[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 4«1234
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем? (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем?
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 21:12 | Сообщение # 46
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
И повесил трубку. Спорить все равно бесполезно.
Маночка же растянулся на диване, болезненного морщась и потирая голову. Больно же!
- Мало мне своих идиотов, так на тебя ещё…
Атсуши не договорил, ударив кулаком по стене. Ну вот: опять этот идиот ночует в студии. Поразмыслив, певец позвонил Ютаке и устроил ему разнос: шефа из студии как хочешь, а вытащи. Можешь Хошино даже подключить.
- Всё ещё хочешь на улицу?
- Хочу, - почти капризно заявил Маночка, усаживаясь на кровати и стягивая пытаясь расстегнуть сапоги на платформе. Молнию, как назло, заело. Сато вздохнул и покосился на Атсуши, кивнув на обувь.
- Помоги. Я не могу.
- Господи, ну почему мне от Имая его нервы половым путём не передались, а?- тихо и обречённо. Только хрен потолок ответил, поэтому Атсуши раздражённо смахнул с плеча отрастающие волосы и присел перед Манабу на корточки. Взяв худую ногу, певец осторожно принялся мучиться с замком.- Чёрт. Дежа вю.
- В каком смысле? - поинтересовался Мана, приподнимая ногу и вытягивая носок, - уже снимал с кого-то сапоги?
- Не поверишь: с себя,- брюнет тут же вспомнил удивление Уоттса и его широкое желание заржать, когда японец пытался снять свои сапоги на платформе.
- Ну почему, поверю. Ты же у нас тоже... девочка. - Манабу передернул плечами и согнул ногу в колене, вытаскивая ее из уже успевшего надоесть сапога. И тут же протянул вторую ногу: мол, не расслабляйся.
- Закрой рот,- почти как "еще слово - и будешь мертвым".- Это все в прошлом. Хисаши показал мне, насколько такие отношения несовершенны.
- Естественно, совершенства там никакого. Но все равно. - Маночка покачал головой, - И я повторю еще раз: указывать мне не смей.
- Тебя заткнуть?- наконец справившись с замком, Атсуши снял второй сапог и отнес их оба в коридор.- Любить кого-то глупо. В конце концов, один вытрет о второго ноги.
- А если не любить, то, как иначе?- поинтересовался Мана, поджимая ноги по себя и устраиваясь поудобнее.
- Одному спокойнее, Манабу. Я в этом убеждаюсь всё больше. Может, я и поменялся в худшую сторону, но сейчас я, как никогда, чувствую себя свободным.
- Ты глупый,- тихо вздохнул гитарист Malice Mizer, прикрывая глаза, - Одному свободно... но одиноко. А спать с кем попало может только такая же шлюха.
- Тебя твои неудачные истории ничему не учат,- на лице Атсуши играла усмешка.- Можешь называть это, как хочешь. Мне так... Больше по душе. Я никому ничего не обязан.
- Обязан. Хисаши. За его боль, - тихо отозвался музыкант, - так же, как мне Акабе и Дэяма Хаяши. Все вы, кто ушел, обязаны, хотите того или нет.
Манабу зевнул и поднялся на ноги, замирая рядом с Сакураем. Бледные горячие ладони обхватили его лицо, наклоняя. Мана прижался своим лбом ко лбу Атсуши, замирая на мгновение и жмурясь, потом судорожно выдохнул, запоздало дернулся, будто ссылаясь на болезнь, и отстранился.
- Ты наивен, глупый мальчишка,- коснувшись ладонью лба Манабу, Сакурай осторожно подхватил его на руки.- Температура понижается. Может, ты всё-таки поспишь?
- Не хочется, - покачал головой Мана, - Я не наивен. Это ты слишком жестоко воспринимаешь реальность. Любовь есть, она существует. Нужно только поймать ее. А ты добровольно выпускаешь ее из рук. Смотри, как бы насовсем не улетела. Ты ведь волнуешься за Хисаши, я слышал.
- А почему бы нет?- почти беззаботно.- Он мой друг ещё со школы и вытащил меня из большой передряги. Но не больше. А ты бы лучше о себе думал,- сев на кровать, вокалист Фейерверка усадил Манабу на свои колени.- Подумай лучше о себе.
- Я не могу связаться с Акабе... да и у него новый проект, если мне не изменяет память. Я просто... не могу любить другого. Некого, - грустно улыбнулся Манабу, утыкаясь лбом в лоб вокалиста. А потом пересел, оседлав колени вокалиста, положил его руки себе на талию и обнял за шею.
- Посиди так немного.
И зажмурился.
- Если он ушёл, значит, у него были на то ведомые причины. Просто так он бы тебя не оставил.
Манабу нужно тепло, нужна ласка. Это и понятно, поэтому брюнет обхватил руками его тонкую талию и закрыл глаза, позволяя чувствовать своё тепло и присутствие.
Мана уткнулся носом в плечо певца, тихо всхлипывая. И прижался покрепче. Иллюзия любви. Тяжело дышать, а по телу жар, как от температуры, но в то же время чуть по-другому. Как нельзя.
- Тише, Манабу, не бойся ничего...- тихий голос и тёплая ладонь, успокаивающе поглаживающая хрупкую спину.- Я знаю точно, что не смогу понять тебя и через 10 лет. Но так же я знаю, что ты всегда можешь мне довериться.
- Не надо, Атсуши,- тихо, почти отчаянно. Сато тихо вздохнул и поднял голову, обхватывая лицо певца ладонями. Тихий шепот в губы:
- Ничего не говори.
И поцелуй. Ласковый, спокойный, даже немного нежный. Но пустой, без любви, которая так нужна Мане. Без эмоций.
Атсуши ответил на эту "ласку". Осторожно, так же, как целовал сам Манабу. Просто ему сейчас это было нужно, и певец не имела права его этого лишать. Пусть, сейчас вполне можно. Гитарист не мог заставить себя оторваться. Остановился он лишь тогда, когда понял, что его ладони поглаживают спину Сакурая под его рубашкой, а его собственное тело подверглось исследованию со стороны ладоней Дьявола. Рыжеволосый оторвался, облизывая припухшие от поцелуя губы, и тихо зашептал:
- Прости...
- Остановись, не то жалеть будешь,- брюнет лишь грустно улыбнулся, заботливо погладив щеку гитариста.- Не бойся. Все хорошо. Слышишь? Ты можешь себе позволить, если хочешь.
- Вот именно. Буду жалеть, - тихонько отозвался гитарист, прикрывая глаза, - Но хочется ведь. Два месяца...
- Оказавшись в моей постели однажды - ты вряд ли сможешь себе это простить,- кивок.- Поправишься, и я устрою твою личную жизнь.
- А ты... ты хочешь? - и наклон головы набок.
- Я даже не знаю, что тебе ответить,- абсолютно откровенно.
- Жаль. Отпусти меня, пожалуйста... - тихо вздохнул гитарист, вытаскивая руки из-под рубашки Атсуши.
- Уверен, что не хочешь?- однако руки с тонкой талии никуда не делись.
- Хочу. Но не знаю, стоит ли, - честно и открыто. Мана действительно не знал. Не боялся, не не хотел, а попросту не знал, нужны ли ему эти чужие ласки и руки под футболкой. Наверно, нужны, но кто может сказать наверняка? Правильно, абсолютно никто.
- Ты смотри сам,- Атсуши чуть улыбнулся, погладив Сато по щеке.- И все-таки, тебе стоит немного поспать. А потом... Потом будет новый день, и кто знает, что он принесет.
- Наверно. Со сном придет и решение... - тихо отозвался гитарист. Однако слезать с коленей Сакурая не стал, а лишь тихонько вздохнул и взъерошил себе волосы, касаясь босыми ступнями пола.
Да, точно: Харуна ему подойдет. Нужно лишь намекнуть парню, и, кто знает, возможно, жизнь Маны изменится.
Через несколько минут Сато уже лежал в кровати, укутанный в одеяло, и тихо-мирно засыпал.
Атсуши лежал рядом, перебирая волосы Манабу и позволяя прижиматься к себе, если понадобится,- все будет хорошо. Пусть сны тебя немного успокоят.
Мана смог лишь кивнуть. Горло почти не болело. А еще через несколько минут гитарист провалился в сон.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 21:14 | Сообщение # 47
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Начало октября.

- Господи, Йошики, как ты вообще так работаешь? - поинтересовался Хидэ женским голосом, рухнув на стул в кабинете драммера и убирая с глаз темно-русую челку. Голубые глаза смотрели устало.
Хидэ будто сидел в тюрьме. Хаяши никуда его не выпускал. Привыкшего к свободе Паука это убивало. И, наглядевшись на его мучения за пару дней пребывания в Америке, драммер взял его к себе на работу...секретаршей. Зато теперь Хидэто видел не только стены дома рыжеволосого, но и ЛА.
- Как? Очень удобно. Никто не мешает, зато на тебя все пялятся.
А Хаяши не нравилось брать Паука с собой. Слишком уж соблазнительно выглядела Сетсуна, все так и мечтали о...
- Только у меня еще дел много,- рыжеволосый сложил руки на груди.- Ты уже устал... ла?
- Я не виновата, что из меня такая привлекательная девушка вышла, - улыбнулся в ответ Хидэ, постучав пальчиками с накладными ноготками по столу.- Нет. Мне нравится здесь. В твоем духе.
И жалостливо так:
- И никуда не сходим погулять по окончанию рабочего дня? Сидение в четырех стенах меня уничтожает.
- Да,- протянул Йошики, задумчиво ставя закорючку на листке,- я хотел сделать тебе предложение... Как насчет ресторана? Прости, поход в бар не предлагаю.
- А обидно. Хотелось бы напиться в зюзельку, - протянул гитарист, вздыхая и закидывая ногу на ногу.- Ну что же...Хаяши-сан, ваше предложение принято.
- Нажраться мы можем только дома. Вдвоем.
А это не весело. Особенно помня, чем у них такие прогулки заканчивались.
- Значит... Даешь добро?
- Именно, - Хидэ поднялся и поправил прическу. Все-таки актер в нем умирал в мучениях.- Любая девушка даст добро, когда ее приглашает поужинать такой мужчина.
Сзади кто-то завистливо зашипел.
Хаяши скромно улыбнулся, а в коридор полетело грозное "Я же сказал не мешать! Кому его работа не нравится?"
Йошики часто раздражался. Да, да, он ревновал. Еще бы. Если бы не официальная версия их отношений, Мацумото бы давно здесь пустили по кругу. Ну, еще бы.
- Выберешь, куда пойдем?
- Дашь пару минуток свободного времени - найду.
Рыжеволосый с усмешкой оглядел бывшего согруппника,- не смею вас задерживать. Если все пойдет нормально, так и быть, освобожусь через полчаса.
Хидэ улыбнулся драммеру самой очаровательной улыбкой, на которую был способен, и удрал к себе на рабочее место.
А Йошики остался заниматься планами VUK. Сейчас он не мог выступать с ними, а у группы были запланированы гастроли - да, в коем-то веке сфабриковали состав - вот клавишник и занимался устранением возможных форс-мажоров. А Хидэ вернулся ровно через полчаса.
- Мы идем или как?
- Как думаешь, сказать музыканту, что ему нужно в консерваторию, стоит до или после тура?
Хаяши всегда волновали дебильные вопросы. Всегда, если дело его мало волновало. Видимо, скоро побежит волноваться о проблемах Гондураса.
- Однозначно до.
Матсумото бесцеремонно устроился на столе драммера.
- Ты обещал.
- Тогда мне придётся поменять вторую скрипку, а это не удобно.
Йошики поднял взгляд на Хидэ и улыбнулся. Знаете, искренне так, тепло. Драммер не мог поверить, что этот человек был жив - слишком было велико потрясение - и сейчас...
- Дорогуша, в твоём гардеробе нет вечернего платья, а в моём - приличного смокинга.
- Мне хватит и твоих кожаных штанов.
Хидэ рассмеялся и качнул ногой.
- Пойдем.
- В таком виде в рестораны не ходят,- рыжик покачал головой.- Дресс-код. Так что, мы идём за новой одеждой.
Матсумото насупился.
- Тогда тем более.
- Ты против?- драммер поднялся на ноги.- Пойдём, расселся.
- А ты не понесешь свою даму сердца? - Хидэто кокетливо улыбнулся.
- Только в ЗАГС,- с усмешкой щёлкнув Паука по носу, Йошики захватил барсетку и вышел в коридор.- Идёшь?
Хидэ ухмыльнулся и спрыгнул со стола, подлетая к Хаяши.
- Пойдем.
А дальше... Дальше... Дальше Хидэ чуть розовое платье с розочками и стразиками не купили. Йошики упорно - а, главное, вполне серьёзно - настаивал на том, что гитаристу платье идёт. Да и оно подходило к костюму, который выбрал сам драммер. Матсумото шипел, упирался всеми лапками и отчаянно стремился отказаться...но все же надеть пришлось: рыжий пригрозил, что запрет Хидэто дома.
А ресторан оказался выше всяких ожиданий: это было самое дорогое заведение города. И тебе обслуживание, и красивая классическая музыка в живом исполнении, и великолепная обстановка, и меню, состоящее из труднопроизносимых блюд... Короче, ясно одно: рыжая блядь не просто так в Америку и на "рабочие ужины моталась". И контакты, и места... Вуаля! Умничка Хидэ вел себя соответствующе. И, надо сказать, привлек внимание многих мужчин. Поэтому Йошики и выбрал столик в уединенном месте. Собственно, чтобы можно было спокойно поговорить.
- Ты выбирай, здесь не отравят.
И в руки "красавицы" опустилось меню. Хидэто вздохнул и пробежался по нему взглядом.
- Эй...- и жалобный взгляд.- Выбери ты.
- Если ты... Всё ещё боишься набрать вес...- рыжик хихикнул, разглядывая страницы.
- Нет, я просто не представляю, что мне брать, - жалобно протянул Хидэ, поправляя локон темных-волос.
- Слушай, ты как...- драммер покачал головой.- На что глаз упадёт. А я скажу, на что оно похоже.
- Ммм...- Хидэ склонил голову набок.- Что такое жульен?
- Смотря с чем. Курица, грибы. Всё вместе,- Йошики слегка прищурил глаз.- Больше, честно говоря, похоже на соус с кусочками ингредиентов. Хотя и относится ко вторым блюдам.
- Хочу попробовать, - Хидэ улыбнулся.
- Лучше эдакий микс,- кивнул в ответ рыжик.- Думаю, я даже составлю тебе компанию. А вот вино... Я случайно увидел любимое вино Манабу. Он так его хвалил, что, думаю, нам стоит попробовать.
- Заказывай, - улыбнулся Хидэ, состроив подходившему официанту глазки.
Подозвав юношу к себе, рыжеволосый быстро объяснил ему, что и как, и отправил того за заказом.
- Ты смотри: устрою сцену ревности.
- Ой-ей-ей, боюсь-боюсь! - проныл Хидэ, насмешливо щуря глаза.
На пару секунд задумавшись, рыжик жестом попросил гитариста приблизиться к себе. Матсумото тут же пододвинулся поближе к нему.
Йошики так же наклонился над столом и шепнул на ухо Пауку, успев ещё и даже - эк наглец - поцеловал за ним:
- Может, ты забыл, что я могу приковать человека к кровати быстрее, чем он может что-то понять?
И сел обратно, поблагодарив официанта за принесённый заказ.
Хидэ покраснел и, буркнув тихое "дурак", отсел обратно, разглядывая заморское блюдо. Любезный официант сам разлил вино, а японцы приступили к ужину.
- Я здесь часто бываю... Бывал. Почти всем моим знакомым здесь нравится.
- Мне тоже, - Хидэто кивнул, медленно пережевывая неизвестный продукт.- А вкусно.
- Но не сытно. Потому я и держу экономку,- рыжик усмехнулся.
- Умно, - хихикнул в ответ Хидэ.
- Сам знаешь: я люблю все домашнее,- с улыбкой.- Кстати, у меня есть тост.
Драммер взял в руки фужер.
Матсумото поглядел на рыжика с интересном, подхватывая свой фужер.
- Давай.
- За новую жизнь,- клавишник многозначно оглядел их комнатку.- Кажется, она началась совсем не хорошо, но мы можем это исправить.
Хидэ расстроенно вздохнул и кивнул.
- За новую жизнь.
Ему до сих пор не верилось, что он больше никогда не выйдет на сцену Токио Дома. Что рядом не заорет Тоши, а сзади не забарабанит Йоши. Что Пата и Хис будут играть совсем рядом, почти касаясь гитар друг друга. Что Чиролин не скажет ему "Хидэ-сан, ну можно мы уже пойдем домой?".
Не верилось ему в это.
- Не расстраивайся,- рыжик ободряюще кивнул.- Мы будем вместе. Мы... Что-нибудь придумаем. Выкрутимся, слышишь?
Йошики начинал в это верить. Несколько лет сплошной тишины, а вот потом... Потом, настанет новый век, новое тысячелетие.
- Это же мы, черт возьми.
- Это вы, - поправился Хидэ, качнув головой.- Меня уже нет.
Потом гитарист сжал губы, сдерживая эмоции, и отпил из бокала.
- Нет. Мы, Хидэ, мы,- гитариста погладили по ладони.- Слышишь? Я придумаю, найдется способ... Я не оставлю тебя. Ни за что.
Матсумото кивнул и сделал еще глоток, глубоко вздыхая и пытаясь успокоиться. Не дай Бог дать волю эмоциям. Потечет тушь.
- Похлопай ресницами. Это работает.
Драммер отпил вина и поглядел на часы. Он пока не знал, что их ждет. Да и... Тут вообще ничего не угадаешь. Хидэ сделал, как сказали. И правда - полегчало.
- Не верю в то, что уже никому не скажу, как меня на самом деле зовут, - в голосе Хидэ слышалась горечь. Именно ее он и попытался запить вином.- Йоши...можно по приходу домой я переоденусь и пойду в тот бар на твоей улице. Хочу напиться и снять шлюху.
- Только осторожно. Тебя многие здесь знают,- и понимающий кивок. Хидэ было не просто, а Йошики за него безумно боялся... Но не мог же он продержать гитариста взаперти.- Только пообещай, что появишься не позже десяти часов завтра утром.
- Я попробую...- вздохнул Матсумото, отправляя в рот вилку с едой.
- У тебя всегда возникали проблемы из-за алкоголя.
Это чертово настоящее было совсем неизвестным. Йошики не привык бояться, наперед зная, что будет. Но это не тот случай. Черт, а выдержат ли они вообще это испытание?
- Раз ты уйдешь, я поработаю ночью. Иначе я никогда не закончу этот график.
Гитарист лишь молча кивнул, делая еще глоток.
Они так еще недолго сидели. Добрались до дома, и каждый занялся своими делами. Хотя как... У Хаяши все валилось из рук - так он боялся, что Паук куда-нибудь вляпается.
А Хидэ как и обещал - ушел, не оглядываясь. Ушел заливать собственное горе алкоголем.
***
В 2 часа ночи в дом драммера вернулся пьяный и уставший Хидэ. Но довольный. Цел и невредим? Уже хорошо. Довольный? Просто отлично.
- Тебе приготовить ванную?- поинтересовался рыжик, сворачивая свою работу.
Матсумото, еле стоящий на ногах, кивнул. Говорить он не мог - язык банально заплетался.
- Ох, чудо...
Таким образом, гитариста довели до ванной, помогли раздеться и усадили в неё. Йошики решил проконтролировать. А то будет им сейчас.
- Просто чудо, что ты вообще дошел.
Хидэ покачивался, сидя в ванной и обнимая колени. Мутные глаза посмотрели на рыжеволосого.
- Тебе помочь, чудо мокрое?
Паук прищурил глаза. И кивнул, протянув к рыжеволосому руки.
Улыбнувшись, Хаяши достал шампунь и намочил Хидэ волосы.
- Как прошло?
Гитарист улыбнулся и поднял вверх большой палец.
- Я...почувс...твовал себя...живым.
- Да, отдых тебе действительно был нужен.
Покопавшись, рыжик намылил гитаристу волосы.
- Но ведь алкоголь для этого не обязателен.
- Нич-чего ты, Йо, не п-п-понимаешь...- со вздохом простонал Хидэ.
- Рисковать жизнью... Я перестал это понимать.
- А жаль...
Матсумото тихонько вздохнул.
- Я хочу еще.
- Молодая кровь, ты же никогда не угомонишься.
И уж это точно. Со временем Иксы просто стали не поспевать за Мацумото. Даже Йошики. Хидэ еле заметно улыбнулся. Душ и ласковые руки драммера отрезвили его.
- Хаяши...- тихий вопрос.- Ты до сих пор меня любишь?
- Утоплю тебя, если будешь сопротивляться.
Драммер по привычке щелкнул розоволосого по носу.
- Пойдем в спальню? Там легче говорить.
Матсумото кивнул и поднялся, цепляясь рукой за стену. Йошики передал ему полотенце.
- Сам дойдешь?
Хидэ отрицательно покачал головой. Разумеется, за это рыжик высказал все, что думает о вечных попойках Паука. Но довел гитариста до кровати, а сам спустился в кухню. Хидэ, не в силах справиться с дрожью в ногах, остался на кровати.
Через пару минут Хаяши принес поднос с чаем. Поставил его на столик, подобрал под себя ноги и облокотился спиной о подушку. Взял в руки чашку и задумался.
- Я уже и не знаю, что тебе ответить.
- Ответь, что в голову придет, - отозвался Хидэ.
- Я не ожидал этого вопроса,- Йошики действительно задумался.- Я и не знаю даже... У меня все мысли просто спутались.
- И все же попробуй, - Матсумото приподнялся на локтях.
- Я...
Рыжик задумался. Он долго крутил волосы на пальце, думал, грыз губы...
- Я не могу сказать, что это любовь. Мы ведь... Не проводим время вместе. Но... Чувства мои к тебе не остыли.
Хидэ приподнялся. Подумал и выдал:
- Поцелуй меня.
- Мацумото, ты с утра ведь скандал устроишь. Пей чай и засыпай.
- Не хочу я спать.
- Но и того, о чём просишь, ты тоже, на самом деле, не хочешь,- рыжеволосый покачал головой.- Хочешь, я буду давать тебе больше свободы?
- Я хочу тебя.
- Ты просто пьян.
И Йошики уткнулся в чай. А по покрасневшим щекам было ясно, что он начал страшно раздражаться.
- Спать!
- Мда...- Матсумото кивнул и устроился поудобнее.- Ну ты и…
А драммер начал бубнить:
- Спасибо бы сказал, что я отказываюсь, а не нагло пользуюсь. То стал бы утром орать, выдавать свои коронные фразочки...- рыжик вдруг прищурился.- Но, если тебе неймется, я могу тебя выебать.
И еще более раздраженно:
- Спи.
- Не ты меня. Я - тебя.
И Матсумото резко поднялся.
- Я сказал тебе спать!- Хаяши едва не разбил бедную чашку о поднос, ощетиниваясь.
Хидэ усмехнулся.
- Да?
- Ты от алкоголя оглох?
- Я не оглох от алкоголя. Я просто хочу. Тебя. Что непонятного?
Хидэ усмехнулся и помотал головой.
- Ты просто издеваешься, Мацумото. Зачем тогда явился? Развлекался бы со шлюхами до самого утра.
Йошики поднялся с кровати и прошел к окну. Разумеется, Паук был не в том состоянии, чтобы понимать, что его слова значат для Хаяши. Ведь это совсем не то, на что можно было закрыть глаза.
На минуту воцарилась тишина. А потом сзади к драммеру прижалось горячее тело, а сильные руки уперлись в подоконник, запирая Хаяши в своеобразной клетке. Сухие губы коснулись кромки уха.
- Йошики, дались мне эти шлюхи. У меня никого нет, кроме тебя. И...- тихий выдох на ухо,- ты дорог мне, Йошики. Не отстраняйся от меня.
- Ты... Сам не понимаешь, что говоришь. Пожалуйста, Хидэ, оставим все... В прошлом?
Хотя невозможно. Одиннадцать лет это непонятное рыжику чувство жило в его сердце, развиваясь и трансформируясь. И сейчас он понимал, что живя с Пауком, но так и не имея возможности любить его, он просто не справится.
От этих мыслей Йошики уперся ладонью в подоконник, второй берясь за лоб: голова закружилась.
- Ты мазохист, - усмехнулся гитарист, опираясь на руки.- Самый настоящий. Я прекрасно понимаю, что говорю. Хотя и пьян.
Матсумото уперся лбом в шею рыжеволосого.
- Не противься. Я предлагаю тебе то, чего ты пытался добиться очень долго. Все же... ты мне очень дорог.
- Тебя просто обстоятельства заставляют. Так не должно быть.
А в это самое мгновение Йошики почувствовал, как быстро-быстро забилось его сердце, скидывая на драммера воспоминания о той коварной рыжеволосой Синдерелле из X Japan. Он ведь действительно был готов на все, чтобы добиться гитариста. Но... Тогда они были молоды, а сейчас начал появляться здравый смысл. И у кого? У того, кто всегда жил сердцем?
- Так просто не должно быть.
- Возможно. Но мы оба этого хотим.
Подбородка драммера коснулась рука Паука. Пальцы провели по губам, коснулись носа, скулы. Вернулись назад и развернули лицо рыжего к гитаристу.
- Ты ранимый. Тебе нужен кто-то, кто будет рядом. Я не претендую на место Тоши...- легкая усмешка прямо в губы.- Я знаю, что для тебя было трудно пережить его уход. Но хоть чем-то я долг отдать должен.
Легкий поцелуй, мимолетное касание губ. А Хаяши, помедлив, обнял гитариста за шею и углубил поцелуй, прося не останавливаться. Плевать он хотел на то, что будет потом. Если... Хидэ сам просил, то для драммера было бы непростительной ошибкой упустить это. Матсумото улыбнулся, второй рукой вплетаясь в рыжие лохмы и притягивая Йошики еще глубже.
- Сверху или снизу? - томный шепот в нежный поцелуй.
- Угадай,- и легкий толчок по направлению кровати, не разрывая поцелуй. Да, Хидэ прекрасно все знал. Не только из-за платьев он столько времени звал рыжика "деееевочкой".
Гитарист улыбнулся и рухнул спиной на кровать, утягивая за собой рыжеволосого драммера. Ореховые глаза смотрели мягко, нежно. И в то же время - грустно. Драммер уселся сверху, разглядывая Хидэ. Все эмоции были написаны на его лице, и это удручало.
- Может, сначала поговорим? Ты ведь... Не особо дружен с такими вещами.
- Ну...- Паук вздохнул.- Давай поговорим. А о чем?
- Ты очень грустный,- рыжик мягко погладил щеку гитариста.
- Я не могу смириться с тем, что мертв. Официально.
Матсумото со вздохом потерся щекой о ладонь рыжего.
- Не могу и все тут.
- Мы придумаем что-нибудь. Но для... Твоего возвращения нужно прикрыть Лемурию. Только сделать это очень сложно.
Ну да. Чего только стоили судебные тяжбы с новым адвокатом их бывшего вокалиста - его брат просто забросил это дело.
- Я смирюсь. Правда.
Хидэ улыбнулся. Неискренне. В душе скреблось осознание - он уже никогда не вернется на мировую сцену под своим псевдонимом. Была бумага о его смерти. Был труп неопознанного бомжа, который сожгли. Хидэ мертв. Есть только прячущийся Хидэто Матсумото.
- Но ты же сам в это не веришь.
Те же мысли скребли душу и Йошики. Он уже потерял Тоши, поэтому возродить X было его целью, мечтой... Но как это сделать без Хидэ, музыкант не знал. А манеру играть и голос у них вряд ли бы вышло изменить.
- Найдется выход хоть один из всех безвыходных положений. Черт возьми, тебя любит вся Азия, а ты так расслабляешься. Мацумото, ты меня разочаровываешь.
- Я просто этого выхода не вижу, - пожаловался Хидэто. И помотал головой.- Тема закрыта.
Хаяши наклонился, поцеловал Хидэ и разогнулся с легкой улыбкой.
- А так?
- Иди сюда, рыжая дрянь, - с улыбкой протянул Хидэ, потрепав драммера по волосам и притянув его к себе.
- Укушу за нос и скажу, что так и было,- легонько фыркнул музыкант, укладывая руки на грудной клетке Мацумото.
- Да кто тебе поверит? - насмешливо протянул Хидэ.
- Кто-нибудь, да поверит,- рыжик кивнул, вновь касаясь губ Хидэ своими.
Матсумото лишь улыбнулся в ответ, закрывая глаза и втягивая драммера в поцелуй. Казалось, ещё чуть-чуть, и Хаяши запищит от восторга: наконец, наконец гитарист может стать его! Правда, уже через секунду он бы побежал выяснять, где спрятана камера и искать горе-режиссёра, чтобы разбить ему лицо за такие выходки.
- У тебя сил совсем нет?
- На что? - приподнял бровь Хидэ, лукаво улыбнувшись.- Ты меня недооцениваешь.
- Ещё пять минут назад, ты двигаться без помощи не мог. Так что...- Йошики потеребил ленту на шее. Чёрт, кажется, Сакурай его доебал лекциями о кошачьих ошейниках.
- Дорогой мой, заниматься сексом я могу и в самом пьяном состоянии.
И Йошики погладили по паху.
- Я... Помню.
Рыжик вцепился ладонями в спинку кровати, сладко жмуря глаза.
- Когда ты освободил руку, я подумал, что мне конец.
- О, не напоминай, - Хидэто покачал головой.
- Не напоминать?- с усмешкой.- Нет, я не могу. Это одно из моих лучших воспоминаний.
- Как я отымел тебя, сам того не помня?
- Это была шикарная ночь, хотя ты и ничего не знал...- Йошики улыбнулся, копируя себя в юности - ту самую коварную улыбочку Синдереллы.
- Ты ж моя сучка, - фыркнул гитарист, куснув драммера за ухо.
- Не смей так говорить. Иначе очень будет плохо,- шепнул рыжик и принялся стягивать с себя рубашку.- Одно движение - и кто-то вольётся в ряды пассивов.
- Ой-ей-ей, и это мне говорит Великая Татеямская блядь, - засмеялся Матсумото, погладив рыжика по спине и ласково куснув его в шею.
- Ну, может, хоть ты сумеешь меня образумить?- Йошики погладил гитариста по волосам, улыбаясь. Хидэ, с ним. Голова кружилась сильнее, чем от алкоголя.
- Хаяши, я не в состоянии с тобой спорить. Давай займемся любовью и заснем, м? - Хидэ криво ухмыльнулся.
- У меня возникает желание засунуть тебе в задницу палочки, приковать к кровати и свалить на всю ночь.
- Напугал. Палочки не вибратор.
- Но ведь одно другому не мешает. Тебя ведь не заткнёшь. Разве что...
Улыбнувшись, Йошики аккуратно укусил Хидэ за губу.
- На чём мы там остановились, Паук?
- О...- Матсумото ухмыльнулся.- На том, что я положил тебе руку сюда...- ладонь погладила пах рыжего, -...и чуть нажал.
- Нашёл, тоже, кнопочку...- драммер облизал губы.- Между прочим, это банальная провокация.
- Не спорю, - Хидэ сжал член рыжеволосого через ткань домашних штанов.
Йошики прогнулся в спине и опустил голову, жадно хватая губами воздух.
- Ну, ты...
-...и стерва, - кивнул гитарист.- Знаю.
- Это моя работа, не обольщайся,- со стервозным шипением.- И вообще: тут кто-то заявлял, что у него хронический недотрах.
- Ну, вот и удовлетворяй его, - Матсумото ухмыльнулся.
- М?- Йошики чуть не упал.- Не думаешь же ты, что я...
- Ты уже один раз оседлал меня, - Хидэ ухмыльнулся.- Или ты подумал о другом?
- Ты же сказал, что у тебя есть силы?- недоверчиво.
- Мне лень вставать, - насмешливо.
- Ты слишком многого хочешь...- протяжно.
- О, Боги...
Драммера резко прижали к кровати.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 21:15 | Сообщение # 48
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
- Раздевай меня и раздевайся сам, в таком случае.
- Мацумото, с такой грубостью ты будешь спать на коврике,- опустив руки, Йошики стянул с гитариста полотенце, облизал пальцы и коснулся его плоти, пару раз пройдясь по ней ладонью.- Я понятно объясняю?
- Да-а-а...- Хидэ изогнулся дугой, подаваясь навстречу теплой ласкающей ладони.
- Давай, зверь, покажи мне то, о чем ходят легенды,- не прекращая движения ладонью, Хаяши приподнялся и поцеловал Хидэ за ухом, опускаясь губами к шее.- Я столько лет этого ждал, Хидэ... Пожалей.
- О чем ХОДИЛИ легенды, - поправил рыжеволосого гитарист, в ответ тепло выдыхая ему в ухо.- Попроси. Покажи мне, как ты хочешь этого.
Вдруг вспомнив про собственные штаны и быстро стянув их, рыжик прогнулся в спине и погладился животом и пахом о Паука:
- К сожалению, Великая Татеямская Блядь не умеет просить. Это вовсе не входит в спектр её интересов.
- Ну... может, тогда ВТБ и без секса обойдется? - с хитрой улыбочкой поинтересовался Хидэто.- Ну же, Йо-чан...- томный шепоток на ухо, - покажи мне свое желание.
- Я могу только завалить тебя. Остальному не обучен.
"- Сколько лет я с этим борюсь?
- Фосем."
Сколько лет Хаяши у себя на уме? Да задолго до рождения. Вывод: боеголовка уперлась в стену. Делать что-либо бесполезно.
- Ну... попробуй. В нужный момент я перехвачу инициативу.
Рыжик покачал головой,- ты не понимаешь. Совсем не понимаешь. Моё дело - лежать бревном. Понимай, как хочешь.
А почему, вы думали, он так часто на полу и на рояле на концертах раскладывается?
- Ох...- Хидэ вздохнул, приобнимая Йошики за талию.- Так даже не интересно. Хотя бы обнимай приличия ради.
И понеслось, понеслось. Губы на шее, груди, проворный язычок, облизывающий чужие губы, белые зубы, прикусывающие соски, тонкие пальцы, царапающие кожу ногтями, ласкающие самые чувствительные места. Хидэ бил наугад - и попадал. Нависая над драммером и упираясь коленом в его пах, Матсумото "творил разврат", терзая тело рыжика одними лишь ласками.
А в Йошики окончательно проснулась татеямская блядь. Он уже несколько лет так не смущался, с желанием нескромно выразиться, не стонал и не выгибался, очень давно у него не было такого страстного желания принадлежать кому-то. И он шептал, с безумной частотой шептал имя розоволосого и понимал, что точно рискует потерять рассудок. Паук был так долго желанен!
- Хидэ, милый...- срывающимся голосом попросил драммер.- О, Ками, умоляю, возьми меня.
Ответом Хаяши было насмешливое "у сучки течка, да?". И продолжение этих же самых ласк с удвоенной силой. Матсумото доставляло удовольствие издеваться над рыжеволосым. Терзать его, слышать его мольбы о пощаде. О том, чтобы гитарист вошел наконец. И хотя к плоти Хаяши Матсумото не прикасался, член давно стоял, требуя внимания к себе. Этим Хидэ и занялся. Лаская пальцами соски, выкручивая их и сжимая, Паук склонился ниже и подул на покрасневшую голову, вспоминая, как что делали его многочисленные любовницы.
- Ты такой открытый сейчас...- насмешливый шепот.
А драммер не мог ответить, хотя и нужно было поставить Хидэ на место. Карие глаза беспомощно закатились и закрылись, грудь тяжело поднималась, но воздуха все равно не хватало. Даже губы были искусаны. Безумно хотелось секса.
- Да трахни меня уже, налюбуешься еще!
А будешь играть по-своему, очухавшись, Няша отомстит.
- Нет, - так же спокойно, с насмешливо-ласковой улыбкой отозвался Матсумото. Теплая ладонь легла на подрагивающий живот, проводя, еле касаясь, до самого паха. Затем рука скользнула на внутреннюю часть бедра, успев погладить плоть и сжать яички, а теплые губы вобрали плоть рыжеволосого наполовину. С непривычки принять все Хидэ просто не сможет.
Драммеру пришлось вцепиться руками в простынь, с такой силой, что кости проступили сквозь вмиг побелевшую кожу. Зубы впились в губы, тело задрожало, а губы все равно пропустили на свет протяжный стон. Да, безумно хотелось заставить Паука брать горлом, но этого рыжик не мог себе позволить, боясь спугнуть птичку.
Матсумото на пару секунд поднял голову.
- Ты... направляй, ладно? Я в этом особо не разбираюсь. Только сильно за волосы не дери.
И опустил голову обратно, лаская рукой яички и языком играя с головкой.
- Ты... Все делаешь правильно.
С трудом, но Хаяши нашел в себе силы положить ладонь на розоволосую макушку, почти что нежно приласкать её. Нет, он будет таять под ласками, раз позволяют, но с осторожностью.
Хидэ делал все, что мог, пытаясь заставить Йошики стонать. А следующим шагом Матсумото заставил его хватать ртом воздух: Хидэ резко опустил голову, касаясь носом паха драммера, и вобрал всю плоть, изо всех сил подавляя рвотный рефлекс.
О, это чувство, когда жизненно необходим воздух, а ты попросту не можешь его поймать. Йошики закричал, с силой ударяя кулаком по кровати.
- Хидэ!
Матсумото засмеялся, отрываясь от плоти рыжика.
- От тебя не убудет, не бойся.
- Ты...- застонал драммер, пытаясь закрыть глаза.- Ты будто делал это всегда. Но как?
- Не знаю. Просто вспоминаю своих шлюх.
- Ничего себе...- рыжик облизал губы.- Память... С визуализацией.
- Ага.
Матсумото усмехнулся и, поцеловав головку, поднялся, разводя ноги драммера.
- Тебя растянуть?
- К черту,- судорожно, тяжело дыша. Раскрасневшийся, взмокший, желанный и желающий... Просто до не возможности.- Ну же.
- Шлюха...- рассмеялся Хидэ. А дальше - быстрый толчок во всю длину.
Кто бы сомневался, что ответить Хаяши будет попросту не в состоянии: боль, чувство заполненности, столь желанный человек, страх.... Ведь все так внезапно. Но он подается бедрами на розоволосого, превозмогая боль, глухим стоном просит не останавливаться. Хидэ с удовольствием выполнил его просьбу. Ему и самому это нравилось. Хаяши узкий...как многоразовая девственница. Самое четкое определение, какое только можно было ему дать. Драммер приподнялся и коснулся губами шеи Паука, тем самым, пытаясь заглушить собственные стоны. Хорошо. Было до безумия хорошо. А Матсумото просто двигался, потихоньку наращивая темп. Губы сразу нашли место на шее рыжика. А сам драммер обнимал его за плечи, едва не крича. Было так хорошо, так сладко... И осознание: Хидэ все-таки пришел к нему.
Такого Хидэ еще не испытывал. Это... совсем не так, как он себе представлял. Йошики стонал, срываясь на крик, обнимал его ногами, цеплялся за плечи. Будто Матсумото куда-то исчезнет. Но Хидэ не исчезал, а вместе с этим еще и темп нарастал. И это совсем не походило на занятия сексом. Это...скорее было занятие любовью двух влюбленных человек, нежели то грязное сношение только удовольствия ради. А, может, просто именно так и должно было быть. С самого начала. Кто знает? Точно не эти двое. А потом Йошики сжался и хрипло закричал, всем телом прижимаясь к Пауку и кончая. Хидэ зарычал, кончая следом и вцепляясь рукой в рыжие волосы любовника.
Содрогаясь от ощущений, Йошики уткнулся лбом в плечо Паука, судорожно хватая ртом воздух. Безумно кружилась голова. Матсумото и самому потребовалась пара секунд, чтобы вернуться в сознание.
- Ну, и как тебе?
- Нужно будет повторить,- выдав это, рыжик поднял голову и коротко поцеловал Хидэ.
- Обязательно,- музыкант рассмеялся.
- Это было потрясающе. Потрясающее завершение дня.
Драммер мягко потрепал гитариста по волосам. Не верилось. Не верилось, что все так и было на самом деле.
- Я рад, что тебе понравилось.
Хидэ лег рядом, не выходя из драммера, и прижал его к себе.
- Ну... что, по второму кругу?
- О Господи!- рыжик засмеялся и крепко обнял Хидэ, сонно гладясь щекой о него.- Ты извращенец. Пощади, я же устал.
- Да, да.
Матсумото засмеялся.
- Милый...- Йошики прикрыл глаза.
- Я знаю, - Хидэ погладил драммера по волосам и рассмеялся.- Засыпай.
- Ты же не исчезнешь, правда?
Так наивно, доверчиво. Паук дал ему шанс, и в сердце рыжика родилась надежда на... Отношения между ними.
- Не исчезну.
- Обещаешь?
- Клянусь.
И Матсумото засмеялся.
- Паук.
Йошики переплел свои пальцы с пальцами розоволосого, прикрыл глаза и сразу же заснул. Крепко. Впервые за долгое время спокойно.
***
Короткие рыжие волосы все время развевались из стороны в сторону, челка лезла в глаза, но юноша все равно мчался вперед, смеясь. Он не может проиграть, нет времени останавливаться. Он должен убежать, показать, кто главный. И пусть даже коленки разбиты в кровь, как у пятилетнего, на щеках играет румянец, как у девчонки... Он не сдастся. Будет бежать и смеяться до последнего вздоха.
- Йошики, да погоди!
Но рыжеволосый мчался, как юная лань. Будто в беге заключалась его жизнь.
- Не дождешься!
Остановившись за большим деревом, рыжеволосый притаился, переводя дух. Тоши научился его догонять. Хитростью. Потому, нужно было быть очень внимательным. Вдруг поймает?
Хруст веток сзади - показалось. Выглянул на дорогу - пусто. Обошел дерево - никого.
- Да что за? Твою мать!
Рыжика повалили на землю. Не будь дураком, Йошики начал брыкаться, и оба музыканта покатились по траве сначала прочь от дерева, а потом по склону вниз, к поляне. Привыкать что ли? Да только осень уже.
- Тоши, ну больно же!- простонал Йошики, поняв, что они уже не летят, а его все-таки подмяли под себя.
Брюнет в ответ лишь засмеялся и поцеловал любовника, будто извиняясь и говоря "Ты сам виноват. Мог и медленнее бежать".
- Люблю тебя.
- И я тебя.
И темные карие глаза с любовью смотрят в светлые, и в обоих парах видно: им не просто хорошо вместе. Юношеское увлечение давно стало крепкой любовью, которая так была нужна им обоим.
- Я порвал джинсы, куртку и... Я же весь в листьях!
- Но ты давно не носишь свою легендарную шевелюру. Не ной, отмоемся.
И вроде хочется послать куда подальше, а вроде бы он прав. Не такие уж они уже мальчишки, чтобы вечно дурачиться. Как тогда, в Татеяме, у желтой огромной клумбы они поцеловались в первый раз. Сейчас все это вспоминалось, как анекдот из жизни, но все-таки... Все-таки это были их личные воспоминания. Как и догонялки на сцене, как вечные скандалы с одним кричащим, а вторым почти неслышным голосом, как вечные авантюры и нагоняй от Хидэ. Хидэ...
- Тоши, я все-таки испытываю к нему те же чувства, что и к тебе.
Страшно, но лучше признаться сразу. Да, Дэяма вряд ли поймет, но обманывать его, врать, утаивать было нельзя.
- Я люблю и его. Я не могу этого объяснить, только… Ты должен знать.
И вдруг перед глазами оказывается Хидэ. В платье, в доме Хироши, показывающий ему след на шее. Тоши исчез, а в голове одно: "Лемурия". Драммер кричит, хватаясь за голову. Он заснул. Он спал всё это время. Он чувствует, что теплый, добрый сон о прошлых дня превратился в кошмар, тревожащий его с десяти лет. Всегда разный, но безумно пугающий.
Йошики не мог спать один. С юности привыкнув к Тоши, Хаяши всегда держал его во сне за руку. Иначе ему снились кошмары, от которых он превращался в запуганного ребенка. Только певцу удавалось его упокоить. Только ему. А когда Тоши не было, Йошики бежал к Хидэ, и перед сном они хохотали полночи. А если и до Хидэ не добраться, лидер X Japan не спал всю ночь, посвящая себя музыке.
Но почему ему снился кошмар теперь, если он спал в объятьях Хидэ, если они уже почти были вместе? Хидэ… И как с ним быть теперь? Он же «банально отдал долг». Йошики хотелось кричать от бессилия. Ну, почему? Почему всё так складывалось? Почему он не мог быть счастлив?
Может, его сердце так и не смогло отпустить, забыть и разлюбить Тоши?
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем? (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Страница 4 из 4«1234
Поиск:

Хостинг от uCoz