за все эти блага, я прошу такую ничтожную цену –Камуи наклонился к ученику и прошептал – просто будь более послушным мальчиком. Ты такой милый и красивый, твои пальчики сводят с ума, когда ты касаешься ими клавиш. Так будь умницей и порадуй меня не только своей игрой, а взамен получишь все, что пожелаешь.
-Что вы говорите? – вскрикнул Руиза – как вы можете говорить подобное? Это ведь грязный шантаж! — Руиза не понимал зачем сказал эти фразы в таких пафосных выражениях и с таким вызовом, но его пугал разговор с Камуи. Он понимал, что вокруг него смыкается кольцо каких-то совершенно диких условий, выполнением которых, он осуществит свои мечты. Руиза закусил губу и уставился в пол.
-Что же делать, черт возьми, что делать-то... – Руиза начал паниковать. Он боялся того, что сказал ему учитель. Он не хотел нечестных побед, и при всей привлекательности и обаянии Камуи, Руиза просто не мог позволить себе уступить уговорам учителя. Но когда мальчик почувствовал ладони учителя, нагло шарящие под своей футболкой, он понял, что все пути к отступлению отрезаны. И либо он сейчас сдается, либо может распрощаться со своей мечтой о музыкальной карьере и расположении Хиде.
-Ну, так что скажешь? – тихий голос учителя обжег слух Руизы, и парень попытался отстраниться от требовательных рук Камуи. Но тот только сильнее прижал ученика к себе.
-Пустите меня. Пожалуйста, пустите – Руиза почувствовал бессилие и не желание бороться. Именно в этот момент ему очень хотелось увидеть Хиде, пожаловаться ему, или просто посидеть рядом с ним, смотря на такое красивое лицо своего учителя.
-Пожалуйста, не нужно. Зачем вы так жестоки, зачем? – Руиза заплакал. Он понимал, что не сможет отказать, слишком велика цена его отказа, поэтому сил хватало лишь на горькие слезы, которые катились из его глаз и капали на колени.
-Перестань – голос Камуи был еще тише, он мягко погладил Руизу по голове – перестань плакать, Руи. Пойми меня. Мне трудно удержаться от такого соблазна, ты не представляешь, как ты прекрасен и мил. Ты ведь с ума любого сведешь. Твоя игра, твоя внешность, твоя робость и в то же время открытость. Мне трудно устоять – снова повторил учитель.
-Тогда зачем вы так со мной? – спросил Руиза, всхлипывая – если я так интересен вам, зачем вы меня мучаете и шантажируете?
-Потому что других способов быть с тобой хоть ненадолго я не знаю – честный ответ Камуи шокировал Руизу.
-Но это же цинично! Я не шлюха! А вы хотите, чтобы я продался вам за первое место на конкурсе и за поступление без экзаменов, да еще и на моих чувствах к Хиде-зоу спекулируете. Ну что, что я вам сделал? – Руизу начало трясти. Он с трудом мог себя контролировать и начал рыдать в голос.
-Если бы я был циником и жестоким, то я бы не спрашивая взял бы тебя прямо сейчас, грубо и быстро – ответил Камуи, прижимаясь своим лицом к мокрым щекам мальчика – но как видишь, я не делаю этого. И даже выбор тебе предоставил.
-Ничего себе выбор! Это шантаж самый настоящий! – вновь вскрикнул Руиза.
-Хиде, когда же ты выздоровеешь, когда же прекратится этот ад, когда я увижу тебя... – мысленно обращался Руиза к своему учителю. Мальчик не мог собраться с мыслями, настолько тяжело ему было. Он понимал, что все его мечты об учителе очень наивны, но так хотелось верить в то, что они когда-нибудь сбудутся. Так хотелось.
Из размышлений его вывел голос Камуи.
-Не противься, зачем? Ты же хочешь, чтобы Хиде был с тобой, а? – и рука учителя скользнула вниз от лица ученика к его тонкой шее и плечам.
Руиза вздрогнул и закрыл глаза. Ему было страшно. Но он не посмел останавливать учителя. Руизе стало вдруг безразлично все, что может произойти. Он хотел увидеть Хиде, рассказать ему о своих чувствах и уйти домой, чтобы в тишине думать о своей боли, не стесняясь собственных слез.
-Милый... какой же ты милый – Камуи уже скользил по шее мальчика своими пальцами, будто бы не решаясь коснуться ее ближе.
– Ты, наверное, мечтаешь, что Хиде будет так же делать с тобой, не правда ли? – руки учителя спускались все ниже. Руиза закусил губу, понимая, что от своего бессилия и усталости начинает возбуждаться против воли. От горячих рук и слов Камуи было не по себе. Учитель заметил некоторую перемену в лице Руизы и, поняв, что выбрал правильный путь, продолжил свои действия.
-Только представь, что Хиде так же будет касаться тебя, только представать это... – одна рука Камуи уже гладила живот Руизы, а вторая скользила по ноге.
-Тебе ведь хочется этого? – спросил сенсей, и Руиза не выдержав тихо застонал, вспомнив своего учителя и представляя, что это его руки сейчас так откровенно блуждают по телу.
-Тебе же нравится это, скажи мне, мой милый, — и губы Камуи невесомо коснулись губ Руизы, вовлекая в легкий совсем невинный поцелуй. Руиза не отвечал, крепко сжимая губы. Но вскоре учитель стал более настойчивым и нетерпеливым. Поцелуй стал крепче, а руки начали расстегивать джинсы Руизы. Ученик откинул голову назад и простонал в голос, понимая, что уже возбужден до предела, так как все время пока Камуи нагло исследовал его тело, он представлял на его месте Хиде-зоу, и от этого становилось все жарче.
-Я знал, что тебе понравится, мой милый – Камуи целовал живот своего ученика, мягко скользя по нему языком. Руиза нетерпеливо толкнулся навстречу этим движениям, вызвав тем самым довольную улыбку на лице учителя, который радовался своей маленькой победе. Еще на прослушивании, когда он только зашел в класс и увидел Руизу, этот мальчик привлек его внимание. Он был очень мил и прекрасно играл, все эти качества в сочетании не могли ни кого оставить равнодушным. Поэтому, когда Хиде-зоу оповестил Камуи о своей болезни и попросил позаниматься с Руизой, тот сразу же согласился. Провести несколько уроков с этим мальчиком было просто пределом мечтаний. Камуи специально доводил его каждый раз до слез своими замечаниями, ругал его и все ждал, когда же Руиза сломается. В этом не было особо злого умысла, но Камуи не мог не сделать этого, слишком сильно Руиза привлек его внимание. Редко в педагогической карьере ему встречались подобные ученики, настолько любящие музыку, да и внешне весьма привлекательные. Отсюда и шантаж и провокационные действия с его стороны. Он понимал, что не хорошо настолько сильно пугать способного ученика тем, что он провалится на конкурсе, да еще и делать акцент на том, что тот влюблен в своего учителя, но он не мог ничего с собой поделать. Камуи сложно было провести, он сразу же заметил то, с какой улыбкой смотрел Руиза на учителя, как внимательно слушал его, как старался играть хорошо. Камуи когда-то сам прошел через подобное, только вот его учитель не ответил ему взаимностью, а лишь посмеялся и посоветовал выкинуть этот юношеский бред из головы. Тогда давно, это стало настоящим ударом для юного Камуи. Но теперешнее отношение к Руизе не было местью за свою неудачную первую любовь, просто очень хотелось поверить в то, что ты можешь быть кому-то нужен. Пусть и способ был выбран не самый удачный. Поэтому Камуи старался быть предельно ласковым сейчас, когда тело Руизы было так близко. Он готов был все что угодно отдать за то, чтобы этот мальчик перестал мечтать о Хиде-зоу, а отдался ему со всей страстью, которая так или иначе была в нем сокрыта. Но Руиза только крепче сжимал свои губы, стараясь сдерживать подступавшие стоны, когда руки Камуи нагло расстегнули его черные джинсы.
-Что вы делаете, сенсей, остановитесь – снова начал Руиза, понимая, что совсем не хочет прекращения этих действий. В голове мелькали образы Хиде. Будто калейдоскоп, то появляясь, то вновь исчезая, и за всем этим яркое подступающее все ближе удовольствие.
-Ну же, не сдерживай себя, мой милый. Ты же хочешь этого – начал Камуи, сам с трудом справляясь со своим возбуждением. Но он дал себе обещание не навредить и не испугать Руизу, поэтому, закусив губу, он старался забыть о своих ощущениях. Хотя страсть так и рвалась наружу, было тяжело сдержать эти пусть и не совсем правильные порывы.
-Ты меня с ума сведешь – шептал Камуи, но Руиза вдруг резко вырвался из ослабших на мгновение рук и устремился к двери, на ходу застегивая свои джинсы. Сердце его бешено колотилось. Ему стало страшно и очень противно, так как он на какие-то мгновения поддался искушению и чуть было не отдался так легкомысленно. Его начало колотить мелкой дрожью от осознания своей беспомощности, когда он попытался дернуть ручку двери, но та не поддалась, так как все замки были закрыты, а вот где были ключи, оставалось только догадываться.
-Ну и на что ты рассчитываешь? – раздался за спиной тихий голос.
Руиза обернулся. И встретившись взглядом с Камуи опустил глаза.
-Сенсей, отпустите меня. Зачем вам все это надо? Зачем? – голос Руизы задрожал и он, прислонившись спиной к стене обессилено сполз вниз и закрыл лицо руками.
-Господи, ну я и попал – пронеслось в голове мальчика – хорошенькая цена за победу и расположение Хиде.
Руизе хотелось плюнуть на все и уйти, забыв навсегда о музыке. Но он понимал, что это был бы всего лишь порыв, он бы себе никогда не простил этого секундного малодушия. Он просто не знал, что ему делать. Но понимал лишь одно, что где-то в нескольких кварталах от него лежит в больнице Хиде-зоу, и ему наверняка плохо, и быть может не спится. Но его наверняка утешает мысль о том, что Руиза очень хорошо занимается и будет играть на конкурсе в ближайшее время. И, конечно, он надеется, что выступление ученика будет удачным, в чем сам Руиза уже начинал сомневаться.
-То есть вы хотите просто переспать со мной и все? – вдруг спросил Руиза у Камуи, будто продолжая вслух какую-то начатую и не озвученную мысль.
Тот удивленно посмотрел на ученика и присев рядом, обнял за плечи.
-Глупый... Я бы хотел этого, но заставлять не буду. Просто ты должен понимать, что если мне что-то взбредет в голову, то я непременно добьюсь этого. Так что подумай над моим предложением. Поверь, то о чем я прошу, слишком ничтожная цена за твои мечты. А теперь иди и отдыхай, но не забудь о моих словах, так как они все остаются в силе – и Камуи, швырнув на пол ключи от входной двери, удалился в гостиную. Руиза растерянно посмотрел ему вслед и вдруг крикнул громко и как-то отчаянно:
-Сенсей! Помогите мне влюбить в себя Хиде-зоу, и я сделаю все, что вы попросите.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:39 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 6
-Что? – переспросил Камуи, не оборачиваясь. Только что прозвучавшие слова, заставили его вздрогнуть, и он замер в дверном проеме.
-Значит все серьезнее, чем я думал – пронеслось в голове у учителя - Неужели, ему действительно нравится Хиде. Это же смешно...Какой-то бред, ей Богу.
Камуи не оборачивался, он стоял на месте и тяжело дышал. Только что услышанное, заставило его задуматься. Он не понимал, что такого могло произойти, что Руиза так переменился. Камуи медленно развернулся и подошел к ученику. Тот смотрел как-то мимо учителя, затуманенным взором. Казалось, в его светлых глазах должны были бы застыть слезы, но глаза Руизы оставались сухими, видимо сил на слезы больше не было.
-Руи, - Камуи опустился перед парнем на пол и взял его руку в свою. Тот не отдернул свои пальцы, но отвернул голову, будто бы не желая встретиться взглядом с учителем.
-Руиза, - снова обратился к ученику Камуи, но так и не дождавшись какого-либо ответа, продолжил:
-Как же я могу помочь тебе в твоей просьбе? Ты сам-то понимаешь, что сказал полнейшую глупость?
Руиза в ответ на это лишь неопределенно хмыкнул и резко повернул свою голову к Камуи, чуть не столкнувшись с учителем губами, настолько близко они сидели.
-Сенсей, вы несколько минут назад всячески намекали мне на мои отнюдь не ученические чувства к Хиде-зоу, а сейчас говорите что это глупость. Вам не кажется, что вы противоречите сами себе? Я вас совершенно не понимаю. Чего вы хотите на самом деле? – Руиза смотрел на учителя, ожидая ответа на свой вопрос.
Камуи опустил глаза, не зная, что ответить. Он понимал, что действительно зашел в тупик в своих размышлениях. Он сам только недавно провоцировал Руизу на всякого рода мысли относительно Хиде-зоу, а сейчас, услышав от ученика столь смелые заявления, совершенно растерялся и немного удивился.
-Руиза, послушай меня – голос учителя был тихим и спокойным.Он говорил так, будто бы боялся спугнуть ученика.
-Понимаешь, заставить кого-то полюбить против его собственной воли, вряд ли возможно – услышав это, Руиза опять невесело усмехнулся, покачав головой, а Камуи продолжил – Чувства человека, это та сфера, на которую вряд ли получиться воздействовать силой. Ее нельзя изменить с помощью насилия. Это просто нереально, дорогой мой Руи. Мне кажется, что ты уже должен это понимать.
-Сенсей, вы просто чудовище! – вдруг вскрикнул Руиза, испугав Камуи своим громким возгласом. Учитель непонимающе смотрел на парня, ожидая продолжения.
-Вы говорите мне про то, что чувствами нельзя управлять, что нельзя никого заставлять, что это бессмысленно, а сами шантажируете меня и хотите, чтобы я раздвинул перед вами ноги за первое место в конкурсе и отсосал за поступление в Консерваторию!
Камуи не смог сдержать легкой улыбки, настолько повеселил его словесный пафос Руизы и его откровенные заявления.
-Вы еще и улыбаетесь! – казалось, возмущение Руизы достигло своего апогея, и он вскочил, яростно сжимая кулаки.
–Я может, и был бы готов, уступить вашим желаниям, так как понимаю, что вы просто хотите меня трахнуть, предлагая за это вполне выгодные условия, но сенсей, скажите мне,– голос Руизы задрожал – скажите, зачем вы противоречите сами себе? Почему мешаете сюда же мои чувства к Хиде? Почему? – Руиза кусал свои губы и смотрел на Камуи очень злым взглядом.
-Ты спрашиваешь почему? – обратился учитель к Руизе – Я отвечу.
Камуи тоже поднялся на ноги и подошел к своему рассерженному ученику,который был необычайно мил и привлекателен в своем гневе.
-Потому что я и правда хорошо к тебе отношусь и желаю, чтобы ты добился поставленных целей – Руиза отвернулся – потому что ты действительно привлек меня, - Камуи понизил свой голос почти до шепота - потому что я действительно хочу тебя.
-Но вот только я испытываю совершенно противоположные чувства, – прервал монолог учителя Руиза –а вы хотите меня заставить. Что вы на это скажите, сенсей? Почему вы молчите?
Камуи ближе придвинулся к Руизе.
-Мне нечего сказать, мой милый. Я знаю только одно, что ты придумал себе увлечение Хиде-зоу-сенсеем, а на самом деле мало что чувствуешь. Ты считаешь себя идеальным, лучшим во всем, первым во всем, и для полного счастья не хватает лишь влюбленного в тебя учителя,но он почему-то совсем не хочет испытывать к тебе подобные чувства. Такой красивый, молодой, умный и талантливый учитель, но такой равнодушный. И как же трудно это пережить такому как ты, правда, Руиза?- ладонь Камуи скользнула по раскрасневшейся щеке ученика, тот смотрел прямо в глаза учителя, по-прежнему сердито и насупившись.
Камуи усмехался. Но в этом не было издевательства, пренебрежения или желания обидеть. Учителя скорее умиляла наивность Руизы, его сердитое выражение лица, надутые губки, глаза, скрытые под светлой челкой, так гневно смотрящие на преподавателя, раскрасневшиеся щечки. Руизу хотелось обнять, прижать к себе, поцеловать, чтобы хоть немного успокоить, хоть как-то утешить. Камуи любовался своим учеником, понимая, что еще немного и сдерживать свои эмоции будет все сложнее.
-Я ничего не придумал – вдруг прошептал Руиза, прервав тем самым размышления Камуи. На этот раз в его голосе не было тех гневных интонаций, не было вызова и злости. Скорее какое-то отчаяние и неуверенность в своих собственных словах и чувствах.
-Мне действительно нравится мой учитель – продолжал говорить Руиза – и я бы очень хотел, чтобы он обратил на меня свое внимание. И моя самоуверенность здесь не причем. Вы ошибаетесь в этом, сенсей.
Камуи улыбнулся:
-Что ж, если ты действительно так этого хочешь, то возможно это и произойдет. Но помни, Руи, может и не стоит гнаться за тем, кто к тебе равнодушен?
-Вы говорите ерунду. – ответил Руиза, глядя в пол – Даже я не знаю, как ко мне относится Хиде-зоу-сенсей, а вы так открыто заявляете о его равнодушии ко мне. Сенсей, я хочу, чтоб меня любили, чтобы я был кому–то нужен, а вы смеетесь. Я хочу достигнуть успехов в своих занятиях фортепиано, а вы хотите, чтобы я спал с вами за это, будто бы я напрочь лишен таланта и только через постель смогу чего-то добиться. Вы говорите, чтобы я не гнался за равнодушным ко мне, а сами пытаетесь сломать меня и заставить чувствовать по-другому, я хочу... – неожиданно, монолог Руизы был прерван поцелуем. Учитель мягко и очень осторожно накрыл губы ученика своими, заставляя того замолчать.
-Ты хочешь, чтобы тебя любили? – выдохнул Камуи – наверное, в этом я тоже смогу тебе помочь.
Руиза поднял свои глаза на учителя и, криво улыбнувшись, ответил:
-Любить и спать – это разные понятия. Кому, как ни вам это знать, сенсей – и Руиза опустил глаза, смущенно улыбнувшись.
-Да... – пронеслось в голове Камуи – не с того я начал свое общение с этим мальчиком. Слишком милый, слишком очаровательный, неимоверно талантливый и очень не простой, не смотря на наивность. А я как дурак, помня о том, что ни один мой ученик, да и вообще никто мне не отказывал, решил и к Руизе таким образом подойти – Камуи ругал сам себя за недальновидность.
–Он бы в любом случае занял первое место, о котором он так мечтает, но я не мог позволить себе просто позаниматься с ним. Слишком хорош... – думал учитель, не сводя глаз с Руизы.
-О чем задумались, сенсей? – в очередной раз голос ученика вывел Камуи из размышлений -обдумываете план соблазнения? - в голосе Руизы послышались какие-то игривые нотки.
-Что на уме этого мальчишки – подумал Камуи и, усмехнувшись ответил:
-Ты как всегда догадлив, Руиза. Тебе видимо самому этого хочется, хоть ты и пытаешься это скрыть – и учитель притянув к себе ученика, начал покрывать легкими поцелуями его щеки и шею. Тот не отстранился. Камуи хотелось верить в то, что Руиза не испытывает отрицательных эмоций в этот момент, и что им сейчас руководит не желание получить все обещанное, а хоть какие-то чувства по отношению к Камуи. Хотя, конечно, такое вряд ли могло быть. Учитель понимал, что не вправе надеяться на какой-либо ответ со стороны Руизы. Но весь этот поток запутанных мыслей был прерван сразу же, стоило учителю почувствовать, что тонкие ладони Руизы скользнули по его спине, сминая ткань рубашки.
-Что это с тобой? Решил, наконец-то ответить мне взаимностью? – не смог удержатся от едкого замечания Камуи.
-Не обольщайтесь, сенсей. Я просто возьму у вас мастер-класс по соблазнению, чтобы перед Хиде не опозориться. У нас же взаимовыгодное сотрудничество, не так ли? - и Руиза прикусил кожу на шее Камуи.
-Ну ты и сученок, не ожидал от тебя - прошипел тот, все больше возбуждаясь и ближе притягиваю к себе Руизу.
-А вы думали, что я так прост? - Руиза провел языком по губам учителя, вызвав тем самым хриплый и не сдержанный стон.
-Ты даже не можешь представить, насколько ты милый – прошептал учитель. Он поцеловал Руизу, на этот раз в приоткрытые губы. Руиза обнял учителя крепче и начал отвечать на его поцелуй, сначала легко, едва касаясь, но вскоре заменяя это более смелыми и даже агрессивными действиями.
-А ты хорошо целуешься, - переводя дыхание сказал Камуи.
-А вы думали к вам девственник попадет, или может вы надеялись на это? – Руиза улыбался.
-Даже так? – удивился Камуи – Не ожидал...
-Ну смотря, что вы подумали. Я имел ввиду, что девушки-то у меня были и даже не одна – Руиза с вызовом посмотрел на учителя.
Камуи в очередной раз умилился словам ученика. Но когда он почувствовал, как Руиза вновь прижался к нему всем телом, и его горячие ладони стали гладить его спину, уже пробравшись под ткань рубашки,Камуи почувствовал дикое, почти животное возбуждение. И так как он всю свою жизнь следовал принципу «бери, пока дают», то не стал рисковать и дожидаться, пока Руиза передумает или его настроение в очередной раз изменится, и схватив его за хрупкое запястье, потащил в комнату. Там он осторожно взял его за плечи и усадил на диван. Руиза с интересом наблюдал за действиями учителя.
-Ты просто прелесть, я с ума схожу, глядя на тебя.
Учитель не спеша расстегивал рубашку ученика, покрывая его худую грудь поцелуями. Руиза что-то простонал, прикрыв глаза. Камуи любовался им, понимая, что не смотря на дикое желание повалить Руизу и жестко отыметь, причем не один раз, он просто не сможет причинить ему боли, и что придется сдерживать себя, если он хочет в дальнейшем рассчитывать на пусть маленькое, но снисхождения со стороны Руизы.
-Сенсей, сделайте хоть что-нибудь – простонал Руиза, прижимаясь к Камуи. Учитель подумал, что у его подопечного напрочь снесло крышу, если он просит о том, о чем недавно не мог и помыслить.
-А чего именно ты хочешь, мой милый? – вопросительно шептал Камуи, целуя Руизу все крепче и откровеннее – ответь мне, и я сделаю все, что ты попросишь.
Руиза приоткрыл глаза и удивленно посмотрел на учителя:
-А вы не знаете, что нужно делать? – голос его звучал тихо, но в нем все равно слышался вызов.
Камуи опешил от такой наглости и не выдержав, засмеялся.
-Да ты нарываешься, мой сладкий – сказал Камуи, снимая рубашку Руизы и откидывая ее куда-то в сторону. Он сел рядом с учеником на диван, и начал гладить его плечи, худенькие руки, целовать шею, которую Руиза то и дело подставлял под поцелуи. Камуи казалось, что еще не много и он сойдет с ума, от осознания того, что Руиза не сопротивляется, что ему явно нравится то, что с ним делают. И плевать было на то, о ком он думает в этот момент. Даже если Руиза представлял горячие губы Хиде-зоу, ласкающие его, то это мало волновало Камуи, хотя точнее, он просто пытался не думать об этом, сосредоточившись лишь на своих ощущениях.
Рука учителя скользнула на живот Руизы и ловкие пальцы расстегнули джинсы ученика. В ответ на это действие, Руиза перехватил ладонь Камуи и с силой прижал к своему паху.
-Ничего себе – подумал Камуи – вот маленький развратник.
А Руиза тем временем сжимал и ласкал себя через ткань джинс ладонью Камуи.
-Что же ты творишь со мной – прошептал учитель, высвобождая свою ладонь из цепких пальчиков ученика, но лишь для того, чтобы проникнуть ею уже под ткань,чтобы коснутся разгоряченной кожи, почувствовать возбужденную плоть под пальцами, и закусить губу от своего собственного возбуждения, болью отдававшегося внизу живота.
-Да ты уже готов – шепнул Камуи, начиная двигать рукой по горячему члену своего ученика. Руиза тяжело дышал, его глаза были закрыты.В его голове было понимание того, что никогда еще ему не было так хорошо. Умелые руки учителя, срывали стоны наслаждения с его губ, заставляли прогибаться и двигаться навстречу ускоряющимся движениям. Руиза вспомнил Хиде-зоу, его красивое лицо, его тонкие губы, легкую улыбку, оставляющую тепло, его руки, плавно скользящие по клавишам рояля. Как бы хотелось, чтобы эти руки сейчас ласкали его тело, сжимали его плоть, доводя до исступления, заставляя кричать. Руиза понял, что долго не продержится. Образ учителя, не отпускал его мысли. И в последний раз толкнувшись в руку Камуи, Руиза кончил с еле сдерживаемым стоном. Рваные вздохи вырывались из его груди, дыхание все никак не выравнивалось. Влажными от пота ладонями, он провел по своему разгоряченному лицу и открыл глаза, встретившись взглядом с Камуи. Тот смотрел на него пристально, тяжело дыша, в глазах его читалась нескрываемая похоть и желание.
-Ну что, мой сладкий, как ты себя теперь чувствуешь? Тебе уже лучше? – спросил Камуи.
Руиза молчал, слышалось лишь его неровное дыхание.
Камуи резко притянул к себе ученика и крепко поцеловал, тот скользнул ладонями по его животу, спускаясь ниже. Руизе хотелось доставить удовольствие своему преподавателю. Он не понимал, откуда в нем взялась эта развратность, не понимал, почему ему так хочется Камуи, когда еще недавно в голове был образ Хиде.
-Неужели, я настолько распущен... – пронеслось в голове Руизы, но он отмел эти ненужные мысли и опустился перед Камуи на колени. Расстегнув молнию на брюках учителя, Руиза посмотрел в его затуманенные, чуть прикрытые глаза:
-Вы позволите, сенсей? – Камуи лишь сдавленно застонал, и освободив свою возбужденную плоть, притянул голову Руизы к своему паху, не в силах больше терпеть. Тот осторожно провел пальцами по всей длине члена.
-Ну чего ты там задумался – прошипел Камуи, чувствуя, что сейчас кончит от одного осознания происходящего.
-Имейте терпение, сенсей. Я все-таки первый раз буду это делать – прошептал Руиза, касаясь губами головки.
-Ну тогда... – голос Камуи дрожал – тогда, я помогу тебе – учитель сжал одной рукой голову Руизы, а другой приставил свой член к губам ученика, заставляя раскрыть их. Руиза послушно выполнил эту немую просьбу, с готовностью впуская в свой рот возбужденную плоть. Камуи двигался резко, но не на всю длину. Почувствовав, как горячий язык ученика двигается вокруг головки, то легко, то крепче прижимаясь к ней, Камуи окончательно сорвало крышу. Он вдалбливался в горло ученика, не давая тому отстранится, да и Руиза особо не стремился к этому, скорее наоборот, его это возбуждало. Он хотел доставить учителю как можно больше удовольствия. Причем ему в этот момент было абсолютно наплевать на то, что будет после. Единственное, что могло омрачить эту всеобъемлющую страсть – это осознание того, что ласкал он сейчас не того, кого действительно очень хотелось.
Руиза почувствовал, что движения Камуи становятся все резче, а с губ то и дело слетают стоны. Ученик резко отдернулся, ощутив вкус спермы во рту и выплевывая ее на пол.
-Нет, сенсей, глотать я это точно не буду – пронеслось в его голове.
Камуи застонал, и открыл глаза.
-Да ты просто чудо, и я в жизни не поверю, что это был твой первый раз – прошептал учитель, проводя пальцем по раскрасневшимся и опухшим губам Руизы.
Тот пожал плечами:
-Это действительно было в первый раз. Просто я не думал, что меня так возбудит этот процесс. Мне даже понравилось то, что я делал.
-Все, не продолжай – остановил его учитель, подняв вверх одну руку – а то я сейчас не ограничусь начатым, и мы продолжим.
-Эээ...Ну к этому я точно не готов – протянул Руиза, поднимаясь на ноги и застегивая свои джинсы, которые все это время оставались расстегнутыми.
-А вообще–то, у меня теперь странные ощущения. То, что мы делали только что... Будто бы и не со мной это все произошло. Я не ожидал от себя такого. А еще, знаете сенсей – Руиза как-то неловко стал переминаться с ноги на ногу – мне показалось, что это было по обоюдному согласию,а не ради какой-то выгоды. Будто и не было перед этим того дурацкого разговора.
Камуи усмехнулся:
-Слишком много слов и мыслей, Руи. Не надо так много анализировать, порой это ни к чему хорошему не приводит – учитель подошел к парню и погладил его по голове,ласково перебирая светлые пряди. В этом прикосновении была лишь нежность, а не страсть и похоть, что бушевала несколько минут назад. Вдруг Камуи внимательно посмотрел в глаза своего ученика и будто что-то вспомнив обратился к нему:
-Ты просил моего совета относительно Хиде, кажется... – учитель продолжал гладить волосы Руизы – сходи в больницу, навести его, ты ведь так и не был там. Он, наверное, переживает из-за этого. Да и о своих успехах расскажешь. А то ведь не красиво забывать о своем любимом учителе.
-Ну так когда мне ходить, если вы со мной так много занимаетесь – попытался сострить Руиза, но Камуи не обратил на это никакого внимания, продолжив:
-Сходи, милый и убедись, что ты для него всего лишь ученик, пусть и лучший. И никогда не станешь для него возлюбленным.
Руиза задохнулся от возмущения. От былого настроения не осталось и следа.
-Вы жестоки, сенсей – прошипел Руиза, с трудом удерживая подступившие слезы, и резко повернувшись, вышел из комнаты.
-Кстати, не забудь, что я тебя жду на занятия завтра, и не вздумай опоздать, а если не придешь – то можешь забыть о карьере пианиста – но возмущенный Руиза уже не услышал этих слов.
-Этот мальчик сам не понимает чего хочет – улыбнувшись сказал сам себе Камуи, и затем добавил очень тихо, будто боясь, что его услышат – зато я точно знаю, чего хочу, а точнее кого... Ты забудешь Хиде в самое ближайшее время, это я тебе гарантирую, мой милый Руи.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:40 | Сообщение # 6
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 7
-К Вам посетитель, Хиде-зоу-сан! — вошедшая в палату медсестра улыбнулась, и подойдя к кровати Хиде, привычным жестом поправила подушку под его головой.

-А кто пришел? — спросил тот, растирая плечи, уставшие после долгого лежания.

-Сейчас сами увидите, немного терпения — ответила медсестра и вышла за дверь, тихо прикрыв ее. Но в ту же минуту, дверь снова раскрылась и в палату вошел Руиза.

-Боже, Руи! — Хиде даже привстал на кровати и улыбнулся. Он был очень рад вновь увидеть своего ученика, который еще ни разу не посетил его в больнице.

-Как вы, сенсей? — спросил Руиза, присаживаясь на стул, рядом с кроватью Хиде.

-Да ничего, вроде получше. Но врачи не торопятся меня выписывать, все опасаются рецидива — ответил Хиде и слабо улыбнулся.

-Надеюсь, вам все же скоро станет лучше — ответил Руиза и тут же, будто бы что-то вспомнив, воскликнул — Кстати, посмотрите, что я вам принес! — он раскрыл большой бумажный пакет, который все это время был у него в руках. Покопавшись немного, Руиза извлек оттуда небольшое лимонное деревце, которое было посажено в керамический горшочек ярко-салатного цвета. На пушистых ветвях, с крупными жесткими листьями, уже красовались небольшие желтые плоды. По палате разнесся свежий запах цитрусовых.

-Вот это да! Боже мой, какая прелесть! — воскликнул Хиде и протянул руку к дереву. Он не ожидал от ученика такого оригинального и такого приятного подарка — Спасибо, Руи, это просто замечательно! — Хиде даже засмеялся, настолько ему понравилось это маленькое деревце.

-Это вам, поправляйтесь скорее, и пусть этот лимон радует вас — сказал Руиза — Он такой яркий и красивый, так что хорошее настроение вам будет обеспечено. Надеюсь, персонал больницы не пустит его в свой чай, пока вы будете спать — с улыбкой произнес Руиза, поставив горшок с лимоном на прикроватную тумбочку. Счастливая улыбка не сходила с его лица. Он был очень рад видеть своего преподавателя, только сейчас поняв, как сильно по нему скучал. И пока Хиде любовался подаренным деревом, ученик не сводил глаз со своего учителя.

-Какой же он все-таки красивый — думал Руиза, прижав ладони к щекам — Как же я скучаю без его уроков и без него. В голове мелькнули тенью слова Камуи, сказанные Руизе в конце последнего урока:

-Иди и убедись, что ты для него просто ученик и не более того.

От этого воспоминания стало неприятно и захотелось поскорее исправить столь ошибочные заявления Камуи-сенсея. Руиза не мог допустить, чтобы эти слова стали пророческими, поэтому,придвинув свой стул поближе к кровати учителя, он спросил, сам того не ожидая:

-Учитель, а вы скучали без меня? — казалось, эти слова сами вылетели из горла, и Руиза в первую минуту даже испугался.

Брови Хиде-зоу удивленно поднялись вверх, он не понимал, что именно хочет услышать Руиза,а главное, ради чего он это спрашивает, поэтому он не нашел ничего другого как ответить:

-Конечно, ведь ты единственный, кто сейчас так усиленно готовится к конкурсу и поэтому не приходит навестить меня — Руиза поморщился при этих словах. Заметив это, Хиде поспешно добавил, ведь он ни как не хотел обидеть Руизу своими словами:

— Но это правильно, что ты не отвлекаешься ни на что. Сейчас ты должен полностью сосредоточиться на своей программе и много заниматься. Я скоро поправлюсь, и мы продолжим наши занятия — ответил Хиде.

-Ну да, конечно продолжим — Руиза попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривая и натянутая, так как слова учителя сильно задели его. Он и сам понимал, что был единственным из многочисленных учеников Хиде-зоу, кто не посетил того в больнице. И теперь, после того, как учитель неосторожно напомнил ему об этом, стало еще неприятнее.

-А все почему — пронеслось в голове Руизы — все из-за этого Камуи — парень сжал кулаки. Это движение не ускользнуло от зоркого ока учителя, и он осторожно спросил, будто заранее зная, причину этого жеста:

-А как у тебя дела с Камуи-сенсеем? Как продвигаются ваши занятия?

Руиза немного замялся, так как память услужливо подкинула ему воспоминания с последнего урока, особенно тот момент, когда он со стоном кончал в руку Камуи.
-Да ничего — Руиза закашлялся — занимаемся. Камуи-сенсей очень требователен, и я устаю сильно. Но я надеюсь, что благодаря этому, я выиграю конкурс и порадую вас, учитель. Я бы не хотел вас разочаровывать.
Руиза опустил глаза, чувствуя, что начинает краснеть, причем совершенно не понимая причину этого. Но вскоре ему все же удалось побороть это неожиданно возникшее чувство смущения, и он снова посмотрел на своего учителя, в очередной раз отметив, какой же он все-таки красивый и милый, особенно, когда улыбается. Сейчас, когда Хиде-зоу был бледен, измучен бесконечными капельницами и процедурами, с сухими губами, синяками под глазами, даже сейчас, он не утратил своей привлекательности, и смотря на него, Руиза чувствовал, что горячо желает, чтобы настал тот день, когда он сможет прикоснуться к щеке своего учителя, провести тонкими пальцами по его лицу и поцеловать его наверняка мягкие и такие теплые губы, чтобы позже раствориться в нем без остатка. Столь романтические мысли были прерваны голосом Хиде-зоу и его весьма прозаичным вопросом:

-А Камуи-сенсей каждый день проводит с тобой занятия?

-Да, мы занимаемся каждый день. Я уже выучил всю программу и теперь оттачиваю детали.

Руиза встал и подошел к окну. Он уже не мог спокойно сидеть рядом с учителем, ему все больше и больше хотелось прикоснуться к нему, взять его руку в свою и признаться в том, что чувствует.
-Ты молодец, я очень рад за тебя — ответил Хиде — Но мне жаль, что не смогу послушать тебя на конкурсе, ведь он уже на следующей неделе, а меня выпишут только через две. Мне правда очень жаль, Руи. Я надеюсь, ты не сердишься на меня — голос учителя звучал тихо. Было слышно, что он действительно расстроен этим фактом и не знает, как можно загладить это обстоятельство, пусть и не по его вине возникшее.

-Ну что вы, сенсей, я ничуть не сержусь на вас — воскликнул Руиза, резко поворачиваясь к учителю — как вы можете такое говорить, вы главное выздоравливайте скорее, и мы продолжим наши занятия, а конкурсов ведь еще много будет.

И Руиза вновь отвернулся к окну, всматриваясь в темное вечернее небо. Он не хотел, чтобы учитель видел, как его ученик чуть не плачет, как его сердце чуть не разрывается на части от осознания того, что чувства его вряд ли будут взаимными, что бы он себе не внушал и не придумывал. И Руиза конечно же очень робел и не знал, как вообще об этом заговорить, да и стоит ли вообще начинать разговор на эту тему. Когда он не видел Хиде-зоу, то казалось, рассказать о своих чувствах легко и просто, но когда он встречался с ним лицом к лицу и попадал в плен такой теплой улыбки, то все было гораздо сложнее. Было страшно. Да еще и внутренний голос издевался над Руизой, нашептывая:

-А когда отсасывал у Камуи, что-то не было видно робости, да и про Хиде мало вспоминал. Где же твои хваленые чувства? Или всё, продался за первое место?

Руизу раздражала эта ехидна, сидящая внутри него самого и мешающая сосредоточиться. Но как избавится от этого неприятного чувства, он не знал.
-Учитель — мысленно обратился к Хиде Руиза — просто проявите ко мне хоть немного внимания, покажите, что я вам не безразличен, пожалуйста — и вдруг повинуясь какому-то внутреннему порыву, Руиза резко подошел к кровати Хиде и опустился на пол, взявь ладонь Хиде-зоу в свои тонкие пальчики.

-Учитель, возвращайтесь скорее, мне очень плохо без вас, я не могу без вас — на одном дыхании выпалил Руиза.

-Пожалуйста, приходите, я очень вас жду — и Руиза поспешно чмокнув учителя в щеку, поднялся на ноги и выскочил за дверь палаты.

Хиде-зоу с минуту хлопал глазами, ничего не понимая, и не в силах собраться с мыслями.

-Что это с Руизой, совсем ему Камуи нервы измотал — сказал сам себе Хиде. Он провел ладонью по своей щеке, кожа казалось, еще хранила тепло губ ученика.
-Странный поступок — вновь сказал Хиде. Лежа в больнице, он часто стал выражать свои мысли вслух, так ему было проще привыкать к пугающей тишине своей палаты и больничного коридора, которая порой нарушалось лишь тихими шагами врачей и медицинских сестер. Хиде поднялся с кровати и подошел к окну. Голова сразу же закружилась. Он с опаской глянул на дверь, врачи запретили ему вставать из-за слабости, поэтому если бы они застали его сейчас в таком положении, то гнев их не знал бы границ, и лежать Хиде в этом заведении пришлось бы еще как минимум месяц. Но в коридоре было тихо. Часы посещений уже закончились, а вечерний обход еще не начался, поэтому вокруг было очень тихо. Хиде-зоу прикоснулся лбом к оконному стеклу и посмотрел на улицу. Там было уже темно. Верхушки невысоких деревьев, росших в больничном дворе, шевелил теплый ветер. Хиде-зоу вздохнул, ему очень хотелось на улицу. Запертый в четырех стенах, замученный процедурами и лекарствами, он наконец хотел вдохнуть свежий запах весеннего парка, а не запах таблеток и антисептика, которым смазывали его руку перед тем, как поставить капельницу или сделать укол. Этот едкий запах преследовал его везде, он проник под кожу, в сознание, в мозг, он струился по венам и мучил, мучил дни и ночи напролет.

-Надоело — сказал сам себе Хиде и вновь вгляделся в сумрак улицы. Вдруг его внимание привлек чей-то силуэт,слабо освященный фонарем. Хиде-зоу пригляделся и удивленно проговорил:

-Руиза, что ты здесь еще делаешь в такое время. Ты ж давно вроде ушел.

Учитель смог разглядеть своего ученика со второго этажа, на котором находилась его палата, и его насторожило то, что он увидел. Руиза как-то странно махал руками и то и дело ударял кулаками по толстому стволу дерева,рядом с которым стоял, а потом подносил ладони к лицу, будто бы стирая слезы.
-Будто бы? Да у него похоже там истерика! — воскликнул Хиде-зоу и ни минуты не раздумывая, вылетел из палаты. Больничные шлепанцы мешали передвигаться быстро, и он неуклюже перебирал ногами, пока бежал до первого этажа. Там он благополучно миновал пост охранников, которые увлеченно смотрели футбол, и даже не обернулись на странное шарканье за своей спиной. Голова Хиде кружилась и было тяжело дышать, но он упрямо шел вперед, страх за ученика пересилил все ощущения.

-Что с ним? — настойчиво крутилось в его голове — Почему он плачет? — Хиде распахнул стеклянную дверь и спустился по каменной лестнице. В глазах потемнело, и он схватился за перила. С трудом поборов тошноту и слабость, он завернул за угол, где раскинулся больничный сад.
-Руи! — крикнул он в темноту — Руиза, где ты? — Хиде-зоу оглядывался по сторонам и все не мог увидеть знакомую фигуру.

-Руиза! Ты еще здесь? — вновь крикнул Хиде. И в этот момент он увидел своего ученика, сидящего прямо на земле и рыдающего навзрыд. Когда тот услышал голос своего учителя, он моментально замолк и испуганно огляделся.

-Руи, что с тобой? — Хиде-зоу медленно и слегка пошатываясь, подошел к ученику и присел рядом с ним на корточки.

-Почему ты плачешь? — он внимательно вгляделся в бледное лицо парня.

-Сенсей! — вскрикнул Руиза — Вам же лежать надо, а вы здесь! Почему вы пришли? Боже мой, вы же снова заболеете! — Руиза был напуган и его начало трясти еще больше. Он пытался стереть рукавом куртки свои слезы, но только растирал до красноты глаза, а соленые капельки снова продолжали стекать по его холодным щекам.

-Сенсей, зачем вы пришли — шептал Руиза. Он плакал, прижавшись к плечу своего учителя. Хиде-зоу чувствовал, как холод уже пробирается под легкую ткань больничной пижамы, а босые ноги, прикрытые лишь тонкими шлепанцами, начинают замерзать. Но ему было все равно. Он обнял Руизу покрепче и ответил:
-Я увидел тебя из окна, мне показалось странным твое поведение. Почему у тебя истерика, что случилось? — не отставал Хиде-зоу от ученика. Даже сейчас, когда его самочувствие было очень плохим, а слабость так и норовила забрать в свои объятия, он оставался прежним учителем, который во чтобы то ни стало, добьется желаемого ответа от своего ученика.
-Просто... — Руиза запнулся. Он не мог сказать то, что так хотелось. Но видя перед собой совершенно ослабшего Хиде-зоу, который уже начинал стучать зубами от холода, он понял, что тянуть больше смысла нет и робко, еле слышно сказал:

-Вы мне нравитесь, Хиде-зоу-сенсей — не услышав ни какой реакции на свои слова, Руиза поднял заплаканные глаза на своего учителя и продолжил — не как учитель ученику, вы мне нравитесь, как человек, как... — он запнулся, не в силах выговорить, как мужчина, так как очень смущался этих слов. Все же, он и сам толком не понимал, как именно ему нравится Хиде. Только одно он знал точно, ему спокойно рядом со своим учителем, и ему неимоверно хочется быть с ним рядом и ощущать его прикосновения, чувствовать тепло его тела, слышать его тихий голос.

-Не молчите, ответьте мне хоть что-нибудь — Руиза стиснул плечи Хиде-зоу, будто бы боясь, что тот уйдет.

-Я не знаю что сказать — ответил Хиде-зоу, закашлявшись.

Руиза испуганно посмотрел на него:

-Сенсей, вам срочно надо вернуться обратно в свою палату — голос его дрожал — вы же себе навредите. Вы снова заболеете. Я этого просто не выдержу. Вы ведь из-за меня сейчас здесь.

-Не переживай, Руи, со мной все будет в порядке — ответил Хиде-зоу, потрепав Руизу по волосам.

-Учитель, ответьте мне, что вы думаете о том, что я вам сказал? — Руиза внимательно следил за выражением лица Хиде-зоу.

Тот молчал, будто бы подбирая нужные слова, и через несколько минут томительного ожидания, все же начал говорить:

-Руиза, я не могу сейчас ничего сказать тебе. Ты для меня лучший ученик, я счастлив, что могу учить тебя, но поверь, то о чем ты говорил — это совсем другое. Я не могу чувствовать к тебе что-то большое, чем учительское уважение. Я не могу ответить тебе взаимностью, ты ведь мой ученик. Это было бы преступлением, обмануть тебя — Хиде снова закашлялся — Понимаешь, я порой думал о тебе больше, чем положено. Ты часто посещал мои мысли. Ты очень милый и красивый, ты безмерно талантлив — Руизу бросило в жар от этих слов, и он сильнее прижался к Хиде-зоу, мечтая остаться в его объятиях как можно дольше, и конечно же не в такой обстановке, в которой они находились сейчас, а Хиде-зоу продолжал ослабшим голосом:
— Ты замечательный, но я не могу просто воспользоваться тобой, зная, что ты что-то чувствуешь ко мне. Ты ведь не вещь, чтобы тебя просто использовать. Руи, просто забудь о том, что ты мне сказал. Забудь и переживи это. Твое уважение ко мне переросло в нечто большее, но возможно тебе просто это кажется. Разберись в себе. Руи, я не могу ответить тебе взаимностью, ты мой ученик, и останешься для меня только им.
-Нет! — вскрикнул Руиза — Нет! — он был поражен словами Хиде. Слезы вновь потекли по его щекам, губы задрожали. Больше всего Руизу удивил тот факт, что учитель не удивился признанию своего ученика, будто бы изначально все знал, лишь спокойно попросил забыть. Сейчас, когда ему предлагалось просто выкинуть из своей головы все ненужные мысли, Руиза думал, что сойдет с ума.

-Нет, пожалуйста, не говорите так! — Руиза снова начал рыдать, а Хиде-зоу, в последний раз проведя ладонью по его мягким волосам, растрепанным ветром, поднялся на ноги и устало пошел к больнице. На пороге он обернулся. Руиза смотрел ему вслед и взгляд его светлых глаз был наполнен безысходной тоской и печалью.
-Я не должен позволять ему развивать в себе это чувство — подумал Хиде-зоу — Это будет преступлением. Я слишком часто думал о нем за те два года, что он учится у меня в классе, слишком часто мои мысли переступали запретную черту, и я мечтал о нем, совсем не как об ученике. Но ответить ему взаимностью, значило бы погубить это юное создание. Когда эйфория пройдет, он поймет, что совершил ошибку, а я не хочу этого — Хиде-зоу не мог отвести взгляда от ученика, который стоял под деревом и прижимал свои ладони к губам, будто бы согревая их своим дыханием.

-Руи, ты само совершенство, но я не могу быть с тобой — пронеслось в голове учителя.

И Руиза, будто прочитав его мысли, вдруг крикнул:

-Сенсей, я не верю вам! Если бы вам было все равно, вы бы не стояли сейчас и не смотрели бы на меня так долго. Зачем вы обманываете сами себя? Я честно сказал вам о своих чувствах, и жду от вас того же! — голос Руизы потонул в порыве ветра. Он с надеждой смотрел на своего учителя.

-Скажи мне, ну скажи, что я прав! Скажи, что я могу надеяться на твое расположение — мысленно обращался к нему Руиза, до боли заламывая тонкие пальцы. Но Хиде ничего не ответил. Он открыл стеклянную дверь, показавшуюся ему сейчас неимоверно тяжелой, и не оборачиваясь пошел в свою палату.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:43 | Сообщение # 7
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 8
Руиза в мрачном настроении шел на очередной урок к Камуи. Это было последнее занятие перед конкурсом. Не смотря на то, что Руиза был прекрасно подготовлен и мог играть свои произведения с любого места, хоть посреди ночи его разбуди, он нервничал и переживал. И виной тому было не предстоящее выступление. Руиза все еще не мог прийти в спокойное состояние после встречи с Хиде-зоу и не мог понять и принять поведение своего учителя. Он не мог логично объяснить то, что произошло тем холодным вечером.
-Он увидел меня из окна и побежал ко мне, - рассуждал Руиза – если бы ему было все равно, он бы не пришел, тем более, что он еще был очень слаб после болезни. Хотя я ведь его ученик, и он просто волновался за меня. Но я не хочу быть просто учеником.
Руиза каждый раз восстанавливал в памяти прошедшие события и все не хотел мириться с равнодушием своего учителя, надеясь на то, что Хиде-зоу держат всего лишь предрассудки и боязнь ответить взаимностью, а на самом деле, он так же испытывает особые чувства к своему ученику. Порой, Руиза терзал себя мыслями об учителе до такой степени, что мог из-за этого не спать всю ночь, сидя на подоконнике и смотря на постепенно гаснущие окна в доме напротив. Он мечтал, что когда-нибудь его учитель все же обнимет его и скажет, что он не просто лучший ученик, а самый самый лучший человек для него. При этих мыслях на глаза Руизы наворачивались слезы. Было тяжело и больно, ведь где-то подсознательно, гадкий голос злобно шептал о том, что все мечты напрасны и никогда Руиза не будет любим свои учителем, никогда не получит от него взаимности. И тогда, чтобы заглушить эту саднящую боль, парень шел к своему роялю, к своему самому верному другу, который его никогда не подводил и не предавал, и играл до тех пор, пока усталость не брала свое, и Руиза совершенно измученный не засыпал, положив голову на прохладные клавиши.
Но больше всего Руиза терзался тем, что никакого окончательного ответа от Хиде, он так и не получил. В голове лишь всплывали последние слова, так больно врезавшиеся прямо в сердце, слова, смешавшиеся с холодным ветром и слезами, так упрямо бегущими по щекам. Это тихое «забудь и переживи это». Слишком тяжело. Слишком больно. Руиза не мог справиться с собой. Он стал раздражительным и резким, много занимался, почти ни с кем не общался. Но окружающие объясняли это нервозное состояние предстоящим конкурсом, так как единственно верной причины им знать не доводилось. Разве что Тсунехито, вздыхал и качал головой, глядя на осунувшегося друга, гоняющего гаммы по всей клавиатуре, и тихо шептал себе под нос про учителей – садистов, которые довели бедного Ру до такого состояния.
А Камуи все так же приставал к Руизе на каждом уроке и надо сказать получал свое. Руиза понимал, что его чувства к Хиде, никак не сочетаются с тем, что он делал с Камуи и какие эмоции при этом демонстрировал. Но в горячих объятиях учителя, он хоть не надолго забывал свое мучительное чувство, тем более, что Камуи-сенсей каждый раз упорно напоминал условия их так называемого договора. И Руиза сдавался. Сдавался под натиском жарких поцелуев и требовательных пальцев, сдавался, чувствуя, что он предаёт сам себя, но отказать был не в силах. Хотя на прошлом уроке, Руиза все-таки смог перебороть себя и заставить не идти до конца, хотя тело и требовало продолжения. И парень гордился этой маленькой победой, хотя больше бы он гордился, не случись такой ситуации вовсе.
Руиза отвлекся от своих мыслей, поняв, что уже пришел к дому Камуи. Он выдохнул, и открыл дверь подъезда.
-Ну, Руи, соберись – обратился парень сам к себе. - Сегодня последний урок. Скоро все закончится – но интуиция подсказывала, что он жестоко ошибается, и возможно, что все только начинается, а вот каков будет конец – это никому не известно...
Как всегда в конце урока, Камуи попросил сыграть всю программу подряд и без остановок. Руиза послушно кивнул и ударил по клавишам. Все время, пока звучала музыка, Камуи сидел не шевелясь, но стоило последнему аккорду, слететь из-под пальцев Руизы, учитель встал со своего места и не спеша подошел к ученику. Тот кинул недоверчивый взгляд в его сторону и опустил глаза, нервно сжимая пальцами ткань своих джинсов.
-Это было бесподобно, – услышал Руиза вкрадчивый шепот у самого уха – милый, ты был прекрасен. Вот так и играй на конкурсе. Все будут в восторге от твоего исполнения. Сколько эмоций, сколько чувства, давно я от тебя такого не слышал. Руи, ты просто умница.
Камуи поцеловал Руизу в затылок, зарываясь носом в его светлые волосы. Его ладони мягко скользнули по спине парня. Руиза шумно выдохнул. Его тело, реагировало моментально на каждое прикосновение Камуи. Это немного раздражало, так как Руиза хотел, чтобы только один человек вызывал в нем подобные эмоции. Но каждый раз, обещая себе сдерживаться, Руиза проигрывал эту битву. Подаваясь навстречу этим требовательным рукам, он оправдывал себя лишь тем, что без подобных моментов, он не выступит на конкурсе, и не получит шанса хотя бы таким образом завоевать расположение Хиде-зоу. Хотя, Руиза и понимал, что скорее всего выбрал не самый верный способ. Каждый раз он не слишком убедительно просил Камуи остановиться, но тому было все равно, и он продолжал медленно гладить своего ученика, наслаждаясь тем, как чутко отзывается тот на его прикосновения. Руиза в эти моменты испытывал двойственные ощущения. С одной стороны, его одолевало чувство того, что он предатель и было отвратительно признаваться самому себе в этом, с другой же, не хотелось давить это второе чувство, горячее и жаркое, заставляющее забыться. Руиза не желал, чтобы руки Камуи безвольно опускались вдоль тела, боясь прикоснуться, хотелось, чтобы они обнимали и сжимали, словно в раскаленных тисках, чтобы бледные губы не застыли в легкой улыбке, а целовали, ласково прошлись бы по щеке, спустились к шее, обожгли бы дыханием плечи, задержавшись на них чуть дольше положенного. Защищая самого себя нелепыми отговорками, Руиза не отстранялся от Камуи, а напротив, тянулся и льнул к нему. Ученик, конечно же был польщен тем, что учитель проявляет к нему подобные знаки внимания, и Руиза хотел верить, что не только холодный расчет и слепое желание обладать, заставляет Камуи быть столь ласковым, горячим и нетерпеливым. В какой-то момент, Руизе даже понравилась эта игра, ведь в ней он, как и всегда впрочем, был главным героем. Но тревожное чувство, появившееся после встречи с Хиде-зоу, все равно не оставляло его. Если он и мог забыть об этом происшествии, то совсем ненадолго. Каждый раз, стоило только вспомнить Руизе своего учителя, хотелось тихо плакать от невозможности видеть его рядом с собой.
-Ну что ты опять загрустил, а? – услышал Руиза тихий голос Камуи у самого уха – опять Хиде вспомнил? Мальчик мой, - Камуи ласково гладил пальцы ученика – да забудь ты о нем, забудь. Ты ему не нужен, неужели не понятно? – Руиза закрыл глаза и сжал дрожащие губы, пытаясь сдержать подступающие слезы.
-Ну зачем он так со мной! Почему он все время говорит о том, что я не найду взаимности Хиде – и тут Руиза вдруг сделал то, что сам от себя не ожидал. Крепко обхатив Камуи за плечи, он уткнулся ему в шею и затрясся в беззвучном плаче.
Камуи замолчал и легонько похлопал парня по спине:
-Ну, ты чего...Руи, не плачь, зачем... – он не знал что сказать, так как понимал, что приступ этого плача вызван его же словами, его же жестокостью.
-Неужели все настолько серьезно – промелькнуло в голове учителя – Глупый малыш...как же тебе хочется любви. Глупый – и Камуи поднял глаза вверх, чтобы не дать волю слезам, которые так и норовили потечь по щекам.
-Сенсей... – Руиза продолжал рыдать – ну почему я никому не нужен, почему меня никто , совсем никто не любит – парень крепче прижимался к Камуи, сминая пальцами ткань рубашки на спине учителя.
-Ну вот, юношеский максимализм пошел... – мысленно вздохнул Камуи, и прижав Руизу к себе еще крепче сказал:
-Ты мне нужен. Как это не странно слышать, мне хочется, чтобы мы с тобой подружились все-таки. Но ты этого не хочешь, а жаль...
-Не заставляйте меня, это низко – прошептал Руиза – не надо.
-И что же мне с тобой делать, Руи. Почему все так сложно... – казалось, учитель обращается сам к себе. Осторожно отпустив плечи, он встал со стула и подошел к окну.
Руиза тихо закрыл крышку рояля, собирая ноты в папку. Комната погрузилась в полумрак. Лучи закатного солнца плавно скользили вдоль стен, оставляя на них еле видный розовый отсвет. Руиза поднялся и не спеша подошел к Камуи, тот задумчиво смотрел на большой парк, раскинувшийся перед его окнами.
-Сенсей, вы правда считаете, что у меня нет шансов? – тихо спросил Руиза, внимательно вглядываясь в лицо учителя, будто бы стараясь найти там еще не озвученный ответ.
-Да – коротко и достаточно резко ответил Камуи.
Его лицо было серьезным, не было похоже, что он издевается или потешается над Руизой, который в очередной раз ошарашено смотрел на него.
-Тебе больно принимать правду, мой милый? – спросил учитель, легко проводя пальцами по щекам парня, стирая еще не высохшие слезы.
– Тебе страшно от этого? А сколько еще будет таких ситуаций... И ты каждый раз будешь плакать? – голос учителя был спокоен. Настолько спокоен, что казалось, он объясняет как правильно сыграть трудный пассаж, а не говорит о чувствах.
-Не мучайся, а заметь тех, кому ты действительно нужен – и Камуи легонько поцеловал Руизу в щеку.
Камуи хотелось как можно дольше касаться лица Руизы, дольше чувствовать своими губами его теплую, такую нежную кожу. Но он знал, что Руизе вряд ли это понравится, а пугать его совсем не хотелось. Учитель почувствовал, что Руиза стоит неподвижно и не сопротивляется. Это придало Камуи большую смелость, и он осторожно обнял парня.
-Милый....Руи – шептал учитель. Руиза откинул назад голову, обнажая свою шею. Он почувствовал легкие прикосновения на своей коже и уже не понимал, губы это или пальцы, а может, ему просто кажется, и это все не с ним.
-О, когда же это все кончится – парень мучительно застонал, и было не понятно чем вызвано столь бурное проявление эмоций – душевными терзаниями или подступающим желанием. Конечно же, для Камуи – это послужило сигналом к действию. Ему было плевать, что будет после. Он хотел здесь и сейчас насладиться этим так слабо сопротивляющимся созданием, которое мучается и мучает других. Созданием, которое воплощает в себе все то, о чем так давно мечтал учитель, о чем грезил во снах, думал после каждого урока.Этот милый мальчик давно уже не давал спокойно спать Камуи. Подтолкнув Руизу в сторону дивана, он заставил его сесть. Тот опустился на мягкую обивку и внимательно посмотрел в глаза Камуи. Руиза хотел бы увидеть там хотя бы намек на какие–либо чувства, хотел, чтобы в этой ситуации, в которой ему совсем не оставили выбора, он не был бы бездушной вещью, которой просто будут пользоваться.
-Сенсей, я правда вам нравлюсь? – спросил Руиза, не отрываясь смотря в темные глаза учителя. Он понимал, что это конечно провокация с его стороны, задавать подобные вопросы.
-Да – ответил тот, и у Руизы возникло ощущение дежавю. Где-то он уже слышал этот короткий и уверенный ответ. И стало больно, когда вспомнилось когда и на какой вопрос это слово прозвучало.
Руиза вздохнул. Он на миг осознал, что если слова учителя правдивы, то ему сейчас не лучше самого Руизы. Та же неразделенная симпатия, те же проблемы...
Руиза почувствовал, как Камуи поцеловал его губы. Он не отстранился, лишь стал дышать тяжелее и чаще. Опять вспомнился Хиде, опять чувство предательства больно разъедало все изнутри.
-Не могу, надоело так мучиться. Я с ума сойду с этой любовью – подумал Руиза, готовый кричать от своего бессилия.
–Хватит! – и он сам потянулся к учителю. Камуи в очередной раз удивился смене настроения ученика и не стал испытывать судьбу. Он обхватил хрупкую фигурку парня и повалил его на диван. Почувствовав, ладони Руизы на своей шее, Камуи начал целовать его щеки, губы, гладить плечи. Руиза опять сдался, уже не пытаясь оказывать сопротивление. Но в голове на миг появились очередные нелепые отговорки и самооправдание, которые тут же стали бессмысленными, ведь тело уже прижато чужими руками, рубашка летит в сторону, обнажая бледную кожу, поцелуи становятся все горячее и крепче.
-Что я делаю, надо остановиться – мелькнуло в голове Руизы, но сил не хватило отстраниться, когда он почувствовал что полностью обнажен, и к нему прижимается такой же обнаженный Камуи.
-И когда только успел – пронеслось в голове парня, но мысли его были сметены в одно мгновенье, стоило только учителю начать спускаться рукой все ниже и ниже, скользя горячей ладонью по животу ученика.
-Ты с ума меня сведешь. Руи, ты прекрасен – Камуи вновь поднялся, но лишь для того, чтобы поцеловать Руизу. Он пытался вложить в этот поцелуй все свои чувства, которые он испытывал к своему ученику. Пусть эти чувства не были идеально чисты и не порочны, пусть в них была доля эгоизма, расчета, страсти и похоти, но Камуи не хотел причинять вреда этому мальчику, иначе он бы давно взял свое, причем не спрашивая. Ему хотелось добиться хоть небольшого, но расположения Руизы.
-Сенсей, зачем вы... – попытался возразить Риуза, но учитель в очередной раз заткнул его требовательным поцелуем. И парень почувствовал, что против своей воли начинает отвечать, подаваться навстречу. Но это было лишь желание тела, душа все еще пыталась слабо сопротивляться и умоляла остановиться. Но Руиза уже был во власти своих желаний и сокрушительной страсти, которая обрушилась на его тело. Он прогибался от каждого прикосновения Камуи и тихо стонал, когда учитель гладил его в особо чувствительных местах.
-Милый, я хочу , чтобы тебе было хорошо, не сдерживай себя – тихо говорил Камуи. Он спустился ниже и начал гладит рукой уже возбужденную плоть своего ученика, от чего тот закусил губу, пытаясь сдержать рвущиеся стоны.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:46 | Сообщение # 8
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
-Не кусай свои губки, они слишком красивы – выдохнул Камуи и провел языком по члену Руизы.
Это было странно, делать минет ученику, обычно все было наоборот, думал Камуи, но его это совсем не пугало. Он мечтал выбить стоны наслаждения из этого милого мальчика, который сейчас извивался под ним, прикрыв глаза. Камуи ускорял темп, его язык скользил по головке, ладонь двигалась все быстрее. Ему нравилось ощущать у себя в руках пульсирующую плоть, которая так желала разрядки.
-Не сдерживай себя – в очередной раз прошептал Камуи, и Руиза закусив собственный кулак кончил, с приглушенным стоном. Камуи улыбнулся, и вытерев руку о собственный живот, потянулся за поцелуем.
-Тебе понравилось, милый? – спросил он. В ответ на это, Руиза что-то промычал. Дыхание его было сбитым, щеки горели, губы были красными от постоянных укусов, светлые волосы прилипли ко лбу.
-Боже...Какой же ты красивый – в очередной раз подумал Камуи. Он любовался этим, как ему казалось совершенным созданием, который был так мил, и не смотря ни на что наивен и робок. Камуи не отрывал восхищенного взгляда от лица Руизы, понимая, что не сможет сдержаться, что желание обладать этим совершенным юным телом становится все сильнее, и ни какая сила на свете не заставит его отступить.
Камуи начал гладить тонкие плечи Руизы и целовать их. Его собственное тело готово было биться в истерике от желания и страсти. Камуи провел языком по губам Руизы, заставляя их раскрыться. Парень открыл глаза и посмотрел затуманенным взором на учителя. Он еще не отошел от недавнего оргазма и лежал, не шевелясь,кончики его пальцев подрагивали.Он вяло ответил на поцелуй учителя, но все же позволил проникнуть глубже в свой рот.
-Нет, не надо! – вдруг вскрикнул Руиза, почувствовав, как пальцы учителя неожиданно скользнули вниз по его члену, спускаясь ниже и поглаживая ягодицы. Камуи вздрогнул от громкого голоса парня, но не остановился. Он снова начал целовать его, пытаясь отвлечь, но понимая, что это вряд ли возможно. Руиза что-то мычал, пытаясь отстраниться, но его слова были заглушены крепкими поцелуями учителя, который словно вампир вцепился в его нежные губы.
-Не бойся, все будет хорошо – тихо сказал Камуи, немного отстраняя свое лицо - прости, но я не могу сдерживать себя. Я не причиню тебе вреда, просто поверь мне, мой милый.
Учитель почувствовал на своих губах соленую влагу. Он открыл глаза и увидел, что Руиза плачет.
-Почему ты...Малыш, не надо – Камуи провел пальцем по губам парня и поцеловал его.
-Сенсей, остановитесь, пока не поздно, пожалуйста – Руиза не мог остановить слезы, и ему было очень страшно – Не надо, я не хочу. Это уже слишком – он пытался отстраниться, но ему это не удавалось, так как Камуи крепко держал его.
-Прости, я не могу – Камуи не желал останавливаться, не желал прерываться. Но он хотел доставить парню максимум удовольствия, поэтому был готов терпеливо ждать и подготавливать того до тех пор, пока сам Руиза не попросит продолжения. Хотя сдерживаться было все тяжелее. Камуи казалось, что дотронься он до своего возбужденного члена, и он кончит тут же.
-Милый... – Камуи сходил с ума от мысли, что сможет обладать этим прекрасным созданием. Он спустился ниже и осторожно развел ноги Руизы в стороны. Тот попытался увернуться, но Камуи, предвидя такое поведение, не сильно, но ощутимо удерживал Руизу за бедра.
-Не сопротивляйся, я не сделаю тебе больно – сказал Камуи и начал осыпать поцелуями нежную и казалось такую тонкую кожу на внутренней стороне бедер своего ученика. Проведя языком по члену, от головки к самому основанию, Камуи раздвинул ягодицы Руизы, осторожно касаясь языком узкого входа. Руиза инстинктивно сжался. Ему было страшно и стыдно, но что-то в этом прикосновении было такое, от чего хотелось просить большего. Руиза закрыл руками свое пылающее лицо, желая спрятать себя хотя бы за своими тонкими ладонями.
-Не закрывайся, милый – услышал он голос Камуи – ты прекрасен, не стоит так смущаться.
И снова эти влажные горячие касания, провоцирующие возбуждение. Заметив, что ученик перестал сжиматься, Камуи улыбнулся и продолжил свои действия, которые становились все более настойчивыми. Он уже с трудом сдерживал себя, желая поскорее взять то, что так хотелось, но он пообещал себе бережно обойтись с Руизой и не причинить ему вреда.
Руиза не заметил, как Камуи заменил язык пальцами и теперь уже осторожно гладил ими все еще сжатую дырочку. Руиза начал стонать чуть громче, и даже слегка подаваться навстречу. Разум его был абсолютно пуст в этот момент, где-то в подсознании было чувство, что потом он будет жалеть, потом не простит себе этого, но это потом. А сейчас жгучее желание рвалось наружу, и он желал испытать то неизведанное, что так его страшило и одновременно привлекало, то, что так хотелось испытать, не смотря на смущение и страх. Руиза почувствовал, что учитель остановился, но вскоре снова прикоснулся к нему, только пальцы его стали вдруг холодными и мокрыми, но это было еще приятнее. Ощущая, как в его тело все глубже проникают тонкие пальцы, Руиза схватился ладонями за покрывало и с его губ сорвался первый громкий стон. Камуи внимательно посмотрел на его лицо, но поняв, что это был крик наслаждения, а не боли, продолжил свое занятие.
-А я и не знал, что могу так долго сдерживаться – промелькнуло в голове Камуи – главное, не кончить за пять минут, как подросток в первый раз – добавил он, вновь взглянув на Руизу. Тот лежал с закрытыми глазами и кусал губы, то и дело выгибаясь от непривычных ласк.
Камуи вытащил свои пальцы из тела ученика и перевернул того на живот. Руиза не стал сопротивляться, он сам был возбужден до предела и старался ни о чем не думать кроме этого.
Камуи надел презерватив, и снова погладил Руизу между ягодиц, проникая пальцами в его тело и снова вынимая их. Понимая, что сил больше нет, Камуи приставил свой член к узкому входу и слегка надавил на него, тут же останавливаясь, увидев как Руиза вцепился пальцами в подушку.
-Потерпи, Руи, еще немножко потерпи – Камуи тяжело дышал, чувствуя, как теряет над собой контроль. Он мучительно медленно двинулся вперед, проникая во влажную дырочку лишь головкой, не решаясь двинуться дальше.
Руиза вскрикнул, и дернулся, пытаясь отстраниться. Учитель крепко держал его, не давая пошевелиться.
-Сенсей, мне очень больно... Пожалуйста, не нужно – Руиза давился слезами, пытаясь выбраться из цепких рук учителя и прекратить эти болезненные действия.
-Потерпи, сейчас пройдет – Камуи чувствовал, как крепко сжимает свою попку Руиза, не давая проникнуть глубже и дальше, и учитель изо всех сил сдерживал желание двинуться вперед, чтобы не сделать Руизе еще больнее.
-Вот сейчас до десяти досчитаю и двинусь дальше – пытался уговорить самого себя Камуи, но его тело кричало и умоляло начать уже хоть какие-то действия.
-Прости, милый, прости мне эту боль – прошептал Камуи и миллиметр за миллиметром стал входить в тело ученика, погружаясь все глубже. Тот начал бить кулаками по дивану, пытаясь отстраниться, срываясь на болезненные стоны и громкие вскрики, плечи его тряслись, и казалось, не удерживай его Камуи, он бы упал.
-Милый, потерпи еще немного – Камуи гладил спину ученика и легонько целовал его в шею. Казалось, что он сходит с ума. Было невероятно ощущать свою пульсирующую плоть в плену такого тесного, горячего и неимоверно желанного тела, понимать, что это юное девственное создание досталось именно тебе, именно ты сейчас удерживаешь в своих руках его хрупкие бедра, прижимаясь все крепче, но стараясь сделать все осторожно и нежно, именно ты будешь потом стирать с его прекрасного личика слезы боли, прося прощения за них и желая доставить невероятное удовольствие этому маленькому ангелу. Камуи понял, что от таких мыслей, он кончит прямо сейчас, поэтому на миг остановившись, он вышел из Руизы и перевернул того на спину. Руиза закрыл глаза и отвернул свое лицо. Ему было больно, и он хотел чтобы все это быстрее закончилось. Он все-таки вспомнил Хиде, заметив то, что когда он ощущает физическую боль, то сразу вспоминает своего учителя.
-Прости меня, мой милый – Камуи целовал ученика, пытаясь развернуть его лицом к себе, но тот по-прежнему отворачивался. Камуи лег на Руизу сверху, раздвинув его ноги и снова погружаясь в его тело, уже без особых препятствий. Он начал двигаться, все больше ускоряя темп. Вдруг он увидел, как Руиза широко раскрыл глаза и закусил губу, выгибаясь всем телом. Поняв в чем дело, Камуи продолжил свои движения в этом направлении, и Руиза начал тихо стонать.
-Черт, что же это такое... Почему вдруг так хорошо и почти не больно, почему... – пронеслось в голове Руизы. Ему стало еще более стыдно от того, что он начал получать удовольствие от происходящего. Он стонал все громче, подаваясь навстречу Камуи, толкаясь своим вставшим членом в его руку, которая двигалась вверх и вниз по стволу. Оба были возбуждены до предела. Движения становились более быстрыми и резкими, Руиза вновь почувствовал боль, но это не ослабило горячего желания, вырывающегося наружу стонами удовольствия.
-Нет, пожалуйста, нет... – шептал Руиза. Но он не желал, чтобы это все прекращалось, хотя чувство стыда за происходящее все еще не отступало, не смотря ни на что. И эти робкие слова были очередной попыткой заглушить свою совесть.
-Руи, как же... ааах – Камуи простонал и замер. Он кончил, наваливаясь на Руизу всем телом и содрогаясь от пережитого только что оргазма, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. С его лба падали капельки пота,соскальзывая Руизе на грудь. Вспомнив, что Руиза все еще находится в возбужденном состоянии, Камуи осторожно вышел из его тела и начал водить вдоль его члена рукой:
-Я думал ты сдашься быстрее – прошептал Камуи и с легкостью ввел два пальца в горячую и мокрую от смазки дырочку ученика. Руиза выгнулся, сам насаживаясь на пальцы учителя. Камуи снова взял в рот до предела возбужденный член Руизы и ускорив свои движения, с наслаждением слушал, как Руиза начал срываться на крик, подаваясь навстречу. Ошеломительный оргазм накрыл парня, и он кончил, с громким стоном.
-Ты просто чудо – учитель поцеловал Руизу в губы. Парень лежал неподвижно, еще не отойдя от испытанных только что ощущений.
-Тебе понравилось, мой сладкий? - тихо спросил Камуи, покрывая поцелуями взмокшую шею Руизы.
-Это было... - Руиза повернул голову в сторону учителя и замолчал, дотрагиваясь дрожащими пальчиками до губ учителя.
-Мне понравилось, но... - Руиза с трудом подбирал слова. Он тяжело дышал, понимая, что вскоре за только что испытанным наслаждением придет горькое разочарование и душевная боль.
-Вы были превосходны, сенсей, хоть мне и не с кем сранивать - прошептал Руиза - но как бы я хотел, чтобы это были не вы...
Камуи горько улыбнулся, прижимаясь к ученику и обнимая его.
-Я знаю, милый...знаю. Но спасибо тебе за то, что ты помог мне испытать это неземное чувство, насладиться тобой, почувствовать тебя - Камуи замолчал. Было слышно лишь его дыхание.
-Почему это сделали вы, а не он. - Руиза вновь начал тихо плакать. В его слезах не было истерики,скорее тоска и разочарование, горькое чувство неосуществлённой мечты.
-Я хотел отдать ему свою первую боль, чтобы он пытался ее заглушить, чтобы он меня целовал и обнимал...- Руиза стирал слезы со своих раскрасневшихся щек, не в силах остановиться.
Камуи молчал. Получив того, которого желал так давно, он испытывал чувство жалости к этому юному мальчику, так отчаянно жаждавшему любви и взаимности. Он обнял Руизу за плечи и сказал тихо, медленно проговаривая каждое слово, будто боясь, что заговори он громче, то произойдет нечто ужасное.
-Руи, милый мой, не плачь - учитель провел ладонью по лицу Руизы , стирая соленые дорожки.
-Иди к нему и пусть то , чего ты так хочешь, обязательно осуществится - Камуи с трудом произнес эти слова, понимая, что сам сейчас прощается со своей только что обретённой мечтой, добровольно отпуская её.
Руиза внимательно посмотрел на Камуи, не поверив своим ушам.
-О чем вы, сенсей? Вы же говорили... - Руиза даже привстал на диване, вглядываясь в глаза учителю и пытаясь понять, не издевается ли тот вновь.
-Иди и добивайся. Но помни, что ты можешь быть отвергнутым - Камуи встал с дивана и не включая свет, подошел к окну, в который раз начав разглядывать пейзаж за окном. Учителю стало холодно, но он не спешил одеться или сходить в душ, чтобы согреться под теплыми струями. Хотелось курить, но Камуи давно бросил, и не давал себе вернуться к этой пагубной привычке. Хотелось плакать, но учитель обещал себе быть сильным. Он услышал тихие шаги за спиной, и почувствовал теплые руки на своей талии.
-Спасибо, сенсей - тихий голос Руизы раздался у самого уха - вы дали мне надежду. Пусть даже ложную, но все же, вы сказали это. Вы перестали издеваться надо мной, спасибо вам.
-Не стоит благодарить Руи, лучше сыграй на конкурсе так, чтобы я без сомнения отдал бы тебе первое место, это будет для меня лучшей наградой - Камуи попытался улыбнуться, но у него это не вышло. Губы скривились, начиная дрожать, и учитель отвернулся, чтобы не показать своих эмоций перед учеником.
Они стояли обнявшись, прижимаясь друг другу, словно прячась от холода. Сейчас они не были учителем и учеником, не были случайными любовниками, это были просто два человека, отчаянно жаждавших взаимной любви, которая ни как не хотела прийти к ним в сердца. Камуи желал быть с Руизой, но тот мечтал только о Хиде. И если у Руизы была хоть слабая надежда на взаимность, то Камуи понимал, что мечте его не суждено осуществиться. Словно прочитав тяжелые мысли учителя, Руиза потянулся к его лицу и поцеловал теплые губы. Камуи вздрогнул и замер, боясь дышать. Руиза вложил в это прикосновение все те чувства, которые он испытывал сейчас, всю благодарность учителю за его слова, сказанные только что, все искреннее желание, чтобы учитель все-таки нашел свое счастье, но этим легким и нежным поцелуем Руиза ставил точку в своих сложных и странных отношениях с Камуи, понимая, что этот поцелуй будет последним между ними.

Глава 9
Хиде-зоу сидел на подоконнике больничного окна и задумчиво рассматривал раскинувшийся перед ним большой сад, заросший кустами и высокой травой, которые то и дело шелестели, задеваемые порывами ветра. С утра было теплое солнце, а небо, ясное и светлое не было потревожено ни одним облаком, но сейчас на горизонте вдруг стали появляться темные клочья туч.
-Наверное, будет дождь – подумал Хиде-зоу, и тяжело вздохнул.
Его совершенно не удивила такая резкая смена погоды. Он смотрел на раскинувшийся перед его глазами сад, часть которого еще была освещена потускневшими лучами солнца, а другая уже полностью погрузилась во мрак. Деревья сливались друг с другом, будто залитые густой зеленой гуашью, растекающейся по листу бумаги. Ветер, наверное, стал чуть холоднее. Взгляд учителя упал на большое раскидистое дерево, под которым сидел Руиза в последнюю их встречу. Воспоминания того позднего вечера не были приятными, Хиде-зоу помнил, как с трудом сдерживал слезы, видя своего ученика в таком расстроенном состоянии, как пытался обмануть самого себя, говоря о том, что между ними ничего не может быть. Он вспоминал тонкое лицо Руизы, его бледные щеки, мокрые от слез, хрупкие дрожащие плечи, худенькую шею, закрытую шарфом. Учитель боялся, что начнет испытывать к своему ученику нечто большее, чем просто уважение и желание передать знания. Руиза с самого начала обучения привлек внимание молодого учителя. Но все эти странные и совершенно стихийно возникающие чувства, Хиде пытался подавить в себе. Он боялся этого. Возможно, виной тому был уже один неудачный опыт, который был в самом начале учительской карьеры Хиде. Тогда он сильно увлекся своей молоденькой ученицей, которую он готовил к поступлению в музыкальное училище. С той девочкой они зашли дальше дозволенного и кончилось все это громким скандалом с ее родителями. После этого случая, Хиде-зоу старался не уделять личного внимания своим ученикам, только учить, не более того. Но когда в его класс пришел Руиза, сердце учителя вновь забилось быстрее, чувства захлестнули с новой силой.
Но Хиде понимал, что стоит только отпустить себя и позволить себе ощущать то, что так стремительно хотело вырваться наружу, то он не сможет остановиться, и это будет еще один проигрыш, еще одна ошибка. Поэтому он и не мог ответить на чувства Руизы, о которых тот в свою очередь очень открыто заявлял. Но так же Хиде терзался совестью, понимая, что его любимый ученик мучается, желая найти хоть какую-нибудь взаимность своего учителя. И возможно, Руиза чувствовал душевные колебания Хиде, поэтому и пытался так настойчиво добиться желаемого результата.
-Определенно, если он придет сюда еще раз, то я вряд ли смогу противиться – сказал сам себе Хиде-зоу. Он смахнул с лица выбившуюся прядь темных волос и вздрогнул, услышав звук, открывающейся двери. Не оборачиваясь, учитель тихо ругнулся, уже чувствуя, кто мог зайти в его палату. И будто бы в подтверждение его мыслей,до слуха учителя донеслось:
-Здравствуйте, сенсей! Я вам не помешаю? – это был тихий голос Руизы.
Хиде обернулся и не смог сдержать улыбки. Руиза стоял перед ним, сжимая в руках концы своего длинного полосатого шарфа и очень робко смотрел на Хиде, будто бы боясь, что его сейчас прогонят. Но учитель явно не собирался этого делать. Он спрыгнул с подоконника и быстрыми шагами приблизился к своему ученику.
-Проходи, Руи! Я очень рад тебя видеть – негромко сказал Хиде-зоу, беря Руизу за руку и подталкивая к стулу, возле своей кровати. Ученик явно не ожидал этого и с недоверием посмотрел на своего учителя, осторожно присев на самый край стула, вновь опустив свои глаза.
-Ну что за прелесть – мелькнуло в голове Хиде – То он в любви признается, то смущается и глазки опускает.
Учитель улыбался, глядя на опущенную голову Руизы. Сейчас, при свете дня, пусть даже и не было солнца, а за окном были тяжелые тучи, Хиде уже не казалось таким страшным и пугающим то, что произошло тем поздним вечером между ним и Руизой. Увидев сейчас это милое создание, вновь ощутив рядом с собой этого робкого и влюбленного мальчика, Хиде не смог уже обманывать сам себя. Он признался себе, что ему нравится Руиза, что он не может спокойно смотреть на него и говорить с ним. Понимая, что вновь обрекает сам себя, Хиде подошел вплотную к ученику и осторожно прикоснулся пальцами к его подбородку, поднимая его и тем самым заставляя посмотреть на себя. Руиза пристально смотрел на своего учителя, на этот раз не опуская свои глаза.
-Черт... – пронеслось в голове Руизы – Что же он со мной делает, зачем так смотрит? Я же с ума сейчас сойду.
Ученик почувствовал, как в носу предательски защипало, а на глазах выступили слезы. Крепко зажмурившись, Руиза резко дернулся, высвобождая свое лицо из прохладных пальцев учителя и отвернулся в сторону.
-Не надо меня трогать – всхлипнул он тихо – Не надо, зачем вы это – снова повторил он.
Голос задрожал, а слезы уже было не сдержать.
-Вам ведь все равно - продолжал Руиза - тогда не трогайте, не мучьте меня своими прикосновениями!
Вот и опять повторилась та же ситуация. Ученик снова плакал, а Хиде-зоу стоял перед ним и не знал что делать, хотя прекрасно понимал причину слез своего ученика.
-Руи, – начал Хиде тихим голос, стараясь говорить как можно спокойнее – не плачь, не надо.
Хиде сел перед ним на корточки и взял его ладони в свои. Руиза повернул свое лицо к учителю и встретился с ним взглядом, не отрываясь смотря в его темные глаза.
-Ну почему он так жесток со мной, почему... – думал Руиза, давясь слезами и пытаясь не разрыдаться в голос.
Хиде-зоу осторожно погладил пальцы ученика, совсем легонько, едва касаясь бледной тонкой кожи. В этот момент он понял, что все пути назад отрезаны, и как бы он не переубеждал сам себя, не заставлял бы забыть это – все попытки не увенчаются успехом, так как это еще совсем не ясное чувство, ни за что не хотело отступать, а напротив – захватывало все сильнее. Хиде понимал, что за те два года, что Руиза учился у него, в душе постоянно теплилось чувство к своему ученику, мысли о нем не отпускали, но их все же удавалось направить в другое русло, и не поддаться этому искушению. Но сейчас, все прошлые старания были сведены на нет, словно лавиной смело то, что строилось целых два года, оставив после себя лишь осознание того, что вот он – новый этап отношений. Теперь уже не будет как раньше, будет что-то совсем другое, и Хиде страстно надеялся, что впереди его ждёт только хорошее.
-Какое же ты солнышко – вдруг произнес учитель, легонько погладив ученика по щеке, убирая с его глаз светлые пряди, и стирая следы недавних слез.
Руиза вздрогнул, будто испугавшись и сразу же опустил голову еще ниже. Горячий румянец залил его щеки, и он боялся даже пошевелиться, не веря в услышанное.
-Я подумал о том, о чем мы с тобой говорили – продолжил Хиде, гладя Руизу по волосам.
– Знаешь, ты был прав. Ты действительно для меня больше, чем просто ученик, но я сам боюсь пока что в этом признаться. Я боюсь сделать что-то не так – Хиде осекся, подумав, что итак уже много сказал, а Руиза все молчал.
-Руи, скажи хоть что-нибудь.
Вместо ответа, Руиза резко прижался к учителю, обнимая его шею и тяжело дыша.
-Неужели вы это сказали – шепотом произнес он.
-Я сам еще не знаю, но мне кажется, что все, что ты говорил - верно – ответил Хиде.
Руиза поднял голову и заглянул в глаза учителю, будто бы пытаясь прочитать там ответ на его самый сокровенный вопрос.
Хиде не мог не улыбнуться, глядя на этого милого, такого очаровательного и доверчивого мальчика.
-Где мои глаза раньше были – пронеслось в его голове, и совершенно не осознанно, повинуясь какому-то молниеносному порыву, Хиде наклонился и легко прикоснулся к губам Руизы.
-Боже...Что вы делаете – прошептал Руиза, закрывая глаза. Он едва почувствовал этот поцелуй, но даже этого легкого касания хватило, чтобы потемнело в глазах, а по телу разлилось приятное тепло. Руиза и не заметил, как по его щекам вновь покатились слезы.
-Как же долго я этого ждал, как долго... – Руиза не открывал глаз, мечтая, чтобы учитель снова его поцеловал. Хиде понял все без слов. Он осторожно стер мокрые дорожки с теплых щечек и вновь прикоснулся к раскрытым губам, чувствуя на них соленый привкус слез.
-Солнышко мое, где ж я раньше был – снова подумал Хиде, не прекращая целовать Руизу. Ему не казалось это не правильным, не было стыдно или совестно за свои действия, лишь не приятно кольнуло в сердце, когда Хиде-зоу вспомнил еще раз, как долго он шел к этому, как боялся себе признаться, сделать это самый сложный первый шаг, мучая тем самым своего милого и чудного ученика, которого он сейчас крепко сжимал в своих объятиях. А Руиза тихо млел в руках Хиде, боясь даже пошевелиться или открыть глаза. Он не верил в происходящее, и боялся, что это всего лишь очередные его грезы. Но теплые губы учителя говорили о том, что все происходит на яву. Их целомудренный поцелуй не перерос в нечто большее, не стал крепче и сильнее, но это не расстроило его, так как Руиза понимал, что прояви Хиде сейчас чуть больше внимания, и Руиза точно потеряет сознание от невозможности вытерпеть такое удовольствие. Поэтому он сам же благоразумно отстранился от таких любимых губ, и опустил глаза, заливаясь румянцем, уткнувшись носом в шею учителя.
-Ну, ты чего опять? – Хиде поднял его лицо ладонями и всмотрелся в глаза Руизы. Впервые за долгое время, Хиде-зоу наконец-то увидел там радость, а не печаль и безысходную тоску.
-Я люблю вас, сенсей – тихо произнес Руиза, глядя на учителя.
-Не кидайся такими словами, малыш – улыбнувшись, ответил ему Хиде-зоу – все еще только начинается, не стоит так говорить.
-Но почему, если это правда! – возмутился Руиза.
-Не сердись, просто у тебя еще будет время сказать об этом, так как я тебя никуда теперь не отпущу – прошептал Хиде, обнимая Руизу и вновь целуя его дрожащие губы.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:48 | Сообщение # 9
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 10
Солнечные лучи проникали в раскрытое окно и заливали комнату бледным светом. Раннее утро как обычно начиналось с бесконечного щебетания птиц и шелеста листьев деревьев, растущих во дворе.
Руиза открыл глаза и прислушался. Ему нравилось просыпаться каждое утро под этот незатейливый аккомпанемент, и даже когда погода была пасмурной, голоса птиц все равно радовали слух, и Руиза мог подолгу стоять и смотреть в окно, залитое дождем, вслушиваясь в этот чудный хор. Но сегодня день обещал быть солнечным. Причем солнечным, во всех смыслах. Хиде-зоу выписали из больницы, причем ровно на следующий день после того, как к нему приходил Руиза. Врачи еще долго шутили, что Руиза обладает чудодейственным способом исцеления, и что симптомов болезни и не осталось, после того, как он пришел. И вот сегодня Руиза должен был прийти домой к учителю, чтобы поиграть ему перед конкурсом, который должен был состояться уже завтра. Руиза очень волновался, ожидая эту встречу. Он до сих пор не мог поверить в то, что у них с Хиде все-таки состоялся этот разговор, и что их сложные отношения, которые еще и назвать этим словом нельзя было, все-таки сдвинулись с так называемой мертвой точки.
Руиза встал с кровати и поежился, когда его ноги ступили на прохладный пол. Он улыбнулся своим мыслям и пошел в ванную. Взглянув на часы, он понял, что до урока еще достаточно времени и что он не только успеет собраться и позаниматься, но еще и пройтись не спеша по улице, наслаждаясь хорошей погодой.
-Надеюсь, сегодня все пройдет на отлично – подумал парень, открывая воду и подставляя ладони под прохладные струи. Повернув голову к зеркалу, он взглянул на свое отражению и подмигнул сам себе, отметив, что давно не был в таком хорошем настроении.
***
-Ну что я могу тебе сказать – Хиде-зоу посмотрел на Руизу и продолжил – все не плохо, но вот коду в сонате ты загоняешь. Куда ты так торопишься? Виртуозность показываешь свою? Поверь, Руи, жюри оценит лишь твою ровную и качественную игру, нервной беготней по клавишам их не удивишь – и учитель встал с кресла, подходя к роялю.
Руиза кивнул в ответ. Сейчас он понял, как же он соскучился по урокам своего учителя, по строгим интонациям его голоса, по замечаниям и похвалам. Этого очень не хватало. Руиза с обожанием смотрел на Хиде-зоу, желая не подвести его и сыграть так хорошо, как никогда раньше.
-Руи, ты заснул что-ли? Я тебе говорю, не загоняй коду! – голос учителя вывел ученика из размышлений, и Руиза улыбнулся, отмечая, что Хиде не исправим, и когда дело касается обучения, то он суров и только что перья не летят во все стороны от несчастного ученика. Хотя какого несчастного... Сейчас Руиза чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.
-Да-да, я все понял, сенсей – поспешно закивал он – я не подведу вас – и Руиза улыбнулся, глядя на своего учителя.
-Я рад, что ты так говоришь – Хиде-зоу сел на стул рядом с учеником и накрыл ладонью его пальцы, все еще касающиеся клавиш рояля. Руиза вздрогнул, так как не ожидал этого. Конечно, он не забыл ничего, что было между ним и учителем в больнице, но все равно такой внезапный порыв не мог не напугать и не привести в трепет. От зоркого ока Хиде не ускользнула эта резкая перемена в настроении Руизы, и он, улыбнувшись спросил:
-Что тебя напугало? Ты даже вздрогнул.
-Это все конкурс – солгал Руиза и поскорее высвободил свои ладони - Я просто немного волнуюсь, и боюсь подвести вас.
Он не понимал, почему так вдруг разнервничался. Он отвернулся от учителя, понимая, что начинает жутко и мучительно краснеть, и что даже взглянуть боится на Хиде-зоу.
-Боже ты мой, да что ж это такое – пронеслось в голове Руизы.
Видимо, правильно оценив настроение ученика, Хиде потрепал его по плечу и как ни в чем не бывало сказал:
-Я пойду чайник поставлю, выпьешь чаю и домой пойдешь, а то ты уже устал – и учитель улыбнувшись, вышел на кухню.
Руиза тут же вскочил и подбежал к раскрытому окну, с удовольствием вдыхая свежий прохладный воздух. Приложив ладони к разгоряченным щекам, он пытался успокоиться и остановить громкий стук своего сердца.
-Черт! – ругнулся он - Почему я так отреагировал. Он, наверное, подумал, что я идиот. Сначала вешаюсь на него, а потом сбегаю. Но что я могу сделать, если от его прикосновений тело просто немеет от восторга, я слова вымолвить не могу, а лишь с ума начинаю сходить. Мне надо время, чтобы привыкнуть, а то я буду первым в истории человеком, умершим от оргазма.
А как же мы тогда... Ой, ужас какой – Руиза подумал о том, что может следовать после поцелуев, вспомнив совместное времяпрепровождение с Камуи-сенсеем и только что мучительно не застонал от этих воспоминаний, представив Хиде-зоу на месте Камуи.
-Я не смогу, я сбегу прямо сейчас. Что мне делать... – мысли Руизы были словно в лихорадке. Он не мог успокоиться, понимая, что чувства к Хиде настолько странные и не похожие не на что настолько, что он с трудом может находиться рядом с ним. А точнее говоря, он просто сходит с ума от удовольствия, наблюдая за учителем, разговаривая с ним, касаясь его. Это не могло не волновать. Что уж говорить о каких-то более серьезных проявлениях чувств.
-Пошли чай пить – голос Хиде раздался над самым ухом, заставив Руизу подскочить на месте.
-Ты чего? – спросил Хиде, убирая ладони Руизы от лица.
Ученик помотал головой, пытаясь тем самым доказать, что все в порядке, но Хиде-зоу не унимался.
-Руи, что происходит? Ты какой-то нервный? Тебя что-то беспокоит?
-Да – выпалил Руиза и, решив не ходить вокруг да около, выпалил:
–Я смущаюсь. После всего того, что произошло, я не могу поверить, что вы действительно сказали правду, действительно целовали меня, я ... – поток его слов, который был больше похож на ответ отличника на экзамене, прервал легкий поцелуй в щечку. Руиза резко замолчал, машинально дотрагиваясь до своего лица, где только что были губы Хиде-зоу.
-Не смущайся, милый, чего уж теперь – прошептал учитель.
Руиза смотрел на него широко раскрыв глаза и улыбался, чувствуя как начали дрожать кончики пальцев.
-Нет, я точно умру от оргазма – снова мелькнуло в голове, и он робко поднял свои руки, обнимая учителя за плечи, осторожно прижимаясь к нему. Тот чмокнул его в макушку и погладил по спине:
-Не стоит так волноваться на пустом месте, Руи. Не накручивай себя, пошли лучше чай пить – и Хиде, взяв за руку Руизу, повел его на кухню.
Там они сидели довольно долго, смеялись, обсуждали завтрашний конкурс, и не было неловкости, волнения, какой-то недоговоренности. Все легко и естественно.
Хиде-зоу смотрел на своего ученика, когда тот отворачивался к окну, или пил чай, уткнувшись в свою чашку, и не мог глаз отвести.
-Какой же он милый. Бедненький, намучался со своими чувствами. Ребенок ведь еще совсем – думал учитель – и как с ним быть. Страшно за него даже. Вдруг что-то не так сделаю.
Хиде–зоу смотрел на своего ученика, все сильнее ощущая тепло, которое разливалось в его душе. Он даже и представить не мог, как можно было столько времени уходить от самого себя. Но в то же время, он боялся предпринимать какие-то решительные шаги, ведь Руиза все еще оставался его учеником, а Хиде был его учителем.
-Ну ладно, я пойду. А то завтра рано вставать – сказал Руиза и как-то поспешно засобирался.
-Хорошо – ответил ему учитель, поднимаясь со своего места и направляясь в прихожую.
Глядя, как парень быстро одевается, криво наматывая свой неизменный шарф, Хиде-зоу не мог сдержать улыбки.
-Ну, я пойду – Руиза неловко замялся и стоял, опустив голову. Он понимал, что уходить так вот просто, после обычных дежурных фраз и пожеланий хорошо сыграть, вряд ли нужно. Но он ужасно боялся, что Хиде вдруг подойдет к нему и поцелует его на прощание. Такого поворота событий он точно не выдержит, слишком это быстро. При этих мыслях, ему становилось невыносимо жарко, и чтобы не искушать судьбу, Руиза торопливо поклонился и выбежал из квартиры, оставив учителя в полнейшей растерянности.
-Что это с ним – спросил сам себя Хиде – Не понимаю. Ладно, пусть время пройдет, я сам еще не понял себя, что уж о нем говорить - и Хиде ушел на кухню, убирать со стола. В это время Руиза бегом спускался по лестнице, не в силах ждать лифта. Он добежал до первого этажа и уткнулся лбом в холодную стену, в ушах шумело, кровь стучала где-то в висках.
-Идиот тупой! – ругнулся сам на себя Руиза – Ну почему ты такой идиот! Зачем убегать было! – Руиза сам не понимал себя. Он знал, что очень хочет быть ближе к своему учителю, но не мог преодолеть свое смущение. Когда он был с Камуи, ему было все равно, там была страсть, любопытство, желание, но не было чувств, в отличие от нынешней ситуации. Руиза не мог представить, как он например, разденется перед своим учителем, вдруг ему что-то не понравится в нем, или еще чего-нибудь. Такие глупые, совершенно наивные мысли, пугали парня и он при всем своем желании получить благосклонность Хиде-зоу, сейчас откровенно пасовал. И, конечно же, был зол на себя, до умопомрачения. Руиза размахнулся, чтобы ударить кулаком о стену, но тут же бессильно опустил его, вспомнив, что завтра его руки должны быть в целости и сохранности.
-Черт! – ругнулся он снова – Я все-таки не могу так вот просто уйти, тем более, что Хиде, наверное вообще не понял, что произошло. Руиза пересилил себя и стал подниматься по лестнице, благо Хиде-зоу жил не высоко. С каждым пройденным лестничным пролетом, уверенность Руизы все росла, и он уже ругал себя за свое малодушие и такое нелепое бегство.
-Он мне нравится. Ну и что, что он мой учитель, это не повод бегать и смущаться, тем более, что он все сам мне сказал – Руиза уже стоял перед дверью учителя и с силой жал на звонок.
-Руи, ты? – перед ним возникло удивленное лицо Хиде-зоу, который жестом пригласил войти.
Руиза потоптался на месте и не решительно зашел внутрь. Точно он не мог сказать, зачем пришел, но знал, что вернутся нужно, непременно нужно. Учитель молча смотрел на него, будто бы ожидая каких-то действий, но долго не выдержал этого зрительного контакта и очень тихо, сказал, вытянув вперед руки:
-Иди сюда, мой маленький. Ну, чего ты там стоишь.
Руиза не спеша подошел и прижался к Хиде-зоу, обнимая крепко за плечи, прижимаясь лицом к его груди. Учитель гладил его по волосам.
-Чего ты убегаешь? – спросил Хиде.
Руиза промолчал, лишь сильнее прижался к нему.
-Не убегай, а то я начну пугаться – с улыбкой произнес Хиде-зоу и наклонился, чтобы поцеловать Руизу. Несколько секунд они смотрели друг на друга не отрываясь, но в какой-то момент, будто бы вихрь закружил их, ломая все преграды. Хиде впился в губы своего ученика и все крепче прижимал его худое тельце к себе. В голове еще крутилась мысль о том, что нужно остановиться, но сил уже не было. Поцелуи были настолько терзающими и страстными, что Руиза уже тихо стонал под их натиском, медленно ослабевая в руках Хиде-зоу.
-Милый мой, солнышко – шептал учитель сквозь поцелуи, гладя парня по лицу, по плечам, вжимая в стену и пробираясь ладонями под легкую куртку и рубашку.
-Нет, пожалуйста, не сейчас – Руиза с трудом отстранил от себя горячие руки, понимая, что зайди они сейчас чуть дальше, остановиться будет не возможно, и что конкурс ему будет не выдержать, так как все мысли будут явно не о музыке.
Да-да, его влюбленный разум еще был способен выдавать здравые мысли.
-Как скажешь, мой милый – Хиде и сам был рад, что Руиза остановил его, ведь эта лишняя поспешность, которая возникала из-за стихийной страсти, могла лишь навредить. Поэтому он положил свои ладони на плечи ученика и снова поцеловал его, на этот раз мягко и нежно.
-Я приду тебя завтра слушать, сыграй лишь для меня, Руи – и учитель провел рукой по волосам Руизы, приглаживая непослушные светлые пряди.
-Хорошо, сенсей, я постараюсь.
Их прощальный поцелуй был долгим и нежным. Руиза уже подумал было, что просто растает от такой нежности и тех чувств, которые его переполняли. Хиде в последний раз коснулся теплых губ и не без сожаления, выпустил своего ученика из плена своих объятий.
-До завтра, сенсей! – тихо сказал он, выходя за дверь.
Когда дверь закрылась, Хиде-зоу прикрыл глаза и медленно сполз вниз по стенке. Возбуждение не отпускало, и он подумал, что не плохо было бы сходить в душ, освежиться. С трудом поднявшись на ноги, учитель пошел в сторону ванной, запоздало подумав о том, что пора бы перейти с Руизой на ты, а то как в ролевой игре получается. Может это сблизит их еще больше?
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:49 | Сообщение # 10
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 11
Руиза стоял в классе перед раскрытым окном и любовался закатным небом. Уже был поздний вечер, воздух наполнился прохладой, становилось все темнее, лишь полоска горизонта еще алела, все больше погружаясь во тьму. На улице давно зажгли фонари, и теперь они ярко освещали практически пустынные улицы. Руиза улыбнулся своим мыслям, и взглянув на часы, которые показывали десять вечера, пошел собирать свои вещи. Сложив аккуратно ноты, он решил протереть клавиши рояля напоследок. Это была его мания, играть на блестящих, сверкающих как лед клавишах, он не терпел замызганных инструментов и с трепетом следил за чистотой рояля как в классе, так и дома.
После конкурса прошла уже неделя. Как и предполагалось, Руиза занял первое место, оставив своих соперников далеко позади себя. Ему удалось даже взять приз зрительских симпатий, но это, конечно же, тоже никого не удивило, ведь очаровательный юный пианист, прекрасно играющий на рояле, мало кого мог оставить равнодушным. Когда Камуи–сенсей сообщил Руизе результаты конкурса, то не мог удержаться, и шлепнув парня по попке, шепнул на ухо:
-Вот видишь, сладкий мой, ты не только меня привлекаешь, вон зрители и те в восторге.
Руиза только хмыкнул. Он давно не держал на Камуи зла, скорее он был даже ему благодарен за тот опыт, который он ему подарил. А о том, что учитель говорил ему тогда, пытаясь внушить ему мысль о равнодушии Хиде, Руиза старался не вспоминать. Сейчас он был счастлив от своей новой победы, но еще больше его радовали глаза Хиде-зоу, в которых светилась гордость и радость за своего ученика.
Руиза медленно и тщательно водил влажной салфеткой по каждой клавише и как всегда думал о Хиде-зоу. После конкурса их отношения стали вдруг понятнее и спокойнее. Они действительно перешли на ты, что сблизило их еще больше. И они стали похожи на классическую влюбленную парочку. Естественно, на уроке Хиде вновь надевал на себя маску строгого учителя, и Руизе влетало по полной программе за невыученный материал. Сразу же после конкурса, ему были даны новые произведения на ближайший месяц, и он даже успел получить нагоняй от учителя за то, что плохо разобрал их.
-Что значит, ты не успел? – строго спрашивал его учитель – ты должен успеть все. Иначе, какой же ты музыкант, если ты с трудом разбираешь и читаешь ноты с листа.
А Руиза лишь кивал и бежал домой заниматься, чтобы вечером выйти погулять в парк с Хиде-зоу, который в эти моменты уже не был его учителем, и они могли спокойно сидеть обнявшись, где-нибудь в тени деревьев, гулять, взявшись за руки по темным аллеям парка, смотреть на небо, сидя на скамейке и укутавшись в свои теплые шарфы. Было все, кроме желанной обоим близости. Они подолгу могли целоваться, обнимать друг друга, лежать дома у Хиде в полураздетом виде, но когда учитель начинал более откровенно ласкать Руизу, тот отстранялся и говорил, что ему пора домой. Хиде особо не переживал, и каждый раз после такого, удовлетворяя самого себя под душем, думал, что это все страх первого раза. Он и предположить не мог, что именно то, что это было не в первый раз и останавливало Руизу. Он не хотел обманывать Хиде-зоу, но сказать ему, что у него уже кто-то был, он не мог. Руиза понимал, что ни за что на свете не скажет, кем именно был этот человек, все-таки ему не хотелось так подводить Камуи-сенсея, но и умолчать о факте своей опытности, он не мог. Поэтому и сбегал каждый раз. Но так ведь не могло продолжаться бесконечно. Руиза очень боялся, что Хиде отвернется от него, ведь Руиза еще совсем юный, а опыт уже имеет. Не подумает ли Хиде-зоу, что его ученик маленький развратник.
-Ох, - вздохнул Руиза, заканчивая протирать последние клавиши - И как ему сказать, не знаю. Страшно. Вдруг он оставит меня. А врать ему я не могу. Он слишком дорог мне.
Парень выбросил салфетку в мусорное ведро и только хотел открыть дверь, как в класс влетел Хиде-зоу. Именно влетел, запыхавшись и тяжело дыша. Он удивленно посмотрел на Руизу:
-А ты чего тут так поздно? – спросил он.
-Я занимался, учил сонату. Привет, кстати – ответил Руиза, смотря на учителя. Ему все еще было неловко называть его на ты, но ученик был так рад его приходу, что не мог не улыбнуться, и вся неловкость тут же пропала. Они должны были встретиться лишь завтра на уроке, а после него договаривались сходить в кино. И конечно же, увидев своего учителя сегодня, Руиза был крайне обрадован.
-Какой умница, что занимаешься - это ты правильно делаешь– сказал учитель, подходя к Руизе и обнимая.
-А я телефон забыл свой в классе– ответил Хиде-зоу на вопросительный взгляд своего ученика – Пришел домой, а его нет, а у меня там куча важных номеров записана.
-Записывай на листочке, чтобы не бегать потом в поисках – ответил Руиза улыбнувшись.
-Так и сделаю, сладкий мой – учитель чмокнул Руизу в нос.
-Ну что, пошли тогда? – спросил учитель, но Руиза как-то лукаво на него посмотрел и подойдя к двери закрыл ее, положив ключ на крышку рояля. Он вдруг понял, что именно сейчас хочет обо всем рассказать своему учителю, именно сейчас и не позже.
-И что это значит? – Хиде-зоу вопросительно посмотрел на ученика.
Руиза лишь улыбался.
-Прошла уже неделя после конкурса, а я так и не отблагодарил вас за свою победу, сенсей – Руиза облизал губы, пристально смотря на учителя.
-Мы ж на ты, кажется перешли – сказал Хиде, отступая назад к дивану.
-А мне казалось, что в классе мы всегда на вы – Руиза понял, что двигается в правильном направлении, когда увидел, что Хиде-зоу нервно сглотнул и сел на диван, не сводя глаз с ученика.
-Ты меня поражаешь, Руи – сказал он – Как тебе удается сочетать в себе такую невыносимую скромность и краснеть, а порой превращаться в эдакого коварного соблазнителя.
Руиза лишь пожал плечами, он сам порой задавался этим вопросом. И кажется, понял, что просто существует некая грань, которую стоит только перейти и ему просто крышу сносит, но до этого он будет краснеть и смущаться.
-Хиде, я люблю тебя – вдруг сказал Руиза. Он постоянно говорил учителю слова любви, но тот всегда останавливал его, прося не кидаться такими словами. И Руиза замолкал, причем совсем не обижаясь и просто терпеливо ожидая, когда услышит в ответ такое же признание.И на этот раз учитель промолчал, лишь улыбнувшись.
-Вообще-то мы в учебном заведении – снова проговорил Хиде-зоу, когда Руиза уселся к нему на колени.
-Вообще-то, кроме нас и охраны здесь врядли еще кто-то занимается, все уже домой ушли. Одни мы тут.
-Ну не знаю, в соседних классах горел свет и были слышны звуки игры – Хиде поглаживал Руизу по спине.
-Тебя смущает свет? – тихо спросил Руиза и соскользнув с колен учителя, щелкнул выключателем. Казалось, стало даже тише, когда класс погрузился во мрак. Стены освещались лишь бледными отблесками фонарей с улицы. Руиза подошел к учителю и вновь сел на его колени.
-Хиде, мне надо тебе кое-что сказать – начал он неуверенно.
-Да, я тебя слушаю – ответил учитель.
-Ты, конечно же заметил, как я смущаюсь порой, и останавливаю тебя, когда ты готов зайти дальше, чем положено.
Хиде-зоу неопределенно хмыкнул. Не услышав ничего, Руиза продолжил неуверенно и сбивчиво, будто боясь, что может передумать и замолчать:
-Так вот, причина в том, что... - парень замялся - просто у меня...я уже...в общем, я не...
-Скажи как есть, солнышко, не переживай. Я все пойму.
Хиде-зоу улыбнулся теплой улыбкой и взял ладони ученика в свои руки.
-Я не... – Руиза резко замолчал.
Он не знал как сказать это. Он не мог так вот запросто выпалить, « а знаешь, Хиде, я уже не девственник, у меня был секс с мужчиной и мне понравилось, так что давай не терять времени зря, пошли займемся наконец тем, чем так хочется».
Руиза закусил губу, в тщетной попытке подобрать слова. И даже мягкие поглаживания Хиде-зоу не могли его успокоить и отвлечь. Ему казалось, что скажи он сейчас то, что хотел, и учитель просто оттолкнет его. Хотя это было и глупо, так боятся. Руиза тяжело вздохнул и словно это были его последние слова в жизни тихо прошептал:
-У меня уже был мужчина однажды. Ты не первый, с кем я... – тут он замялся. Ведь секс у него был, но чувств не было, и значит все, что тогда произошло вообще можно особо-то и не считать. Приняв это за попытки самооправдаться, Руиза вздохнул.
-Ну и что? – спросил учитель удивленно.
-Как что? Тебя разве это не возмущает?
-А почему должно? – учитель действительно не понимал этого. Ну были отношения и что ж из этого. Он поцеловал Руизу в носик и тихо ответил:
-Мне без разницы, кто был до меня, главное, чтобы это был достойный человек, который не причинял тебе боли и страданий. Если он оставил лишь приятное после себя, то меня это не пугает. Главное, что сейчас ты со мной, а не с ним. Надо радоваться настоящему, а не копаться в прошлом.
Руиза улыбнулся, крепче прижавшись к Хиде.
-Да, он был достойным. И боли не причинил – парень чуть не плакал от переполнявших его эмоций -Неужели я сказал, неужели теперь Хиде-зоу все знает – Руиза не мог поверить в то, что этот разговор наконец-то состоялся. Он обнимал Хиде-зоу все крепче и сильнее, повернув свою голову к нему, он долго смотрел на учителя, а потом не выдержал и поцеловал его. Легкий поцелуй моментально перерос в нечто большее. Теперь Руиза уже не боялся, понимая, что может отдаться своим чувствам полностью и без страха.
-Хиде, спасибо, что ты все понял, а я так боялся этого – шептал Руиза сквозь поцелуи – ты самый лучший, я с ума схожу рядом с тобой. Только будь всегда рядом – Руиза уже стонал под натиском таких любимых рук.
Учитель мягко целовал его шею, щеки, гладил плечи. Руиза сполз на пол с колен учителя и вытянув ладони, стал гладить его грудь, спускаясь все ниже. Хиде тяжело выдохнул, когда ученик задрал его рубашку и расстегнул молнию его джинс, высвобождая уже сильно возбужденную плоть.
-Руи, что это ты задумал – Хиде-зоу еще пытался шутить, хотя разум его уже был затуманен, а когда пальчики ученика осторожно и почти не весомо прошлись по всей длине члена, учитель сдавленно застонал, закусив губу, чтобы хоть как-то заглушить рвущиеся наружу стоны. Из под полуопущенных ресниц, он наблюдал за действиями Руизы и не мог отвести взгляда. Тот легонько касался его, будто боялся сделать первый шаг. Он осторожно водил пальцами, и то приближал свое лицо, то вновь отдалялся. Чувствуя горячее дыхание ученика возле своей плоти, Хиде-зоу чуть с ума не сходил, он аккуратно положил руку на затылок Руизы и слегка надавил, будто бы призывая к более активным действиям.
Ученик все понял, и улыбнувшись, опустил свои губы, на член Хиде-зоу, насаживая их на горячую плоть. Хиде вновь застонал, он с трудом сдерживал себя, ощущая на себе такой горячий рот и проворный язык.
-Определенно стоит сказать спасибо тому парню, который был у Руизы первым, научил он мальчика – промелькнуло в голове Хиде-зоу, когда Руиза стал двигаться быстрее, обхватив член учителя теплыми ладонями. Хиде-зоу, чувствовал, что скоро кончит, но ему очень хотелось продлить эти потрясающие ощущения как можно дольше. Он отстранил Руизу от себя, и вновь притянул к себе, заставляя того подняться с колен. Крепко поцеловав, недоумевающего парня, он положил его на диван и навис над ним сверху.
-Какой ты красивый, Руи. Какой же ты красивый – прошептал учитель – Мой, ты только мой, самый лучший – голос Хиде был тихим, но Руиза все прекрасно слышал, закрывая глаза от удовольствия, когда слышал эти приятные слова.
Хиде-зоу не мог насмотреться на Руизу, он провел пальцем по его влажным губам, и наклонился, чтобы поцеловать их. И он готов был целовать бесконечно эти нежные губы, но собственное возбуждение напомнило о себе тяжестью внизу живота, и Хиде решил продолжить начатое.
Он привстал и подставил свой член к полуоткрытым губам Руизы. Тот облизнулся, задев языком головку, и провел ладонью по всей длине. Хиде толкнулся внутрь его рта, задавая не быстрый темп, хотя очень хотелось вбиваться со всей силы, чувствуя это тепло везде. Руиза застонал, подаваясь навстречу движениям Хиде-зоу, который уже дышал все сбивчивее и наконец, не выдержав этих сладких мучений, кончил. Руиза закашлялся и выплюнул сперму на пол. Улыбнувшись и облизав свои губы, он потянулся за поцелуем.
-Вам понравилось, сенсей? – спросил он.
-А ты сомневаешься? – Хиде улыбнулся и провел рукой по животу ученика, наткнувшись на внушительную эрекцию, учитель вопросительно поднял брови:
-Бедненький мой, а как же ты?
Руиза покраснел и промямлил что-то неопределенное про то, что и сам справится.
-И где ты это будешь делать? В училищном туалете? Или до дома дотерпишь? – Хиде-зоу уже поглаживал Руизу через ткань джинс.
-Хиде, не надо, я же сейчас...ох... – Руиза уже стонал, подставляясь под ладони учителя, которые уже проникли под одежду и теперь ничто не отделяло его горячую руку от дрожащего и возбужденного члена ученика. Хватило пары быстрых движений, чтобы ученик выгнувшись и сдавленно простонав, кончил в руку Хиде. Тепло разлилось по телу, Руиза только что не замурлыкал от удовольствия. Он не верил в то, что произошло, чуть сознание не теряя от понимания этого. Обнимая Хиде-зоу, он целовал его шею и прижимался к его лицу, будто бы боясь отпустить и потерять.
Они с трудом поднялись с дивана и устранив последствия своего бурного времяпрепровождения, вышли из класса, легонько соприкасаясь ладонями.
-Хиде, милый, я не верю, что мы вместе – Руиза почувствовал, что сейчас просто расплачется от счастья.
-А ты поверь, поверь, солнышко мое... – прошептал Хиде, целуя его в макушку. Хотя он и сам с трудом верил в то, что вновь его сердце бьется быстрее, а в душе уже нет той пустоты, которая была раньше.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:50 | Сообщение # 11
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 12
Вечер следующего дня, как и предполагалось, был прекрасным. После урока в училище, Руиза и Хиде-зоу пошли прогуляться по парку. Даже не смотря на очередной нагоняй сделанный ему на уроке, Руиза был в хорошем настроении, да и Хиде-зоу расслабился и с удовольствием шутил, порой прижимая к себе смеющегося Руизу. Они гуляли очень долго. Уже стемнело, а они все сидели на скамейке, которая стояла на безлюдной аллее. В такой поздний час людей там не было, лишь изредка вдалеке показывались влюбленные парочки, держащиеся за руки, и они естественно не обращали внимания на Руизу и Хиде-зоу, которые сидели тесно прижавшись друг к другу.
-Милый мой, как же с тобой хорошо – прошептал учитель и прижался губами к виску своего ученика – Хочу с тобой всегда быть, потому что с тобой спокойно и тепло.
Руиза неопределенно хмыкнул:
-Ты просто не знаешь, как я люблю скандалы закатывать из-за мелочей, это я при тебе такой хороший и спокойный, а на самом деле я еще та истеричка.
Хиде-зоу улыбнулся в ответ на эти слова:
-Ты просто еще маленький, но с возрастом поймешь, что не стоит тратить время на пустые ссоры, ведь каждый день может стать последним в отношениях, и потом будешь жалеть, что ругался, что не удержал, не простил... – учитель почему-то загрустил.
-Хиде, зачем ты говоришь такие пугающие вещи? – Руиза даже привстал и заглянул в глаза учителю. Парень был немного напуган и растерян.
-Ну, я же образно – поспешил успокоить его Хиде-зоу – просто отучаю тебя от скандалов, которые ты еще не успел мне закатить – и учитель улыбнулся – Не волнуйся, я ведь с тобой сейчас. Иди сюда, моя радость – он притянул Руизу к себе и поцеловал. Долго, мучительно медленно, крепко прижимая свои губы к его теплому рту.
Горячие ладони Хиде-зоу уже пробирались под куртку ученика, мягко поглаживая спину.
-Ай, у тебя очень холодные руки – рассмеялся Руиза, пытаясь отстраниться – У меня аж мурашки пошли.
-А так? – Хиде запустил свои ладони под ремень джинсов Руизы, обхватывая его ягодицы и поглаживая их.
-Нууу... – протянул Руиза – так гораздо приятнее и даже не холодно.
Хиде-зоу вновь наклонился к ученику и шепнув о том, что он самый милый на всем белом свете, стал целовать - глубоко, требовательно и жарко. Вдруг учитель услышал звук приближающихся шагов. Влюбленные отпрянули друг от друга, чтобы не провоцировать лишние взгляды и принялись рассматривать окружающий пейзаж, как будто интереснее его, ничего для них не существовало. Мимо скамейки медленно прошел высокий мужчина, на его глаза была надвинута черная шляпа, скрывающая половину лица. Хиде-зоу пригляделся к нему внимательнее, что-то было знакомое в этом человеке, но он все равно не мог его узнать. Мужчина даже не взглянул в их сторону, и пошел дальше, сложив руки за спиной. Руиза не обратил особого внимания на этого человека, а вот Хиде-зоу от чего-то насторожился. Он не мог понять, кто это был, но эта неожиданная встреча ему очень не понравилась. Какое-то нехорошее предчувствие поселилось в его душе.
-Хиде, пошли по домам, а то я замерз уже – из собственных размышлений, учителя вывел голос Руизы. Ученик потянул Хиде-зоу за рукав, а сам встал со скамьи, растирая озябшие руки.
-Пойдем, милый – ответил ему учитель, обнимая за талию, а потом добавил – А давай ко мне пойдем?
Сегодня ему хотелось быть как можно дольше с Руизой, почему-то не хотелось его отпускать от себя. Руиза смущенно опустил голову и пожал плечами:
-Ну, давай – и в который раз он порадовался тому, что его родители благоразумно разрешили ему жить одному, чтобы не мешать его многочасовым занятиям на фортепиано, да и самим не сходить с ума, от бесконечных гамм, этюдов, сонат и прелюдий, начинающихся каждое утро. Поэтому, он мог не волноваться о том, что не будет ночевать дома и что придется придумывать что-то, чтобы скрыть от родителей свои отношения.
-А что мы будем делать? – Руиза не мог удержаться от ехидства, и почему-то ему показалось, что именно сегодня все должно произойти. Поняв это, он вдруг начал нервничать.
-Черт, ну как перед концертом волнуюсь – пронеслось в его голове.
До дома они шли практически молча. Зайдя в квартиру и раздевшись, Хиде-зоу пошел на кухню, предложив Руизе подождать его в гостиной.
Учитель включил чайник, достал чашки и тут его телефон оповестил о входящем сообщении, прочитав его, учитель побледнел, поняв, что не зря волновался и предчувствие его не обмануло.
-Так вот кто это был – сказал он сам себе вслух – а я и думаю, почему он показался знакомым мне.
Хиде-зоу медленно опустился на стул и тяжело вздохнул. Он снова перечитал сообщение. Всего несколько предложений, но от них стало невыносимо тяжело на душе. Не хотелось верить написанному.
«Сенсей, если вы позволяете себе обнимать и целовать своего ученика, да еще и посреди городского парка, то я в вас разочарован. Я не буду говорить вам, какое преступление вы совершаете, вы сами это должны понимать, но я так просто это не оставлю. Я не могу поверить в то, что все эти годы, безоговорочно вам верил и уважал вас, считая одним из самых лучших педагогов нашего заведения. Мне противно вспомнить, то, что я увидел сегодня.» - и подпись «Катамура-сан».
-Черт... – ругнулся Хиде-зоу, удаляя сообщение – Это ж надо было попасться на глаза директору училища. И что он забыл в такое время в парке? – спрашивал сам себя учитель. Ему было не по себе. Он знал, что Катамура-сан умеет решать возникшие проблемы, причем очень быстро и качественно, со спокойным холодным лицом. И теперь учитель даже не мог предположить, что его может ждать. Но своя судьба его мало волновала, он опасался за Руизу, который теперь тоже втянут в эту историю и может пострадать.
-Надеюсь, Катамура не будет трогать его – подумал Хиде-зоу – Но как же это все противно и мерзко – учитель был очень взволнован, но пытался держать себя в руках. Он успел нацепить на себя беззаботное выражение лица, когда в кухню вошел Руиза.
-Ну что, чай будем пить?- как ни в чем не бывало, спросил Хиде-зоу. За годы, проведенные на сцене в бесконечных концертах, учитель научился справляться с любым, даже самым сильным волнением, вот и сейчас он пытался улыбаться и сдерживать свое беспокойство, лишь руки его немного подрагивали. Но Руиза не мог не заметить перемену во взгляде учителя, слишком долго он изучал его, слишком долго наблюдал за ним, чтобы не увидеть, что взгляд карих глаз был направлен куда-то в сторону, и не было той радости и теплоты, которая была час назад.
-Что-то случилось, пока меня не было? - спросил ученик, внимательно вглядываясь в лицо учителя.
-Нет, что ты – Хиде-зоу снова пытался убедить своего ученика, да и себя заодно в том, что все в порядке. Руиза не стал настаивать и решил, что Хиде сам все расскажет, если посчитает нужным. После чая, Руиза с ужасом понял, что сильно хочет спать. Глаза закрывались сами собой, а голова тяжелела и так и норовила поравняться со столом.
-Какого черта – подумал парень – я вообще-то настраивался на бурную ночь, а тут такое – он с трудом подавил зевок. Заметив это, Хиде-зоу улыбнулся:
-А не пора ли тебе спать, сладкий мой? – спросил он, наблюдая как Руиза уже начинает клевать носом.
-А? Что? – Руиза пытался осмыслить услышанное – Нет, не пора. Я вовсе не хочу спать – но по его сонному виду, этого нельзя было сказать совсем.
-Ну уж нет, иди в душ и ложись. Я сейчас приготовлю тебе кровать – ответил учитель, потрепав его по волосам.
Руиза ушел в ванную, а Хиде-зоу расстелил ему кровать в своей комнате, положив на подушку одну из своих футболок. Руиза вскоре зашел в комнату и как-то виновато посмотрел на Хиде-зоу, будто бы извиняясь за слабость своего организма.
-Спокойной ночи, радость моя – учитель чмокнул его в нос, потом мягко прикоснулся к губам, и вышел из комнаты.
-Вот черт! – выругался Руиза, но сил на рассуждения уже не было и он, завалившись на кровать, сразу же уснул, даже не потрудившись накрыться одеялом.
А Хиде-зоу нервно мерил шагами кухню. Из головы не выходило то неприятное сообщение от директора. От этого на душе становилось тревожно. Учитель очень боялся, что из-за этого события может пострадать Руиза, а этого он просто не мог допустить. Выпив две кружки чая, Хиде-зоу понял, что уже часа два находится на кухне, ходя из угла в угол. Время было уже далеко за полночь. Учитель вдруг понял, что тоже очень устал, и не долго думая, он отправился в ванную, по пути заглянув к Руизе. Тот крепко спал, раскинувшись на кровати, одеяло валялось где-то на полу. Хиде-зоу, зашел в комнату и тихо, стараясь не разбудить, накрыл Руизу одеялом и легонько чмокнув в щечку, вышел из комнаты.
-Не допущу, чтобы тебе было плохо, мой милый – думал учитель, расслабляясь под прохладным душем – Никто не обидит тебя, моя радость, никто.
Учитель был настроен решительно. Он понимал, что не допустит, чтобы Руизе было плохо из-за него. Думая о своем ученике, Хиде-зоу понял, что начинает возбуждаться, даже не смотря на свое испорченное настроение. Подумав о том, что Руиза сейчас спит в соседней комнате, учитель еще сильнее ощутил тяжесть внизу живота. Вспомнив его красивые тонкие руки, худую шею, вечно взъерошенные светлые волосы, розовые губы, такие нежные и мягкие, Хиде-зоу улыбнулся и прикрыл глаза, восстанавливая в голове каждую черточку милого и любимого лица.
-Какой же ты... – сказал учитель в пустоту и не осознанно опуская руку вниз, задевая живот, спускаясь все дальше. Хиде-зоу не сдержал стона, когда коснулся влажной ладонью своего возбуждения. Ему представлялось, что это его ученик скользит своими губами вдоль твердого ствола, задевая языком чувствительную головку, прижимаясь лицом к животу, гладя руками бедра. Хиде-зоу ускорял темп и скоро сдался в плен своим желаниям, кончив с протяжным стоном. Стало невыносимо жарко, сердце стучало гулко и казалось, слишком громко, в горле пересохло.
-Ты с ума меня сводишь, Руи – прошептал учитель сам себе.
Он вышел из ванной, замотавшись полотенцем, и решил вновь заглянуть к Руизе. Какого же было удивление учителя, когда он услышал тихое пение, доносившееся из комнаты, в которой спал Руиза, во всяком случае, должен был спать. Хмыкнув, учитель осторожно приоткрыл дверь. В комнате горела настольная лампа, слабо освещая все вокруг, на кровати были раскрыты какие-то ноты, а Руиза лежа на животе внимательно изучал их, попутно выигрывая что-то на подушке, как на клавиатуре рояля.
-Боже мой, неужто выспался уже – подумал Хиде-зоу и продолжил наблюдать за учеником. Тот совершенно не замечал приоткрытой двери, увлеченный лишь своим занятием. Он то хмурился, то вдруг замолкал, в недоумении глядя в ноты.
-Как он, однако, интересно ноты разбирает – снова удивился Хиде-зоу, переключив свое внимание уже непосредственно на самого Руизу.
-Красивый мой, солнышко мое,ты просто чудо – тихо прошептал Хиде-зоу.
Вдруг Руиза потянулся к прикроватной тумбочке, и начал шарить там рукой, видимо ища карандаш, но все не находил его.
-Ну где ты! – пробубнил Руиза себе под нос – Только что здесь ведь лежал - и он стал озираться вокруг, шаря рукой по кровати. Вдруг его взгляд упал на пол, и он с довольным лицом потянулся за валяющимся там карандашом.
-Ну же, - говорил сам себе Руиза, он никак не мог дотянуться до карандаша, а вставать было очень лень.
Хиде-зоу с улыбкой наблюдал за этими манипуляциями, но вдруг его улыбка так и застыла на лице, а ладони моментально вспотели.
-Ты с ума сошел... – шепотом проговорил учитель, смотря на Руизу. Тот как ни в чем не бывало пытался достать злополучный карандаш, и пока он за ним тянулся, футболка , в который Руиза был все это время, задралась до самой поясницы, обнажая его ноги и бедра, а так как ученик даже не потрудился ничего одеть кроме нее, то сейчас Хиде-зоу мог прекрасно созерцать все его прелести, что собственно и заставило учителя моментально замолчать.
-Хоть бы оделся – снова шепнул учитель, откровенно пялясь на голую попку своего ученика. Новый прилив возбуждения тут же охватил Хиде-зоу, и он мысленно порадовался, что удовлетворил себя в ванной, не случись этого, он кончил бы прямо здесь. Руиза тем временем, все-таки заполучил карандаш и теперь что-то чиркал в нотах, так и не потрудившись одернуть свою футболку, казалось, он даже не заметил, что лежит полуголый на чужой кровати и в чужой комнате, так как расстановка правильной аппликатуры в нотах, занимала его сейчас куда больше.
-А вот теперь я точно не усну – сказал сам себе учитель, и все-таки не желая смущать Руизу, тихонько постучал в дверь. Тут же послышалась возня, и тихий голос Руизы:
-Хиде, подожди минутку!
Хиде-зоу подождал, пока Руиза разрешит ему войти, и зашел в комнату. Ученик лежал в той же позе, но уже накрытый одеялом по самые плечи.
Учитель присел рядом с ним.
-Ты чего не спишь? – спросил он тихо, гладя Руизу по голове.
-А я уже выспался – ответил ученик. – Вот решил пока этюд поразбирать новый – и он кивнул в сторону нотных листов. Потом его взгляд скользнул по обнаженному торсу учителя и по закрытым полотенцем бедрам. Прикусив губу и слегка покраснев, Руиза отвернулся.
-Умничка ты моя, даже ночью занимаешься,– улыбнулся Хиде, и взяв ноты и карандаш, отложил их на тумбочку - какой ответственный ученик – добавил он, и запустил свою руку под одеяло. Там нащупав край футболки, он мягким движением поднял ее, и стал гладить ягодицы Руизы. Ученик повернул голову к Хиде-зоу и прикрыв глаза, улыбнулся:
-Вы мешаете мне заниматься, сенсей – обратился он к Хиде-зоу.
-Ничего, ты уже достаточно поработал, можешь и отдохнуть – прикосновения Хиде к мягкой коже становились все крепче, все дольше пальцы задерживались на пояснице, поглаживая и согревая своим теплом.
-А завтра... – дыхание Руизы начало сбиваться - вы будете ругать меня... за невыученный этюд.
-Конечно буду, – ответил Хиде с улыбкой, отбрасывая одеяло в сторону и любуясь открывшимся перед ним видом – буду ругать тебя и заставлять заниматься больше, не лениться, не халтурить, быть внимательным – ладони Хиде-зоу блуждали по телу парня, заставляя того уже тихо постанывать. А ведь еще ничего не происходило.
-Милый мой, я буду тебя ругать за плохие занятия, даже не смотря на то, что люблю тебя – тихо сказал Хиде-зоу, внимательно глядя на Руизу. Тот широко открыл глаза и даже привстал:
-Что ты сейчас сказал? – не веря своим ушам, спросил он.
-Я люблю тебя, Руиза - повторил Хиде-зоу и прижавшись к ученику всем телом, легко поцеловал его в губы. Руиза обнял его в ответ и улыбнулся.
-Наконец-то... – пронеслось в его уже затуманенном сознании – наконец-то, я услышал это, как же хорошо, когда он так говорит – и Руиза вновь опустился на кровать, закрывая глаза, отдавая всего себя любимым рукам, позволяя Хиде-зоу сделать с ним все, что он только пожелает.
-Милый, какой же ты милый - учитель снял с Руизы его футболку и отбросил куда-то в сторону. Протянув руку к тумбочке, он погасил лампу, и комната погрузилась во мрак. Бледная кожа Руизы была слабо освещена лишь тусклыми фонарями, горящими за окном. Хиде–зоу откинул свое полотенце, обнажая себя полностью. Взгляд ученика скользнул по его крепкой фигуре, на миг задержавшись на широких плечах, опуская глаза все ниже, рассматривая плоский живот, бедра, и уже достаточно возбужденную плоть учителя. Руиза протянул свою ладонь и погладил Хиде-зоу по груди.
-Я хочу...тебя - тихо прошептал он и осекся.
Все-таки смущение еще присутствовало, а от осознания того, что его любимый человек станет сейчас еще ближе, хотелось стонать и кричать в голос. Хиде-зоу опустился на кровать рядом с Руизой и стал гладить его лицо, то и дело целуя его разгоряченные щечки, покрытые румянцем и приоткрытые влажные губы. Руиза застонал, когда язык учителя проник в его рот, поглаживая и лаская изнутри, толкаясь все дальше, будто бы насилуя, а не целуя. Руиза уже сходил с ума, он хотел еще больше, ему было мало даже этих страстных ласк, мало этих горячих поцелуев и прикосновений. Он хотел почувствовать тело учителя еще ближе, слиться с ним в едином порыве, отдаться только ему, только ему одному позволить овладеть собой. Сейчас Руизе казалось, что все происходит с ним действительно в первый раз, настолько сильны были ощущения, настолько ярко чувствовалось каждое прикосновение, каждое движение учителя.
Хиде-зоу гладил Руизу везде, где только мог дотянуться, целовал то нежно, то крепко прижимался к коже зубами, даря такой потрясающий контраст.
-Хиде, я хочу тебя, очень... – шептал Руиза, как в бреду, подаваясь навстречу ласкам учителя.
-Я хочу тебя не меньше, но не спеши так, малыш – Хиде–зоу с трудом встал с кровати, и подошел к шкафу. Провозившись там недолго, он снова вернулся к парню. Спускаясь поцелуями все ниже, Хиде-зоу поглаживал Руизу по животу, то и дело задевая возбужденный член ученика, вызывая все новые стоны у парня. Перевернув Руизу на живот, Хиде-зоу аккуратно развел его ноги и принялся покрывать поцелуями спину и поясницу, мягко касаясь губами нежной кожи. Осторожно коснувшись пальцами ягодиц Руизы, он раздвинул их, погружая свой язык внутрь любимого тела.
-Что...ты делаешь ....перестань – простонал Руиза – я же умру сейчас... – он застонал уже в голос, подаваясь навстречу Хиде-зоу, который сминал ладонями бедра ученика, и ласкал его все откровеннее. Он готов был терпеть собственное возбуждение, лишь бы Руизе, его маленькому ангелу, его любимому созданию, было хорошо. Целуя его тело, Хиде-зоу казалось, что он медленно сходит с ума, под натиском собственных эмоций. И он не мог простить себе, что два долгих года, мучил Руизу своим невниманием.
-Ну ничего, я исправился и буду дальше исправляться – подумал Хиде-зоу.
Поглаживая мягкие ягодицы ученика, он задевал узкий вход, желая проникнуть внутрь. Руиза был настолько расслаблен и возбужден, что лишь простонал, когда почувствовал в себе холодные мокрые пальцы, раскрывающие его тело. Он подавался навстречу этим прикосновениям и лишь шептал имя Хиде-зоу, словно в бреду, выгибаясь, отдаваясь, и желая большего. Учитель обхватил ладонью член Руизы и то ласкал его, то снова убирал руку, доводя Руизу до исступления. Лишь на мгновение, когда Хиде-зоу начал плавно входить в него, ученик сжался и уткнулся носом в подушку, пытаясь заглушить рвущиеся стоны, и сдержать подступившие слезы. Почувствовав, что Руиза напряжен, Хиде остановился и поцеловал Руизу в спину.
-Прости, милый, сейчас пройдет – учитель не двигался, боясь навредить Руизе.
Потом он медленно вышел из него и вновь погрузился в такую желанную глубину. Руиза подался навстречу, но Хиде-зоу снова выскользнул из плена его разгоряченного тела, будто бы дразня. Ученик недовольно захныкал, но тут же почувствовал в себе прохладные пальцы, которые медленно ласкали его глубоко внутри.
-Хиде, ты издеваешься что ли? – прошептал Руиза, не в силах больше терпеть – я тебя хочу, тебя, а не твои пальцы – и ученик обернулся, умоляющим взглядом смотря на своего возлюбленного. Хиде-зоу наклонился к нему и поцеловав в губы, произнес:
-Ну, если ты так просишь, то... – и в этот же миг Руиза громко застонал ему в рот, почувствовав снова горячую и твердую плоть, толкающуюся в него. Боли почти не было, лишь невыносимое желание и надежда не сойти с ума от переполнявших чувств. Руиза сам подался навстречу, насаживаясь на член Хиде-зоу все сильнее, уже крича в голос, прижимаясь все крепче. Хиде-зоу перевернулся на спину, держа Руизу за бедра и немного медленнее входя в его тело вновь. Руиза уперся ладонями в грудь учителя и все-таки ускоряя такой медленный, как ему казалось темп. Хиде-зоу начал ласкать его член, сжимая его в своей ладони.
-Милый, не сдерживайся – шептал он Руизе, но тот лишь стонал в ответ, выгибаясь в спине и еще сильнее насаживаясь на твердую плоть учителя. Хиде-зоу чувствовал, что уже не в силах терпеть, и в тот момент, когда Руиза кончил с громким криком, заливая живот учителя своей спермой, Хиде-зоу излился глубоко в сжавшееся и дрожащее тело своего любимого.
-С ума сойти можно от такого – на выдохе сказал Руиза и закрыв глаза, навалился на Хиде-зоу, не в силах отдышаться. Тот приподнял его, выскальзывая из ослабевшего тела и перевернул, укладывая рядом с собой.
-Ты просто прелесть, Руиза – Хиде-зоу поцеловал ученика и крепко обнял. Тот поцеловал его в ответ и прижавшись к его теплому боку, улыбнулся.
-Я люблю тебя – тихо сказал он.
-Я тоже люблю тебя – ответил Хиде-зоу, а в голове промелькнула мысль о том, что наверное, это не правильно, любить своего юного ученика и спать с ним в одной кровати, обладать его сердцем и телом,слушать его стоны и принимать его ласки, но было плевать на это, ведь не возможно сказать сердцу нет, когда оно так и рвется наружу при виде любимого человека, а улыбка не сходит с лица.
-Спокойных снов, мое чудо – прошептал Хиде-зоу, гладя Руизу по голове. Но ученик уже крепко спал, улыбаясь во сне.

***

Утром Хиде-зоу проснулся от настойчивого и громкого звонка своего телефона. Он с трудом открыл глаза и встал с кровати. Руиза заворочался, но не проснулся, лишь перевернулся на другой бок. Прикрыв его плечи одеялом, учитель вышел из комнаты, плотно затворив дверь, и только после этого, ответил на звонок.
-Доброе утро, сенсей, это Рейко – на том конце провода раздался бодрый женский голос. Рейко была секретарем директора в училище, и Хиде-зоу сразу же напрягся, услышав ее голос с утра пораньше.
-Сенсей, вам нужно срочно явиться к директору к одиннадцати часам – продолжала она.
Хиде-зоу взглянул на часы, было начало девятого.
-Но ведь у меня выходной, я могу прийти завтра? - обратился он к Рейко.
-Нет, Нет - ответила секретарь - Господин директор сказал, что это очень срочный вопрос и вам нужно прийти как можно скорее и именно сегодня.
-Хорошо, я понял. Спасибо, Рейко, всего хорошего – Хиде-зоу нажал отбой и прислонился к стене. Он уже понял, зачем его вызывал директор, и делалось не по себе от мысли, чем все это может закончиться. Но решив, не паниковать раньше времени, учитель быстро позавтракал, и написав Руизе записку о том, чтобы он обязательно его дождался, и позанимался в его отсутствие, вышел из квартиры с очень плохим предчувствием.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:53 | Сообщение # 12
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 13
-Присаживайтесь, сенсей – голос директора звучал обманчиво вежливо. Он жестом указал Хиде-зоу на мягкий диван возле окна и сел рядом на невысокий стул.
Учитель был напряжен. Ему хотелось как можно скорее выяснить зачем его позвал директор, чтобы знать насколько серьезные проблемы его могут ждать.
-Вы извините, что я вас вызвал в выходной день, но дело не требовало отлагательств – проговорил директор и уставился ни Хиде-зоу изучающим взглядом, будто видел его впервые.
-Ничего страшного, я вас внимательно слушаю – ответил Хиде-зоу, начиная нервничать.
Повисло молчание. Директор вдруг встал со своего места и заходил по кабинету. Казалось , что он сам волнуется не меньше и не знает с чего начать разговор.
-На самом деле у меня для вас отличная новость – сказал директор, но его лицо было настолько мрачным и серьезным, что складывалось впечатление, будто бы он сообщит сейчас о смерти родных Хиде-зоу. Но в этом был весь Катамура-сан. Сплошная непроницаемость и безымоциональность, а не человек.
-Вы наверняка помните – снова начал директор, искоса поглядывая на учителя – что пару месяцев назад нам прислали запрос из Парижской Консерватории. Их и наше руководство поддерживают давние и очень хорошие отношения, поэтому они рассчитывают на нас в своей просьбе. И не удивительно, что когда у них уволилось сразу два преподавателя, то они обратились к нам, с просьбой прислать им замену. В Париже давно хотят обучаться игре на фортепиано по нашей, японской методике – и директор резко замолчал, неотрывно следя за Хиде-зоу, стараясь уловить малейшую эмоцию на лице учителя.
Хиде-зоу не говоря не слова, смотрел на него. Он сразу понял, к чему клонит директор, прекрасно помня , как весь коллектив обсуждал эту новость. Желающих поехать было множество. Хиде-зоу тяжело вздохнул, а директор продолжил:
-Конечно же, кандидатов на это место было масса, но поразмыслив, мы решили отправить туда именно вас, сенсей. Вы очень ценный сотрудник, а ваши ученики блестяще играют, занимая первые места на конкурсах и поступая в Консерватории всего мира с высшими оценками. Конечно же, мы много теряем, отправляя вас, но как не помочь нашим дорогим коллегам. Я уверен, что вы нас не подведете.
На лице директора появилось некое подобие улыбки, которое впрочем, так же быстро исчезло, оставив после себя лишь воспоминание.
Хиде-зоу по–прежнему молчал. Ему вообще не хотелось говорить. Он вдруг почувствовал себя очень уставшим.
-И все-таки почему именно я? – тихо проговорил он, будто бы сам себе - Ведь мы оставляем таким образом десять человек моего класса без педагога. А у меня между прочим три выпускника. Им надо готовиться. Как же они будут заниматься? К кому их переведут? – Хиде-зоу встал со своего места и подошел к окну, отвернувшись от Катамуры.
-Хм… Ну это не проблема, сенсей. Было бы ваше желание, остальное мы уладим. Только подумайте, вы будете преподавать в одном из самых лучших учебных заведений,это очень престижно, многие об этом мечтают, да и оплата там будет довольно-таки высокая. Нуждаться вы точно не будете – директор снова улыбался.
-Я отказываюсь – четко проговорил Хиде-зоу и резко развернулся, чуть не столкнувшись с директором, который ошарашено смотрел на него. Улыбка тут же сменилась гневным выражением:
-Это почему это? У вас нет на это уважительных причин – Катамура сложил руки на груди и выжидающе уставился на учителя.
-Я просто не хочу никуда ехать, вот и все. Отправьте кого-нибудь другого, а меня оставьте в покое. Мое место в этом училище и больше нигде. Я буду жить в Японии и работать в Японии, я здесь родился и вырос, поэтому не смейте меня никуда отправлять. Я не могу бросить своих учеников.
Хиде-зоу нервно сжимал кулаки, понимая, что только что повысил голос на директора, но ему было уже плевать на это. Он во чтобы –то ни стало хотел отстоять свое мнение и свои желания.
Но тут Кавамура вплотную подошел к Хиде и прошипел, хватая учителя за ворот рубашки:
-Уймись, Хиде-зоу, тебе назвать истинную причину, по которой я тебя отправляю во Францию?
-Назовите, Катамура-сан, очень интересно услышать! – Хиде-зоу отцепил от себя руки директора и снова сел на диван. Сложив руки на груди, он внимательно смотрел на него, зная, что сейчас услышит нечто не приятное. Но он был уже готов ко всему.
Директор вздохнул:
-Ну раз вы хотите... – он на миг замялся, но тут же продолжил - Я видел вас с Руизой. Вам не кажется отвратительным, что вы имеете отношения с ним? Он так юн и не опытен, пусть он и совершеннолетний, но окунаться в подобного рода отношения, просто не позволительно. Это возмутительно. Я не понимаю, как вы это допустили! – Кавамура начинал уже переходить на повышенные тона – Я верил вам, а вы совратили этого мальчика, как вы могли, сенсей! Я не позволю вам работать в нашем учебном заведении, но лишь из уважения к вашему таланту, я не могу вас просто уволить, поэтому поезжайте в Париж и работайте там. Здесь вам больше делать нечего, а если откажитесь, то я доведу все эти подробности до родителей мальчика, а вас уволю с такими характеристиками, что больше вы никогда не будете работать учителем. Так что выбирайте! – Катамура наконец-то закончил свой бесконечный монолог и взглянул на Хиде-зоу. Тот сидел и невидящим взглядом смотрел куда-то в одну точку. Переведя взгляд на директора,он вновь отвернулся. Ему было не приятно видеть этого человека.
-Вы не можете меня заставить, зачем вам это? – вновь спросил учитель – Если вас так возмущает факт моих отношений, то позвольте мне просто уйти, я не могу уехать в другую страну. Вы понимаете, как это тяжело? Ведь здесь моя Родина, кем я там буду? Я не хочу туда ехать. И потом, неужто вам есть дело до того, что происходит в личной жизни ваших сотрудников? Ведь это наше и только наше дело.
Хиде-зоу поверить не мог в то, что сейчас происходило. Он начинал терять самообладание. Даже голова закружилась, а руки начали подрагивать. Но Катамура отступать не собирался.
-Нет, сенсей, вы уедете! - твердо произнес он - Мне хватило подобного случая пару лет назад. Я до сих пор расхлебываю последствия. Вы, наверное, о нём помните? – и директор вопросительно посмотрел на Хиде-зоу.
Тот прекрасно понимал, о чем директор говорит и ему стало не по себе, ведь именно благодаря директору и его мании влезть во все дела и решить все проблемы, тот случай получил общественную огласку. Тогда, весь коллектив обсуждал ужасную по их мнению новость. Студентка-второкурсница забеременела от своего преподавателя, и ее родители подняли такой скандал, что того преподавателя чуть в тюрьму не упекли за растление малолетних, ведь той студентке на тот момент было всего семнадцать. Хиде поморщился. Он видел потом эту девушку, она была настолько сильно влюблена в своего учителя, что не выдержав с ним разлуки, пыталась резать вены, и в итоге потеряла ребенка, а учителя все тот же Катамура уволил с очень не лестной характеристикой. Теперь тот учитель вынужден был работать в магазине музыкальных инструментов, в учебные заведения его больше не брали. Хиде-зоу закусил губу. Сам он готов был выдержать любые испытания, но он не мог позволить себе, чтобы Руиза пострадал из-за него. Катамура был из тех людей, которые не кидали слова на ветер. И откажись Хиде от его предложения, Руизу отчислили бы на следующий день, не смотря на все его лауреатские звания и заслуги, а так же введя в курс дела его родителей, а Хиде был бы уволен с позорной характеристикой. Таких страданий для своего маленького ученика, Хиде-зоу просто не мог допустить, но он так же прекрасно понимал, какую боль он принесет Руизе, сколько страданий он заставит испытать его. От этих мыслей сердце учителя сжалось, и он с трудом сдерживал слезы.
-Ну, так что скажите? – спросил Катамура.
-Когда нужно вылетать? – тихо спросил Хиде-зоу, проигнорировав вопрос директора.
-Через две недели. За это время мы успеем подготовить все необходимые документы. Да и вы уладите все свои дела – Катамура улыбнулся.
Хиде встал с дивана и покачал головой, будто бы отгоняя какие-то не приятные мысли:
-И все же я не понимаю, зачем вы так… - только и мог сказать он.
Директор ухмыльнулся и очень тихо сказал:
-Я не позволю нашему училищу стать логовом разврата. Слишком много случаев было – и добавил уже громче - Контракт ваш на год, но я надеюсь, у вас хватит ума продлить его по истечению срока.
Хиде лишь кивнул.
-Я знал, что вы примите правильное решение – вновь улыбнулся Катамура, будто бы и не сделал сейчас подлого поступка – Приезжайте на концерты к своим ученикам, они вам будут рады – добавил он и открыл дверь перед учителем, учтиво кланяясь.
-Лицемер грёбаный – подумал Хиде и оттолкнув директора вышел из его кабинета.
На улице Хиде-зоу сел на лавку и попытался осмыслить все то, что произошло. Он понимал, что пути назад нет, что он только что подписал своего рода смертный приговор своим чувствам. Конечно, он не на Марс или Луну улетает, и Франция не так и далеко, но все-таки как могут выдержать два влюбленных человека такое расстояние, как можно расставаться на такой длительный срок, зная, что в лучшем случае, они увидятся раз в месяц на пару дней, а то и того меньше. Как можно оставить любимого человека, которого только-только отогрел от холода одиночества и вернул его к жизни.
-Черт возьми, ну как так можно – ругнулся Хиде-зоу. Ему хотелось снова бросится в кабинет Катамуры и плюнув тому в лицо, сказать, что он никуда не поедет. Но этот порыв останавливался лишь мыслями о том, что и Руиза пострадает. А Хиде не мог этого допустить. Но как теперь сказать Руи обо всем, как найти в себе силы. И как самому Хиде-зоу перенести всю эту боль.
-Бедный мой, милый мой – Хиде даже не замечал как по его лицу текут слезы. В очередной раз он понял, что ошибся, что не стоило вновь позволять себе любить, во всяком случае не Руизу, не этого очаровательного мальчика, который был его учеником. Как теперь смотреть ему в глаза, как вообще ему на глаза показаться. Хиде-зоу чувствовал себя предателем. С тяжелым сердцем он пошел в сторону своего дома. И с каждым шагом на душе делалось все печальнее и тоскливее.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:53 | Сообщение # 13
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 14
Зайдя в квартиру, Хиде-зоу услышал, как Руиза играет гаммы. Сердце учителя сжалось от мысли, что сейчас предстоит, возможно, один из самых тяжелых разговоров в его жизни. Вслушиваясь в быстрые переборы нот, Хиде-зоу не мог найти в себе силы, чтобы зайти в комнату. А Руиза все играл и играл, четко и ровно, так быстро, как только он один умел, с невероятным усилением звука к высоким нотам, так легко и не принужденно, казалось, это не ноты звучат, а бусинки перекатываются по гладкой поверхности клавиш, подвластные лишь тонким пальчикам юного пианиста. Хиде-зоу прислонился лбом к холодной поверхности зеркала. Он видел, что его лицо сильно побледнело, даже в полумраке прихожей это бросалось в глаза. Учитель не заметил, как звуки в комнате вдруг стихли, а Руиза открыл дверь и вышел в прихожую, потирая уставшие пальцы.
-Ты вернулся! – Руиза радостно подбежал к Хиде-зоу и обнял его. Тот погладил его по голове и чмокнул в щечку.
Повисло напряженное молчание. Руиза казалось, за секунду понял, что произошло что-то не приятное, и он приготовился услышать плохие новости.
-Что случилось? – спросил он, отходя от учителя и внимательно смотря в его глаза.
Хиде-зоу не знал с чего начать. Слишком страшно было разочаровывать этого милого и такого чудесного человека.
-Ну же, не молчи – спокойным голосом попросил Руиза – Я же вижу, что на тебе лица нет.
И Хиде-зоу понял, что отступать уже поздно. Взяв Руизу за руку, он повел его в комнату. Усадив его к себе на колени, он прижался к его волосам, вдыхая такой приятный и знакомый запах, от которого щемило сердце.
-Милый... – тихо прошептал Хиде-зоу, гладя Руизу по плечам, легонько целуя в шею и прижимаясь все крепче.
Руиза почувствовал, как на его шею капнуло что-то горячее. Он тут же повернул свою голову:
-Хиде, что с тобой? – глаза парня расширились, когда он увидел, что по лицу учителя текут слезы – Что произошло?Скажи! -Руиза ошарашено смотрел на своего учителя, совершенно не понимая в чем дело. Хиде-зоу молчал, ему казалось, что скажи он хоть слово, мир рухнет, земля уйдет из под ног, и самое главное, он потеряет того, кого уже начал считать самым дорогим человеком на всем белом свете, того, кого полюбил всем сердцем, того, о ком так хотелось заботиться и жалеть, того, кого хотелось любить, ласкать, дарить всего себя, стать для него самым лучшим и сделать его самым счастливым. Руиза, видя такое настроение Хиде-зоу сам начал хлюпать носом, еще даже не зная в чем дело, но он не мог спокойно смотреть на то, как мучается тот, кто ему так дорог. И парень твердо решил, что поможет Хиде-зоу решить все его проблемы, поддержит, как сможет и утешит. Поэтому, прижавшись своим лицом к груди учителя, Риуза сказал:
-Не держи в себе, скажи, что тебя так мучает. Может, я смогу тебе чем-то помочь...
Хиде-зоу тяжело вздохнул и пересилив себя сказал:
-Я должен уехать во Францию на постоянное место работы. Меня Катамура отправляет туда – вот и сказаны те слова, которые возможно разрушат все, что так старательно строилось этими двумя. Так мало слов, но сколько боли. Вновь повисло молчание. Руиза видимо не совсем оценил масштабы трагедии, так как совершенно спокойным голосом произнес:
-И что? Мы же не на век расстаемся? – Руиза смотрел в глаза Хиде-зоу, силясь понять, а в чем собственно дело-то и будто бы для собственного успокоения добавил - ведь правда же?
-Руи, ты видимо не совсем понял – начал тихо Хиде-зоу, осторожно глядя парня по спине и начиная говорить. Пока учитель говорил, Руиза сидел не шевелясь, было слышно лишь его тихое дыхание. Казалось, он спокоен и не возмутим. Потом он вдруг встал и принялся расхаживать по комнате. Хиде со слезами смотрел на него. Руиза пытался казаться сильным, он пытался улыбаться, рассуждал о том, что они смогут прекрасно общаться через почту, скайп, да мало ли еще способов в современном мире. Перекладывая ноты с места на место, гладя полированную крышку рояля, Руиза изо всех сил пытался не заплакать. Хиде-зоу вспомнил вдруг, как однажды он посмотрел фильм про войну. По сюжету одного солдата очень сильно ранило, и он лежал прямо на земле, с развороченными внутренностями, но боли еще не чувствовал. Он тоже пытался смеяться, улыбаться, сжимать ладони своих товарищей в своих окровавленных пальцах, говорил о том, что они еще на его свадьбе погуляют, а через несколько часов этот солдат выл от боли и молил своих друзей убить его. Руиза сейчас напоминал того солдата - еще не чувствующий боли, но находящийся на грани этого сумасшествия, уже ощущающий за спиной холодные прикосновения безысходной тоски и горечи, уже обреченный умирать от мучений через какие-то несколько часов.
-Руи, милый, все будет хорошо... – зачем-то сказал Хиде-зоу, вставая со своего места и подходя к Руизе. Тот лишь кивнул утвердительно:
-Конечно, я и не сомневаюсь. Я буду приезжать к тебе, а там глядишь, Катамура все же сменит гнев на милость, и через год ты вернешься – Руиза все еще пытался выглядеть спокойным, но Хиде видел, как начали дрожать его губы, а щеки слегка побледнели.
-Ты, главное, обещай, что никуда не денешься и будешь со мной даже на расстоянии – Руиза обнял учителя. Хиде-зоу погладил его по волосам:
-Конечно, милый, конечно. Я без тебя не смогу теперь. Мы все с тобой вытерпим, мы же вместе.
Хиде говорил, но каждое слово давалось с трудом. В комнате уже начинало темнеть, но свет зажигать не хотелось. От открытого окна повеяло прохладой, но никто не спешил его закрывать. Хиде-зоу почувствовал, как Руиза обнял его, запустил пальцы в волосы, массируя затылок и шею, ощутил, как его губы коснулись шеи, затем скользнули по щеке, снова спустились вниз к подбородку, будто нарочно игнорируя губы, прошлись невесомо по скуле. Хиде-зоу выдохнул, еле справляясь с нарастающим напряжением. А Руиза все блуждал своими губами по его лицу, так и не прикасаясь к губам, которые больше всего сейчас желали этих прикосновений. Хиде-зоу был удивлен, откуда в его милом мальчике взялось вдруг столько чувственности, столько страсти в одних лишь прикосновениях и движениях.
-Хиде – прошептал Руиза совершенно севшим голосом – даже если ты будешь далеко, я все равно буду с тобой, я дождусь тебя, я потерплю, я справлюсь, только не забывай меня, только верь в то, что мы снова будем вместе.
И Руиза не выдержав, впился требовательным поцелуем в губы Хиде-зоу. Учитель сразу же ответил, начав терзать нежные губы, толкаться в теплый рот глубже и сильнее. Ему уже не хватало воздуха, когда на выдохе, он услышал чуть слышное «сильнее», почувствовав тело Руизы, прижимающееся к нему и его тонкие руки, гладящие спину и плечи.
-Я люблю тебя, не оставляй меня, прошу тебя... – Руиза все требовательнее сжимал плечи Хиде-зоу, будто пытаясь обнять его крепче, чем это возможно – я выдержу любую разлуку, перетерплю это время без тебя, только не забудь обо мне, пожалуйста – Руиза все целовал своего учителя, обнимая его и гладя бледное лицо.
-Милый, я не оставлю тебя – прошептал Хиде-зоу.
Взяв горячую ладонь Руизы в свою, он повел его в сторону спальни. Хиде-зоу показалось, что там было совсем черно и мрачно, казалось даже свет неоновых ламп с улицы не мог осветить ее, хотя скорее всего, это в сердцах двух влюбленных было уже настолько темно от осознания скорой разлуки, что не хватало даже самого яркого света. Руиза высвободился из объятий учителя и поднял вверх свои тонкие руки, заставляя учителя понять все без слов и избавить его наконец от такой ненужной сейчас одежды. Хиде-зоу медленно раздевал Руизу, наслаждаясь каждым открывшимся участком его тела. Он старался запечатлеть в своей памяти это прекрасное создание, ведь неизвестно, когда они снова увидятся, а отведенные им две недели пролетят как один короткий миг. Руиза уже тихо стонал, изгибаясь в любимых руках, плавясь от таких желанных прикосновений.
-Хиде.... – простонал он, когда учитель повалил его на холодные простыни и навис над ним, пристально глядя в глаза.
-Красивый мой, какой же ты красивый – Хиде-зоу готов был заплакать от переполнявших его чувств, от того, насколько он счастлив, что в его жизни появился такой человек, как Руиза, но как же горько было от осознания того, что все их светлые чувства были вынуждены окраситься вскоре в темные тона. Но Хиде-зоу верил, что они перенесут эту разлуку и что-нибудь обязательно придумают.
Объятия двух влюбленных становились все сильнее, поцелуи все крепче и откровенее. Хиде-зоу ласкал Руизу своими губами, спускаясь все ниже, оставляя влажные следы по всему его телу. Громкий стон сорвался с разгоряченных губ ученика, когда учитель коснулся его возбужденной плоти и начал медленно водить по ней языком. Вдруг Руиза резко отдернулся и сменил позу так, чтобы он тоже мог касаться своего возлюбленного. Хиде-зоу задохнулся от нахлынувших ощущений. Он сходил с ума, чувствуя свой член в плену горячего рта Руизы и в то же время, сам касаясь возбуждения своего ученика жаждущими губами. Но долго так продолжаться не могло, Хиде уже начал поглаживать Руизу по пояснице, опуская свои ладони на его ягодицы, осторожно массируя пальцами узкий вход. Руиза подавался на встречу этим ласкам и стонал в голос, продолжая однако пытать Хиде-зоу своим ртом.
-Иди ко мне, малыш – не выдержал Хиде-зоу и притянул Руизу к себе, повернув к себе лицом и наваливаясь на него всем телом. Он не мог насмотреться на своего милого и такого любимого ученика, не мог поверить в то, что вскоре им придется расстаться на совершенно не определенный срок. Делалось больно от этого и хотелось кричать. Руиза лежал закрыв глаза и кусая свои губы, не замечая, как смотрит на него Хиде-зоу, но все же понимая, что тот чувствует сейчас, ведь сам он ощущал тоже самое. Пока Хиде-зоу нежно и мягко ласкал его, подготавливая к дальнейшим действиям, Руиза все еще пытался не плакать от своей душевной боли, но сдерживаться было все сложнее. И когда Хиде вошел в него резким толчком, заполняя собой его тело, Руиза почувствовал, как слезы безудержно потекли по его щекам. Учитель замер, стирая своей ладонью слезы с любимого лица:
-Прости, я сделал тебе больно... – прошептал он, но Руиза лишь покачал головой, пытаясь заглушить рвущиеся рыдания:
-Нет, ты не сделал мне больно, ты сделал меня счастливым, а больно мне в сердце.
Руиза почувствовал, как Хиде-зоу легко, почти невесомо поцеловал его и очень медленно начал двигаться в нем, настолько медленно, что сил терпеть это просто не было.
-Быстрее, прошу тебя – только и мог простонать Руиза, но Хиде-зоу не спешил выполнять его просьбу. Он осторожно вышел из его тела и сев на кровати, усадил его на себя. Снова почувствовав в себе горячую плоть учителя, Руиза сам начал двигаться, обвив руками шею Хиде-зоу и прижавшись к ней губами. Он стонал настолько громко, что со стороны можно было подумать, что ему больно и не приятно, и лишь Хиде-зоу знал, что эти звуки – свидетельство того, насколько хорошо сейчас его любимому. Заходя в разгоряченное тело как можно глубже, Хиде-зоу понимал, что долго не выдержит и все больше ускорял темп. Их губы слились воедино, а стоны в унисон слетели с губ, когда их тела накрыла волна удовольствия и руки задрожали так сильно, что казалось им во век не унять эту дрожь. Они обнимали друг друга, не говоря ни слова, лишь руки блуждали по взмокшим спинам,а пальцы гладили зацелованные губы. Оторвавшись наконец друг от друга, они пошли в ванную, и чуть не заснули там, нежась под теплыми струями. Прейдя обратно в спальню, они легли на кровать и долго лежали, прижавшись друг к другу, сплетаясь в объятиях и рискуя вновь сорваться в пропасть безудержного наслаждения.
-Спокойной ночи, мой ангел – тихо сказал Хиде-зоу, обнимая Руизу и целуя его в носик – отдохни и не думай о плохом. Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее - и Хиде слегка улыбнулся, погладив Руизу по волосам.
Тот послушно кивнул. Хиде-зоу настолько сильно устал за день, что заснул практически сразу и не слышал, как Руиза тихо плакал всю ночь, глядя на него, держа его руку в своей и заснув лишь под утро, когда серый рассвет уже заглядывал в их окна своими холодными лучами.
 
KsinnДата: Вторник, 10.12.2013, 19:54 | Сообщение # 14
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 15
Эти две недели были бесконечно тяжелыми для Руизы. Он чувствовал себя словно осужденный на казнь человек, так же сидит в бездействии и молчаливо ожидает своей печальной участи. Конечно, в присутствии Хиде-зоу он старался держаться изо всех сил и не грустить так откровенно, но когда ученик вновь оказывался у себя дома в одиночестве, то постоянно чувствовал горечь и подступающие слезы. В училище его уже перевели к другому педагогу – милой пожилой женщине, которая напоминала больше добрую бабушку из сказки, нежели учительницу. Она была слишком мягкой и постоянно хвалила своего нового ученика, но Руиза все равно продолжал много заниматься и не расслаблялся, так как многочасовые занятия отвлекали его от тяжелых мыслей, да и не привык он валять дурака. Но его учительница казалось чувствовала всю боль своего подопечного, и даже знала скорее всего всю эту не приятную историю и причины , по которым Руиза оказался в ее классе, поэтому в конце каждого урока, она, положив свою руку на его плечо тихо говорила:
-Ничего, мальчик мой, все наладится, все образуется, все снова встанет на свои места. Не переживай и просто потерпи – и Руиза был благодарен ей за эти слова.
В какой-то момент ему пришла, как ему показалось, гениальная идея, и он радостно побежал в кабинет директора,чтобы изложить свои планы, но там он решил для начала посоветоваться с секретарем. Он хотел спросить, возможно ли ему перевестись в Консерваторию во Франции, ведь его пианистические заслуги давали на это полное право, но ему ответили отказом, так как для перевода и обучения там, требовался языковой сертификат, а Руиза не то что не знал французский, он даже и не представлял как на нем разговаривать. Это только учителям разрешалось работать в другой стране с переводчиками, на студентов такие блага не распространялись. После этого Руиза совсем расстроился, рухнула его последняя надежда, и с каждым днем, приближающим его к отъезду Хиде-зоу, парню становилось все тяжелее и тяжелее. Он даже позвонил Камуи, надеясь, что тот сможет что-нибудь придумать и помочь. И учитель действительно обещал подумать над этим вопросом, так как не мог понять вообще, как могла прийти в голову директору эта мысль - лезть настолько не в свое дело. Он был возмущен и не стесняясь выражений, высказывал свое мнение:
-Если бы такое случилось со мной, я бы собственноручно набил Катамуре морду – ухмыльнулся Камуи, разговаривая с Руизой по телефону.
-И тогда бы вас уволили – усмехнулся Руиза сквозь слезы.
-Не посмели бы – резко ответил Камуи и уже мягким тоном добавил:
-Руи, я обязательно что-нибудь придумаю. Обязательно. Не сдавайся.
И Руиза верил, верил и надеялся. Сейчас, когда Хиде должен был уехать через три дня, перспектива не видеть его долгое время была просто ужасной. И Руиза уже не мог спокойно рассуждать о том, что не все так страшно, как может показаться, и они обязательно справятся с этой проблемой. С каждым днем он все меньше верил в свои силы. После занятий, он сразу же шел к Хиде-зоу, и они все больше молчали, чем говорили. Просто сидели обнявшись в полумраке комнаты, слушая биение сердец друг друга. Когда же страсть все же накрывала их обоих, то они на короткие часы забывали о предстоящей разлуке, задыхаясь от переполнявших чувств, теряя рассудок от жарких поцелуев и откровенных прикосновений, выстанывая имена друг друга, подчиняя себя своим желаниям, отдаваясь друг другу до конца, до последнего вздоха и крика, до последнего соприкосновения губ. Но и после, когда уже тела были отданы друг другу, они знали, что души их все же не смогут разъединиться, что сердца не смогут биться по отдельности. И в эти моменты особенно сильно чувствовалась боль и смятение, тягучий и холодный страх перед неизбежным, и не было сил, принять это испытание с гордо поднятой головой.
В день отъезда Хиде-зоу была прекрасная солнечная погода, природе не было дела до боли двух людей. Яркие лучи утреннего солнца освещали квартиру учителя, ложась оранжевыми полосами на стены и полы, пропитывая комнаты своей теплотой.
-Хиде, милый, я постараюсь приехать к тебе – тихо шептал Руиза, сминая пальчиками рубашку на груди учителя – я найду возможность, ты только не забывай обо мне.
-Как я о тебе забуду, мой милый, теперь ты в моем сердце – учитель гладил его по голове, но сам еле сдерживал слезы. Они стояли в прихожей и не могли разомкнуть объятия. Хиде попросил Руизу не провожать его в аэропорт, так как понимал, что в состоянии истерики, к которому Руиза был близок уже последний час, он просто не доедет до дома. Учитель вручил копию ключей от своей квартиры Руизе и попросил приходить того в любое время, когда захочется.
Руиза улыбнулся сквозь слезы:
-Хорошо, я буду приходить навещать твой рояль, а то он без тебя скучать будет – и Руиза вновь прижался к груди своего самого любимого человека.
-Руи, милый, прости меня, прости, что вот так вот оставляю тебя, прости, мое солнышко – голос Хиде-зоу дрожал от волнения и слез – я не забуду, ты не переживай, мы снова встретимся, обязательно – учитель обнимал парня за плечи, а тот уже не сдерживаясь плакал.
Хиде-зоу мягко отстранил его от себя и заглянул ему в глаза:
-Ну, малыш, не грусти только сильно,не переживай так, пожалуйста – Хиде-зоу стер с его щек следы слез и поцеловал в теплые губы, которые были солеными, будто морская вода.
-И кстати, занимайся хорошо, радуй свою учительницу, а то я расстроюсь, если ты начнешь лениться – Хиде улыбнулся.
-Нет, я не начну лениться, я буду тебя только радовать – Руиза посмотрел на Хиде-зоу, стараясь запомнить каждую черточку его лица.
-Ну что, мне пора – прошептал учитель.
Они молча стояли и смотрели друг на друга, пока наконец Хиде-зоу в последний раз не коснулся губ Руизы и не вышел из квартиры. Когда дверь захлопнулась, и до слуха ученика донеслись звуки удаляющихся шагов, Руиза медленно сполз по стенке и, уткнувшись в свои колени, разразился громкими рыданиями. Ему казалось, что его жизнь кончилась.

***
-Здравствуйте, могу я поговорить с месье Жаком Рушелем? – Камуи стоял на балконе и курил, нежась в лучах утреннего солнца.
На том конце провода голос секретаря учтиво попросил подождать несколько минут, и вскоре Камуи услышал знакомый голос:
-Да, я слушаю вас, говорите.
-Жак! Привет, дружище! – Камуи был несказанно рад услышать вновь своего старинного друга, с которым они когда-то учились вместе, а теперь разбросанные по разным странам лишь созванивались.
-Боже, Камуи, неужто ты! Сто лет не слышал о тебе вестей, поверить не могу, что сейчас с тобой разговариваю, но твой отвратительный французский я узнаю в любом месте и по любому телефону! – собеседник уже смеялся в голос, а Камуи уже готовился перейти к своей просьбе, так как не любил ходить вокруг да около.
-Жак, дружище, я с удовольствием поговорю с тобой и возможно даже приеду в гости, если пригласишь, но у меня к тебе великая просьба – начал Камуи.
-Я тебя внимательно слушаю, говори что случилось.
-Понимаешь, тут такое дело. Ты ж, как директор консерватории знаешь, кого к вам посылают преподавать из Токийского училища?
-Вашего лучшего преподавателя, его кажется Хиде-зоу зовут, я не ошибся? - спросил Жак.
-Нет, ты не ошибся, ты как всегда все прекрасно помнишь – улыбнулся Камуи – Понимаешь, у него в классе есть ученик, которого нельзя оставлять без него, это просто преступление. Он лучший пианист в своем училище, а его тут взяли и перевели к другому преподавателю. У мальчишки такой стресс, что он неделю к роялю не подходит – тут Камуи , конечно приукрасил ситуацию, но он понимал, что добиться своего должен любой ценой, неудачи он себе не простит.
-А что, этот парень выпускник что-ли? – спросил удивленно Жак.
-Нет, он еще второкурсник, но все-таки... Как-то не по-людски это. Мы же теряем таланта на своих глазах, у него депрессия похоже началась – Камуи не унимался и все добавлял красочные подробности - Он так старательно занимался всегда и был лучшим учеником в классе Хиде-зоу-сенсея.
-Хм....Ну а почему тогда ваш Катамура отправил Хиде-зоу к нам, что других кандидатов не нашлось?
Камуи чуть не выругался, но вовремя сдержался:
-Это ты Катумуру спроси, почему.
-Погоди-погоди... – казалось Жак что-то вспомнил – а это не тот паренек, который первое место на международном конкурсе пианистов занял? Его Руиза зовут, да?
Камуи вздохнул с облегчением:
-Конечно, это именно он.
-Ничего себе... Да там просто клад, а не пианист, я его когда слушал, просто ушам поверить не мог. Он очень талантливый мальчик.
-Вот именно. А этот талантливый мальчик не занимается и вообще не ходит на занятия – сказал Камуи, мысленно молясь, чтобы Жак все-таки помог ему.
-Ну я даже не знаю, как помочь – начал было Жак, и Камуи готов был проклясть все на свете, но вдруг Жак спросил - а как у Руизы с французским?
-Никак – честно ответил Камуи, понимая, что все его планы рушатся – вообще никак.
-Ну тогда перевести его к нам не вариант, ему на сертификат сдавать надо – Жак казалось сам загрустил, но вдруг начал быстро говорить:
-Камуи, как же я раньше не вспомнил, у нас тут есть несколько студентов мечтающих поучится в Японии. Я могу оформить бумаги и мы устроим поездку студентов по обмену, вы пришлете своих пятерых к нам, а мы своих к вам. Это будет засчитано, как международная стажировка – и им полезно, и вам хорошо. Ну и Руиза естественно поедет в их числе, и будет продолжать заниматься у своего учителя, а через год вы уж сами решите что делать. Может парень выучит язык и сможет к нам перевестись.
Камуи не мог поверить в услышанное.
-Жак, я даже не знаю как тебя благодарить – начал он, но его тут же прервали:
-Ну мы ж друзья, да и потом не могу я допустить, чтобы такой талантливый мальчик бросил музыку – а потом добавил – а вообще я не понимаю, куда ваш Катамура смотрит, уволить бы его к чертям собачьим – и Жак усмехнулся.
-Спасибо тебе, я не знаю как и благодарить тебя – Камуи все еще был поражен насколько легко решилась эта проблема. Распрощавшись со своим другом, он довольный собой потянулся и начал набирать номер Руизы:
-Сейчас я тебя обрадую несказанно, мой сладкий мальчик, не зря же ты у меня самый любимый ученик, хоть и не мой – Камуи радовался и чуть ли не смеялся – Но я все же потребую с тебя маленький поцелуйчик в щечку за мою услугу – добавил он, а потом подумав немного, сказал сам себе с улыбкой – да, только в щечку, а то ведь понесет меня – и он начал слушать длинные гудки на другом конце провода.
Эпилог
Лучи закатного солнца проникали в комнату, окна были открыты, и легкие занавески то и дело приподнимались над подоконником, словно паруса, надуваемые ветром.
-Ну что ты играешь! Еще раз сначала и помедленнее! – строгий голос Хиде-зоу звучал над ухом, но уже не мешал сосредоточиться. Руиза старательно выигрывал все пассажи, но вдруг все же сбился.
-Это еще что такое? – спросил Хиде-зоу, глядя на своего ученика – Руи, ты опять плохо позанимался?
Руиза улыбнулся:
-Нет, я просто не могу поверить, что снова вижу тебя после этих двух мучительных месяцев разлуки.
Хиде-зоу не мог не улыбнуться, но все же добавил:
-Милый, но это не дает тебе повода халтурить.
-Конечно, конечно, сенсей.... – Руиза засмеялся и вскочив со стула бросился прочь из комнаты на ходу крича о том, что уже устал и хочет есть, и что Хиде-зоу учитель-садист, но через миг добавив, что он его любит и таким.
Хиде-зоу последовал вслед за учеником. Вот уже два месяца, как Руиза приехал к нему. Они снова были вместе, снова видели друг друга каждый день, засыпали и просыпались рядом, радуясь новому дню. Занятия проходили в обычном режиме, учитель по-прежнему периодически ругал Руизу, но ученик старался не доводить своего преподавателя и старался как мог, чтобы не подвести ни Хиде-зоу ни Камуи, который устроил ему эту поездку. Он был счастлив, что снова видит своего любимого учителя, что они снова вместе, и что больше никто не посмеет разлучить их. Руиза усиленно учил французский, чтобы через год все-таки поступить в Консерваторию и уже наверняка остаться с Хиде-зоу.
-Ну и куда ты делся? – спросил учитель, заходя на кухню, но Руизы нигде не было – Руи, милый, выходи – но ученик не появлялся. Хиде знал, что тот любит куда-нибудь спрятаться, а потом выскочить неожиданно, напугав до полусмерти. Поэтому Хиде-зоу спокойно отошел к окну, вглядываясь в пейзаж, раскинувшийся перед глазами. Солнце золотило железные крыши домов, деревья были окутаны вечерним туманом, воздух такой свежий, наполненный ароматом листьев и цветов пьянил и заставлял задыхаться от невозможности вдохнуть его еще полнее и сильнее. Хиде-зоу вздрогнул от неожиданности, когда прохладные ладони Руизы коснулись его плеча.
-А вот и я – прошептал ученик ему на ухо – не получилось тебя напугать сегодня – и он засмеялся.
-Ты меня уже напугал своим жутким исполнением сонаты Бетховена – не мог не пошутить учитель.
-Я исправлюсь, сенсей – улыбнулся ученик и потянулся за поцелуем.
-Нет, нет – протестующе замотал головой учитель, делая вид, что сердится – никаких поцелуев, ты не заслужил.
Руиза улыбнулся:
-Заслужил, еще как заслужил – и не дожидаясь разрешения, сам прикоснулся к губам учителя:
-Какое же все-таки счастье, что мы снова вместе – Руиза прижался крепче к груди Хиде-зоу, ощущая приятное тепло во всем теле.
-А иначе и быть не может – ответил ему Хиде-зоу – Мы с тобой, Руи, как клавиши рояля, полноценны, лишь когда вместе, ведь слушать не так интересно, если мы играем только по белым или только по черным клавишам.
Руиза улыбнулся:
-Точно, все верно подметил, хитрец.
Хиде-зоу обнял Руизу и посадил его на широкий подоконник.
-А давай мы всегда будем вместе? – робко спросил ученик, глядя прямо в глаза учителю, тот лишь улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать, но остановившись в миллиметре от его губ, прошептал:
-Конечно будем. Ты видел хоть раз рояль с одним видом клавиш? Я точно нет, так что, мы обязательно будем вместе. Ну и не только поэтому – добавил учитель – просто ты тот, кто снова вернул меня к жизни, ты мой ангел, мое чудо, мой самый хороший, я люблю тебя, ты только мой.
Руиза обнимал учителя и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. До позднего вечера они так и были рядом друг с другом, обнявшись и наслаждаясь теплом поцелуев, потеряв счет времени, даже не глядя на часы, не думая ни о чем, кроме друг друга. Да и куда им было спешить, ведь впереди была долгая и счастливая жизнь, где они будут вместе.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Любимый учитель (NC-17 - Хиде-зоу/Руиза, Гакт/Руиза [D, GACKT])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz