[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Золушка или альтернативная сказочка (NC-17 - Мияви/Хайд, Гакт [GACKT, Miyavi, Moi dix Mois, Hyde])
Золушка или альтернативная сказочка
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:25 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Золушка или альтернативная сказочка

Автор: Polina Shion

Фэндом: GACKT, Miyavi, Moi dix Mois, Hyde
Пэйринг: Мияви/Хайд, Гакт/Мана
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, Романтика, Флафф, POV, Hurt/comfort
Предупреждения: OOC
Размер: Миди
Статус: закончен

Описание:
Джейрокерская версия Золушки ) Что если главная героиня и не героиня, а герой? А принц немного менее классический ? А король страстный мужчина, испытывающий весьма определенные чувства к мачехе, которая тоже не так проста, как кажется с первого взгляда....

Посвящение:
Моей Элен и всем, кому это интересно )

Публикация на других ресурсах:
С разрешения

Примечания автора:
А вот пришла такая идея ) Весьма нестандартно. Немного удивительно и неожиданно )

Надеюсь, вам понравится )
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:25 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Начало
-Ты, мелочь, хватит прохлаждаться, у тебя еще дел по горло, -прорали под ухом у Хайда. Никого особо не интересовало, устал он или нет. Раз ты тут на птичьих правах, то вкалывай как проклятый. Уже который день дом был верх дном, а все, потому что король Гакт устраивал бал, и семья, точнее вот эти три особы, которые просыпаются тогда, когда все приличные люди уже возвращаются с работы. Но они такого слова и не слышали. Так вот эти мачеха и два ее сына, которые были семьей на бумаге, а в реальности хозяевами. Ведь Хайд был для них нечто типо бесплатной рабочей силы.

Кормить его по идее не надо, точнее он сам готовит, а, значит, этой проблемы нет на повестке дня. Обстирывает, штопает, ходит по магазинам, убирается тоже он. Отличный домашний раб, а главное беспрекословный, со всем соглашается. Ведь он в курсе, что если начнет возражать, то окажется на улице. А тут хоть есть кровать и еда, а к тяжелой жизни он уже привык.

Кое-как разлепив глаза, Хайд увидел милое лицо Сакурая, его любимого братика. Лучше б, конечно, он шел мимо , но раз уж обратил внимания, то так не отвяжешься. Парень принял сидячее положение и посмотрел на недовольного родственника. Его карие глаза, даже скорее черные, проникали в душу. Атсуши точно надо было становиться инквизитором, а не греть простыни, вставая в шестом часу после полудня. Морально приготовившись к выслушиванию очередной претензий и мысленно затыкая уши, дабы избежать получения лишней информации, Хайд сделал вид, что внимательно слушает.

-Пока твоя светлость тут отдыхает, все летит к чертям. Из-за того, что ты прохлаждаешься, я могу не успеть на бал. Ты хоть понимаешь, что его устраивает сам он? Это тебе не какие-то там посиделки во дворе. Это культурное мероприятие, где будет весь свет. А, значит, я должен там быть. Ясно тебе? если я пропущу этот бал, то я тебе голову откручу. Чтобы сейчас же пулей пошел и привел мой костюм в должный вид.

-И мой тоже. Или ты милый решил пойти один и нагло обвести вокруг пальца родного брата, - капризно было произнесено с лестницы. Вот и появился второй красавчик, по совместительству родственник Атсуши. - Сразу говорю, либо мы идем вместе, либо никак. Ты же знаешь, что наша мать любит меня больше. Так что стоит мне щелкнуть пальцами и не видать тебе праздника, как собственных ушей.

-Много слов, а мало дела, братец. Тэцуя, ты глупый или прикидываешься? В ком по твоему мнению видит себя наша мать? Сомневаюсь, что в тебе. Сам посуди. Если она тебе говорит, что любит тебя, то это не значит, что это правда. Ее слова всегда имеют двойной смысл, как и пристало человеку из высшего света, имеющему влияние и родословную, которой может завидовать сам король. Удивляюсь, как ты этого не понимаешь, глупый младший брат Тетсу. Хотя, говорят же, что на таких, как ты природа отдыхает. Она любит лишь меня, ведь я ее зеркало, тот, кто похож на нее в ее юные годы....

-Я бы так не осмелился сказать, - немного растеряно сообщил Огава, смотря куда-то в сторону, вынуждая Сакурая повернуться. Он моментально понял, что ничего хорошего ждать не приходится. Последняя фраза про юные годы была точно лишней. Ведь сейчас его сверлила мать таким взглядом, который резал сильнее ножа. Хоть и казалось, что на лице у их мамы нет ни единой эмоции, но это было совершенно не так. Атсуши понял, что на пару лет обеспечил себе прекрасную жизнь, которую ему устроит злопамятный родитель. Уж чего, чего, а мстить так, чтобы враг даже об этом не догадывался, он умел.

Пока родственники обменивались дружелюбными взглядами, Хайд решил еще немного поспать. Парень прикрыл глаза, но Морфей, похоже, отлучился по более важным делам, чем караулить пока Такарай соблаговолит выделить себе время на отдых. Так что ему не оставалось ничего, как начать думать о его маме, точнее мачехе, пока остальные разбираются кто в доме хозяин, кто на свете всех милее и так далее по списку.

POV Hyde

Снова они завели свою пластинку. Кто кого любит, кто на кого похож. Интересно, насколько можно быть такими придурками, если все еще играете в сынков мамочки. Господи, как вам еще не надоело. Ведь вы же прекрасно знаете, что то, что вы так называете и преклоняетесь, беспрекословно слушаетесь, а за спиной только и знаете, как перемывать кости и искать выгоду. Мне даже порой немного жаль мужчину по имени Сато Манабу, у которого больная фантазия. Все же даже с этой слабостью к женскому образу, он не заслуживает, чтобы родные играли с ним роли любящих, а затем втыкали ножи в спину. Да, моя названная мачеха, а на деле отчим еще тот оригинал.

Наверно, его женушка некоторое время гадала, куда девается ее косметика и почему платья висят не так. Все же какое-то время ему удавалось скрывать, что вечерами он отзывается на леди, когда посещает светские рауты. Но после рождения детей, это стало невозможным. Манабу пытался доказать, что ему так нравится, но жена этого не приняла. Дальше одни слухи. То ли она просто бросила его, а детей он ей не отдал. Или предложил воспользоваться каким-то поясом, чтобы он побыл на месте женщины в интимных отношениях, и она сбежала. Все это остается тайной. Одно я знаю точно, у меня не мачеха, а отчим. Господи, а они все выясняют отношения. Мрак... И не спится же. Вот бы попасть на бал, напиться там до смерти и устроить им веселье. Чтоб знали, как они меня достали...

END POV Hyde

В это время Атсуши сжался под взглядом матери, которая без слов дала понять, что Сакурай может и не мечтать о хорошем вечере. Грациозно повернувшись на каблуках, хозяйка дома посмотрела на Хайда, как - то презрительно оценивая его простой вид, полное отсутствие аристократизма. Даже на ее без эмоциональном лице можно было без труда прочесть « Не понимаю, как это может быть родственником.»

-Значит так. Ты сейчас поднимаешься и попытаешься сделать из этих то, что хотя бы не будет позорить меня на вечере, - сказал Мана, показывая пальцем в перчатке на своих детей, обращаясь к Такараю. - И побыстрее. Ведь основное время мое. Я не могу позволить себе сегодня быть не на высоте, ведь там будет он...

Хайд, как и остальные не стали уточнять кто, боясь за свою жизнь. Они могли поклясться, что уже нескольких конкурентов эта роковая особа уже свела на другой свет, аристократично отравив. Парень поднялся и тяжело вздохнув, стал думать о том, как привести двух братьев в надлежащий вид.

Атсуши косился на родственника, как на вошь, ползающую вокруг. И дело тут было даже не в том, что Хайд и правда обладал такими фигурой и ростом, что вполне сошел бы за мелкое насекомое. Нет, просто Сакурай не считал этого гнома родственником, лишь слугой. Но все же его присутствие хоть не давило тоталитарностью, как было с Маной.

Парень уже более или менее успокоился, подумав, что может не все так страшно и его слова остались незамеченными, но глубоко ошибся. Манабу аристократично повернул голову и запрокинув голову, гордо держа осанку, ответил на выпад зарвавшегося сына.

-Милый, тебе лучше не знать, каким я был в твоем возрасте, а то мне жаль то дерево, на котором ты повесишься, умерев от зависти. Все же для начала тебе нужна диета. Боже, боже, какие у меня дети. В кого интересно.... Как у такого прекрасного могло появиться это. Ах, даже стыдно, - произнес Мана, оставляя Атсуши с открытым ртом, Тетсую дико ржущим, а Хайда удовлетворенно пыхтящим от усердия. Все же про диету Мана не соврал, а, следовательно, надо еще и впихнуть брата в костюм....
Мачеха собирается на бал
Выполнив задачу минимум, а именно, несмотря на далеко не самые милые взгляды, которые бросали на него родственнички, явно пребывающие не в самом радужном настроении, запихнув каждого в подобающий костюм, Хайд смог себе позволить на пару минут перевести дыхание. Ему еще предстояло очень и очень сложное дело, поэтому нужно подготовиться к нему физически и морально, хотя последнее все же в большей степени.

Хорошо хоть тот не питается такими усиленными темпами, да и вообще ест он что-то или нет. Хайд откровенно призадумался над этим вопросом. Кажется, его самый главный родственник, сколько себя помнил парень, в жизни при нем не съел и куска и вечно говорит о каких-то диетах. Но это не мешает ему в свете сообщать о том, что его фигура дана природой, заложена генетикой. Вполне закономерный ход, а идти и сообщать о том, как все на самом деле у Хидето не было ни желания, ни сил.

Куда уж, после старшего братика, едва влезшего в костюм. Вот опять Сакурай что-то ест и глушит вино, а потом удивляется, что не всем нравится его фигура. Хотя Хайду было безразлично на личную жизнь названного брата, но все же сохранение хоть какого-то подобия ее было в интересах парня. Ведь эта обязанность быть личной служанкой, горничной двух лбов, а следовательно, и модельером, костюмеров и всем, чем угодно, заставляла думать о том, чтобы они хоть как-то удерживались в одном весе.

Зная мачеху, можно было сказать, что спасибо не скажет, если гардероб детям нужно будет менять чаще, чем ему. Для себя Мане не жаль ничего, а вот для них вопрос сложный. Пока они в тени, то, возможно, он и делает вид, что благосклонен, но если вдруг ситуация изменится, то уверенности нет, что все не станет иначе. Почувствовав конкуренцию, Мана не остановится ни перед чем. Понимая, что слишком безответственно заставляет ждать того, кто к этому не привык, Хайд все же стал подниматься по лестнице, оставляя Сакурая и Тетсую наедине играть в гляделки. Ну Такарай совсем был не виноват, что они так пылко друг друга любили, что были готовы придушить.

Хотя, эмоциональность все же лучше, чем холодная маска аристократа, которая была любимой для Сато. Все же иногда это сильно раздражало. Хайду хотелось, чтобы мужчина все же сорвался и повел себя, как живой нормальный человек, а не как красивая кукла без эмоций. Рядом с ним веяло каким-то холодом, словно в доме восковых, нет фарфоровых фигур. Но это рождало интерес к его личности. Хотелось узнать, что внутри. Как у всех или пустота. Такараю казалось, что все нет, что даже в его мачехе есть нечто от настоящего человека. Просто он еще не нашел того, кому бы ему захотелось показаться с другой стороны.

Перестав стоять на месте, Такарай побежал к этому замкнутому, но требовательному. Получать от него нагоняи было не самым приятным делом. Хайд уже знал, что и в какой последовательности, но каждый раз поражался, как можно проводить у зеркала столько времени. Парень не мог себе представить, что использовать кучу баночек со всевозможными кремами, лосьонами и прочей парфюмерией , мог мужчина. Пару раз перекрестившись, Такарай все же зашел в царские, иначе не опишешь комнату мачехи, покои и увидел, как на высоком стуле с позолоченной спинкой восседал мужчина в шелковом дорогом халате, не скрывающим его прекрасных ног, поистине женской осиной талии, натренированного пресса.

Хайд постарался не смотреть на лицо мужчины, ведь тот не выносил, когда его видели без косметики. Такарай держал мнение при себе, не желая лишний раз нарываться, но все же про себя отмечал, что Манабу довольно хорош собой, что естественный цвет лица ничуть не уступает результату грамотно наложенного тонального крема. Но это дела мужчины, а его задача лишь выполнять то, что от него требуют.

Такарай направился в ванную и стал приготавливать все к первому этапу. Поистине роскошная ванна, была наполнена не очень горячей водой, в которую были добавлено содержимое полок. Все же Манабу любил принимать ванну со всевозможными парфюмерными добавками, которые благоприятно влияли на его кожу, делали ее нежной, гладкой, словно шелк. Когда было все готово, парень позвал родственника и в очередной раз позавидовал этой нарочитой раскованности, чувству собственного достоинства, гордости.

Мужчина без всякого стеснения скинул халат, демонстрируя идеальное телосложение. Хайд смущенно отвернулся, но все же поймал себя на мысли, что хорош Манабу, ох хорош. Одни стройные ноги, которые сейчас Сато грациозно закидывал в ванну, чего стоили. Будь он женщиной точно бы все падали ниц, только чтобы целовать его ступни, пальчики. Талии могла позавидовать самая прекрасная дама. С него хоть картину пиши, так он был великолепен. Такарай стал ждать, пока Мана примет ванну, все же мыть себя он не позволял. По звукам, доносившимся, Хайд без труда определял, что вот сейчас Манабу открыл флакон с шампунем, моет волосы, взял какую-то баночку, то ли бальзам, то ли кондиционер, с каким-то приятным ароматом, который наполнил всю ванную.

Парень знал всю эту церемонию, как свои пять пальцев, поэтому ему не нужно было смотреть. Да и видеть тело мужчины более чем смущающе для Хидето, и раздражающе для Сато. Один раз он уже получил нагоняй за чрезмерное любопытство, так что теперь Хайд делает свое присутствие наиболее незаметным. Парень услышал, как мужчина поднимается из воды и подал ему полотенце, а затем вышел.

Едва Манабу снова оказался в своих покоях, как Хидето стал открывать огромное количество баночек с кремами для тела, рук, ног, лица, шеи, наполняя помещение всевозможными ароматами парфюмерии. Мужчина снисходительно позволил парню заняться его кожей, покрыть тело, руки, ноги слоями косметических средств. Хидето прекрасно знал, что за его место могли бы бороться многие, что делать такие услуги - самое желанное для поклонников Маны, что они бы сошли с ума, едва дотронувшись до пяток, пальчиков на ногах, колен, низа живота, сосков, ключицы, шеи, плеч, рук.

Видеть обнаженным того, кто тебе не безразличен, к кому тянет, и держать себя в руках - это весьма затруднительно. Хорошо, что это не относилось к Хайду, ведь никаких чувств он к Сато не испытывал. Так что спокойно делал свою работу, не вызывая никаких эмоций и реакции ни у себя, ни у Маны. Они оба привыкли уже к тому, что это самое обычное дело.

Закончив с кожей, Хидето принялся подбирать наряд, отслеживая то, как мужчина критически оценивает каждый вариант и одним лишь взглядом дает понять, что это не то, что он хочет. Придирчивость во всем, что касалось нарядов, была хорошо знакома парню, поэтому он спокойно откладывал забракованное и искал следующее. Наконец, Мана жеманно поднялся, увидев платье цвета бургундского вина, и согласился его примерить. Такарай облегченно вздохнул, когда понял, что все же нашел нужное.

Помогая с чулками, Хидето еще раз посетовал, что эти ноги даны мужчине, а не женщине. Он без всяких помыслов восхищался внешностью Сато. Закончив с облачением в нижнее белье, парень принялся надевать на мужчину платье, а затем аккуратно зашнуровал. Вид полуобнаженной спины Манабу, то, где заканчивается вырез на спине, ничем не скрытый, кроме лент, длина платья до колена спереди , предоставляющая возможность увидеть прекрасные ноги - да, никто от такого не устроит. Эта гармония между страстью и холодностью поражала воображение. Полностью закрытое спереди, но чуть укороченное и открытое сзади, но более длинное - Хайд поймал себя на мысли, что тоже не против платья.

Отогнав это все, списав на то, что слишком долго находился рядом с Маной, парень занялся прической мужчины. Высушив волосы мужчины феном и уложив, Хайд принялся за самое сложное - лицо Манабу. Очистив его тоником, от чего мужчина моментально напрягся, Такарай остановился. Все же Мана всегда слишком резко реагировал на прикосновение. Его лицо было для него чем-то святым, тем, к чему нужно особое отношение.

Спустя какое-то время Хайд все же снова продолжил, осторожно накладывая тональный крем, тени, тушь, губную помаду. Через минут сорок перед зеркалом был тот, кого все привыкли видеть. Удовлетворенно посмотрев на себя, Манабу вышел из своих покоев, оставляя Хайда собирать все косметические средства. Закончив с делами, Хидето спустился вниз. Ему оставалось лишь проводить взглядом удаляющуюся машину, увозившую мачеху с сыновьями на бал, куда никто не звал парня. Но он не расстраивался, он уже привык к этому. Но все же ему хотелось хоть на часик туда попасть. Оставалось верить в чудо...
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:26 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Фееричная фея или шанс на сказку
Кое-как устроившись на табурете, Хидето выдохнул. Было нестерпимо жалко, что в очередной раз он остался дома один. Все же, как не заманчиво быть самому себе хозяином, но нет того ощущения сказки. Так хотелось, чтобы в этот раз было все иначе. Новогодний бал, а он как всегда в домашних рутинных делах. Манабу предусмотрительно оставил на трюмо целый лист распоряжений. Такарай сейчас гадал, когда тот успел - до того, как одеться или с утра сочинял, борясь с бессонницей.

В любом случае, только на больную голову могло прийти то, что огромный хозяйственный пласт дел необходимо выполнить до возвращения с бала. Конечно, ведь эти неженки Тетсуя и Атсуши, наверно, в жизни не видели пыли и испытают шок, встретившись с неизведанным. Да что говорить, они, наверняка, до сих пор думают, что то, что они едят готовиться само или рождается именно таким, какое оно на столе.

Но Мана вроде бы умный человек, но все туда же. Сам бы попробовал это все сделать за столь короткое время. Хидето усмехнулся и поднялся с табурета. Все же от того, что он будет вспоминать всю родословную Манабу далеко не литературными словами, толку будет столько же, как от пения серенад под окном музея. Тяжело вздохнув и стараясь не унывать, Такарай посмотрел на пункт первый - помыть пол. Закатав штаны, парень направился за ведром и тряпкой, а затем принялся за далеко не праздничное занятие.

Напевая себе под нос какую-то мелодию, которая пришла в голову совершенно случайно, но казалась такой родной, отражающей все чувства. У Хидето появилось ощущение, что он знал ее всегда, просто забыл из-за чего-то. Может, и была какая-то причина, но парень не стал на этом заострять внимание. Продолжая напевать, он полностью отрешился от происходящего, и только голос совсем рядом вырвал его из плена задумчивости.

-А ты все еще помнишь ее. Какой хороший мальчик. Да нет, уже молодой человек. Красивая у тебя, однако, фигурка сложилась, - с нотками игривости произнес мужчина, расположившийся вальяжно на диване и перебирающий длинные светлые волосы. - Одеть тебя и вообще конфетка.

-Крестный Чачамару? - удивленно спросил Хайд и сел в ноги к самому дорогому человеку. - Я рад тебе. Зачем ты здесь? Почему не на празднике?

-Это я, милый мой. Ты ничего не хочешь мне сказать? Как всегда волнуешься за других. Мне в мои годы уже не до этого, когда есть совершенно другие дела. Ну что милый крестник, как ты живешь? - спросил Чачамару, глядя прямиком в душу Хидето. Все же было в нем нечто волшебное, не зря же его отец так называл, когда они вечерами проводили время вместе с Хайдом.

-Живу, как живу. Крыша есть и ладно. Но мне бы хоть раз увидеть, что за порогом, как там во дворце. Но мне не суждено. Это всего лишь мечта, - едва слышно прошептал Такарай и снова стал натирать и так чистый пол до блеска. Он надеялся, что крестный оставит его в покое и перестанет бередить рану, давая ложные надежды.

-Сделать тебя счастливым мой долг, милый крестник. А если ты просишь столь малого, если жадность и эгоизм не свойственны твоему невинному сердцу, то я с удовольствием подарю тебе праздник и сказку в этот новогодний вечер, - ответил Чачамару и поднялся. У Хидето даже перехватило дыхание от величественного вида мужчины, от того, насколько же он обворожителен и притягателен.

-Но...., - попытался возразить Такарай, но заметив брошенный на него взгляд, моментально поутих.

-Никаких но, все же я не обычный человек и кое-что могу. Так что запомни этот вечер и эту ночь, - было произнесено, после чего Хайд почувствовал, как земля уходит из-под ног и жутко хочется спать. Какое-то сияние окружило его, оно было теплым, приятно ласкало кожу. Такарай зажмурился и потянулся, так было хорошо.

Спустя пару минут Хидето открыл глаза и не поверил тому, что увидел в отражении зеркала. Перед ним стояла принцесса, красивая, аристократичная. Только немного приглядевшись, можно было узнать в ней того парня, который совсем недавно мыл пол в гостиной. Быть в платье было немного необычно и непривычно для Хидето, но ему нравилось. Все же крестный, хоть и превратил его в принцессу, но учел и его мужскую натуру.

Вместо ожидаемого кремового или бордового платья, на Такарае было темно-изумрудное, переливающееся на свету. Короткие рукавчики-фонарики прекрасно гармонировали с ажурными перчатками чуть выше локтя, да и длинна была самой оптимальной, демонстрирующей стройные ножки, но и не создающая впечатления доступной барышни. Хидето покрутился вокруг зеркала, любуясь на то, как благодаря имитации корсета, у него появилась талия и так называемая фигура рюмочкой. Парень изучил одежду и нерешительно дотронулся до волос, собранных наподобие ободка лентой в тон платью. Легкий макияж и сапожки на невысоком каблуке довершали образ принцессы.

-Мечты сбываются, - победоносно сообщил Чача. - У тебя есть время до полуночи.

-Спасибо, - ошарашено ответил Такарай и обнял крестного, а затем побежал к выходу, где увидел автомобиль в стиле ретро.

-Волшебство для того и существует, чтобы дарить сказку, - произнес мужчина, а затем со смехом посмотрел на список дел Манабу. - Эх, не меняешься, Сато. А когда-то ты был маленьким мальчиком, верящим в чудеса. Ладно уж...

Чачамару махнул палочкой, и все дела оказались выполнены. В новогоднюю ночь возможно все. Удовлетворенно оглядев результат своих трудов, он исчез, надеясь, что у его крестного все сложится удачно.

*********************************************************

От Автора )

Поздравляю всех с Новым годом ) Дарю эту главу, всем, кто ждал ) А персонально тебе, Элен ) Надеюсь, тебе понравится )
На балу красиво и весело, но любоваться с тобой на звезды мне больше нравится
Еще до конца не придя в себя после такого неожиданного преображения, Хайд и глазом не успел моргнуть, как симпатичный профессиональный водитель авто домчал его до замка, где проходил бал. О празднестве было слышно задолго до того, как они оказались на месте, всюду дорогие машины, фейерверки, транспаранты и прочее. Но это не могло сравниться с тем, что увидел Хидето.

Можно сказать, замок просто переливался всеми цветами радуги, за что следовало благодарить грамотное украшение его всяческими гирляндами, создающими новогоднее настроение. Такарай немного смущенно посмотрел на водителя, боясь, что он осудит за такое детское восхищение, но он лишь добродушно улыбнулся и галантно открыл дверь. Хидето поблагодарил его и вышел из машины, продолжая любоваться всем этим великолепием. У него совсем из головы вылетело, что домой он должен вернуться в определенное время, что уж говорить, что все же осторожность не помешает. Правда, надежда, что Манабу просто не узнает в таком образе своего родственника, который часто довольствуется чем-то выцветшим, была велика. Ведь Такарай сам бы не поверил, что может выглядеть вот так. Точно богатая особа, со связями, к которой нужно особое отношение, почтение.

Хидето моментально оказался в центре внимания, куча незнакомых глаз пытались рассмотреть его, словно припоминая, видели ли они его когда-то или нет. Никому не хотелось, чтобы потом чей- нибудь родственник помешал их делам с его родителями. Все же в силу его возраста, присутствующие подумали, что он чей то ребенок, а сам не глава какой-нибудь компании.

С одной стороны, Такарая это немного пугало, но с другой сложившаяся ситуация могла приравняться к удаче. Ведь в массе гостей можно затеряться. В момент, когда какой-то незнакомец взял его под руку, он совершенно не подумал, что огромное скопление богатых, влиятельных людей привлечет внимания и тщеславной мачехи, которая обязательно решит узнать, кто же это такой, что все стараются быть поближе к нему и угодить.

Хидето зашел в зал и удержался от протяжного вздоха - внутри было еще красивей, роскошней, чем снаружи. Он попытался сделать вид, что это для него не нечто удивительное, а вполне привычное, что это не первое подобное мероприятие в его жизни, а десятое минимум. Он принялся осматриваться, к счастью, на него уже не так обращали внимание, все же он был далеко не единственным, кто является важной персоной. Так что на время Хидето остался предоставлен себе. Это позволило парню запечатлеть всю картину и прочно отложить увиденное в памяти. Он был уверен, что другого шанса попасть на столь роскошное мероприятие, как и вообще на любое, у него нет ни единого шанса.

Такарай подозревал, что о его существовании уже благополучно забыли, что Сато не распространялся о родственниках, даже самых ближайших. Парень до сих пор удивлялся тому, что этого мужчину ему нужно было называть мачехой. Ведь мать он потерял давно, отца несколько лет назад, но перед этим, волей судьбы или из-за того, что отец был пленен красотой Сато и его не остановил пол любимого, оказался в семье, обзавелся братьями и целым списком обязанностей.

Хидето помнил разговор с отцом, когда тот признался, что хоть и любил всегда его мать, но и питал слабость к мужскому полу. Тогда он отнесся к этому спокойно, но сейчас, когда его, похоже, приняли за девушку и окружили в основном мужчины, уделяющие далеко не самые невинные знаки внимания, у него закрался страх, в горле появился ком. Он интуитивно понимал, что он не хочет унаследовать вместе с хрупкой, кукольной фигурой и внешностью, еще и это.

Ощутив терпкий запах дорого парфюма и соблазнительный поцелуй в шею, мужчина поежился. Слишком ему был знаком этот запах, ненавистный и так часто используемый. Сколько раз его одежда была в нем, когда во время вспышки гнева в него запускался флакон. От голоса у Хидето пошли мурашки, но он справился с собой и развернулся лицом к соседу. Помирать, так с музыкой. Встретившись взглядом с Атсуши, замечая, как его глаза скользят по нему, оценивая, пошло облизывая губы, Хайд понял то, во что не мог поверить. Его, на расстоянии вытянутой руки не узнавал его псевдо родственничек, да еще и принимал за девушку.

-Вы столь обворожительны. Какая у вас чудесная кожа, а ваши губы. Так бы и попробовал, каковы они на вкус. Но вечер лишь только начался. Не согласитесь ли вы на танец? - полушепотом спросил Атсуши, улыбаясь и вызывая у Хидето мурашки и чувство отвращения. Парень понимал, что помощи ждать не от куда, но все же хотел, чтобы кто-то помешал. Такарай уже собрался хорошенько двинуть настойчивого поклонника, но не успел.

-Не согласится, танец обещан мне. Так что прошу нас извинить, но не выйдет. Кстати, все остальные танцы на ближайший год у нее тоже мои. Всего доброго. Развлекайтесь, - было произнесено из-за спины, от чего Хидето подпрыгнул, так это было столь неожиданно. А Атсуши наоборот как-то сжался и закивал, словно болванчик. Такарай удивился такому поведению. Никогда в жизни он не видел ничего подобного, чтобы с одной реплики слетала вся самоуверенность, и чтобы подчинялся словам кого-то кроме Маны, а что это не он, это точно.

Хидето с некоторым любопытством чуть повернул голову, но моментально отвернулся. Сердце предательски ёкнуло от увиденного, он был поражен. Его спасителем был молодой человек, но его красота могла дать фору любой самой восхитительной представительнице женского пола. Нет, она была истинно мужской, но в ней присутствовала некая изюминка, его практически черные глаза завораживали, а вечная полу ухмылка заставляла гадать, какой же секрет или шутку он знает, что его так позабавило.

-Только не говори мне, что узнав, кто пришел тебе на помощь, сейчас падешь ниц. Я не мой папаша, чур меня, чур, - Мив показно стал смотреть по сторонам, словно его преследовали. Хайд, услышав голос и фразу, моментально догадался, кто с ним говорит, но не испытал и доли благоговения перед такой персоной. А уж упоминание о отце вызвало у него улыбку. Такарай повернулся к принцу и попытался поклониться, но вызвал лишь хохот. - Сейчас я его позову. Он фанат, а я.... Черт, как же мне хочется сбежать. Но слушать потом нотации три часа на полу крике, не, я лучше тут побуду. Но, как меня это достанет, свалю. Надеюсь, ты составишь компанию? Ой, прости, что я на ты. Как-то не подумал....

-За то веселье, что ты тут устроил, прощаю, - ответил Хидето, поспешно поправляясь. - Вы устроили...

-Мамочки, я чувствую себя таким заплесневелым. Не надо на вы, иначе нанесешь мне душевную травму и я спать не смогу без кошмаров. Буду будить весь замок. Ой, не хочу я увидеть самого короля ночью. Вот уж счастье то, - подавляя смешок и мило улыбаясь, сообщил Мив, окончательно стирая все барьеры между новым знакомым и собой.

-Хорошо, хорошо, только замолчи, а то у меня уже живот от смеха болит, - смущенно ответил Хидето, пытаясь скрыть то чувство, что все больше разрасталось внутри. Такарай решил не обращать внимания на него. Наверно, это связано с тем, что для него все в новинку, в том числе и общение с такой особой. Хидето хотел сказать еще что-то, но ему не дали и возможности.

-А может, ты составишь мне компанию в уничтожении съестного или сначала согласишься потанцевать? - заботливо поинтересовался принц.

-Можно и потанцевать, а уничтожить еще успеем, - смеясь, произнес Такарай, чувствуя, что с ним твориться нечто странное, что ему настолько нравится общество Мива, что он рад, что это не чванливый, с завышенной самооценкой аристократ, а вполне милый в общении молодой человек.

Охотно поднявшись и позволив взять себя за руку, Хидето буквально пролетел над паркетом и оказался вместе с новым знакомым в центре зала. Заиграла музыка, которая увлекла его, заставила забыть все печали, а присутствие располагающего к себе парня делало настроение еще лучше. Такарай кружился, двигался в такт, отмечая про себя, что его партнер очень пластичен, грациозен. Пару раз он ловил себя на мысли, что откровенно любуется им.

Музыка все лилась, постепенно из зажигательной, становясь более страстной, от чего у Хайда побежали мурашки по спине, дыхание стало более частым. Расстояние между ним и Мивом все сокращалось, пока не стало минимальным. Чувствуя одну его руку на плече, а другую на поясе, появлялось ощущение того, что он пропадает в этих глубоких глазах, что его манит аромат парфюма, что эта небрежность волос, рубашка на выпуск и едва завязанный галстук привлекает сильнее самого роскошного одеяния.

Хидето пару раз все же наступил на ногу самому принцу, за что ему было дико стыдно, все же он был не в кедах, как Мияви. Правда, тот даже и виду не подал, но все равно какое-то время парня мучила совесть. Но со временем все забылось, а уж когда его утащили с бала, прихватив не слабую корзинку, уже собранную слугами, то Такарая уже совершенно ничего не волновало. Он умилился тому, как же в замке все хорошо относились к принцу, наверно, знали о том, что он просто не может долго выносить всю эту мишуру, которую отец так любил. Даже когда они покидали замок, никто не стал им мешать.

Хайд хотел узнать, куда они идут, но решил, пусть это будет сюрпризом. Они оказались у какого-то средневекового строения, которое поражало своим изыском, но и простой одновременно. Такарай стал смотреть во все глаза, он не мог поверить, что стоит пройти немного и открывается вид на пруд, на берегу которого стоит небольшой замок, в который они и зашли. Поднявшись на самый верх в башню, откуда был прекрасный вид на ночное звездное небо и водную гладь.

-Как тут красиво, - только и смог вымолвить Хидето, усаживаясь рядом с окном на выступ.

-Да, когда я был маленьким, я тут жил с матерью, но потом ее не стало и мне пришлось переехать. Но я часто здесь бываю, но сегодня все по-особенному. На балу хорошо, но мне больше нравится с тобой наблюдать за звездами, - произнес Мив, начиная, есть, а Хайд не нашелся, что ответить и тоже не стал отставать.

Спустя какое-то время, они незаметно друг для друга взялись за руки и принялись смотреть на ночное небо. Сердце предательски дрогнуло, когда парень обнял Такарая за плечи и наклонился. Хидето понял, что доигрался, что сейчас вся эта сказка закончится, что он услышит слова о том, что он обманщик, что он извращенец или еще что. Да ему и самому не хотелось одеваться девушкой, но все же он был благодарен Чачамару за то, что хоть в этом образе он смог побывать на балу, познакомиться с принцем.

-Знаешь, ты очень красивая девушка. Я никогда такой не встречал, - произнес полушепотом Мияви и еще больше наклонился, обдавая Хидето горячим дыханием, щекоча волосами шею, вызывая мурашки по телу.

-Прости, но я не... Я парень, а это лишь наряд от крестного. Прости, что врал, - растеряно ответил Такарай и попытался отстраниться. Таких приятных слов ему никто не говорил, не восторгался им. Он был готов провалиться сквозь землю. Почему-то сердце ему кричало, чтобы он молчал, но сказанного уже не вернуть. Это слишком подло, криминально, аморально и нечестно - врать ему, тому, кому совершенно не хотелось, тому, кто заставил верить себе и заслуживал совершенно другого отношения. На лице Мияви мелькнуло удивление, сменившееся каким-то странным выражением, словно он что-то обдумывал.

-Вот говорил же мне папа, что я пойду в него. Не врал же, - произнес Мив и притянул озадаченного Хайда к себе. - А если я скажу, что это не меняет дела, что ты мне все равно нравишься? Мой папа ждал этого бала, чтобы встретиться с мужчиной, который его покорил. Когда мне об этом доложили, я подумал, что это сплетни, что такого не может быть. Но ты заставил меня думать иначе.

-Не шути так! Зато мне важно, - ответил Хидето и резко поднялся, вырываясь, но Мив оказался проворней и снова заключил парня в объятья, а затем нежно поцеловал, неспешно лаская губы Хайда, давая ему шанс насладиться мгновением, позволяя ощутить эту сладость первого поцелуя. Он заметил, что Такарай уже не сопротивляется, но и не отвечает и отстранился. Осознав, что находится на свободе, Хидето побежал со всех ног прочь, оставляя принца одного, пытаясь унять сердце, готовое выпрыгнуть из груди и выбросить мысль, что так засела в голове " А тебе же понравилось? Честно признайся. Ты же понимаешь, что ты к нему не равнодушен"

-Нет! -прокричал Хидето и пулей добежал до ждавшей его машины. До истечения времени оставалось совсем чуть чуть. Водитель ничего у него не спросил, а лишь повез обратно, домой, снова в обычную жизнь. Тогда Такарай не знал, что ничего уже не будет как раньше

Моя музыка
The GazettE DISTRESS AND COMA
Еvanescence Сall me when you're sober
Еvanescence Bring Me To Life
Dir En Grey Kodou
Dir En Grey VANITAS
Hollywood Undead Paradise Lost
Hollywood Undead Undead
Hollywood Undead Knife Called Lust
Hollywood Undead The Natives
Cinema Bizarre – Sweet dreams
Hollywood Undead Glory
Element Eighty Parachute
Hollywood Undead No. 5
Hollywood Undead Been To Hell
Abingdon Boys School Desert Rose
the GazettE Shiikureta Haru, Kawarenu Haru
the GazettE Ray
Dir En Grey OBSCURE (Average Psycho Version)
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:26 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Вы так прекрасны, дьявольское создание
Бал был в самом разгаре, когда появилась незнакомая личность, и все внимание было уделено ей. Манабу даже хотел уже подойти, но в последний момент изменил решение. Все же это не по статусу. Вдруг это человек, не нужный, тот, кто не пригодится. Мало ли ошибочных звездочек может залететь на свет огней бала. Если бы это был некто важный, то ему бы стало об этом непременно известно.

Именно поэтому Сато спокойно наблюдал за происходящим, спиной ощущая пронзительный взгляд, которым его одаривал тот, ради которого он и появился здесь, встреча с котором всегда превращалась в поединок, где нет победителя. Пока нет, но сегодня все может измениться. Только как распорядится фортуна и на чьей улице сегодня будет праздник? Ответ неизвестен, но еще не вечер, не ночь.

Сато повернулся в пол оборота и одарил долгим взглядом этого красавца, так и притягивающего его словно магнитом. Манабу задумался, когда это все началось между ними, с первой встречи или нет. Сейчас уже не вспомнить, но одно он знал точно - рядом с этим не знающим отказа, уверенным в себе мужчиной, покрываясь мурашками от взгляда " моя собственность", Сато совершенно терял контроль над эмоциями. Именно он мог сорвать маску с его лица, за которой Мана долгое время прятал свою настоящую сущность. И это одновременно и пугало, и влекло мужчину.

Вот и сейчас, словно ток прошелся по всему телу, заставляя каждую частичку ощущать то напряжение, влечение, что возникало между ними, когда они оказывались так близко. Осознание нескрываемой страсти в глазах, этой соблазнительной позы, рождающей смелые мысли в голове, пьянили Сато сильнее любого алкоголя. Он поспешно отвернулся и слишком сильно стал обмахиваться веером, но это никто не заметил. Точнее никто, кроме одного человека, который улыбнулся, словно победитель, и медленно отпив из своего бокала, неспешно поднялся с места и практически бесшумно подошел к Мане.

-Разрешите вас пригласить на танец? - произнес Камуи так, чтобы лишь один человек в зале слышал эти соблазнительные нотки в таком с виду обычном предложении, скорее вежливом, чем романтическом. Но Манабу был именно тем, кто интересовал короля, тем, кто должен был разгадать тайный смысл фразы. Правда, одно ему было не под силу - мужчина не мог себе позволить отказать, а, следовательно, игра будет не по его правилам. Мужчина грациозно поднялся и вложил свою руку в ладонь Камуи, тем самым давая согласие.

По всему его телу прошелся разряд тока, когда он почувствовал дыхание Гакта на щеке и их глаза встретились на долю секунды. Но даже этого времени было достаточно, чтобы они смогли прочесть в отражении то, что так давно искали. Манабу первым отвел взгляд, не в силах контролировать эмоции. Рядом с этим мужчиной он чувствовал себя таким неуверенным, слабым, но с каждой минутой Сато все чаще ловил себя на мысли, что быть таким ему нравилось, что он устал играть роль железной, холодной леди.

Сато вздрогнул, когда пальцы Камуи прошлись по его обнаженной спине, игриво забираясь за ленты. Казалось, что тело перестало слушаться, ноги стали ватными, а губы резко заболели, прося лекарство, желая узнать вкус королевских. Манабу попытался отстраниться, но на это у него не было шанса. Свет, музыка, голоса - все ушло на второй план. Был он и Камуи, который все сильнее прижимал мужчину к себе, позволяя чувствовать его тепло, биение сердца, запах парфюма.

Едва танец был закончен, и музыка сменилась, Гакт играючи увлек Сато в мало освещенный угол зала, не давая ему и шанса на побег. Со стороны можно было подумать, что они просто разговаривают, как и сделали все присутствующие, но в реальности все имело иной смысл. Дыхание сбивалось после танца или это было связано с тем, что рядом был тот, к кому неотвратимо влекло, но и одновременно и не позволяло перейти грань. Манабу почувствовал, как Камуи вжал его в стену, как его руки легли на талию, а губы стали медленно посасывать мочку уха, плавно перемещаясь к шее.

- Вы так прекрасны, дьявольское создание, - прошептал Камуи, окончательно лишая сил и воли к сопротивлению.

Приглушенный свет, ниша, так удачно продуманная архитектором и нескрываемая тяга друг другу парализовали все доводы, разум, все, что могло хоть как-то помешать им наслаждаться ласками. Но ничто не вечно и всему приходит конец, в том числе и терпению. Камуи сильнее прижал к себе мужчину, окончательно сокращая расстояние, отделявшее его от Сато, и впился в губы мужчины, терзая их, заставляя раскрыться. Одной рукой он обхватил подбородок, не позволяя отвернуться, а другой стал гладить спину Манабу. Но ощутив укус до крови и дрожь во всем теле Маны, Гакт непонимающе отступил, чувствуя, что упускает что-то важное.

От того, как Манабу не поднимая глаз стоял несколько минут, а потом, гордо подняв голову, прошел мимо, у мужчины все внутри оборвалось. На лице Сато не отражалось ни единой эмоции, но Камуи мог поклясться, что видел слезы в глазах того, кого любил. Разрываясь между желанием догнать и остановить, снова поцеловать, извиниться, он остался стоять на месте, но спустя пару минут все же уверенным шагом направился в сторону библиотеки. Интуиция ему подсказывала, что Манабу там, и она его не подвела, когда он увидел фигуру в чудесном платье цвета бургундского вина на фоне окна.....

Моя музыка
Moi dix Mois Lamentful Miss
Moi dix Mois – The Sect
Moi dix Mois – Shadows Temple-x
Gackt – Lust for blood
Moi dix Mois Mephisto waltz
Girugämesh Kowarete iku sekai
Girugämesh Сrying rain
Я люблю все образы, каждую черту - все в тебе
Он стоял на фоне окна, полностью отрешенный и не заметил, как на расстоянии вытянутой руки от него остановился Камуи. Еще пара шагов и он мог бы обнять Сато, но Гакт этого не сделал, все еще мучаясь вопросом " что же он сделал не так". Либо он ошибся и Мана совершенно не тот, кем его представляет себе мужчина, либо это грамотная игра, стратегия. В последнее Камуи верил больше, поэтому преодолел расстояние в считанные секунды и обнял со спины Манабу.

-И зачем было убегать? Любите, когда вас догоняют? Это часть вашей игры? - прошептал Камуи на ушко Мане и стал гладить его по бедру, покусывать мочку уха мужчины, чуть приподнимать платье. А Сато позволял все, потому что решил больше не убегать, подчиниться тому, кто сильнее, принять свои чувства. Он откинулся назад, подставляя губы для поцелуя, чем моментально воспользовался Камуи. В этот раз ласка была обоюдной, от этого более манящей, лидерство переходило от одного к другому, и поцелуй прекратился, когда уже было нечем дышать.

С ближайшего стола, явно предназначенного не для этого, были сброшены на пол какие-то листы бумаги и пара журналов, Манабу усажен на край, а затем плавно опущен на плоскую поверхность. Страстный поцелуй в шею, а затем несильный укус, от которого Сато выгнулся и обхватил ногами за пояс Гакта, едва слышно простонав и позволяя увидеть свои истинные эмоции. Когда ладонь Камуи проскользнула между ног Сато, принялась гладить возбужденную плоть, мужчина непроизвольно чуть сдвинул ноги, препятствуя такой смелой ласке. На что Гакт усмехнулся и убрал руку, но не отстранился.

-О, мне досталась невинная леди. Определенно нечто новенькое. Чтож сегодня я поверю в то, что ты девственник. Быть первым даже в шутку приятно до чертиков. Я научу тебя всему, а завтра узнаю, какие уроки были усвоены до меня, - произнес соблазнительно Гакт и провел кончиками пальцев по внутренней стороне бедра, но именно в этот момент последний фрагмент маски спал с лица Манабу, представляя его настоящего.

Отлетев в сторону и больно ударившись о стеллаж, Гакуто не сразу пришел в себя, а когда все же смог трезво мыслить, заметил, что Мана уже не выглядит как холодная леди, скорее как леди в гневе, обиженная на всех и каждого. Мужчина нервно поправлял платье, прическу, словно несколько минут назад делал нечто омерзительное, то, что надо стереть, забыть, как страшный сон. От былого равнодушия не осталось и камня на камне, как впрочем, и от понимания поведения Гактом. Перед ним был совершенно другой человек : настоящий, живой, реальный и он его любил еще сильней, нежели ту холодную куклу. Эти чувства, манера поведения наполнили его любимого человека всеми красками, раскрыли его душу.

Но пазл все никак не хотел складываться. Все же что-то должно было дать толчок к появлению настоящего " я". Догадка пришла сама собой, но она казалась совершенно фантастической. Но других вариантов не было. Гакуто еще раз взглянул на Манабу и проклял себя за то, что повелся на первое впечатление. Слишком часто девушки, да и мужчины ломали перед ним комедию, а сейчас он задел за живое того, кого любил. Мужчина медленно подошел к Сато и хотел его обнять, но Мана резко развернулся и со всей силы ударил его по лицу.

- Хочешь меня? Тебе так интересно знать, сколько у меня было мужчин. Ни од-но-го. Доволен? - прошипел Манабу, снова замахиваясь и переходя на " ты ". - Только тронь меня и получишь. Не волнуйся, если я ношу платье, то это не значит, что я не помню какого я пола. Так что Камуи найди себе уже шлюху, которой понравится зажимание у стенок. А меня оставь в покое.

- Да, доволен и прости меня, - прошептал Гакт, прижимая к груди изрядно сопротивляющегося Ману, который бил по спине кулаками, вырывался, шипел что-то нечленораздельное, но явно не самое лестное. - Я люблю тебя, люблю все твои черты характера, все в тебе люблю. Мне не нужен никто, только ты. Скажи мне, что ты хочешь? Я отпущу, если......

- Поцелуй меня, - ответил Сато, чувствуя, как внутри что-то пробуждается от долгого сна, как хочется улыбаться, прижиматься к этому мужчине, чувствовать его тепло и не думать ни о чем больше. - А если я скажу, что люблю тебя и прошу никогда меня не отпускать, выполнишь?

- А что в первую очередь? - смеясь, произнес Гакуто, проводя кончиками пальцев по подбородку Сато и чуть приподнимая его лицо. - Если ты это скажешь, то я буду счастлив и не расстанусь с тобой. Ты мой и точка. А теперь позволь я выполню твою еще одну просьбу.....

Моя музыка
Moi dix Mois Mephisto waltz
Gackt Vanilla
Girugämesh Kowarete iku sekai
Girugämesh Fukai No Yami
DELUHI NO SALVATION
DELUHI Living Dead
Red Hide
Red Lost
Red Breath In To Me (OST зал самоубийц)
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:27 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Эта ночь, эта жизнь лишь для нас двоих
Сладкий, дурманящий поцелуй, от которого кружилась голова, а сердце было готово покинуть свое законное место. Стол уже был забыт, как не соответствующий уровню страсти, уступив место стене, в которую вжимали разгоряченного Сато, целовали так, словно в последний раз, как будто он жизненно важный глоток воздуха, до боли по всему телу, до изнеможения.

Когда уже было невозможно сдерживаться, Манабу слегка оттолкнул Камуи и простонал, вызывая усмешку у королевской особы, бывшей в не менее возбужденном состоянии. Небольшая передышка и снова страстный поцелуй с терзанием губ, проникновением языка, от чего по телу каждого проходит ток, а разум уступает чувствам. В результате все более грубые ласки, боль от того, что пальцы Сато запутываются в волосах и дергают, даря одновременно мучение и наслаждение.

- Какой же ты у меня страстный, - тяжело дыша, прерывая поцелуй, произнес Гакт. -Я же слышал о твоих романах. Как же ты меня дождался....

- Много чести, - по-привычке гордо ответил Манабу, но затем сменил гнев на милость. - Ни один не был активом. Они все были лишь на словах пылкими, а когда мы становились ближе, то.....

- Они становились пассивами, - закончил фразу Камуи и притянул к себе Сато. - Слабаки. Значит, не лучшие. Ты достоин самого самого. Король подойдет?

- Более чем, - прошептал Мана, пятясь к столу и натыкаясь снова на стену, к которой моментально был прижат.

- Тогда я сейчас тебе наглядно докажу, что ты сделал правильный выбор. Научу тебя любить свое мужское тело, покажу, как может быть прекрасно заниматься любовью с мужчиной, позволить уступить, быть ведомым, - шептал Гакуто, гладя бедро Сато, чуть приподнимая платье, чувствуя напряженную плоть и удерживая себя от желания здесь и сейчас забраться за тонкую материю белья и в несколько движений рукой довести Ману до оргазма. Не сейчас, не в этот раз. Манабу заслуживает чудесной, страстной ночи за такое ожидание. У них впереди еще вся жизнь, чтобы наслаждаться друг другом.

Манабу выгнулся, когда горячий язык скользнул в ушную раковину, даря необычайное наслаждение, искры удовольствия и желание отвечать на ласку. Мужчина позволил Гакту гладить его по ягодицам через платье, а затем закинул ноги за спину Камуи, сокращая те миллиметры, что их разделяли. Пытаясь занять более удобное положение, Сато слегка потерся о пах Гакуто, вырывая из его горла громкий стон, а затем получая за это расплату. У него помутнело перед глазами от того удовольствия, когда он ощутил горячий язык на своей шее, а затем болезненный, но такой страстный укус, моментально зализанный.

- Еще, - только смог и вымолвить Сато, переходя на крик, кусая Гакуто, ставя на его коже свою метку. Громкий стон, даже рык, был лучшим ответом на просьбу, а боль в спине от резкого вжимания в стену доказательством потери контроля. - Я хочу этого, я хочу быть твоим полностью. Я.....

- Молчи, леди, - прошептал Камуи, осторожно проводя между ног Сато, а затем, кусая в плечо, продолжая гладить член Манабу, выслушивая все слова, которые приличной даме не стоит знать. Одним движением он стянул белье вниз и провел кончиками пальцев по всей длине возбужденного органа. - Черт, как же я хочу тебя здесь, прямо на ближайшем столе. Я уже не могу сдерживаться, но ты невинен... Черт, ты сводишь меня с ума.

- Знаешь, что, - с трудом совладав с дыханием и натягивая белье, ответил Сато, смотря горящим взглядом. - Если ты король, мужчина, то не заставишь леди ждать. Где в твоем чертовом замке кровать и смазка? Я не железный и через пару минут мне будет все равно на то, что сегодня будет адская боль, а завтра я тебя прокляну. Не забывай, что я не нежная девица. Так что....

Договорить Манабу не дали, а просто поправили платье и закинув на плечо, понесли в королевскую спальню, воспользовавшись черным ходом. Благо искомое место было в пяти минутах ходьбы, а если сильно постараться, то и двух. Оказавшись на месте, пара принялась неистового целоваться, срывая одежду, кидая ее на пол. Усаженный на трюмо Сато оторвал в черту все пуговицы на рубашке Камуи, в ответ лишившись платья, разодранного окончательно и спасению не подлежащего. Оказавшись лишь в одном белье и чулках, мужчина несколько минут с жалостью посмотрел на эти обрывки материи, но напрочь забыл обо всем, когда кончики пальцев Камуи пробежались по его шее, ключице.

- Эта ночь, эта жизнь лишь для нас двоих, - нежно произнес Гакуто, целуя в шею, заставляя чувствовать себя самым любимым, самым желанным, самым самым.

- Да, - прозвучал ответ, уступая место чувствам, где все понятно и без слов.....

Моя музыка
23:45 feat. 5ivesta family Я с тобою как в раю
Moi dix Mois Mephisto waltz
Gackt Vanilla
Girugämesh Kowarete iku sekai
Дубцова Ирина О нем
Animal ДжаZ и МакSим Живи
Ани Лорак Обними Меня Крепче
Стань моим спутником жизни
Одежда, оставшаяся на паре, полетела в неизвестном направлении, предоставляя паре возможность видеть друг друга обнаженными, наслаждаться тем, как лунный свет, проникающий в комнату, отражается на коже влюбленных, сгорающих от страсти, желания быть всегда рядом, слиться воедино и никогда не быть порознь. Нежно развернув лицом к зеркалу, Гакуто стал медленно целовать шею, оставляя на ней влажную дорожку, плавно перебрался к плечу и слегка прикусил кожу, вырывая стон из горла Сато.

- Ты великолепен, посмотри на свое отражение. Как можно не любить такое божественное тело настоящего мужчины, - соблазнительно произнес Камуи и обвел кончиками пальцев соски любимого, переместил руку на живот. - Не отводи взгляд, пока я тебе не разрешу. Это так возбуждает.....

Манабу сглотнул и чуть откинул голову назад, когда Гакт опустил руку к его возбужденной плоти, но не отвернулся от зеркала, позволяя мужчине увидеть, как он закусывает губу, как блестят его глаза. Вторая же ласкала соски, мучительно их сжимая, заставляя ток идти по всему телу. Сато обхватил руками шею Камуи, притягивая к своей и игриво потерся ягодицами о член короля, замечая, как искажается гримасой наслаждения лицо Гакуто. Это стало красной тряпкой для Маны и он стал еще быстрее соприкасаться с возбужденной плотью, доводя любимого до исступления этой игрой, вынуждая его чертыхнуться и ответить тем же, лаская тело Манабу порывисто, страстно, нетерпеливо.

- Ты играешь с огнем, - хрипло произнес Гакт, оставляя след от зубов на бледной коже в районе лопаток и моментально его зацеловывая, зализывая. - Ты сводишь меня с ума, я хочу тебя брать быстро, неистово, порывисто. Черт, ты ошеломителен. Мне нравится, что ты мужчина, хоть и обладатель поистине великолепной красоты, которой может позавидовать любая женщина. Тебе идут платья, но вид твоего обнаженного тела несравним ни с одним нарядом. Сегодня и всегда я хочу, чтобы ты был лишь моим. Я.....

- Тсссс, - произнес Сато и накрыл ладонью губы Камуи, смотря в зеркало, позволяя мужчине увидеть его едва заметную улыбку, а затем прикрыл глаза, когда пальцы любимого пробежались по позвоночнику, даря такое удовольствие, охватившее все тело, позволяющее полностью довериться и забыть обо всем на свете.

Небольшая дрожь и нарастающее беспокойство, прошло, едва Гакуто чуть прикусил мочку уха любимого, полностью расслабляя его, говоря без слов то, что сейчас так важно слышать. Сато прокусил губу, когда его любимый стал его подготавливать. Встретившись с испуганным взглядом Манабу, Гакуто нежно поцеловал его плечо, шею, снова стал терзать мочку, ушную раковину. Он ласкал свободной рукой соски, живот, пах любимого, отвлекая от добавления второго пальца, от того дискомфорта, снимая напряжение, заставляя получать лишь удовольствие.

Ели слышный всхлип ознаменовал проникновение третьего пальца, а с этим и нахождение той точки, от соприкосновения с которой Манабу выгнулся дугой и вцепился в трюмо так, что костяшки пальцев побелели. Нескрываемое желание, отражающееся в глазах, нежные поцелуи и лунный свет на коже - все что составляло в целом эту восхитительную ночь, принадлежащую лишь им двоим.

- Прости, может быть больно. Если хочешь, чтобы я остановился, то скажи это сейчас, - хрипло произнес Гакуто, понимая, что не хочет мучить любимого, но и сдерживаться уже не в состоянии. Несколько минут показались вечностью, а чувства, так внезапно взявшие верх, не давали возможности мыслить здраво.

- Ты и только ты можешь сделать мне больно. Пожалуйста, я хочу быть твоим целиком и полностью, - прошептал Манабу, сильнее прижимаясь к любимому и прикрывая глаза. Дурманящие поцелуи укусы по всему телу и медленное проникновение принесли ошеломительное удовольствие и боль. Ласковые слова на ушко и резкие толчки внутри сплетали воедино все ощущения, заставляя растворяться в сочетании нежности и страсти. Поймав темп, Манабу стал двигаться сам, открыл глаза, чтобы видеть выражение лица любимого, дарить ему возможность замечать, как отражается смена боли наслаждением.

Крик разрезал тишину, когда Гакуто чуть поменял угол и задел простату, заставляя Манабу выгнуться, прикусить губу, сгорать от наслаждения, извиваться, все сильнее насаживаться, просить двигаться в нем сильнее, подставлять спину для засосов, отключать разум, полностью отдаться любимому. Нежные касания к животу, к груди, сладостная мука внутри и все более громкие стоны, испорченная прическа и полное слияние со своим единственным счастьем. Сейчас, через пару минут, всегда - лишь бы он был рядом, лишь бы чувствовать его запах, тепло. Быть любимым, быть его, просто быть.

Переплетенные пальцы, горячее дыхание на коже, отражение в зеркале, порядком запотевшем и стон мужчин в унисон, сперма на спине Манабу, на руке Гакуто и счастливая улыбка. Ни единого слова, а лишь нежный поцелуй, бережные касания к уставшему любимому. Сато зарылся в волосы своего единственного и едва ощутимо коснулся губами его шеи, наслаждаясь моментом, близостью, теплом, запахом того, кого так долго ждал, искал.

Не сговариваясь, парочка направилась к постели, на которой они продолжили познавать все самые сокровенные места, заставляя друг друга выгибаться от наслаждения, кричать до хрипоты. Горячий язык любимого на шее, на ключице, сосках, животе, приносящий множество мурашек, пальцы, знающие, где коснуться, чтобы доставить наивысшее удовольствие, плавные, медленные движения, становящиеся неистовыми - все, что нужно лишь им двоим, тем, кто любит, кто любим.

Сейчас не нужно было играть, можно позволить все, воплотить все тайные желания, отдаться страсти. Камуи чуть застонал, когда Сато облизнул его соски, возвращая то удовольствие, что ему дарил любимый в десятикратном размере, а затем нежно поцеловал пупок, заставляя мужчину выгнуться.

Переходя на крик, полный страсти, когда Сато грациозно устроился на нем и стал сначала игриво возбуждать Камуи, соприкасаясь ягодицами с телом мужчины, а затем медленно насадился на член Гакта, глядя ему прямо в глаза, облизывая губы. Едва он стал двигаться, как Гакуто вцепился в бедра Маны, заставляя его двигаться быстрее, смелее, из-за чего надолго его партнера не хватило, а сам Камуи достиг своего предела спустя пару секунд после финала любимого.

Уставшие, но довольные, они еще несколько минут лежали в объятьях друг друга, а затем, медленно отправились в ванну, чтобы привести себя в приличный вид. Шум воды заглушил все стоны, а время никто не засекал, но эмоции, отражающиеся на лицах парочки, говорили сами за себя.

Закутанный лишь в простынь, Манабу любовался луной в окно и только по нежному поцелую и заключению в объятия, понял, что его король, его любимый, рядом. Умение подкрадываться бесшумно всегда заставляло трепетать Сато, как и сейчас. Он откинулся чуть назад и прикрыл глаза, позволяя Гакту целовать его волосы, лоб, переносицу, завладевать губами, но спустя несколько минут медленно отстраняться.

- Я тебя люблю, ты для меня все. Стань моим спутником жизни. Я больше не хочу без тебя, ни сейчас, ни завтра, ни дня. Пожалуйста, - прошептал Гакуто, получая в ответ страстный поцелуй, означающий ДА. О том, как сказать это все детям и о многих других мелочах, парочка решила подумать потом, не сейчас, не сегодня, не в эту лунную ночь. Она принадлежит лишь им двоим.......

Моя музыка
Тату Я сошла с ума
Тату Полчаса
23:45 feat. 5ivesta family Я с тобою как в раю
Ирина Дубцова О нем
Cinema Bizarre The Silent Place
Flyleaf In The Dark
Lauren Cristy The Colour of the Night
Hyde The Cape Of Storms
The Gazette Guren
The Gazette YOIN
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:27 | Сообщение # 6
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Хидето, о чем же ты думаешь?
Время летело незаметно, вот уже с бала, о котором говорила вся округа, минул месяц, за который поменялось многое, а что-то осталось неизменным. Все тот же король, держащий в своих руках все, и с чьим мнением никто даже не пытался спорить, тот же принц, проводивший политику это не нам, это стенам. Спорить бессмысленно, а вот игнорировать весьма можно, что он и делал.

Но кое-что стало совершенно другим, и это не заметить было не возможно, даже если постараться. Появление королевы в жизни Гакта изменило все, а особенно атмосферу в замке. Теперь даже в воздухе витало нескрываемое счастье, любовь, от чего Мияви становилось с каждым днем хуже. Да, он принял отношения отца, удивив его своим спокойствием, тем, что он даже не сбежал из дома. Он закрывал глаза на то, что парочка часто уединялась, а затем возвращалась растрепанная, запыхавшаяся, в обнимку.

Да и Гакт не скрывал того, что они с Манабу пара, что у них все хорошо во всем. Первый опыт на утро чуть не заставил мужчину лезть на стену, когда Камуи увидел мучение в глазах Маны, пытавшегося скрыть, что ни смазка, ни бережные ласки не смогли облегчить боль, ставшую расплатой за полученное удовольствие ночью. Засосы по всему телу, так ярко проступившие на бледной коже, создавали впечатление пыток, а не знаков страсти, наслаждения.

Камуи пытался отвернуться, просить прощения, но нежные касания до груди, плеч, где было не меньше меток, оставленных Сато, были лучше любых слов. Они сами выбрали этот пусть и ни один не жалел о случившемся. Впереди их ждали ночи любви, страсти, познания желаний друг друга, обретения счастья. Все мучение, последствия первого опыта сменились безудержной страстью, нежными касаниями и безграничной любовью, выливающейся в ночи, дни, часы, минуты, секунды, проведенные вместе, наполненные взглядами, понятными лишь им двоим.

Сейчас наступило их время, счастливое, где нет места недопониманию, печали, лжи. И Мияви чувствовал себя лишним на этом празднике жизни. Он в очередной раз отвернулся, когда отец поцеловал уголок губ уже своей королевы, а она в шутку стукнула его по щеке веером. Они даже не заметили как он встал с места, заканчивая семейный обед и чуть ли не бегом направился в то место, где ему всегда было хорошо, где он понял, что любит, где провел самые лучшие минуты и самые худшие, где все потерял, возможно, навсегда.

POV Мияви

И зачем я тогда его поцеловал, зачем? Если бы все можно было вернуть... Нет, я бы поступил точно так же. Я не жалею, ничуть. Я хотел этого и хочу, но факт остается фактом - я все разрушил. Уже столько времени прошло, а я помню все, как будто это было вчера. Эта эйфория от того, что я все же нашел ту самую свою половинку, небольшой шок, когда оказалось, что это симпатичный, но парень и осознание, что мне все равно на пол, как впрочем, и на все остальное.

Я хочу еще раз услышать его голос, почувствовать запах волос, заглянуть в глаза и заметить в них отражение себя. Что будет после этого не важно. Смогу ли я его вернуть, ответить на мои чувства или же нет? Я не знаю ответ. Так бы хотелось, чтобы он сказал да, но это все мечты, которым не суждено сбыться. У меня же нет феи крестной или волшебной палочки, да у меня по идее настоящих друзей-то и нет, сплошные подлизывающиеся, которых интересую не я, а мое положение в обществе, то, что я принц. Всем же хочется удачно устроиться. Как же это достало. И сейчас, когда мне больше всего нужно, рядом никого. Я больше так не могу, не могу один, не могу без него.

Он мой единственный, тот, кто для меня все, с каждым днем я все сильнее понимаю. Я знаю его так мало времени, а кажется, что всю жизнь. За один его взгляд я готов на все, преодолеть любые трудности, бежать куда угодно. Мне плевать, кто что скажет, мне это не важно, раньше не было, а сейчас тем более. Хотя, чему тут так удивляться, если мой отец, а по совместительству и король любит и живет с мужчиной. В чем дело? Я чем-то хуже или что ?

Я люблю его, я хочу быть с ним. Правда, на что я надеюсь? Он весьма ясно дал понять, что у нас нет будущего, что он не хочет меня видеть рядом в качестве мужчины, хотя, после того, что сделал, на дружбу мне тоже не приходится рассчитывать. Но если бы был хоть один шанс увидеть его, найти, не зная о нем совершенно ничего, то я бы использовал его, не задумываясь. Но кто мне его предоставит. Мечты, мечты...

Пойти бы прогуляться туда, где меня никто не знает, где я не буду окружен вниманием. Интересно, существует ли такое место. Я знаю, что там не будет тебя, Хидето, что ты не улыбнешься мне, не скажешь " Привет ". Я все это понимаю, но срываюсь с места, быстрым шагом иду туда, куда несут меня ноги. Вот я оказываюсь на маленьком пляже, как я знаю, месте излюбленном парами, ведь тут такая романтичная атмосфера, но сейчас здесь нет ни души. Наверно, это из-за потемневшего неба. Испугались дождя, какие же глупые, хотя у каждого она своя. Вот я верю, что ты придешь именно сюда, в такую погоду. Вот пусть называют кем угодно, но я верю. Чтобы не говорили, но без надежды не представляю свое существование, как и без тебя.

Вдохнув полной грудью, я закрыл глаза и подставил лицо лучам солнца, с трудом пробивавшимся сквозь густые облака. Приятно ощущать дуновение ветра на коже. Такое чувство свободы и прилив сил, что не нахожу слов, чтобы описать. Но когда ты рядом, то все меняется, становится мощнее, мне не нужен никакой источник, ты все, в чем нуждаюсь.

Мне сейчас хочется крикнуть, выплеснуть, все что внутри. Сдерживаюсь в последний момент, интуитивно чувствуя, что я не один, что ты здесь. Не верю своим ощущениям, думаю, что это все обман, что я выдаю желаемое за действительное. Чувствую я удивление, панику, не знаю, но нечто внутри замирает, когда я замечаю тебя, то, как ты стоишь вдали на самом крае пирса, вот вот упадешь в воду, двинувшись с места или сделаешь спасительный шаг назад и тебе не будет ничего угрожать. Я стою и смотрю, как солнце придает твоим волосам такой прекрасный цвет, не могу отвести взгляд и подойти ближе тоже. Я не могу, впервые в жизни я испытываю неуверенность, я боюсь, что я тебе совершенно не нужен в отличие от тебя.

Сегодня ты выглядишь иначе, более поземному, так естественно. Я в жизни тебя не спутаю с девушкой, но, знаешь, таким ты мне нравишься еще больше, мне сильнее хочется оказаться рядом, посмотреть в твои глаза, дотронуться до щеки, смахнуть в лица непослушные волосы, которые мешают тебе. Так хочу сказать тебе, что узнаю тебя всегда, что чувствую тебя, что ты нужен мне. Но я по-прежнему стою не двигаясь, не получая того удовольствия от ветра, солнца, которого все меньше, не обращая внимания на первые капли дождя. Где-то внутри у меня ком, в голове вопросы " А нужен ли я тебе?

Я хочу и не хочу одновременно подойти, я не могу решиться, но все решает случай. Погода окончательно портится, дует сильный, пронизывающий ветер, а ты в легкой кофте. Дрожишь, но не уходишь, словно чего-то ждешь. Может быть, меня? Пусть я потом буду жалеть множество раз, но я поступаю так, как подсказывает сердце. О том, правильно или нет, буду думать позже. Сейчас не важно, ничего не важно, кроме тебя. Пусть миг, но счастья, хоть что-то.

Нежно кладу тебе руки на плечи, дрожу от того, какой ты теплый, несмотря, на то, что замерз. Ты слегка вздрагиваешь, но не поворачиваешь головы, да и не надо. Я не готов к твоему взгляду, я хочу продлить мгновение. У меня вылетают из головы все слова. Что же ты со мной творишь? Мое сердце бьется так часто, как и твое. Надо что-то сказать, а я не могу, просто не знаю, как описать те чувства, что захватили меня, когда ты так близко. Поддаюсь порыву и кладу подбородок на твою макушку, а ты все так же стоишь, не двигаясь. Я уже не знаю, что это все значит. Вдыхаю твой запах, прижимаю сильнее к себе, понимая, что либо сейчас, либо никогда.

the END POV Мияви

- Вот я тебя и нашел. Никому не отдам, обещаю, - говорит он, а сам мучается от предположений, что же будет дальше, а Хидето медленно поворачивается к нему лицом, смотрит на него, а парень тонет в глазах любимого и пытается прочесть мысли, но не может. - Хидето, о чем же ты думаешь? Скажи мне, пожалуйста...

Моя музыка
Дубцова Ирина О нем
Полина Гагарина и Ирина Дубцова Кому? Зачем?
Lara Fabian Je t'aime
Dir en grey Merciless Cult
Animal ДжаZ Анамнез
Выбор Хидето или как живется королевским особам
POV Hyde
В моей жизни, не усеянной лепестками роз, но во всяком случае понятной, может, менее достойной меня или наоборот слишком гладкой, все шло, как шло. Я никогда не жаловался, никогда не знал, что значит быть любимым, но я смирился. Что мне поделать, если все так, но во всяком случае, я всегда знал как к чему относиться. Меня шокировало то, что мой отец стал жить с мужчиной, хоть и достаточно более похожим на женщину, но я адаптировался, привык. Но сейчас я не знаю, что мне делать, какой выход, будет ли верным забыть, чего я не могу осуществить, как бы ни хотел или же принять себя таким, какой я есть. Хотя какой я? Совсем недавно я и не подозревал, что где-то во мне есть та часть, которая сможет меня толкнуть, пробудить на чувства к мужчине. Но есть ли они или это просто обман, нервы, шок, да что угодно, но не это.

Вот сидел бы себе на месте, десять раз на дню протирал бы чистые до скрипа поверхности, слушал нытье этих двоих, которые сейчас вообще стали невыносимы. Если раньше они хоть боялись Ману, то сейчас, когда он официально живет в королевском особняке, куда их и не подумали звать, то они совсем страх потеряли. Мне итак не шикарно живется, а еще терпи их заскоки. Но это еще цветочки перед ягодками. Я не могу спать, стоит мне закрыть глаза, как я вижу его лицо, вспоминаю тот вечер, все что произошло. Я просыпаюсь и долго не могу потом уснуть, боясь того, что однажды сон станет явью. А, может, так и лучше?

Я задавался этим вопросом не раз и не два, но всегда приходил к разным ответам. Почему-то мне страшно признаться, что я такой же, как и мой отец, но в тоже время и мне страшно без него, я боюсь, что поступаю неправильно. Я не могу разобраться в себе. Каждый день я иду гулять в одно место, только там я хоть немного прихожу в себя, там мне становится легче. Хоть и ненадолго, но все же. Я не знаю почему, но я чувствую, что с этим местом связана моя жизнь. Вот и сегодня я снова тут, стою и думаю о том, что было бы, если бы я тогда не сбежал, не оттолкнул. Наверно, я сожалею о содеянном, хотя, я совершенно не уверен. Не знаю, что же такое творится в моей душе, что заставляет менять решение сто раз в минуту.

Но я не хочу врать сам себе, я был бы рад, если бы он сейчас оказался здесь, обнял и никогда не отпускал. Даже если это ошибка, лучше я разочаруюсь, чем стану мучиться. Наверно, я все же его люблю, люблю своего принца. Но где же он, когда мне так хочется ему признаться, увидеть его снова, обрадовать. Вот и погода портится, словно намекая, что лучше мне идти домой, что нет смысла ждать, что этот день будет таким же, как и все предыдущие и последующие, что я упустил шанс, предоставленный судьбой.

Но что это, я чувствую, что не один, что тот, кого я больше всего сейчас хочу увидеть, здесь. Так хочется обернуться и убедиться, но мне страшно. Правда, не знаю от чего больше - от того, что меня отвергнут, что я ошибаюсь и это не тот человек или что я снова сделаю больно, когда пойму, что не могу ответить на его любовь. Мне кажется или он и правда подходит ближе.

Нервно начинаю двигаться, стоя на самом краю. Упаду в самую воду, простужусь, ну и ладно. Мне так холодно, почему я не оделся теплее, хотя сейчас надо думать не об этом. Где-то рядом мой любимый Мияви, но он ли. Наверно, я схожу с ума, у меня галлюцинации, раз я чувствую его запах, прикосновения. Я даже слышу голос его голос, но стою неподвижно сам не знаю почему Нет, это и правда ты, мой любимый принц. Я узнаю тебя всегда. Не могу больше сдерживать свои чувства и поворачиваюсь. Ты спрашиваешь, о чем я думаю. Что же ответить... Наверно, правду.

the End POV Hyde

- О тебе, о том, что, наверно, я люблю тебя, о том, что хочу быть с тобой, - произнес Хидето, прижимаясь к груди любимого, своего принца. Он сделал свой выбор, позволил судьбе самой решить будет ли это великой ошибкой или нет, принесет ли это радость и счастье или разобьет сердце. Время все расставит по своим местам, хотя, кто сомневается в том, что они будут самой лучшей парой, те, наверно, не видели, с какой нежностью они смотрели в глаза при встрече, как не могли налюбоваться, как забыли все слова, что хотели сказать.

*********

- Милый, и зачем тебе столько роз, они же все равно не так прекрасны, как хозяин моего сердца, - прошептал Гакт, целуя каждый аристократический палец руки своего суженного и обнимая его за талию. - Хочешь, подарю тебе сад?

- Продолжай, а я послушаю, - откидываясь чуть назад и позволяя шелковому халатику немного распахнуться, демонстрируя шикарные, стройные ноги, ответил Манабу. - Что еще ты мне подаришь?

- А ты у нас коварен и расчетлив. Пользуешься своей красотой, - произнес Камуи, а затем стал медленно облизывать мочку уха любимого. - Весь мир, все что пожелаешь.

- Пока я хочу лишь красные розы, ванну с лепестками роз для нас двоих, - немного хрипло прошептал Сато, чувствуя, что снова оказывается во власти своего короля сердца.

- Интересное предложение, я согласен на него, как и на все, что пожелаешь, - целуя шею своего избранника, ответил Гакт, забывая о том, как внезапно к нему явился садовник, который решил несколькими часами ранее уточнить, не казнит ли его король за такую дерзость, как посягательство на его любимые розы. Ради Манабу мужчина мог дать согласие на все, что угодно, да и простить, в том числе и самовольно явившегося слугу, но все же интуиция его в очередной раз не подвела, его прекрасный мужчина был в своем репертуаре и это ужас как нравилось Камуи. Вот так и живется королевским особам, которые знают, что от жизни нужно брать все, что сможет сделать счастливыми.

- А тебе не кажется, что твой сын влюблен? - отстраняясь, спросил Манабу и внимательно посмотрел на Гакта.

- Возможно. Я буду рад, если это будет прекрасная девушка. Давно думал о том, что Мияви тоже должен найти свое счастье, - ответил Гакуто, улыбаясь. - Я же нашел, почему бы и ему не сделать тоже самое.

- Только твое счастье не девушка.... А что, если это будет молодой человек, - спросил Мана, устраиваясь на коленках короля и проводя пальчиком по его ключице.

- А ты провокатор. Если этот человек сделает моего сына счастливым, то какая разница какого он пола, - прижимая к себе, произнес Камуи. - А сейчас, моя радость, что насчет ванны с лепестками роз?

- Все в силе, так что....., - начал говорить Манабу, но его нежно, но весьма доходчиво заставили замолчать и, подняв на руки, понесли в поистине королевскую ванную, о которой можно лишь мечтать.....
 
KsinnДата: Среда, 04.12.2013, 16:27 | Сообщение # 7
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Мой папа и моя новая мама
Если бы погода все же не решила, что надо испортить малину, то стояли бы наши герои еще лет сто, но когда началась гроза, а затем ливень, парочке пришлось чуть ли не бегом отправиться до ближайшей кафешки, чтобы переждать капризы природы. Неизвестно, что сегодня был за день в данном месте, но когда эти две мокрые курицы перешагнули порог, народу там было очень мало, а те, что присутствовали, не обратили ни малейшего внимания, чему Мияви, уже уставший от этого всего, был несказанно рад.

Устроившись в уютном местечке, находящимся вдали от любопытных глаз, словно, созданном для вот таких уединений влюбленных, они не знали с чего же начать разговор. Все казалось таким банальным, неловким, совершенно не тем, а чувства рождали панику внутри. От самокопания отчасти спасло появление миловидной девушки с меню в руках, на которую парни не обратили внимания, полностью увлеченные друг другом. Даже не посмотрев внимательно, что предлагается, они заказали кофе, только чтобы от них отошли, не мешали их уединению.

Минуты текли в полном молчании, который каждый хотел нарушить, но стоило лишь податься вперед и собраться начать говорить, как какой-то ком образовывался, и все оставалось по-прежнему. Вот уже и был принесен заказ и Хидето взял в руки чашку, не отводя взгляда от Мияви, но моментально поставил и стал смущенно дуть на пальцы.

- Горячо, кофе горячий, - виновато сказал Такарай, чувствуя себя таким дураком, что хоть сквозь землю проваливайся. Правда, это мало чем поможет, если твой сосед смеется во весь голос, еще сильнее вгоняя в краску. - И что я такого сказал?

- Да ничего, прости, просто это так мило после долгого молчания, - ответил Такамаса, нежно беря любимого за руку и начиная осматривать каждый пальчик. - Не обжегся?

- Как видишь, нет. Просто я забыл, что кофе горячий, - отворачиваясь, тихо произнес Хидето, чувствуя, как Исихара нежно целует его ладонь, а затем подносит руку к своему лицу и вот в такой позе спокойненько пьет кофе. - И не смейся надо мной!

- Забыл, потому что я рядом? - разворачивая к себе лицом любимого, поинтересовался Мияви, смотря ему прямо в глаза и не отпуская руку от щеки. - Или же нет?

- Я боюсь, что скажу что-то не то, и ты поймешь, что я не такой, каким я тебе понравился, - тяжело вздохнув, ответил Хайд. - Вот видишь, я уже ляпнул такой бред. А дальше будет хуже, что возьмешь от обычного парня. Куда мне до тебя....

- Достало, - произнес Исихара, практически перегнувшись через стол и притянув Хидето на опасно близкое расстояние. - Я не принц, а влюбленный мужчина, человек. Попробуй мне сказать, что ты обычный и увидишь, что будет.

- Но я же и правда обычный, - растеряно ответил Такарай, пытаясь отстраниться, но не тут-то было. Не успел молодой человек досчитать мысленно до десяти, а уже был усажен на коленки к любимому, который с буддистским спокойствием продолжил пить кофе. - И что это? Ты что вообще творишь?

- А я предупреждал, тем более я принц, мне можно, - прозвучало над ухом слишком соблазнительно. - Наверно остыл...

- Что? - находясь в небольшом шоке, спросил Хидето, постепенно начиная понимать, что явно и не против такого развития событий.

- Кофе, если ты еще не передумал его пить, - сказал Мияви, целуя любимого в макушку. - Или хочешь что-то другое, что сильнее согреет?

- А если и хочу, то что? - неожиданно для себя, набравшись смелости вперемешку с наглостью, ответил Такарай. - Ты же ведь не станешь....

- Я принц, мне можно все, - смеясь, на ушко произнес Мияви, а затем едва ощутимо коснулся губами шеи любимого, облизнул мочку уха. - Я все верно делаю? Тебе стало теплее?

- Да, стало, - ответил Хидето, чувствуя, как разум полностью отключается, тело живет собственной жизнью, хочет наверстать упущенное. - Но есть то, о чем я мечтал все это время...

- Знаю о чем. Можно осуществить нашу мечту? - спросил Мияви, нежно гладя волосы любимого, но ответ был и не нужен.

Да и обстановка как раз стала слишком удачной, так как из-за грозы выбило электричество. Хоть и на пару минут, но разве этого мало для тех, кто так сильно хотел ощутить вкус любимых губ, насладиться этим желанным прикосновением, погрузиться полностью в мир, существующий для двоих и никого больше. Слишком губительный, стирающий все границы, разрушающий сомнения поцелуй прекратился также внезапно, как и начался. Самое странное, что и дождь закончился спустя какие-то полчаса, позволив парочке покинуть помещение.

- Я исполнил желание? Мне полагается же награда? - произнес Такамаса, поднимая на руки и ставя возлюбленного на скамейку.

- Дай подумать, наверно, полагается, - немного смущенно улыбаясь, ответил Хидето и обнял своего избранника за шею. - И что ты хочешь?

- Скажи еще раз, как ты ко мне относишься, - недолго размышляя, произнес Исихара, прижимаясь к груди Хайда.

- Так не честно, это смущает, но ладно, - прозвучало над ухом у Такамасы. - Я люблю тебя, доволен?

- Более чем, а теперь надо, как порядочному познакомить тебя с родителями: моим папой и моей новой мамой, - без задней мысли, сказал Мияви, но заметив, как вздрогнул Хайд, чуть насторожился. - Что-то не так?

- Может, не стоит. Особенно с новой мамой, - задумчиво ответил Хидето.

- Что не так, я же чувствую, - уже не на шутку обеспокоено начал Такамаса. - Ты знаешь этого человека?

- К сожалению, да. Можно сказать, что твоя новая мама и моя тоже. Отец жил с Маной и его детьми, - сказал Такарай, чувствуя, что становится на душе легче. - Я был у них в качестве прислуги. Не сказал бы, что хочу видеть этого человека. Хотя, я рад за него и, наверно, давно уже простил за все.

- Вот и правильно, а обрадовать мамочку эту надо, обломаем малину им с папой. А то они там все столы...., - начал Исихара, но его весьма доходчиво прервали.

- Тогда идем, - ответил Такарай, медленно отстраняясь от любимого, беря его под руку и спрыгивая с лавочки. - Устроим сюрприз, который они не забудут никогда...

Моя музыка
Matenrou Opera – Helios
Matenrou Opera – Otoshiana no Soko wa Konna Sekai
Matenrou Opera – Dolce
Matenrou Opera – Boukyaku Celluloid
ADAMS – Bittersweet
ADAMS – ROMANCE
ADAMS – Sweet Dreams
ADAMS – Kissin' in the Dark
Все хорошо, что хорошо кончается.
По идее до королевского замка было не так уж далеко, но если у тебя в попутчиках сам принц, от которого не знаешь чего ожидать в следующую секунду, то рассчитать точно время невозможно. Мияви то останавливался неизвестно зачем, точнее это было загадкой для Хидето, пока его в очередной раз не целовали, плевав не только на общественное мнение, но и на то, что чем ближе они к месту назначения, тем больше вероятность быть узнанными.

А Хидето с каждым разом становился все смелее, хоть на время забывая, что его ожидает в замке. Сейчас у парня не было ни малейшего страха, только лишь желание, чтобы его не выпускали никогда из объятий. Ну, точнее, иногда все же надо, чтобы там поесть и еще некоторые моменты. Но в идеале быть всегда вместе и желательно все же не на улице, а то не лето красное, чтобы стенки домой обтирать. Холодновато, однако, правда , как об этом сказать дорвавшемуся до любимого тела принцу, когда ты сам весьма не против такого развития событий. И плевать, что позже тебя встретит в свои объятья простуда, а кашель станет твоим спутником жизни.

Вот после каждой такой остановки, когда парочка все же умудрялась вернуть голову, где ей положено находиться, едва восстановив дыхание, неслась так вперед, будто на пятки им наступает Золотая Орда. Вот таким интересным темпом, Мияви с Хайдом и добрались до замка и, чуть не сбив с ног всех, кто встречался на пути, влетели в помещение.

- А можно все же без представления? - с надеждой в голосе, спросил Хидето, непроизвольно прячась за спину любимого. - Не уверен, что твой отец меня примет, а Мана....

- Хидето? Позволь узнать, что ты..., - донеслось до ушей присутствующих, заставляя развернуться и увидеть картину маслом. Немного удивленный взгляд на аристократическом лице Манабу, который не то чтобы пытался вырваться из объятий своего короля, так нахально положившего руки на талию мужчины, но не мог скрыть небольшое раздражение. - Гакуто, не прерывай меня, а то я....

- Продолжай, а я послушаю. Хотя, тут же дети, напоминаю, если ты забыл уже, - с явной издевкой ответил Камуи, утыкаясь носом в шею любимого мужчины и замолкая.

- Так вот, Хидето, что позволь узнать, ты тут делаешь, - как можно холоднее поинтересовался Сато, в тайне проклиная себя за то, что в бассейне они лишь понежились с Гактом и сейчас шли к себе явно не играть в шахматы, а им так помешали. Все бы ничего, но Камуи, черт бы его побрал, слишком хорошо изучил слабые места своего любимого, у которого внутри уже бушевал такой ураган. А тут еще и его разобрало дикое любопытство, включилась логика, а память подкидывала моменты бала. - В рот воды набрал? Или мне ответить за тебя?

- Мама Мана, папа Гакуто, позвольте представить вам моего избранника Хидето, - опережая любимого, ответил Такамаса, замечая, что отец уже поднял голову и внимательно смотрит на него, улыбаясь. - Я его люблю и буду с ним, несмотря ни на что.

- Ты так говоришь, будто я тебе приказал уже жениться на страшной принцессе, а иначе отлучу от семьи и лишу права наследования, - с блеском в глазах, смеясь, произнес Камуи. - Мне ли тебе мешать...

- Спасибо, папа, я рад, что ты меня понял, - с облегчением сказал Исихара, беря за руку онемевшего Хайда и моментально притягивая к себе. - Кстати, а что же скажет мама моя новая?

- Будьте счастливы, - спокойно ответил Сато, а затем, отстранившись от Гакта, подошел к Хайду и Мияви вплотную и погладил Такарая по щеке. - Хидето, я никогда не желал тебе зла. Просто не знал, что показывать свое хорошее отношение - это не слабость, а сила. Я рад, что у нас есть люди, которые показали нам, что любить и быть любимым - это и есть счастье, то, ради чего мы все живем. Будь счастлив и не держи на меня зла.

- А я и не держу, давно уже, - смущенно ответил Хидето, улыбнувшись. - Я рад, что все вот так сложилось.

- Вот только мне интересно, как же вы познакомились, - задумчиво поинтересовался Сато, все продолжая разглядывать Хидето, но так и не находя нужного ответа, понимая, что он лежит на поверхности.

- На балу, когда Хидето был в плать...., - начал отвечать Мияви, но к всеобщему удивлению и удовольствию, был эффектно прерван любимым, которому, не смотря на рост, удалось дотянуться до шеи парня и наклонить так, чтобы подарить далеко не пуританский поцелуй.

- И ,интересно, откуда у него пл.., - начал размышлять Гакуто, за что и получил от своего любимого, который понял, что общего у них с Хидето не так уж и мало. Нечего мальчикам их знать причины, почему некоторые представители сильного пола иногда надевают женскую одежду.

- Крестный мне помог, вот, если интересно так, - ответил Хидето, отрываясь от своего избранника, а затем, схватив за руку, потащил из комнаты, чувствуя, что каждому остаться наедине с тем, кого любит и насмотреться не может.

- А крестный у нас кто? - решил уточнить Гакуто, нехотя прерывая поцелуй, не замечая, что сын и его любимый ушли.

- Чачамару, не думаю, что ты его знаешь, - ответил Манабу, проводя рукой по груди Камуи.

- Еще как знаю, хорош. У него такие ноги, а фигура, - не особо думая, сказал Гакуто, предаваясь воспоминаниям. - Помню я, как бывало у нас...

- Хорош? Камуи, так поспеши, насколько я знаю, у него никого нет, - произнес Сато, отстраняясь и направляясь к двери.

- А я думал, ты не умеешь ревновать, - прошептал на ухо сладко Гакуто, пересекая комнату в считанные минуты и прижимая любимого к стене. - Это было, когда я не знал тебя, а сейчас мне нужен лишь один человек и это ты. Кстати, твое мнение мне не так уж и важно, я же король....

- Умею, так что я бы на твоем месте поберегся. Я же тебя и убить могу, - ответил Сато, подставляя шею под поцелуй, позволяя касаться бедра сквозь ткань. - Хоть ты и король, но лишь мой..

- Твой навечно, а сейчас пойдем, а то еще травмируем детскую психику, - шутливо произнес Гакт, беря любимого на руки и направляясь в королевскую спальню.

- Я не против, но, думаю, им сейчас явно не до нас, - с явным намеком ответил Мана, искренне радуясь за Хидето и Мияви.

- Так и знал, что это скажешь, - прошептал на ухо любимому Камуи и понес дальше, не заставляя избранника ждать ни секунды более.

А в это время в комнате Мияви творилось таинство, которое позволено увидеть лишь двоим. Нежный поцелуй на пороге спальни был словно обещанием продолжения, а каждое касание заставляло сердце биться все сильнее. Не выдержав такой пытки, Мияви захлопнул дверь ногой, а затем притянул к себе любимого сильнее, не давая шанса убежать. Да Хидето и не собирался.

Наслаждаясь запахом кожи, целуя каждый ее сантиметр, медленно раздеваясь, они не заметили совершенно, как оказались полностью обнаженными. Смущение и одновременно любопытство, желание коснуться - вот как можно было описать, что с ними происходило в тот момент.

- Хидето, позволь мне тебя увидеть, - прошептал Мияви, пытаясь вытащить любимого из-под одеяла, куда тот моментально залез, осознав, что полностью раздет, что может не понравиться таким вот. - Ты такой красивый, любимый, почему ты боишься?

- Я не красивый и никто меня не видел без одежды, - было отвечено из укрытия. - Я стесняюсь же, закрой шторы, чтобы света не было.

- Ты себе не представляешь, как ты прекрасен, а лунный свет лишь подчеркивает это. Хидето, ты мне веришь? - спросил Такамаса, обнимая этот кокон из одеяла. - Неужели ты сомневаешься, что ты для меня особенный, что я люблю тебя.

- Не сомневаюсь и верю тебе, но скажи мне честно, если я не оправдал твоих ожиданий, - ответил Хайд, медленно откидывая одеяло, заставляя Исихару тихо охнуть и притянуть к себе любимого, не в силах больше сдерживаться.

- Ты совершенен, запомни это. Сейчас я заставлю тебя помнить мои слова всегда, - прошептал Такамаса, целуя шею парня, переходя к ключице, делая все медленно, пытаясь не напугать стремительностью, но рядом с таким желанным любимым это было так трудно, тем более, что тот и сам был готов свести с ума ответными ласками.

Касания до бедер, спины и снова бедер, сначала немного неуверенные, а затем полные страсти, все сильнее возбуждали Мияви, готового в любой момент перейти к чему-то более смелому, но силой воли удерживающего себя. Как бы ни хотелось обладать этим телом, дарить удовольствие и вырывать стоны из груди, но их первая ночь должна быть волшебной, той, о которой Хидето никогда не пожалеет.

Обводя языком его соски, слыша тихие стоны, становящиеся все более чувственными и страстными, Мияви и не думал останавливаться. Спускаясь ниже, останавливаясь на пупке, Такамаса не мог себе отказать в удовольствии услышать уже тихое рычание, когда он стал мучить поцелуями, не приступая к чему-то более серьезному.

- Хидето, ты уверен? - произнес хрипло Такамаса, гладя ножку любимого, проводя пальцами от лодыжки до внутренней поверхности бедра, заставляя парня прикусывать губу. - Я не хочу, чтобы ты пожалел...

- О чем? О том, что я сейчас с тем, кого люблю? Или ты волнуешься, что мне будет больно? - ответил Такарай, смотря в глаза возлюбленному. - Я не хрустальная ваза, да и кое-что заметил из жизни моего отца. Пожалуйста, не бойся сделать мне больно.

- Хидето...., начал Исихара, но ему закрыли рот рукой.

- Не нужно, - прошептал парень, притягивая к себе любимого, чуть разводя ноги в стороны, позволяя Мияви насладиться таким соблазнительным видом и полностью потерять голову от желания.

Ощутив неторопливые поцелуи на своей плоти, Такарай застонал во весь голос, не сдерживая себя. А когда Такамаса решился на нечто еще более смелое, то Хидето стал выгибаться на постели, срывая голос, давая понять, как же ему хорошо.

Осторожное проникновение пальцами немного испугало парня, а непривычные ощущения внутри заставили сжаться в пружину, но поборов страх, Такарай позволил продолжить, а когда Мияви коснулся простаты, дабы не перебудить весь замок, укусил своего мужчину за плечо.

- Извини, но будет больно, - прошептал на ухо, Исихара и вошел в тело любимого. По тому, как Хидето кусался и пытался оттолкнуть мужчину, было понятно, что ощущения были не из самых приятных.

Но Мияви, продолжая движения, меняя угол проникновения, вырвал из горла любимого далеко не крик боли, а совсем наоборот. Даря с каждым толчком невероятные ощущения, Исихара стал страстно целовать любимого в шею, грудь, оставляя засосы по всему телу, зализывая каждый, позволяя Такараю самому насаживаться и задавать темп. Очень скоро наступила разрядка, а за ней и сон, позволивший двум утомленным влюбленным отдохнуть, чтобы на рассвете снова насладиться друг другом, а потом спокойненько так без шума спуститься вниз к завтраку и застать своих родителей за полировкой стола.

- А на нем ем вообще-то, - невинно сообщил Мияви, пытаясь не засмеяться от вида отца, натягивающего штаны и Маны, эстетично оправляющего подол платья.

- Вот принес тебя черт, что силы кончились или ты думал, что я не слышал ваших стонов. Вот же похотливые кролики, - наигранно раздраженно ответил Камуи, вгоняя Хидето в краску и оставляя Такамасу спокойным, как слон.

- Кто бы говорил, не я же тут в общественном месте. А если так мешают стоны, то рекомендую беруши или вам все делать тоже молча. У меня слух тоже ничего, но я не жалуюсь, - сообщил Мияви, усаживаясь на стул и устраивая себе на коленки Хидето, который краем глаза заметил небольшой румянец на лице Манабу. Какое же облегчение, что не ты один такой смущающийся испытал парень.

- Ну и сынок у меня, - обреченно сообщил Гакт и подойдя, щелкнул Мива по лбу. - Вырос, жук и строит отца.

- Не все же тебе-то, - смеясь, ответил Исихара. - А теперь, может, поедим все вместе одной семьей?

- И, правда, это отличная мысль, - согласился Гакт и усадив своего ненаглядного рядом, приказал накрыть на стол....

И жили все долго и счастливо, даже дети неразумные, которым выделили несколько слуг и заставили методом уборки исправиться. Каждый день Мияви палил своего папочку, пока ему это не надоело, а Хидето уже и не краснел вовсе, начиная понимать, что если любишь, то не важно, кто твой любимый человек - парень или девушка. Ах да, Мана и Хайд стали лучшими друзьями, что повеселило Чачамару, пришедшего в гости, который сказал, что знал это все заранее.

Вот и все, кто читал, тому вкусняшка. Кому понравилось, аж две.

Моя музыка
Dir en grey – AMON (Symphonic Ver.)
Versailles – Serenade
Versailles – Love will be born again
9Goats Black Out – Raw
A -Anonymous Confederate Ensemble- – MASQUERADE
A -Anonymous Confederate Ensemble- – GODDESS
Nick Cave and Kaily Minoug – He called me a wild rose
Сocklobin – Reborn
Сocklobin – Hearts
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Золушка или альтернативная сказочка (NC-17 - Мияви/Хайд, Гакт [GACKT, Miyavi, Moi dix Mois, Hyde])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz