[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 41234»
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем? (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем?
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:32 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Название: Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем?
Автор: hiruko_nei
Соавторы: Screamin
Контактная информация: vk

Фэндом: Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea
Персонажи: Малисы времён Гакта.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, Романтика, Ангст, Юмор, AU, ER
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Нецензурная лексика
Размер: Макси
Статус: закончен

Описание:
Продолжение фанфика "Что делаем, то и хотим: на рассвете юности".

Посвящение:
Как и прежде, розоволосому творцу.

Примечания автора:
AU - начинается с 1998 года.
Смерть персонажа - будьте внимательнее.

Сюжетно-связанные работы авторов:

Что делаем, то и хотим: на рассвете юности
Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем?
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:33 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Март 1995-го.

Май 1995-го начался для Иксов сообщением об общем сборе в студии. Ну мало ли, какая вожжа попала рыжеволосому под хвост?
Пата и Хис, обнявшись, сидели в кресле и о чем-то шептались. Хироши, разместившийся на коленях у любовника, улыбался, Томоаки явно был счастлив. Влюбленные, что с них взять.
Дэяма сидел на стуле у стола, поглядывая в вечные кипы листов на нем и удивляясь, как только Йошики это все переносит. А Хидэ... Хидэ спал, вытянувшись на диване. Он всю ночь просидел здесь, за этими самыми бумагами, позволив Йошики побыть дома, с Тоши. Тот пришел раньше, а Хаяши остался дома, сказав, что нужно подумать.
- Что-то Йошики темнит, - протянул басист, сладко потягиваясь, зевая и одновременно устраивая на голове Ишидзуки полный бардак. Вроде бы они уже больше трёх лет вместе… А всё было, как в самом начале отношений: непрекращающаяся романтика и полное взаимопонимание. Никаких ссор, споров… Казалось, что так не бывает, а сам Хироши искренне не понимал, почему все не могут быть так же счастливы, как они с Томоаки.- Тоши, может, он что передать просил? Или… Вообще проспал?
- Он говорил, что подумает над чем-то...- протянул вокалист, зевая. Ритмер вздохнул и прижал Мориэ к себе, шепнув на ухо: - Как же хорошо, что я тебя выбрал. Бедный Тоши, такое наказание...
На диване завозился Хидэ, поворачиваясь на другой бок и занавешивая лицо длинными красными волосами.
Повернув голову назад и взглянув на любовника с видом "жаль, что я тебя не строю", Хироши соскользнул на пол, взял новую розовенькую басуху у стены и уселся на стул, занявшись перебиранием её струн. Красавица она у басиста, он прямо... Влюбился, не желая с ней расставаться.
- Хидэ, а ты чего спишь? Позвони Тайшо и скажи, пусть хоть пирожков каких притащит: мы больше часа сидим, а нам даже чай не предложит никто.
Матсумото что-то сонно пробурчал и помотал головой. Дэяма улыбнулся.
- Отстань от него, Хироши, он всю ночь не спал, - вступился за Матсумото Ишидзука.
Ритмера вновь удостоили насмешливого взгляда. Однако именно в это время по комнате проскользнул рыжий вихрь и скрылся за дверью студии.
- Охтыж...- выдохнул изумленный Тоши.
- Что смотришь?- Хироши отставил гитару.- Тоши, ползи и вылавливай его. Дэяма послушно уполз в студию, а Пата перекрестился.
- Ну, с Богом. Хис, иди ко мне.
Басист с довольной мордочкой перебрался на колени любовника, а Тоши тут же аккуратно вытеснили обратно.
- Подъём, Мацумото!- потребовал драммер.
Хидэ молча поднял правую руку и показал средний палец.
На голову гитариста упала подушка, а Йошики уселся за стол.
- Мальчики, я планирую вас поувольнять и сдать на панель.
Сон Хидэ как ветром сдуло. Соло-гитарист протер глаза и подскочил.
- А меня за что?
Тоши закатил глаза.
- Нормальные люди при виде начальства встают и кланяются, а ты спал,- догадался басист.
- Эй!- рыжеволосый громко присвистнул.- Я еще здесь. Мальчики, мы лажаем.
- В каком смысле? - поинтересовался Ишидзука, приобнимая Хироши за талию. Хидэ взъерошил красную шевелюру.
- Что мы с вами сделали за последние полгода?
- Ооооой..- застонал Хироши, закрывая ладонями глаза.
- Бляяяя...- вторил ему лид- гитарист. Пата шикнул, приглаживая кудри. Дэяма передернул плечами.
- Ну, так твори, великий.
- Дэяма, тебе напомнить, кто в прошлом году торчал на репетициях оперы?-зашипел драммер.- Или, может, вам показать наши счета за последнюю гулянку и последствия твоего, Хидэ, "Йо-чан, я ничего не помню"?- Йошики нахмурился.- Хироши, кто обещал следить за алкоголем и Томоаки?
- Всем досталось,- пискнул басист, замирая. Получать пиздюлей мальчик не любил.
- Йоши, не гони. Исправимся, - поднял руки вокалист. Ишидзука закивал.
- Надеюсь, Тоши, что тебе преподали уроки трагики,- однако тирада не заканчивалась.
- Да. Что дальше? - поинтересовался Дэяма.
- К концу лета будем снимать клип к "Cruсify my Love", готовься. Так, Хидэ,- рыжеволосый достал бумаги.- Что с аранжировками к старым песням?
- Готовы уже давным-давно, - хмыкнул Хидэто, вздохнув.
- А почему они до сих пор не у меня?- "лёгкая" ручка Синдереллы громко ударила по столу.- Я когда вас к порядку приучу?
- Никогда, - пожал плечами лид-гитарист, кивнув на стол. - Папка позади тебя. Все лежит.
Пата уткнулся носом в шею Мориэ и зашипел, сдерживая смех. Уделали-таки Рыжую Няшу.
- Так возьми, мой дорогой, оторви задницу от дивана и принеси мне её,- драммер повернулся лицом к хохочущим любовникам.
- Тайшо, а мы проследили за новыми гитарами,- тут же нашёлся басист, пряча лицо ржущего Томоаки за собой.
- Это хорошо,- Йошики одобрительно кивнул.- А костюмы? Мальчики, тур же на носу!
- Обернись, - фыркнул Хидэ, заваливаясь на подушки.
- А что костюмы? Мы с Хироши уже все придумали.
- Мацумото, я жду,- потребовал рыжик.- Хорошо, что продумали, но они давно должны уже томиться у нашего стаффа. Разумеется, им никто и ничего не сказал?
- Йоши, мы не настолько тупые.
- А мне кажется, что вы обленились вконец.
- Ну, Йо-чан,- протянул басист, понимая, что при малейшем движении их Тайшо взорвётся, как пороховая бочка.- Мы все и всё сделали. Не нервничай.
- Да уж, - Матсумото улыбнулся. - Не кипешуй. Все как надо.
Тошимицу и Томоаки кивнули.
Йошики замолчал, по уши уходя в бумаги. Хироши тихо вздохнул и показал остальным повешение. Хидэ показал в ответ пистолетик. "И что делать?"- жестами поинтересовался басист. Матсумото пожал плечами, а Дэяма показал "бежать". Басист хихикнул и ответил певцу: "Мы-то сбежим, а тебя вот выебут".
- Йо-чан, может, пойдём платьице тебе подберём, м?
Хаяши поднял голову и уставился на басиста, как КНДР на США.
- Бежи-и-им...- протянул Хидэ. Тоши последовал его совету, а Пата, схватив Мориэ, рванул следом.
- Кстати, зарплаты в этом месяце не ждите,- Йошики не шелохнулся, а лишь "обрадовал" согруппников.- И, кстати, длинные волосы больше не в моде. И Вас, Дэяма, я попрошу остаться.
Тоши хрипло застонал, а басист с ритмером, пискнув тихое "не станем!", смотались прочь.
- Ну да про репетицию потом напомню,- вытянув ноги, рыжик улыбнулся истинно по-блядски.- Милый, ты далеко? А супружеский долг?
- А, я пошел! - Матсумото совершил поползновение к двери.
- А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться,- совершенно внезапно у Йошики в руке оказался дротик. Тот совершил полёт прямиком в дверь.- Давайте-ка, мальчики, раз эти двое смотались, порепетируем кое-что. Очень мне не нравится последняя запись к Drain.
- И чтооооо? - поинтересовался Хидэто, потягиваясь.
- Марш на запись,- рявкнул Хаяши, собираясь следующий дротик загнать гитаристу в причинное место.
- Хидэ, не сопротивляйся, - пожал плечами Дэяма.
- Оба,- рыжик кивнул на студийную часть.- Давайте, и так альбом долго записываем.
Матсумото и Дэяма умотали в указанном направлении.
- Кстати, Йоши...- поинтересовался Хидэ уже в студии, беря в руки гитару.- Что ты имел в виду под "длинные волосы не в моде"?
- Западные рокеры начинают их обрезать,- произнёс драммер в микрофон, настраивая запись и фонограмму ритм и бас-гитар.- Боюсь, мальчики, и нам с вами скоро придётся постричься.
- Охтыж... - Тоши побледнел. Зато Матсумото засмеялся и кивнул.
- А мне нравится. Я давно хотел в розовый перекраситься.
- Ну, с другой стороны, за короткими проще ухаживать..- драммер пожал плечами.- Готовы?
- Жжем, Хаяши, дерзай! - отозвался Хидэ. А Дэяма улыбнулся и подмигнул драммеру, шепнув одними губами "Мой голос только для тебя, детка".
Забавно хихикнув, Йошики кивнул согруппникам и включил запись.
***
Отыграли шикарно, по крайней мере, на взгляд Матсумото.
- Окей, мальчики, отлично,- рыжик показал друзьям большой палец.- Выползайте, кофе принесли.
- Ну, слава Богу...- рассмеялся Тоши. А Матсумото убрал гитару и рассмеялся следом, поморщившись: его все чаще беспокоили спина и плечи.
Йошики поднялся из-за пульта и сунулся в студию.
- Хидэ, спинку помять? Ты неважно выглядишь.
- Массажиста мне! - поднял руку Хидэто.
- Предатель,- фыркнул рыжик, закатывая глаза и выскакивая обратно в кабинет.
- Йоши, иди сюда, - позвал драммера Хидэ, заползая на диван и ложась на живот.- Я весь ваш.
- Услужил,- рыжик довольно уселся рядом и забегал ладонями по спине гитариста.- Тоши, а если все-таки мне увеличить время соло, ммм?
- Я против, - в голос заявили Дэяма и прогнувшийся под руками Хаяши гитарист.
- В женское вас одену,- обиженно буркнул рыжик, нажимая одновременно ладонями на шею и поясницу красноволосого.
Хидэ со стоном выгнулся.
- Лежи и не шевелись.
Йошики массировал медленно и осторожно. Все-таки, по себе знал, что такое больная спина. Хидэ стонал, прогибаясь. А Тоши устроился в кресле и наблюдал за этим. Хаяши легко усмехался: обычный массаж, а Мацумото так стонал... Хотя он и сам не лучше.
- Ай, блядь! - Матсумото вскрикнул от боли и дернулся.- Не нажимай так, больно!
- Ты орёшь так, будто я тебя в первую брачную ночь девственности лишаю, красавица,- Хаяши надавил на голову гитариста, заставляя улечься.- Разумеется, больно.
- Тогда хрена ли удивляешься, что я ору? - возмутился лид-гитарист, тихо шипя.
- А он всегда так, - рассмеялся Тошимицу.
- Да, я не люблю, когда кто-то орёт. Кроме меня,- ну прямо паинька-заинька.- Хидэ, заведи себе личного массажиста.
- Уже. Ты просто обижаешься, - хмыкнул красноволосый, цепляясь пальцами за подушку.- Вот и все.
- Ах, я виноват?- Йошики смахнул волосы с плеча и взглянул на любовника.- Тоши, ты это слышишь?
- Слышу, - кивнул вокалист. А Хидэ замурчал, аки кошак, и потянулся.
- Вот есть же..- драммер решил промолчать, завершая массаж тонкими нажатиями на пояснице и смачным шлепок по заднице гитариста, после чего он с визгом спрятался за Тошенькой.- Репетиция завтра в 10. Остальным передай, будь душкой.
- Стерва рыжая, - Хидэ заворочался на диване. Дэяма рассмеялся, обнимая Хаяши за плечи и прижимая к себе. Матсумото потянулся, поднялся на ноги и, помахав согруппникам лапкой, смотался.
- Какой же он всё-таки хороший,- Йошики забавно поморщил носик, улыбаясь.- А ты даже не отнекивайся: максимум через полгода, но мы оба пострижёмся.
- Ну ладно, что уж...- рассмеялся Тоши, поцеловав драммера в висок.
- Ну ладно, ладно, сам подберёшь день, - с улыбкой.- Домой?
- Конечно.
- Тогда.. Сначала в кондитерскую: у меня мармелад закончился,- расстроенно.
- Пойдем, хоть всю кондитерскую скупим! - засмеялся Тоши, хватая рыжика за руку.
- Это же такие расходы, такие расходы!- заверещал Хаяши, после чего засмеялся. Ладно уж, можно будет и не только на кондитерскую разориться...
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:35 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Апрель. Неожиданность.

День был, как день, надо сказать: Хисаши заканчивал что-то в студии, а Атсуши провёл его в салоне. Разумеется, Имаюшка подобного результата не ожидал, но это будет потом. А пока...
Пока Сакурай вернулся домой и осознал, что ему совершенно нечего делать. Был ещё не поздний вечер, и в памяти почему-то само по себе всплыло имя Рэя. После его отлёта почти два года назад, Атсуши иногда звонил ему... Ради приличия. Но сейчас... Пока Хисы не было, возникло очень острое желание услышать голос англичанина и поболтать с ним о всякой ерунде. Просто так.
- Хоть бы ты был дома..- попросил азиат, набирая по телефону номер, давно выученный наизусть.
- Привет стране восходящего солнца, - раздался в трубке голос англичанина.- Какими судьбами ты дозваниваешься?
Рэй не прервал контакта с азиатами. А в последние несколько месяцев у него появилась идея создать интернациональный проект. Правда, с участниками была проблема. Так что Уоттс решил сначала поговорить со своим знакомым из Германии, а потом уже и японцев туда запихать.
- Как жизнь, как Имай?
- Как много вопросов,- Атсуши улыбнулся, как будто англичанин мог это увидеть.- У нас все хорошо, спасибо. Вот, решил узнать, как у тебя дела. В Англии все дожди?
- Да потихоньку. Работа, дом... сплошная скука, - хмыкнул на том конце провода европеец.- С тобой было веселее. Ты вносил некое разнообразие в мою жизнь.
- А теперь вношу разнообразие в жизнь Имая.
Даже если Рэй и прикалывался, Атчану это все равно льстило.
- Я узнать хотел: может, ты вдруг снова к нам соберешься? В гости, так сказать.
- Не знаю еще. У меня есть пара идей, но это только идеи... - протянул Уоттс, рассмеявшись. - Что ты думаешь об интернациональном проекте?
- Смотря, как публика примет,- азиат задумался.- Какую страну думаешь покорить?
- Все, - скромно.
- Тебе жизни не хватит.
- У меня еще все впереди. А с тебя - уговорить Имая. Окей?
- Дорогуша, ты кашу заварил, ты и уговаривай,- не весело.
- Я пока не заваривал.
- Нет-нет, я ему ничего предлагать не буду,- удивлённо.- Ты уже взрослый мальчик.
- Ну, посмотрим. Что сам-то скажешь?
- А я тут при чём?
- А, ладно. Не важно. Ладно, потом. Как вообще дела-то?
- Что-то ты темнишь, Уоттс, даже тему сразу переводишь..- Сакурай зевнул и вытянулся на диване.- Помнишь, ты как-то задался вопросом, пойдут ли мне короткие волосы?
- Да. Мне интересно было увидеть тебя с короткими волосами.
- Я сегодня постригся. Хиса еще не знает,- по-заговорщически.
- Ох...вот будет ему сюрприз.
- Думаешь, он сильно удивится?
- Думаю? Сакурай, я в этом уверен. Вот бы посмотреть на тебя...стриженного. Теперь у меня есть весомый повод утащить тебя в интернациональную группу.
- Ни за что, Рэй, мне в Buck-Tick хватает работы,- с усмешкой.- Лучше бы ты к нам приехал. Хотя бы на выходные.
- Скучаешь? - с легкой улыбкой.
- Даже не надейся,- отмахнулся азиат.- Просто... Ну, мало ли?
- Жаль...- рассмеялся англичанин. Из коридора донесся хлопок двери и голос Хисаши:
- Атчан, я дома.
- К тебе приехал ревизор? - засмеялся англичанин.
- Я в гостиной!- и вновь в телефон.- Да. Надеюсь, он не будет меня гонять.
- Дерзай. До встречи, - рассмеялся Уоттс, вешая трубку.
- Ты не был на репетиции, что-то слу...Господи Иисусе! - Имай как стоял в дверном проходе, так там и сел.
- У Иисуса были длинные волосы,- певец с улыбкой отложил телефон.- Не сиди в дверях. Я соскучился.
- Что... что с твоими волосами? - протянул Имай, еле сдерживая дрожь в теле. - Это нереально... зачем?
- Я замучился с ними. К тому же, это давно не модно,- брюнет перевернулся на спину и протянул к гитаристу руки.- Май-Имай, иди ко мне?
- О, Господи...
Хисаши взъерошил собственные волосы, после чего поднялся на ноги и, кое-как дохромав до Сакурая, упал на пол рядом с ним.
- Кто ты и что ты сделал с моим Атчаном?
- Пустил его на переработку: он устарел,- певец улыбнулся, вытягиваясь.- Ужинать будешь?
- Да, - кивнул Хисаши, ложась рядышком и проводя рукой по темным коротким волосам. - Боже...
- Да хватит причитать,- щелкнув любовника по носу, Сакурай поднялся с дивана и направился в кухню.
- Я просто в шоке, - помотал головой Имай, вздохнув и взъерошив русые лохмы.- За что я тебя теперь держать буду?
- А вот не будешь больше,- Сакурай быстро проплыл к плите и занялся готовкой.- Кстати, Рэймонду Шафта не хватило.
- В каком смысле? - Имай забрался на стол и устроился там поудобнее.
- Он хочет создать интернациональный проект. Еще более мощный.
- Даже так...ну, мы, он...трое. Маловато, хоть убейся.
- Он намекнул, что есть еще один человек... Да и как трое? А Йоко-чан, а наша бригада?- внезапно певец замер.- Хиса, я отказываюсь в этом участвовать.
- Почему? - тихонько поинтересовался Имаюшка, сползая со стола и обнимая Сакурая со спины.- Вы же ладили...
- Это я с Хаяши в периоды его припадков лажу, а это..- брюнет вздохнул.- Нет желания. Совсем.
- Ну...как знаешь, Атчан. Не хочешь - не будем пока что, - пожал плечиками Хисаши, разворачивая к себе певца и проводя ладонью по темным волосам. - Похоже, секса у тебя не будет, я буду целую ночь просто гладить тебя и прикидывать, как теперь буду дергать тебя за волосы.
- Похоже, в ближайшее время ты будешь в пассиве, милый мой,- Атсуши усмехнулся.- Хиса, твой ужин сейчас сгорит.
- Ну...я подумаю, - покачал головой Хисаши, рассмеявшись. Потом развернул певца к плите и отодвинул в сторону, выключая конфорку и доставая тарелки.- А ты будешь есть?
- Я несколько часов слушал трескотню стилисток. Как думаешь, я хочу есть?
- Наверняка.
- Нет. Пожалуй, только кофе,- закрутившись, певец прошёлся по кухне.- Что нового на работе?
- Да ничего. Как обычно, - пожал плечами Хисаши, доставая турку. Потом сунулся в шкафчик со специями, достал несколько и поставил вариться кофе. Потом вздохнул и, поставив тарелку на стол, принялся за еду.
- Надеюсь, желания запереть коллектив в студии у тебя нет?
- Да нет. Не волнуйся, - пробурчал Хисаши, быстренько поглощая еду.
- Да кто ж тебя знает?- протянул Атсуши, усаживаясь на подоконник.
- Ну...за кофе следи! - фыркнул Май-Май.
- Слежу. Ой!- певец соскочил к плите и убавил огонь.- Учти: одно только слово о работе, и на будущее утро ты с кровати не встанешь.
- Да ладно? - лукаво улыбнулся гитарист, замурчав.- В таком случае...завтра ты идешь со мной в студию и помогаешь с бумагами.
Обернувшись, Сакурай нахмурился и грозно-грозно зашипел.
А Имай быстренько доел и замурчал, выскакивая из-за стола и показывая язык.
- И вот ничего ты мне не сделаешь.
- Сядь, кофе ещё,- напомнил певец, недовольно хмурясь и фырча. Потом он достал две чашки и разлил по ним кофе.- Провокатор, блин. Заведу вместо тебя кошку.
- Да ну тебя...противный. А я-то надеялся... - хихикнул Май-Май, шикнув на певца.- Так что не обессудь, а работать ты будешь.
- Скорее я заставлю тебя пройтись по Токио в женском кимоно,- Атсуши усмехнулся и присел за стол, дуя на кофе.- Кстати, а ведь хорошая мысль.
- Не знаю, подумаем. Может, и ты у меня пройдешься так, - пожал плечиками Хисаши, мурча.- Иди сюда, Атчан, я на тебе покатаюсь.
- Дай кофе выпить,- вновь шикнул певец.- Не знаю... Может, я опять захочу отрастить волосы, а уж тогда мы и вместе пройдёмся так.
- Ну вот отрастишь - и поговорим! - рассмеялся Имай, вздохнув и устроившись на столе.
- Не о чем мне с тобой толковать, провокатор,- всё-таки придя к выводу, что кофе здесь явно лишний, Атсуши поднялся и повернулся к столу спиной.- Залезай, бестия.
- Ура!
Хисаши тут забрался к певцу на спину.
- Все. Я твой. Тащи.
- Я - певец и не должен таскать что-то, что тяжелее моего микрофона,- заявив это, Атсуши со смехом побежал наверх, в ванную.
- Вааааай! - запищал Имаюшка, цепляясь за шею певца и сжимая ногами его бедра.
Атсуши смеялся. Хиса реагировал так же, как в первый раз, когда певец решился его покатать. Всё-таки, именно Хисаши и был в группе самым большим ребёнком, хотя в будущем за это место с ним будет бороться Юта, но... Суть не меняется.
Влетев в ванную комнату, Сакурай мягко скинул любовника в ванную прямо в одежде и включил воду.
- Мышонок.
- Ай-йяу! - пискнул Хисаши, тут же стягивая с себя джинсы и оставаясь в одной футболке.- Мне в них еще завтра в студию топать, а ты! - потом поежился и включил воду потеплее, одергивая футболку - благо, она прикрывала ягодицы.
- Можно подумать, тебе больше надеть нечего,- усмехнувшись, брюнет заткнул пробкой трубу ванной, чтобы вода налилась, поднялся и принялся искать в шкафчике пену.
- Мне нравятся эти джинсы. Они новые, - Имай улыбнулся, уселся в ванной и поднял глаза на Атсуши.
- Что ты собрался делать?
- Хиса, милый, ты каждый день можешь их себе покупать,- рассмеялся Атсуши, вернувшись с пеной для ванны и выдавив некоторое её количество в воду.- Топить тебя. Можно?
- Дай хоть кончить перед смертью! - состроил жалобную мордочку Хисаши, пошлепав руками по воде.
- Прости, но в воде вибратор может и не выдержать твоего жара,- насмешливо.
- У меня есть ты, универсальный удовлетворитель моих самых сокровенных желаний, - пожал плечами Хисаши.
- Ну а я... А я ещё подумаю,- кивнул брюнет и стянул с гитариста футболку.
- Да? - Хиса взъерошил русые волосы, чуть улыбнувшись.- Ты постригся, мне не за что тебя теперь тянуть, следовательно, ты мне должен.
- Можно просто сменить позу, озабоченная мышь.
- Не-е-е-е-ет, мне так не нравится, - пискнул Хисаши.
- Тогда пока поменяемся ролями. Пока хорошо вести себя не найдёшь,- а чтобы блондин опять не начал спорить, Атсуши снял душ с держателя, переключил воду на него и направил воду на макушку гитариста.
- Ну конечно, дам я тебе себя оттрахать, - фыркнул Имай, помотав головой и окатывая певца брызгами.- Вот тебе!
- Ах, ты ж!- брюнет отскочил, роняя душ в воду и падая на спину.- Ты что?
- Я? Ничего, - хмыкнул Хиса, прикрыв карие глаза.
Атсуши вновь зашипел и подскочил к ванной, хватая гитариста за волосы и грубо целуя его. Вот попробуй пойми, почему он так быстро меняет свои идеи.
Имай чуть недовольно шикнул, отвечая на поцелуй. Потом прикрыл глаза и замурчал, обнимая певца за шею. Что уж тут.
Расслабившись, брюнет сбавил обороты, сменяя поцелуй на более мягкий и даже чуть ленивый. Радовало, что несмотря ни на что, Хисаши совсем не менялся.
Зато гитарист расслабляться на собирался, и, пока Сакурай терзал его губы, рука Имая скользнула в воду и ухватила душ. Потом был плеск, писк Хисы - и Атсуши облили с головы до ног, а сам Май-Май совершил поползновение за полотенцем и прочь из ванной.
- Охуеть, мышь, до чего ты стал борзым,- выдал Сакурай, когда ему удалось очухаться от этого... Шока. Закатив глаза на подобную выходку, певец быстро разделся, чтобы принять душ. Ладно-ладно, Хисе всё равно не привыкать получать нагоняй. А потом можно будет опять позвонить англичанину и разобраться в его шальных идеях. Но это будет несколько позже.
Имаюшка же умотал в спальню. Вытерся, взъерошил волосы, натянул внеочередную футболку на несколько размеров больше - ну нравится ему с оголенным плечом ходить, что уж! - и нырнул под одеяло. Сейчас главное - не получить нагоняй. Или получить, но не сильный.
Певец вернулся минут через пятнадцать. Довольный, урчащий... И мокрый. Зато теперь не было с трудом высыхающих волос. Так что... Атсуши забрался под одеяло - ну любил он спать без одежды!- и вытянулся.
- Том и Джерри, блин.
- Ага. Чур мышь - ты, - фыркнул Хисаши, тут же забираясь на певца и устраиваясь у него на бедрах с довольной мордочкой. Потом уперся лапками в грудь брюнета и чуть поводил ладонями, задевая чувствительные соски.
- Мда...с длинными волосами мне было бы удобнее. Там тебя хоть притянуть к себе можно было!
- Мышь у нас ты, смирись. Могу даже фотки найти,- засмеявшись, Сакурай притянул любовника к себе, надавив ему ладонями на спину.- Значит, спать ты не хочешь, маленькая бестия?
- Не хо-чу, - рассмеялся Имай, прижавшись к брюнету.- Хоть бы трусы надел...твой член мне между ягодиц упирается. Извращенец.
- Солнышко, ты сам забрался на его территорию, вот он и проснулся,- блондина ласково погладили по волосам.- Хитрюга.
- Ну, знаешь ли... - промурчал Имай, ластясь к певцу.- Я просто на тебе устроился, а дальше ты уже сам мне нагнул...Господи, как же пошло это звучит.
- Да, если учесть, что я просто хотел прикасаться к тебе чуть побольше ,- с улыбкой.- Знаешь, я думаю... Дай парням отдых. Давай лучше на пару дней на родину смотаемся?
- Ну...один день мы с тобой по-любому вкалываем, хочешь ты того или нет, - фыркнул Май-Май.- А там посмотрим. Что уж с нас взять. Между прочим, ты словами на ветер кидаешься: обещал, что я завтра с кровати не встану, если заговорю о работе, и где?
- Если ради парочки дней отдыха придётся тебе помочь - я всё-таки соглашусь,- Сакурай с улыбкой пожал плечами.
- Отлично! - пискнул Имай, похлопав в ладоши и помотав головушкой.
- Вольно,- с улыбкой.- Давай спать? Потом устроим с тобой самые лучшие каникулы в Фудзиоке... Школу посетим, м?
- Боюсь, учителя еще одной встречи с тобой не переживут, - хмыкнул гитарист. - Я ведь тихим был. Это ты у нас - всемирное зло.
- Сами виноваты. Меня учёба вообще не интересовала,- брюнет пожал плечами.- Зато.. Какими мы стали, благодаря тебе.
- Мы стали другими. Я вообще получил фантастического любовника, - гитарист улыбнулся и поцеловал брюнета, поднимаясь на колени и сжимая его бедра своими. Потом запустил руку в короткие волосы Атчана и улыбнулся, шепнув сквозь поцелуй: - Как же мне будет не хватать их...
- Ой, да хватит тебе..- Сакурай улыбнулся, приподнимаясь на локтях.- Тебе и это понравится, я уверен. Хотя... Коротковато постригли. До плеч я их всё-таки отпущу ещё.
- Конечно, отрастут... - засмеявшись, гитарист прикрыл карие глаза и улыбнулся, опускаясь в некое подобие коленно-локтевой .- Что уж?
- Господи, не совращай меня...- Атсуши засмеялся и закрыл глаза рукой.
- Почему? - хмыкнул Хисаши, прикрыв глаза и прогибаясь.- Ох, Атчан, ты такой большой...
В голосе звучала насмешка.
- Мне лень вставать, а ты сейчас так и напрашиваешься на это.
- Да, я напрашиваюсь, - кивнул Хиса.- Умник ты мой.
- Тебе же так долго не нравилось пускать меня в актив?
- Ну, что уж тут, мне нравилось ставить тебя в коленно-локтевую и брать, держа за волосы. Сейчас чудесная часть твоего облика исчезла, и мне просто скучно.
- Ты на часы смотрел, скучно ему?- удивлённо. Да, только не один Хиса-то любил, певец это заметил.
- Да, смотрел. Атчан, чтоб ты знал...- Имай наклонился к уху певца и тихонько прошептал,-...до полуночи полтора часа.
- Ну… Тогда я посплю эти полтора часа, а ты пока помолись,- Хису шлёпнули по ягодицам, однако ладонь тут же исчезла.
- Даже так... - с легким смехом отозвался гитарист, сползая с певца и пробегаясь ноготками по его животу.- Спи, чудо. У тебя есть время до полуночи.
- Утром мы не встанем,- с усмешкой.- Учти.
- Ну-ну...
- Я в любом случае не проснусь.
- Ну-ну. Я посмотрю.
- Хиса?- певец приподнялся.- Ты на что намекаешь?
- Узнаешь, - и лукавая улыбка в ответ.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:35 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***
Сакурай и правда узнал. Ровно в полночь Хисаши, налив в ведро ледяной воды, встал над кроватью и, когда часы закончили бить, вылил на Атсуши воду и, поставив ведрышко рядом с кроватью, совершил второе за день поползновение от Сакурая.
Такого мата соседи Хисы прежде не знали и не слышали. Атсуши орал так, будто извещал Испанию о приближавшемся метеорите. Такой подлянки он не ожидал. Но знаете, что самое жуткое? Когда ему удалось согреться, предварительно завернувшись в сорок восемь одеялок, до Сакурая дошло, что он потерял голос.
Имай, умотавший вниз, знать об этом не мог. Потому он отсиживался в уголочке в гостиной, а когда певец заглянул туда в поисках виновника, помахал ему ручкой и пробурчал:
- Это не я, оно само.
Гитариста из укрытия вытащили за шкирку. Швырнули на диван, а Атсуши, успевший натянуть только домашние штаны, ушёл заваривать себе чай. Пиздец шуточки. А вот с кухни уже стал доноситься кашель.
Хисаши не на шутку испугался и рванул на кухню.
- Ты что?
А что Атсуши ответит? Брюнет разыскал большое полотенце и накинул его на плечи, прикола ради успев им и горло замотать. Говорить было банально нечем: кроме хрипов кашля, связки напрочь отказывались издавать какие-либо звуки.
- Ты...ты чего, голос потерял? - казалось, Хису хватит удар.
Сакурай жестом показал, что гитарист "доигрался".
- Господи...прости, Атчан, я не знал... - Хиса состроил виноватую мордочку.
"А ты никогда ничего не знаешь".
Когда вода вскипела, Атсуши забил на неё и отыскал коньяк: высший градус всегда спасает от простуды.
Имай сидел рядом, поджав ноги.
Навернув стопку, вторую, третью... Певец стукнул кулаком по столу: было чувство, что ему связки под корень вырвали.
- Завтра отсидимся дома... - прошептал Хисаши, виновато опустив глаза.
Подумав, Сакурай сбегал в гостиную, принёс оттуда ручку с бумагой, написал на ней что-то и показал Хисе: "Уоттс мне должен. Вот пусть теперь тебе и поёт".
- Нет уж. Мне твой голос нужен. Прости, Атчан, прости... - гитарист сполз на пол и положил голову на колени брюнета.- Я и не думал, что у тебя голос пропадет...
Брюнет многообещающе постучал по столу.
- Ну Атчан...Бога ради...я все сделаю, только прости... - Имай вздохнул, прикрыв глаза и уткнувшись носом в колено брюнета.
Атсуши вздохнул и погладил блондина по волосам. А что ту сделаешь? Уже ничего.
Хисаши вздохнул, улыбнувшись.
- Я люблю тебя...
В ответ Сакурай мягко погладил Хису по щеке, тем самым говоря "Я тебя тоже люблю". Да и как его не любить? Ещё гитарой изнасилует, больно нужно...
- Ты мой хороший... - протянул гитарист, улыбнувшись. Потом прикрыл глаза, вздохнул и рассмеялся, пододвинувшись поближе и уткнувшись носом в пах брюнета.
Брюнет беззвучно дёрнулся, подняв голову Имая и недовольно покачав головой.
- Да к черту, - засмеялся Хисаши, фыркнув.- Уже и любовника поласкать нельзя никак.
Певец улыбнулся и покачал головой, при этом прикрыв глаза. "Нельзя". Правда потом Хису выпустили, Атсуши закрыл лицо ладонями и зашёлся в сильном приступе кашля.
Имай чуть улыбнулся и погладил брюнета по плечу.
- Извини, но...это решать не тебе. Ты всегда стонешь во время секса. Не обессудь.
И, не спрашивая разрешения, приподнял певца, стягивая с него штаны и облизнул член, придерживая его рукой.
Атсуши дёрнулся, как будто его током шибануло: он еле от кашля отошёл, а тут это... На этот раз гитариста оттащили за волосы. Мол, перестань издеваться. Хисаши зашипел и обиженно цыкнул.
- Ну и пожалуйста. Бука.
Сакурай передёрнул мышцами лица, вздыхая. С другой стороны, от халявного минета грех отказываться.
- Не дергайся, - фыркнул гитарист, устраиваясь у ног брюнета с лукавой улыбочкой.
Слабо улыбнувшись, брюнет вздохнул и развёл ноги пошире.
А Имай как назло: фыркнул и затылком повернулся.
- Вот и хрипи себе, обормотина стриженная.
Разумеется, за это его дёрнули за волосы и потянули назад: начал - продолжай.
- Ай...- протянул Хиса, разворачиваясь. Потом вздохнул и наклонился, возвращаясь к прерванному занятию.
Брюнет блаженно закрыл глаза и запрокинул голову, на всякий случай, придерживая Хису за волосы... Для подстраховки.
Только Имай отстраняться не собирался, а лишь ритмично двигал головой, стремясь заставить Атчана застонать. Ведь тот всегда стонет во время секса.
Собственно, через какое-то время из груди певца стали вырываться хрипы, только их нельзя было назвать стонами, даже несмотря на всю расслабленность и возбуждённость певца. Он пытался застонать, заставить сорванный голос проснуться, но в итоге едва не зашёлся в новом приступе кашля.
Имай прерываться не стал, лишь задвигал головой быстрее, обводя головку члена языком, прикусывая венки.
Зайдясь в очередной раз, Атсуши издал какой-то звук, похожий на рык, и погладил Хису по волосам. Это дохлый номер.
Хисаши не стал отказываться. Все равно дело до конца надо доводить.
Но чудо случилось на самой кульминации: когда терпения не осталось, и певца застиг оргазм, брюнет все-таки смог сдавленно застонать, жмурясь. Получилось.
Хисаши аж захлебнулся, кашляя и роняя белые капли. Потом поднял голову, облизнул губы и обнял брюнета за шею.
- Говоришь? Получилось?
Атсуши обнял любовника за талию.
- Кажется... Да.
Но голос прорезался.
- Получилось... - с радостью в голосе прошептал Хисаши, крепко прижавшись к певцу и улыбнулся, еще раз облизнувшись. - Черт. Налей чай, у меня во рту твой вкус...
- Вот так и ходи. Совсем отвык,- усмехнувшись, Атсуши протянул к столу руку и забрал с него кружку.- Пей.
Имай кивнул и принялся поглощать питье. Сакурай выдохнул. Ну и адреналин.
- Ну... значит, не зря старался, - улыбнулся Хиса. Потом залпом допил и рассмеялся, поднимая на Сакурая глаза.
- Пошли спать.
Брюнет вздохнул, прижав гитариста к себе.
- Ну... пойдем, Атчан?
- Нужно там белье поменять..
- Не страшно. Главное, ты говоришь. А я и так пересижу.
- Там все мокрое…- брюнет засмеялся, целуя плечи Хисы.
- Ну... поменяем, что уж, - Хисаши пожал плечами и облизнулся.
Атсуши поднял на любовника лукавый взгляд.
- Что? - склонил голову набок Имай.
- Добился ты таки своего..- Сакурай перебрался мелкими поцелуями на шею блондина.
- Чего? - немного откинул голову назад Хисаши, тихонько заурчав.
- Сам знаешь,- певец целовал мелко и медленно, как будто желая приласкать каждую клеточку кожи.
- Не знаю...- протянул Имаюшка, потянувшись. - Пойдем, я поменяю белье...
- Ох, ладно..- оторвавшись от гитариста, Атсуши натянул штаны и поднялся на ноги.
- А там посмотрим, - хихикнул гитарист, поднимаясь на ноги и умотал наверх.
Прежде, чем вернуться в спальню, Атсуши навел на кухне порядок. Имай же успел перестелить постель.
Сакурай вернулся с задумчивым видом.
- Нет, со стрижкой я все-таки поспешил.
- Почему? - поинтересовался Хисаши, тихонько замурчав и вытянувшись на кровати.
- Просто... Непривычно.
- Привыкай. Мне тоже сложно.
- Да ладно, сложно ему...
- Да-а-а-а-... - протянул довольный жизнью Хиса.
Атсуши закатил глаза и забрался на кровать, ещё немного покашляв.
- Спать.
- Зачем? - Имай пододвинулся поближе к Атсуши и чуть пихнул его в бедро. - Чего я там на кухне добился?
- Связки мои разбудил,- с улыбкой.
- Ты нужен мне с голосом, Атчан, - рассмеялся Хисаши, вытягиваясь на кровати и обнимая подушку.- Да и надо же было заставить тебя простонать, коль пассив из тебя теперь не особый.
- Ах, вот как?- удивленно.
- По меньшей части, - пожал плечиками Хиса.
- Как все, оказывается, просто.
- Атчан, да ладно тебе...- покачал головой Хисаши, улыбнувшись. Потом поднял руку и погладил брюнета по волосам, продолжая улыбаться.
- Кот. Кот, как он есть.
Брюнет отмахнулся и с улыбкой закрыл глаза.
- Ничего. Привыкнем.
- Угу...- улыбнулся Хисаши, взъерошив певцу волосы.
- Спать?- с сонной улыбкой.
- Ведро воды тебя не разбудило?
- Ты опять?- вяло.- Я устал. А ты - извращенец.
- Знаю. Спи уже, чудо.
- Сделал одолжение,- с усмешкой.
- Какое? - с легкой улыбочкой.
- Одолженное.
- Кэп. Спи!
Хисаши повернулся к брюнету спиной и завозился, обвиваясь клубочком вокруг подушки. Ну ладно. Вот певец и обнял его за спину, медленно засыпая. Имай еще долго лежал, стараясь заснуть. Были самые разные мысли: о новой стрижке любовника, о работе, о поездке домой...
Заснул Хисаши с наступлением рассвета.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:36 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Лето. Татеяма.

- Хидэ, не зарывайся в песок, фотоаппарат угробишь!
Матсумото поднял голову и улыбнулся, сделав пальчиками "викторию". Песок приятно согревал почему-то мерзнувшие ступни. Солнце над головой будто ласково улыбалось, а море плескалось, подставляясь ласковым волнам. Хидэ вдохнул полной грудью и рассмеялся, оборачиваясь. Хаяши радостно копался в песочке, сооружая из воды, песка и ракушек что-то непонятное. Тоши сидел рядом. Завидев взгляд гитариста, певец поднялся на ноги и прочапал до него, поднимая за собой пыль.
- Ну, как тебе Татеяма?
- У вас чудесная родина, - рассмеялся Хидэ.- Йошики просто молодец, коли вытащил нас сюда.
Так и было: Хаяши закапризничал, Дэяма согласился, а Матсумото сам увязался. Как обычно.
- И... Вуаля!- радостно известил зарывшийся по колени в песок рыжеволосый. Вышла у него надпись "We are X". Впрочем, кто бы сомневался, не так ли? Но он был безумно рад, что удалось приехать к берегу исторической родины. Йошики словно набирался сил здесь и возвращался в Токио вновь, чтобы творить.
- Хидэ, ползи сюда!- попросил драммер, вытягивая ноги и зарываясь пальцами в песок.
Матсумото рассмеялся, навел на рыжика фотоаппарат и щелкнул. Потом рассмеялся, поднялся с помощью Тошимицу на ноги. Музыканты переглянулись между собой и рванули до Хаяши на перегонки. Выиграл более быстрый и выносливый Матсумото, первым затормозив рядом с Йошики и первым делом щелкнув выложенную надпись. Тоши приземлился рядышком. Хидэ хмыкнул, убрал собранные в хвост красные волосы на плечо и растянулся на животе, подставляя спинку ласковым лучам.
На спину красноволосого сразу посыпался дождь из песка, устроенный, ну разумеется, рыжеволосым.
- Не фотографируй меня, я ненакрашенный!
Они были здесь уже два дня. Остановились в местном отеле. Это было... Чудесное место. Но Тошики возвращались не только потому, что родились здесь. Какая-то магия в этом была...
И Матсумото насквозь пропитался ей, заряжаясь невероятной энергией. На песок гитарист не обиделся, лишь улыбнулся и положил голову на руки, закрыв глаза. Тоши в очередной раз поразился терпеливости Хидэ и зевнул, забирая из ослабевших рук согруппника фотоаппарат.
- Осторожнее с техникой.
- А тебя только она и волнует, - отозвался красноволосый.
- Раритет тридцать пятого года. Бабушка в наследство оставила,- съязвил драммер, берясь за сооружение на макушке гитариста прически.- Ничего же ты не понимаешь.
Так что, эти трое отдыхали отлично. Ведь впереди тур...
- Что-то я проголодался.
- Там кафе в трёхстах метрах к югу, - Хидэ указал рукой, не поднимая головы.- Пошли туда Тоши, он принесет.
- А что сразу я?! - фыркнул Дэяма.- Ты на что?
- А меня причесывают, - пожал плечами Матсумото, улыбнувшись.- Можешь взять деньги из моего рюкзака, разрешаю.
- Да ладно, чуть позже вместе сходим,- Йошики усмехнулся. Конечно, станет он Тошеньку гонять... Да тот его заебёт ночью до еле живого состояния даже в случае полного отсутствия сил за такие выходки!
- А когда-то мы здесь ловили рыбу,- произнёс Йошики чуть позже.- Помню, собирались с мальчишками после школы... А за мной всегда убегал Кокки. Мы могли собраться плавать... А он смирно охранял мои вещи на берегу.
- Эксплуататоры, - рассмеялся гитарист, устраиваясь поудобнее. Тоши лег рядом и улыбнулся, рассматривая явно балдеющего Хидэ.
- Почему?- удивился Хаяши.- Я ему говорил, что ходить с мной не хорошо, что он может угодить в дурную компанию, мама расстроится... Но он всё равно ходил за мной хвостиком.
- Мой Хироши тоже все время рядышком болтался, пока я с гитарой возился...- протянул Хидэто, зевнув, - а сейчас со мной работает. Что уж с него взять, тянет мальчишку к музыке.
- Мы были такими же, - заметил Дэяма.
- Такие же и остались, - махнул рукой гитарист.- Йоши, волосы потом обратно в хвост собери, ладно?
- Неть!- фыркнул рыжик, запихивая в рот горстку орешков.- Хироши у тебя просто нянечка.
А, правда: младший Мацумото всегда был с ними. Брата оберегал.
- Ну и ладно, - фыркнул Хидэ, обиженно засопев. Потом поднялся и, отыскав в песке резинку, собрал волосы в хвост. Дэяма улыбнулся и перевернулся на спину.
- Ну, что ты натворил, твою через Йокогаму?- зашипел Йошики.
- Лишил тебя развлечения за твою вредность, - улыбнулся Матсумото.
- Я хотел купить цветок и вплести его...- обиженно.
- Вот купишь - и я весь ваш.
- Сам покупай, боярыня,- фыркнув, драммер лег на спину и закрыл глаза, подставляя себя солнышку.
- Ну... если куплю - вплетешь? - поинтересовался гитарист, улыбнувшись и вытянувшись на песочке.- Тоши, придави мою футболку камнем, а то улетит.
Дэяма хмыкнул, но выполнил указанное.
- Благодарю... - протянул Хидэ, ложась поудобнее и подставляя обнаженную спинку солнцу.
- Нет,- на этот раз Хаяши обиделся волне серьёзно.
- Не обижайся, Йоши... - протянул Хидэто, приподнимаясь и обнимая драммера за плечи.
- Уйди, противный,- отмахнулся рыжеволосый.- Тоши, будь хорошим мальчиком, убери этого неблагодарного.
- Извини, Хидэ, за прощение тебе придется платить, - рассмеялся вокалист, мягко отодвигая красноволосого в сторону. Тот послушно отодвинулся и распушил волосы.
- Чем?
- Натурой. А ты как думал?- Йошики улыбнулся, протягивая к брюнету длинные ручки.
- Я подумаю, - рассмеялся Хидэ, покачав головой.
- Тоши, иди сюда,- почти что потребовал Хаяши, продолжая дуться на гитариста.
Дэяма улыбнулся красноволосому и пересел поближе к Хаяши.
- М?
Рыжую головушку разместили на коленях певца. Пусть заботится. Тоши тут же принялся перебирать кудрявые пряди.
Рыжик заулыбался и даже подобрел.
- Ладно, ладно.. Завтра нужно будет совершить пару звонков по работе, а потом.. Потом можно будет поплавать. как думаете?
- Я за, - улыбнулся Матсумото, решив, что с Хаяши лучше не перечить. Тоши тоже покивал.
- Хорошо..
Йошики разомлел. Солнышко, друзья.. Романтика. А Хидэ переглянулся с Тоши и продолжил загорать.
- Работа... Чёрт. Я с вами совсем забыл о работе.
- И к чертям, Йо, к чер-тям!
- Да ладно?
- Да! - в один голос.
- Лентяи,- устало.
- Да! - и опять в один голосок.
- Выебать вас обоих,- невозмутимо.
- Меня не трогай, - пожал плечами гитарист. Дэяма чуть улыбнулся и погладил рыжика по спине.
- Не злись.
- Все бы меня до работы не пускать,- ворчливо.
- Ты свою спину помнишь? - поинтересовался Тошимицу.
Рыжик нахмурился.
- Тоже так хочешь?
- Катая тебя, я такое не заработаю, - пожал плечами вокалист. Матсумото чуть рассмеялся и перевернулся на живот, улыбаясь.
- А ведь он прав, Йо. Побереги себя, когда ты еще дома отдохнешь?
- Нельзя отдыхать,- задумчиво.- Неизвестно, что будет завтра.
- Завтра? - Хидэ уселся на песке и поднял лицо к солнцу, чуть щурясь.- Завтра будет солнце, море. Воздух. Завтра будет земля. Завтра будет жизнь. Конец света еще не скоро, а мы - молоды. Так что...
Солнце приласкало красные волосы, заставив Хидэ превратиться в пылающий факел.
- Неизвестно, будет ли солнце так же светить, или один из нас больше никогда его не увидит.
- Будет. А коли так - чем я не солнце?
- Ты больно жжешься,- Йошики засмеялся, приподнимаясь.- А здесь солнце всегда ласковое.
- Ну, извиняй, - пожал плечами Хидэто. Дэяма усмехнулся.
Обернувшись, рыжеволосый улыбнулся любовнику и лег обратно.
- Нельзя все отдалять. Жизнь учит, что мы - лишь маленькие кораблики, плывущие по течению жизни, времени.
- Жизнь больно распоясалась в последнее время, - хмыкнул гитарист, распустив хвост и улыбнувшись.- Так что не волнуйся, для нас завтра обязательно наступит!
- Он в этом уверен, Йоши, - шепнул на ухо любимому Дэяма, улыбнувшись.- Только посмотри на него.
- Больше двух говорят вслух! - тут же возмутился Хидэ.
Брюнета одарили насмешливым взглядом. "Так уверен, что вечно влипает в ситуации".
- Да ладно тебе, Хидэ,- с легкой улыбкой.- Солнышко наше.
Матсумото лишь улыбнулся в ответ.
- Ладно, пойдемте есть..- рыжеволосый потянулся, зевая.- Я страшно устал отдыхать.
- Балбес! - фыркнул гитарист, улыбаясь. Потом поднялся на ноги и показал согруппникам "викторию". Тоши тут же поднял Хаяши, поднялся сам и взял рыжика за руку.
- Кафе в трёхстах метрах, говоришь?
- Лично я смотался бы в магазин и в отеле что-нибудь приготовил.
- За это "приготовил" тебе администратор погром устроит. Ой!- Йошики подскочил и принялся отряхивать певца.- Тоши, ты весь в песке!
- Кто бы говорил...- усмехнулся Дэяма. Хидэ хмыкнул, натянул футболку и поднял с песка рюкзак.
- Этот живодер мне два года назад чуть все волосы не повыдирал, пытаясь листочки повытаскивать,- пожаловался драммер Мацумото.
- Есть стимул отомстить, - улыбнулся гитарист.
- Ему отомстишь,- приведя брюнета в порядок, Хаяши улыбнулся. "А то сам не знаешь, что он может".
- Не смотри на меня так, - пожал плечами красноволосый, улыбаясь.
- Так, мы есть идем или как?! - возмутился Дэяма.
- Молчать, тебе слова не давали! - Хидэ взъерошил брюнету волосы.- Йоши, обкорнай его, он оборзел.
- Обжора,- по-детски тихо протянул рыжик, щурясь.- Идём, детский сад. Дабы я невкусный.
- Не напоминай. Меня мать до сих пор этой фотографией упрекает, - пожал плечами вокалист. А Матсумото, шлепнув драммера по заднице и взъерошив волосы певца, подхватил рюкзак и бросился бежать.
- Ебать тебя во все дырки!- возмутился Хаяши вслед Хидэ, беря Тоши за руку.- "Ради тоооортика стараааааемся".
- Молчи лучше, - рассмеялся певец, утаскивая рыжика следом.
- Хидэ, стояяяяять!
Матсумото отозвался смехом.
- Поймаю - точно выебу,- пообещал драммер.
- Ты его поймай сначала! - отозвался Дэяма, перехватывая поудобнее фотоаппарат.
***
Хидэ так и не догнали, ибо Матсумото сдался сам, как только пробежал эти триста метров. Певец взъерошил красноволосому волосы и пинком отправил в кафе, заводя туда и рыжика.
- Ну, ты помягче с ним.. А от задушит ночью полотенчиком,- усмехнувшись, Йошики завалился за столик и сразу взялся за изучение меню.
Хидэ и Тоши устроились рядышком.
- Хочу данго,- через полчаса раздумий выдало патлатое чудо, некогда именуемое Синдереллой.
- Онигири, - щелкнул пальцами Хидэ.
- То же самое, - показал на гитариста певец.
Милая официантка тут же кивнула и поспешила за заказом.
- И сок!- бросил рыжик вдогонку.
- Водохлеб...- насмешливо протянул Хидэто.
- А тебе бы все саке,- недовольно.
- Лучший способ выжить в этом мире - напиться, - пожал плечами Матсумото.
- Не думал, что скажу так, но я согласен с Хидэ...- протянул Дэяма.
- Тоши, 89-й, после саммита кто-то нажрался, а с утра встать не мог. Тебе напомнить?- с усмешкой.
- Мне до сих пор интересно, как это я так умудрился с лестницы упасть...- протянул Тоши, разглядывая Хаяши. Потом послышался сдавленный всхлип - гитарист ударился головой о стол - и ржач с его же стороны.
- Ты все еще веришь, что упал с лестницы?- рыжик хмыкнул.
- Я на это надеюсь, иначе тебе пиздец, - фыркнул вокалист. Хидэ заржал.
- Наиииивный.
- Хаяши, ты попааааал.
- Тоши стал мужчиной и не помнит этого,- с ухмылкой.
- Йошики...- протянул Дэяма.
-...беги! - закончил Матсумото.
Однако Няша принялась за десерт с наглой мордой лица. Хидэ улыбнулся, постучал палочками и принялся за еду. Тоши фыркнул. Что, не знал, кого в супруги взял?
Ну, хоть поели нормально. Это радовало. Зато в отель возвращались бегом. Хаяши бежал и орал, как резаный. Хидэ бежал рядышком, время от времени оборачиваясь и поглядывая на Тоши. Вокалист явно отстал. Влетев в фойе, драммер упал на диван. Хидэ шлепнулся рядом. Дэяма прибежал через тридцать секунд - Матсумото засекал.
- Привал,- рыжик выдохнул.
- Это да...- вздохнул гитарист, улыбаясь и потягиваясь. Потом схватился за голову и, бросив "Я скоро", умотал. Тоши пересел в ноги драммера и вздохнул.
Гитарист вернулся через несколько минут, держа в руках розы, которые всучил рыжеволосому.
- Держи. Ты обещал мне в волосы вплести.
- Налысо его,- мрачно буркнул Йошики любовнику, беря цветы. Через пару минут Мацумото смахивал на девушку.
- А мне нравится!
- На панель,- хихикнул рыжик.
- Перебьешься, - улыбнулся Матсумото.
- Нэ?
- На панель пойдешь ты.
Йошики округлил глаза и принялся дубасить гитариста по макушке.
- А-а-а-ай! - запищал Хидэ, закрывая голову руками.
- Я тебе сейчас дам такую панель!
- А что?
Рыжик замер и повернулся к певцу.
- А ты что молчишь?
- А я не ввязываюсь, - улыбнулся Тоши.
Драммер злобно зарычал.
- Не злись, Йоши.
- Идите к Дьяволу,- драммер поднялся на ноги и смахнул волосы с плеча.- Оба.
- К Сакураю? Отказываюсь, - пожал плечами Хидэ, устраиваясь на диване.
- Хочешь, по комнатам разбредемся...- протянул Тошимицу. Музыканты сняли один номер, но с двумя комнатами.
Бедный, бедный Хидэ. Вот как он согласился на это... Опять? Да и как согласился Хаяши после... Того случая?
- Честно? Я дико хочу выпить.
- Я тоже хочу, - пожал плечами гитарист.
- Давайте сделаем заказ в номер, а?
- Ну... давайте.
Разумеется, музыканты были утащены в номер под довольное "мимими" Йошики.
А вот в три часа утра... Нормальные люди были в хлам. Точнее, Хидэ в хлам, Тоши спал… А Хаяши пьянеть не хотел и упорно пытался втемяшить всё отрицающему Хидэ байду, суть которой сам забыл.
- Ну, блин!
А Хидэ, явно наклюкавшийся, сидел рядышком со спящим Тоши и все отрицал.
- Ну, блин, проще Сугихару в свадебное платье в третий раз засунуть, чем что-то с этим сделать!- утверждал рыжеволосый.
- Да-а-а, - рассмеялся Хидэто, потягиваясь.- Давай спать?
- Кто-то обещал меня выебать, простите,- Йошики развёл руками,- в живых не оставлять за выходки столетней давности,- клавишник кивнул на певца.- А что спать? Давай ещё наливай.
- Чтобы ты и меня выебал? - поинтересовался Хидэто. - Я и так нихера с утра не вспомню.
- Ааааа, нужен ты мне был,- усмехнулся Хаяши, вытягивая ноги и прижимая бутылку с вином к себе.- Знаешь... Верь - не верь, но я решил завязать со всей этой ерундой. Всё-таки, мы уже не дети, постригусь скоро, всё такое... И Тоши,- рыжеволосый с улыбкой погладил ладонь спящего любовника.- Не хочу, чтобы он ревновал меня к кому-нибудь. Кажется, я наигрался, чёрт возьми.
- Бра-во, Йошики! - засмеялся Хидэто, улыбнувшись и сползая к ногам Хаяши.- Молодец. Еще немного - и совсем мужиком станешь, жаль только, что гей.
Тошимицу завозился во сне. Хидэ чуть улыбнулся и взъерошил волосы вокалиста.
- Что вы в этом находите?..
- Не гей. Просто... Музыкант с нетрадиционной сексуальной ориентацией,- Хаяши заулыбался, глядя на Тоши.- Знаешь... У меня ведь были отношения с девушками даже сейчас, в то время, пока для всех я с ним. Но... Не то всё равно. Мама говорила...- драммер улыбнулся.- Когда она носила под сердцем меня, уверена была, что девочка родится. Но вылупился я. Может, поэтому? Ты же знаешь: я был слабым и практически непригодным для жизни ребёнком. Только Тоши меня всегда поддерживал, - рыжеволосый прикрыл глаза, улыбаясь.- Я не знаю. Честно, не знаю. Но... Когда у нас всё началось в школе, я ни на секунду не желал останавливаться. Не было момента, когда хотелось остановиться и сказать что-то вроде "Эй, Йошики, остановись, это же аморально!"- клавишник пожал плечами.- Наверное, я всё-таки должен был родиться девочкой. Лучше спроси у Тоши, почему он выбрал меня. Поклонниц... У нас обоих всегда хватало.
- Мда...- протянул ошеломленный таким признанием Хидэ.
- Спроси у тех, кто дольше вместе, чем мы. Хотя..- драммер напряг память.- Только если Хисаши и Атсуши. Они же... с восемьдесят пятого?
- Вроде да, - пожал плечами гитарист. - Только… по-моему, они еще и расставались на год или два. Хотя я не знаю, я в этом не разбираюсь.
- Полтора. Но им это не помешало,- Йошики улыбнулся.- Но, при этом, я ничего не имею против девушек.
- То есть... бисексуал? - улыбнулся Хидэ.
- Нет такой ориентации. Скорее, не женофоб,- Йошики чуть нахмурился.- Может... Однажды у нас обоих будут жены, дети... Но я... Искренне хочу всю жизнь провести с Тоши.
- Ну... почему нет? Ведь ты его любишь, да и он тебя обожает. Вы только не разойдитесь по какой глупости...- протянул гитарист, зевнув. - Пойдем по постелькам. Тоши я дотащу.
- Поглядим,- драммер улыбнулся.- Ты иди. Я ему сначала головомойку устрою.
- Ну... спокойной, - драммера обняли, и гитарист быстро умотал в свою комнату.
- Доброй,- рыжик улыбнулся и принялся расталкивать певца.- Тоши?
- М? - поднял голову Дэяма, сонно поглядев на Йошики.
- Просыпайся, Солнышко,- Хаяши поцеловал любовника в губы и поднялся на ноги.- Пойдем?
- Куда? - протянул музыкант, приподнимаясь.
- А постельку. Но лучше сначала в душ.
- Ну... пойдем.
Тошеньку утащили. Устраивать головомойку. А то, как с утра плавать?
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:36 | Сообщение # 6
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Йошики и Шизука. Воспоминания.

Последние две недели января Йошики решил провести в Америке. Это был ещё 1994-й. Чёрт знает, почему вдруг драммер решил об этом вспомнить.
Быстро наплетя Тоши и остальным что-то про работу, он предложил своей новой подружке – а для всех, как уже говорилось, подопечной – провести некоторое время вместе. «Они жили в разных городах, но часто разговаривали по телефону. Йошики мог рассказать ей то, о чем обычно никому не говорил. Искренние доверительные беседы дарили ему душевное спокойствие. Перед ней не было нужды притворяться. Это душевное тепло Йошики ощущал каждый раз во время разговоров.» Он никогда не думал, что сможет доверять так хотя бы одной женщине. Разумеется, кроме матери. Но эта девушка его просто покорила своим талантом. Её голос ещё там в Японии дал ему понять: её упускать нельзя, он хочет писать для неё музыку. Её подарок ему на день рождения – его портрет, добил драммера окончательно. Тогда он уже твёрдо решил, что так просто её не отпустит.
Что эти двое делали вместе в Америке? Да, в общем-то, ничего особенного: гуляли вместе, работали в студии, она рисовала, пока он сочинял музыку, или он учил её играть на рояле. И как-то рыжеволосый упустил момент, когда по студии стали ходить уверенные слухи об их отношениях. Но почему-то это его мало волновало.
Шизуку - а именно так звали певицу - это вообще не трогало. Брюнетка просто общалась с Йошики, причем тесно. Это...забавляло, да и вообще было хорошим способом убить время.
В тот день они сидели у Йошики дома. Девушка рисовала новый пейзаж под вдохновением от музыки, извлекаемой из рояля.
- И... Что это будет?- с улыбкой поинтересовался рыжеволосый, перебирая клавиши. Знаете, было очень тепло. Душевно. Так, будто бы они были вместе всю жизнь.
- Пейзаж. Скорее всего, по памяти гора Фудзи на горизонте и сакура на переднем плане, - пожала плечами хрупкая художница.- А ты играй, ко мне вдохновение приходит.
- Ладно-ладно,- Йошики согласно пожал плечами, краем глаза наблюдая за плавными движениями кисти.- Правда, я не знаю, когда теперь нам удастся провести время вместе.
- Ничего, я подожду, - отозвалась увлеченная работой художница.
- У тебя и у самой будет немало работы,- с лёгкой улыбкой.- Как раньше, будем созваниваться по вечерам?
- Конечно, если тебе не трудно, - Кудо рассмеялась, отстраняясь на минутку и взъерошивая рыжие волосы драммера. Потом подумала, обмакнула палец в краску и нарисовала по три полоски на щеках и точечку на кончике носа.- Вот тебе и кошечка.
И вернулась к пейзажу, как ни в чем не бывало.
- Эй!- рыжик рассмеялся, быстро пробегаясь пальцами по щеке. Краска. Правда, кот.- Ну и как теперь это отмывать, скажи на милость?
- Возьмешь растворитель, протрешь щеки и умоешься, - засмеялась девушка, приступая к рисованию сакуры.
- Ну, так неинтересно,- поднявшись, драммер присел за Шизукой, обнял её под руками и сладко заурчал ей на ушко.
- Ну, Йоши... ладно-ладно, я сама тебя ототру! - рассмеялась девушка, оборачиваясь.- Да закончу.
- А я разве мешаю?- тут же карие глаза стали самыми большими и печальными на свете.
- Нет, мой хороший. Просто не сопи на ухо, как ежик, - ласково улыбнулась Шизука.
- Как? Вот так?- разумеется, Йошики сразу убрал волосы девушки от её ушка и жарко подышал в него.
- А-а-ах... Йоши, перестань, пожалуйста... - заныла девушка, роняя кисть.
- Не пущу,- с лёгкой улыбкой.- Хммм, как можно ронять кисть за работой?
- С тобой - можно...
- А я, как глава этого безобразия, не разрешаю,- шатенку поцеловали в щёку.- Всё, нарисовалась?
- Не совсем, но ладно... - протянула Кудо.
- Я умею вовремя влезать, - с улыбкой. Вот так, обнявшись, они могли просидеть весь вечер.
- Йоши, ты эгоист.
- Конченый,- с усмешкой.- Ты что-то имеешь против?
- Да. Ты не даешь мне рисовать...- улыбнулась Шизука, прижавшись к рыжику.
- Ничего. Вся ночь впереди,- Йошики положил голову на плечо девушки.- Хммм... Может, найти тебе хорошего жениха, а?
- А ты чем не жених? - рассмеялась девушка.
- Я староват для тебя,- с усмешкой.- А что? Устрою вам совместную группу, гастролировать вместе будете... Как думаешь?
- Как вариант, - пожала плечами девушка, улыбнувшись и поднимая с пола кисть. Потом сделала еще пару мазков на холсте, развернулась к драммеру и хлопнула в ладоши.- Подставляйся, творить буду!
- Ни за что!- Шизуку тут же выпустили, а Йошики лисёнком спрятался под роялем.
- Ну... я на спине порисовать хотела... - обиженно шмыгнула носиком Кудо, возвращаясь к холсту.
- Милая, я же не холст?
- На спине - можно!
- Но Шизука?- попросил Хаяши, высовываясь и делая губки бантиком.
В ответ - обиженное сопение и шелест кисточки по холсту. Вздохнув, рыжик выбрался из-под инструмента, на четвереньках дополз до девушки и вытянулся рядом.
- Рубашку снимать?
- Да! - тут же запищала от восторга Шизука.
Тихо пропищав "за что мне это?", Йошики стянул с себя рубашку и вытянулся на животе, ладонями закрывая глаза.
- Не бойся... - улыбнулась Кудо, беря палитру и чистую кисть. Потом подумала, окунула кисточку в черную краску и принялась рисовать. Драммер... Просто ждал, изредка смеясь.
- Щекотно.
- Потерпи.
Вода, оранжевая краска, мазки, вода, белая, мазки...где-то минут через двадцать на спине Йошики красовался кот - большой, черный, вытянувшейся на оранжевой подушке и поблескивающий зелеными глазами.
- Свободен!
Йошики повернул голову. Обзора было мало, но увиденное заставило его завизжать по-девчачьи.
- Что? - испуганно.- Не нравится?
- Это как я? Как я?- Йошики поднял на девушку взгляд.- В таком виде? На сцену?
- Смоется, не бойся. Ну... если совсем не нравится - иди сюда, смою... - Шизука опустила глаза.
- Да нет же,- драммер еще раз выгнулся, рассматривая котяру.- Мне нравится. Серьезно,- с легкой улыбкой.- То, что нужно ведь.
- Правда? - у девушки загорелись глаза.- Тебе действительно нравится?
- Я бы вышел с таким спутником на сцену,- абсолютно серьезно.- Только придется тебе рисовать водостойкими красками.
- Ничего. Если захочешь - нарисую и водостойкими! - махнула рукой девушка.
- Договорились,- перевернувшись на спину, Йошики сел.- Парни помрут от зависти.
- Да? - девушка рассмеялась.- Осторожнее, не до конца высохло. А вот краску на лице уже можно смывать.
- Пусть,- юноша махнул рукой.
- Ну, смотри.
А Кудо, пока не видят, принялась рисовать дальше.
Рыжик потянулся, сладко зевая.
- А спать?
- А ты иди, я скоро приду.
Однако Йошики остался лежать.
- Ну, Господи, ладно, иди сюда. Только не тереби меня сильно, последняя наша ночь была хоть и фантастической, но медленной. Дай дорисую, а потом делай, что хочешь.
- Вот уж, где меня не критиковали,- чуть недовольно. Однако музыкант смирно вернулся за рояль, решив немного добавить в картину музыкальных красок.
- Все бывает в первый раз, - рассмеялась Кудо, продолжая рисовать сакуру.
Рыжеволосый в ответ недовольно шикнул, продолжая играть.
Минут через пятнадцать девушка развернула холст к рыжику, показывая пейзаж.
- Ну, как?
Как по команде, мелодия остановилась, а Йошики устремил свой хмурый взгляд на картину. Смотрел он долго, не моргая.
Шизука терпеливо ждала. И вот так всегда: спустя некоторое время драммер рыжим вихрем слетел на пол и приземлился на коленки рядом с девушкой, ещё пристальнее вглядываясь в картину. Кудо помотала головой, ожидая приговора. Потом, наконец, Хаяши повернул голову к шатенке. И только тогда - о чудо! - он улыбнулся.
- Ради этого стоило подождать. Ты молодец.
-Спасибо! - расплылась в улыбке девушка.
Кудо обняли за талию и прижали к себе руки Йошики.
- И как тебе только удаётся так рисовать?
- Не знаю. Я просто рисую.
- От сердца идёт. Как у меня с музыкой,- с улыбкой.- Это.. Очень здорово.
- Спасибо... - девушка прижалась к рыжеволосому.
- Но сейчас..- рыжик потянулся.- Пойдём, бесстыдница, будешь чёрного с меня смывать.
- А если не буду? - рассмеялась девушка.
Йошики наклонился к её уху и шепнул.
- Тогда я тебя научу хорошим манерам, и ни о каких "медленно" можешь больше даже и не просить.
- А что будет? - с легким любопытством.
- Хочешь узнать?
- Мне любопытно...
И уж Йошики её любопытство сполна утолил тогда: поднялся на ноги, поднял Шизуку, разместил на своём плече и унёс в ванную "уму-разуму учить".
- Ай, Йоши, Йошики! - запищала Шизука, рассмеявшись.
Однако... Однако... Кто кого вымыл, и кто кому головомойку устроил в конечном итоге - ещё вопрос.
А ещё вопрос, почему Хаяши вообще об этом вспомнил.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:37 | Сообщение # 7
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Осень 95-го.

Октябрь 95-го года вышел народу шоком: Тайшо всея японского рока в один прекрасный день заявился в студию... Без своих длинных волос! А потом уговорил постричься и Тоши, но прежде отправил его на неделю в Америку по делам.
Но это ладно. В один день Хидэ позвонила девушка, с которой он тогда встречался, и попросила вечером встретиться.
- Хидэ, это очень важно,- взволнованно произнесла Хотару.- В нашем кафе в 5.
Мацумото, разумеется, пришел туда в назначенное время.
Брюнетка ждала его уже за столиком, размешивая ложкой зеленый чай в чашке – она терпеть не могла горький чай. Она заметно нервничала, хотя и пыталась сдерживаться. Увидев гитариста, девушка помахала ему рукой.
Матсумото стремительно прошел к указанному месту, улыбаясь. Потом сел рядом и погладил девушку по темным волосам.
- В чем дело, милая?
Хотару помолчала, как будто бы увлекаясь чаем. Потом отрешённо отложила ложечку и устремила взгляд на красноволосого.
- Сколько мы уже встречаемся?
- Месяца три, как бы не больше, - отозвался после некоторой паузы музыкант, взъерошивая еще длинные красные волосы.
- Месяца три..- повторила Хотару, кусая тонкие губы.
- В чем дело? - поинтересовался Хидэто, пододвигаясь поближе к брюнетке. Ласково погладил ее по щеке, провел пальцами по закушенным губам. Карие глаза смотрели немного встревоженно. Это была одна из тех девушек, с которыми Хидэ не хотел расставаться.
- Ты крепко сидишь?- тихо.
- Не тяни кота за хвост.
Девушка сложила руки на животе.
- Четыре недели.
- О Господи... - выдохнул Хидэ, отшатнувшись. Потом помотал головой, устремил на девушку недоверчивый взгляд, - Что, правда? Ты...залетела от меня?
- Залетает птица в форточку,- грустно. Хотару была непривычно хрупкой даже для японки. Но это не мешало ей быть нервным комком.- В общем, да.
- Мда... - протянул Хидэто, взъерошив красные волосы. Потом глубоко вздохнул, прикрыл глаза и покосился на девушку сквозь пушистые ресницы.- И что ты собралась делать?
- Уже сделала,- допив чай, карие раскосые глазки впервые уставились на красноволосого.- Я помню: ты говорил, что для тебя важна работа, Хидэ.
- Девочка моя, ты что, охренела? - вкрадчиво поинтересовался Матсумото, склоняя голову набок.- Ты...ты что, совсем на голову того? Какая к черту работа? На тебя я всегда время найду. Нет, блять, ну я в шоке просто, - гитарист взъерошил себе красные волосы.
- Хидэ, хватит,- девушка положила ладони на стол.- Мне нужно закончить учебу. А ты вечно на концертах. Это же несерьезно. А ребёнок - это большая ответственность.
- Господи...милая моя,- покачал головой Хидэ, погладив Хотару по голове.
Брюнетка совсем поникла, рассматривая гитариста.
- Нам нужно расстаться. Думаю, ты понимаешь, почему.
- Жаль. Мне честно жаль. Ты мне очень дорога. Не хотелось, - покачал головой гитарист, погладив девушку по голове и ласково поцеловав её в щеку.
- Ты хороший, я привязалась к тебе,- виновато.- Но ты сам понимаешь..
- Понимаю, милая. Понимаю, - кивнул Матсумото.
- Прости. Ты будешь еще счастлив, я просто уверена,- чуть улыбнувшись, Хотару растрепала волосы Мацумото и коротко поцеловала его в губы, поднимаясь из-за столика.- Прости, что так вышло. Я пойду.
- Да. Удачи тебе, - улыбнулся гитарист, обнимая девушку за плечи и лукаво улыбнулся.- Но право на последний поцелуй у меня есть.
И прижался к губам Хотару, крепко прижимая ее к себе.
Конечно, есть. Потому девушка и не сопротивлялась. Все-таки не каждой выпадает шанс встречаться с гитаристом Иксов. Она давно пожалела о решении избавиться от ребенка. Но мешать карьере Хидэ было себе дороже. Они оба переживут.
Какой бы скандал устроил ему Хаяши, узнай, что Мацумото собирается стать отцом!
Матсумото оторвался от девушки, ласково погладил по волосам и быстро пошел прочь. Хотелось напиться. Собственно, это Хидэ и сделал. Напился и поперся домой. Не к себе. Кто у нас психологом у пьяного гитариста работает? Правильно, Йошики. К нему и поперся нетрезвый лид-гитарист. Добрался до дома рыжика, позвонил и стал ждать.
Хаяши спал, вот не поверите. Тоши должен был вернуться через два дня, скучно, одиноко, работа не в радость...
И среди ночи позвонили. Йошики долго не хотел вставать... А потом догадался, что в такой час и так долго ломиться мог только Хидэ. Пришлось быстро накинуть халат и спуститься вниз. А постель покидать не хотелось, хотя она и была холодной. Но он поднялся, оделся, едва шею не свернул на лестнице... Но вот заспанный рыжик появился на пороге, открыл дверь и пропустил гитариста в дом, понимая, что явно ночь будет длинной:
- Валерьянка, кофе, коньяк?
- Приятное общество и теплое тело под боком, бля, - отозвался Матсумото, заваливаясь в дом рыжика.- Лучше кофе, я и так напился.
- Проходи,- не задавая лишних вопросов, драммер прошел в кухню и занялся кофе. Хидэ просто так поздно не приходит.
- Йо... ты сядь лучше,- Хидэ замер у двери, облокотившись на дверной косяк.
- Да належался уже,- поставив турку на огонь, Хаяши не стал спорить и сел на стул, взволнованно рассматривая Мацумото. Взъерошив непривычно короткие волосы, драммер чуть-чуть похлопал ресницами.- Случилось что-то?
- Хотару залетела от меня, - вздохнул красноволосый. Потом сел на пол и прикрыл темные глаза. - Потом сделала аборт. И мы расстались.
Если бы рыжеволосый держал в руках чашки - на полу были бы осколки.
- Хотару? Сама? Аборт?- Йошики посидел, потом поднялся и выпил стакан воды. Залпом. У Хидэ.. Мог быть ребенок. А девушка...
- Что ты собираешься делать?
- Ну...искать новую девушку. С Хотару мы разошлись, - вздохнул гитарист, утягивая со стола чашку.
- И что ты.. Как ты сам?- поднявшись, Йошики подошел к Хидэ и обнял его за плечи.
- В запое, епт, - отозвался Хидэ.- Я теперь без тепла на ночь остался.
- Жаль. Сочувствую,- рыжик поджал губы.- Оставайся пока? Тоши даже когда приедет, не будет против.
- Хаяши... я, может, и пьян, и не вспомню потом об этом... но...- Хидэ отпил глоток кофе и поднял на Йошики глаза.- Но именно поэтому я это и сделаю. Не напоминай мне об этом.
И, схватив драммера за короткие рыжие лохмы, притянул его к себе и поцеловал в губы. Просто поцеловал, не собираясь делать что-либо еще.
Мацумото было больно. И это понятно: было хорошо известно, как эта девушка нравилась ему, а теперь еще она избавилась от его ребенка, они расстались.. Драммеру было искренне его жаль. И он не стал отталкивать, совсем не сопротивляясь и отвечая, приобнимая крепче. Ему ведь это нужно.
Хидэ целовался очень хорошо. Были случаи, когда он своих любовниц чуть ли не до оргазма одним только поцелуем доводил, настолько развратно и жарко он целовался. Вот и сейчас он целовался точно так же. И жмурился, не видя того, кого целует на самом деле. Было, конечно, немного любопытно, кого представлял Хидэ рядом с собой. Впрочем, это было неважно. Задача Йошики была в отдаче инициативы гитаристу. Чтобы не спугнуть, не разозлить - мало ли. Драммер даже дышать боялся, ведь красноволосый целовал его так, что ноги подкашивались! Потом гитарист поднялся, прикрыл карие глаза и тихонько выдохнул. Схватил рыжика в охапку, притянул к себе и продолжил целовать, потихоньку отходя назад. Дом Йошики он знал, а потому шел в спальню, не отрываясь от губ драммера. А вот тут Хаяши стало не по себе: что он делает вообще? Что они оба делают?
- Хидэ..- тихо, через поцелуй Страшно, ведь его нужно остановить, пока поздно не стало.
- Помолчи, - отозвался красноволосый, заходя в комнату. И толкнул драммера на кровать, нависая сверху.
- Хидэ, ты чего?- здесь уже стало действительно страшно. Только этого ему и не хватало!- Хидэ!
- Тихо, - шикнул Матсумото, затыкая рыжеволосого поцелуем. И крепко прижал к себе, поглаживая по рыжим лохмам. А потом лег рядом и крепко-крепко прижал его к себе. Как хорошо, что Тоши приедет только через два дня, а...
- Поспи, пожалуйста.
Хидэто кивнул и обнял рыжеволосого.
- Не говори мне о том, что было. Пускай я забуду это.
- Спи, не волнуйся...- Хаяши погладил Хидэ по красным лохмам.- Отдыхай. Все хорошо.
- Угу... - гитарист тут же провалился в сон.
А Йошики долго не мог уснуть, разглядывая спящего Хидэ. Всегда раньше драммер забирался к нему в кровать, а в этот раз наоборот... Хорошо, что они были друг у друга. Хотя бы в дружеском смысле.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:37 | Сообщение # 8
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Воспоминания о 89-м. В-Т.

Лето. Тепло. Солнышко. Ветерок. И звонкое "бултых!" - Хошино с Ютакой наперевес уронили в прудик Имая. Да-да. Вы не очитались. А все потому, что Атчан в последнее время начал ныть, что ему солнышка не хватает. И отдыха тоже. Сакураю вообще вечно чего-то не хватает. А Хисаши слабовольно поддается этим капризам. Результат - Buck-Tick были утащены за пределы шумного Токио и устроены на полянке с прудиком посреди леса. Предусмотрительные братья заранее приготовили все, просчитали маршрут, время...да вообще все: это же Хигучи.
Сейчас Толл с Атчаном сидели на берегу и жевали приготовленные заботливым Ютой бутербродики. Хошино с великим кулинаром на спине стояли у водоемчика и рассматривали воду на наличие Хисаши. Лидер Buck-Tick перекувырнулся в воде, показал наблюдающим за ним согруппникам средний палец и вынырнул, убирая за спину мокрые волосы.
- Обормоты.
Белый нынче не в моде - певец очень хотел загореть. Кто мог подумать, что за ними увяжется вся группа?
- Тише!- попросил Атсуши, всовывая в руки Такеши еще бутерброд.- Простудится же!
- Витаминками накормим,- пообещал Юта, после чего стряхнул в воду Хидэ и со смехом ускакал прятаться за брата.
Имай тут же ушел под воду - подальше от брызг. И пока вынырнувший Хошино отфыркивался и злобно косился на Хигучи-младшего, Хисаши отплыл подальше и выплыл там, подтягиваясь на руках и отряхиваясь. Светлые мокрые волосы сверкали на солнышке. Имай улыбнулся ему - будто здороваясь с ним в очередной раз за день - и бросился к согруппникам. Вытащил из воды Хидэхико. После чего ритмер и соло-гитарист таки добрались до проказника-басиста и скинули его в этот самый прудик.
Юта барахтался, как рыбешка на сковородке. Но не сдался: набрал в ладошки воды и давай себе брызги поднимать. Разумеется, это не могло не потревожить Атсуши, тут же поднявшего ор.
Имай мгновенно удрал к Сакураю - успокаивать своего благоверного. Хошино не выдержал, сам, добровольно, сиганул в пруд, после чего Ютаку принялись топить и вообще всячески с ним играть.
- Господи, дети...- улыбнулся Имай, устраивая голову певца у себя на коленях и перебирая светлые волосы. Певец был...нечто. Действительно нечто. Имай безумно радовался, что решился в ту ночь, четыре года назад, устроить себе такой роскошный подарок.
- Вкусно,- пробурчал Атсуши, всовывая гитаристу в зубы бутерброд. Четыре года! Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно?
- Убиваааааааают!- донеслось от воды сквозь дикий ржач. Видимо, хреновый из Юты утенок. И что вы думаете? Глубокоуважаемый Ягами, наплевав на запрет о "десяти минутах после еды" поспешил... На помощь Хидэхико.
- Не утопят, так вымоют,- с легкой усмешкой Атсуши вытянул ноги и ласково пожурил своего мышонка.
- Атчан, я мокрый. Не лезь. Ты же загораешь...- улыбнулся Хиса, коротко целуя любовника в губы и вытаскивая из корзинки полотенце. Взъерошил им волосы, улыбнувшись еще шире, и устремил взгляд на веселящихся согруппников. Хошино, видимо, своей цели добился, ибо очень скоро выполз из водоема, таща на спине Хигучи.
- С доброй охотой, - помахал ритмеру Имай.
- И вам не хворать.
Юту закутали в полотенчик, как и Хидэ.
- Детский сад,- изрек драммер, сдергивая брата "по травке побегать". Засиделись в городе - слов нет.- А для правильного загара нужно по чаще окунаться в воду.
Атсуши тут же схватил Хису за плечи с воплем "Не полезу! "
- Пойдем вместе? - поинтересовался всегда находящий компромисс "мышонок", ласково перебирая светлые волосы любовника.
- Иди, Атчан, заодно Хису окунешь еще разочек! - улыбнулся Хошино, утянувший бутербродик с колбасой и огурцом. Имай хмыкнул и, стянув с себя полотенце, поднялся на ноги, потянув за собой Атчана.
- Пойдем! Вода теплая.
- Оооох, провокаторы..- поднявшись, Атсуши взял любовника за руку. Оба музыканта побежали к воде, и вскоре послышался грозный плеск.
- Нифига себе Атчан место занял..- Юта плюхнулся на место певца, вытягиваясь на животе и блаженно жмурясь.
- Да, Атчан такой. Ты посмотри на них, посмотри! - удивленно выдал ритмер. Имай тем временем состроил из себя русалочку: ушел под воду, проплыл между ног певца, не забыв пощекотать его промежность, и вынырнул в нескольких метрах, смеясь.
Басисту закрыли глаза, а Атсуши ушел под воду и исчез.
Имай улыбнулся и огляделся по сторонам: куда же его чудо подевалось.
Однако певец не выныривал. Ни через минуту, ни через две, ни через пять. Уже даже привыкший к выходкам Атчана Имай начал оглядываться по сторонам в поисках Сакурая.
А ведь даже намека на певца не было.
- А он плавать-то умеет?- донеслось с берега.
- Не знаю...- отозвался Хошино. Имай молча нырнул, показавшись через минуту.
- На дне я его не вижу.
Когда Хисаши отвлекся, глядя на берег, внезапно со спины его окатило водой и... Стащило плавки. Кто, думаете, это был, да еще и на берег успел выскочить, сияя?
- Атчан, собака! - взвыл Май-Май, ныряя и отбирая у блондина плавки, после чего отплыл подальше, возвращая себе первоначальный вид.
- Надо же, живой! - отозвался с берега Хидэ.
Имаюшка тут же сориентировался и удрал в кусты переодеваться.
- Хиса, а как же я?- поинтересовался певец, в ужасе обнаруживая тут же вытянувшегося на своих коленях басиста.
- А ты у нас мать,- заявил не менее шокированный сей выходкой драммер.
- А ты у меня любимый, - хмыкнул Имай, выходя все в тех же бриджах и устраивая Юту у себя на коленях.- Ну чего ты? Витаминки хочешь?
Хошино потерял челюсть и ушел купаться.
- Всю жизнь, мечтал усыновить братьев Хигучи,- правда, басист намертво вцепился в коленки блондина и как давай канючить "мааааааамаааааааааааааа". Атсуши чуть в обморок не упал.
- Юта...- позвали одновременно Имай, поглаживающий Сакурая по голове, и Хидэхико, наконец оторвавший басиста от Атсуши.
А басист давай орать "мама!".
- Юта, ты чего?- удивился даже Такеши, поглядывая на брата с явным подозрением.
Потом Юта косо зыркнул на отодравшего его от певца ритмера и завис. Это же надо!
- Юта, не хулигань, - улыбнулся Хисаши.
- Он ревнует,- удивлённо добавил драммер. Потом подумал и утащил басиста с ритмером обратно в воду.
- Твою мать,- выдал Атсуши.
Хисаши с легкой улыбкой погладил Атсуши по мокрым волосам, шепча ему на ухо:
- Зачем ты вылез из воды? Мне так хотелось поласкать тебя...
Хошино с руганью ушел под воду.
- А чтобы ты не дразнился, ирод крашеный,- хмыкнув, певец перевернулся на живот и вытянулся, урча. Настоящий котёнок на солнышке.
- Глупенький, - улыбнулся Хисаши, поглаживая любовника по спине.- Пойдем в воду.
- Я только высох,- и, разумеется, Атсуши не был бы собой, если бы не стал прогибаться в спине вслед за рукой.- Я совсем бледный. Как смерть.
- В воде лучше загар ложится...
- Да не ложится он там лучше. Просто периодически нужно кожу смягчать, чтобы не обгореть,- певец повернулся на бок.- Лучше ты со мной полежи, пока ребята купаются.
- Как скажешь, - Имай улегся рядом. Такой послушный...
Милый, маленький и добрый. Как плюшевый.
- Ну, что ты мне там хотел сказать?- поинтересовался Сакурай, вытягиваясь и с интересом поглядывая на любовника. Да, чёрт возьми, по ним совсем не скажешь, кто пассив, а кто актив. Точнее, скажешь, но не правильно.
- Ничего...- тихонько. Хиса зажмурился и продолжил загорать.
- Совсем ничего?- разочарованно вздохнув, певец вновь перевернулся на живот.- Докатились.
Имай легонько погладил блондина по плечам, шепнув одними губами:
- Лишь то, что безумно сильно люблю тебя.
Атсуши не услышал, но будто почувствовал это. Чуть улыбнувшись, он прижал Хисаши к себе, пряча лицо в его светлых волосах и легко вздыхая.
Имай послушно прижался к певцу, свернувшись комочком и закрыв глаза.
- Мышонок в лапах кота, не иначе...- прошептал Хошино из воды.
- Спугнёшь,- шепнул Юта, вновь забрызгав ритмера.
А у любовников была своя атмосфера. Нежная, тихая, тёплая. Даже отрывать их друг от друга было жутковато.
Еще бы: Атчан по макушке надает. Это Имай у Бак-Тиков податливый и мягкий, а Дьявол - о-го-го!
В общем, они друг друга явно стоили.
- Спишь?- тихо поинтересовался певец через какое-то время.
- Угу...- сонно протянул Имай, часто-часто заморгав и приподнимаясь.- Пошли к ним...
- Но ты же спишь?- чуть удивлённо. Вот так всегда: скажешь Хисе с утра, что он красиво спит, а потом с пинками до работы побежишь.
- Надо... просыпаться надо, вот, - выдохнул Хисаши.
- Зачем?- лениво.- Куда лучше поваляться..
- Это да...- Имай зажмурился и лег обратно.
Зато певец приподнялся, лукаво разглядывая любовника.
Хисаши этого не заметил: закрыл глазенки и вроде как заснул.
Певец и тут не растерялся: наклонился и жарко подышал в шею блондина, тут же отстраняясь и укладываясь назад.
- М-м-м, - протянул Хисаши, улыбнувшись.
- Еще чуть-чуть, и тебе придется заняться со мной сексом даже несмотря на три пары любопытных глаз.
- Мне все равно, в пассиве будешь ты.
- А я хоть раз на иное претендовал?
- Никогда. Ты ж моя радость...- Имай улыбнулся и прикрыл глаза.
- Вот. Так что, кролик, не улыбайся так.
- Да? Почему? - Имай хихикнул и забрался на живот певца.
- Больно развратно это выглядит,- с улыбкой.
- Плева-а-ать! - хихикнул Хисаши, проведя ноготками по плечам и груди певца.
- Эй вы, развратники! Идите сюда! - заорал со смехом Хошино, брызгаясь водой в басиста и драммера.
- Не мешай, он мне объясняется в любви,- на ритмера махнули рукой, а вот Хисе как раз надавили на плечи, заставляя наклониться.- Может, уединимся?
- Предлагаешь поиметь тебя, солнышко? - поинтересовался Хисаши, улыбнувшись и проведя рукой по щеке любовника. Карие глаза смотрели тепло, ласково, влажные волосы сверкали на солнце. Имай казался каким-то... подводным жителем. Ему только хвоста не хватает.
- Нет, я предлагаю тебе придумать план по захвату мира,- усмехнулся певец, обнимая любовника за плечи и разглядывая его.- Или что... Ты не хочешь?
- Хочу, - тихонько.- Вот только как от наших любознательных слинять, дорогой мой?
- Молча. В машину.
- Хочешь там? - улыбнулся Хиса.- Развратник...
- Мы ее оставили достаточно далеко отсюда, чтобы наши друзья за нами не потащились. К тому же...- певец лукаво прикусил нижнюю губу.- Там очень просторное заднее сидение.
- Господи... мое развратное чудо...
Хисаши оглянулся. Убедившись, что ребята за ними не смотрят, Имай резко поднялся, схватил Атсуши за шкирку и потащил прочь, пока не видят. Собственно, парням было и не до них: больно увлекательно было плескаться в воде.
Добежали до машины быстро. К счастью, ключи тоже не забыли.
- Ну, заваливайся.
- Кто бы говорил, дамы вперед, - улыбнулся Хисаши, толкая Атсуши на заднее сидение и нависая сверху с лукавой улыбкой.- Ты такой красивый, Атчан...
- Я однажды серьезно тебе наваляю за такие сравнения, мышонок.
Правда, это были только слова. На деле казалось, будто певцу это даже и нравится.
- Ну, до чего мы додумаемся сегодня?
- Не надейся, - с насмешливой улыбкой отозвался Хисаши, стягивая с себя бриджи и плавки. Следом на переднее сидение уплыли и плавки Атсуши. А дальше... дальше были поцелуи, жаркие, горячие, желанные до невозможности. Томные "Атчан, ты такой красивый", тихие стоны певца, приглушенные ладонью на рту. Имай ласкал тело под ним, устроившись между раздвинутых ног блондина. Плоть певца упиралась ему в живот.
- Ты меня всего своей смазкой перепачкаешь. Потом срочно умотаем в пр-р-руд...- последнее слово Хиса почему-то проурчал.
- Ну, извини. Ты сам меня... Довел до такого состояния.
И попробуйте еще сказать, что Хиса не бесстыжий провокатор. Атсуши еле удалось убрать руку гитариста. Какая разница, как громко он будет стонать? Их все равно никто не услышит.
- А если тебя русалки утащат?- интересно, как он вообще еще думать умудрялся. Однако, привстав, Сакурай оглядел "то, за что отчитали" и усмехнулся.- А тебе идет.
- Ну-ну... придержи язычок, вылизывать им же заставлю...- улыбнулся Имай, коротко целуя губы любовника и переходя на шею. Губ вокалиста коснулись чуть шершавые от долгой игры на гитаре пальцы.- Оближи, мой хороший...
Имай, казалось, издевался. Ему нравилось это податливое тело, как Сакурай гнется и стонет под ним.
- Тоже мне, напугал кота сосиской.
Ах, нужно было видеть, как только Атсуши облизывал подставленные пальцы. Насколько это было развратно! Будто он пытался смутить Хису. А, казалось бы, дело не пошлое... Почти.
И ему это почти удалось. Имай отвел глазенки, жмурясь и смущаясь. А когда пальцы были достаточно хорошо вылизаны и смочены слюной, Хиса открыл глаза и заглянул в темные омуты глаз Атчана, надавливая смоченными пальцами на тугое колечко мышц и проникая внутрь одним пальцем.
- Тише, мой лапочка...
- Тебе легко говорить,- почти прошипел певец, немного хмурясь. Что ни говори, а к роли пассива он привыкал будто даже с неохотой. Цену, что ли, набивал? Да нет. Просто... Все равно привыкнуть было сложно. Вцепившись пальцами в обивку сидения, Сакурай еле-еле смог выдавить из себя "Надо было хоть плед постелить".
- Значит, кончать придется в тебя и мне в рот, - улыбнулся Хиса, коротко целуя губы певца. Второй палец вошел уже легче, да и еще Имай развел их в разные стороны, растягивая сильнее.
- Да ну к черту...- застонал брюнет, выгибаясь и кусая губы.- Все равно плавать...
- А машина? - тихонько.- Ее тоже в пруд окунешь?
- А ты меня на живот хочешь перевернуть?
- Именно, - улыбнулся Хисаши.
- Мечтай,- выдохнул певец, прогибаясь в спине, и еще сильнее, тем самым, потерся членом о живот любовника.- Ну, давай, хватятся же...
- Как скажешь, - улыбнулся гитарист, погладив певца по груди и вытаскивая пальцы. Потом чуть улыбнулся и плавно вошел, сразу начиная двигаться.
Певец запустил руку за голову и вцепился ладонью в ручку на двери, сжимая тут же побелевшие пальцы, шипя.
- Как в прошлый раз в гримерке... Помнишь?
- Помню. Тебя заводит секс в общественных местах, - шепнул Имай, улыбнувшись и коротко поцеловав губы певца, чуть увеличивая темп.
- Ты так рычал, пытаясь... уговорить меня не стонать!- певец вскрикнул, сжимаясь и обхватывая ногами блондина за талию, заставляя входить глубже.
- Тише ты! - шикнул Хиса скорее инстинктивно, чем в попытке заставить певца заткнуться и толкнулся глубже.
- Да... Не услышаааат!- сладко жмурясь, Сакурай погладился о щеку любовника, прогибаясь в спине и не прекращая развратно стонать. Будто специально создавая для гитариста атмосферу, где кроме его Дьявола ничего не было.
И Имай послушно погружался в темный омут из манящего голоса певца и его хриплых "Еще, Хиса, еще!". Хисаши уперся лбом в плечо певца и закусил губу, стараясь не стонать.
- Ну же, маленький мой..- Атсуши прижимал к себе своего гитариста, поглаживая его по спине. Хиса был очень умел и невероятно хорошо знал, как правильно поступать.- Тииигр..
- Сакурай...- хриплый стон почти на грани оргазма. Имаю недолго осталось, темп бешеный. Гитарист балансировал над пропастью, как на острие ножа. И лишь желание ощутить экстаз Атчана держало его.
Профессия у пассивов такая. "Душа хочет вдохновенья, а копчик ищет приключения!" Вот и приходится сдаваться, сдавленно рыча.
- Май-Имай..- блондин зажмурился, приподнимаясь и прижимаясь к телу гитариста, изливаясь на их животы.- Милый, маленький... Хиса!
- Атча-а-ан...- тихо, кончая в расслабляющееся тело. С удовольствием отмечая, что и Сакурай доволен. Хисаши тяжело дышит, будто загнанная лошадь, и упирается лбом в лоб блондина, лениво целуя губы, щеки, нос.
- Полежи так, не шевелись,- сбитое дыханье стало тяжелым, все тела расслабились, будто прежде им пришлось преодолеть многокилометровый марафон. Но нет. Всего лишь любовь. "Всего лишь". Но сколько она дает двоим любящим и забирает взамен.
- Люблю тебя, мой Имай...- совсем устало. Атсуши был с ранней юности очень выносливым, но вот секс по какой-то причине его в те времена сильно изматывал.
- И я тебя.
Хисаши послушно полежал так немного. Потом вздохнул и чуть толкнулся, выходя.
- Пора уже.
- Маленькая порочная дрянь,- но прежде, чем они вернутся, Атсуши еще раз прижал любовника к себе, на этот раз нежно целуя.
У них была веселая юность.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:37 | Сообщение # 9
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
13 марта 1996-го.

Свет софитов, крики толпы, гитара, опирающаяся на бедра. Хидэ улыбался, махал рукой, играл. Ему было хорошо. Это было 13 марта 1996-го года. Первый концерт из тура "Dahlia". Все было отлично… До тех пор, пока не заиграла «Kurenai». В какой-то момент Хидэ перестал слышать звук ударных позади себя.
Все шло нормально. И Йошики радовался, как ребенок: новый тур! Но внезапно он почувствовал себя нехорошо. С другой стороны, он себя сильно изматывал. Ясное дело, организм протестовал. Но вот когда заиграла новая песня, он что было силы закричал "Стоп! Стоп! Остановитесь!", но звуки инструментов заглушили его голос.
Как он играл еще - драммер не помнил. Спину сковало болью, в глазах темнело, руки не слушались... Казалось, будто весь его позвоночник просто взяли и выдернули. "Господи, не дай мне умереть прямо здесь." Но, увы. Последние полминуты X играли без него: Йошики просто согнулся над установкой, не в силах пошевелиться. А потом, когда настала тишина, он и вовсе упал на спину, теряя сознание. То, как к нему сразу подбежали согруппники и стафф, он уже не видел, не помнил и не ощущал.
Срочно пришлось взять паузу. Пока Тайшо осматривали, остальные ждали в гримерке.
- Он же выглядел бодро перед концертом..- Хис забился в угол и молился. Все это было... Странно.
Томоаки сидел в кресле, закрыв лицо руками. Курчавые волосы закрывали ладони, рассыпавшись по плечам. Ритмер явно был в шоке: как же так, их Тайшо...
- Он всегда выглядит бодрым. Говорили ему - надо беречь спину... - протянул забравшийся на подоконник Хидэ. Подведенные карие глаза обвели взглядом комнату, согруппников, остановились на стоящем у двери вокалисте. Тоши не поднимал головы, он просто смотрел в пол. И только наметанному глазу Хидэто было видно, как еле-еле дрожит тело певца. Шок? Наверно. Матсумото не доктор, не разбирается. Гитарист вытер пот со лба и устремил взгляд в окно.
- Он был в порядке и ночью, и с утра, и перед концертом. Только вечером пожаловался на покалывание в спине, - тихо прошептал Дэяма, не сводя глаз со ставших очень интересными дощечек на полу. Все лучше, чем сидеть и осознавать, что Хаяши плохо.
С окна раздалось тихое "Черт". Пата поднял голову, взъерошил волосы Хиса, успокаивая, и подошел к окну. Потом гитаристы переглянулись и побледнели.
- У меня глюки? - тихо поинтересовался Хидэ.
- Мы оба сошли с ума, - кивнул Томоаки, оборачиваясь.- Тоши...там "скорая".
Дэяма молча вылетел из гримерки.
Все оказалось на порядок хуже. К скорой никого не пропускали. Даже Тоши.
- Да пустите вы его! – заорал, наконец, не выдержавший напряжения Матсумото из окна.- Он имеет полное право знать!
Только после этого Дэяму пустили в машину. Хидэ выдохнул и обернулся к оставшимся в комнате гитаристам.
- Как сказать толпе об окончании?
- Попросим стафф или пойдем сами. Как думаешь, Хироши?
- Нужно... Узнать, что с Йошики,- почти прошептал басист.
А прогноз неутешительный: драммера было решено госпитализировать. Дэяма уехал с ним, решив не отпускать рыжеволосого от себя никуда. Хидэ и Пата остались за старших.
- Что теперь?
Матсумото вздохнул.
- Надо сказать людям. Пусть идут домой.
- Сказать, что с Йошики все серьезно. Нам жаль, что так вышло...- Мориэ вздохнул, поднимаясь.- Насчет дальнейших концертов объявим позже, ведь ничего не ясно... И нам стоит отправиться в больницу. Тоши нужна поддержка.
- Не думаю...- покачал головой красноволосый.- Он просил не беспокоить его сейчас. Мол, хочет побыть один.
- Я пойду к стаффу. Попрошу объяснить ситуацию.
Томоаки ушел, а Хидэ плюхнулся в кресло и хрипло застонал, морщась: плечи ныли.
- Бесит.
- Просил...- фыркнул басист.- А тебе, Хидэ, не интересно, что с Йошики?
- Я боюсь больниц. Особенно тогда, когда в них лежит кто-то из нас,- фыркнул Хидэто, закрывая глаза ладонью. Потом приоткрыл глаза и зевнул.- Хироши...а можно поинтересоваться?
- Что?
Басист прижался спиной к стене, убирая вьющиеся черные пряди за спину. Он очень волновался. Хироши был вообще очень эмоциональным.
- Что ты хочешь спросить, Хидэ?
- Почему тебя так тянет к Томоаки? Почему Йошики тянет к Тоши? Почему вас вообще к ним тянет? - поинтересовался гитарист, рассматривая брюнета из-под внезапно отяжелевших век.
- Хидэ-сан, тебе не кажется, что не время для таких вопросов?- Хироши вздохнул и задумался. Действительно, вопрос хороший.
- У меня и до Томоаки были мужчины,- Мориэ задумчиво оглядел гитариста.- Но в случае с Томоаки - любовь с первого взгляда. Серьезно,- басист улыбнулся.- Потому я и благодарю тебя каждый день. А Дэяма и Хаяши... Тошики - это Тошики. Кто-то однажды сказал "любовь бывает такой разной",- пожав плечами, юноша убрал басуху в чехол.
- Я просто не понимаю самого себя. Трудно как-то, знаешь. Осознаешь, что ты один такой...а Тоши и Йоши вместе все время, сколько я их знаю. Никогда не расстаются, а если и расстаются, то почти сразу же мирятся. Да и ты с Томоаки живешь душа в душу. А я все себе спутницу найти не могу. Наверно, глупо жаловаться...- Хидэ посмотрел в окно и вздохнул.- Хотел бы я быть на месте кого-то из вас, даже если пришлось бы спать с мужчиной.
- Хидэ-сан...- брюнет подошел к другу и обнял его за плечо.- Ты у нас такой бабник, что проблем быть не должно. Ну да не расстраивайся,- басист мягко улыбнулся.- Ты добрый и светлый человек. Наш старший брат. Я точно знаю: ты найдешь себе спутницу. Может, и спутника. Но найдешь.
- Да знаю. Только...- гитарист вздохнул и подвинулся, усаживая басиста на подлокотник кресла.- У тебя никогда не было чувства, что тебе осталось два-три года до какого-то события, которое может с тобой что-то сделать? Я не имею в виду смену ориентации, перекрашивание волос, другое имя и фамилия...что-то более глобальное, на уровне жизни и смерти. Будто... еще немного. И тебе решать: спасешь ты свою жизнь или нет. Было такое?
- Если бы ты не привел меня в Х, не знаю, где бы я был...- Хироши почесал затылок.- У тебя паранойя. От Хаяши заразился: он два года уже чего-то ждет.
- А я только сейчас начал. Причем это явно касается только меня. Господи, Хироши, я схожу с ума! - засмеялся лид-гитарист, убирая с глаз розовую челку. Потом хмыкнул и прикрыл глаза.- Меня последний месяц что-то гложет, я будто... какая-то вещь обязательно произойдет. Даже ближе, чем я думаю. А за ней, спустя год или два, еще одна. А потом будет что-то настолько глобальное... ладно. Не бери в голову.
Карие глаза устремили свой взгляд на басиста.
- Ты расстроен происшествием с Йошики. Но если тебе эти мысли мешают, покажись психологу.
- Оригинал. Ты меня еще к психиатру отправь,- Хироши дали легкий подзатыльник.
- Я тебе серьезно говорю,- простонал басист, сползая на пол.- Всякое может быть.
- Я тоже. Посмотрим. Может, действительно нужно с врачами пообщаться...
В комнату вернулся Томоаки.
- По домам, мальчики.
- Ты попробуй,- басист кивнул, переводя взгляд на любовника.- Сказал?
- Да. В чем дело? - Пата приподнял голову.
- Ничего такого, - пожал плечами Хидэ.
- Мы просто волнуемся,- Хироши поднялся на ноги.
- Ясно... - протянул Ишидзука, обнимая Мориэ за талию и разглядывая Хидэ. Матсумото поморщился и отвел взгляд, хватая чехол и быстро запихивая туда гитару.
- Пойдем по домам.
- Когда Йошики навестим?- брюнет склонил голову на бок.
- Как только позвонит Тоши.
- А если он будет в таком шоке, что не сможет? Его же трясло!
- Значит, завтра поедем к нему, - кивнул Хидэто.
- Ну.. Ладно..- басист согласно кивнул головой.
На том и порешили.
***
Впрочем, будущее утро погоды не сделало: Йошики пришел в себя, но лучше от этого не стало. Ночью его прооперировали, но, видимо, неудачно. В любом случае, предстояла вторая операция, не менее тяжелая.
Все-таки пришедших к нему пустили, но было видно: оптимизм Йошики был не в силах излучать.
- А мы тут...- Хироши поставил букет красных роз в вазу.
- Молодцы, - улыбнулся Тоши. Он ни разу не отошёл от кровати рыжика всю ночь.
- А еще мы вот тут! - с улыбкой заявил Хидэ, швырнув в Хаяши упаковку его любимого мармелада и усаживаясь на край кровати драммера. Томоаки, обняв Хироши за талию, устроился на стуле.
- Аккуратнее, сказочник,- бледный драммер чуть улыбнулся, пряча мармелад под подушку.- Вы про концерт же сказали? В общем... Пока Тоши читал мне Шекспира по памяти, я пришел к выводу, что тур мы продолжим. Как только я поправлюсь. Главное, только выйти отсюда.
- Йоши, тебе нужно нормально отдохнуть,- Хироши обнял Томоаки за шею.- Они поймут.
- Я ему это всю ночь твердил: ни в какую! - хмыкнул Тошимицу.
- Упертый. Как скажешь, но не дай Бог тебя еще раз увезут! - фыркнул лид-гитарист, улыбаясь.
- Хоть Хироши и прав...я поддержу позицию Хидэ, - кивнул Ишидзука. Матсумото показал ему большой палец.
- Да ты бы меня вообще от кровати не отвязывал,- с трудом, но в певца была запущена подушка.
- Темнишь ты, Йо-чан,- вздохнул басист.- Врачи грозятся запретить тебе вообще играть.
- Размечтались,- отмахнулся рыжеволосый. - Не дождутся.
- Дождутся, если тебе станет плохо! - фыркнул вокалист.
- Хаяши, из моих уст это кажется абсурдом, но тебе нужно беречь тебя, - пожал плечами Хидэто.
- Я не больной и не беременный,- отмахнулся Йошики.
- Ай-яй, Тоши, как ты плохо работаешь,- засмеялся Хироши. Хаяши тут же приободрился и показал басисту средний палец.- Вот я и говорю: ужасно.
- Хаяши, ты именно больной. Я чуть Хироши не убил, когда узнал, что тебя прооперировали, - фыркнул Матсумото, устраиваясь на животе рядышком с драммером. Дэяма вздохнул и закрыл лицо руками, покачав головой.
- Тоши, а верни, пожалуйста, подушку?- нахмурился драммер.
Дэяма послушно отдал ее рыжику.
Ей на этот раз метко огрели Хидэ. Правда потом Йошики зарычал от боли и вновь рухнул на кровать.
- Что они там, скальпель оставили что ли?
- Лежать! - драммеру на лопатки опустилась ладонь розововолосого.
- Хидэ, можно попросить тебя об одолжении?
- Валяй! - разрешил гитарист.
- Когда меня увезут на операцию,- рыжик кивнул на певца,- отведи Тоши домой и проследи, чтобы он лег спать?- затылком почувствовав реакцию брюнета, Хаяши чуть повел плечом.- Он всю ночь не спал. А я ни за что не уговорю его уйти домой хотя бы на час.
Хидэ перевел взгляд на Дэяму, потом вздохнул и приподнял бровь.
- Старший - крайний, да?
Тоши тихонько вздохнул.
- Тебя он послушает,- рыжеволосый кивнул.- Я не поддамся наркозу: буду волноваться и переживать.
- Хорошо. Я уведу его, - кивнул лид-гитарист, переводя взгляд на Дэяму.
- И раньше, чем завтра к обеду, про меня вспоминать не нужно...- Йошики зевнул, утыкаясь лицом в ладони.- Черт, я все-таки сломался.
- Ничего. Немного - не считается, - произнес Томоаки, таки утянувший любовника к себе не колени. Вокалист вздохнул и растрепал рыжие волосы Хаяши, наклонившись к его уху и тихонько шепнув "береги себя". Хидэ улыбнулся.
- Не буянь без меня. Но отдохни, я буду ждать,- тихо-тихо ответил Хаяши, улыбаясь.
Хироши, глядя на старших товарищей, с улыбкой покачал головой и обнял Пату за шею, улыбаясь. Хорошо, когда есть такая поддержка.
- Вот сам поправишься, Йо-чан, и порадуешь наших фанатов.
- Это точно, - улыбнулся Хидэто. Пата хмыкнул: уж Йоши сто процентов поправится, иначе он - не он.
- Ой, ну всё, идите,- внезапно замахал руками Хаяши.- Мне надо к операции морально подготовиться.
- Тебя? Одного? Не надейся, - Хидэ вцепился лапками в кровать.
- Я попросил, между прочим,- рыжик насупился.
- Хидэ-сан, не спорь,- басисту так и хотелось показать большой живот, всё пытаясь намекнуть, что «Нельзя спорить с беременными!». Но всё-таки он удержался.
- Ага, как же! - показал драммеру язык лид-гитарист.
Басисту был зажат ротик ладонью ритмера. Разумеется, Пату красноречиво укусили за ладонь, а лид-гитаристу неудачно состроили глазки.
- Не заглядывайся на меня хотя бы при любовнике! - возмутился Матсумото.
- Девочка, что уж. И зачем только постригся? - поинтересовался Тошимицу, взъерошив рыжику волосы. Пата улыбнулся и легонько укусил басиста за ухо - "не выеживайся".
- Альфа-самцы..- в один голос выдохнули Хироши и Йошики, пряча головы под ладонями.
- А то, - одновременно хмыкнули Пата и Тоши, переглядываясь. Один лишь Хидэто умолчал и сделал знаменитую "лапку-морду".
- Вот так и живём..- простонал драммер.- Ну вы меня навестили? Ну идите спать, наслаждайтесь незапланированным отдыхом..
- Еще чего! - еще раз возмутился Хидэ. Только на этот раз помощь пришла с неожиданной стороны: Тошимицу поднялся и взял розововолосого за руку, потянув.
- Пойдем. Пусть отдыхает.
Пата, увидев такое, поднялся на ноги, утянув за собой Хироши.
- Но мы придём завтра,- пообещал басист, прилипая к своему гитаристу.
Йошики с улыбкой помахал друзьям рукой. Вовремя: в палату вошёл молодой врач и объявил о том, что "Хаяши-сану пора готовиться к операции. Ждём вас позже".
Матсумото, помахав Хаяши рукой, улыбнулся. Потом переглянулся с Тоши и, подойдя к врачу, закрыл ему глаза рукой. Дэяма быстро наклонился и поцеловал драммера в губы, после чего исчез. За ним удрал и Хидэ, весело крикнув на прощание "Хэй, Йоши, поправляйся!".
- Мы за ними проследим,- ритмер и басист ушли следом.
Знаете... В общем-то, дальше всё было без приключений: просьбу Йошики пошли выполнять все вместе. В смысле, Тоши отвели домой, даже чай успели выпить, и разошлись по домам. Одного они не знали: Дэяме было не суждено спокойно провести тот день одному. Впрочем, пока не будем пока раскрывать все карты и расстраиваться заранее.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:38 | Сообщение # 10
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Цикл.

А после операции Йошики уговорил своего лечащего врача к нему ближайшие сутки никого не пускать. Почему-то всё время казалось, что вот-вот случится что-то плохое. Проводя время в одиночестве, наш драммер решил повспоминать прошлое.
***
Йошики все не мог нарадоваться: Исэй и Томоаки определились со своими местами, а это означало, что Х могли выступать в полном составе. Да еще как! Решено было разориться и отпраздновать это как следует. Отпраздновать и не думать, что их бюджет ни за что этого не потянет и может возникнуть необходимость спать на улице.
В баре его уже ждали вечно пьяный и вечно молодой Томоаки и Тайджи, который уже явно был подшофе. Хотя басист, с которым еле удалось вновь наладить отношения, был довольно-таки весел и показывал друзьям фокусы со шляпой и очками. Кажется, ему надоело ходить с "пустой головой" и к своему блондинистому шухеру он присмотрел отличную шляпу. Тоши с интересом наблюдал за этой проказой, смеясь и советуя, как сделать еще лучше. Едва увидев друзей, Хаяши радостно перемахнул через три столика - ну лень было обходить - и завалился на диванчик к Тайджи, пиная под столом явно уснувшего ритмера.
- Ну, а где же наш пятый?
Парни - собственно, явно выпили все трое, и прилично - удивленно переглянулись и продолжили заниматься своими делами. Хаяши не растерялся: навернул стопку сакэ и занялся заплетением волос басиста в мелкие косички. А вдруг ему пойдет?
Однако время шло, Исэя все не было - кстати, был это декабрь месяц, почти под самый Новый Год. Йошики начал страшно волноваться. Их лид-гитарист был очень пунктуальным.
Тоши тоже почувствовал неладное. Зато Тайджи и Томоаки явно плевать хотели на отсутствие Исэя и попросту глушили сакэ.
Именно тогда, когда у блондинистого драммера появилась идея помчаться пешком до апартаментов гитариста, молодой бармен - с которым Иксы очень хорошо ладили - внезапно позвал его к телефону. Хаяши удивился, но пошел, оставив троицу за столиком.
Вернулся блондин через пару минут. Он был бледным, как сама смерть.
- Парни..- драммер уперся руками в стол, опуская голову.- Ото всех выступлений нам придется отказаться. Звонили из больницы. Исэй попал в аварию и сильно повредил спину. Прогнозы неутешительные, и... Нам вновь придется искать способы выжить здесь.
- К-к-как? - Тайджи аж бутылку из рук выронил. Томоаки побледнел и откинулся на стуле, а Дэяма...Дэяма округлил глаза и шепнул тихое "да за что ж нам это все?".
- Я завтра же всем займусь. Как он придет в себя - нам сообщат. Но не факт, что все окончится благополучно для него самого,- Йошики тяжело вздохнул и потер виски. Это казалось... Проклятьем.- Тоши, проводишь меня домой?
- Да, конечно.
Через минут 10-15 они уже брели домой, Тоши и Йоши. Тай и Пата, особенно сдружившиеся, остались пить и молиться за здоровье Исэя.
Йошики шел, обняв себя за узкие плечи, он все время пинал комки снега, попадавшиеся на пути. Зима выдалась снежной.
- Снег... Он ехал на своем байке, снег был сильный... Его машина сбила. Хоть бы... Обошлось.
- Обойдется. Ты поверь в него, он сильный, - с легкой улыбкой отозвался вокалист. На душе у него скребли кошки, но он улыбался. Он должен быть сильным. Ради того, кого любил безответно. Ради Йошики.
- Ты прав, как всегда,- Хаяши остановился, оборачиваясь. Вот он, их певец: его давний друг. Со школы? С детского сада. Хотя казалось, что они даже родились вместе. Их связывало многое, хотя и, при этом, они были очень разными. Объединяла их, пожалуй, разве что любовь к музыке. И все? Да нет. Еще... Еще была одна вещь. Еще со школы. Но это...
- Знаешь, я больше не вернусь в эту каморку,- вдруг решил драммер.- Давай лучше переночуем в студии?
- Ну... давай, - неуверенно пожал плечами блондин приобнимая друга за плечи.- Идем?
Хаяши кивнул, нашарил в кармане ключи и повел Тоши в студию. Благо, была она всего в одном квартале, так что добрались без приключений. А в ней... А в ней было где спать: один этаж с четырьмя комнатами, ванной и кухней. Репетировали на чердаке. Тесновато, но Йошики каждый день молился на мать: без неё и этого бы не было.
Войдя в здание студии, Йошики быстро отряхнул с себя снег и разделся. Хорошо хоть, здесь еще и отопление было. Хотя... Больно это все роскошно для них.
- Ужинать будешь?
- Нет. Лучше сразу спать.
- Хорошо хоть, я везде заначки держу. В смысле, постельное бельё.
Слабо улыбнувшись, Йошики быстро прошел в одну из комнат и занялся "устраиванием ночлежки". Тоши занял другую.
Самое интересное началось ночью, когда вокалист поднялся, чтобы попить воды. А когда он возвращался с кухни, то услышал шорох в комнате Хаяши и решил заглянуть. Лучше бы он этого не делал.
Картина была... Жуткая. У слабонервных явно бы сдали нервы. Так в чем же дело?
Под люстрой в середине комнаты стоял стул. На нем на носочках, спиной к двери, драммер быстро-быстро привязал к источнику света веревку. Когда Тоши заглянул в комнату, Йошики примерял на шею петлю на другом конце веревки, готовясь вот-вот сбить стул из-под собственных ног. И делал он это так уверенно, будто тренировался каждый день.
- Хаяши, стой!
Быстрое шуршание сзади - и рыжика сдернули со стула, одновременно вытаскивая из петли. Тоши прижал к себе драммера изо всех сил и зашептал ему на ухо:
- Йоши, что ты творишь?
Драммер даже и не ответил. Только сдавленно охнул и зажмурился, тихо дыша. Тоши налетел так внезапно... А еще, еще чуть болела шея, ободранная веревкой.
- Я... Я уже умер?
- Нет. Я не позволю, - ответил брюнет поглаживаясь рыжеватые волосы. И зажмурился на мгновение.- Тебе просто снится плохой сон. Не умирай во сне, ведь можешь умереть и в жизни.
- Я этого и хотел,- драммер открыл глаза и поднял голову, рассматривая Дэяму. Его испуг быстро превратился в ярость.- Зачем ты сделал это, Тоши?! Я же... Я же все просчитал!
Тонкие ладони тут же истерично застучали по груди певца: Йошики пытался получить свободу. Тошимицу плевать хотел на это, потому как прижимал к себе драммера все сильнее и сильнее. Потом зажмурился, хрипло застонал от особенно сильного удара и выпустил Хаяши, кубарем прокатившись по полу.
- Да что ж ты вечно-то мешаешь мне?
А Хаяши... Хаяши безвольно осел на пол и расправил джинсовую штанину на ноге. Было слабо заметно, но именно, когда Тоши отпустил его, драммера начало трясти. Блондин поднял взгляд на люстру: веревка все еще висела там, и если бы не певец, своевольный рыжик уже точно висел бы в ней.
Зажмурившись на пару мгновений, драммер на четвереньках подобрался к Дэяме. Посидел, посмотрел и погладил его по голове.
- Больно?
Тошимицу помолчал несколько мгновений, пытаясь отдышаться: ладонь рыжика со всей силы угодила в солнечное сплетение. Потом поднял голову, шикнул чуть болезненно и вновь обнял Хаяши за плечи.
- Йошики, подумай о матери. Что она будет делать без тебя? Что мы без тебя сможем? Понимаешь, это как в спорте: как бы трудно ни было, нельзя опускать руки. И уж тем более, нельзя накладывать их на себя. Хаяши, пожалуйста, пойми это. Мы справимся.
И чуть тише, в сторону:
- Я жить без тебя не смогу.
Йошики все это понимал, но и не понимал одновременно. Почему он должен нести все это, если у него просто нет сил? Почему он обязан жить, если его отец вот так же свел счеты с жизнью? Уже не хотелось славы. Хотелось загнуться в тихом укромном месте, чтобы об этом узнали спустя долгое время. Было... Страшно. Будто судьба запрещала им собрать постоянный состав.
Но все это померкло после последних слов.
- Мне... Мне послышалось?- удивленно.
- Что? А...нет, - отозвался Тоши, часто моргая в попытке согнать внезапно подступившие слезы. После того, как это получилось, брюнет повернул голову к Хаяши и, тихо вздохнув, ткнулся носом в его щеку.
- Не иди по стопам отца, ты сильнее его. Самоубийство - не выход. Выход - упорные тренировки и радость в жизни. Я хочу помочь тебе со вторым... - и еле слышно, с некоторой дрожью.- Я ведь так тебя люблю.
И испуг в темных глазах: а вдруг отвергнет? Вдруг оттолкнет прочь и не подпустит к себе. Тогда уже и Тоши на себя руки наложит.
Пока Тоши говорил, Йошики смотрел на него во все глаза и часто-часто моргал. Потом нахмурился, закрыл глаза и потер виски:
- У меня галлюцинации, а ты головой сильно приложился,- драммер внезапно вновь уставился на брюнета.- Ты.. Ты правда серьезно? Я думал, это все были подростковые забавы.
- А я серьезно. Не ожидал?
- Нет..- честно кивнул блондин, беря ладонь певца в свою.- Так... Что ж ты раньше-то молчал?
- Раньше ты не пытался жизнь самоубийством покончить...- Дэяма протер глаза.- Господи, Йошики, я так испугался, ты не представляешь. Как я могу позволить тебе умереть, когда X еще не пробовали выступать? Нормально все будет, поверь мне. И соло-гитарист будет, и все хорошо станет. Вон, Yokosuka Saver Tiger. У них тоже не все в порядке, члены группы уходят один за другим, а они держатся. Давай сходим на их концерт? Может, подзарядишься их энергией.
- Давай..- Йошики убрал длинные высветленные волосы за уши.- Может... Хорошая группа? Их гитариста переманим..- драммер прижался к брюнету, крепко обнимая его за шею.- Спасибо. Тоши?
- Да за что спасибо-то? За то, что жизнь сохранил? - усмехнулся Дэяма, обнимая драммера за плечи.- Ты мой друг и человек, которого я люблю. Куда же ты от меня денешься?
- Три года потеряли, Тоши, три года..- блондин закрыл глаза.- Все, что я говорил тебе в школе - чистая правда. Я тоже люблю тебя. Это еще одна причина, почему я настоял, чтобы ты был нашим вокалистом. Ты понимаешь меня, как никто другой. Ты являешься голосом моего сердца.
- Йоши...а...давай...черт, давай встречаться? - предложил Дэяма на одном дыхании, заглядывая драммеру в глаза.- Пожалуйста, давай?
- Это как?- блондин чуть отстранился, улыбаясь.- Цветочки-конфеты-валяния под луной и все такое?- Йошики едва не засмеялся.- А... А давай. Может, это действительно хорошая идея?
- Конечно, хорошая! - засмеялся Дэяма, улыбаясь и прижимая к себе драммера.- Вот теперь я точно не дам тебе умереть, хоть убейся. Я тебя люблю.
- И я тебя люблю,- блондин улыбнулся, выгибаясь.- Не оставляй меня. Можешь пообещать?
- Обещаю, - с легкой улыбкой отозвался брюнет.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:38 | Сообщение # 11
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Почему Хидэ стал носить красные волосы.

- Что смотришь?
Йошики фыркнул. Наконец, наконец он добрался до краски и стал... Рыжей блядью. Это потом уже этот термин стал нарицательным, а сейчас... Сейчас они сидели в местном баре, а драммер пытался закончить марафет: из дома же вытащили без предупреждения!
- Хидэ, я как не к тебе обращаюсь.
- А к кому тогда? - поинтересовался сидящий за стойкой рядышком Матсумото, плавненько потягивая сакэ. Светлые волосы волнами легли на плечи и спину. Гитарист зевнул и потянулся, рассматривая меню и явно раздумывая, а не купить ли ему еще алкоголя?
- На,- в руки гитаристу вручили тушь с кисточкой.- Накрась мне ресницы на левом глазу.
Странно. Новоиспеченные любовники смотались, а Тоши... А куда девался Тоши?
Матсумото послушно принялся выполнять указанное, пристально наблюдая за плавными движениями собственных рук. Потом парочку раз махнул другой глаз, завершая лишь ему одному видимое равновесие и протянул тушь рыжику.
- Пить будешь?
- У меня руки трясутся. Спасибо.
А все почему? Ночью пытался репетировать за Зверем. Хрен там: пришел блондинистый зверь и выебал за отсутствие сна ночью. Ну, с ума сойти!
- Аааа, давай!- рыжик махнул рукой.- Повод придумаем потом.
- Отлично!
И Матсумото заказал рыжеволосому алкоголь.
***
Все серьезное и веселое началось уже после, когда оба музыканта напились и утопали в отель.
Йошики топал, обняв Хидэ за шею и развевая второй рукой подол платья, при этом умудряясь что-то мряфкать. То ли пел он, то ли мурлыкал... Да ну черт его знает!
А началось все в лифте: номера были на верхнем этаже, ехать долго... А Хаяши неожиданно накрутил прядь волос на палец. Даже не своих. Волос Хидэ. Хихикнул и прижал гитариста к стенке, обнимая за шею.
- А что это наша блондиночка такая невеселая?
- Рыжая пьянь, - рассмеялся гитарист, прижавшись спинкой к стенке лифта.
- Ничего я не пьяный. Мррр..
Раз-два, раз-два. Это голова рыжика потерлась о грудь Хидэ, а не то, что вы подумали. Хидэто усмехнулся, хмыкнув, и потрепал драммера по волосам, зевая.
- Осторожнее. Мне еще тебя до номера волочить. А у тебя, похоже, весна.
Лифт ехал мучительно медленно. Да уж какая весна среди ночи? Продолжив урчать, рыжик приоткрыл шею Мацумото и жарко-жарко подышал на нее, забавно фырча при этом.
- Эх, Хаяши, у тебя сорвало крышу? - Хидэто аж запищал, дернувшись назад. Но сзади была стенка лифта. Карие глаза широко распахнулись.
- Пусти, Йо. Я дотащу тебя до номера и сдам в лапки к Тошимицу, пускай сам с тобой разбирается.
- Аааа!- драммер махнул рукой. Хотя, скорее всего, он и не понял вовсе, о чем речь. На душе у нашей Няшки было слишком легко и весело.
- Какой серьезный,- насмешливо.
- Надо же кому-то быть более-менее трезвым, - хмыкнул Матсумото, расслабившись и откинув голову на стенку.- Отлипни от меня, чудик.
- Я упаду,- потому Хаяши вцепился в свою "жертву" крепче и полностью уткнулся лицом в шею блондина, умудряясь при этом зевать.
- Господи...- у гитариста подкосились ноги.- Не дыши мне в шею, пожалуйста.
- Если я не буду дышать... Тьфу!- Йошики фыркнул: говоря, он утыкался губами в кожу, будто мимолетно целуя.- То за... За... Задохнусь!
- Йошики, ну пожалуйста. Хотя бы голову убери, я же тебя держу...
Лифт тихонько звякнул и распахнул двери. Гитарист со вздохом облегчения вышел из лифта, таща на себе Йошики.
Рыжик висел на нем безвольным грузом. Добравшись до номера, блондин поставил драммера на пол и, придерживая его одной рукой, второй вытащил из кармана ключи от номера. Распахнул дверь, дотащил рыжика до кровати и аккуратно положил на нее.
- Спи. Я позову Тоши.
Йошики вновь махнул рукой. Потом приподнялся и с силой потянул гитариста на себя, заваливая рядом.
- Лежать.
- Окей, окей... - протянул Хидэ, прикрыв глаза и ложась рядом. Карие глаза явно становились все трезвее и трезвее: Матсумото явно очень быстро отходил.
Зато драммер - нет. С третьей попытки подняться он и вовсе оседлал бедра гитариста, лениво потягиваясь.
- Привязать тебя, ммм?
- Зачем? – лид-гитарист Иксов аж глаза округлил от непонимания.
- Ведешь себя плохо,- рыжик смахнул волосы за спину.- Красавчик.
- Не спорю. Что тебе от меня надобно, хороший ты наш? - поинтересовался Хидэ откидывая лапки за голову и потягиваясь.- Я уже говорил насчет всего этого...
- И?
- Йошики, слезай и ложись спать.
- Молчи,- гитариста Мацумото схватили за руку.
- Не хочу.
- Тогда помалкивай,- с улыбкой. Рыжик вновь замурлыкал.
- Ну, что тебе нужно? - гитарист еле заметно приподнялся.
- Угадай,- просунув лапку под подушку, Йошики вытащил наручники.
- Что за?.. - блондин приподнялся и широко распахнул глаза.
- Ну как что? Давай, не ломайся,- нахмурившись, драммер прицепил одно запястье блондина к кровати.
- Хаяши, пусти меня! - Матсумото отвесил рыжику несильный подзатыльник.
- Молчи, царица полей!- правда, рыжик таки слетел на кровать.- Ну, ты чего?
- Пусти, Йо.
Хаяши даже нахмурился. Потом взял гитариста за вторую руку и после продолжительной борьбы все-таки прицепил её к решетке.
- Ты меня прямо пугаешь.
Хидэто в ужасе распахнул глаза и забился в истерике, заметавшись по кровати. Потом вдруг резко замер и дернул руками.
- Пусти!
- Да ладно, не строй из себя святошу,- поведя плечом и ругнувшись, Хаяши наклонился к лицу Хидэ.- Или вставлю вибратор и кляп.
- Ты офигел, - выдохнул гитарист.
- Чего ты нервничаешь-то так?- непонятливо.
- Не надо.
- Да не буду я больше. Не строй из себя святошу,- рыкнув, Хаяши наклонился и коснулся губ Хидэ своими.
Гитарист широко распахнул глаза, замирая от удивления. Потом еле заметно шевельнул губами и зажмурился. Думаете, Няша этим не воспользовалась? Правильно думаете: Йошики принял это как сигнал к действиям, и теперь уже от полноценного поцелуя блондина ничто не могло спасти. Хидэто явно ничего не понимал. Даже не ощущал ничего. Только холод на запястьях, мягкие губы Хаяши и почти животный, на уровне инстинктов, страх. Где-то в подсознании мелькнула мысль, что, слава Богам, Хаяши до раздевания не додумался. Но ведь это только пока, верно? Вначале поцелуй был мягкий, будто бы даже изучающий, но постепенно он перерастал в какой-то можно даже сказать животный. Будто рыжеволосый и впрямь собирался если не съесть, то основательно покусать свою жертву точно.
- Йоши, перестань, умоляю! - взмолился Матсумото в перерыве на вздох. И тут же чуть не задохнулся вновь, позволяя рыжику целовать себя. Даже отвечал немного.
- Не ломайся, милый, расслабься.
Эти ленивые и чуть испуганные ответы рыжика только раззадоривали. Причем, еще как! Вскоре драммер опустил руки на живот Хидэ и попытался снять с него одежду.
Не получилось: Хидэ в ужасе забился под драммером, шипя и искренне стараясь вырваться.
- Да что за черт?- однако Хаяши не отступал, пытаясь стянуть с блондина футболку.
- Йошики, отвали от меня! Я тебе не Тоши! - заорал гитарист, выгнувшись. Именно это и помогло драм меру стянуть с него футболку. Раскрасневшийся, тяжело дышащий...и, с какой стороны не глянь, но возбужденный. Красавчик.
- Ммм, Боже, как же ты хорош...
Казалось, Хаяши не слышит. Он просто увлекся телом гитариста. Впрочем, оправданно: Хидэ никогда не раздевался перед другими, скрывая тело. Вот и сейчас было... Увлекательно.
- Отвянь, Хаяши! - Матсумото рявкнул и задергался сильнее.
- Да в чем дело?- стервозно.
- Да в тебе дело! Слезай с меня! У тебя Тоши есть на это! - Хидэ, казалось, уже было пофиг, какими методами, лишь бы выбраться из-под рыжей бляди.
- Аааам.
Рыжик почесал макушку.
- Не понял.
- Да что тут понимать?! Слезай!
Хаяши молча поднялся и достал из тумбочки кляп с вибратором.
Хидэ широко распахнул глаза, задрожав.
- Йоши...не надо, пожалуйста, не надо!
- Вот и молчи, раз не хочешь, чтобы все оценили твой голосок, - Хаяши вновь опустился на кровать и погладил Хидэ по щеке. - Что с тобой сегодня?
- Что с ТОБОЙ сегодня? - тихо поинтересовался Матсумото, не сводя с Йошики глаз.- Лезешь без причины...Йоши, пусти, давай обнимемся и заснем.
- Какого хрена ты говоришь, если я в кои-то веки сам предлагаю тебе заняться любовью?- и уже тише, на ухо.- Чертова блондинка. Думаешь, я прощу тебе апрельскую выходку с поркой?
- Что?! - Хидэ аж подскочил от удивления. И буквально через несколько секунд в мозг залетело осознание: Йошики попросту принял его за Тоши.
Хотя, опять-таки, не факт. А все потому, что Йошики во всем винил гитариста. Мол, если бы тот не ляпнул, Тоши и не додумался бы до такого!
- Плохо себя чувствуешь?
- Ты... нет, в порядке, - Хидэ тихонько кивнул.- Отпусти, пожалуйста.
- Не хочу.
- Пожалуйста. Я не убегу.
- Нет.
Йошики улегся и вытянулся.
- Хаяши... пожалуйста...
- Зачем?
- Просто пусти. Не нравится мне так. Я сам тебя обниму.
- Я тебе не верю.
В подтверждение Йошики встал на колени и ощетинился. Совсем, как Атсуши, когда тот злился.
- Чего ты?
- Будто я не знаю, что у тебя на уме.
- Я тебя не трону, клянусь. Я просто обниму.
- А я не хочу, чтобы ты меня обнимал.
- А чего ты хочешь?
- Горло тебе перерезать.
Но все-таки гитариста освободили, а сам рыжик птицей слетел на пол, а оттуда выскочил на балкон.
Хидэ размял запястья и выскочил следом.
- Йоши, что ты?
- Отвяжись.
Хаяши в это время отчаянно пытался закурить. Когда же ему это удалось, юноша затянулся и облокотился на перила, смотря на уже давно ночное небо.
- Йоши...я же Хидэ. Хидэ, понимаешь? - гитарист ласково обнял рыжеволосого за плечи.- Не дуйся.
- Вот где он? Где, м? Почему где-то там, позволяя сейчас мне делать с тобой... Такое?
Судорожно вздохнув и передернув плечами, рыжеволосый вновь затянулся, на этот раз медленнее.
- Скажу глупость, но... Мы все расслабились после ухода Тайджи. Будто огонь пропал.
- Тебе не с кем бороться за меня, - усмехнулся Хидэто. Потом взъерошил свои светлые волосы и задумчиво протянул: - Буду ярким. Красным, например.
- Может, я перестану вас путать спьяну.
Обернувшись, Йошики крепко обнял Хидэ за плечи, пряча лицо на его шее.
- Я чувствую себя разбитым.
- Ничего. Я не обижаюсь. Не изнасиловал - и то хорошо, - улыбнулся лид-гитарист, обнимая рыжика и прижимая его к себе.- Все в порядке.
Дверь комнаты распахнулась, и в комнату завалился Тошимицу.
- О, блин, явился,- мрачно рыкнув, Йошики вдруг выпучил глаза и закрыл рот ладонями.- Хидэ, твоя футболка там осталась...
- Похуй. Переживу.
- Зато я нет. Стой здесь.
Йошики рыжей молнией влетел в комнату. Только схватил злосчастную футболку, как столкнулся взглядом с певцом.
- Ой. Я попал, да?
- Нет. Просто объясни, что Хидэ делает там, а его футболка - тут.
- А ты не заметил, что жарко?
Хаяши тут же смотался на балкон и вручил гитаристу одежду.
- Дави на жару.
- Окей, - Хидэто натянул футболку. Из комнаты донеслось "Хаяши, солнышко, заявись сюда вместе с гитаристом".
- Бежим балк...- внезапно Хаяши заорал прямо с балкона.- А тебя где нелегкая таскала несколько часов?!
- Где надо, - огрызнулся Тоши.- Твое счастье, что Хидэ известен тем, что законченный натурал. Иначе вас бы уже не было в живых.
- Ты мне что, угрожаешь что ли?- рыжик влетел в комнату.- Не при Хидэ. Но как только он уйдёт, я с тебя три шкуры спущу. Научишься ультразвуком петь!- и вновь высунул мордочку на балкон, мило улыбнулся гитаристу... И вспомнил про больную головушку.
- Тоши, не злись. Тут аж пиздец какая ситуация, - отозвался Хидэто, погладив рыжика по голове. Хидэ продемонстрировали кулак и ответили шёпотом,- пусть чувствует себя виноватым.
- Не почувствую! - слух у Тошеньки отменный.
Йошики готов был уже заорать всё, что он думает... Но внезапно поднял ладони к потолку, сжал воздух, сам весь ощетинился... Опустил ладони и выдохнул.
- Хидэ, прости за сегодняшнее. Я действительно перебрал,- виновато.
- Я знаю. Ничего, - гитарист улыбнулся и повернулся к Тоши.- Устрой ему сегодня классную ночь, он сам хочет.
И ушел, ероша светлые волосы. Дэяма вздохнул и обнял драммера за плечи.
- Перепутал его со мной?
- Ещё как...- тихо. Это было само по себе странно. Конечно, в юности Йошики не обладал столь крепкой головой, но... Чтобы кого-то с кем-то перепутать!- Я не нарочно. Правда...
- Ничего, - кивнул Тошимицу.- Перекрасим Хидэ - и все будет окей.
- Он уже предложил...- рыжик зевнул и потёр кулачками глаза. Ну девочка же, ну!- Давай спать? Я страшно устал.
- Да? То-то наручники на кровати висят...
- Господи, не напоминай...- Йошики застонал, пряча лицо в ладонях.
- Ничего...
- Ты плохо представляешь, что могло произойти.
- Представляю,- улыбнувшись, певец потрепал рыжика по волосам.
- Это же надо было...- вздохнув, Йошики опустился на кровать.
- Бывает, - усмехнулся Тошимицу.- Давай спать, чудо.
- Я теперь даже к тебе приставать не буду,- зашуганно. Приподнявшись, Хаяши стянул с себя платье и забрался под одеяло.- С утра я буду, как призрак невесты... Ну да ладно.
- Ничего. Все в порядке, - Тоши лег рядышком и погладил рыжика по голове.- Спи.
- А колыбельную на ночь?- ноюще.
Дэяма улыбнулся и тихо запел.
Йошики тут же свернулся клубочком, прижался к певцу и уткнулся аккуратным носиком в его плечо, слушая и медленно засыпая. А Дэяма все пел и пел. Пока, наконец, рыжик не уснул. Блаженно, счастливо улыбаясь. Тогда отрубился и Тоши.
***
- Блядство, Хидэ! - Тошимицу чуть не свалился со стула, во все глаза рассматривая гитариста. Тот смеялся и убирал с лица ярко-красные пряди, падающие на лицо из-за копошения в них Хаяши.
- Это как? А это куда? Бляяяяя, красотииищааааа!
Йошики пищал от восторга. Успел даже понять, что на голове Мацумото парик... Но насколько шли ему ещё более длинные, чем раньше, красные пряди!
- Спасибо. Теперь ты меня с Тошимицу не перепутаешь.
- Ааааа, блин, какая же ты няшка,- гитариста обняли со спины.- Буду теперь тебя дёргать.
- Охуенно, - рассмеялся Хидэто, развернувшись к драммеру лицом. Тоши сделал лапуморду и улыбнулся.
- Ну...может, и Томоаки имидж поменять.
- А вы не в курсе, что он уже того... Шатен?- положив руки на плечи Хидэ, рыжик выглянул из-за него.- Они с Хисом теперь оба тёмненькие. Хотя Хироши заикнулся о том, что хочет стать блондином. Тоши, да ты один, как не при деле получаешься!
- Похуй, пляшем! - заржал Дэяма, улыбаясь. Матсумото принялся ржать.
- Гопота!- обоих музыкантов треснули по крашенным макушкам.- Ладно. Тобой мы позже займёмся. Ты же у нас... Самый суровый рокер в группе.
- О, да. Ну...как-то это прикольно выглядят твои волосы, Хидэто.
- Бывает. Я сам упоролся.
- Пойдёмте, красавицы, у нас репетиция на носу.
Улыбнувшись, Йошики быстро поскакал к месту встречи. А то ещё всыпят за длинный язык. Хидэ и Тоши, переглянувшись, рванули следом.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:38 | Сообщение # 12
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Девочка с шестом.

- Йоши. Йоши, блин, не позорься!
Атсуши сидел за столиком почти пустого ночного заведения и пытался сосчитать, сколько он выпил. Они с Хаяши решили вместе провести вечер... Провели. Выпили, разболтались... А теперь вокалист Фейерверка откровенно ржал и еле удерживался от желания разбить голову о поверхность стола. В чем дело?
- Йоши! Йоши!
Сакурай уже пищал, хлопал в ладоши и стирал слезы смеха с глаз, пока тушь не потекла. Нет, эта рыжая дрянь бесподобна.
Знаете, в чем дело? Драммер X Japan уже минуты две извивался вокруг шеста на небольшой сцене. А всего-то Атчан пожаловался на тему извращений Хисаши. Дескать, с вибратором выступать не айс. Они начали обсуждать, спорить... А потом рыжая Няшка махнула кудрявой гривой... И поплыла. Причем, крутился он так, будто давно этим занимался.
Стоит отметить, что Йошики был в платье с короткой юбкой. Набравшись от своей "свиты", натянул сапоги выше колен, перчатки... Ну Мана времен поздних Малисов! Интересно, а на шпагат он не сядет? В этом Сакурай не сомневался, а вот оттаскивать ловко крутящуюся вокруг железки ГРН не стал - загрызет.
И все бы, блядь, ничего, если бы в тот момент, когда Хаяши крутанулся вокруг шеста в очередной раз, в тот же самый бар не завалился...трезвый(трезвый, сука!) Хидэто. Очевидно, гитарист решил выпить на ночь глядя – не много не мало одиннадцать вечера. А тут такое...
Поначалу Матсумото даже не въехал, кто вертится на шесте. Подошел к Атсуши, хлопнул его по плечу, завалился рядом со ржущим Атчаном...и остолбенел, переведя взгляд на сцену.
- Й-й-йоооооооооооши?!
Надо сказать, что драммер у шеста смотрелся очень эффектно. Почти стриптизерша. Ему бы раздеться еще - и все, ни один натурал(кроме Хидэ) не устоит.
Судя по совершенно невменяемому поведению Сакурая, его эти танцы до кондиции довели. Юноша кивнул гитаристу, налил ему выпить и куда-то исчез. Ровно через минуту на столе лежал букет роз для Няшки, а сам Йошики, казалось, ничего не замечал.
- Это они так с Тоши поругались,- тихо оповестил певец Хидэ, усаживаясь поудобнее.- Скоро научится готовить.
- Офигеть, - протянул Хидэ, явно находясь в ступоре. Это как же так, Грозная Рыжая Няша - и у шеста? Да кому расскажешь - не поверят. А знаете, что самое забавное? Хидэ это нравилось. Как красиво вьются волосы, как задирается короткая юбка, как скользит почти что женское тело по шесту. Это...было идеально.
- Хидэ-сан, у тебя сейчас встанет...- насмешливо заметил брюнет. Потом вновь похлопал в ладоши, чтобы драммер не расслаблялся.
- Кэп, - протянул Матсумото, закидывая ногу на ногу.- Бля...не ожидал я от Рыжей Няши.
И отвел глаза: ведь реально встанет же. И доказывай потом, что ты натурал, а Йоши похож на девушку.
Еще через пару минут нервы сдали у Атсуши, так что ему пришлось отдирать няшку от "танцпола".
- Все, концерт без заявок окончен!
Разумеется, певца наш рыжик изрядно испинал, но все-таки его удалось усадить напротив Хидэ.
- Обормот, - покачал головой Хидэто.- Как тебе только Тоши такое прощает.
- А ты молчи, не рассказывай, вот и простит,- Сакурая пнули носком сапога, а сам рыжик сложил руки на столике и уложил на них голову.
- Рыжая блядь,- без зазрения совести заключил певец, усаживаясь рядом.- Кавамурушка не переживёт, узнав, что его дочь сдали на панель.
- В стриптиз, - поправил певца Хидэ, улыбаясь. И погладил драммера по волосам.- Но насчет рыжей бляди Сакурай прав.
Драммер молча поднял руку, показал обоим друзьям средний палец и продолжил тихо рассказывать столу о своих несчастьях.
- И где ты только юбку-то такую отыскал?- поинтересовался брюнет, вытягивая ноги.- Хидэ-сан, всыпь ему. Тебя он, хотя бы, боится.
- Ему Тоши всыпет. За дела его блядские.
Гитаристу подсунули средний палец прямо под нос, после чего пригрозили букетом: Сакурай их доставал только с шипами.
- Да ладно тебе, Йо-чан. Красиво ведь танцуешь. Часто Дэяму стриптизом радуешь? - с легкой улыбкой отозвался гитарист, погладив рыжика по кудрявой шевелюре.
- Он же пьян, Хидэ-сан.
Действительно: Хаяши укусил гитариста за запястье, злобно рыча. Матсумото на это внимания не обратил. Лишь улыбнулся.
- Так что сначала мы разговаривали о работе, потом начали жаловаться на благоверного, а под конец нажрались и пошли отплясывать. Кто-то с утра со стыда помрёт.
А, правда. Йошики со стыда точно помрёт.
- Ничего, воскреснет, как только платье увидит. Йоши, солнце ты наше, пусти мое запястье, на нем и так следы останутся.
А все потому, что, укусив руку гитариста, рыжик ее не отпустил, а продолжал держать в зубах.
- Заснула Няшка. Давай, Йо-чан, будь хорошим мальчиком.
Драммер всё-таки отпустил гитариста и вновь углубился в свои раздумья.
- А знаешь, из-за чего они поругались?
- Ну? - Матсумото подпер рукой голову и устремил глаза на брюнета, поглаживая Хаяши по рыжим кудрям.
- Из-за платья,- насмешливо оповестил Атсуши, разглядывая Йошики.- Скоро начнут не заведённых детишек делить.
- Бывает, - хмыкнул гитарист.
- Бедный ты несчастный,- затянул шарманку певец, за что получил от рыжика по носу.- Всё. Нашей принцессе пора баиньки.
- Йо-чан, кис-кис-кис, пошли домой, - засмеялся Матсумото.
- Вы что, совсем охренели?- поинтересовался рыжик, решивший подать голос.
- А что такого?
- А ничего.
- Пойдем-пойдем. Новое платье тебе за потрясающий стриптиз купим.
Рыжик аж на колени к ничего не подозревающему Атсуши запрыгнул.
- Что?
- Платье тебе нормальное найдем.
- Да отстань ты,- Йошики вздохнул.- В первом часу ночи?
- Завтра, - подумав, отозвался Хидэ.- А пока - по домам.
- Ты уверен, что это реально?- Няшку отправили на отдельный стул.
- Злые вы.
- Неправда. Белые и пушистые, - усмехнулся гитарист.
Рыжик устало покачал головой. Надо же было так нажраться...
Матсумото улыбнулся.
- И все-таки, кому-то пора спать.
- Это точно. Йо-чан, пойдем? До дома доведу...
- Вот-вот, доведи. Мне тоже давно домой давно пора. Доброй ночи.
Когда Атсуши откланялся, рыжик оглядел себя и вздохнул.
- Черт.
- Пойдем домой, стриптизерша, - засмеялся Матсумото, поднимаясь и протягивая драммеру руку.
- А что? Пусть так же учится,- Йошики взялся за протянутую ладонь и поднялся на ноги.
- Ты красиво танцуешь, - улыбнулся гитарист, выводя рыжика из клуба.- Станцуешь мне как-нибудь?
- А больше ты ничего не хочешь?- с усмешкой.
- О, поверь, большего я захочу только если сменю ориентацию, - рассмеялся в ответ гитарист.- Да я же шучу.
Йошики засмеялся, разглядывая гитариста.
- Старый развратник.
- Всего на год старше, - усмехнулся Хидэ.
- Всё равно,- с улыбкой.
- Я просто привык видеть дам у своих ног, - отозвался лид-гитарист.- У Тоши обитаешь?
- Извращенец,- драммер чихнул и поправил волосы.- А где ещё? Не заявлюсь же я к своим в таком виде?
- Логично. Тогда потопали.
И гитарист быстро зашагал в сторону обители Дэямы.
- Но я не хочу туда...- тихо.
- Почему? - гитарист аж остановился.
- Тебе уже всё Атсуши объяснил.
- Ну... хочешь, у меня заночуешь.
- Да неудобно как-то.
- Харуки на девичнике. Стеснять не будешь. Пойдем?
Рыжик покачал головой,- уж лучше ты к нам. Спокойнее.
- Да ну вас. Отведу тебя к Тоши, а сам домой пойду. Или ты ко мне, Дэямушку предупрежу.
- Ты в прошлом году доходился, мало?- гитариста ткнули в живот, напоминая поездку в Прагу.
- Эээ...да, - рассмеялся музыкант, показав драммеру язык.- Выбирать тебе.
- Пойду домой. А то всыпят еще...- рыжик тряхнул кудрявой головой.- Ты ничего не видел.
- С тебя танец, детка, - рассмеялся гитарист, послав драммеру воздушный поцелуй. И быстро пошел вперед: а вдруг самому достанется?
Ну, да только мечтать Хидэ и мечтать.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:39 | Сообщение # 13
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Где-то 94-й.

Не везет - так не везет!
Увы, это про Лидера легендарной группы Buck-Tick - Хисаши Имая. Почему? Потому, что со школьных лет имеется у него персональный крест. И зовут его Атсуши Сакурай. Конечно, этот крест безумно умный, красивый и, наверняка, годам к сорока станет мудрым, но пока...
Пока Атсуши оправдывал месяц своего рождения - март. Настоящий мартовский кот. Нет, к счастью, певец не гулял по заборам и не орал песни на малопонятном, но тоже у себя на уме. Ну скажите, вы еще видели столь любящего неоправданный риск человека?
Вспомним: на ум приходят сразу движущие силы Х. Но Хаяши всегда был осторожен, а Мацумото предусмотрителен. Лид-гитарист Luna Sea Сугизо всегда получал нагоняй за проигрыши. А Джей - так вообще везунчик.
Но Сакурай - фигура словно бы аморальная. И началось это еще в школе. Сколько его помнил гитарист, это всегда был... Воплощение Дьявола: алкоголь, сигареты, даже запрещенные препараты, коими будущий певец приторговывал. Пропуски школы, девушки, сомнительные компании, драки. А потом и вовсе побег из дома. Словом, по-хорошему, ждала его колония. Пока однажды Хисаши, планирующий создать группу, не услышал голос дебошира. Между ними состоялся разговор: или такая жизнь, или настоящая музыка. И, как мы знаем, вскоре эти двое перебрались в Токио. А в новой группе первое время исправляющийся Атсуши занимал место драммера. Но да все это и так знают.
Проблема в том, что с годами Атсуши не менялся. От наклонной его спасала разве что его матушка. Но вскоре, как мы знаем, и её не стало. В группе всякие проблемы превращались в шутку - просто старались не выносить за её пределы. Но порой братья Толл и Юта просто не могли понять, почему их Лидер вечно прощает строптивый характер вокалиста. У них нашелся свой метод, о котором мы уже рассказывали. Каковым же было их удивление, когда Сакурай после побоев... Молчал. Словно так и должно было быть. Зато тогда они впервые увидели разъяренного лидера. А, надо сказать, до этого всегда тихий Хисаши прокололся лишь в 89-м. Тогда был большой скандал, ведь его арестовали за хранение ЛСД. Впрочем, в этот раз он был зол как никогда. А потом вдруг… Певец замкнулся в себе.
И, казалось бы, после знакомства с Йошики Хаяши и Рюичи Кавамурой, брюнет взялся за ум - да как-то незаметно. Сам гитарист был увлечен делами группы и попытками совместного творчества вместе с друзьями в лицах Хидэто Мацумото и Сугизо... А зря.
Хотя Бог с ним. Все это было давно. А вот сейчас Хисаши сидел в гостиной вместе с Джеем из LS и Йошики - собственно, как с лидерами ведущих групп. Обсуждали будущий весенний саммит, на котором нужно было выступить всем трем группам.
- Зрелище? Ну, мы с Тоши гарантируем кросс в свадебных платьях. Почему нет?- рыжеволосый Тайшо Х участвовал в беседе с огромным энтузиазмом. Идеи сыпались каждую минуту.
- Нашему Суги не привыкать носить кимоно. Вместе с Ино. Или, скажем, их обоих тоже запихнуть в платья, почему нет?- лидер LS же славился своей гуманностью.
- Тут главное только, чтобы шок у публики слишком большим не был. Да и всё это уже было!
Хисаши в очередной раз улыбнулся и записал все в записную книжку, чтобы не забыть.
- Две шестерки тебе на погоны!- раздалось из середины зала.- Мы опять выиграли!
И смех. На удивление чистый и звонкий, хотя этот человек обладал низким голосом. Повернувшись, Лидеры увидели радостных Сакурая и Кавамуру и недовольных Мацумото и Сугихару. Гитаристам нынче не везло.
- Я вроде еще не пил, а Атсуши уже смеется и улыбается,- задумчиво протянул Джей, осматривая играющих.
- Разговорчивый стал, не правда ли?- тепло улыбнулся Хисаши, делая в книжке пометки.- Все Хаяши-сан: мертвого заболтает.
Драммер слегка покраснел, а двое других рассмеялись. Все прекрасно знали о весьма интересных отношениях безумной троицы, но никому не было известно, что еще более интересные отношения внезапно сложились у Атсуши... И Хисаши. Точнее, завязались давно. А как они развивались сейчас! И хорошо, что никто не знал, в общем-то. Все уже знают сумасшедшую историю в Х. А представляете, что было бы здесь?
- Наш Юнэ того и гляди жениться соберётся,- улыбнулся Джей, потрепав непривычно короткие волосы драммера Х.- Так что, для нас редкость, чтобы он проводил с нами вечера.
- Поженятся и разведутся,- пророчески махнул рукой лид-гитарист BT.- Говорите, что хотите: а они не пара друг другу. Так что я просто уверен, что это ненадолго.
- Ты смотри: опять судьбу предсказывает,- наигранно скучающе шепнул Йошики Джею.
- А ты лучше за своим Дэямой следи,- пожал плечами гитарист, краем глаза замечая, что Сакурай давно вышел из-под его контроля.
- А если серьезно, то лучше что-нибудь еще: в платья мы действительно наряжались,- тут же нашелся удивленный драммер. Уж в их с Тоши отношениях он был уверен. Тем более, что и сам Хаяши внезапно остепенился.
Сидели музыканты в доме Хисаши: к счастью, деньги позволили ему приобрести небольшой, но уютный дом со студией, бассейном и некой имитацией оранжереи. Да, гитарист любил выращивать цветы на досуге.
А если без стёба, то было дело на его квартире в многоэтажке.
***
- Боже, как же я устал!- на всю гостиную раздался облегченный стон Сакурая, наконец снявшего с ног жуткие сапоги.
- Интересно, от чего,- мягко усмехнулся гитарист, закрыв за гостями входную дверь.- От вина или от карт?
- От творческих идей,- пожал плечами певец, откидываясь на спинку стула.- Йошики сегодня мне даже ни разу не улыбнулся. Заболел что ли?
- Ах, простите, Ваше Сатанейшество, я совсем забыл, что вы день и ночь только и грезите о "Рыжеволосом урагане",- хмыкнув, Хисаши устроился на диване. Да нет, он не ревновал. Просто знал, что Атсуши от него никуда не денется. Тем более с драммером: Сакураю нужен был мягкий, послушный человек. А не грозный Тайшо. Конечно, сам Имай был не лучшим кандидатом. Но был единственным. Как казалось сначала.
А потом он однажды обнаружил, что все это не так: слащавый Дьявол с легкостью менял юных партнеров как перчатки, стоило только его отпустить из поля зрения. Возможно, это была одна из причин, почему его так любили: таинственный, сексуальный, Дон Жуан, так сказать. Хитрый и злобный Хищник с горячим сердцем. И даже потом, спустя годы, Хисаши не научится разбираться в душе певца. Слишком он был... Таинственным. Правда, тогда история с англичанином становилась совсем непонятной.
- Ну, ты что, обиделся?- допив вино из бокала, Сакурай устремил взгляд темных глаз на своего непосредственного начальника.- Тоже мне. Тебе еще только бантик нацепить.
- Ротик прихлопни. С утра опять петь не сможешь.
Вот, казалось бы, и поговорили. Однако Атсуши стоило лишь бровью повести, как стало ясно, что время власти Имая окончилось: когда посторонних не было, темперамент певца выбирался наружу. Это был уже не тот на вид хрупкий юноша, коим он получил его на свое двадцатилетие. Это был вполне себе властный самец. Да что там? Это был мужчина, которого стоило опасаться.
А Хисаши просто любил его. Черт знает, почему. Знаете... Дружишь с человеком, привязываешься, возникает симпатия... И уже не знаешь, где грань между дружбой и чем-то большим.
- Останешься здесь или пойдёшь спать, любитель?
- Да, что-то с вином я переборщил,- рассмеявшись, Атсуши расстегнул манжеты на рубашке и обворожительно улыбнулся.- А потом я обязательно хочу увидеть выступление Malice Mizer.
- Явно не сейчас: тебе бы отоспаться. До спальни тебя тащить я не собираюсь.
А еще певец любил жесткий секс. Он ни за что не признается, но он безумно любит жестокость, проявленную к нему. Будучи убежденным пассивом, он менял партнеров, но удовольствия не находил и играл с юнцами. А вот ему, Хисаши, была известна оборотная сторона: распростертый на кровати брюнет с разметавшимися волосами, кусающий пальцы, стонущий, кричащий... И лишь просящий не останавливаться и брать его больше. Это бывало между ними все реже и реже... Но было. Как говорится, каждый крепкий человек лишь прячется за маской.
- А ты злой, Имай. Я подам на тебя в суд,- губы, имеющие темно фиолетовый цвет из-за помады, изогнулись в обиде.
- А потом еще расскажи, сколько раз из-за этой моей самой злости ты голос от экстаза срывал.
И вот, черт возьми, дело: вы когда-нибудь видели краснеющего Сакурая? Уверены, что нет. А вот Хисаши видел в ту самую секунду. А певцу осталось злобно послать гитариста на родину и уйти спать наверх. Зная, что Хисаши наверняка заглянет ночью.
Возможно, Атсуши после неудачного брака и неудачного романа с англичанином попросту боялся серьезных отношений. Что не помешает ему в будущем жениться вновь. Но отпечаток оставит навсегда.
Гордость… Атсуши всегда был гордым. Должно быть, она родилась вперёд него. Именно поэтому он стойко терпел всё, что подкидывала судьба. Как так можно жить – гитарист не понимал. Не понимал, да и не хотел. Он лишь боялся, что, казалось бы, легкомыслие певца вскоре может погубить его. Да, тогда Имай ещё и предположить не мог, что ещё с ними произойдёт в этой жизни.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:39 | Сообщение # 14
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
19-20 марта 1996-го.

Девятнадцатое мая. Полгода, как Гакт пришел в Malice Mizer. И все эти полгода, точнее, пять с половиной месяцев, красавец вокалист методично выедал Мане мозг чайной ложечкой. Работа, некогда любимая и долгожданная, - Сато находил утешение лишь в музыке - стала каторгой. А все Акабе. Певец уже какой месяц пытался выведать о Мане хоть что-нибудь. Кози ухахатывался с него, вешаясь на плечи Ками, а Юки было глубоко наплевать на их нового вокалиста. Ничего не скажешь. Манабу страдал в гордом одиночестве. Холодной глыбой он пытался закрыться от приставучего вокалиста, и лишь когда "Мана-са-а-а-ан, а как вас по-настоящему зовут" его окончательно доставало, Лидер Malice Mizer скрипел зубами и бросал на наглого шатена настолько яростные взгляды, никак не вязавшиеся с его девчачьим образом, что Камуи замолкал. А Кози и Ками молчали - Манабу запретил им рассказывать что-либо новому вокалисту.
Однако сегодня, стоило лид-гитаристу заявиться в студию, как Кирики набросился ему на шею с воплем "С днем рождения, Мана-чан!".
О Боже, как же Сато хотел убить этого обормота!..
Камуи никогда не был любопытным. Но его просто прорвало, когда он впервые увидел лид-гитариста и, по совместительству, лидера Малисов! Девкоподобный вызывал с каждым днем все больше вопросов.
Но он по работе мало говорил, а тут только глазками злобно зыркал!
"С днем рождения, Мана-чан!"
Внезапный вопль вывел певца из забвения.
- Оп-па, нежданчик..- усмехнулся Сатору, взлохмачивая волосы и записывая новое сведение на лежащий рядом листочек и пряча его в карман.
- С днем рождения, Мана-сан. Мои поздравления.
- Будь умницей, мальчик мой, хотя бы сегодня не доставай меня вопросами. - протянул Сато, отцепляя от себя обнаглевшего Кози и поправляя складки на платье. Темные глаза, подведенные черным карандашом, смотрели спокойно. Как и всегда. Короткий взгляд на вокалиста - мол, не трогай меня на мой же праздник, - и тихие шаги по направлению к сопящему на диване Ками. Драммер спал, подложив под голову черную подушку и укрываясь собственной курткой. Судя по взъерошенным волосам и размазавшейся туши, его подопечный ночевал в студии. Тихо вздохнув, Манабу безжалостно разбудил наглеца и хлопнул в ладоши, развернувшись к остальным.
- Работаем, времени мало.
***
Закончили относительно быстро: в пять часов дня. С учетом того, что они заявились в студию около двенадцати, это было действительно мало. Обычно пахали с десяти до самой темноты, а тут...
Манабу уже собирался домой, как ему на плечо легла теплая рука вокалиста.
- Мана-сан, а как же отметить?- поинтересовался Камуи, как всегда блистая своей улыбкой.- Не знал, что сегодня праздник. В самом деле: даже неудобно, что мы не подготовились.
Трое других уже получили нагоняй за то, что раньше певца не оповестили. К такому событию нужно готовиться, это же сам Мана! Безобразие какое-то!
- И ты даже не спорь, это нужно отметить.
- Гакуто, мальчик мой, я свой день рождения лет с шестнадцати не праздную... - передернул плечами Сато, стряхивая руку надоедливого вокалиста, - избавь меня от расспросов хотя бы в день рождения, это будет лучший подарок.
- А сейчас вам сколько?- тут же нашелся зайчик-умняша, улыбаясь во все зубищи.
- Не важно, Гакуто. - качнул головой Сато, поправляя платье и открывая дверь, - до завтра. Выспись сегодня.
Но вот Гакт имел свои планы на вечер.
- Неееееет, Мана-сан, раз такое дело, то сегодня спать не будет никто.
И в самом деле: не смотря на все отказы именинника, он и трое оставшихся Малисов были утащены певцом в ближайший бар, где Камуи всеми правдами и неправдами благополучно споил весь квартет. Собственно, включая и упирающегося до последнего Манабу. Можете себе представить бухую компашку во главе с единственно трезвым Гактом? Или же, певцу только казалось, что пьяны все?
Сато был пьян. Хоть и не до конца...но сознание еще не до конца затуманилось. Хотя соображал Маночка медленней, чем обычно, но цифры на часах отрезвили. 22:13. Пора домой. Кози и Ками вместе с Юки были бухие в зюзельку, так что...
- Гакт...ты наиболее трезвый, помоги дойти до дома...
Все время наблюдая за Маной, Сатору весь вечер в основном трепался с Ками. Так что с их фланга доносился только смех.
- И все-таки, наш Лидер слишком похож на девушку.
- Ты понимаешь, какое дело,- зловеще и заговорщически одновременно зашептал драммер, хлопая согруппника по плечу.- Если..
- А если я вдруг захочу с ним переспать, окажется, что мне придется жениться или что я гей?- не унимался Камуи, явно бывший энерджайзером.
Ками деликатно подавился, проследил, чтобы на них не зыркали, пнул Кози под столом и зашептал еще тише.
- Брат, а ты знаешь, почему ушел наш предыдущий вокалист?
Получив отрицательный ответ, драммер гоготнул и указал на Сато. Мол, меньше знаешь, лучше спишь.
Певец уже было заскучал, ибо пить с этим квартетом оказалось неинтересно – пить они не умели -, как вечно молчащий рыжик окликнул его. Лениво поднявшись, словно делал одолжение, Гакт сунул Ками деньги, драммер еще как-то внушал доверие, и подошел к гитаристу, помогая ему встать.
- Мана-сан, да я вас в постельку уложу и одеяльцем укрою.. Только бы это позитивно сказалось на моей зарплате.
- Добавлю. Если доведешь до дома. - покачал головой Манабу, опираясь на плечо вокалиста и приложил руку ко лбу, закрывая глаза. Все было как в тумане. Споили бедную девочку.
- Так...так. Завтра, в 12 дня жду всех в студии. И только попробуйте не прийти, сославшись на похмелье: из-под земли достану. - пообещал Мана и с помощью вездесущего вокалиста вышел из кафе.
Уже на улице Сато стало получше. Все-таки в кафе было душно...а на улице были свежий воздух, холод и темнота. Гитарист поплотнее закутался в пальто, которое он чудом не забыл, и, опираясь на Камуи, пошел дальше. Ветер трепал рыжие волосы, развевая их, и все было спокойно. Но ровно до того момента, как Манабу вспомнил абсолютно случайно услышанный разговор на тему "А что будет, если..."
- Если ты рискнешь воплотить то, о чем вы говорили в кафе, то может считать себя трупом.
- Мана-сан, вы лучше под ноги смотрите,- тут же засмеялся шатен, крепче придерживая чересчур перебравшую красавицу.- Что вы так боитесь? Я певец, а не маньяк - приставать не стану. Хотя.. Меня все равно продолжает изводить этот вопрос.
Как бы там дела не шли, Гакт поставил себе задачу во что бы то ни стало сорвать с чертового босса эту ледяную маску и узнать, какой он на самом деле. Зачем? Да черт знает. Но желание было.
- Кем ты будешь - натуралом или геем?... - задумчиво произнес Манабу, распрямляя плечи и тихо вздрагивая от холода, - наверно, все-таки второе. С какой стороны не глянь, а характерных мужских признаков я не лишен, вопреки слухам.
Сато держался гордо, прямо, холодно-спокойно. Этакий аристократ. Потомок французских королей. Почему французских? Мана очень сильно любил Францию. К тому же, и внешность у него была не характерно-японская: пускай глаза темные, но не узкие. И черты лица другие. В общем, гитарист выгодно отличался от многих.
А сейчас...сейчас было холодно. И Сато мелко дрожал, кутаясь в легкое пальто из черной ткани.
- Ни за что не поверю, пока не проверю,- парировал остряк и остановился, останавливая и Ману. Гитарист явно замерз, и это сильно напрягало. Нет, конечно, как подобие английского денди, Камуи мог сорвать с себя куртку и накинуть на плечи этому... Этой... Королеве. Но был риск огрести и остаться без голоса.
- Вы бы хоть сказали, что далеко живете. Хоть бы машину взяли.
А было холодно. И прилично. Поэтому Камуи сделал первое, что в голову пришло: расстегнул свою достаточно широкую куртку и - даже если бы Мана начал сопротивляться, это бы не помогло ему - прижал гитариста к себе, запахиваясь на спине рыжика. А что делать?
- Не возмущайтесь: согреетесь и дальше пойдем.
- Ну смотри мне: заболеешь - и я тебя на карнизе повешу другим в назидание. - выдал после короткой паузы и безрезультатного взбрыкивания Мана. Потом закрыл глаза и, как истинная леди, уткнулся носом в грудь Сатору и принялся греться. Почему-то отходить от Гакта не хотелось. То ли слишком тепло...то ли еще что-то, о чем Манабу старался не думать. Певец обнимал его, а гитарист нагло грелся, зажмурив обрамленные пушистыми черными ресницами глаза и вцепившись бледными ладонями в рубашку на груди Акабе. А потом...потом гитарист приоткрыл глаза и отстранился, выдыхая облачко пара.
- Пойдем. Еще недолго.
- А если заболеете вы, то репетиций не будет в ближайший месяц.
Согласно кивнув, Акабе отпустил Ману, застегнулся и вновь подхватил его под руку. Всю дальнейшую дорогу оба молчали. Камуи же просто переваривал те пару минут, пока гитарист к нему жался. Это было так... Приятно что ли. Однако и аморально: Сатору был натуралом и страшным бабником. Страшнющим. А хочешь-не хочешь, но босс был парнем. Так что шатен смахнул все на мороз.
А Мана...а что Мана? Маночка просто шел и думал о том, как же он ненавидит Кози за то, что тот заорал свое "С днем рождения, Мана-чан!". С неба посыпалась снежная крупа. Сато чихнул, закутался в пальто и со словами "Девятнадцатое марта, ничего не скажешь" пошел быстрее, ведя за собой вокалиста.
До дома Манабу дошли быстро. Занырнув, наконец, в тепло, музыкант стянул с себя пальто, разулся и проскользнул на кухню, поманив за собой певца. Алкогольный дурман успел уйти за то время, пока они шли. Холод на Ману отрицательно влияет. Хотя...Сато был похож на снег: оба холодные на ощупь, оба белые...оба беззащитные и в то же время недоступные. Даром что ли Кози звал Ману "Снежная Королева"?
- Проходи, я кофе сварю. Ты замерз, мальчик мой...
- Да я как-то не рассчитывал задерживаться..
Но все же как мышь, очарованная флейтой, певец разделся и прошел за гитаристом, осматриваясь. Упускать возможность хотя бы немного узнать, как живет Сато, было бы слишком глупо.
- А вы тоже, теплее одеваться не можете.
Да, Акабе ничуть не боялся этого молчаливого создания. Даже наоборот, совсем наоборот. Просто казалось, что девочка своей головой совсем не думает.
- Не стоит мне указывать, побольше твоего на свете живу. - покачал головой гитарист, ставя турку на огонь, - да и не ожидал я такой погоды...рассчитывал домой часов в 6 вернуться...- темные глаза посмотрели на часы, - а сейчас одиннадцать.
Сато устроился на соседнем с вокалистом стуле, подпирая щеку ладонью и тихо вздыхая. Взгляд Гакта был...странным. Слишком странным, чтобы просто так забыть об этом.
- Гакуто-кун, почему ты так интересуешься всем, что касается меня? - спокойный взгляд из-под рыжей челки.
- Значит, старше..- тут же отметил певец, стараясь запомнить сей факт. Была важна каждая деталь, каждая мелочь.
- Потому, что вы больно скрытный,- не стал лезть за словом в карман певец, теребя край скатерти.- А я не люблю тайны и загадки: предпочитаю очень быстро делать их обратными. Только и всего.
- Поверь, мальчик мой, не в каждую тайну нужно лезть. Иногда из-за этого теряешь бдительность, и в результате мучаешься сильнее, чем от неизвестности. - пожал хрупкими плечиками Мана, - Ками ведь рассказал, почему ушел Тетсу?
Гитарист поднялся и снял кофе с огня, разливая его по белым чашкам с черным узором. Потом вытащил какую-то коробку конфет, поставил ее на стол вместе с кофе и сел обратно.
- Он лишь кивнул на вас, ничего не говоря.
Смахнув челку со лба, Сатору пришел только к одному выводу: либо Тетсу приставал к Мане, либо... Либо сам Камуи идиот.
- Нет, ну а чего вы хотели, с другой стороны, даже в повседневной жизни так выряжаясь?- певец с минуту рассматривал кофе и принюхивался. Больно ему понравилось. Такого пробовать ему не доводилось.- Удивляюсь, как вас еще никто не поймал и в бордель не продал.
- Ну вот расспроси Ками поподробнее. Он болтливый...- улыбнулся Манабу уголками губ, - все немного запутаннее, чем тебе кажется. Ну да ладно. Пей, не отравленный.
И будто в подтверждение отпил из своей чашки, а потом отправил в рот конфету. Мана двигал челюстями почти незаметно, будто в этом есть что-то постыдное.
- Если понадобится, я сам тебе все расскажу. Но пока тебе ничего знать не обязательно. - Сато запрокинул голову назад, жмуря глаза и собирая немного распушившиеся волосы, оголяя при этом тонкую бледную шею.
- Терпеть не могу тайн и загадок.
Повторение - мать учения. Гакт не пялился на рыжика, но все-таки рассматривал с интересом. Такой холодный, тихий, но властный, и... Он был очень интересен Камуи.
- Мана-сан, не мое дело, конечно, но.. Быть может, у вас было разочарование в любви или людях? Вы так скрытны, что в голове не укладывается.
- Вот именно, что не твое дело. Не повторяй ошибок Тетсу, говоришь точь-в-точь, как он, - тихо произнес Манабу, глядя в глаза молодому вокалисту, - ты мне за полгода так мозги своими вопросами запудрил, что я уже начинаю верить в смерть бывшего вокалиста и в его вселение в твое тело.
Ведь с предшественником Гакта все было точно так же. И вопросы, и редкие прогулки вдвоем...а потом Тетсу влетел к Мане домой, упал перед ним на колени, уткнувшись носом в складки и прошептал, что влюбился. Тогда Сато ничего не ответил. Ни "да", ни "нет". А надо было бы...
- Зря вы отталкиваете людей. Среди них особи и хорошие попадаются. Хотя и редко.
Рыжик кололся. Дело, по ходу, было действительно хреновым. Но разве это создание, слепленное как фарфоровая Барби, может любить?
- Спасибо за кофе,- кивнул певец, подбирая ноги под себя и отодвигая пустую чашку.- С вашего позволения, я пойду. Поздно уже.
- Подожди! - Сато сам не ожидал от себя такого порыва. Зато стоило вокалисту изумленно посмотреть на него, как Мана убрал за ухо рыжую прядь и отвел глаза, - темень уже. И тебе далеко. Заночуешь у меня, отсюда и к студии ближе. А заодно получишь возможность узнать обо мне побольше.
Со стороны это походило на шантаж. Но только со стороны. На деле же Манабу просто не хотелось ночевать одному. Никаких пошлых мыслей, нет. Просто...Гакт был теплый.
Акабе осталось лишь сдаться без боя и действительно остаться. Раз уж Манабу сам просил.. Хотя все равно ничего доброго это в любом случае не предвещало.
***
Поболтав с Камуи еще около получаса, Мана понял, что если сейчас же не ляжет спать, то завтра и к полудню не проснется. К тому же, лимит общения был исчерпан: алкоголь все-таки остался и заставил Ману стать более разговорчивым. И хотя ничего нового для Акабе это не дало, но...сам процесс общения был увлекателен даже для Сато. Его собеседник был образован, тактичен...как и требовалось Снежной Королеве.
- Извини, я тебя покину. Душевая на втором этаже, вторая дверь по правой стороне. Твоя комната на сегодня первая слева. Не перепутай: зайдешь еще ко мне...
С этими словами музыкант ласково погладил Сатору по щеке и отправился наверх - в душ. Дверь гитарист по привычке оставил открытой.
И все-таки чуял Камуи, что надо было топать домой даже в таком состоянии! Не послушал голоса разума - заткнись и не возникай, а переживай то, во что глядел.
Чем дальше, тем больше Сатору понимал, что Манабу ему нравится. Да нет, не то, что вы подумали. Просто при чуть более близком общении он оказался как будто бы даже шустрым и резвым, один раз Манабу даже улыбнулся... Не сдержанно и холодно, как обычно, а как-то... Как должно быть.
Увлеченный своими мыслями, Сатору прошел в указанную спальню и приготовил себе ложе. Ну там разобрался, где что.. И на пару минут тихонько прокрался в Святилище - спальню Манабу.
Знаете, тогда Акабе чувствовал себя как ребенок, впервые попавший на карнавал. Он прекрасно понимал, что ничего хорошего в этом нет, но здесь.. Здесь витал дух рыжеволосого гитариста. Особенно, конечно, его привлекла подушка, которую по непонятному порыву он обнимал с две минуты.
Когда же внезапный дурман сошел, певец прошел в ванную. Ну дверь же была открыта. Глаза за день достаточно устали, поэтому Акабе первым делом прошел к раковине, снял линзы и убрал их в коробочку, которую всегда носил с собой. Можете представить его шок, когда чуть подслеповатые - тогда еще без линз Камуи, в принципе, прожить мог - глаза обнаружили в зеркале обнаженный силуэт, выпорхнувший из душевой кабинки?
Сато стояло прямо за плечом певца и смотрел ему в глаза через зеркало. Даже не стараясь скрыть наготу. Зачем скрывать собственное тело, если оно привлекало как мужчин, так и женщин? Мана этого не понимал. Но, видя смущение молодого вокалиста, Манабу еле заметно улыбнулся уголками губ и повернулся к певцу спиной, оглядываясь через плечо. Худой, бледный, с мокрыми рыжими лохмами, Мана был властным и беззащитным одновременно. Ни капли смущения. Лишь холод и еле заметный интерес.
- Неужели не слышно, что вода шумит? - насмешливо протянул гитарист, не меняясь в лице. Потом повернулся и обмотался полотенцем, дабы больше не смущать бедного Камуи, - м, Акабе-кун?
- Аааа.. А ты дверь закрывать не пробовал?- считай за полгода, Акабе впервые обратился к Мане так, словно они знали друг друга тысячу лет - на ты и без суффикса "сан". Шатен был настолько поражен увиденной им картиной, что даже обернуться был не в состоянии.
Правда потом рассудок опомнился.
- Когда у меня начинают болеть глаза - я ничего вокруг не замечаю. Но с уверенностью могу сказать, что ты очень красивый.
- Спасибо, я учту, что тебе понравилось мое тело. - отозвался Мана, поворачиваясь к Гакту лицом и убирая волосы с лица за плечи, собирая их в хвост и выжимая, - я живу один, а потому привык не закрываться. Ко мне никто не врывается...
Темные глаза смотрели с некоторым интересом. Еле заметным. Но потом этот огонёк пропал, - Сато то ли спрятал эмоции, то ли просто потерял интерес - и гитарист пожал плечами.
- Не буду мешать. - музыкант кивнул и прошел мимо вокалиста, слегка задев его плечом, - ой...прости, я не нарочно. - Манабу пожал плечами, подходя к двери.
- Мана, ты издеваешься что ли?
Не смотря ни на что, Камуи всегда знали как искреннего и прямого человека. Собственно, он никогда не стеснялся говорить то, что думает. Да и делать тоже. А это рыжее недоразумение начинало напрягать своей... Ненатуральностью. Слишком редко в нем проявлялся настоящий Манабу. Его почти поглотил тот Мана, которого все видели обычно.
Обернувшись, Сатору прокатился к двери по кафелю и захлопнул её именно в тот момент, когда гитарист уже собирался выйти. Певцу хотелось как минимум размазать эту куклу по стенке, лишь бы выбить из неё весь этот неприятный взору образ.
- Ты ведешь себя, как дешевая шлюха,- вывернув руку рыжика, Сатору держался за неё на пояснице гитариста, всем телом прижимая Сато лицом к двери.- Уж поверь, я в этом хорошо разбираюсь. А ты знаешь, что обычно с ними делают?
- Ты...ты что, совсем с ума сошел?
О Господи, каких сил стоило Мане не ругаться!...
- Я правда случайно! Отпусти! - Сато говорил почти с отчаянием. Гакт испугал его. Словами, действиями - всем. А главное было в том, что гитарист абсолютно не понимал, за что его сравнили со подзаборной блядью, - его, настоящего аристократа, никогда и брани себе не позволявшего! - и что певец собрался делать. Дернувшись несколько раз и осознав всю бесполезность своих попыток, Мана послушно вжался щекой в дверь и прошептал, кося темные маслины глаз на шатена:
- Что тебе от меня надо?..
- Сразу испугался? То-то же.
Отпустив руку гитариста, Камуи развернул его к себе лицом и расставил руки по обе стороны от рыжика, наклоняясь и смотря в его глаза.
- Если ты еще способен бояться, значит, не все потеряно. А если для того, чтобы ты чаще был нормальным, тебя нужно сломать - поверь, я это сделаю.
Акабе не испытывал никаких эмоций, так обращаясь с Маной. Но наболела тема. Наклонившись, певец укусил Сато за губу и выпустил его из "оков".
- Свободен.
Мана нервно сглотнул, вновь напустил на себя холод и, бесцеременно передернув плечами, мол, "говори, да не заговаривайся", исчез в собственной комнате. Там музыкант быстро переоделся в футболку до середины бедра - типичную ночную одежду - и нырнул под одеяло. В голове вертелись слова Гакта. "Нормальным..."
Мана и так нормальный. Пусть и холодный. Но он человек, мужчина, пусть и в девчачьем обличье. У Сатору нет никаких прав на него. И это успокаивало.
Едва стоило Мане исчезнуть, как Гакт испытал чувство стыда. Всё-таки он не имел права так поступать, но.. Ведь гитарист вынудил его. Или просто пить надо было меньше. Чем дольше шатен находился рядом с этим созданием, тем хуже для него это оборачивалось.
"А у него тёплые губы",- пронеслось в голове певца, пока он принимал душ. И эта была единственная его мысль.
 
KsinnДата: Суббота, 28.09.2013, 19:40 | Сообщение # 15
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Как Сато не ворочался, уснуть он не мог. Ну вот не шел сон - и все тут, хоть на стену лезь. И Мана полез бы, не знай он более действенный способ. Гитара.
Музыкальный инструмент часто помогал Мане коротать бессонные ночи. А под впечатлением сегодняшних событий могли родиться чудесные песни. Вот гитарист и поднялся с постели, прислушался к звуку льющейся воды - его комната граничила с ванной, даже дверь была из его комнаты в душевую - и расчехлил гитару. Присел перед ней на колени, провел пальцами по струнам, коснулся губами грифа и прошептал тихонько:
- Вот и вновь вместе коротаем ночь, красавица...
Единственной, кому принадлежало сердце Манабу, была музыка. А инструмент, производящий музыку, был для него чем-то святым. И Мана, устроившись на кровати, закинул ногу на ногу, убрал за ухо рыжие пряди и принялся перебирать струны, тихонько напевая себе под нос какую-то средневековую балладу.
Едва Акабе вышел из душа, как до его ушей донеслись звуки гитары. А когда он прислушался, то и тихий-тихий голос, поющий красивую песню. Компенсацией за плохое зрение был острый слух. Очень острый. И голос поющего очаровал Гакта. Накинув на плечи халат, певец вышел в коридор и замер у соседней двери, ведущей в спальню Маны. Да ведь пел рыжеволосый гитарист! И... Как он пел...
Шатен замер у двери в коридоре, изредка заглядывая в спальню и слушая, боясь спугнуть. Все-таки Мана был удивительным!
Ловкие пальцы добрали последние аккорды. Со струн гитары сорвались последние мелодичные звуки, и Сато отложил инструмент. Потом тихо вздохнул, поднялся на ноги, потягиваясь, и быстро подошел к двери, открывая ее и с холодом заглядывая в глаза обнаглевшему вокалисту.
- Тебя не учили, что подслушивать нехорошо? - прохладная ладонь аккуратно коснулась щеки певца, ласково поглаживая. Зато потом был легкий шлепок по щеке - будто намек на пощечину - и ледяной взор. Полярные пустыни теплее этого взгляда.
- Учили не входить в помещение, пока в нём играет музыка.
Реакция Маны была вполне понятна, и Акабе всё ещё было стыдно. Взяв гитариста за запястье, шатен опустил его руку, смотря в тёмные глаза. На душе кошки скребли, а это чудо могло что угодно вытворить.
- Мана-сан, я пришёл извиниться за своё поведение в ванной,- и, как мальчишка, Гакт потупил и без того плохо видящий взгляд и опустил голову.- Это смешно, но я не знаю, что на меня нашло. Простите меня.
Мана скривил губы в усмешке.
- Ну что же ты, мальчик мой, перед дешевой шлюхой извиняешься, м? - один из козырей Манабу - возможность надавить на больное и заставить почувствовать себя еще более виноватым. А рука на запястье была теплая. Ни чета его собственной ладони, прохладной и мягкой. Мана стоял в проходе, хрупкую фигуру освещал фонарь на улице, футболка сползла воротником в сторону, оголяя хрупкое плечико. Бледное, без единого изъяна. Сато и сам такой: красивый, холодный...но идеальный.
- А разве девушки определённого рода занятий не люди?- поднял голову певец, непонятливо смотря на Манабу.- Среди них встречаются и почище нас с вами, как бы это ни звучало.
А Сатору готов был, как лев драться за свои убеждения, за что страдал ещё в школе. Собственно, почему и пострадало его зрение. Но это научило будущего певца лишь никогда не сдаваться, а идти до конца.
- Да и я вам по этому поводу ещё в ванной сказал.
Сато усмехнулся. Тихо, горько...и как-то безжизненно. А потом обнял Гакта одной рукой за шею, наклоняя к себе, приподнялся на носочки и, уткнувшись лбом в лоб шатена, прошептал:
- Дурак.
И легонько коснулся губ певца, закрывая глаза. По-дружески и не совсем: с каким-то отчаянием. Будто даря сведение: прощаю.
Затем гитарист отстранился, вытер губы и, тихо прошептав "Прости", развернулся с Гакту спиной, делая шаг к себе.
- Мана-сан!- певец тут же поймал рыжика за руку, удерживая. А, помедлив, и вовсе притянул к себе. Не обнимая, но прислоняя рукой очень близко. Поведение гитариста не давало покоя, было чувство, что здесь что-то не так. Причём, совсем так. И одному Сатору в этом разобраться не удастся.
- Что происходит с вами, между… Нами? Что происходит?
В самом деле, что это было? Сумасшествие или паранойя какая? Певец пытался понять это, приобнимая Ману за талию, прочитать это в его глазах – но не мог. Не понимал. Или просто даже боялся подумать.
- Что это, Мана-сан?
- Ничего такого, чего стоило бы страшиться натуралу.. Ты попросил прощения - я простил. Не жмись ко мне, Акабе, смущаешь...- на одном духе произнес Мана, вцепившись тонкими пальцами в халат на груди шатена и глядя в стену за его плечом. Два тела, замершие в свете фонаря, казались каким-то особенно причудливым узором. И Манабу тихо вздохнул, закрывая глаза и ежась от холода. Гитарист мерз.
- Мана…- тяжело выдохнул певец, обнимая этого странного человека. Вот, казалось бы, он холоден. Но тело выдаёт его: тонкие пальцы, держащиеся за халат, легкая дрожь… Такой хрупкий, ранимый… И старается казаться не таким, старается быть сильным. Потому как… Просто некому защитить. Просто некому укрыть от этого мира.
- Так не бывает. Слышишь? Не бывает,- тихо шепнул Акабе, без тени смущения прижимая Ману к себе и гладя его второй рукой по красивым рыжим локонам.- Ты что, ещё и окна не закрываешь?
- Определись уже, на "ты" или на "вы". - тихо вздохнул хрупкий гитарист, оборачиваясь и устремляя взгляд в приоткрытое окно, - чем холоднее атмосфера вокруг, тем холоднее человек. А мне только этого и надо.
Музыкант тихо вздохнул и выпустил халат шатена из аристократических пальцев. Теплая ладонь упрямо ласкала рыжие взъерошенные и влажные после душа крупные кудри. Хотя, как кудри: легкие завитки, образовавшиеся от холода и воды. А губы если слышно шепчут какую-то белиберду на французском, и Мана искренне радуется, что его вокалист не знает этого языка. У него есть возможность говорить все, что угодно, и Камуи его не поймет.
- Не стой в дверях... - прошептал Манабу по-японски, прикрывая глаза.
- Я не отпущу тебя, пока ты не объяснишь, что за чертовщина здесь происходит. Что случилось с Тетсу, почему ты живёшь, но как неживой… Кто ты и откуда, Снежная Королева?
Было столько вопросов… И уже сейчас, когда почему-то вдруг стало не страшно, понимая, что больше возможности не представится и этот человек никогда больше его не подпустит к себе так близко, Гакт обнимал гитариста и мучился. Мучился со страшной силой. Маска медленно слетала с красивого лица, и певец собирался идти до конца. Что бы для этого сделать не пришлось.
- Прошу тебя, объясни мне всё. Пожалуйста.
- Мне неудобно так, мальчик мой...зайди и дай устроиться поудобнее. - вздохнул гитарист, опуская глаза и закрывая их. Почему-то все до безумия напоминало его время с Тетсу. Сато не знал, почему согласился. Но он видел, что вокалист был искренне счастлив с ним, а потому молчал. Так трудно было терпеть это все...
И сейчас история повторяется. Предшественник Гакта когда-то тоже пытался узнать все о Сато. И получилось ведь.
Гакт отпустил Ману, а вместе с этим и поутих его пыл. Что-то слишком много он сегодня себе позволял. Собственно, было понятно, что с Маной так и надо. Но нельзя забывать, что этому человеку ничто не стоило оставить Камуи без с таким трудом обретённой работы.
- Хотя нет, не говори. Я не хочу давить. Расскажешь, когда придёт время. Я… Я пойду наверное. Ещё раз прости.
Когда певец развернулся и попытался уйти, в голове было только одно: «Нужно было сразу уйти, а не оставаться на кофе».
- Стоять.
Не просьба, даже не утверждение. Приказ. И невозможно ослушаться холодного командного тона гитариста. Сам Сато прошлепал до окна, закрыл его и бросился на кровать, вытягиваясь на боку и сонно покосился на шатена, тихо произнося:
- Иди сюда. Не вздумай возражать.
И не возразишь ведь. Это Мана. Ему ничего не стоит обидеться...и тогда будет, как с Тетсу.
И певец подчинился. А что оставалось? Он итак накосячил. И сейчас влипать ещё больше крайне не хотелось.
Пока шатен шёл до кровати, было видно, что он находится в замешательстве – парень искренне жалел, что затеял весь этот разговор. Но, по ходу, отступать было поздно. Присев на край кровати, Акабе как школьник сложил руки на коленях и внимательно уставился на Ману, ожидая его рассказа.
А гитарист тихо вздохнул, перевернулся на живот, пододвинулся поближе к певцу, оперся на локти и принялся рассказывать, что произошло. Карие глаза затуманились - Сато погрузился в воспоминания. Рассказывал все с самого начала: как Тетсу пришел к ним в группу, как доставал его по первому времени. Как потом выяснилось, что они живут в одной стороне, как стали гулять вместе. Как сидели в парке и кормили птиц с рук. Как он впервые за долгое время засмеялся...а потом...
- Как-то вечером Тетсу позвонил мне и сказал, что хочет встречи. Я позвал его к себе...а он приехал буквально минуты через три, бросился мне в ноги и зарыдал. Потом признался, что влюбился. С первого взгляда. И спросил, буду ли я с ним. - Манабу поднял на шатена глаза и прошептал, - а я не смог сказать "нет".
Дальше была история их короткого, но бурного романа. Мана рассказал, как бился под ним бывший вокалист, как в результате Тетсу зашел слишком далеко и смешал работу и любовь, и как пришлось расстаться с красивым и добрым вокалистом. Тот не выдержал потрясения и ушел из группы. А напоследок пришел к лид-гитаристу и тихо, без истерик пролежал рядом с ним всю ночь, наслаждаясь теплом любимого в последний раз.
- Я до сих пор жалею, что прогнал его от себя тогда... - тихо прошептал Мана. За время разговора он ни разу не назвал собственное имя, как и настоящее имя их бывшего вокалиста.
- Ты безумно напомнил мне его. Своими расспросами и поведением. Третьего вокалиста я так просто не найду.
Акабе слушал молча, не перебивая, потрясённый: всё действительно оказалось так, как он и думал. Правда, не полностью, а примерно. И… История его потрясла. Всё-таки… Нет, певец не мог объяснить своих чувств, эмоций, не мог. Просто что-то тёплое пробуждалось в отношении Маны, чувство… Поистине необъяснимое.
- Мне жаль, что так вышло,- шатен осторожно коснулся ладони рыжика. На душе скребли кошки: Мана говорил о безумно личных вещах, но, в то же время, они касались и Камуи: один неверный шаг, и он снова безработный.
А ещё, ему было безумно жаль Ману: такой красивый, молодой и… Одинокий. Таким, как он, нельзя в одиночку, это Сатору знал хорошо. И… Певцу очень хотелось ему помочь.
- Но спасибо, что поделился. Я запомню твои слова.
- Запомни. И...если решишься пойти по пути Тетсу и связать со мной жизнь - учти его ошибки и не повторяй их. Никогда. - тихо вздохнул гитарист, опуская рыжую голову на покрывало и закрывая глаза. Болтовня его утомила. А еще он не согрелся и теперь мерз, лежа в одной лишь футболке перед вокалистом. Да только плевать он хотел на совесть, стыд, моральные устои...Гакт младше его на целых четыре года. Но наплевать.
- Да я как-то и не думал о таком, что ты. До сегодняшнего дня я и пальцем парня не касался.
Тёплая ладонь опустилась на щёку гитариста и почти нежно погладила. Без тонны косметики, конечно, Мана сильно больше на парня похож не был, но всё-таки выглядел чуть привлекательнее для глаза. Знаете, домашний такой, красивый… Естественный. И Гакт тихо благодарил судьбу за этот вечер. Почти все вопросы певца растворились.
- Что-то ведь ты там еще узнать хотел... - задумчиво протянул гитарист, кутаясь в одеяло. Ему опять становилось холодно. Такой хрупкий, маленький, бледный, легкий до жути. Как перышко. Чертов анорексик. Но сильный духовно. Мана - Лидер. Прирождённый. И лишь сегодня, под действием чертового алкоголя, все, что нагорело, выплыло наружу.
Сатору чуть улыбнулся, поднялся с кровати, дошёл до шкафа и вытащил оттуда ещё одно одеяло, в которое и завернул рыжеволосую красавицу.
- Только одно: как тебя зовут на самом деле?
И весь вид певца говорил: «Можешь не говорить, если не хочешь. Я пойму». Передать, на сколько Акабе был благодарен Сато за весь этот рассказ – невозможно. Безмерно.
- Даже так...ты Акабе Сатору, верно? - поднял глаза на певца хитрый гитарист. Раз Гакт так любит задачки и тайны, можно предложить ему самому угадать его имя.
- К тому, как ты меня зовешь, прибавь четвертую букву имени и шестую от фамилии. А чтобы узнать фамилию, отними от своей две последние буквы. - Мана холодно улыбнулся, кутаясь в одеяло, - ты же любишь тайны..
- Манабу Сато…- тут же засиял улыбкой школьный отличник Сатору, рассматривая гитариста. Ну наконец-то он раскололся, наконец-то!
- Спасибо, Манабу. Приятно познакомиться,- мягко усмехнувшись, певец нашарил холодную лапку и пожал её.- Знаешь, а ты ведь очень хороший. При более тесном общении, даже как-то… Не верится, что Лидер Малисов и ты – один и тот же человек.
- Один и тот же. Просто один - Мана, а другой - я сам. - тихо вздохнул Манабу, откидываясь на кровать, и сжал в холодной руке ладонь вокалиста. Темные глаза уставились в потолок, рассматривая звездный узор на нем. Он впервые кому-то открылся.
- Плохо же влияет на меня алкоголь...
- Ты просто не умеешь пить,- вновь улыбнулся шатен, второй рукой поглаживая холодную ладонь. Надо же, насколько образ реален и в жизни…
- Только поздно уже. А ты, помнится, собирался к полудню нашу компанию в студию вытащить – знаешь, который сейчас час?
- Не знаю и знать не желаю. Гакт...почему, когда я смотрю на тебя, мне тепло?
Наверно, наивный вопрос. Но Мане действительно важно. Его греет вид веселого шатена, и это...нервирует и не дает жить спокойно.
- Ты пьян, Сато, вот я тебе и вижусь в образе батареи,- закатив глаза, певец подлез к подушкам, взял одну и положил на лицо Маны, на пару секунд надавив, как будто пытаясь задушить. Потом уложил её на кровать и обнял.- Я не знаю. Может, просто на этот единственный вечер я вышел из образа мальчишки с вечно дебильными вопросами?
- Да вот лукавый тебя знает, Акабе Сатору... - чуть ли не по слогам произнес Манабу, закрывая глаза. Потом подумал-подумал...да и уткнулся носом в грудь шатена, поднимая руку и касаясь пальцем его губ.
- Тихо. Ни слова. Слишком хорошо, чтобы все ломать словами. - гитарист прижался крепче, согреваясь. Прямо как тогда, на улице. Колено случайно уперлось в пах вокалиста, а музыкант даже не заметил, завозившись на месте.
- Только ногу убери, пожалуйста,- тихо попросил певец, через пару мгновений всё-таки решившись обнять Ману, с радостью отдавая своё тепло. Хотя вот так заснуть с ним на одной кровати – мысля и идея поистине шальная. Да настолько что с утра Сатору будет долго рассуждать на тему, как он мог не напиться, но обниматься и даже дважды почти целоваться с парнем. Мда…
- Только ты с утра не будешь смущаться и заставлять меня на тебе жениться, а? Мне свобода моя дорога…
- Ты не был со мной. Каков смысл удерживать тебя? Хотя хотелось бы...но это неважно. Потом когда-нибудь. - прошептал гитарист, поднимая голову. Темные глаза - засасывающие омуты - смотрели спокойно и почти томно. Но в то же время холодно: хоть и пришел Манабу, сама Снежная Королева, вечный образ Маны, никуда не делся. А сейчас...сейчас можно все. И завтра гитарист извинится и свалит все на алкоголь, хотя глаза его смотрят осмысленно.
- А пока, на первый раз... - Сато потянулся к губами вокалиста, аккуратно касаясь их своими. Ненавязчиво, будто давая пищу для размышлений: нравится тебе или нет?
И Акабе ответил, не задумываясь, используя эту возможность, хотя немного и нерешительно. Просто прижал Ману покрепче к себе и запустил ладонь в рыжие волосы, чуть лаская.
Зачем? Почему? Кто знает. Возможно, чуть интересно было, любопытно. А, может, весь вечер к этому и шел, Гакту хотелось этого. И, попроси Сато что-то, Сатору бы сделал это не задумываясь. Сегодня можно.
- Тише...не сведи меня с ума своим напором... - прошептал рыжеволосый гитарист в поцелуй, углубляя его. Лаская своим языком чужой, обвивая одной рукой шею певца. Камуи целовался шикарно, ничего не скажешь. И Мане это нравилось. Единственное...он немного смущался. Но его можно понять. Темные маслины взглянули на шатена. Просто интересуясь.
А Сатору лишь прикрыл глаза, показывая, что он вполне доверяет Мане. Безоговорочно.
Обнимая и целуя его, Гакту казалось, что в его руках этот красивый юноша буквально тает в его руках, становясь более теплым, живым и... Нежным. И Акабе хотелось, чтобы Манабу как можно дольше оставался таким.
Мана отвечал, почти лениво ворочая языком. Инициатива уже давно была отдана Акабе, и рыжик банально балдел, обнимая любовника за шею и иногда легонько покусывая его губы. Прохладные руки скользнули в разрез халата, погладив певца по груди, немного робко потеребили пояс - ну а вдруг? Сато ждал с нетерпением.
любовника за шею и иногда легонько покусывая его губы. Прохладные руки скользнули в разрез халата, погладив певца по груди, немного робко потеребили пояс - ну а вдруг? Сато ждал с нетерпением.
- Ты хочешь?- жарко шепнул певец, на мгновение отрываясь от полюбившихся губ.- С утра не будешь жалеть?
Кто бы мог подумать, что в этот вечер у них появится такой шанс? Акабе просто поверить не мог, боясь, как бы ему все это не привиделось.
- Да, хочу. Не бойся и не думай о последствиях... - прошептал Сато, обнимая певца за шею. Вызволенные из поцелуя губы были влажными и чуть приоткрытыми, будто манящими. Парочка хлопаний дрожащими ресницами, взъерошивание рыжих волос - и вот он Мана во всей красе своей. Худой, бледный, с худыми руками и ногами, почти аристократ. Если не считать футболку.
Певцу казалось, что еще шаг, и какие-нибудь мифические существа выползут из-под кровати и растерзают его до смерти за то, что он решился касаться Маны. Сато менялся на глазах, стоило только руку протянуть. Что юноша и сделал, пройдясь пальцами по красивому лицу, очерчивая скулы, крылья носа, губы... Он был еще в одежде, под одеялом, но так красив, что певцу даже дышать было трудно от мысли, о чем его попросили.
- Хочу тебе сразу напомнить, что с парнями никогда не спал и во всем этом почти ничего не понимаю.
- Господи, Сатору, расслабься...- протянул Манабу приподнимаясь на локтях и стряхивая назад рыжие волосы. Даром что ли говорят, что рыжие мало того, что бестыжие, так еще и в постели звери. А Маночка хоть и крашенный, но все равно обладатель рыжих лохм, а значит...
- Это как с девчонкой. Просто...вход другой и нужна смазка. Вот и все. - абсолютно спокойно произнес лид-гитарист, аккуратно усаживаясь на кровати и ногами спихивая одеяло в другой конец кровати. Потом встал перед Камуи и на колени и положил ему руки на плечи, заглядывая в глаза.
- Я могу начать, если хочешь...
От его близости медленно, но верно, путались все мысли. Певец даже пожалел, что снял линзы. А ведь действительно, это может оказаться интересным. Очень даже.
- Ну, попробуй, красавица,- чуть усмехнувшись, Камуи приласкал пальцами щеку рыжика. Раз возможность есть - оторвись по полной.
Мана немного прищурил темные глаза, коротким движением потираясь о пальцы щекой, и провел руками по груди певца, развязывая пояс на халате. Аккуратно снял его, отложил в сторону и надавил певцу на грудную клетку, принуждая лечь. Потом забрался ему на бедра, наклонился, чуть прогнувшись и коснулся губами шеи, медленно покрывая ее поцелуями. Руки вовсю гуляли по телу шатена, то вплетаясь в темные волосы, то выкручивая чувствительные соски, то надавливая на низ живота, опасно близко к паху. Манабу ни на минуту не закрывал глаза. Лишь смотрел томным и холодным взором из-под рыжей челки. Будто спрашивая: нравится?
Действительно, как внешность порой обманчива. Неужели, это правда Манабу? Или, все-таки, пить нужно меньше?
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим. Мы взрослеем? (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Страница 1 из 41234»
Поиск:

Хостинг от uCoz