[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 5«12345»
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим: на рассвете юности (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Что делаем, то и хотим: на рассвете юности
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:44 | Сообщение # 31
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
16 июня.

Как и планировалось, Рэй прилетел в середине мая, сразу закинув бывших любовников работой. Но вот прошел почти месяц. В этот день Атсуши смотался из дома с раннего утра, оставив любовнику записку: "В "Сакуре" в 7." 16 июня. День рождения Хидэхико. И Рэю нужно быть непременно: и Хидэ к нему душой проникся, и Атсуши одного отпускать нельзя. Но только вот... Куда смотался этот азиатский Дьявол, оставив объятьям британца Айко?
Хороший вопрос. Но фишка в том, что в полночь у британца самолет обратно в Лондон. Ему пора и собственным проектом заняться. Хисаши об этом знал и дал добро на возвращение певца на Родину, за что его одарили крепкими объятиями и ласково пожурили. Уоттс хмыкнул, поглядел на кошатинку, уже привыкшую к нахождению в доме иностранца, и слез с кровати, ухмыляясь.
Атсуши пол дня бегал по бутикам, выбирая наряд для вечера. Чтобы у присутствующих челюсти ускакали на интимное свидание с полом, а сам человек, для которого он так принаряжался, сразу забыл к чертям обо всех своих бабах и остался здесь, с ним. Следовательно, наряд должен был вызвать сумасшедшее желание... Ах, каким же он еще был ребенком!..
Так что теперь попробуйте представить состояние англичанина, когда, уже будучи в клубе, к нему подкатили сзади, положили ладони на плечи, лизнули за ухом и шепнули "Почему скучаем, красавчик?" Да Сакурай сошел с ума! Половина присутствующих его не узнала, а вторая подавилась от.. А вот черт знает, от чего.
Читайте внимательно, представляйте, на инфаркт не жалуйтесь: сапоги на высокой шпильке со шнуровкой, кожаные обтягивающие штаны, больше напоминающие лосины, розовая мини-юбка, кофта тоже явно из женского отдела - скорее розовая блузка - и сверху кожаная черная косуха. На макушке солнечные очки, макияж всему под стать, разумеется, кольца, цепочки... Но самое страшное, что Атсуши так было сложно отличить от "гламурной чиксы", но ему это страшно шло. Рэй был в числе тех, кто Атсуши не признал. Поэтому ладони были скинуты с плеч, а голос с насмешкой проговорил:
- Прости, девочка, я не свободен. Подойди к имениннику, он один сидит.
И лишь потом пригляделся, заметил знакомые черты лица...и чуть не свалился на пол, охуевая и хриплым шепотом произнося:
- Сакурай?...ты что, блядь этакая, себе позволяешь, м? Чуть я с тебя глаз свожу, так ты уже в такое...Господи, ты с ума меня свести решил. - Уоттс застонал и притянул к себе музыканта за талию. Потом глянул на часы: 19:07. Можно увезти брюнета домой, всыпать ему хорошенько за такие выходки и улететь с чистым сердцем.
- Я рад, что тебе нравится,- хмыкнул азиат, потираясь о щеку певца.- С Хидэ я уже поздоровался. Рэй,- брюнет чуть отстранился, обижено смотря на любовника.- Почему ты оставляешь меня здесь? Возьми с собой, если не можешь остаться сам.
- Атсуши, мы с тобой уже говорили на эту тему. - отозвался англичанин, поглаживая Сакурая по щеке, - Мне надо работать...а ты живешь и работаешь в Японии. Понимаешь? Я не знаю, когда сюда вернусь. А тебе стоит заняться своим вокалом, а то Имай ругается, что у тебя голос хрипит от наших с тобой ночей.
Англичанин потерся щекой и подбородок певца, шепнув:
- Хочешь уединиться, красавица?
- Ты наглый, противный, сухарь бесчувственный!- ладони Атсуши сжались в кулаки и жалобно застучали по груди Рэя.- Нет, не хочу. Завтра тебя уже будет радовать какая-нибудь британка, вот и подождешь.
Да, черт возьми, это было практически ревностью. Неожиданно для себя, Сакурай настолько привязался к этому "рабочему роману", что подумать страшно.
- И вообще на нас смотрят. Пусти.
- Да плевал я на их взгляды, - отозвался Уоттс, беря ладонь вокалиста Buck-Tick’ов в свои, - Пошли, поговорим.
И тут же поднялся, утащив за собой брюнета. И стоило им выйти из помещения, как Рэймонд крепко обнял талию музыканта, прижимая к себе и утыкаясь носом в волосы.
- Ты ж моя радость...я не хочу уезжать, но мне правда нужно.
- Рэй..- голос Атсуши был настолько жалобным, что это можно было сравнить только со скулежом побитого и всеми забытого щенка.- Я не хочу без тебя. Я готов оставить работу. Слышишь? Готов оставить здесь все, чтобы быть с тобой. Чтобы быть рядом с тобой всегда. Ну Раимондо..- азиат буквально заныл, на японский манер растягивая имя британца, как его все время называл Ютака.- Ну пожалуйста...
- Атсу, милый мой... - тихо вздохнул певец, отводя глаза и потираясь о патлы вокалиста, - я не могу, хороший мой... А еще я оставил тебе кое-какой подарок дома. Сам найдешь.
Ой, сколько времени ушло у англичанина на то, чтобы все сделать правильно.
- Рэй, я..- брюнет вздохнул.- Спокойно, Атчан, у тебя тушь потечет,- юноша чуть протер уголки слезящихся глаз.- Я не прощу тебя, если ты не вернешься до зимы. Или, может, я как был - так и остался для тебя всего лишь хорошим "способом скоротать ночи в чужой стране"? Дурак, какой же я дурак, что только поверил тебе.
Атсуши закрыл глаза ладонями. Было... Непривычно больно. Как в ту ночь с Хисаши. Все повторялось, чуть по-новому.
- Ну...- Уоттсу даже жалко его стало. Англичанин обнял его, прижимая к себе, и успокаивающе зашептал какую-то белиберду на родном языке. Потом пару раз глубоко вздохнул и перевел взгляд на почти плачущего певца.
- Скорее всего, я не закончу до зимы. Дел накопилось выше крыши самого высокого Токийского небоскреба. Но ты... - европеец взял лицо Атсуши в ладони, заставляя убрать руки и посмотреть себе в глаза, - Ты всегда останешься чем-то особенным. Не шлюхой, а равным. Слышишь? Ты не способ разделить ночь с кем либо. Ты - мой любовник, и мне неважно, хочешь ты им быть или нет. А вот подарком, который я тебе оставил, можешь пользоваться до моего приезда.
Рэй улыбнулся и добавил:
- Он развеет твою тоску.
Атсуши вылупился на англичанина так, словно бы он предложил ему по экспериментировать с вьетнамской кухней. Кажется, до певца дошло, что удумало это бессовестное создание.
- Ты же не вернешься, верно?- с горькой усмешкой.- Совсем не вернешься. Или потом, через года, когда вновь приспичит с Хисой поработать.
Уоттс тихо вздохнул и пожал плечами.
- Я не знаю. Правда, не знаю.
И крепко обнял японца, утыкаясь носом в волосы.
- Проводи меня до самолета, хорошо? Я хочу пообщаться с тобой побольше. А что касается британок...да ну их к чертям, ты лучше, намного лучше.
Рэймонд улыбнулся и взъерошил певцу волосы.
- Ну что ты смотришь на меня как побитая собака?
- Милый мой, ты же меня забудешь,- тяжело вздохнув, Атсуши пошарил на собственной шее и расстегнул цепочку с большим крестом, после чего положил её в карман англичанина.- Вспоминай меня хотя бы иногда. Пойдем отсюда.
- Хочешь, звонить буду? - улыбнулся европеец, обнимая Сакурая за талию и выводя прочь из снятого помещения, - Хидэ ведь не обидится?
Да даже если обидится, музыканта это не волновало. У него есть дела по важнее.
- Хочу, конечно,- брюнет чуть улыбнулся.- Когда будет время или бессонной ночью.
Хидэ? Да Хидэ уже вообще не до них. Он там уже "дозрел".
- Если и ты скучать будешь - звони. Я всегда выкрою время, - улыбнулся Уоттс. А в глазах жалость: он знает, что больше Атсуши ему не позвонит. У него будет много работы, да и дома забот хватает. Уж об этом Рэймонд позаботился. Англичанин вздохнул и погладил певца по волосам, зарываясь в черные длинные пряди.
- Я успел привязаться к тебе, Атсу.
- Все, не дави на психику,- азиат топнул ногой и потер виски.- Я сейчас точно разревусь и доведу тебя до состояния, что на самолет опоздаешь. Так что давай просто погуляем все оставшееся время.
- Не реви, мой хороший... - улыбнулся Уоттс, погладив брюнета по волосам.
Они прогуляли все оставшееся время. Дошли до парка, прошлись по нему, успели пройтись по Токио. И целовались в темных переулках до упаду, до боли в губах и сердце. Англичанин посчитал нужным отплатить за цепочку с крестом и отдал Атсуши свое кольцо. Просто в качестве подарка. К 11 часам вечера оба музыканта сидели в аэропорту, в зоне ожидания, и прощались. Рэймонд крепко обнимал японца за талию, прижимая к себе, и поглаживал по волосам, искренне надеясь на то, что Атсуши будет его вспоминать хотя бы изредка.
Чем быстрее шло время, тем больше Атсуши храбрился. Ну как, как теперь одному? Вновь просыпаться в холодной пустой постели, не видеть этого вечно ухмыляющегося лица, не слышать его едких ругательств и подколов... Да это же стало частью его жизни!
- Ох, Рэй, как же быстро прошло то, что началось в шутку,- певец жался к любовнику, ласкаясь совсем по-кошачьи. Оставалось надеяться, что однажды англичанин вернется, а сам Атсуши вспомнит, как им было хорошо, а не будет думать об обидах. Смешно.
- И не говори, мой хороший...- тихо выдохнул англичанин, погладив музыканта по волосам, - Ты только вспоминай меня иногда... я скучать буду.
Уоттс усмехнулся и ласково пожурил японца, поцеловав в лоб напоследок.
- Ну, вот торчать без дела ты не будешь, это я обещаю.
- Я уже боюсь. Заранее,- Атсуши вздохнул, играя с ладонями Рэя. Он не будет звонить, потому, как просто не решится. Время он сможет выделить, но попросту не решится.
А потом объявили посадку.
- Тебе пора,- всхлипнув, Сакурай протер глаза и крепко обнял Уоттса за шею.- Пусть перелет будет быстрым и легким.
- Спасибо. Проводи до места посадки. - тихо попросил Рэймонд, поцеловав музыканта в губы. Легко. Совсем не так, как целовал раньше по ночам. Сейчас все было просто. На прощание. Потом англичанин поднялся, взял чемодан и обнял брюнета за талию, заглянув в расстроенные черные глаза.
- Чуть не забыл: забери Айко от Хисаши. Я отнес ее туда, ибо она просто подохла бы одна со скуки.
И лукавый блеск в темных глазах.
- Это уже завтра: его сегодня от Хидэ не вытащишь. Но спасибо.
Атсуши.. Да лучше даже не говорить, что он ощущал. Душу всем растравит. Он просто был с Уоттсом до последней минуты, пока не пришло время расставаться, когда неожиданно для себя азиат бросился певцу на шею и нежно поцеловал его на прощание. Они не скоро увидятся, это понятно.
Атсуши сразу поймал такси и отправился домой. На душе было так паршиво, что всю дорогу ему пришлось отшивать водителя и стирать потекшую тушь из уголков глаз.
Дома его ждали письма на полке для обуви и молодая экономка Минако. Хорошая была девушка: на выходки Атсуши реагировала как положено, да еще и оказалась другом певцу.
- Не смотри на меня, я разбит,- поправив юбку, брюнет отказался от ужина и принялся медленно раздеваться. Завтра у ребят будет похмелье, нужно забрать Айко, и Рэй.. Рэй же что-то про подарок говорил?
- Минако, господин Уоттс что-нибудь оставлял?
- Боюсь, что нет...только если записку. - пожала плечами девушка, протягивая певцу сложенный пополам листок бумаги.
А вообще, что касается Хисаши. На вечеринке его не было, хоть Атсуши и показалось присутствие гитариста там. Собственно, с ним и был связан подарок англичанина. Вы уже догадались, не правда ли? Ну, что ж, давайте посмотрим, верны ли ваши догадки.
Внутри записки небрежным почерком Уоттса было написано несколько строк. Очевидно, европеец писал второпях.
"Иди к Хисаши. У него и кошка, и подарок. Желаю тебе удачи и счастья. Последнего в особенности."
И подпись, по привычке с завитушками:
"Рэймонд Уоттс".
- Спасибо. Буду поздно.
Ну и что же этот чертов англичанин учудил? Черт знает. Главное, забрать Айко. А там..
***
Через час Атсуши стоял на пороге квартиры рыжеволосого и теребил манжет белой рубашки. Но хоть переоделся. Очень хотелось, чтобы Хисаши был дома и еще не спал. Хотя все это было странным.
Собравшись с духом, Атсуши позвонил в дверной звонок.
И знаете, кто открыл ему дверь? Кошка. Услышавшая звонок в дверь, Айко бросилась на дверь и, поднявшись на задние лапы, нажала передними на ручку двери, открывая ее. Потом пулей вылетела из дома, залезла Сакураю на плечи и замяукала, косясь в коридор. Кошку явно что-то беспокоило. И это что-то было внутри дома.
Атсуши так и обмер, поглаживая свою красавицу по макушке.
- Что, в доме маньяки, а я вовремя переоделся?
Нет, Айко была умной, но что-то как-то было.. Страшно. Закрыв дверь, певец переоделся и громко позвал гитариста.
Хисаши не ответил. Зато кошка, будто взбесившись, слетела с плеча певца и принялась носиться от лестницы до Сакурая и обратно, будто отчаянно пытаясь что-то сказать.
- Туда?- Атсуши стало вообще не по себе. И почему он с собой хотя бы мухобойку ее носит?- Ну веди, раз дело такое..
Айко тут же замяукала и бросилась вверх по лестнице. А ведь этот дом... хотя музыкант жил в многоквартирном доме, после ухода Атсуши от него он перестал заявляться на ту квартиру, и теперь жил здесь. Там, где он жил во время их с Араки любви.
Ошалевшая кошка взлетела на второй этаж, повертела головой, ориентируясь...и повела певца к комнате, куда его в свое время в коробке доставил бывший вокалист Buck-Tick’ов. Айко замерла под дверью и стала скрестись в нее, смотря на Сакурая и яростно шипя: мол, ну помоги же мне!
- У меня дежа вю.
Атсуши был в таком шоке, что присел на корточки и поинтересовался у кошки "Может, не надо?" Получив когтями по руке, певец шикнул на любимицу и открыл дверь, входя в комнату. Последний раз здесь он был 8 лет назад.
- Ам.. Май-Май?
И опять тишина. Лишь судорожный вздох и какое-то шуршание за кроватью. Айко тут же бросилась туда и скрылась из виду, после чего послышался сдавленный стон Хисаши и тихий шепот:
- Айко...черт, я ненавижу этого англичанина...
И все с таким придыханием, будто Имаю плохо.
- Хисаши?!- Атсуши тут же пролетел по полу туда, где исчезла Айко, и чуть на месте не упал, увидев гитариста.- Медитируешь что ли?
- Если бы... - жалобно застонал гитарист, - тебе Уоттс записку оставил... и я искренне надеюсь, что там есть ключ.
Кажется, пора описать состояние бедного Май-Мая. Обнаженный по пояс, в одних джинсах и босой, рыжеволосый мужчина сидел на полу, прикованный наручниками к батарее. В волосах красовался бант, а глаза Хисы были сонными, будто он только что проснулся. Была еще одна вещь, пугающая больше всего: капельница, подключенная к левой руке Хисаши. Потом музыкант вдруг зевнул и опустил голову на грудь, тут же вырубаясь. Черное пушистое создание замяукало и вскочило на грудь Имая, отчаянно пытаясь привести его в чувство.
- Ебать..
"Снотворное что ли?"
- Вот есть же..- брюнет прекратил поступление жидкости из емкости в трубку, а потом и вовсе отцепил иглу от руки, сжав её.
- Проснись, блин!- певец пошарил в кармане, нашаривая там записку, которую зачем-то взял с собой.- Ай, укуси его за нос.
Кошка цапнула Атсуши лапой по руке и спрыгнула на пол, подбегая к столу и запрыгивая на него. Потом что-то подцепила лапой и сбросила вниз. Очередная записка. Прямо квест какой-то.
Имай не отозвался. Лишь тихо всхлипнул во сне и сжал ноги в коленях, сводя их вместе.
- Слушай, я уже подумываю разыскать какую-нибудь группировку и заказать им сбить самолет,- погладив рыжика по волосам, Сакурай поднял с пола записку и внимательно изучил ее.
И опять тот же почерк, и те же привычные буквы.
"Иголку ты, разумеется, вытащил. Умничка. При вытаскивании иглы автоматически был введен афродизиак. Избавь Имая от его немаленькой проблемки.
Насчет подарка. Если честно, то я долго думал, что тебе подарить на прощание. Знаешь....больше всего на свете мне хочется видеть счастье в твоих глазах. Я тебе его подарить не смог, поэтому пускай дарит Хиса. Развяжи уже ленточку и освобождай свой подарок от возбуждения!"
Атсуши уставился на записку, сумев лишь тихо ругнуться. Потом взглянул на Айко и охренел: так вот, что за "подарочек"!
- О Господи, ну только этого мне не хватало..- певец аж заныл. Заподляк.- Айко, где ключ?
Кошка отозвалась долгим мяуканьем и смахнула ключ хвостом, устраиваясь на столе. Хисе же становилось тяжелее дышать, и из-за растущего ощущения теплоты пришлось проснуться. Расширенные, как у наркомана, зрачки уставились на Сакурая, а потом Имай свел ноги вместе и сжался в клубочек, явно не понимая, где он и что с ним творится. Но одно гитарист знал точно: дыхание просто так сбить нельзя. Тут явно что-то задействовано.
- Ну, Уоттс, ну, спасибо, блин, все припомню,- пообещав, Атсуши подобрал ключ и подполз к связанному гитаристу, освобождая его.- Ты как?
Хисаши тут же обхватил колени руками, стараясь максимально закрыться от чужих взглядов и прикосновений.
- Мне жарко...
- Давай переберемся на кровать,- вздохнув, Атсуши погладил рыжеволосого по волосам.- Будешь сопротивляться - обратно привяжу.
- Не надо... - тут же подпрыгнул Имай, вцепившись в плечо вокалиста и крепко-крепко обнимая, - У меня дрожь по всему телу...
Раскрасневшийся, наивный до ужаса, добрый и мягкий. Таков Хисаши, и с этим ничего не поделаешь. Страдалец душой и телом, не нашедший утешения после ухода партнера. Желанный.
- Атсуши...что со мной? - большие карие глаза, по-детски наивные.
- Эта скотина использовала необычную иглу: когда я её вытащил, из какой-то её части в твою кровь попал афродизиак,- чуть нахмурившись, Атсуши поднялся на ноги, шикнул на кошку, мол "не подглядывай", и помог Хисаши лечь на кровать.- Хитро он все продумал.
- Бесит... - тихо застонал Май-Май, тут же сворачиваясь клубочком на кровати и тихо прошептал, - Выпутай ленту из волос, она мешается...
- Вот сам и выпутай. Сегодня так сложилось, что ты - мой подарок. А я безумно хочу выпить. Так что успокойся,- вздохнув, Атсуши ласково погладил Хисаши по животу и расстегнул замок на его штанах.- Приподнимись.
Имай вздрогнул всем телом и жалобно застонал тихое "Атсуши...".
- Чшш..- брюнету и самому было не по себе, ну да черт с ним. Раздев рыжеволосого, певец погладил его по животу и поцеловал кожу на бедре.- Обещай только не рыпаться, хорошо? И не начинай свою речь про то, что мы расстались.
- Что ты хочешь сделать? - тихо и испуганно. Хисаши не верит. Боится этой близости. Страшится последствий. Но губы знакомо касаются кожи на бедре, и гитарист испуганно вздрагивает, сводя ноги.
- Нет, конечно, если у тебя есть идея по лучше..- детская непосредственность и наивность Май-Мая и.. Бля, а ведь певец успел отвыкнуть. Но губы с интересом вспоминают каждую клеточку на коже худых бедер, а ладони ласкают живот, иногда перебираясь на пах и касаясь пальцами члена.- Как ты вообще так влип?
- Он пришел...сказал, что оставит кошку. Я на мгновение отвернулся...а очнулся уже там. - гитарист кивнул на местечко за кроватью.
- Нашел, кому верить,- брюнет закатил глаза, с лукавой усмешкой наблюдая за лицом Хисаши.- А я ведь совсем забыл, как ты соблазнительно выглядишь, когда возбужден..
Имай покраснел и отвел взгляд, тихо сопя. А потом перевел глаза на Атсуши.
- Что ты хочешь сделать?
- Исправить сотворённое Рэем. Хотя можно сгонять в секс-шоп, затолкать тебе вибратор и сделать вид, что так и было. Тебе что больше нравится?- брюнет мило похлопал ресницами.
- Не издевайся, глупыш. - еле заметно улыбнулся Май-Май, тут же отползая от Атсуши и сворачиваясь клубочком. А потом завел руки за голову и принялся выпутывать из них бантик, забавно сопя при этом.
- Нет, тебя правда ещё раз приковать?- певец чуть нахмурился, подтаскивая рыжеволосого обратно за лодыжки.- Ты сегодня мой подарок. Так что..- брюнет усмехнулся.- «Помолчи и поимей совесть».
- Да подожди ты, мне сейчас этот бантик руки свяжет! - забился Хисаши, пытаясь отстраниться и выпутывая голубенький бант из рыжих лохм. Потом все-таки выпутал, скинул его с постели и обернулся к Сакураю, смотря на него бешеными возбужденными глазами.
- Кто там что про помощь говорил?
- Власти по телевизору,- съязвил Атсуши, разглядывая рыжика.- Я сейчас за коньяк на всё готов. Так что..- брюнет вытянулся, сладко улыбаясь и урча.- Одно Ваше желание, так и быть, я исполню. Только попроси.
- Отсоси мне, Атчан. - улыбнулся Хисаши, ложась на спину и раздвигая согнутые в коленях худые ноги. В глазах насмешка - пересилишь себя? Во время их любви певец не позволял трахать себя в рот, а глотать вообще отказывался, говоря "Да чтобы я, чтобы тебе..."
Ну так завел себе гордого аристократа - будь добр мириться с его характером. Конечно, Атсуши ожидал и этого.. Но все-таки надеялся на все, что угодно, но все-таки кроме этого.
- Только руки свои при себе держи,- пригрозил певец, вставая на четвереньки и завязывая волосы в хвост резинкой с запястья.- Иначе останешься калекой.
Уж это Сакурай мог гарантировать. Уютно расположившись, брюнет взял член в ладонь, пробежался по нему ноготками второй, медленно "приласкал" языком выступающие венки и взял плоть в рот, лаская головку языком.
Имай судорожно выдохнул сквозь зубы и подался бедрами навстречу, толкаясь в жаркую глубину рта вокалиста. Где-то в незатуманенной афродизиаком части мозга мелькнула мысль, что надо было попросить привязать его руки к кровати - столь велик был соблазн схватиться за смоляные пряди и дернуть на себя, заставив брать горлом. Не нельзя. Обидится еще. А потому Хиса отчаянно держит руки сцепленными в замок, жмурясь и подаваясь бедрами наверх. Так приятно...
Собственно, Сакурай возмутился уже от одного движения бедер, за что брюнет вцепился в них пальцами, заставляя лежать. Атсуши двигал головой весьма удивленно, входя во вкус, иногда останавливаясь, чтобы облизать губы. Но в какой-то момент взгляд темно-карих глаз упал на руки гитариста, и он шепнул "Ладно, направляй", не отрываясь от своего сладкого занятия.
- Гомэн... - сдавленно выдавил Хисаши, расцепляя руки и тут же хватаясь ладонью за темные мягкие пряди, утягивая голову вниз и одновременно делая тазом движение вверх, насколько позволяли руки на бедрах. И зажмурился крепче, вцепившись одной рукой в покрывало. Так странно, даже непривычно немного. Отвык гитарист от таких ласк.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:44 | Сообщение # 32
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
А Атсуши почти не сопротивлялся, почти сразу разжав пальцы. Брюнет все-таки сумел перебороть себя, расслабляя горло и позволяя Хисаши управлять им так, как ему самому нравилось.
Имай сдавленно застонал, перебирая мягкие пряди, и томно смотрит на вокалиста из-под пушистых ресниц. Почему-то хочется встать, швырнуть эту суку на кровать и выебать, как он трахнул Хису в последнюю ночь. Еще хочется почувствовать в себе его член, и гитарист не знает, что ему выбрать.
Соскучился мальчик по бывшему любовнику, тут и говорить нечего. Атсуши ласкал ладонями бедра Имая, активно работал языком, сглатывая, а в голове резко так встала на место вся картина с англичанином. Из-за этого хотелось выть, ведь в каком-то смысле Рэй его подставил.
Долго Май-Май не продержался. Уже чувствуя подступление оргазма, гитарист оттащил от себя брюнета и парой движений руки довел себя до оргазма, кончая на лицо Атсуши. А что? Коль ребенок не хочет, чтобы ему кончали в рот, есть еще тысяча других мест, на которые можно излиться. Хисаши улыбнулся и погладил вокалиста по испачканной щеке.
- Ох ты ж блядь!- сказать, что Атсуши просто охренел на месте...- Имай, ты вообще страх потерял?
Брюнет тут же принялся протирать лицо ладонями, а потом и вовсе соскочил с кровати и подлетел к зеркалу.
- Проблем с кожей у меня нет, уволь.
- Я не блядь. - гордо заявил Хисаши, смеясь и нащупывая в стороне джинсы. Потом усмехнулся, аккуратно надел их, попутно вытираясь покрывалом, и поднялся с кровати, заглядывая в шкаф в поисках футболки.
- Полотенчик дать?
- Коньяк,- сухо. Уже протерев лицо, певец интереса ради попробовал сперму на вкус, облизал губы... И покраснел.- Не делай так больше. У меня вообще был тяжелый день.
- Сейчас первый час, ночь только началась. Новый день... - пожал плечами Май-Май, беря вокалиста за руку, - Пойдем, коль уж я твой подарок, то, наверно, должен соответствовать голубенькой ленточке.
- У Рэя извращенная фантазия. Это было понятно при выборе подарка Хидэ,- Атсуши за день страшно устал, а тут Хисаши еще речи толкает...- Мы с Айко у тебя переночуем. Ты, надеюсь, не против?
- Только за, - улыбнулся гитарист, покосившись на мирно сопящую кошку.
-Идём уже,- брюнет вздохнул. Быстрее бы уже этот чёртов день закончился.
Спустившись на кухню, Хисаши, попутно натягивающий белую футболку на пару размеров больше, заглянул в шкафчик и выудил оттуда коньяк, поставив его на стол. Потом достал бокал, налил туда алкоголь и протянул вокалисту, попутно заваривая себе чай.
- Спасибо,- сев за стол, Атсуши сразу пригубил половинку коньяка, чуть морщась. Так и до алкоголизма не далеко, но плевать.- Надеюсь, больше работать с Рэем ты не собираешься?
- Посмотрим. Мне казалось, что ты расстроен его отъездом... - гитарист налил себе чай и устроился на столе, закидывая ногу на ногу и по привычке грея о чашку руки. Темно-карие глаза смотрели с некоторой насмешкой.
- Я не нужен ему..- задумчиво протянул певец, наматывая хвост на палец.- Я не верю ни единому его сказанному слову. Я..- юноша вздохнул.- Просто оказался красивой куклой, с которой можно развлечься. Впрочем, этого стоило ожидать.
- Не думаю. Стал бы он так распинаться перед "красивой куклой"? - поинтересовался Хисаши, протягивая руку и ласково поглаживая брюнета по щеке, - Да вряд ли. Скорее всего, он действительно к тебе привязался, но по какой-то мне непонятно причине решил, что тебе без него будет лучше.
- Он проникся нашей с тобой историей,- усмехнувшись, брюнет допил коньяк, сложил руки на столе и уткнулся в них лицом, бурча.- Стал бы.. А чёрт их, европейцев, знает. Хотя и он твой давний друг.
- Это да... вы хорошо смотрелись вместе, если честно. Хотя мне тяжело было смотреть на вас, скрывать не стану, - музыкант тихонько вздохнул, допивая чай, а потом сполз со стола и присел на полу перед вокалистом, - Ну чего ты раскис, Атсуши? Потерял любовника и уже в запой уходишь.
- Я не знаю, что мне нужно, Хисаши..- отняв лицо от рук, певец взглянул на рыжеволосого.- С тобой не вышло. Попробовал с женщиной - так тем более. Теперь Рэй ещё..- юноша вздохнул.- Как-то, знаешь... Так пусто на душе.
- Со мной не вышло?... - ошарашенно повторил Май-Май, изумленно смотря на певца, - Ты же сам... сам ушел от меня...
Почему-то расхотелось общаться с Сакураем. Особенно сейчас. Гитарист поднялся на ноги, допил чай, даже не обращая внимания на его температуру, и отошел к двери, бросая на брюнета потухший взгляд.
- Бутылку можешь допивать, дом ты знаешь.
И тихонько побрел наверх. Сейчас ему как никогда нужна была музыка.
- Да подожди ты!- поднявшись на ноги, Атсуши догнал Имая и обнял со спины.- Глупый, ты не так меня понял. Я.. Ты мне сейчас очень нужен, Хисаши. Пожалуйста..- Сакурай уткнулся лбом между лопаток бывшего любовника.- Побудь со мной. Ты понял не так.
- Сейчас? - голос гитариста прозвучал сдавленно. А потом Имай застонал почти отчаянно и зажал себе рот ладонью, откидываясь назад и опираясь спиной на певца. В карих глазах плескалась боль. Только сейчас.
- Рэй, я убью тебя за такие пытки! - простонал рыжеволосый, изо всех сил борясь со слезами. За что ему такие пытки? Чем он заслужил роль обыкновенной утешалки, к которой можно прийти, которая выслушает и подскажет, что сделать? Вырвавшись из объятий вокалиста, Лидер Buck-Tick’ов бросился наверх.
Но Атсуши уже не стал бы отступать. В несколько прыжков преодолев лестницу и настигнув Хисаши, певец поймал его и прижал лицом к стене, прижимаясь к рыжеволосому и успокаивая дыхание.
- Ты не должен меня отталкивать. Я ведь вижу, как ты смотришь на меня: почти наверняка - как я на тебя. Может.. Может, Рэю виднее, раз он это всё устроил? Возможно, нам нужно было и самим догадаться?- чуть помолчав, Сакурай облизал губы и коснулся ими кожи на седьмом позвонке гитариста.- Я всё ещё люблю тебя, слышишь? И прекрасно знаю, что виноват перед тобой. Но ведь сейчас.. Уже ничего не исправишь.. Прости.
Отпустив Хисаши, Атсуши протёр лоб ладонью и вернулся в кухню. Нужно было ещё выпить. И по больше.
А Имай так и остался стоять у стены, тяжело дыша и позволяя слезам течь по щекам. Немного можно. Пока никто не видит. Потом гитарист сдавленно застонал и сполз по стене вниз.
В кухне певец широко распахнул окно и налил себе ещё коньяка. Чёрт возьми, зачем он сказал? Это же похоже на пьяный бред, не более. Но ведь это травило ему душу. Это то, в чём заставлял его признаться Рэй. Именно так и было: если кого-то Дьявол и любил, то только своего гитариста.
Хисаши тем временем сел на полу, прислонившись к стене, и поджал ноги к груди. Темно-карие глаза смотрели на лестницу, но в их глубине читалась явная пустота. По бледным щекам катились слезы. Больно. Не физически, хотя об стену с подачи Атсуши гитарист приложился здорово. Душа ноет и требует утешения, а Имаю страшно подходить к Дьяволу, протягивать ему худую, но сильную руку и тихо спрашивать, краснея как ребенок: будешь со мной? Хиса боится. Но душе от этого не легче.
Ещё так постояв какое-то время и напившись в хлам, Сакурай страшно удивился, обнаружив Хисаши всё на том же самом месте.
- Эй, Хисаши?- сдержанно икнув, певец опустился рядом с Имаем и стёр с его щёк влажные дорожки, чуть при этом улыбаясь.- Экий ты плакса. Ну, ну, хватит тебе,- вытянув ноги, брюнет уставился в стену напротив.- Улыбнись. Тебе больше идёт улыбка.
- Ты пьян, Атсуши. Мертвецки пьян, - отозвался Имай, отползая на пару сантиметров в сторону. От Сакурая несло алкоголем и страстью. Почему-то Хисаши запомнил этот ставший привычным за долгие годы запах. Подумав немного, гитарист шмыгнул обратно и сел на ноги вокалиста, положив руки ему на плечи и заглядывая в пьяные глаза.
- Алкоголик. Пошли, комнату тебе найдем.
- Просто посиди со мной. Я не обижу тебя,- теплая ладонь певца коснулась рыжих лохм, нежно погладила и потрепала..- Да ладно, пьяный. Даже если и так - что с того?
- Завтра с утра голова будет болеть... - настороженно произнес Хисаши, подставляя голову под ласковые поглаживания. - Я не хочу, чтобы ты мучился. Давай ты пойдешь в душ, протрезвеешь немного, а я пока постелю тебе и отнесу Айко в твою комнату?
- Помолчи,- тихо. Атсуши просто уткнулся носом в плечо гитариста, успокаиваясь.- Май-Имай, я тебя прошу: ну не терзай ты нас обоих. Дай хоть просто обнимать тебя.
- Как хочешь... - тихо вздохнул Хисаши, положив подбородок на плечо брюнета и зажмуриваясь. Почему-то теперь ноющая волком душа заурчала и стала пушистым котенком. Довольным и ласковым. Рыжик тихонько вздохнул и обвил руками шею вокалиста, приоткрывая задумчивые глаза.
Брюнет чуть улыбнулся,- как хорошо, что ты не всегда такой сговорчивый. Тебя это спасает.
А что нужно говорить или делать? Уже тот факт, что Хисаши не сопротивляется, просто равносильно чуду. Маленькому чуду на двоих.
- Раз уж я нужен тебе сейчас, значит, я обязан быть рядом и делать все, что попросишь, - гитарист горько усмехнулся, в очередной раз думая, что он будет припоминать эти слова брюнету до конца его жизни. И тихонько замурчал ему на ухо какой-то спокойный мотив. Такой пела ему мать в раннем детстве. Слов гитарист не помнил, а вот мелодия в памяти осталась.
- Ты мне всегда нужен, слышишь? Не только сейчас. Я ведь уже сказал, что люблю тебя. Неужели.. Не веришь?- Атсуши чуть отстранил от себя своего рыжика, смотря на него.- Я бы очень хотел, чтобы мы с тобой снова были вместе. Как раньше, даже ещё лучше. Ты слышишь меня?
- Как бы я хотел, чтобы все это оказалось правдой, а не лестью до тех пор, пока ты не найдешь новую пассию... - жалобно застонал лид-гитарист, утыкаясь лицом в ладони, - Как бы я хотел верить во все это...я уже поверил тебе один раз...а потом три дня сидеть не мог...
- Прости меня. Тогда я.. Я просто отчаялся,- брюнет вздохнул, гладя рыжую макушку.- Мне и в голову бы не пришло, что Саюри может оказаться беременной, после единственной-то ночи..
История не самая интересная, так что о ней мы праведно умолчим.
- Я не должен был срываться на тебе, но удержаться я не смог. Если бы не это - я бы не оставил тебя, мой милый.
- Не уходи от меня, Атчан...что бы не случилось, не уходи от меня!
Завтра Сакурай ничего не вспомнит. Ни собственных речей, ни слез Хисы. Но Имаю плевать, он подается вперед и отчаянно касается губами губ брюнета.
Утро будет итак слишком сложным. Давайте пока оставим их здесь целующимися и пойдем, проведаем других героев нашего рассказа. А к этой парочке мы скоро вернёмся.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:44 | Сообщение # 33
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Лето 1993-го. Тур.

Снова тур, снова города, снова гостиницы, снова фанаты, концерты и попойки. Вы думаете, если теперь Хаяши воспитывал не только Мацумото, но и Дэяма, то рыжик сразу и притих, смирился? Черта с два! В первый же день Тоши пришлось снимать рыжика с забора, сдирать с дерева и отгонять от прилавка со сладостями, защищать от него Мацумото - музыканты решили погулять за городом, вот Няшка и нарвала ромашек - заблудились в трех соснах: «сплети венок, ты у меня дитем природы будешь!»
И что вы думаете? Когда же Хаяши попробовали усмирить, он рухнул на землю и принялся кататься, вопить, что его не любят, а когда его схватили за шкирку - пихнул мучителю в нос ромашки и, с помощью Хироши, влез на дерево. И принялся оттуда орать, вот.
И так во всем же!
Дэяма чихнул, убирая с носа лепестки ромашки и начал нарезать круги под деревом, убирая за уши постоянно лезшие в глаза волосы. А Хидэ... а что Хидэ? Красноволосый понял, что раз Йошики разбуянился, то легче подождать, пока он угомонится, а потом уже ловить обнаглевшего рыжика. Вот и устроился лид-гитарист под соседним деревом, поглядывая на Тоши под деревом в образе лисички и Хаяшика на этом самом растении в образе вороны. Изредка карих глаз удостаивались и Пата с Хисом: басист влез любовнику на спину и теперь наблюдал за второй парочкой оттуда.
Матсумото вообще не понимал, зачем нужно было выбираться на природу, когда можно тупо пойти в ресторан и набухаться до зеленых человечков перед глазами. И Хидэто - единственный более-менее адекватный, пока что - сидел и молчал, косясь на согруппников с выражением лица "я и мои братья-дибилы".
Хаяши в это время висел-висел в обнимку с веткой дерева, смеялся и кидался сорванными листочками в кружащего под деревом Тоши. И хохотал во всю глотку. А Тошенька тихо вздохнул и погрозил Няше кулаком. Когда же грозный кулак певца был поднят кверху, драммер спрыгнул прямо на блондина, заранее зная, чем это грозит.
Со стороны тут же раздался свист Хироши,- кто же теперь петь-то будет?
- Ай, блять!
Тоши рухнул сразу. Мордой в землю. Поднял голову и сплюнул, покосившись на сидевшее на нем недоразумение. Огромное желание изнасиловать и расчленить любовника Дэямушка попытался сдержать. А Хидэ засмеялся. Тихо, заливисто... даже как-то мелодично. И вытянулся на земле, разглядывая оборзевшего рыжика. Теплые карие глаза с усмешкой окинули согруппников, и Матсумото со смехом выдал:
- Чертов Хаяши, тебе разодранной спины мало?
- Ой, вот лучше бы ты сейчас молчал...- протянул ритм-гитарист, перехватывая басиста под колени поудобнее. Эти двое «еще только начали встречаться», и конфетно-букетный период у сладкой парочки еще не прошел. И Хис ходил счастливый, как ребенок. И, если честно, то Хидэто был рад за этих двоих. Они хотя бы не сильно высказывали свои отношения на людях.
А Хаяши? А Хаяши смеялся, глядя на недовольного Дэяму. Мол "Я сверху, так что лежи и молчи". Видимо, рыжик действительно решил извести своего певца. Или же свести с ума. А, может, и то, и другое. Кто же эту рыжую бестию разгадает-то?
За Томоаки и Хироши можно было только радоваться: они оказались гармоничной парой. К тому же, с появлением нового басиста, Пата поменялся, кажется, действительно найдя утешение для сердца. И Мориэ был благодарен именно Мацумото за это счастье: как мы знаем, именно маленький гитарист притащил в Х брюнета.
Но Хаяши явно нарывался на неприятности. И даже этого не скрывал. И Дэямушка терпеть это не собирался, потому что последующие минут десять Тоши и Йошики катались по земле и орали, пытаясь все-таки занять доминирующую позицию. А лид-гитарист жалел, что не взял камеру: такой компромат...
- Лежать! Лежаааааать!- вопил Хаяши, хохоча и предвкушая, как придется из волос выдергивать листочки.
- Хидэ-сан,- шепнул Хироши так, чтобы катающие не слышали.- У Хаяши в сумке точно есть фотоаппарат.
И Матсумото, благодарно кивнув басисту, вытащил из сумки драммера фотоаппарат и принялся снимать дикую парочку. А те и не замечали, продолжая кататься по поляне. Обычно Хаяши вообще камеру из рук не выпускал, все-все фотографируя, так что...
И все-таки спустя долгое время Тайшо уложил певца на лопатки и уселся сверху, нервно сдувая волосы со лба: он очень вымотался.
- Все. Сегодня ты снизу.
- Посмотрим еще, - огрызнулся Дэяма, тяжело дыша. И в воцарившейся тишине раздался тихий щелчок и короткое "Йес!" маленького гитариста, поднявшегося на ноги. Такой компромат нельзя было упускать.
- Еще скажи, что ты поддался,- хмыкнув, рыжик наклонился, чтобы поцеловать Тоши, как раздалась вспышка.- Хидэ, черт!
- Матсумото, сука, отдай камеру!
Следующие двадцать минут маленький гитарист бегал по поляне с камерой, а за ним пулей летели рыжая и блондинистая молнии. А потом Хидэто надоело бегать, и он, диким кошакам подобно, взлетел на дерево и уселся поближе к верхушке, показывая согруппникам язык.
- Дурной пример заразителен,- выдал Хироши, показывая гитаристу большой палец и намекая на хаяшиевские качания на ветке аки павиан.
Рыжик презрительно хмыкнул,- ну и что ты их обнимающихся не фотографировал?- вообще, Хаяши уже и на ногах сам не стоял, а опирался на плечо Тоши.- А это ты виноват,- и певец получил удар острым локтем под ребро.- И я за ним не полезу.
- Прааавильно. А теперь представьте, что будет, если я это выложу в газеты...- Хидэ улыбнулся и сощурил карие глаза, качая рукой с компроматом.
- Ты представляешь, что я тогда с тобой сделаю?- Йошики с грозным видом закатал рукава.. И рухнул без сил на землю, злобно зыркая на гитариста.- Одним групповым изнасилованием не отделаешься.
- Бегаю быстро, - гитарист почти кубарем слетел с дерева и тут же рванул к Хироши с воплем "спрячь меня!". Тошимицу подскочил и умудрился схватить красноволосого за футболку и подтянул к себе, силясь отобрать фотоаппарат. А Хидэ весело хохотал и уворачивался, крепко вцепившись в фотик.
Хироши с воплем "прячемся" подстегнул Томоаки ретироваться с места событий - затопчут, и не заметят. Хаяши, понаблюдав и оценив ситуацию, подполз к Мацумото и вцепился мертвой хваткой в его ноги:
- Тоши, вали засранца!
И пока Пата и Хис умудрились умотать на край полянки и обняться, а Хидэ орал им вслед "предатели" и ржал, как лошадь, Дэяма умудрился изловчиться и повалить гитариста на траву. И Матсумото тут же свернулся клубочком, закрывая собой камеру и нагло улыбаясь.
Хаяши наблюдал за сим минуту-другую, а потом влез на ноги гитариста и зашлепал-забарабанил ладонями – эка дрянь драммер!- по спине и всему, что ниже, гитариста:
- Отдааааааааай, Хидэ! Отдаааааааааааааааааай!
А Тоши отскочил от разозленного драммера и лишь послал растянувшемуся на травке гитаристу воздушный поцелуй и отскочил метра на два, позволяя рыжику побесноваться. НоМатсумото лишь мужественно терпел, прижимая камеру к груди.
- Компромат не отдаааам!
- Выебу!- пообещал Хаяши, шлепнув особенно сильно.- И вот это точно будет размещено в газете!
Йошики сдаваться не собирался, хотя, по ходу, кислородное отравление деточка заработала, бегая пол утра от Тоши. И это грозило грозным обмороком. И именно это грозное обещание заставило гитариста задуматься. С одной стороны стояла фотокамера... а на другой чаше весов была его девственность. Подумав, Матсумото решил, что невинность его все-таки лучше. А потому камера была выпущена из цепких лапок музыканта.
- То-то же, извращенец,- увидев, что Хидэ отпустил камеру, Йошики устало рухнул на него.- Но фото все равно сохраним: будет, что вспомнить.
- Слезь с меня, - зафырчал гитарист, уже жалея, что не выпустил аппарат раньше: спина начинала немилосердно ныть.
- У меня все затекло..- застонал Йошики, обнимая Хидэ и хныча.- Не жалеете меня, изверги.
- Уйди, сказал, - зарычал Матсумото, силясь выползти из-под драммера. Карие глаза смотрели с обидой и легкой болью: мол, ты бы мог и помягче. Но не стал.
Рыжик лишь вздохнул,- скинь. Сил нет.
Повозившись для приличия, Хидэ оставил драммера в покое и тихо вздохнул, жмурясь. Тоши подошел к растянувшимся музыкантам и аккуратно снял Йошики с красноволосого, прижимая любовника к себе. Хидэ же так и остался лежать, поджимая коленки к груди и обнимая их руками, шепча:
- У меня спина болит...
Дэяма лишь сочувственно посмотрел на лид-гитариста. Спинку он не берег вообще, несмотря на вечные предупреждения. Да еще он часто зависал в студии над документами, упорно подменяя Йошики.
- Угробишь же себя...
Казалось бы, приперли к стенке. Но и тут изворотливая Няшка нашлась:
- У них в отеле такие симпатичные массажистки..- облизав губы, Йошики потер виски: ноги не держали, голова не соображала.- Так что сегодня вечером устраиваем себе коллективный отдых со всеми удобствами.
- Смотри мне...- ухмыльнулся Дэяма, а Матсумото тихо засмеялся и тихо вздохнул.
- А что?- рыжик рассмеялся, обнимая Тоши за шею.- Пойду по бабам - только ищи меня и свищи!
- Ну, только попробуй!
***
И что вы думаете? Хаяши пошёл по бабам. Ещё как пошёл. Так, что внезапно взглянул в зеркало… И все планы и мечты о массаже накрылись медным тазом. Сделав лапуморду по образу и подобию любовника, Йошики оглянулся и по одному медленно-медленно открыл глазёнки, чтобы посмотреть на Тоши. Ой, лучше бы он это не делал: на весь отель раздался такой отборный мат, что сам Ясухиро бы позавидовал!
- Тоши? Тоши!- завопил рыжик, кружась перед зеркалом.- Ты что же мне не сказал, что я,- «потолстела!» да не, не угадали,- выгляжу как пугало огородное?
Оба были хороши: как и полагалась одежда – да и чёрт с ней! – была в пыли, а в длинных крашенных волосах красовались листья и маленькие веточки. Да они себе такого даже в детстве не позволяли! Зато у драммера был видок аля «Сволочи, меня же теперь замуж не возьмут!» Вам смешно? А ему нет. Совсем нет. Уж лучше бы потолстел, ей Богу. Зато Тошимицу ржал как упоротый, разглядывая любовничка. Просто ржал. А потом взял Хаяши за плечи и увел в номер, тихонько хихикая в кулак. А что? Хироши и Пата ушли к себе, - так сказать, уединение - Хидэ выловил блондинистую массажистку, найдя себе тем самым развлечение на ночь, а им, двум "лесовичкам", как ласково окрестил их Матсумото, оставалось только приводить себя в порядок. Вот и пришлось Тошеньке затаскивать рыжую Няшу в номер и усаживать на кровать. А потом уже пошло медленное и методичное вытаскивание листочков/палочек/цветочков из курчавой головушки их неугомонного драммера.
- Ай! Ай, блядь! Ай, твою мать, ну бооольно!- тут же завыла Няша, буквально выдираясь самостоятельно из сильных рук певца и едва не оставив в этих самых руках добрую часть рыжей гривы, и спряталась в шкаф, воя.
- Ты что, озверел? Или просто прикидываешься?- мрачно-заинтересованный зырк из-за приоткрытой дверцы не заставил себя ждать: Хаяши всегда был любопытным. А сейчас, так тем более же. Но, при этом, драммер ещё успевал гладить себя по макушке и тихо скулить: больно. А Дэяме бы всё ржать. Ни хрена не жалеют Тайшо, ни хрена.
- Листочки... - с маньяческо-наркоманским видом потянулся к шкафу Тошенька. Знаете, что было потом? Няша демонстративно шарахнула дверцу от шкафа, намекая, что кто-то по блондинистой макушке может получить, и закрыла её обратно, злобно зыркая и шипя. А Дэяма состроил из-себя умничку и покосился на шкаф с абсолютно невозмутимым видом. Потом взглянул на себя в зеркало и ахнул: у самого вокалиста вид был не лучше.
- Йоши, милый мой, а освободи мою шевелюру от всех этих... аксессуаров.
- Будешь вопить, на ближайшей репетиции загоняю до смерти, так и знай. Ты меня знаешь.
Поведясь, рыжик вылез на свет Божий и прищурился.
- Только чтобы я видел твои руки.
Вокалист поднял руки, а-ля "Гитлер капут". Фыркнув, драммер забрался на кровать, устроился за спиной любовника и, для начала, рассмотрел поле для работы. Да.. Не слабо.
- А ведь всё равно я тебя уложил,- хитро захихикав, Няша принялась аккуратно-аккуратно по одному распутывать «предметы неглижа». Получалось хреново: драммер едва не остался без ногтей, отращиваемых для фотосессии. Но, чёрт возьми, это было весьма и весьма прикольное занятие.
- А фотик Хидэ все-таки к себе забра-а-ал... - протянул Тошенька, морщась и рассматривая в зеркале маньячную рожицу драммера. А еще шипел немного раздраженно, когда веточки цеплялись за кудри.
- Я его предупредил, что девственником он не умрет, если рискнет. Он же не дурак, не правда ли?
Тоши забавно шипел. По крайней мере рыжик хихикал над этим с большой охотой, все выпутывая палочки и листочки.
- Думается мне: голову вымыть - и последнее само по высыпается.
- Помою. Подставляй-ка шевелюру...- потянулся Тошенька, аккуратненько выпутывая из рыжих волос внеочередной листик.
- Но я же все равно тебя уложил. Ай!- рыжик сжался, шипя. Когда-нибудь от шевелюры нужно будет избавиться.
И именно в этот момент зазвонил мобильник, спасая Няшу от выдирания листочков. Даже не спрашивайте про мобильники: они были, но ужааааасные…
- Все. Пусти, изверг!
Шмякнувшись на пол, Хаяши отпрыгнул, опять шлепнулся на пол, но дополз до стола, даже не смотря, чей телефон, собственно, и ответил:
- Да-да?
- Йо-чан, иди ко мне, - минутная пауза, - не в том смысле, извращенец! Массаж хотел - у меня есть массажистка. Жду.
Хидэ, а это был именно он, повесил трубу.
- Эээ.. Ааа..- офигев, рыжик отложил телефон и уставился на любовника.- Тошенька-солнышко, ты же мне позволишь минут на 5 отбежать?
- Да хоть насколько. Но в три ночи я пойду тебя искать.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:45 | Сообщение # 34
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Возвращение Атсуши к Хисаши.

Теплое июльское солнце ворвалось одним тонким лучиком в темную комнату. Пробежался малыш по комнате, взобрался на кровать на лицо спящего юноши. Тот недовольно зафырчал, чихнул, проснулся и с болезненным стоном смахнул длинные волосы с лица, проклиная все на свете. Болело у парня решительно все: от головы, после вечерней попойки, до.. Всего остального. Создавалось впечатление, что ему пришлось всю ночь удовлетворять как минимум дюжину чернокожих жеребцов. Протерев глаза, громко и нецензурно высказав потолку, что он.. Вообще думает, брюнет понял, что спал он обнаженным, не в своей кровати.. И уж явно не в своем доме. "Поймали, напоили, изнасиловали".
- Ненавижу утро,- кое-как Атсуши, а был это он, протянул руку к столику, стащил с него явно не свои сигареты и зажигалку, закурил... И принялся ждать продолжения банкета или у моря погоды. А так же, брюнет пытался понять, что было вчера.. И почему он так нажрался.
И все бы ничего, если бы под боком у певца не завозилось что-то теплое. Клубок, очерченный одеялом, развернулся... и из-под одеяла вынырнула темно-рыжая головушка лид-гитариста Buck-Tick. Теплые карие глаза приоткрылись, окинули сонным взглядом комнату, уперлись в Сакурая... а дальше Хисаши Имай, такой же обнаженный, как и вокалист, слетел с кровати, утягивая за собой одеяло.
- Уйди, нечисть! - в хриплом после сна голосе Хисы слышался если не шок, то удивление и недоумение точно. А еще лидерская няша схватилась за больную во всех смыслах голову, ибо похмелье - вещь страаааашная. Или таки не похмелье? Или похмелье, но не у него?
Подавившись сигаретой, Атсуши затушил её в стоящей на том же столе стеклянной пепельнице, перевернулся на живот и застонал:
- Ну не ори ты... Голова раскалывается.
Осмотревшись, певец задал себе лишь один вопрос: как он не узнал спальни Хисы? Отвык? Стоп, да это же тот его старый дом! Хотя, Бог с ним… Ещё Айко мирно спала на шкафу. А вот нагота его не смущала. А что? Лето, тепло. А вот тот факт, что спал он с не менее нагим, чем он сам, Хисаши, мягко говоря, напрягал. И, судя по всему, между ними что-то было. И это "что-что" было явно не один раз за ночь. Других объяснений, почему у певца так болело все, что ниже талии, быть не могло.
- Что было вчера?
- Я только тебе этот вопрос задать хотел! - фыркнул гитарист, закутываясь в одеялку и поджимая ноги к груди. Имаю не нравилось быть обнаженным перед кем-то, даже если это были тянущие моменты во время секса, когда один рассматривает другого, нависнув над ним. И сейчас, да еще и с похмелья, Хиса помнил лишь то, что они должны были праздновать день рождения Хидэхико. Но он туда почему-то не дошёл. А потом все - пусто, тихо и темно.
Атсуши оглядел гитариста и задумался, пытаясь вспомнить, что все-таки было. На память всплыла сцена, как сам он, будучи уже в состоянии не стояния, жаловался гитаристу. А вот на что?
- Как ты притащил меня к себе и затащил в кровать - даже спрашивать не стану.
- Бесполезно спрашивать, я сам не помню, - отмахнулась рыжая няшка, забираясь на кровать.
- Зато я ощущаю..- поморщившись, Атсуши оглядел гитариста и зевнул.- Все. Больше тебя к себе ни за что не подпущу. На пушечный выстрел.
- Я не виноват в том, что у тебя после ночи со мной задница болит...- Имай передёрнул хрупкими плечами, устраиваясь в позе крюкозябрика на кровати. Знаете, клубочком так свернулся, притих... няша такая.
- Нет, а кто виноват?- певец полу истерично расхохотался.- Нет, я сам себя трахнул, да?
- За то, что могу иметь долго и упорно, я не отвечаю. Да и вообще! - рука вывернулась из клубка и щелкнула вокалиста по лбу, - не выеживайся мне тут.
- Уйди, изверг!- заныл брюнет, утыкаясь лбом в подушку.- Не отвечает он.. Маньяк ты, Имай!
- Не я тебя несколько лет назад порвал! - огрызнулся Хисаши, скручиваясь плотнее и широко зевая.
- Ты мне это всю жизнь будешь припоминать?- вспылив, Сакурай отвесил гитаристу затрещину.- И еще: если хоть раз вновь соберешься работать с этим британцем - я не участвую!- и черные волосы вновь были откинуты на спину.
- Нет, ну вы посмотрите на него! - вот теперь разозлился Имаюшка, вечно терпящий всякие капризы, - работать он не будет. Оборзел вконец, - возмущенно выругавшись, рыжик цапнул брюнета за руку.
- А у кого он жил всё это время, тебе напомнить?!- приподнявшись, брюнет взвыл и рухнул обратно.- Так что я требую отпуск, массажиста.. И.. Ну пока хватит.
- Может, тебе еще и секс в постель обеспечить? - фыркнул Май-Май, щуря карие очи. Оборзел что-то их вокалист, ой оборзел...Фыркнув, брюнет поднял палец к потолку:
- А вот с тебя на сегодня хватит. А то передоз будет - что я Хидэхико и братьям скажу? Ммм?- а тут Атсуши уже начал ухмыляться.
- Отвянь, Сакурай, лежи и спи, - сильная рука гитариста уже привычно легла на затылок брюнета и с силой надавила на него, заставляя уткнуться фейсом в подушку. Все-таки Имай не поменялся, лишь стал еще большим трудоголиком. Хотя что ж ему оставалось делать? Надо же было как-то забыть Атчана. А его редкие косые взгляды, прикосновения в узких коридорах, когда ладонь певца еле ощутимо касалась бедра и ягодиц рыжего гитариста, не давали покоя бедному Хисаши. И он забывался в работе, засыпая прямо в офисе, а с утречка получая нагоняй либо от братьев, либо от Хидэхико, либо от Атсуши. А еще были легкие массажи после репетиций, когда Хиса ложился на диван и на колени брюнета одновременно, свешивая голову, а тот начинал мягко надавливать на больные точки, даря Имаю временное чувство покоя. Это все напоминало Хисе те времена, когда они по прежнему были вместе. Но был ещё Уоттс, который занимал всё время Атчана…
- Ууууй..- застонал брюнет, влипая лицом в ту самую подушку. Да, влип так влип.- Только команды не раздавай: ты у нас шеф только на работе.
Если говорить об Атсуши, то лучше молчать. С его развода с Саюри прошло больше года... А Хисе смотреть глаза было стыдно, как и в том декабре. В довершении всего сейчас Сакурай успел переспать считай со всеми их общими с Хисой друзьями. Это уже не говоря о том самом Уоттсе, на которого, кажись, прошлым вечером Атсуши гитаристу и жаловался. Хотя что? Атсуши в душе всё ещё переживал из-за отъезда англичанина. Но… Была сейчас проблема по хлеще. Знаете, рыжая такая. Хисой или Май-Маем звать.
- А еще, Хиса, ты тиран. Вот.
- А это, с какого перепугу? - Хисаши аж руку убрал, пытливо глядя на вокалиста карими омутами, - я тебя когда-нибудь нагружал по самые уши, м? Заставлял со мной допоздна в студии работать? Или, может быть, ты у нас от одного лишь вокала устаешь?
А ведь и правда, придраться не к чему. Работал Сакурай мало - два-четыре часа в студии и свободен, посещение всяких концертов-вечеринок-прочих мест пьянок являлось обязанностью Толла и Хидэ, сам Имай работал за четверых. А результат - процветающая группа и любовь толпы. И Сакурай еще чем-то недоволен?!
- А я говорю тиран,- сделав акцент на последнем слове, Атсуши перекатился на бок и уставился на Имая.- У меня всё болит. И петь я теперь не смогу. Тебе придётся меня на работу тащить на руках.
Ну, это же Атсуши: либо нарывается на приключения, либо ему что-то нужно. Хотя.. Для него эти вещи всегда одинаковые.
- Извини, но нет. Это пройдет, поверь мне... в отличие от души, - уже тише добавил лид-гитарист, поднимаясь и снимая с ручки шкафа старые джинсы, в которых Имай ходил дома. Да-да, он ведь в последнее время жил в этом доме. Карие глаза бросили последний печальный взгляд на Сакурая, пристально следящего за всеми действиями Имая, а потом Лидер оделся и пошел на кухню с негромкой репликой:
- Лежи тут, я принесу поесть.
Надо же им обоим чем-то питаться.
- Смеёшься?- донеслось до уха Хисаши всё с той же кровати.- Да в меня сейчас и рисовое зёрнышко не влезет.
Как только гитарист вышел, Атсуши сразу же нарыл одеяло, завернулся в него и обнял подушку Хисы. Лицо юноши сразу же озарила детская улыбка, ему стало так хорошо.. Что глазки его закрылись, и он вновь провалился в сон.
Минут через двадцать вернулся Имай с едой. Правда, увидев спящего певца, рыжик не стал его будить. Лишь поставил поднос на тумбочку и присел на край кровати, рассматривая улыбающегося во сне Атсуши.
На самом деле, Атчан спал не настолько крепко, чтобы видеть сны. Он просто дремал. А улыбка его.. Никуда не делась ещё с момента бодрствования. А поскольку спал он не крепко, то и приход Хисаши его тут же разбудил, тем самым, певец явил свои тёмные очи миру, оглядел гитариста.. Потом зевнул, укутался плотнее, перевернулся на другой бок и сонно пробормотал что-то вроде "Ещё 5 минут, и я встаю. Только не ругайся". Как раньше..?
- Просыпайся, обормот. Кофе остынет.
Да, как раньше. Хисаши улыбнулся, влезая на кровати и аккуратно коснувшись губами теплой щеки брюнета. Именно так просыпался Сакурай раньше - с завтраком у кровати и нежным поцелуем в щеку. Имай будто благодарил его за проведенную ночь, за то, что вокалист отдавал себя. Не раздумывая, не сомневаясь. И гитарист по-своему платил за это.
Зафырчав, Атсуши повернулся на спину и обнял Хису за шею, не открывая глаз и смеясь. Просто инстинктивно. А потом открыл глаза, ужаснулся своей выходке и прибрал лапки на место, потирая глаза и зевая.
- Ам… Кажется, мы всё-таки вчера выпили лишнего. Или один из нас...
- Это точно...- гитарист смущенно улыбнулся, отстраняясь. Все-таки они уже давно не пара. Но как же по родному обнимали его шею руки брюнета. И ему безумно хотелось вновь почувствовать себя кому-то нужным. Взъерошив вокалисту волосы, гитарист улыбнулся.
- Вставай, соня.
- Не хочу,- надув губы, Атсуши уполз по самую чёрную макушку под одеяло. Это.. Знаете, как день сурка. Конечно, Он до сих пор хотел вернуться к рыжеволосому гитаристу, снова засыпать и просыпаться в его объятиях.. Но Атсуши упорно убеждал себя, что это у него.. От перебранки и нервов. В сумме сейчас, как максимум, он может немного по дурачиться, чтобы за ним по ухаживали. Никто же не против?
- Сакурааааай...- сладким голосом пропел Хиса, проводя пальцами по очерченному одеялкой плечику. Карие глаза с нежностью наблюдали за спрятавшимся брюнетом. Это все безумно напоминало те времена, когда они были вместе. Легкий флирт, постепенно перерастающий в жаркую страсть, всегда был вечным проводником их отношений. И знаете... Имай очень скучал.
- Атсуши, черт тебя дери...- Хисаши в изнеможении упал рядом, обнимая спрятанное под одеялом тело.
- Не надо чёрту меня драть,- обижено просопел певец из-под одеяла.- Меня и смертный отодрал, что чертям и не снилось.
О да. Интересно, и как только соседи Хисаши, при такой-то звукоизоляции, вообще мирились с каждодневными концертами в исполнении этой парочки? В смысле там, на квартире. Да им всем и сразу можно общий памятник поставить! Смеясь, Сакурай высунул кончик носа наружу и подозрительно уставился на развалившегося гитариста. Потом осмотрел помещение.. И понял, что дурачиться веселей, именно поэтому брюнетистое чудо, заливаясь смехом, вновь спряталось.
- Атсуши, как же ты мне дорог...- еле слышно. Просто для себя. Даже плохо будет, если Сакурай услышит. А потому гитарист специально завозился, устраиваясь рядышком, и мягко погладил брюнета по выглядывающей шевелюре.
- Ты ж моя няша.
К сожалению, певец не услышал. А вот на вторую реплику зафырчал и вновь высунулся, щурясь. Стало понятно, что певец сейчас смахивал на ежонка. Хотя стоп: на дикобразика. Ну, один зверь, в общем-то. Зато фырчал так же.
- Нашёл няшу.. совсем от рук отбился.
- Именно. Ты от моих...- гитарист улыбнулся, отводя глаза. Просто потому, что если Атсуши посмотрит в них, то увидит безграничную любовь и тоску. Ведь Имай старался не показывать своих эмоций...
- Ммм?- удивившись и, кажется, отойдя ото сна окончательно, Атсуши смахнул с лица навязчивую прядь тёмных волос и аккуратно взял пальцами подбородок Хисаши, чтобы заглянуть в его глаза.- Только не говори, что хочешь увеличить мне рабочий день. Я не переживу.
Гитарист тут же зажмурился и улыбнулся, не открывая глаз.
- Не надейся, ты и так работаешь по минимуму. Весь день практически свободен.
Глаза музыканта по-прежнему были закрыты - не дай Бог Атсу увидит его эмоции. Время их любви давно прошло, и все, что продолжает испытывать Хисаши - запретно.
- В глаза мне смотри, деспот!
Сакурай слегка нахмурился, приподнимаясь. Это утро - уже дураку понятно - было определённо не самым обычным. И даже более того. А, к большому сожалению, судьба никогда и ничего просто так не делает.
- Ну?
- Я не могу, Сакурай. Не могу.
Тихо, жалобно. Будто прося пощады. Да так и есть: гитарист просто с ума сойдет, если Атсуши прочет его эмоции. И все-таки Хисаши сдался: карие глаза немного приоткрылись. Совсем немного, лишь чтобы взглянуть в глаза певцу, так крепко держащему его подбородок тонкими пальцами.
- Хиса?
В первые две секунды Атсуши показалось, что он забыл, как правильно дышать. Даже ресницами похлопал, надеясь, что у него просто какая-то мания.
- Ты меня что, боишься что ли?
- Нет. Я боюсь, но не тебя.
Что уж греха таить, раз его и так зажали. Имай, что называется, принялся резать правду-матку. Теплая рука мягко коснулась лица брюнета, обводя скулы, крылья носа, надбровные дуги... и через мгновение Хисаши отстранился, улыбнувшись и помотав головой.
- Похоже, я и правда выпил лишнего... лопай давай, остынет.
- Слушай..- сев и обернувшись в одеяло, Атсуши положил ладонь на плечо Хисаши.- У нас был сложный вечер, сложная ночь.. Так утро не делай сложным, а? Ты мне.. Сказать что-то хочешь?
- Ешь давай, обормот! - Хиса нахмурился и пихнул вокалиста в бок, отстраняясь, - я что, готовил зря? Давай-давай, потом поговорим.
И правда: остынет ведь окончательно.
Поджав губы и глянув на гитариста, как котёнок на мальчишку с рогаткой, Атсуши всё-таки сдался, закутался плотнее и решил отыграться на наглом гитаристе после завтрака.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:45 | Сообщение # 35
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***
- Май-Май, да ты меня раскормишь - никто замуж не возьмёт,- расхохотался в какой-то момент брюнет, крепко обнимая Хисаши за шею. Это было очень мило. И, несомненно, очень вкусно. Атсуши вообще любил всё домашнее.. Или просто приготовленное дома.
- Я же тогда у тебя здесь поселюсь и буду зудеть над твоими ушами.. Представляешь?
- Вот только домашнего Дьявола мне и не хватало, - буркнул Имаюшка, устраиваясь поудобнее. Уменьшительно-ласкательное от его фамилии, придуманное самим Атсуши и переделанное согруппниками, заставило покрыться мурашками. Ведь с английского языка это выражение как "мой-мой". И Сакурай этим еще во времена их любви пользовался, если ненароком обижал любимого тогда лидера. Прижимался, бывало, сзади, обвивал руками за талию и тихо шептал на ухо, проводя по нему юрким язычком:
- Май-Имай...
И Хисаши таял. Как сосулька на весеннем солнце, как мороженое. Как же не хватало ему этой невольной ласки...
- Ах, вот так?- Атсуши наклонил голову на бок, смотря на Хисаши. Он всегда был слегка замкнутым, говорил непонятно.. А Атсуши порой не хватало усидчивости, чтобы попытаться разобраться в словах, в его душе. Просто, словно это было и ненужно. Хотя недосказанность его иногда бесила как девчонку. Да-да, серьезно. Но и силой выбивать слова из Хисы было сложно.
Завалившись на спину, брюнет взял ладони гитариста в свои и поцеловал их по очереди. На самом деле, совсем без намека:
- Приласкал, накормил.. Разбалуешь ты меня. Окончательно.
Тихо вздохнув, гитарист улыбнулся. И ведь даже не попытался забрать ладони. Пускай так. Пока можно насладиться такой невольной близостью. Пока можно придать обычным поцелуям в ладони другое значение. Пока можно не отводить карие глаза, так напоминающие растопленный шоколад, улыбаясь бледными губами. Пока про них еще можно сказать: пара. Но это все мимолетно, как внезапный порыв ветра на безлюдной равнине.
- Радуйся, что есть, кому приласкать и накормить. По крайней мере, сейчас.
Ведь завтра Атсуши вместе с Айко наверняка уйдет к себе, и Хисаши останется один.
- А ты ведь прав.
Замерев, Сакурай погрустнел. Ведь, действительно, сейчас было кому, пусть даже из-за так сложившихся обстоятельств. А что? Ведь все его интрижки заканчивались одной-двумя ночами. Даже англичанин оказался сухим до дрожи пальцев. Он ведь… Не смотря ни на что оставил его. А простой, обычной ласки, просто так, без повода.. Даже думать было смешно. Хотя Рэй ведь хотел вернуть Атчану Хисаши, так выходит?
- Так, когда у нас теперь репетиция?
- Когда поправишься. Одним нам там делать нечего, - гитарист пожал плечами, убирая за ухо непослушную темно-рыжую прядь. Потом вдруг немного напрягся... и тихо произнес, отводя глаза:
- Хочешь, приходи иногда. Я обеспечу и едой, и лаской... и всем остальным.
Как маленькая девочка, впервые предлагавшая мальчишке из соседнего дома погулять вместе. Впрочем, Имай хрупок, как девчонка. Но быть активом ему это не мешает.
- Да ничего я не болен. А мимолётные истерики не в счёт,- задумчиво потерев тёмный затылок, Атсуши слегка улыбнулся.- Лучше ты ко мне. Айко от тебя теперь будет сложно утащить. Но за приглашение спасибо. Приду.
Облегчённо вздохнув и осмотревшись, Сакурай вдруг перевернулся на живот и уставился на Хисаши,- Май-Май, а чего ты там про ласку-то говорил?- а вот не обращённый ли кот Сакурай, в самом деле, - вопрос. Потому как на гитариста уже смотрела самая настоящая любопытная кошачья мордочка.- Можно по подробнее?
- Лучше не надо. Ты знаешь мою манеру выражаться. Почти все мои реплики звучат двусмысленно. - Имай улыбнулся уголками губ и, наклонившись, целомудренно поцеловал брюнетистое воплощение Дьявола в лоб. Уж кто-кто, а Атсуши его речь знал. Хотя и он, пока они жили вместе, находил в ней скрытый подтекст, хотя Хисаши практически никогда не задумывался о том, как будут звучать его реплики и как их воспримет окружение. Ведь он - Хиса. Их Май-Май. И лично - Май-Имай Сакурая. И хотя гитарист больше чем уверен, что сам вокалист об этом не подозревает, он все равно улыбается и продолжает считать дни без Атсуши. Ожидая новой встречи в постели.
- Да ты сам весь..- Атсуши забарабанил пальцами по одеялу, вспоминая внезапно забытое слово.- Со скрытым подтекстом, вот. Вечно прячешься.. Тебя как конфету - разворачивай, не разворачивай - а попробовать сложно, хоть тресни.
Сев на кровати, певец улыбнулся: надо же, они ведь болтали всё утро. Впервые за эти полтора года. И впервые за это время, почти совсем друг друга не стеснялись и вели себя непринуждённо. Это не могло не радовать.
- Ну, спасибо, со сладостью меня еще никто не сравнивал! - Имай сделал шутливо-обиженную мордочку и слез с кровати, подхватывая на руки поднос с посудой. Улыбнувшись певцу, рыжеволосый тенью выскользнул из комнаты и устремился на кухню - посуду мыть.
- Скользкий тип,- фыркнув, Атсуши с трудом высмотрел свою одежду, собрал её.. И решил совершить набег на хозяйский душ, чтобы привести себя в порядок. На это у него ушло не меньше, чем полчаса.
И когда певец выполз все-таки из душа, кровать была уже заправлена, а сам Имаюшка сидел за столом, согнувшись над очередной документацией. Босые ноги время от времени постукивали по полу в непонятном ритме, рука теребила воротник черной футболки, которая явно была велика рыжику. Карие глаза напряженно бегали по строчкам, и даже возвращение Атсуши из водяного мира не привлекло внимание Хисаши.
Что, разумеется, по дьявольскому самолюбию кирпичиком-то ударило. После столь бурной ночи одежда певца пришла во временную негодность.. Поэтому брюнету пришлось обнаглеть и стащить у хозяина из шкафчика большую футболку, что оказалась ему чуть выше колен, даже не смотря на рост Сакурая. Проплыв на носочках за спину сидящего за столом Хисаши, Атсуши обнял его под руками и уткнулся носом в шею, жарко подышал, как ёжик и уставился на бумаги. По ходу, брюнет просто разомлел и совсем потерялся во времени, но его собственное поведение совсем не смущало.
- Май-Имай, оторвись ты от своих бумажек хотя бы на день?
- Атсуши...
На мгновение Хисаши показалось, будто он вернулся в старый 1990-й, когда точно так же обнимал его Сакурай, обнаружив его утром за текстом песни. И слова те же самые. Будто и правда, ничего не было. Но есть воспоминания, упавшие темным ковром на сознание рыжика. Судорожно сглотнув, - вокалист наверняка почувствовал, как дернулся вверх-вниз кадык - Имай схватился узловатыми тонкими пальцами на руку Атсуши и тихо прошептал, немного кося глаза на дьявольское недоразумение:
- Атсуши, тебе велика эта футболка. На полке снизу поменьше есть. И джинсы там же валяются.
Ну, офигеть же?
- Вот именно, глупый, что велика.
Протянув тонкую лапку вперёд, Атсуши с любопытством взял один из листов, покрутил его, повертел, по изучал и со вздохом отложил обратно. Вот есть же чёртов работоголик, и не исправит ничто! Даже раздражало немного. Отпустив гитариста, Сакурай подумал.. И убрал от женатого на собственной работе рыжика всё на подоконник, а сам с наглым видом забрался на стол, встал на четвереньки и уставился на Хисаши. Дескать «Ругай меня, а я всё равно лучше знаю, как должно быть».
- А теперь представь, какова она мне, если на тебе это выглядит туникой, - гитарист усмехнулся. Он был худощавее, легче и пониже певца, который вообще шкафом считался среди Buck-Tick’ов. Иногда Толл, знавший об отношениях Хисаши и Сакурая, спрашивал: как так вышло? Каким известным одному лишь Господу образом Атсуши оказался в пассиве? Ведь если поставить рядом Хису и этого Дьявола и попросить определить пассива, то большинство - да что греха таить, все - укажут на рыжеволосого Лидера. Имай и сам не понимал, как ему так повезло. Просто… Одной давней ночью карта легла. Ругать обнаглевшее создание Хисаши не собирался. Лишь улыбнулся и погладил брюнета по щеке, как бы говоря: ты заблудился во времени. Я хочу заблудиться с тобой.
- Но ты же всё равно её не выкинул,- Атсуши лукаво улыбнулся.- Я помню, как подарил её тебе три года назад. А ты всё возмущался…
Как так вышло? Просто об этих двоих поговорка «внешность обманчива». В защите и власти над собой нуждался именно Сакурай, который и получал всё это от Хисаши даже после их расставания, ведь они всё равно оставались друзьями. Просто так легла карта, и менять даже сам Атсуши этого не хотел.
Повернув голову и поцеловав тёплую ладонь, Атсуши тихо признался, опустив взгляд,- по правде.. У меня сейчас голова кружится от того, что мы вновь находимся так близко друг к другу. Но, как два идиота: никто не решается сделать первый шаг.
Гитарист улыбнулся, немного щуря карие глаза. Растопленный шоколад в зеркалах души смешивался с искринками веселья и крупными каплями безграничной нежности. Глаза будто говорили: ты же знаешь, все это временно.
- Давай сегодня погуляем. Идет?
Вроде обычная фраза. А смысл совсем другой: ты мне нравишься. Я хочу подарить тебе лето.
И, как когда-то давно, Имай вновь улыбнулся и мягко прикоснулся к губам вокалиста своими. Мимолетно, легко. Даря нежность и немую поддержку с обещанием быть рядом.
Один идиот все-таки решился.
А певец густо покраснел и мягко засмеялся, обнимая Хисаши за шею и сползая со стола к нему на колени,- все, что захочешь.
Иногда.. Иногда людям не нужно слов, чтобы понять друг друга. Другим же нужны дни, недели, годы. А кому-то, как этим двоим, ни слова, ни время, не подскажут. Только если сердца пересилят влияние мозга. Атсуши не знал, чем закончится этот день, но был уверен, что его он запомнит надолго. Каким бы не был исход истории, начавшейся этой сумасшедшей ночью.
- Но только.. Если мы будем держаться за руки.
Гитарист улыбается, обнимая брюнета за талию. Крепко прижимает к себе - пока еще можно прижаться и почувствовать знакомое тепло. Ведь если много лет назад это было вполне себе легально, то сейчас он - очередная пассия Дьявола. Даже не пассия: пьяное соитие за ночь, завтрак с утра, да лукавые карие глаза, будто говорящие короткое и томное "а как же иначе?".
Хисаши не понимал, почему его так тянет к вокалисту. Был ли виной тому их последний секс на диване в гостиной, или же просто в безудержной преданности Имая - сказать нельзя. Но есть любовь. И Хиса улыбается и шепчет на ухо брюнету:
- А как же иначе?
***
Они стоят на мостике через искусственный прудик в парке и смотрят на трепещущую под порывами ветра поверхность воды. Длинные волосы цвета вороного крыла бьются змеями под порывами ветра и смешиваются с темно-рыжим всполохом огня. Две руки - изящная, немного худая, аристократически бледная и теплая, с немного узловатыми тонкими пальцами, как рука простого работяги - сплелись пальцами и не расцепляются даже под косыми взглядами случайных прохожих. Хисаши отрывает взгляд от воды и смотрит на брюнета пытливо, с нескрываемым удовольствием.
- Ты мой аристократ, Атсуши Сакурай,- тихо, с улыбкой на бледных губах. А по-другому и быть не может. Брюнет - граф, а он - слуга. Все так, как и должно быть.
Атсуши все это время щурился от солнца и радовался небольшой передышке: они гуляли весь день, а этот дуралей безумно устал, но был счастлив до умопомрачения. На душе было так светло, что, вырви он сердце из груди, оно бы осветило дорогу заблудившимся и помогло найти счастье.
- Мы провели на солнце несколько часов. Загар твоему аристократу на пользу не пойдет. Так что..
Но даже здесь игривость никуда не делась. Сакурай наклонился к Хисаши и поцеловал его губы, а когда почти получил ответ, отскочил и отбежал в сторону, игриво улыбаясь. В итоге, Хисаши пришлось побегать за наглецом по парку. Наверное, прохожие это не скоро забудут. Но Атсуши игриво манил гитариста за собой, словно все время дергал за невидимую нить.
Они и не заметили, как вернулись к Хисаши домой. Казалось, навсегда.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:47 | Сообщение # 36
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Веселая ночка.

Уже вечером, в гостинице, Хидэ наконец-то расслабился. За усталые плечи принялась одна очаровательная массажистка с мягкими руками, и гитарист банально кайфовал. И все бы ничего, если бы на горизонте не нарисовалась нестираемая макушка Йошики. Хаяши, поняв, что хрен ему, а не весёлый вечер в объятиях певца, и поймав себя на мысли, что «я буду мстить, и мстя моя будет страшна», недовольной тучкой завалился в номер их лид-гитариста. Заметив, что тот наслаждается массажем, Хаяши завис у двери, решив не мешать, а просто наблюдать.
Хидэ приоткрыл довольные глаза и улыбнулся, помахав драммеру:
- Давай со мной? У тебя все равно спина болит...
Сейчас красноволосый был настолько расслаблен, что сам по себе на все готов был.
Йошики недовольно оглядел девушку и собрал волосы в хвост,- благодарю, мне одна.. Ммм.. Блондиночка бока уже намяла, спасибо.
Драммер лишь внимательно за всем наблюдал.
- Тоши, конечно, сильно мнет, но все-таки профессиональный массаж лучше, - Хидэ с улыбкой посмотрел на рыжика. Хрупкий лид-гитарист не понаслышке знал силу рук Дэямы: однажды после репетиции блондин все-таки выловил надеявшегося слинять согруппника и пригрозил не отпускать, пока тот не даст размять ему спину, ибо "на мучения твои сил нет смотреть!". Вот Хидэто и...сдался, так сказать.
Ой, это вообще тема весёлая: Дэяма - что богатырь. Только японского происхождения. А то, что он сегодня так неудачно поработал для Хаяши аэродромом - не в счёт. У всех бывают промашки.
Йошики же глянул на Хидэ как на сумасшедшего. А, как мы знаем, у драммера в глазах красноречивых всё и всегда написано: "Что ещё предложишь мне с ней сделать?"
"Все, что захочешь."
Как обычно. В глазах Хидэ написано многое. И хорошо, что блондинка не видит столь откровенного взгляда, ибо Матсумото - смертный грех. Истинная Похоть.
- Я смотрю, я вовремя пришёл.
Хотя прошлой весной Тоши отходил драммера так, что тот теперь вообще не на кого неровно не смотрел, сейчас же рыжее создание буквально испепеляло ревностным взглядом бедную массажистку. Ничего не поделаешь, не попишешь. И Матсумото это прекрасно знал. А потому с улыбкой развернулся к девушке, приподнялся и что-то тихо прошептал ей на ухо. Та зарделась, но кивнула и вышла из комнаты, а лид-гитарист улыбнулся и со смехом произнес:
- Доволен, чертик?
- Ну и зачем ты убрал единственное, на что можно было по пялиться?- наиграно недовольно поинтересовался Йошики, забредая в кресло с ногами. Конечно, когда к Хидэ никто не прикасался, драммер успокаивался. Но что толку, если для него самого гитарист был закрыт?
- Теперь хоть спать ложись.
- Ты бы видел свой взгляд. Хочешь ведь?...- тихо, с легкой улыбкой. Карие глаза почти со смехом смотрели на рыжеволосое нечто.
- У тебя есть шанс побыть на ее месте и размять мне спину. Может, и соглашусь на что-нибудь...
Вот же провокатор.
- Лучше заткнись,- Йошики потянулся по-кошачьи, разминая уставшие конечности.- Из-за твоего длинного языка, между прочим, Тоши меня в прошлый раз отходил. И, главное, за что?- рыжик ударил ладонью по подлокотнику.- Потому, что тебе померещилось, что я сплю с Сакураем. Ты знаешь, какую мне нотацию Кавамура потом прочитал?
И вот Хаяши, подтверждая свой характер, вспыхнул яростью, взорвался, так сказать. Ещё бы: он ничего ведь на тот момент не делал. Так из-за чёртовой фотосессии он полмесяца отходил от наказания Дэямы и ещё столько же пришлось ждать, пока Йошики вновь сможет сесть за установку.
- В том, что Тошимицу тебя высек и изнасиловал, моей вины нет. Он сам мне рассказал об этом, я вспылил последним, - покачал головой Хидэто, устраиваясь поудобнее. Он не стеснялся говорить такие пошлости в лицо. Тем более, за этот выкидос их вокалисту досталось не меньше: Хидэ все понять не мог, совсем Дэяма идиот, - так любовника бить! - или же просто прикидывается.
- Кто свой язык распускает по делу и без?- драммер славировал на пол. Потом грациозно подошёл к Хидэ, сел рядом, и не по-мужски тонкие ладони сцепились на горле гитариста. Не душа, а просто, как бы припугивая.- Ты бы хоть думал, что делаешь. А если он меня убьёт? Ты хотя бы изредка думаешь?
- Тебе точно правду сказать? - засмеялся обнаглевший гитарист, щуря глаза. Красная челка полезла в глаза.
- А смерти не боишься?- однако, вопреки словам, рыжик был заинтересован.
- Не думаю ровно до того момента, когда начинаю огребать по голове, - улыбнулся лид-гитарист, аккуратно сжимая запястье драммера и отрывая руку от своего горлышка
Рыжик нахмурился,- давай свою спину, пока я не передумал. А то уж больно велико желание придушить тебя.
Гитарист улыбнулся. Все-таки он добился своего. Быстро развернувшись к драммеру спиной, Хидэ выгнул спину и уперся в спинку дивана ладошками.
- Провокатор.
Йошики тогда только учился делать массаж. Еще бы, ему гораздо приятнее было барабанить по поверхности.. Но под чутким руководством Тоши, рыжик быстро познавал особенности анатомии спины, разные точки и правильное воздействие на них. Вот и сейчас, размявшись, Йошики пробежался пальцами по спине Мацумото и начал массаж с плеч, никуда не спеша.
Хидэ довольно заурчал и выгнул спинку, прикусывая губу. Прикосновения драммера дарили облегчение больным мышцам.
- Кошак..- Хаяши улыбнулся, потрепав волосы Мацумото и не отрываясь от его спины. Подобные прикосновения вызывали у рыжика улыбку, было безумно.. Радостно.
- Ой, Йошики, все. Ты теперь в числе моих личных массажистов...- улыбнулся красноволосый, щуря карие глазки. Спина потихоньку расслаблялась, давая гитаристу облегчение и временную передышку от боли.
- Скорее сам я тебя помял - сам кости на место и вправляю.
Ну а как Йошики мог делать Хидэ массаж плохо, если он отправил такую красивую массажистку.. Кстати, а куда он её отправил? А, не имеет значения. Важно, что гитарист был полностью во власти рук рыжика. Почему всё так удачно? А просто вспомнилась игра на рояле: вот всё и получалось.
- Йо-о-о...- тихо застонал Матсумото, прогибаясь в спинке и прикусывая губу. Карие глаза блаженно закрылись - все-таки Хаяши умел делать массаж, с какой стороны не глянь. А еще Хидэ было банально в кайф: драммер массаж сделает, а Мику - та самая блондиночка - придет вечером сделает кое-что другое, гораздо более приятное... то, что Хидэто не позволил сделать рыжему.
- Ты это, не помри,- Хаяши хихикнул, проходясь ребрами ладони по позвоночнику.- С кем, с кем же я буду напиваться в барах до состояния не стояния? Ты что, Мацумото?- рассчитывал ли Йошики на что-то? Скорее нет, чем да. Ему просто нравилось разминать спину Мацумото, и этого.. Как будто было достаточно.
- Все, хватит. Иначе я сейчас вообще улечу... - красноволосый потянулся и развернулся к драммеру лицом, заглядывая в глаза. В его собственных очах плескалось тепло и уют, а если приглядеться, то можно было найти и некую борьбу с самим собой: отблагодарить Хаяши или нет?...
- Да лети, птица,- улыбнувшись, драммер подобрал ноги под себя.- Я же сказал, что сегодня гуляем по полной, завтра отдыхаем весь день.
Хотя отдыхали, по ходу, только "новобрачные". Чем там занимался Тоши в его отсутствие, Йошики не знал, а они с Мацумото.. Ну не серьёзно, короче.
- Спасибо тебе, у меня хоть спина болеть перестала...- Хидэ улыбнулся и устроился поудобнее, поднимая вверх большой палец, - с меня причитается.
Видимо, красноволосый решил все-таки отблагодарить Хаяшика за массаж.
- Да ну хватит тебе..- рыжик вновь улыбнулся и слегка покраснел, вновь распуская волосы, чтобы можно было ими завесить лицо по дебильной, но такой красивой привычке.- Я рад, если тебе стало по легче.. Вот.
- Не хватит. Я не привык оставаться в долгу, - Матсумото немного улыбнулся и убрал за ухо красную прядь. Карие глаза смотрели с легкой улыбкой, - а потому, хоть я и буду об этом жалеть...
Дальше было что-то абсолютно немыслимое: Хидэ, натурал Хидэ приподнялся и еле ощутимо коснулся губ музыканта своими. Просто поцелуй. Своего рода благодарность. На более красноволосый не способен.
И знаете, что было потом? Хаяши подпрыгнул на месте и во все глаза, а это больше, чем 50 копеек, уставился на Хидэ: Йошики не пил, он точно был в этом уверен. Но.. Но.. ЧччччччёёёёёёрД, что за поебень, простите?
- Хидэ..- видели бы вы драммера в тот момент, а.. Как призрака увидел, честное слово.- Ты ч..чего это?- для праведности, Хаяши потрогал лоб гитариста ладонью - да вроде нормальный. Вторая ладошка тут же переместилась на собственные губы.
- Мда, Хаяши, я ждал любой реакции, но не такой. - маленький гитарист улыбнулся и лег обратно, - Объясняю: я не люблю оставаться должным кому-то. А поскольку этот кто-то ты, да еще у тебя на меня очень уж непонятная реакция, да плюс ты еще и дуешься на меня за отказ...- красноволосый вздохнул, - я посчитал такой вариант расплаты одним из лучших. Забудь об этом, Йо. Пускай...- Матсумото повернулся набок и устроился поудобнее, -...пускай я лучше останусь для тебя неприступной глыбой.
- Ты сделал это из благодарности, так что..- Йошики не менее ошарашено уставился в пол и немного склонил голову, закрывая лицо длинными рыжими локонами - драммер задумался. На пару минут.
А потом вдруг откинул волосы за спину, поднялся на ноги и прошёл к двери, обернувшись:
- Но ничего. Ты ещё придёшь ко мне, будешь моим. Сам,- светлые глаза рыжика уверенно и нагло сверкнули.- Уж попомни мои слова, Мацумото. А я..- драммер поднял взгляд на юношу.- Я терпеливый. И подожду того дня.
У Хидэ чуть глаза из обрит не выкатились, пока драммер толкал речь. А еще гитарист поражался наглости и уверенности их рыжика. "Сам"...красноволосый помотал головой и нашел в себе силы улыбнуться.
- Я учту.
Немое пари на много лет.
***
Йошики вернулся в родной любимый номер минут через 40 - ну ещё заглянул к Хироши оповестил о планах на завтра. Зайдя в номер, рыжик тихо-тихо прошёл в спальню и, убедившись, что за ним не следят, принялся раздеваться, путаясь в платье из-за мыслей: ёпрст, да его же Мацумото поцеловал!
Тоши в это время вымывал из волос последние листочки. А, выключив воду и заслышав шуршание платья, мокрая блондинистая головушка высунулась из душа и тихо позвала:
- Йо-чан, иди сюда, у тебя в волосах до сих пор пара листочков...
- Я тебе не верю, ты изверг. Я из-за тебя сегодня километров 20 намотал!
Ну как всегда: поворчит-поворчит, и притопает с самой нагло-невинной мордашкой на свете. Вот, примерно, как сейчас: разделся, прискакал в ванную и с любопытством уставился на певца. Мол, вот он я.
А Тошенька тут же упихал рыжую Няшу в ванну, сел на бортик и включил воду, аккуратно направляя теплые струи на голову драммера.
И что вы думаете? Хаяши благополучно разомлел, расслабляясь и улыбаясь. А ещё даже урча.
- А почему ты сказал "в три ночи"? Что, до трёх шляйся, где хочешь?
- Да я от балды произнес... - отмахнулся Дэяма, аккуратно поднимая любовника и проводя руками по его груди, - вымыть тебя, али сам?
- Ну, должна от тебя польза быть?- тут же поинтересовался рыжик, щёлкнув блондина по носу.- Я от твоего общества не откажусь.
- Ну обормот, - пожал плечами вокалист, залезая в ванну прямо в штанах и, запихнув душ в штатив, взял гель для душа и мочалку, на которую этого самого геля и выдавил. А потом аккуратно принялся водить мочалкой по телу любовника, специально обходя эрогенные зоны. Еще заведется...
Хаяши же откровенно балдел: никакой массаж от специалистки ни за что не сравнится даже с простой попыткой вымыть от Тоши. Эх, Мацумото, наивный: сам на своей шкуре массаж получал, а такие глупости городит... Чудак человек.
- Ты сегодня прямо как не родной,- закатив глаза от удовольствия, драммер махнул рукой.- Не бойся, в пассив загонять не стану: я устал.
- А я и не боюсь. - с невозмутимым выражением лица произнес Тошимицу, продолжая орудовать мочалкой и рукой по телу драммера, - с тобой секс в любых позициях хорош, я в этом уверен...
- Уверен он,- фыркнула няша, отбирая губку и намыливая себе шею.- С 9 класса он со мной уроки по понятным причинам прогуливал, а теперь он "уверен".
- Прогуливал, и не жалею. - улыбнулся блондин, на несколько секунд отдаваясь ностальгии. О, эти школьные годы!.. Как же им влетало от директора, когда они прогуливали уроки, на пару спрятавшись в кабинке мужского туалета, или вообще сбежав с последних уроков. У них было куда более веселое времяпрепровождение.
- А потом я целую неделю прогуливал школу по твоей уважительной причине. Ой, мне мама по ушам тогда надавала...
Да, было такое: как-то раз после купания с друзьями на речке, Тоши простудился и отлёживался дома. Так что вы думаете? Йошики в первый же день примчался с градусником, таблетками и всем остальным, до самого выздоровления будущего певца никого к нему не подпуская.
- А помнишь то фото? Мама до сих пор его хранит,- они так его и называли "то фото". Сразу же понятно, о чём речь. Драммер тут же засмеялся и покраснел, вспоминая тот день и смывая с себя пену.
- О да..."И все равно ты мне не нравишься!" - со смехом протицировал Дэяма, обнимая драммера со спины и поглаживая по животу, - а еще я помню, как ты просил большего...тогда, в школьном чулане...помнишь, Йошики?
Это тоже отдельная песня. Их первый раз. Тогда они смотались с уроков и спрятались в чулане со старыми книгами. Там-то на этих двоих и нашло непонятно что. Самое забавное - Хаяши сам начал. А Тошимицу лишь подхватил, сгорая в страсти будущего драммера.
- Да вообще, если нашу юность вспоминать, можно столько всего напомнить...
- Не напоминааааай!- смеясь, заверещал рыжик. Да, в детстве он ещё целый год приставал к Тоши с этой фразой. Было дело, было дело.- Что касаемо чулана – я даже не знаю, как я додумался тогда. Наверное, мне на голову книга упала. Но, если бы не тогда – чёрт знает, когда бы мы решились. Хотя всё равно мы рано начали… Вот.
Действительно, вспомнить было что. Положив ладони на руки Тоши, Йошики чуть задумался. Было весело. Даже, если говорить конкретно о сексе: эти двое успевали везде и всегда. Йошики лишь было интересно, как их матери так ни в чём их не заподозрили? Отговорка была одна «Они же друзья с детства, почти братья. Это нормально, чо они много времени проводят вместе». Ну да, ну да.
- Да и что вспоминать? Мы с тобой и сейчас далеко не старые. И, благодаря Хидэ, лет через 20 сможем убедиться в этом, глядя на фотографии.
- Это точно... надо будет ему спасибо сказать... - улыбнулся Тошимицу, положив голову на плечо драммера и тихо прошептал, - да плевать, что было тогда. Сейчас я - это я. А ты - мой. Хочешь ты того или нет, милый Йошики, но ты со мной навсегда.
- Я душу Дьяволу готов продать, лишь бы так и было,- искренне отозвался Хаяши, буквально тая от этих слов, тепла, нежности, легкой усталости, выключая воду и обвивая руками шею блондина.
- Ну, нет. К Сакураю я тебя не пущу, - с насмешкой прошептал Тоши, прижимая к себе рыжика. Потом взял полотенца, одним обмотал себе бедра, а во второе бережно завернул рыжика. Аккуратно чмокнул в лоб, поднял на руки и поцеловал, прижимая к себе.
- Сам не пойду,- оторвавшись от тёплых губ и сонно забурчав, Йошики потёр глаза и вновь обнял Тошимицу за шею.- Он хороший. Очень хороший. Но я люблю тебя, а не его. Так что не смей ревновать, хотя, не скрою, мне это очень нравится.
Вот так: и в лоб, и по лбу, а позицию свою высказал.
- И вообще я спать хочу.
- Я тебя изнасилую, даже если будет хоть какой-то намек на измену с Атсуши, обещаю.
Тоже в лоб. И тоже высказался. А еще вокалист аккуратно подбросил рыжика, тут же ловя, и отнес на кровать, аккуратно укладывая его. Снял с драммера полотенце, укутал в одеялку, разделся и лег рядом, прижимаясь к Хаяши со спины.
- Ты меня в прошлом году изнасиловал: рубцы еле зажили,- заёжился Хаяши, с макушкой уходя под одеяло и вновь выныривая.- За собой лучше следи: за каждой юбкой увиться готов, если я не смотрю. Не стыдно?
Ох уж эти семейные разборки! Нет, чтобы на ритмера и басиста глядя, второй медовый месяц устроить…
- Я же тебя недееспособным сделаю, ты учти.
- Давай я лучше подарю тебе цветы и коробку конфет, м? - улыбнулся вокалист.
- Я тебе не жена, меня такими штучками не проймёшь,- тут же драммер обернулся, зыркая злобными-злобными глазёнками на любовника.- Да ты, ты… Вот, короче.
- Я. - послушно кивнул Дэяма, ласково целуя любовника в лоб, - спи, моя радость...
- Ах, радость? Радость?!
Но вот рыжика было уже не остановить. Атомная бомба взорвалась и начала орать, что его всё это достало, что вечно Дэяма пытается отмазаться…
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:48 | Сообщение # 37
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
В это время в номере напротив от внеочередных воплей босса, что были прекрасно слышны, проснулся Хироши. Зевнул, уселся на кровати, огляделся, убедился, что Томоаки спит, и принялся искать свой халат. Не привык ещё мальчик к этим концертам.
А Тоши тем временем отчаянно защищался от нападок разъяренного драммера. И медленно отходил к шкафу.
- Я тебе ещё покажу, кто тут блядь Татеямская!
Накинув на себя валяющийся рядом халат, Хаяши явно решил пришить любовника, а от трупа, разумеется, избавиться.
Как только басист вышел в холл, из соседнего номера появилась красноволосая головушка лид-гитариста. Брюнет лишь кивнул ему головой, в знак приветствия, и уставился на дверь, откуда доносились крики, словно это могло их утихомирить.
- Хис-чан, это бесполезно, - покачал головушкой Хидэ, высовываясь из номера и устремляя взгляд на дверь напротив: именно оттуда доносились вопли драммера, - Ночь я нормально провести не смогу, судя по всему.
А вот тут Тошимицу совершил неожиданное: нацепил халат и тут же взлетел на шкаф, мрачно и испуганно зыркая вниз.
- Дэяма, по ходу, Хаяши с бабой изменил,- нервно усмехнулся Мориэ, кутаясь в халат и на секунду заглядывая в номер, чтобы убедиться, что ритмер мирно спит.
- Слезай. Слезай, блядь, пока я свои палочки не достал!
- Ага, чтобы ты мне их в задницу засунул?!
А ритмер кое-как продрал глаза и покосился на любовника в проеме.
- Проснулся? - поинтересовался Хидэто, - напомни ему о бутылочке, тут же уснет.
- А почему бы нет? Сплошная эротика, охренеешь от счастья!- рыжик начал прыгать перед шкафом, пытаясь сдёрнуть с него певца.
Брюнет так и сделал: сказал, что сейчас вернётся и напомнил благоверному о шикарной заначке, которую они прикупили после прогулки.
- Хаяши у меня ключи от номера забыл. Может, заодно вернёшь ему?
Пата тут же заткнулся и устроился поудобнее. А Хидэ заныл:
- Я не пойду в эту обитель разврата...
- Где мы, блин, другого певца найдём? А если Тоши Тайшо грохнет? Давай, спасай голубков,- заглянув в номер, через пару секунд басист вручил красноволосому ключ.- Давай-давай, мысленно я с тобой.
- Садист! - пробурчал Матсумото, бросая на лежащую на кровати блондинку насмешливый взгляд и улыбнулся ей, - подожди немного.
Потом вышел из номера и, бросив на Хироши обиженный взгляд, бесшумно проскочил в номер и подошел к драммеру, аккуратно положив тому руку на плечо.
- Йоши, спокойнее...
- Хидэ, спаси меня! - взмолился Дэяма со шкафа.
- Ты что,- можете представить? Хаяши был настолько разозлен, что Мацумото тут же оказался откинут на супружеское ложе,- тоже захотел? Или идея про групповое изнасилование понравилась?
В коридоре лишь тихонько рассмеялся басист и вернулся в номер, произнеся скорее для себя "Опять Хаяши буянит".
- Отвали от меня! - заорал Хидэто, скидывая с себя Хаяши, - Хироши ключ попросил отдать! Ты его в том номере забыл!
- Так значит я Татеямская блядь?! - возмутился со шкафа Дэяма.
- А ты молчи, попугай,- шикнул с пола рыжик, глядя на шкаф.- Я тебе палочки потом запихаю, подожди.
Драммер глянул на часы,- Мацумото, нахрена мне ключ в час ночи? Не видишь, что мы ругаемся?
- Вижу. Но вы, во-первых, мешаете мне. Во-вторых, вы задолбали абсолютно всех. А в-третьих, где нам нового вокалиста искать?! - рявкнул Хидэ, усаживаясь на кровати и поднимая глаза на Тоши и Йоши.
- Сними меня отсюда... - жалобно попросил Дэяма, косясь на рыжика.
- Сидеть! Тьфу ты, лежать, обормот!
Хаяши не сводил взгляда с лид-гитариста,- ах да, простите, как я мог забыть, что блондинка Вам, месье Мацумото, массаж не доделала? Ну, простите, что наши ссоры оказались вам приятнее, чем ее ласки.
Топнув ногой, рыжик поднапрягся и передвинул к шкафу стол,- слезай.
- А не убьешь?.. - покосился вокалист, сползая на стол. А Хидэто округлил глаза, шокированный репликой драммера. Это ж охренеть...
- Пошел ты, сука... - выплюнул Матсумото, рывком поднимаясь с кровати и бросая на нее ключ. А потом развернулся и пошел к двери. А Тоши, поняв, что с утра им грозит разнос, в один прыжок достал лид-гитариста и положил руку ему на плечо.
- Прости его. Он разозлился.
- А еще не так давно ты так не считал.
Сообразив, что все-таки это ляпнул, драммер забрался на кровать и закрыл глаза. Все, сейчас он точно об чью-нибудь голову что-нибудь да разобьет. Ну конечно! Для Хидэ он навсегда останется девкой. Разумеется, кто бы сомневался!
- Сволочь,- почти шепотом и уже даже непонятно, кому.
- Тоши... ты извини меня, но около часа назад я его... поцеловал... - тихо произнес Хидэто, поднимая глаза на вокалиста, - извини меня. Я просто поблагодарил, ничего лишнего.
Тошимицу почти не удивило.
- Извиняю. Но...- гитариста прижало к стене теплое тело блондина, - если ты еще раз хоть пальцем его тронешь, я тебя просто выебу, как последнюю шлюху.
Красноволосого отпустили.
Драммер взвыл. Иногда казалось, что Мацумото правда сумасшедший. Гитарист прекрасно знал, каким становился Тоши, стоило лишь ему намекнуть на неровный взгляд Хаяши в чью-то сторону. Он прекрасно знал, что певец сделал с любовником в том году из-за простой фотосессии. А теперь этот идиот еще и рассказал про их поцелуй. Йошики уже не сомневался, что Мацумото руками Дэямы хочет от него избавиться.
- Хидэ... - вокалист абсолютно спокойно посмотрел на красноволосого, - можешь уйти? Мы больше не будем мешать.
Лид-гитарист кивнул. Покосился на драммера, тихо произнес "прости, Йо" и вышел, закрыв за собой дверь. А Тоши… Тоши перевел взгляд на рыжего и тихо прошептал:
- Ну, неужели нет силы, способной удержать тебя рядом со мной?...
Произнесено с отчаянием и страхом. Блондин осел на пол, прислоняясь спиной к двери, и жалобно посмотрел на Хаяши. Как побитая собака на хозяина.
- Неужели тебе настолько плохо со мной?...
- Я уже целый год ни на кого, кроме тебя, не смотрю. После работы не задерживаюсь, посторонним обществом не злоупотребляю. Черт возьми, он меня сам поцеловал!
Рыжик сполз с кровати и на четвереньках подполз к певцу, ложась рядом и устраивая голову на его ногах.
- Да пойми ты, наконец: да, мне нравился Хидэ, да, это есть немного и сейчас. Но я люблю тебя одного. Слышишь? Мне не нужен никто кроме тебя. Тоши, ну почему ты не хочешь понять?
Повернувшись на живот, Йошики приподнялся на локтях.
- Я не хочу все сваливать на Хидэ, но сейчас мне не в чем перед тобой оправдываться.
- Йошики, пожалуйста... если будешь изменять, то не держи меня в неведении... я ведь позлюсь немного и прощу...
Вокалист смотрел убито и устало. А потом обнял рыжую Няшу, сгреб в охапку и прижал к себе, утыкаясь носом в плечо.
- Всегда прощал...
- Я не хочу и не собираюсь тебе изменять. Хватит уже, слышишь?
Да, в своей игре Хаяши заигрался настолько, что запутался в собственной лжи, в том, чего не было... И выпутаться в ближайшее время он - увы - не сумеет. Он за эти 6 лет не изменил своему певцу ни разу, хотя абсолютно все считали обратное. Он… Держал откуда-то взявшийся имидж.
- Йошики... - тихо, отчаянно, - я люблю тебя...
Дэяма аккуратно подхватил драммера под колени и прижал к себе, поднимаясь на ноги. Отчаянно заглянул в глаза, упираясь в его лоб своим, и развернулся, прижимая рыжеволосого к прохладной стене.
- Можно?..
- И я люблю тебя,- так же тихо. Иногда все-таки Йошики поражался: Тоши мог как быть ревнивым, так и настолько мягким, что драммер вил из него веревки. Ясно одно: благодарить Небеса нужно, что у певца нервы такие. Другой давно бы прикончил такого любовника и глазом не моргнул.
- Никогда не спрашивай.
- Ну, вдруг у тебя голова твоя светленькая болит... - насмешливо протянул вокалист, прижимая к себе драммера за талию. Другой рукой он быстро стянул с рыжего халат и бросил его на пол. Та же участь ждала и его собственное одеяние. Темные глаза ласково посмотрели на Йошики.
Йошики же с легкой улыбкой обвил ногами талию певца и обнял руками за шею, при этом целуя скулы. Все-таки он был очень терпеливым и понимающим. Иногда, даже слишком.
- Возьми меня...
И Тоши не сдержался. Хаяши узкий, как девственница. Вокалист прекрасно знал, что ему будет больно. И все равно вошел без разминки и смазки. Аккуратно и медленно. Заглушая боль невесомыми поцелуями.
Драммер шипел, выгибаясь и царапая собственные ладони. Но до чего была приятна эта боль - вы себе представить не можете. Пусть даже на глаза выступили слезы - не важно.
- Прости меня, милый мой... - прошептал Дэяма, начиная медленно двигаться. Горячая узость вокруг возбужденной плоти сводила с катушек. Хотелось брать. Не задумываясь и точно зная простую истину: мое. Только мое. И Тошимицу поддался этому порыву, постепенно набирая темп и покрывая поцелуями лицо рыжеволосого любовника.
Йошики ничего не оставалось, как расслабиться в сильных руках и стонать, немного не успевая привыкнуть к боли. Он даже поймал себя на мысли, что эта смесь ему очень приятна, до безумия.
- Быстрее, милый, быстрее..
Дэяма слушался, постепенно увеличивая темп и просто вдавливая рыжего в стену. Руки удерживали драммера, иначе бы он просто рухнул на пол. Тоши ловил стоны Хаяши губами, легонько касаясь их, прижимался крепче и увеличивал темп движений.
Разгорячённое тело спереди и холодная стена со спины. Йошики чудом не выл в голос, заглушая себя увлеченными попытками нормально поцеловать блондина. Чем быстрее двигался певец, тем сильнее выгибался драммер, совсем не заботясь о своей спине, а просто отдавая себя целиком.
- Тише... спину добьешь... - простонал Дэяма, инстинктивно разгоняясь до предела. Темные глаза смотрели в полуприкрытые, обрамленные пушистыми ресницами очи Хаяши - так Йоши заводился просто до невозможного, это Тоши уже успел выучить. Мышцы вокруг члена сокращались, подводя к экстазу, и Дэяма удерживался из последних сил.
У каждого были свои слабости. Йошики любил во время секса до последних сил смотреть в глаза певца. Сложно сказать, что ему это давало. Но это уже стало типичной составляющей.
- Господи, Тоши, Тоши, Тоши!- выгнувшись до хруста в позвоночнике, Йошики отвел назад руку, но, как назло, ухватиться было не за что. Из-за сильного оргазма, драммер секунд на 10 просто вылетел из мира, отключился от реальности. Зато когда пришел в себя, вновь крепко-крепко обнял любовника за шею, с трудом контролируя себя.
- Как же я люблю тебя...
Тоши излился одновременно с Хаяши, сдавленно выстанывая его имя и крепко прижимая к себе. Перед глазами плыли цветные круги, все как будто отгородилось от Дэямы невидимой беззвучной стеной. Когда же это все прекратилось, блондин тяжело вздохнул, вышел из любовника и подхватил его на руки, разворачиваясь и упираясь спиной в стену. Слишком велика была вероятность дрепнуться на пол: тело вокалиста била мелкая дрожь.
- Спать?...
- Д-да, разумеется..
Рыжик тяжело дышал и гладил щеку Тоши. Сколько все-таки в нем выдержки - представить не возможно.
- Не бойся, я никуда не исчезну. Я навсегда останусь твоим.
- Я надеюсь... - улыбнулся Дэяма, быстро подходя к кровати. В последний момент ноги все-таки подкосились, и вокалист рухнул на кровать, прижимая к себе Хаяши. Так тепло...знакомо...
- Но запомни одну вещь,- убрав белые волосы с лица певца, Йошики стал серьезным.- Если ты соберешься меня бросить - я и виду не подам, что подавлен. Но я обязательно покончу с собой. С какого раза - вопрос другой.
- Я не оставлю тебя. Никогда. - Дэяма солнечно улыбнулся и закутался в одеяло, прижимая к себе Йошики.
- Верю,- все так же сладко обнимая Тоши за шею, рыжик зевнул и почти сразу заснул, нежась в тепле.
Дэяма же приобнял драммера и устремил взгляд в окно. Ему было о чем подумать.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:49 | Сообщение # 38
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Попытка сближения Хидэ и Йошики.

Йошики уже месяц ходил как на иголках. Так сказать, вынашивал гениальную мысль. А всё от того, что вскоре должен был выйти новый альбом X. Точнее, мини-альбом. Всего с одним, но получасовым произведением. Было даже немного уже непривычно видеть Тайшо с утра до ночи в студии, а не с его «брюнетистой свитой». Даже подозрительно, что Хаяши внезапно вспомнил про музыку. Но Йошики не жалел никого ради релиза.
Пока Йошики регулярно был чем-то недоволен, и группе приходилось переписывать партии. Причём, доставалось всем в одинаковой форме. Шли уже первые дни августа, а релиз был назначен на 28. А всё из-за того, что на полный альбом просто не хватало времени. И драммер хотел, чтобы это произведение превзошло все ожидания.
А после репетиций с ним допоздна приходилось сидеть и Хидэ, дабы он единственный, к мнению кого Йошики прислушивался. А именно этим вечером, когда все разошлись по домам, драммер решил серьёзно поговорить с гитаристом. И, как мы знаем, было о чём. Суета вокруг записи поутихла, можно было заняться… Личными делами. Для Хаяши это оказалось желанием, наконец, завести интрижку на стороне. И нужно учитывать тот факт, что именно от Хидэ ему и доставалось прежде за подобные попытки в отношении других музыкантов. Что же будет, если драммер решит привлечь его внимание? И уже на этот раз по-серьёзному.
- Я устал,- мрачно изрёк рыжеволосый, собирая длинные пряди в хвост и поднимаясь из-за стола.- Мы всё закончили?
- И слава богам...- мрачно отозвался соло-гитарист, откидываясь в кресле и вытягивая немного раздвинутые ноги. Этот чертов Art of life достал абсолютно всех - начиная от вечно спокойного Паты и заканчивая нашим вспыльчивым Хидэто. Матсумото спал и видел, как они наконец-то закончат этот гребанный недоальбом, как успокоится Хаяши, как обрадуется вокалист... Дэяма почти не получал положенную ему по статусу любовника долю ласки и нежности со стороны Йошики - все отдавалось музыке.
Карие глаза устало посмотрели на немного напряженного Хаяши.
- Что-то опять не так?
- Я устал как собака и готов заснуть прямо на собственном рабочем столе.
Нельзя сказать, что у Дэямы и Хаяши начали портиться отношения. Напротив. Всего лишь Хаяши искал приключений. Или просто знал, что ему с рук сойдёт?Скорее,Тоши не узнает. А если и узнает, то не поверит. А с совестью рыжая бестия договорится и тут же вернётся к любимому певцу, как ни в чём не бывало.
Но с Хидэ всё было как-то иначе. Он был какой-то..Недосягаемый что ли? А драммер любил трудности, как известно.
Вообще надо вновь напомнить, что эти трое имели очень тёплые дружеские взаимоотношения. Всегда, что касалось работы, отдыха, частной жизни..Всего. Но потом как-то Йошики поймал себя на мысли, что "надо". И вот это "надо" внезапно переросло в цель соблазнить гитариста. А что будет дальше, рыжик и не задумывался. А зачем? Главное, получить. Это потом он будет думать, как выкручиваться.
- Не разомнёшь мне плечи?- шутка ли, а спина у драммера изнасилована была сильнее, чем нервы музыкантов.
- Иди сюда, Йо-чан, я с кресла не встану, - покачал взъерошенной головой Хидэто, подзывая к себе рыжика. Даже если в этом и был подвох, то выкрутиться гитарист всегда успеет. Красная челка упала на глаз - Матсумото потрепал и без этого стоящий дыбом шухер - и губы изогнулись в легкой улыбке.
Хидэ все время удивлялся, как их лидер до сих пор живой и как терпит больную спину. И пускай у красноволосого спина ныла не меньше - гитара тяжелая, а сам Хидэто маленький - адское терпение Хаяши было за гранью его понимания.
По-детски радостно улыбнувшись, Йошики взял стул и поставил его перед креслом гитариста, удобно усаживаясь и ожидая спасительной ласки. Что ни говори, а в молодые годы, еще до обострения, спина у Йошики не только болела, но и была самым чувствительным местом. Поэтому за массаж он был готов душу Дьяволу отдать.
- Не забывай, еще домой добираться..- драммер слегка улыбнулся, убирая волосы со спины.- Есть планы на вечер?
- Напиться и лечь спать, - заученно отрапортовал Матсумото и аккуратно провел ребром ладони по позвоночнику Йоши. Эти планы у него были всегда, они же являлись и отговоркой от внеочередных и неожиданных поручений драммера, который относился к соло-гитаристу очень лояльно. Не контролировал, прислушивался, давал полную свободу... и Хидэ давнооо уже начало казаться, что у Хаяши к нему нездоровый интерес.
Массаж гитарист делать умел - Матсумото еще в детстве делал его бабушке. Поэтому сейчас парень с легкостью делал его драммеру, нажимая на нужные точки и облегчая боль.
- Так лучше?
- Просто.. Великолепно..
Хорошо, что Йошики сидел к Хидэ спиной, и гитарист не видел, как рыжик кусал губы. Кажется, это называется фетишизмом. Драммер вцепился пальцами ладоней в сидушку стула, расслабляясь и отдавая себя на милость сильных рук гитариста.
- Это просто Божественно, Хидэ..- проинеся это, Йошики перевел одну руку на ногу Мацумото. Так, словно не заметил этого, и словно так было удобнее сидеть.
- Подли-и-иза...- с улыбкой протянул Хидэто, то нажимая на плечи умелыми пальцами, то лаская круговыми движениями лопатки и позвоночник. На руку гитарист не отреагировал - пускай сидит, как хочет.
- Ничего.. Подобного..
Йошики было хорошо. Можно даже сказать до неприличия. Слишком уж умело все делал Мацумото. Прервал всю идиллию стон Хаяши, когда пальцы Хидэ вновь нажали на один из позвонков по выше поясницы.
- Больно? - тихо спросил Хидэто, массируя нажатую ранее точку.
И вправду, больно. Драммер непроизвольно согнулся, налоняясь вперед и болезненно жмурясь. А ведь не нажми Хидэ там - стон вполне от удовольствия мог получиться.
- Терпи, родной, сам виноват.
Вот так вот. Обхватив драммера рукой под живот, светловолосый немного поводил по кругу и, вскоре отпустив рыжика, продолжил уже немного мягче разминать усталые плечи.
После пары манипуляций рыжик совсем расслабился.
- Твои руки творят чудеса,- прошептал он, крепче цепляясь ладонями. Однако вдруг он замер.. И резко рухнул на гитариста, по ходу, лишившись чувств.
- Йошики! - Хидэ от неожиданности вскрикнул - так резко упал рыжеволосый драммер. А когда до ошарашенного мозга музыканта дошло, что с Хаяши что-то не так, тот поднял согруппника на руки и оттащил на стоящий у стены диван. Уселся рядом на край и начал вспоминать расположение всяких полезных точек на теле, надеясь, что сможет привести его в чувство.
А еще драммер был замечательным актером. Со школьных лет. Актером, а не симулянтом. И обморок его вполне не отличался от настоящего сейчас. Хидэ, к сожалению, этого не знал. А потому, тщательно все взвесив, гитарист залепил Хаяши такую звонкую пощечину, что и мертвый очнулся бы. И это подействовало безотказно: наглый драммер тут же подорвался, хватаясь за щеку и на всю студию понося гитариста. Приплыли.
Опомнившись, рыжик перевернулся на живот, вспомнив "о больной спине".
- Ну, больно же..
- Зато бесплатно, - усмехнулся Матсумото, вновь проведя ладонями по спине Хаяши.
- Зачем обманываешь?
- Мне больно,- грустно буркнул рыжик, утыкаясь лицом в подлокотник диванчика, невольно выгибаясь вслед за руками.
Матсумото вздохнул и погладил Йошики по волосам, улыбаясь. Карие глаза смеялись.
- Актер ты превосходный, с какой стороны не глянь.
Гитарист засмеялся, откидывая за плечи длинные волосы, и положил руку на лопатки, будто спрашивая, продолжать ли ему.
- У тебя просто волшебные руки..- недовольно потерев еще горящую щеку, Йошики блаженно заурчал. Все-таки Тоши разминать ему плечи по понятным причинам стал отказываться, а на специалиста времени не было.
- Как же хорошо..
- Настолько хорошо, что ты урчишь? - засмеялся соло-гитарист, начиная медленно нажимать на позвоночник в поисках приятных точек. Хидэто умел делать массаж, это знали многие. Но все-таки его немного напрягало это поведение рыжеволосого драммера.
А драммер прикрыл светлые глазки, рискуя задремать. Да только в его планы это не входило, совсем. Королева бала была настроена решительно.
- Какие у тебя все-таки сильные руки..- прошептал, уже не пытаясь скрыть стонов удовольствия.
- Ты на мой рост не смотри, дам в глаз так, что не забудешь, - рассмеялся Хидэто, поглаживая спину рыжеволосого. Аккуратно убрал с рабочей поверхности рыжие прядки, нажал где-то между лопаток, а потом завершил массаж легкими похлопываниями по спине.
- Что-что?- не веря своим ушам, драммер повернулся на бок и успешно закосил под дурочку.- Тебе не стыдно?
- Нет, - с улыбкой покачал головой гитарист, поднимаясь с дивана.- Ну, что? По домам?
- Не уходи.
Драммер схватил гитариста за руку. Все шло категорически не по плану Йошики. Причем, с начала дня.
- Нам нужно поговорить.
- Ну ладно. Я слушаю, - пожал плечами Матсумото, усаживаясь обратно. Карие глаза с любопытством устремились на рыжика. Причем, на взволнованного рыжика.
- Я..
И тут Йошики банально растерялся. Знаете, впервые за долгое время, он абсолютно не знал, что ему делать. Вот абсолютно. Сев, драммер устремил взгляд на Хидэто, убирая в сторону мешавшую прядь свободных волос. А чего он боится? Нечего же.
- Я давно хотел сказать, но все как-то времени не было. Дело в том, что ты мне нравишься. Очень сильно.
Матсумото нахмурился. Все это... говорило ли оно о том, что драммер просто решил завести внеочередную интрижку на стороне, скрыто от Дэямы? Вероятность всего этого была более 90%.
Тяжело вздохнув, гитарист качнул головой и убрал челку с глаз. Потом посмотрел на рыжеволосого и тихо произнес:
- Я натурал, Хаяши. И ты это знаешь.
- Я это знаю,- драммер кивнул.- А ты знаешь, что мне не отказывают.
Йошики не понимал, с чего так внезапно его дружеское отношение к гитаристу переросло в чувства. Чувства? Вполне возможно, что они были уже тогда, кто знает. Хотя, что на тот момент более вероятно, рыжика привлекало тело Мацумото. Хотя черт его знает, ведь Хаяши и самому себе ни в чем не признавался.
- Извини, Йошики, но это не тот случай.
Хидэ покачал головой и принялся теребить красную прядь. Становиться гомосексуалистом ради их любимого Тайшо он не собирался.
- А если подумать хорошенько?
Йошики обворожительно улыбнулся и погладил гитариста по щеке. Этого он ожидал, вполне.
- Нет, - гитарист отодвинулся и слез с дивана, поглядывая на Хаяши.- И не подумаю. Не обижайся. Ты мой друг, а тело свое оставь Дэяме.
Хидэто передернулся, вспоминая горящие глаза вокалиста, когда их драммер практиковал соло. Видно было, что Тоши любит рыжика. А это ветреное бля.... кхем, создание, этого не видело.
- А при чем здесь Тоши? Я его что-то здесь не наблюдаю.
Йошики игриво улыбался, наблюдая за гитаристом.
- Речь не о нем.
- Если хочешь меня, то запихни свое блядское желание куда подальше. Я не стану. Просто не хочу, мне противно даже подумать об этом. Я натурал, и ты прекрасно это знаешь. - Матсумото отступил в сторону, подхватывая куртку.
Драммер погрыз губы. Что за черт? Он всю жизнь получал все, что хотел. Музыкальные инструменты на дни рождения, любая девчонка в школе, группа, слава... А кто был против - тому рыжик попросту бил морду. Коротко и ясно. И отступаться было не в его стиле. Именно поэтому драммер подошел к двери, закрыл её на замок и покрутил ключ на пальце, облокачиваясь на дверь и смотря на гитариста.
- Все когда-то бывает в первый раз.
- Хаяши, не глупи. Я не стану, - гитарист отступил назад, ища глазами путь к отступлению. На глаза попалось окно - работали они сегодня в их старой студии, а конкретно - второй этаж. Можно было прыгнуть и даже не разбиться. Но спать с Йошики Хидэто не собирался.
- Тебе понравится,- Йошики медленно подошел к гитаристу.- Никто даже не узнает.
- Назад, - рука Матсумото уперлась рыжеволосому в грудь, карие глаза с холодом посмотрели на ударника.- Я не осуждаю тебя, но с собой такое творить не позволю. Предпочитаю женское тело.
- А как же моя худоба, все..- сцепив зубы, драммер схватил Мацумото за шкирку.- Или ты думаешь, я ни разу не слышал ваши разговоры между собой на пьянках, да?
- Спьяну все разговоры зайти могут, - огрызнулся Хидэто, пытаясь отцепить цепкую лапку рыжика от своей футболки. Разговоры были. Вот только Матсумото в них не участвовал. Он просто сидел рядом и преспокойно попивал сакэ, изредка вставляя язвительные комментарии.
- Отцепись ты уже!
Знаете, как бывает? Вот Хаяши резко расхотел. Причем, даже видеть любимого друга. Досада, злоба, непонимание.
Подойдя к двери, рыжеволосый открыл её и кивнул на нее гитаристу,- передай Дэяме, что дома я ночевать не буду.
- А зря. Он тебя любит. Извини, но я и вправду не могу,- Матсумото выскочил из студии и бросился вниз по лестнице, натягивая куртку. Карие глаза были немного расширенны. Но стоило гитаристу выйти на улицу, как на бледных губах расплылась улыбка. У выхода из здания стояла его девушка. Внеочередная, но миловидная. И характером очень даже неплоха. Взяв девушку за руку, Хидэто быстро повел ее прочь от этого места, не оборачиваясь.
А Йошики видел это в окно. И, знаете, бил по его самолюбию тот факт, что гитарист предпочел ему какую-то куклу. Было.. Реально обидно. Да, именно обидно. Его не парило, что Хидэ мог намекнуть на все Тоши: не мог. Просто на просто. Ведь за гуляния драммеру доставалось от гитариста, как мы знаем. Хотя после прошлого апреля быть уверенным в чём бы то ни было нельзя. Потому Йошики сразу вспомнил про «свою подружку-хохотушку». Затянувшись, драммер взял со стола телефон. Рюичи же не привыкать его прикрывать, как мы понимаем. Почему? Йошики любил ночевать у Сакурая. Просто так: когда вокалист Фейерверка был один, рыжеволосый нередко бывал у него. Они просто сидели с Айка в гостиной на полу и разговаривали… Ни о чём. О будущем, о музыке, ещё о чём-то… Должно быть, это был тот же случай: Хаяши нужна была поддержка.
- Передай, что я подъеду к его дому через час. Я твой должник. Утром ждите в гости.
Хотя иногда драммеру было непонятно, как Кавамура до сих пор от него не отвернулся. Хотя сейчас, выходя из студии и запирая её, Йошики было больше интересно, как Хидэ решится попасться ему на глаза. Но все это потом. Сейчас его уже ждали. Нужно было восполнить урон, причинённый красноволосым.
***
- Тоши звонил раз 5,- сообщил певец, ставя перед Юнэ чашку с чаем и присаживаясь рядом.- И Хидэ дважды.
- Причём, в последний раз они звонили оба,- кивнул гитарист, беря чашку в руки.- Ты где был-то?
Драммер фыркнул и передёрнул плечами,- переспал с Атсуши. А что?
Сугихара шумно подавился чаем, из-за чего, и не только, Рюичи побледнел и принялся стучать по спине шатена:
- Ты что, серьёзно?
- А что зря время терять?
Йошики такой Йошики. А ведь всё говорил что-от вроде «Я? С Атчаном? Да лучше на панель!» Вот тебе и дружба… Оба с Сакураем переспать успели.
- Йо-чан, но как же Тоши..?- начал, было, певец.
- Ну, вы же умеете держать язычки за зубками? Вот и не узнает ничего.
Сугихара отставил чашку и осмотрел драммера. Потом перевёл взгляд на Рюичи и призадумался. Так и хотелось сказать «женщины», плюнуть и уйти. Ан и любопытно, и… На личной жизни Иксов можно было заработать неплохие деньги. Ясухиро уже давно тихонько пописывал мемуары. А вот Кавамура знал.. Точнее, догадывался, откуда прошлой весной на спине Хаяши появились рубцы. А теперь такое выясняется! Иногда певцу хотелось уйти в монастырь, чтобы попросту замаливать за всех грехи.
- А случилось-то что, Йо-чан?
- С Мацумото поругались.
И Луновцы поняли, что во внеочередной раз лучше тихо вздохнуть и промолчать, пока, в самом деле, не началась атомная война.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:49 | Сообщение # 39
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Рождество в Англии.

Рэй любил перелеты. Особенно на Родину. Особенно после долгой работы. Особенно на праздники. Хисаши отпустил европейца на неделю в Англию - отпраздновать Рождество. За это англичанин был ему очень благодарен.
Уоттс оторвал взгляд от окна и перевел глаза на заснувшего на его плече Сакурая. Да, японца отпустили с ним. Когда еще представится шанс побывать в Англии? Да вряд ли: Хиса боится перелетов. Вот европеец и взял любовника с собой - встречать Рождество в одиночестве не хотелось ни ему, ни Атсуши.
Объявили, что самолет заходит на посадку. Англичанин вздохнул и потрепал азиата по волосам.
- Просыпайся, прилетели.
Сакурай зевнул, протер глаза и огляделся. Правда, уже земля.
- Мог бы сдать меня в багаж и разбудить непосредственно дома.
Но это ворчание так, для приличия.
- Ты веди меня, а то я ж потеряюсь.
- Не потеряешься.
Аэропорт, багаж, такси. Типично для Уоттса. Вновь быстрый треп на родном языке. Сакурай наверняка ничего не понял - он не настолько хорошо владеет английским. До дома ехали молча. Рэй быстро расплатился, забрал вещи из багажника и потащил Сакурая к своему дому. Дел было невпроворот.
Сакурай все время молчал. От него были слышны только восторженные писки, что вообще в рамки разумного не лезло. Большие удивленные глаза и рука, намертво вцепившаяся в англичанина. Все было... Новым и интересным.
Европеец улыбался. Потом затащил певца в дом и поставил багаж у двери. Потом приобнял любовника за плечо, становясь у него за спиной и вытягивая руку.
- Прямо по коридору и направо. Там гостиная, сиди и жди там.
А сам подхватил вещи и умотал наверх.
Насмешливо "отдав честь", брюнет протопал в гостиную, завалился на диван и принялся все осматривать.
Уоттс спустился через несколько минут, заваливаясь на диван и вытягивая ноги.
- Как же хорошо дома...
Атсуши тут же подсел ближе и обнял англичанина, все оглядываясь,- уютно у тебя... Мне нравится
- Спасибо, - кивнул европеец, приобнимая любовника за талию и притягивая его к себе.
Азиат улыбнулся, вытягиваясь,- только куда снег девали?
- Он редко выпадает на Рождество, - покачал головой Рэймонд, прижав к себе брюнета, - я-то уже привык...но синоптики говорят, что снег будет. Хотя говорят они так третий год подряд.
- Вроде севернее Японии, хотя у нас со снегом тоже.. Натяг,- вздохнув, Сакурай поскрежетал ногтем по груди любовника.- Рэй, а.... Что это за праздник? Я толком о нем не слышал.
- Рождество? - приподнял бровь Уоттс, - ты...не знаешь, что такое Рождество?
Это для англичан Рождение Христа - обязательный праздник. А японцы...что с них взять.
- Это же христианский праздник,- напомнил брюнет, чуть зевая.- И вроде как три его основные ветви отмечают по-разному, но..- Атсуши виновато поднял взгляд на Рэя.
- Мда. Я так понимаю, подарки ты на Рождество не получал. Ну, ничего, это мы устроим, - кивнул Рэймонд, прикрывая глаза и крепко обнимая брюнета. Потом потянулся и уселся на диване, вздохнув.
- Есть хочешь?
Азиат потянулся и забрался на колени Уоттса, глаза его загорелись,- ааааа! Это Рождество у вас самый важный праздник с подарками, ужином и всем таким?
- Не самый важный, но да, в целом это так, - кивнул англичанин, обнимая певца за талию, - так что?
- Дааа уж..- протянул азиат, усаживаясь удобнее.- Да что-то пока нет. Но, Рэй.. Как же без снега-то?- непонятливо.
- Ну...вдруг погода ради тебя подарит нам снег? - поинтересовался Уоттс, утыкаясь носом в шею любовника и ласково целуя, - Будет здорово...
- Еще бы..- с улыбкой.- Это можно сравнить с нашим Хана-мацури или Камбуцуэ.
- Э?
Надо было видеть лицо Рэя в тот момент.
- День рождения Будды, фестиваль цветов,- пояснил азиат, рассмеявшись.
- Говори на понятном мне языке. Или начни учить меня японскому... - посоветовал англичанин, взъерошивая Атсуши волосы, - ладно. Пошли, дом покажу. А то потеряешься еще...
- Обучу за отдельную плату,- спрыгнув на пол, японец протянул любовнику руку.- Как это? Кар-ту мне нарисуй.
- Потеряешь и сам заблудишься. Хотя дом небольшой... - протянул Уоттс, прикрывая глаза и поднимаясь на ноги, - пошли.
По дому бродили минут 10. Студия, спальня, кухня. Какие-то комнаты по мелочи. И большущий зал с небольшим подиумом: там обычно собирались PIG. Потом Рэй утащил любовника на кухню и сунулся в холодильник, фыркнув: жрать было определенно нечего.
- Нет желания в магазин со мной сходить?
Это зря он спросил: Сакурай итак не мог рот закрыть от удивления, а тут...
- Ага,- чуть задумчиво.- Учить язык, практика нужна..
Затормозил певец. И сильно.
- Ну, отлично. Одевайся, погнали!
***
Вернулись домой поздно, наржавшиеся как лошади и довольные до невозможности. Кто ж знал, что Сакурай умудрится трижды потеряться и находился именно в тот момент, когда Уоттс ругался последними словами в адрес чертового азиата. Поесть они купили, выпить тоже. До Рождества осталось 3 дня, а значит, надо успеть украсить дом, - куда ж без этого, святое! - приготовить что-нибудь поесть, да еще и подарок Сакураю купить.
Японец был до одури доволен: другая страна, другая культура, другой менталитет, но... Какие эти англичане же чудные! Особенно бабули. Но они везде есть, наверное.
- Слушай, такой магазин огромный..
- Это средний. Есть и больше, - пожал плечами Рэймонд, скидывая пакеты на стул, - как ты только потеряться умудрился? Я же сказал: держись рядом. Нет, сука, понесло тебя...
Разбросав еду по холодильнику, англичанин вздохнул и принялся, что называется, "кашеварить".
- Но там же интересно..- виновато.- И бабушка. Она напяливала на меня платье!
- Ты худой, как наши девки! - фыркнул Уоттс, - тебя одень в платье и сдай на панель - и до самого акта от девки тебя не отличишь.
Азиат тут же злобно зарычал в голос. И хотя без Айко было не очень убедительно... Настроен он был агрессивно.
- Расслабься. Я с тобой такого делать не стану.
Сакурай зафырчал, чуть царапнул англичанина по шее и удрал на подоконник, продолжая рычать. Котэ же. Или, нэко, как сам Рэй сказал. Но обижаться он умел.
- Ну... - насмешливо протянул англичанин, улыбнувшись и поманив японца к себе, - иди ко мне, кот ты мой...
- Готовь, хозяюшка, я голоден,- подобрав длинные ноги под себя, азиат закурил, с наслаждением опираясь спиной о холодное стекло.
Уоттс улыбнулся, подошел к Атсуши и затянулся из его рук. Потом открыл окно и вернулся к своему занятию.
- Слезай, продует.
- Ты специально?- сцепив сигарету в зубах, Атсуши перебрался за стол, расправляя на руках перчатки без пальцев.- Ну и что же? Будешь обо мне заботиться, пока не поправлюсь.
- Меня Имай порвет на части, - покачал головой англичанин, раскладывая получившееся по тарелкам и ставя их на стол, - лопай.
- С каких пор ты стал его бояться?- убрав с лица волосы, Атсуши затушил сигарету и с интересом принялся за пищу.
- Я просто хочу жить, - улыбнулся Рэймонд, набрасываясь на еду.
Азиат в ответ лишь усмехнулся: Имай же не зверь.
- А ты ведь.. Действительно вкусно готовишь.
- Не всю же жизнь фастфуд жрать!
- Какая мерзость,- недовольно.- Растолстеешь, и я тебя разлюблю.
- Я тоже об этом подумал. А потому научился готовить, - со смехом.
Покачав головой, Сакурай толкнул англичанина в плечо,- ну, знаешь..
- Ешь! - рявкнул европеец, дожевывая последний кусок, - и пойдем в спальню. А там - как захочешь.
- Вот вечно ты так,- обиженно произнес азиат между едой.- Все в спальню, в спальню... Где романтика?
- А тебе хочется романтики? - поинтересовался англичанин, поглаживая любовника по волосам, - дождись Рождества, я тебе устрою.
- Тебе обязательно нужен повод?- доев, Атсуши отодвинул тарелку, вздыхая.- Да ладно уж. Чтобы меня трахнуть, большого ума не нужно.
- Сакурай... - задумчиво протянул Рэймонд, рассматривая брюнета, - что в твоем понимании романтика?
- А ты не понимаешь, да? Закроем тему,- японец тут же по привычке занялся посудой.
- Нет, ты скажи, - Атсуши сзади обняли за талию сильные руки, а в шею уткнулись теплые губы, - в понимании европейцев романтичным может быть и секс. У нас явно расходятся мнения с азиатами. Просвети меня.
- Ну..- брюнет задумался, прижимаясь спиной к Уоттсу.- Я никогда об этом специально не думал, но, знаешь.. Даже просто сидеть вместе, ничего не делая. Ведь это своеобразное проявление чувств, хороший элемент общения.
- Хм...интересное мнение. Это...вроде прогулок по вечерам на закате? - улыбнулся Рэймонд, прикрывая темные глаза и прижимая к себе Сакурая, - Я угадал?
- Тоже можно..- слабо улыбнувшись, Атсуши убрал вымытую посуду в мойку.- Только в меру. Моя бывшая жена у меня почти всю охоту к этому отбила.
- Вот как... - протянул англичанин, отпуская любовника и задумываясь, - ну что ж, это пожелание я учту.
- Мы прожили не больше месяца, а вспоминать с содроганием до конца жизни буду,- повернувшись, брюнет уткнулся лицом в шею любовника, вздыхая.- Ужас.
- Ну, ведь прошло, - пожал плечами Уоттс, прижав к себе Атсуши, - пошли наверх. Тебе надо отдохнуть, да и мне тоже.
- Всем бы такой "отдых",- улыбнувшись, азиат ласково погладился щекой о щёку Рэя и тихо-тихо заурчал.
- Кот. Самый натуральный кот, - улыбнулся европеец, прижимая к себе любовника и улыбаясь, - какой же ты все-таки необычный.
- Ну, что во мне необычного?- юноша протёр глаза, улыбаясь.
- Ты влечешь, - коротко отозвался англичанин, прижавшись к губам брюнета своими.
***
Последующие 3 дня Уоттс носился, как белка в колесе. Зато был украшен дом, поставлена елка...и куплен подарок Сакураю. Парень сам проболтался, что хочет что-то теплое и домашнее. Вот пускай и разбирается.
В рождественское утро природа сделала Англии подарок - на улицу выпал снег. А еще Сакурай в этот день проснулся в одиночестве и с большой коробкой под елкой.
И ведь, главное, даже пожаловаться на такую наглость некому. Айко осталась в Японии, юную экономку и Имая воспитывать, а больше... А больше никому певец душу не открывал.
- Ну, Рэй, ну попадись мне..
Пол утра пробегав по дому, одеваясь и приводя себя в порядок, внезапно азиат таки заметил коробку под ёлкой и с любопытством достал её. Так сказать, заныкал на диван, принявшись медленно распаковывать. Ну, мало ли, что Уоттс удумал?
В коробке оказался явно связанный вручную свитер. Мягкий, пушистый. Бежевый с черным воротником и рукавами. И приписка: "Ты же хотел тепла".
Под свитером обнаружилась бутылка коллекционного вина и коробка сладостей из магазина подарков. Словом, Рэй сделал практически все, что входило в лично его понятие слова "романтично".
Хреново на Атсуши влияла Англия, потому как он неприлично громко и довольно распищался, тут же натягивая свитер на себя и во все глаза рассматривая содержимое. Ну, Рэй, ну хитрец... Вот только, где же он сам?
Уоттс появился спустя полчаса, держа в руках букет. Видно было, что именно из-за него англичанин на улицу и умотал. Быстро разувшись и стянув с себя шапку, Рэймонд залетел в гостиную, впихнул Сакураю цветы и выдал:
- На улице снег!
- Вижу. Ну его.
А потом тушка в виде Атсуши повисла на шее англичанина. Надо же, как легко оказалось его обрадовать! Даже слишком, вам не кажется? Но какая разница, если он не рычит, как обычно, а нежно ластится, шепча слова благодарности за подарки?
- И тебя с Рождеством, милый мой азиат... - протянул англичанин, прижимая к себе любовника и поглаживая его по волосам, - не благодари, это в порядке традиций.
- А ну пойдём,- вдруг отпрянув, Сакурай взял Рэя за руку и потянул наверх.
Уоттс удивленно покосился на брюнета, улыбнувшись, но позволил увести себя наверх.
По дороге стянув со столика вазу для цветов, Атсуши привёл любовника в одну из "нерабочих" комнат и с улыбкой кивнул на диван, где лежал весьма длинный и массивный свёрток,- не думал же ты, что я позволю себе такую наглость и не подготовлюсь к празднику?
- Ну, блин, а я так надеялся взять натурой! - обиженно-насмешливо протянул Рэймонд, чмокая любовника в щеку, - Заранее огромное спасибо.
И уселся на диване, распаковывая подарок. И откуда только у Атсуши английские деньги?
- Это "с приветом из Японии",- сразу же пояснил брюнет, смотавшись в ванную за водой и вернувшись.- Надеюсь, что тебе не придётся применять его по назначению. У нас считается, что оружие, вытащенное из ножен, обязано пролить кровь.
Как вы могли уже догадаться, в свёртке находилась настоящая катана. Изогнутый изящный длинный меч со светящейся из-за камней в ней змеёй на рукоятке, с позолоченным футляром и небольшой надписью на лезвие у самой рукоятки. Конечно же, по-японски.
- На лезвие ни в коем случае нельзя дышать. Так что, держи его на уровне глаз. И, да: он заточен. Так что осторожнее.
- Вау... - только и смог прошептать ошеломленный англичанин. Потом не удержался и вытащил катану из ножен, с восхищением рассматривая идеальное лезвие. Проверил балансировку, крутанул оружие вокруг себя, провел пальцами по иероглифам на лезвии. Потом перенес руку на острие и аккуратно провел катаной по ладони, оставляя порез.
- Вот тебе и кровь. Что написано, а то я японского не знаю.
И убрал оружие в ножны, оборачиваясь к Атсуши. Лучшего подарка он и не мог желать.
- Ну, зачем ты так?- от увиденного, азиат дёрнулся, тут же подходя к Рэю и беря его порезанную ладонь в свои, прижимая её к себе.- "И добро, и зло — в твоем сердце". Надеюсь.. Этот меч будет тебе напоминать о твоих "командировках" в Азию.
- Не будет, - покачал головой Уоттс. Потом обнял брюнета за талию и притянул к себе, поглаживая по темным волосам.
- Он будет напоминать о тебе.
Атсуши улыбнулся, обнимая Рэя за плечи и улыбаясь,- я был бы рад. Не хочу, чтобы ты забыл меня, когда.. Всё закончится.
- Не забуду. Слышишь? Никогда не забуду... - прошептал европеец, прижав к себе любовника и зарываясь носом в темные волосы, - ни-ког-да.
- Рэй..
Что сказать? Атсуши и сам не заметил, когда потерял голову, позволив себе непозволительное: по ходу, действительно влюбившись в англичанина. А ведь все было.. Так несерьезно.
- Молчи.
Тихо. Даже с некоторым сожалением. Потом Уоттс отпустил любовника и явно через силу - глаза у него смотрели тяжело - улыбнулся.
- Рождество - семейный праздник. Пойдем, поможешь выбрать место для катаны.
И, подхватив подарок, потащил любовника вниз.
И азиат, протерев глаза, уже даже смеется, просто наслаждаясь тем временем, пока они еще были вместе.
- Ну как это "куда"? Над рабочим столом!
- Ты не поверишь, у меня перед ним окно! - засмеялся англичанин, затаскивая любовника в гостиную, где и стояла елка, - так что... выбирай место тут.
- Выкинуть окно и меч повесить,- оббежав комнату взглядом, брюнет запрыгнул на диван.- Можно здесь повыше повесить.
- А еще? - Уоттсу было в кайф наблюдать за своим обалдуем.
- Еще можно повесить его на пустой стене. И обязательно на правый бок.
- Ну...твори! - катану протянули Сакураю.
Азиат тут же заскрежетал по стенам, каким-то чудесным образом закрепляя меч без крючка.
- И вообще: нужно твою ладонь обработать.
- Да ничего, заживет, мелкая.
- Рэй!- спрыгнув со стула, азиат недобро рыкнул.- Где у тебя перекись?
- Э... - англичанин отступил назад, задумываясь, - где-то.
Азиат выжидающе скрестил руки на груди.
- Да я не помню! - пожал плечами брюнет.
Атсуши тут же подошел к англичанину и взял его за руку, рассматривая рану.
- Говорят, что слюна - лучший антисептик... - протянул англичанин, улыбнувшись
- А я это знаю,- и правда: тут же теплый язык коснулся затягивающейся раны, хорошенько "умыл" её.- И не надо больше так делать.
- Не буду, - пообещал Уоттс. Потом покосился на улицу и протянул, аки ребенок. - Пошли гулять.
- Пойдем,- с улыбкой закивал азиат.
Рэймонд вместо ответа полетел на улицу. Все-таки Рождество - семейный праздник.
Атсуши оделся и вышел следом, однако... Однако улица была белой с позолотой. Что? Потолок?
- Что за черт?
- Ну, слава тебе Господи, проснулся!
Голос. Знакомый. И теплое тело рядом. И рыжеватые волосы. Имай. Явно взволнованный... и расстроенный.
- Хисаши?
Атсуши сел на кровати, протирая ладонями глаза.
- Я.. Черт,- певец рухнул обратно, вздыхая.
- Ты. Ты звал Рэя во сне... - тихо и расстроенно. Гитарист все никак не мог привыкнуть к тому, что вновь с Сакураем. Но при этом при любом упоминании Рэя ему становилось тяжело на душе.
- О Господи..- повернувшись на живот, Атсуши обнял своего рыжика за ноги.- Это был лишь сон. Верно?
- Да. Сон. Наверно, - покачал головой Имай, прикрывая глаза и вытягиваясь на спине. Тяжело было осознавать такое.
- Давай спать дальше.
- Хиса..- зажмурившись, Сакурай крепче обнял рыжеволосого.- Только не ревнуй. Я люблю одного тебя, мой хороший.
- Угу.
Тихо и коротко. Имай не умеет обижаться, но вот расстраиваться умеет. Причем долго. Что уж с него взять, такой он по характеру.
Приподнявшись, брюнет сел, погладив гитариста по щеке,- пообещай, что больше с ним работать нам не придется.
- Я не знаю, как все будет в будущем... - покачал головой Хисаши, сворачиваясь в клубочек. Потом вздохнул и зажмурился, украдкой смахивая слезы. Хиса - плакса. У него слабые слезные каналы. И от любой неаккуратной реплики карие теплые глаза предательски блестят.
- Ну, милый, что ты?- погладив рыжие волосы, певец притянул Хису к себе, уложив его на колени.- Я с тобой. И никуда отдаляться не собираюсь. Все это.. Просто несерьезно. Я хочу быть только с тобой.
- Верю.
Тихо, коротко. Но Имай действительно верит. Или пытается поверить - он сам еще не понял. Но так тепло рядом с Сакураем, так хорошо жаться к сильному телу в поисках защиты. Гитарист даже не верит, что еще несколько часов назад этот человек стонал и извивался под ним, сжимая в кулаке мокрые от пота рыжие пряди.
- Ну же, Май-Имай, улыбнись.
Конечно, этот сон оказался для певца ударом ниже пояса. Но ведь у него снова был его маленький Хиса, а именно он всегда и нужен был певцу.
- Я тебя очень люблю. И говорю это не из желания укрыть себя или утешить тебя. Просто, это правда, милый. Я не хочу, чтобы ты расстраивался.
- Не знал, что тебе снятся сны с участием Рэя... - протянул рыжеволосый музыкант, поджимая ноги к груди и утыкаясь носом в колени. Потом зажмурился и кивнул: мол, я верю. Что уж тут. Иначе - никак.
- То, что мне приснилось - уже.. Было однажды.
Певец опустился, укладываясь. Совсем не хотелось ранить рыжика и дать лишний повод для ревности.
- Воспоминания. Еще лучше... - горько. Ну и ладно. Имай зажмуривается, вновь смахивает слезы и ложится рядом, спиной к Атчану, разворачиваясь и будто подставляясь той всепоглощающей ревности.
- Маленькая рыжая стерва,- но Атсуши понимает, целуя плечо Хисы, шею, макушку, обнимая его за талию и прижимая к себе.- Хотя.. Поревнуй. Может, новый хит напишешь.
- Угу. Я и без ревности напишу все, что я о тебе думаю. А еще петь это заставлю, - пообещал Хисаши, покорно прижимаясь и судорожно вздыхая в попытке успокоиться.
- И я буду петь. Каждую строчку, какую ты только ни сочинишь,- брюнет зевает и утыкается лицом в рыжие лохмы.- Верь мне, Хиса, и держи рядом. Я тебя оставлю только в случае смерти.
- Не оставишь. Я тебя и после смерти не отпущу.
Ложь. Хисаши отпустит. Если Атсуши захочет уйти - он отпустит. Но и назад пути уже не даст.
- Остается надеяться, что ты меня переживешь.
Пусть. Они еще совсем молоды и не представляют, что жизнь уготовила. Хотя лучше бы и не представляли.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:50 | Сообщение # 40
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Ночь в отеле.

Это был последний день работы. За день раньше они отыграли концерт в Осаке и решили задержаться в городе еще на день, чтобы немного отдохнуть.
- Мальчики, прежде, чем заявлять, что меня нужно бросить на костер,- Йошики намотал прядь волос на палец и закинул ногу на ногу.- Объявляю план на вечер: у меня интервью. Так что вам отель покидать запрещается категорически, а вот женское, Хироши, не смотри на меня, общество и алкоголь всем за счет начальства. Ну и пожелания мне здравия можете оставить при себе. Вопросы?
Хироши и впрямь во все глаза смотрел на Тайшо: предлагал бухло и не разъедать мозг - типично, девушек - в принципе, точно. От хорошего отдыха на один вечер эта банда не откажется, но напрягало все равно.
- Ну, так это.. Йоши, может..
- Кто против - домой пойдет пешком.
А Йошики нужно было просто выиграть время: на вечер у него были большие планы.
- Значит, в этот раз Босс явно притащит гейш.
Хидэто стоял рядом с Хироши, прислонившись к стене плечом. В кой-то веки Хаяши снимал шлюх. В кой-то веки сам покупал бухло. И наконец в кой-то, блять, веки не собирался "творить разврат", как выражался еще Тайджи, а теперь и Пата, прямо в отеле у всех на глазах. А раз уж начальство само дает добро на веселый вечер, то, знаете ли, грех отказываться.
- Ну я тогда к себе пока пойду. Сами потом позовете. - помахав ручкой, красноволосый улыбнулся и птицей взлетел вверх по лестнице, умотав к себе в номер. Хидэ успел похорошеть: красивый от природы, хрупкий, веселый, со смеющимися карими глазами и вечной улыбкой, гитарист X Japan был мечтой многих девушек. Заглядывался на него и Йошики...правда, после того случая с приставанием в офисе, Матсумото твердо решил не обращать внимания на косые томные взгляды Хаяши.
А что? Йошики же пообещал гитаристу, что тот в себе жестоко ошибется. А пока нужно было заниматься остальным.
Драммер исчез из отеля в седьмом часу, и уже после этого великолепная четверка смогла расслабиться. Разумеется, сначала бухло, а потом бабы. А то в обратном порядке что-то не катит.
Хаяши же действительно был на интервью. Правда оно было гораздо короче, чем он объявил музыкантам.
Вот и дамы появились часу эдак в 11-м.
К тому времени все уже набухались в тапочки. Хидэ был не исключением: его вытащили из номера буквально через полчаса после ухода рыжеволосого драммера. И сейчас красноволосый гитарист сидел на диване, попивая пиво и обнимал какую-то симпатичную девчонку, рассматривая заигрывающего с гейшами Дэяму. А еще ему приглянулась одна очень миловидная девочка. Невысокая, рыженька, со светлыми глазками. Этакая няша. Жаль, что работает в борделе.
Ой счастье их, что Хаяши тогда был в другом месте и не видел. Хотя нет: женщины не помеха. По крайней мере, если они "легкого поведения". Так что пусть развлекаются, на здоровье. Лично его совесть грызть будет позже.
- Пойдем-пойдем, красавчик, пришло время уединиться,- сладко пропела девушка на ухо гитаристу и сползая на пол, оглядывая подруг и призывно протягивая гитаристу руку.
Матсумото ухмыльнулся и поцеловал девушке руку, улыбаясь.
- Не торопи события, они идут своим чередом.
***
В номер гитарист вошел где-то через полчаса. Ушел Хироши со своим развлечением, следом за ним пошел и Хидэ. Аккуратная девочка следовала за ним, двигаясь аккуратно и изящно.
Зайдя в номер, красноволосый кивнул девушке на большую кровать, призывая сесть там, а сам подошел к зеркалу, распуская длинный хвост и позволяя длинным прядям рассыпаться до поясницы шелковой волной. Лишь после этого музыкант прошел к кровати, на которой скромненько сидела девушка и улыбнулся, залезая рядом. Первый поцелуй оказался неглубоким, и даже без языка. Лишь ловкая рука Хидэто придерживала девушку, поцеловавшую его, за подбородок.
И что вы думаете? Не прошло и минуты, как глаза великого гитариста оказались завязаны широкой шелковой лентой. Руки-то у девушек маленькие - пальцы тонкие - вот и получайте. Сделать это не составило никакого труда. Особенно учитывая состояние Мацумото после бурного вечера.
Матсумото сначала дерпулся, пытаясь сориентироваться в полной темноте. Зато получив легкий тычок в грудь, Хидэ тут же упал спиной на кровать, улыбаясь.
- Не беспокойтесь,- шепнула брюнетка, нависнув над музыкантом и так же быстро привязав его руки по обоим краям спинки. А после этого, все стихло на пару минут - девушка спешно выскочила из комнаты.
- Ох-ре-неть. - по слогам выдал Хидэ и медленно принялся выворачивать руки, стараясь выползти на свободу. Это же наглеж: мало того, что он ее из пяти баб выбрал, так эта шлюха его еще и к кровати привязала. Мысленно пообещав ввбраться, найти девчонку и поиметь ее во все дыры, гитарист продолжить кое-как, с переменным успехом, выкручиваться из веревок.
Однако когда у Хидэ почти получилось вытащить руку из "нежных" оков, ладонь его была поймана и прижата обратно, а узел завязан туже. Не выбраться, но и руки не перетянуты.
- Неужто сама вернулась? - усмехнулся гитарист, переставая дергать руками. Тонкие губы изогнулись в улыбке: девчонка была не так глупа, как ожидалось.
Ответом музыканту была проверка прочности узла повязки на его глазах. Меньше всего было нужно, чтобы она спала в неподходящий момент.
Тонкие, нежные и как будто действительно женские - не глядя о разнице и с трезвой головой не догадаешься - скользнули по телу Мацумото, исследуя его тщательнейшим образом.
Гитарист слабо усмехнулся и выгнулся дугой, предлагая свое тело невидимой красотке. А что ему еще оставалось делать? Ничего. Лишь расслабиться и наслаждаться.
Вот только почему-то было ощущение, что эти руки были ему очень хорошо знакомы.
Знакомы? Гитарист даже не представлял, насколько. Но узнал бы он только будь он экстрасенсом - Хаяши, да-да, был это именно он, даже парфюм сменил на чисто женский. Жаль, что голос не изменишь.
Рыжая бестия вовсю пожирала глазами так беспомощно связанное тело. Так медленно растягивала удовольствие, просто бегая пальцами по худому телу.
Но Матсумото узнать согруппника по одним лишь рукам не мог, а потому лишь слабо улыбался и дергался время от времени, поджимая пальцы на ногах: тонкие пальчики щекотали ему ребра. Потом все эти прелюдии его задолбали, и лид-гитарист, почти вывернув себе руки, приподнялся и усмехнулся, шепча в абсолютную пустоту:
- Я тебя не для массажа сюда привел. Давай уже, иначе нам всем от лидера достанется.
Йошики и вправду мог бы разозлиться...если бы не был так занят разглядыванием худого тела с легким узором красных волос, попавших на грудь и живот.
Вы, наверное, зададитесь вопросом: как так? Откуда взялся Йошики? Что стало с девушкой? Что безумный Тайшо собрался делать с собственным гитаристом?
Да все очень просто: драммер же сам нанимал девушек, вот он и подкупил ту, которую выбрал Хидэ. Ей только и нужно было грубо говоря "обезвредить" гитариста. Что было сделано очень даже не плохо.
Первым делом с Хидэ была содрана футболка. Намеренно несдержанно.
Гитарист лишь улыбнулся и приподнялся, чтобы "девушке" было удобнее раздевать его. А что? Раз сам он ничего сделать не может...
Его новоявленная любовница приятно пахла. Неплохой женский парфюм сочетался с изысканным женским ароматом, давая вкупе божественное сочетание. Мелькнула мысль, что если поменять запах духов на немного терпкий запах одеколона, то получится Йошики.
Пробежавшись пальцами по груди красноволосого, Хаяши уселся между его разведенных ног. Честно говоря, рыжику хотелось визжать от того, что план его удавался. Наклонившись, Йошики зубами расстегнул молнию на джинсах гитариста, стянул их вовсе с лежащего.
- Как же ты прекрасен..- одними губами произнёс рыжик, касаясь ими низа живота Хидэ. Нежно, аккуратно. Наслаждаясь, наконец, сбывающейся мечтой.
Музыкант вздрогнул. Волосы щекотали ему живот и бедра. Теплые губы, почему-то показавшиеся знакомыми, касались низа живота, делали круг по плоскому животу, аккуратно прикусывали бледную кожу... Хидэто тихо вздохнул и приподнял бедра, ухмыльнувшись.
- Давай, красавица, поработай ротиком...
Наглость Мацумото не знала границ. Но что Йошики хотел? На его месте должна была быть шлюха. Элитная, надо сказать. И драммеру этот вечер реально влетел в копеечку. Но оно того явно стоило.
Сняв с Мацумото белье, Хаяши устроился удобнее, всем прекрасно понятно, склоняясь в какой позе. Ладони играючи пробежались по бедрам, тонкие пальчики пробежались по яичкам и длине члена, а потом и вовсе по тому же пути пробежался горячий язык, дразнящими движениями. И только потом рыжик лизнул головку.
Хидэ тихо застонал и толкнулся бедрами в горячую тесноту. Окрашенные в черный ногти впились в ладони, белоснежные клыки впились в нижнюю губу, сдерживая стон удовольствия. Было ощущение, что красавица брюнетка подавилась - была судорожная попытка сглотнуть. Это немного удивило: разве шлюхи не умеют делать минет? Но сейчас все мелочи вроде такой не имели даже крупицы значения. Ведь гитариста ожидала веселая ночь.
Хаяши действительно едва не подавился. Но не от неумения, а от неожиданности: мужское достоинство гитариста оказалось несколько больше, поэтому когда Хидэ толкнулся бедрами - головка члена уперлась прямо в горло драммера, чего тот никак не ожидал. Но быстро сориентировался, подстраиваясь.
- Да-а-а...
Тихо, почти неслышно из-за прикушенной губы. Шлюха все-таки была умела, несмотря на небольшой нюанс в начале. Но об этом Хидэ тут же забыл, расслабляясь и позволяя новоявленной любовнице проявлять инициативу. Было приятно. Очень даже.
Йошики замер на пару секунд, засмотревшись на лицо гитариста, кусающего губы. Это было непередаваемо. В собственном паху до приятного болезненно заныло. Мацумото был шикарен.
Ладонь рыжика гладила Хидэ по внутренней стороне бедер, язык вырисовывал немыслимые узоры, когда драммер ненадолго вытаскивал "конфетку" изо рта, прикусывал уздечку и плотным кольцом губ обхватывал плоть, двигаясь в едином ритме по всей длине возбужденной плоти, постепенно прибавляя темпа и интенсивности движениям по мере необходимости.
На долго красноволосого не хватило - сказывался алкоголь и манящая неизвестность. По телу гитариста пробежала крупная дрожь, ноги согнулись в коленях, и музыкант задрожал всем телом, громко выстанывая "черт" на пике оргазма. Потом узкие бедра Матсумото опустились, и лид-гитарист расслабился, судорожно глотнув воздуха. Столь беспомощное состояние длилось всего около тридцати секунд - гитарист всегда быстро отходил от оргазма.
- Умничка...
Йошики шумно сглотнул пару раз, чтобы не подавиться. Драммеру даже пришлось стирать вязкое семя с губ и подбородка. Но, стоит отметить, что оно ему понравилось.
Облизавшись, Хаяши пробежался ладошками по телу Хидэ до шеи, но на этот раз как-то нежно, сам он улыбался. В душе рыжика происходило что-то неописуемо восторженное, хотя совесть и грызла его с невиданной силой.
Укусив Мацумото за Адамово яблоко, Йошики поднялся с кровати и принялся раздеваться. Никто не мог понять, как он умудрялся так быстро справиться с огромным количеством мелких пуговок на своих "платьях".
А Хидэ немного заерзал, устраиваясь поудобнее, и замер. Ожидание заводило.
Под платьем драммера были кружевные чулки - вечный и любимый предмет одежды рыжей бестии. Их, в отличие от колготок, снимать было вовсе необязательно, а Хаяши тщательно подготовился. Отложив платье и поправив свою прическу аля "Милен Фармер", Хаяши влез на бедра Хидэ, требовательно поскрежетав ноготками по животу. Мол "жду указаний".
- Ну что же ты, красотка?...- тихий насмешливый шепот, - я в твоем распоряжении, беснуйся как хочешь...
Матсумото не был бы Матсумото, если бы не пытался сохранить гордость до последнего. Тоненькие пальчики поскребли ноготками по животу, и гитарист немного вздрогнул. Все-таки он не ошибся с выбором партнерши: девушка молчала, а главное, выполняла все его требования. Хотя Хидэто предпочел бы быть сверху и видеть лицо проститутки во время оргазма. С ним женщины никогда не симулировали. Он был смертным грехом, Похотью в человеческом обличие.
Но великая Татеямская блядь, бывшая в роли шлюхи, решила и распределила все по-своему. После слов Хидэ, Йошики тихо и тонко пискнул, дескать, случайно. А на самом деле при всем желании, Хаяши таких слов не ожидал, ну никак. Тонкий слух Королевы к таким речам не привык.
А еще, кто знает, говорили или нет, но из-за худобы Йошики секс с ним был - что лакомый кусочек. Грозная Няша была по-настоящему узкая.. Как многоразовая девственница. Именно поэтому рыжику пришлось с полчаса растягиваться перед этим.
Но, собственно даже это Хаяши не избавило от крепчайшего закусывания ладони, когда он насаживался на плоть Мацумото. Больно все равно было.
А Хидэ громко застонал, подаваясь бедрами навстречу и запрокидывая голову. Шлюха была неожиданно узкой. И голосок у нее был то-о-оненький, хи-и-иленький...и опять в голову лезли ассоциации с Хаяши. Хотя Матсумото решительно не понимал, при чем тут рыжий драммер. Но потом жаркая теснота вокруг его члена начала двигаться, и у Хидэ из головы даже такая странная ассоциация вылетела - слишком жарко становилось. Воздуха решительно не хватало.
Жарко? Ну еще бы: горячая нереальная узость вокруг давно возбужденной плоти, тихие тонкие вслипы рыжика, пока он кусал губы и двигался. Не сдерживаясь. Опускаться слишком низко было чревато - если Хидэ поймет, что член его упирается в простату.. Нет, и он, и Хаяши, до оргазма дойдут. Но только рыжик-то живым точно не уползет. Именно поэтому Хаяши просто растягивал удовольствие.
Матсумото мог лишь стонать, отчаянно стараясь освободить руки. Так хотелось коснуться губами бархатной кожи, сжать в ладонях женскую грудь, услышать сладострастные стоны, почувствовать крепко сжимающиеся мышцы вокруг возбужденной плоти и забыться самому, оставляя на нежной шейке кровавый засос.
Освободив кое-как одну руку, Хидэто протянул ее и коснулся взъерошенных длинных волос. В голове мелькнула мысль, что волосы курчавые - пальцы путались в мелких и крупных витках.
Почувствовав ладонь в волосах, Хаяши взвизгнул и распахнул глаза. А что ему было делать? Остановиться, чтобы вновь привязать - он не мог, сил совсем не было, тело не позволяло. Именно поэтому рыжик склонился над гитаристом, не позволяя коснуться его впереди, и стал целовать его шею, отвлекая от ненужных мыслей.
А Хидэ будто понял намек: тонкие пальцы лишь сильнее запутались в кудрях, заставляя приподнять голову, а губы тут же нашли уста проститутки, почти нежно касаясь их. Движения бедер тут же участились: особо долго гитарист не продержится.
И Хаяши тут же отозвался на поцелуй. Причем, с таким остервенением, что сам испугался. Просто.. Он столько лет ждал этого, и.. Когда гитарист к нему придет - неизвестно, сколько лет пройдет. Поэтому он просто запоминал на годы вперед. Это еще будет, обязательно.
Едва же драммер коснулся ладонью собственной плоти, как его застиг оргазм. Вскрикнув, Йошики сумел подавить новый крик все тем же поцелуем. Все тело билось в сильнейших конвульсиях, которые наверняка помогут расслабиться и Хидэ, ведь рыжик частенько сжимался.
И гитарист утробно застонал, кончая в податливое тело. Потом ослаб, выпутывая руку из волос, и тихо-тихо прошептал, улыбнувшись:
- Шикарная ночь...
- Сладких снов, прекрасный гитарист,- шепнул рыжик и сполз на кровать, а затем и поднялся на ноги. Тело еще приятно ныло, но, главное, крепость "Мацумото" была сдана ему без боя. Пусть и в не честной игре.
Осмотрев себя, Йошики одел свое платье и распустил волосы, вновь опускаясь на кровать и накрывая Хидэ одеялом.
- Я отвяжу тебя, когда ты уснешь. Хочу увидеть тебя спящим.
- У тебя голос красивый...похож на нашего драммера, только выше...- Хидэто улыбнулся и подтянул одеяло к груди, - он знает толк в сексе, гомосексуальном, правда...ты лучше. Спасибо.
Хидэ всегда говорил своим многочисленным любовницам "спасибо". Он не знал причины. Просто в какой-то момент понял, что шлюхи тоже люди. И этой невидимой красотке можно было выразить огромную благодарность - такая насыщенная ночь красноволосому доставалась редко. И Матсумото протянул руку, нащупывая лицо красавицы и, крепко уцепившись за хрупкий подбородок, притянул к себе, мягко целуя в губы. Лениво, почти нежно. Красноволосый поймал себя на мысли, что если бы не самостоятельно выбранная профессия, то гитарист мог бы связать с ней жизнь - столь красивой и милой по характеру была девчушка.
Хидэто целовал мягко, будто устало. Ему нравилось вот так лежать после насыщенного соития и целоваться, переплетая языки, исследуя рты друг друга. Если бы он только знал, с кем целовался...
"Хидэ, блядь, сука крашеная!"- первое, что прозвучало в голове драммера. Он еле-еле силком заставил себя удержаться и не придушить пьяного балабола. Охуеть можно: он этой заразе вечер устроил, а он его какой-то шлюхе палил.. Хотя да, все-таки не сука, ничего не скажешь. Эту ночь Йошики будет еще долго вспоминать.
На поцелуй рыжик отвечал чуть ли не с преданностью, гладя Хидэ по щеке. Уходить не хотелось. Но остаться он не мог, к тому же, была уже глубокая ночь, и Тоши мог его хватиться. Черт знает: на певца вечно находило отсутствие сна в самый неподходящий момент.
- Только не открывай глаза, я стесняюсь..- на свой страх и риск Йошики отвязал вторую руку гитариста, но не отпустил, прижимая к себе.- Мне пора.
- Иди. Еще раз спасибо...- Хидэ тут же стянул повязку с глаз, не открывая их, и уткнулся носом в подушку, выпуская красавицу из сильных рук, - надеюсь, увидимся...
Увидятся. Еще как увидятся. При других обстоятельствах, с другими мыслями и приоритетами, но увидятся. И снова Йошики будет стонать, шире раздвигая ноги, а Хидэто даже не станет возникать по поводу своей ориентации, и будет лишь двигаться, постанывая от удовольствия.
Но это будет гораздо позднее. Им еще много предстоит пережить.
Да, потом. Это будет потом.
А пока Йошики с улыбкой погладил длинные красные волосы гитариста, шепнул "спи сладко" и выпорхнул птичкой из номера, закрыв дверь и замерев с глупой улыбкой на губах.
Ками-сама, только что у него был секс с Хидэ! И хотя Мацумото считал, что с ним девушка - это ничего не меняло. На душе рыжика было так светло, что он улыбался.. И даже засмеялся, как хорошенькая школьница, закрывая лицо ладонями и медленно идя к своему номеру. Он сделал это и.. Мацумото обязательно об этом узнает. Но когда-нибудь потом, через много лет.
А пока Хаяши прошел в их с Тоши номер, запер входную дверь и проскользнул в душ. Все должно было выглядеть естественно. Сейчас уже хотелось лишь отдохнуть.
Дэяма же лежал на кровати и тупо спал. Просто спал. Ему ни к чему было знать о связи гитариста с его любимым. Именно поэтому Йошики, едва забравшись на кровать после душа, сразу же оказался в объятиях белокурого любовника.
- Тоши.. А давай.. Давай уедем? К чёрту работу, к чёрту всё! Давай вернёмся на недельку в Татеяму? Хочу, чтобы мы с тобой там были только вдвоём.
Жизнь подбрасывает неожиданные сюрпризы. Очень даже неожиданные. Но, в конце концов, что не делается, все к лучшему.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:51 | Сообщение # 41
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Новый Год.

С концерта уходили по одному. Лесом-полем. А уж когда камеры выключили - Хаяши первым смотался от красноволосого: тот.. Едва не задушил грозную Няшу. Так, что та с воплем "Тоши, спасай!" мотанула в гримерку. А Тоши? А что Тоши? А Мацумото и на него зубы наточил.
А Хидэ...а что Хидэ? У него было огроменное желание покромсать обоих обалдуев к чертям собачьим. Ну, или к Сакураю, если на крайний случай. Дэяма же крепко обнял рыжую няшу и заныл "Хидэ, пощади!"
- Амнистию? Идите вы! - красноволосая бестия схватила полотенчик и приняла душить обоих идиотов.
Вопили оба и панически. Только Хаяши еще и хохотал во всю глотку: ну разыгрался мальчик, ничего не поделаешь.
- Тошенька,- прохрипел рыжик, смеясь и отбиваясь от гитариста.- А ты же меня все равно не догнал.
Потом, когда уже стало не очень смешно, заныл:
- Хидэ, ну а что тебя, собственно, не устраивает? Мы же дурачились, а не целовались!
Веско.
- Вы бы мне еще на сцене сосаться начали, голубки!
Иногда казалось, что лидер группы вовсе не Йошики, а чертов красноволосый няш. Возможно, то была привычка быть ответственным за своих друзей, а может быть Хидэ просто устал от вечного выеживания Хаяши и Дэямы. Кто ж знает. Но, в любом случае, полотенчик никуда не делся. Теперь он бил драммера и его любовника по голове.
- Твою мать!- завыла уставшая Няша.- Огородами от него, Тоши, огородами!
- Не убьет, так покалечит,- недовольно шепнул Хироши Томоаки, стараясь к эпицентру вообще не приближаться.- Хидэ, если ты их убьешь - мы не сможем работать. Где мы сразу двоих найдем?
- Вот, Хироши, дело говоришь!- выл Хаяши, укрываясь, чем мог.- Ну, пустиииии!
- Благодари Хиса за спасение своей грешной душонки, - злобно прошипел Матсумото, отпуская бедных идиотов и отходя к столику за средством для снятия грима. Надо же было заканчивать со всей этой травой.
- Хироши, с меня шоколадка, - с облегчением пообещал Дэяма.
- Две,- показав это пальцами, Хаяши тихо шепнул.- Пойдем, пока не убил: дома приведем себя в порядок.
Улыбнувшись, Хис начал делиться впечатлениями о концерте. Да так подробно, что все успели и переодеться, и по чашке чая выпить.
- Ты давай-давай, шевелись,с - усмехнулся Томоаки, легонько шлепнув по заднице своего благоверного и продолжил попивать свою...кхем, водичку. Хидэ уже давно переоделся и законспировался, а потому сидел и потихоньку глушил коньяк, мрачно зыркая на сладкие парочки. В этом кругу сплошных гомосексуалистов он чувствовал себя лишним.
Захихикав, Хироши растянулся и явно собрался спать.
- Мальчики, завтра Новый Год,- начал Хаяши.
- Уууу, и не зови - прошлого хватило,- замахал руками басист.- Второй раз такого не переживу.
- Так, нафиг надо. Я пошел, до встречи. - Матсумото откинул назад красные волосы, собрал их в небрежных хвост, накинув на плечи куртку, помахал всем рукой и быстро смотался. Тем, кто выглянет в окно через несколько минут, посчастливится увидеть Хидэ и какую-то белокурую девушку, держащихся за руки. Все-таки гитарист не собирался отказываться от своего.
Дэяма лишь подмигнул Пате и тихо зашептал на ухо драммеру:
- Пошли по домам? А то уже и наша смерть ушла...
- А мне неудобно перед ним..- рыжик убрал волосы за уши и вздохнул, смотря в окно и как раз видя сия картину.- Ребят, а мы ведь.. Давим на него.
- Он единственный из нас, кто остался верен традиционной ориентации...- задумчиво протянул Ишидзука, обнимая Хису и целомудренно целуя его в затылок.
- А Йоши прав ведь...ему и так нелегко, а тут еще и мы с ним так,- пожал плечами Тошимицу, - хотя, если рассуждать логически, в этом его проблемы.
- А вы жестокие,- недовольно буркнул Мориэ, прижимаясь к своему гитаристу.
- Сухие,- мрачно вздохнув, драммер потрепал Тоши по волосам.- Ладно, пойдем. Все устали, да и поздно уже.
Вокалист лишь кивнул.

***
Хидэ еще долго гулял. Проводил до дома девушку, зашел "на чай", а утром вернулся домой. И только лег спать...как в дверь ему раздался звонок. Матерясь, Хидэ пошел открывать дверь...а когда открыл - чуть не улетел в другой конец коридора.
- Няша моя, у тебя 15 минут, время прошло,- и что-то в чём-то блестящем пролетело в кухню греться. Дошло до гитариста, что это за поебень, только когда здоровая рыжая прядь из-за резкого потока воздуха на пару секунд упала ему на лицо.
- Хиииидэ! Где у тебя конфеты?
- Там, - показал на шкафчик гитарист, присаживаясь на стул и устраиваясь поудобнее. - В чем дело, Йошики?
- А, спасибо,- драммер подтащил к шкафчику стул, влез на него и принялся шариться, выбирая нужное.- Я хотел взять с собой Тоши, зная, что ты и домой-то заявишься под утро... Но фраза "Я итак тебя выебу, зачем лишний раз меня злить?" отмела все сомнения.
- Ох...что с тобой, Грозная Рыжая Няша? Какое шило залезло тебе между ног? - поинтересовался гитарист.- Новый Год скоро, а ты...
- А это самое шило выгнало меня из дома с фразой "В 11, не позднее",- зарычав, Хаяши зубами разодрал упаковку с конфетами и спрыгнул на пол, усаживаясь на столешницу.- Работа есть. И работы много.
- А поподробнее?
- А поподробнее: ты умываешься-одеваешься-завтракаешь, и мы едем на частный праздник к какому-то бизнесмену,- разодрав пачку до конца, рыжик высыпал конфеты в вазочку.- У его дочери сегодня день рождения. Нас попросили провести праздник.
- О-ху-еть... - выдал по слогам Хидэто, крутя пальцем у виска.
Няшка пожала плечиками, спрятанными под женской шубкой,- выбора нет. Заплатят хорошо.
- Тащи на это Дэяму, а меня не трогай! - замотал головой красноволосый.
- Дэяма уже отказался,- рыжик пожал плечами.- Одевайся, мне жарко.
Гитарист умотал наверх.
А Няшка тем временем принялась совать свой любопытный почти девичий носик во все тяжкие.
- А ну! - на шею рыжеволосому легли ладони гитариста.- Пойдем.
Как обычно, Хидэ не церемонился со стилем. Никаких деловых элементов.
- Но я есть хочу..- запищал было рыжик. Потом понял, что его явно в женское запихают - а у детей, надо сказать, случаи уже были, была дурная манера нашу Няшу подкармливать... Драммера ветром сдуло в коридор.- Костюмы выдадут на месте, вот,- и тише, бубня.- А Дэяму я всё-таки выебу палочками.
- Я за этим понаблюдаю... - засмеялся Хидэто.
- Будешь держать его,- насмешливо. Рыжик изящным жестом смахнул волосы за спину и высунул нос на улицу.- Ну, ты идёшь?
- Иду... - высунулся гитарист.
***
- Мда...и нахер я на такое подписался?
Жесть. И правда. Мало того, что Йошики запихали в женское, а его в сплошную кожу, - не считая рубаканты, позади них стояли двое детей: парнишка, чуть старше 10 лет, и девочка, державшаяся за его штанину. Ей было чуть по меньше.
- Тут же столько детей, вы им так нравитесь..- девочка расправила свою юбку.- Ничего они, Така, не понимают.
- Хидэ, ручка есть? Оставим им автографы и хотя бы присядем - у меня ноги болят.
- А дались ли им наши афтографы? - устало поинтересовался гитарист, вздохнув.
- Только если Каната захочет, - пожал плечами мальчишка, покосившись на девочку, - хочешь?
Малышка прищурилась,- У нас с ними фотографии останутся - плохо ли?
- А что вы с остальными не играете?- нервы драммера сдали, и он присел, точнее сказать, завалился на ближайший стул.
Девочка, именуемая Канатой, тут же влезла к их "почти что Снегурочке" на колени,- а мы тут с Такой так.. Сами по себе. Скучно с ними.
- Сколько вам лет-то? - поинтересовался гитарист, бесцеремонно усаживаясь на полу.
- Мне 12. Канате - 7, - выдал Така.
- А ещё, Така играет на гитаре,- девочка с улыбкой сморщила с носик: видимо, гордилась таким другом.
- И что, хорошо играет?- рыжик сложил руки на коленях девочки.
Каната засмеялась,- Исихара, тащи гитару!
Така тут же умотал за указанным предметом.
- Шустрый... - вздохнул гитарист.
- А вы думали?- девочка улыбнулась.- Я намереваюсь сделать из него гитариста-виртуоза, а сама займу место мен..мен..
- Менеджера,- подсказал Йошики, наблюдая за вернувшимся мальчишкой.- Мы во внимании.
Така, еле удерживающий гитару в худых руках, шмякнулся рядом с Хидэ, устроился поудобнее и заиграл. Тихо так, но даже в этом Матсумото узнал свою партию в Week end.
- Ты что, выпил чуть-чуть?
- Почему "чуть-чуть"? Ничего бухнул так.
Рыжик смотрел и слушал не мигая и почти не дыша. Каната же улыбалась: юный Исихара сам себя гонял до седьмого пота, и для своего возраста играл более, чем отлично.
Когда же Така закончил, Хидэто не удержался и обнял мальчишку за плечи.
- Така Исихара, да?
- Такамаса, - поправил паренек, отложив гитару.
- Я тебя запомнил. Йошики, этого обормота мы вытащим на сцену.
- Хидэ, вытащи у меня из подкладки в сапоге визитку,- попросил драммер, придерживая Канату.- У тебя большое будущее.
- Да так я и поверю. Чтобы выжить в этом мире, нужны деньги. А меня их мало. Очень.
Хидэто улыбнулся, приподнял платье драммера, вытащил визитку и впихнул Таке.
- Бери не вякай. Мелкую свою тоже с собой возьмешь.
- Мы начинали с деньгами в виде студии,- напомнил рыжик.- Так что...
- Как прославится - придем,- пообещала брюнетка, улыбаясь.
- Окей, - улыбнулся Матсумото.
Вскоре ребят утащили остальные. Праздник продолжался до двух часов.
Уже в отдельной комнате, где "крашенные Иксы" приводили себя в порядок, Йошики уселся на стул, стирая грим,- знаешь.. А он правда способный.
- Я заметил... - вздохнул гитарист.
- Что скажешь?
- Он способный, - гитарист натянул свою толстовку и взял сумку, - пойдем?
- Пошли.
- Хидэ, а ты понравился Канате. Педофил,- со смешком.
- Перебьешься, пассив несчастный! - засмеялся Матсумото, хватая драммера за руку и вытаскивая на улицу.- Все, всем спасибо, мы пошли!
Помахав детям, рыжик засмеялся,- счастлив, чего и всем желаю.
- Это точно, - заулыбался Матсумото.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:54 | Сообщение # 42
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
94-й. 14 февраля.

Раннее зимнее утро. Улицы Токио, Йокосуки, Нагасаки, Татеямы и других городов находились под плотным слоем снега. Эта зима выдалась по истине снежной. Такого Япония давно не видела. Снежные хлопья падали на землю с хмурого неба каждый день. И это радовало детей по всей стране. На улице то и дело какой-нибудь малыш кидал снежок в одного из прохожих. Кто-то катался с горок. Активно работали катки: коньки были популярны в этом сезоне. Люди брали их на прокат, катались, падали... Но были счастливы как дети. Наверное, даже больше, чем малыши, которых тоже брали с собой на лед. Машины стояли в пробках, а более мелкие дороги просто не успевали чистить.
Рыжеволосый Хаяши проводил этот день дома за роялем, вдохновленный погодой. Сразу стоит отметить, что он позволил себе непозволительную наглость: после возвращения из Америки, куда Тоши с ним не поехал по личным соображениям, Грозная Няша не нанесла любовнику визит - хотя, как мы знаем, в Японии Йошики жил именно у Тоши - и как будто не собирался. Узнав о том, что дом матушки пустует, Хаяши сразу отправился туда. Так сказать, блондину в отместку.
Вы спросите, что Йошики делал в Америке? Проводил некоторые записи в студии для группы… И не только. Была ещё одна причина внезапного двухнедельного побега драммера в Лос-Анджелес. И звали эту причину Шизукой. Да-да, именно. Шизука Кудо. Драммера покорила её любовь к рисованию картин масляными красками. В Америке они часами могли засиживаться, пока она учила его рисовать, или он её обучал игре на рояле. К тому же, она обладала красивым голосом. После знакомства они решили поработать вместе, драммер стал её продюсером, заключив контракт. А ещё у Шизуки было нестандартное мышление. Можно даже сказать, мужское. И с ней ему было очень интересно. Так они успели посетить одно шоу и дать совместное интервью, где выяснилось, что Кудо умеет рисовать с помощью ножей. Ну и, забегая вперёд скажем, с такими девушками Йошики везло: Шизука была безумно милой и доброй. Казалось бы, они просто идеальная пара!.. Но драммер вовсе не собирался жениться, хотя подобные мысли у него были. В Токио… В Токио его ждал Тоши. И Йошики очень скучал.
Тогда ещё Хаяши не знал, каким образом их роман всплывёт. Сейчас же тонкие пальцы клавишника вновь и вновь перебирали кнопки клавиш, прерываясь лишь для того чтобы записать ноты на бумагу. А за окном все бушевала метель, и не было понятно, кто кричал громче: довольные дети или вьюга. Малышей не удавалось загнать домой. Было слишком... Весело. Тем более, что скоро должна будет наступить весна.
В нескольких кварталах от дома драммера прогуливался никуда не спешащий Хидэто Мацумото. Натянув на глаза шапку с капюшоном, гитарист курил и то и дело стряхивал длинную челку с глаз.
"До чего же красиво!"- подумал он, осматривая целую аллею снеговиков. Когда-то они с братом тоже их лепили. Давно же это было.
- Да?- спросил гитарист у человека, что внезапно позвонил ему.- Гуляю. Оцениваю местную временную архитектуру.
- Хидэ-чан, как насчет встряхнуть нашего лидера?- почти радостно прокричал динамик голосом Тошимицу.- Сколько дней он из дома не высовывается?
- Отличная идея, конечно, топать к нему через сугробы,- усмехнувшись, Хидэ в последний раз затянулся и выбросил сигарету в урну.- Он вернулся два вечера назад и заслуживает хорошей взбучки. Так что встретимся у его дома.
"Что любит Йошики? Правильно, цветы,- пронеслись мысли в голове гитариста, когда он проходил мимо цветочной лавки.- А именно красные розы. Способствуют вдохновению."
Разминаясь вновь и вновь, Хаяши думал, как лучше все подстроить под голос Тоши. Тоши... На последней репетиции он сорвал голос. А ведь Йошики просил его быть аккуратнее. Все должно быть на высоте, но ждать недели, пока он оправится - не было времени. Не было и у самого драммера желания ограничивать себя. Так что, даже не слыша родного голоса, Йошики прокручивал его в голове, записывая всё новые и новые ноты на бумагу. Возможно, это и была причина, почему его верный телохранитель не был рядом в такой ответственной поездке?
- Не отмазывай его, пусть приползет на коленях и почувствует себя виноватым. Ему полезно.
Раз, за разом переигрывая квадрат, Йошики все исправлял в нотах, пока в голову не пришли слова к песне. Постепенно, по кусочку. Но вскоре большая часть по истине грустной мелодии была рождена на свет. Собственно, ее было слышно и на улице.
А Тошенька брел через сугробы. Спотыкаясь и падая. И тихо ругаясь себе под нос на радость детворе. Собственно, у Хидэ была такая же ситуация. Только он не брел, а перепрыгивал через сугробы, поднимал карие глаза на солнце и аккуратно удерживал в руке букет красных роз. Дарим драммеру настроение, так сказать. Лид-гитарист улыбнулся и запрыгал дальше, искренне радуясь тому, что откопал сегодня с утра зимние ботинки. Правда, зимних джинс в вечном бардаке Хидэто не нашел, а потому пришлось натягивать кожаные штаны - единственное, что еще не было порвано-испачкано-сдано в химчистку. А потому красноволосый банально мерз, убирая с лица длинную челку.
Пропрыгав сугробов этак десять, Матсумото заметил одиноко бредущую фигуру Дэямы. И тут же побежал к нему, поднимая белые вихри. Подкрался сзади, легонько стукнул по шапке и свалил в сугроб, весело смеясь.
- А где цветы нашей даме сердца?
- А себе на похороны их не хочешь?- тут же рассмеялся брюнет, отмахиваясь от снега и скидывая с себя наглого гитариста. Сам позвал – терпи, Дэямушка, у тебя нервы железненькие.
За те две недели, что Хаяши был в Америке, Иксы не виделись. И вокалист их - как чуть позже полностью убедится Хидэ – перестал осветлять волосы. «Солидность… Стареет»- как вяло выдал своё мнение по этому поводу драммер ранее.
- Он со мной не разговаривает. Так что заместо подарка будешь ты,- беззаботно кивнув с видом «Надо, Хидэ, надо», певец поднялся на ноги и поднял за собой красноволосого, отряхиваясь.
- Тогда на,- Матсумото улыбнулся и протянул вокалисту букет роз.- Подаришь в знак примирения. День святого Валентина ведь!
А вы не знали? Зима, снег, солнышко... и день всех влюбленных. И опять Хидэ лишний в этой компании. Но гитариста это не волнует. Ему нравится действовать на нервы драммеру.
- А подарок... только если дело не зайдет дальше обнимашек-поцелуев-помощи по дому, - красноволосый хихикнул и вновь запрыгал через сугробы аки российский заяц-беляк.
- Это он тебе рассказал?- чуть удивленно. Отмахнувшимь от снега, певец поспешил следом, сжимая букет.- Помнится, в школьные годы девушки дарили парням подарки. Это за океаном наоборот.
Хотя для Дэямы исход итак ясен: просто чудо будет, если драммер его этими розами не угробит.
- Хидэ, подожди!- вдруг опомнился брюнет у самого дома.- Я посоветоваться с тобой хочу.
И, как зная, из дома донеслись звуки рояля, вызывая у певца улыбку. Опять Няша вся по уши в работе.
- Что такое? - гитарист обернулся, стягивая с головы капюшон. Снежинки тут же начали падать на красную челку. Карие глаза откровенно радовались. Матсумото был своеобразным ребенком. Маленьким, на все подряд налетающим и вечно страдающим от нападок Йошики из серии "Ну Хидэ, ну один разочек!". А лид-гитарист отбрыкивался и показывал язык, дабы не выеживался.
- Есть одна очень важная тема, и я не знаю, как об этом сказать Йошики.
Да и вид у Тоши сразу стал "не ахти". Прямо ребенка завел на стороне, не иначе. Да и не одного, наверное.
- Я знаю, что мы знакомы всю жизнь и все такое... Но я не знаю, как ему сказать.
- Тэээк...- заинтересованно протянул Хидэто, склоняя голову набок, и опустил руки вокалисту на плечи.- А ну рассказывай!
Дэяма вздохнул, стянул шапку головы и растрепал темные волосы.
- Как ты помнишь, Йошики сам разрешил нам завести сольные проекты, за что ему спасибо.
Ну, еще бы, не помнить. Тошимицу первым и обзавелся проектом "на стороне". Сам Хаяши не мог - он по уши был в работе над новым альбомом Х и всем таком.
- Но мне предложили работу... Участие в Опере. В конце года, правда. Но я не знаю, как Йошики к этому отнесется.
- Если работе X Japan это не помешает - то даже положительно, - пожал плечами Хидэ, разглядывая снег пол ногами.- А как называется?
- Гамлет,- чуть засмеявшись, Тоши заметил, что драммер глядит на них из-за шторки на окне.- Это отнимет около месяца осенью, конечно. Поэтому я и не уверен.
Матсумото задумался. Все-таки месяц - большой срок. Хаяши может взбунтоваться. Но у Дэямы есть право на личный проект. Так что вроде все легально. Отвлекло красноволосого отсутствие музыки. Лид-гитарист огляделся, нашел глазами Хаяши за окошком и взял Тоши за руку, подтаскивая к крыльцу.
- Не бойся главное. Дерзай. А уж подарок что-нибудь придумает.
- Ты предлагаешь запереть вас в одной кладовке?
Да не вариант: Хаяши наманекюренными ноготками всю стенку раздерет, но до свободы доберется. А потом еще и любовнику припомнит все грехи. Это он умеет...
Как только музыканты поднялись на крыльцо, дверь открылась, а из-за неё выглянула ГРН с видом "Рабы, тут холодно".
- Йошики, солнышко, пусти переночевать! - жалобным голосочком протянул лид-гитарист, пихая Тошеньку с розочками в объятия драммера. Потом заскочил внутрь дома, закрыл за собой дверь и стянул с волос черную шапку. Маленькие снежинки на черной куртке тут же превратились в капельки воды. Хидэ довольно заурчал, ощущая, как распространяется по телу и растрепал себе красные волосы, зыркая на Тоши.
- Ну чего встал, как баран перед новыми воротами? Дари цветочки!
Тошенька, как примерный солдат, тут же с улыбкой вручил любовнику букет. Хаяши с минуту хмуро оглядывал его на наличие каких-нибудь террористических штуковин. Не найдя таковых, сухо оглядел согруппников и обоих послал "в кухню", а сам умотал ставить цветочки.
- Что бы я без тебя делал?- выдохнул певец, протопывая в кухню и принимаясь за приготовление ужина.
- Получил бы тапочком по лицу, башке и заднице, - улыбнулся Хидэто, усаживаясь на табуретку и убирая с мордашки длиннющую челку. Карие глаза смеялись. Гитарист не был против проявлений любви этих двоих... но домашний Дэяма, готовящий праздничный ужин - это слишком. Хотя, чего он удивляется, коли его в качестве подарка в данный домик притащили.
- Тапочком?- чуть задумчиво. Хорошо хоть Хаяши отказался от идеи тапочек с каблуками...- Да нет, до такого он не доходит. Да и что ты, нашего Тайшо не знаешь? "По местам, обормоты, подарки к праздникам раздавать буду!"
Надо сказать, что пародировать драммера у брюнета получалось все лучше и лучше.
Разобравшись с цветами, Йошики пришел в кухню, расправляя полы платья - ну никак уже нельзя было его заставить ходить в штанах!- и уселся на подоконник.
- А что за красотень доносилась из дома, пока мы были на улице?- на счастье трудящихся в холодильнике было полно всего - а все Хаяши-сама - так что ужин обещал быть. Тут уж Дэяме не отвертеться.
- Я еще не придумал. А если я напою - кое-кто здесь получит букетом по причинному месту,- нахохлившись, рыжик перевел взгляд на Мацумото.- Ну а тебя кто из дома выгнал?
Хидэто улыбнулся.
- Погода. Мешаюсь?
Немного виновато. А вдруг у Хаяши были какие-нибудь планы, абсолютно его не касающиеся? Рыжее чудо, сидящее на подоконнике и поправляющее складочки на платье, сейчас очень напоминало девушку. И тут же в голове всплыл клип "Celebration". Лид-гитарист хихикнул.
- Я планировал сегодня уже закончить то, что вы слышали. Не более,- подобрав под себя ноги, рыжик устроился уютнее, облокачиваясь на стекло спиной.
- Помнишь?- чуть улыбнулся певец.- "Трудоголизм неизлечим".
Злобно оглядев любовника, Хаяши снял с запястья резинку, растянул её на пальцах и запустил в певца. К счастью, промахнулся.
- Кавамура просил передать, что Сугихара под домашним арестом, и в ближайшие дни его вам ждать не придется. У Хисаши же все наоборот,- вспоминая голос лидера Бак-Тиков, Няша расхохоталась.
- А что с Хисаши? - поинтересовался Хидэто, раскачиваясь на стуле. В результате гитарист до качался до того, что стул опрокинулся, и Матсумото, испуганно взвизгнув, улетел вниз перекувырнувшись через голову, и растянулся на полу, жалобно заныв.
- Сакурай под домашним арестом. Как же Май-Май уйдет?- комичная, однако, картина.
- Лишь бы они там друг друга не поубивали. Накрылся у тебя "девичник"?
С воплем "где, блядь, мои палочки?" рыжик сполз с окна, подошел к гитаристу... Но нихрена не смог его поднять.
- Хидэ... Хидэ!- недолго думая, Няша уселась на гитариста и скучающе принюхалась. Едой уже пахло. Но чо-то как-то затяжно. Что-то никто и не спешил. Словно бы, блин, голодных нет!
- Сползи с меня... - недовольно заныл Матсумото, легонько барабаня лапками по животу рыжика аки реальный заяц-беляк. А потом задумался, приложил палец к губам и задумчиво протянул, щуря темно-карие глаза:
- А наручниками к кровати их обоих никак?
- Это, пожалуйста, к Хошино с такими требованиями,- шокировано взвизгнув, рыжик уполз от греха подальше - под стол.
И всё было тихо с пару минут, пока Тоши не решил заварить чай: вот тут мышь почти повесилась. Да ещё как! Вы видели когда-нибудь Тошеньку в не культурном шоке? Нет, в ещё большем, чем когда из-за спины на сцене вылетает Хаяши, ещё хлеще. Не видели? А вот они видели...
- Господа, а вы до аптеки прогуляться не желаете?
- Это ещё зачем?- в принципе, Йошики надо было прогуляться. Но мало ли, что Дэяма придумает?
- Анисовое масло нужно.
- Ани.. Чего-чего?- рыжик аж подпрыгнул, прямо под столом.- Я не пойду, у меня музыка!
Хидэ, успевший к тому времени забраться обратно на стул, вновь взвизгнул и дрепнулся на пол, вновь делая кувырок через голову и вытягиваясь на спине. На этот раз нытья не последовало: лид-гитарист поднял голову и уперся локтями позади спины, приподнимаясь.
- Я-то, в принципе, могу погулять, но, во-первых, я не отвечаю за свое возвращение, а во-вторых... на кой нечистый тебе нужно анисовое масло?
- Если окажется не только в масле, а семенах, листьях и всём таком - тем более бери. И Няшу выгуляй, совсем по родине соскучился.
Рыжик даже пискнуть не успел в знак протеста, что, мол, холодно, снега много, всё такое... "Одеваться!"- от брюнета тут же, как ветром сдуло бунтаря наверх, переодеваться, как мы понимаем.
Певец же рассмеялся, отправляя противень в духовку,- я на вечер наших дорогих друзей позвал: Хаяши обещал что-то про работу рассказать. Так почему бы не в семейной обстановке? А анис для еды... Да и для организма полезен.
- Э-э-э-э-э... - Матсумото завис. Потом поднялся с пол, отряхнулся и пригладил красные волосы. Яркая челочка тут же упала на шоколадные глаза, и лид-гитарист недовольно фыркнул, разворачиваясь и крича в сторону лестницы:
- Йо-ча-а-а-ан, дай мне заколочку!
И тут же развернулся обратно к брюнету, делая "викторию" на тонких пальцах.
- Окей, купим.
Брюнет же взглянул на часы, рассмеялся на грозное "А больше тебе ничего не дать?" со второго этажа и добавил:
- Сейчас 8-й час.. К 9 чтобы вернулись.
Няша спустилась через пару минут. На улице мороз, но ему-то что? Долой штаны, привет колготки-сапоги... Стыд-позор, мало же его после детства пороли. Хотя… В молодости тоже, что греха таить.
- Генерал в отставке, блин,- фыркнув, рыжик вручил гитаристу пару заколочек "на выбор" и принялся натягивать длиннющие сапоги - у Кавамуры научился. Да, а у кого ещё, вы думали? Именно у него, да, да.
- Тоши, когда уйду - надавай ему по заднице за неумение одеваться по погоде, - усмехнулся лид-гитарист, выбирая заколочку. Потом все-таки решился на черненькую со стразиками и аккуратно закрепил мешающуюся челку. И тут же принялся обуваться, предварительно выпросив у вокалиста денежки на покупки.
- Сколько лет я с этим борюсь?
- Офсально фосем,- прошелестел рыжик, пнув гитариста носком сапога и наоборот распустив хвост. Ну, прямо как в 90-м:
"- Девочки, я вас что, на панель сдать забыл?
- А самому тебе туда не пойти бы?"
Действительно: только с панели или на панель. И ведь не убедишь, что по городу так расхаживать не умно. И опыт старый ничему не учит.
- Пошли, нас ждет растение, название которого не выговорить. Э-ге-ге-гей!- рыжик накинул пальто, выскочил на улицу и рванул кружиться под снегопадом. А еще идти не хотел.
- Хидэ, с меня шоколадка,- лапаморда, похлопывание по плечу и дружеский посыл лучей добра от Дэямы.- Догоняй: он на своих каблуках в ближайший сугроб завалится. Это он умеет.
Матсумото усмехнулся и побежал следом, на ходу натягивая куртку. Шапку Хидэ забыл дома.
А Йошики... Больше Хидэ такого никогда не увидит: кружился по улице прочь от дома, смеялся, подставив лицо снегу, раскинув руки в стороны, длинные рыжие локоны развевал поутихший ветерок... Красота. Еще и выглядывающий подол платья был белым. Прямо снежинка какая-то. Мечта… Красивая девочка. Гитарист улыбнулся и поспешил следом, перепрыгивая через сугробы. 8-й час. Опасно оставлять драммера одного на улице. Особенно в такое время и в такой одежде.
- А что ты там говорил про наручники?- устав, рыжик поубавил эмоций и поравнялся с Мацумото.- Вот гитаристов можно и нужно. Юнэ итак не опасен - от Рюичи его спасать некому. А если Имай попробует подобное сотворить с нашим Дьяволом - живым не уйдет
Улицы вокруг сияли светом фонарей. Людей здесь было не так много, и на них никто не обращал внимание. Что, собственно, не могло не радовать красноволосого гитариста. Хидэ улыбнулся и вновь перепрыгнул через сугроб. Шли они достаточно долго. И плевать, что аптека в нескольких кварталах. Хидэто в очередной раз убедился, что снег на дороге - это зло. Добраться до "красного крестика" было крайне проблематично. И тут - цап! - Хаяши почти рухнул. А если быть точнее, вцепился в руку красноволосого.
- Стой!- еле устояв на ногах, рыжик смахнул волосы с лица и поднял взгляд на Хидэ.- Здесь скользко.
- Будешь знать, как на каблуках по гололеду бегать. Де-е-евочка,- насмешливо протянул Матсумото, взглядом указывая на свои кроссовки. Потом посмотрел на дорогу перед ними. Лед. Везде. Вообще-вообще везде. Йошики обязательно навернется. Лид-гитарист вздохнул и тихо буркнул, притягивая к себе драммера:
- Держись.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:54 | Сообщение # 43
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
И поднял рыжеволосое чудо на руки, аккуратно направляясь вперед и в очередной раз благодаря Бога за то, что тот надоумил его купить шипованные ботинки. Ну, рыжику и оставалось, что тихо бурчать на гитариста за девочку и поглядывать, чтобы они не упали. Что поделать? Скользко, снежно, мрачно... Холодно.
Вы думаете, Хидэ спасла его обувь? Неа. Оставалось пройти недолго, когда Хаяши чихнул из-за навязчивой снежинки. Получилось так, что он дернулся, закрывая красноволосому обзор... Ну и кто-то полетел в сугроб.
- Черт возьми, Хаяши! - воскликнул Хидэ, выныривая из сугроба и возмущенно поглядывая на рыжика.- Я тебя сейчас покусаю!
Мало того, что холодно, так у Матсумото еще и снег за шиворот залез. Вот теперь лид-гитарист и глядел букой, выползая из сугроба, поднимаясь на ноги и отряхиваясь.
Йошики обижено пробурчал из серии "под ноги нужно смотреть" и... Раскинул конечности, быстро-быстро задвигав ими. Через пару секунд был создан снежный ангел, а сам драммер прикрыл глаза, как будто смотря сквозь веки на черное ночное небо.
- Вставай,- фыркнул гитарист, протягивая рыжеволосому руку.- Тоши обидится, если мы не вернемся вовремя...- и чуть тише.- ...и если ты не побудешь с ним наедине.
Матсумото тряхнул головой.
Думаете, это сработало? Хаяши распахнул глаза и с полу рыком полу писком дернул Хидэ за руку, заваливая его рядышком, и устроил лапки как христиане при молитве, вновь отдаваясь снегу. Красиво же.
"А еще, у тебя теплые губы",- стыдливо поймал мысль рыжик. И даже румянец на щеках появился. Ну, что за мысли?
- Йоши, простудишься! - укоризненно выдал Матсумото, бросая взгляд на часы. 20:15. У них еще 45 минут до возвращения домой. А путь обратно будет нелегким. Но раз уж Хаяши начал косить под дурочку, то лучше Грозную Рыжую Няшу не провоцировать. Хидэ тихонько вздохнул и устремил взгляд в небо, раскидывая руки. Человеческий крест и ангел рядом. Симпатичная картина на 14-е февраля.
- Пошли, нам еще эту хренотень покупать. Как там она называлась?
- Не помню.
Няша чихнула, повернулась на бок и закинула лапку на гитариста, опираясь. Потом Хаяши поднялся и сел, взъерошивая волосы, устраивая снегопад.
- Да и какая разница? Купим первое попавшееся - и дело с концом.
- Ага, а потом тебя Тоши первым попавшимся предметом отымеет,- рассмеялся лид-гитарист, поднимаясь на ноги и морща лоб, - ани...ани...анисовое масло, вот!
- Вот не надо, с этим делом у него всё нормально, чтобы ещё на предметы размениваться.. - облизав зубы, рыжик поднялся на ноги и отряхнулся. Ну, правда снежинка.- Кстати, слава Богу, что на этот новый год мы собрались не только с Луновцами - хоть не нарядили меня Снегурочкой, а.
- Ага, вы меня еще на дерево как кота загнали,- Матсумото рассмеялся, вспоминая Новый Год в Америке. И поднялся обратно, подавая рыжеволосому руку. Карие глаза смотрели с легкой насмешкой.
- Пойдем, миледи ты наша.
- Начитался Мушкетёров? Тогда мне придётся снести тебе голову,- ухватившись за протянутую ладонь, второй рукой рыжик приподнял подол и медленно прочапал в нужном направлении.- А кто по бабам с Ямадой собрался? Бросить меня в этой... Цитадели разврата... И с Сугихарой в платье.
- Ну, извини, мы с Шиньей натуралы, уж нам-то там делать нечего, - улыбнулся Хидэ, переходя дорогу и направляясь к освещенному крылечку аптеки. Красные волосы были усыпаны снежинками - у лид-гитариста вновь слетел капюшон. Матсумото старался идти побыстрее: не хотелось бы давать Тоши повод для ругани на рыжее чудо природы. При слове "натуралы", рыжик сделал уточку, закатил глаза и перепрыгнул через сугроб, едва не уехав. Сугихара, блин, тоже так говорил. И на чём его спалили? Да и вообще: опыт друзей показывал рыжику, что всё это тупо слова.
Вошли музыканты в аптеку, смеясь: Йошики вдруг решил изобразить Сугихару, когда его отправили наверх к Джею переодеваться. Едва рыжик стряхнул снег с волос и открыл рот, чтобы озвучить, что им нужно, как перед Иксами выросла женщина лет 40-ка и гаркнула на них "Кончились!". "Миледи", не ожидав такой наглости - не признали её, мать вашу!- от ужаса запрыгнула на руки к красноволосому, во все глаза уставившись на женщину и явно не понимая, о чём та речь толкает.
Хидэто сам чуть не упал, инстинктивно удерживая Йошики на руках. А потом сделал большие глаза и тихонько так поинтересовался, разглядывая аптекаршу:
- У вас кончились упаковки анисового масла?
- Какое ещё анисовое масло? Контрацептивы, чёртов праздник!
- Да вы что?!- тут же заверещала Няша, спрыгивая с рук гитариста и отпрыгивая в сторону.- Да я вообще замужем! То есть нет.. То есть..- драммер потупил взгляд, вспоминая, что их с Тошенькой как бэ расписали-обвенчали – после Саммита и того происшествия с Хидэ в ванной, им полноценную свадебку устроили. Короче, нам только масло. Что зря время терять?
Вот это номер. А ведь правда: что может быть нужно молодой паре в аптеке на 14 февраля? Ну, Дэяма, ну будет ему и масло, и росточки-корешки-семечки...
- А, это есть,- одобрительно кивнула женщина постарше из-за окошка кассы.- Этого хоть отбавляй.
- Нам этого. Упаковки 2, - ошарашенно произнес Матсумото, доставая из куртки бумажник. Подумать только - контрацептивы! Да чтобы он, да еще и с Йошики!...жуть же! А Тоши еще поплатится за такой шок у лид-гитариста. Нет, ну его реально надо было видеть в момент рявканья: волосы дыбом, глаза на выкате, а челюсть рвется к полу на интимное свидание.
- А зачем вам столько, деточки?- полюбопытствовала старушка, тщательно упаковывая заказ, дабы драммер напомнил про семена.
- Да вот...- пожаловался рыжик, поправляя сапог.- Закупились как-то в аптеке некачественным товаром, а теперь - внеплановая беременность. Что делать - непонятно. Так хотя бы травками потравить его, чтобы крепким родился. Сдачи не надо.
Забрав пакет, выразительно фыркнув и оставив продавщиц с охреневшим выражением лица, Йошики подтолкнул Хидэ к двери,- пойдём, пойдём, милый, нам ещё старшенького спать укладывать...
Будет, блин, что рассказать!
- Ну, Хаяши, ну, "женушка"! - выдал не менее охреневший Хидэто, выходя на улицу и подавая рыжику руку, дабы не дрепнулся на скользких ступеньках.- Дэяма сам тебя на лопаточки положит, коли дома через полчаса не будем!
Лид-гитарист говорил тихо и спокойно. Будто не он стоял минуту назад с охреневшим выражением лица.
- Я со своим мужем не разговариваю, если ты так и не заметил,- выдав сия фразу так, словно бы говорил он об отмене зарплаты на ближайшие полгода, Хаяши вцепился в протянутую руку, вздыхая.- Теперь понимаешь, почему я терпеть не могу этот праздник ещё со школы?
- Из-за отсутствия презервативов в аптеках? - засмеялся Хидэ, быстро идя по льду.
- Из-за льда, злобных старушек и всей этой лабуды!
Идиотский праздник. Люди выкидывают кучу денег.. Ради чего? А в другие дни не нужно любимых радовать?
- Это тебе стоит париться по этому поводу. А то станешь папашей - я тебе ни за что не позволю репетиции просыпать.
- Не стану, - улыбнулся Хидэто, аккуратно проходя по льду, - но Тоши ведь подарил тебе букетик. И симпатичный, на мой взгляд.
О том, что брюнетистый вокалист хотел сдать рыжику Матсумото в качестве подарка, Хидэ решил умолчать. Йоши и так хочет его. Незачем усугублять и без того нелегкую ситуацию и тем самым травить Хаяши душу.
- Все так говорят. А что в итоге? "Цивилизованная страна"! Слушать противно.
Что-то они заболтались на эту тему. Но, чёрт, Дэяма виноват: нечего было посылать их в аптеку. Нечего-нечего, но он же не послушал.
- Йо, ты жесток к нему. Будь мягче и добрее. Он же любит. Ты - его девчонка, - улыбнулся Хидэто, сжимая руку драммера в своей ладони и подхватил пакет поудобнее, - А ты его терзаешь. Не знаю, правда, чем, но Тоши явно нелегко.
- Слушай, я же тебя не учу, как тебе с девушкам обращаться?- чуть раздражённо вспыхнув, Йошики тут же поник, кусая губы.- У нас сейчас.. Не простые времена. Если раньше работы было много только у меня, то теперь и у него.
- Если это обычные бумаги, то я могу помочь. - рассмеялся Матсумото, сворачивая на нужную улицу. И тихонько зашипел: в конце улицы виднелась компания мужчин. Довольно пьяных. Хидэ цокнул языком и обхватил рукой талию рыжего, шепнув тому на ухо:
- Держись поближе ко мне.
Мимо мужчин музыканты проходили молча. Лишь рука на талии рыжеволосого сжалась при подходе к компании.
- Неужели нельзя обойти? Забыл Прагу что ли?
Хаяши шёл с мордой кирпичом: "Я иду укладывать старшенького спать. Кто хочет узнать, где потерялся младшенький?" Ну и ещё еле заметно вцепился пальцами в куртку гитариста. Было страшно до ужаса.
Хидэ крепко держал драммера, проходя мимо мужчин. И плевать он хотел на оценивающие взгляды, брошенные на фигуру его спутника. Лид-гитарист просто не отпускал талию Хаяши, пока они не завернули на улицу, где жил Йошики. Лишь там Хидэто отпустил рыжую Няшу и отошел на пару шагов, заскакивая на крылечко. И тут же позвонил в дверной звонок.
- Я с тобой больше не разговариваю!
И надо же было это заявить именно тогда, когда раскрылась входная дверь. Брюнет поглядел на часы и недовольно осмотрел прибывших:
- Между прочим, все собрались. А вы ещё время на ссоры находите, не стыдно? Ну-ка марш руки мыть!
Нет ничего страшнее чуть раздражённого Тоши. Это Йошики знал на собственной шкуре, потому кивнул гитаристу на пакет, вошёл в дом и принялся раздеваться. Судя по голосам из гостиной - что-то гостей там было явно не двое.
Хидэ всучил вокалисту пакет и немного виновато улыбнулся.
- Ну я это... пойду, наверно.
- Не оставляй меня с ним!- истерично выдал рыжик, закалывая волосы в хвост.
- Тебя это дело тоже касается,- кивнул брюнет.- Так что мой руки и давай к остальным, как главный массовик-затейник.
- Тоши, я не могу больше! На нас и так аптекарши наорали. Я домой хочууууу... - заныл Матсумото. Но все-таки, поймав мрачный взгляд Дэямы, вздохнул внутрь, скинул куртку и кроссовки и умотал в ванную - руки мыть.
- А что там про аптекарш?- не въехав, Тоши помог любовнику расправиться с сапогами, пригрозив их выкинуть.
- Дорогой, я в положении. И не от тебя.
И прежде, чем певец успел что-либо понять, рыжик наспех поцеловал его и рванул за Хидэ, смеясь. Офигевая, Тоши вернулся к гостям. Мол, ещё две минуты: обормотов ждём.
Хидэто влетел в гостиную через минуту с воплями "Хаяши, убери от меня свои культяпки!" и плюхнулся на диван, оглядывая гостей.
- Здрасте, девочки!
"Девочек" оказалось пятеро: помимо Паты и Хироши, от Сугихары пытался отодрать своего любовника Хисаши. Как Дэяме удалось их собрать? Сейчас узнаете.
- Атчан, не буянь, тебя Кавамура убьёт!- стащив со стола виноградинку, рыжик прикинул, "нахрена столько свидетелей"?
- Да хватит тебе: Рюичи ушёл от этого наглеца к гольфу. Так что всё это не возбраняется!
Детский сад продолжается?
- Атсуши, поимей свою совесть...- выразительный взгляд на Имая и тихий смех со стороны лид-гитариста Иксов, - и отстань, наконец, от второй рыжей бляди.
Да. Тяжело быть натуралом в таком диком скоплении геев. Выебут еще.
- Хидэ, я под него ложиться не собираюсь, - выдал Имай, устраиваясь в кресле и закидывая ногу на ногу. А Юнэ тем временем подкрался к красноволосому и тихонько заурчал ему на ухо, аки дикий кошак. Матсумото взвизгнул, подскочил и сполз на пол от греха подальше. Один лишь Пата сидел во втором кресле, обнимая за талию сидящего на его коленях Хироши, и молча наблюдал весь этот бардак.
- Господа, к нам едет Ревизор.
За шкирку заныкав Мацумото в своё прибежище с видом "слушаем Няшу и не возникаем", Тоши внимательно углубился в изучение того, что принесли "покорители аптек".
- Как вы помните, летом у нас Саммит. Впервые, наши группы будут выступать вместе с Бак-Тиками. По словам Кавамуры - Сакурай и Сугихара в одной гримёрке не уживаются. Вопрос: что делать, товарищи?
Первым позицию выразить хотел как раз Сакурай, но его опередил Хироши:
- Кавамуру стрижём, Атсуши опять выкрашиваем в блондина.
- Плюсы и минусы?- не въехал Хаяши, наблюдая за листочками в руках Дэямы.
- Минус: затратно. Плюсы: смена имиджа. И Юнэ их точно не перепутает.
Атсуши тут же с открытым ртом уставился сначала на басиста Иксов, потом на Хаяши и тихонько выдал: "Выебу". Причём кого - даже не важно. Уже одна мысля о том, что тебя будет преследовать сам Дьявол - страшная.
- Только тронь, - фыркнул Томоаки, прижимая брюнета к себе. Следом цепная реакция пошла у Сугизо.
- А кого я за волосы во время секса дергать буду?! Кавамуру остричь не дам, вот!
Далее речь толкнул Хисаши, наиболее спокойный и пофигистичный из всей собравшейся компании.
- А если их по разным гримеркам растащить? Ну, Луновцы и часть Иксов в одну, Бак-Тики и оставшиеся от Иксов - в другую...
Хидэто устроился поудобнее и поджал колени к груди. Предложение Май-Мая ему определенно нравилось.
- Проблема в том что.. а: Юнэ, уймись: Рюичи сам решил постричься. Странно, почему ты не знаешь, наверное, придётся вам местами поменяться,- говорил Йошики со страшно невозмутимым лицом.- в: никого трогать, Атсуши, не нужно: я тебе сказочку перед сном расскажу, как мы с Хидэ в аптеку ходили. Ну и с: в том-то и вся проблема, что в Токио Доме какой-то ремонт неудачный и не понятно, пройдёт Саммит там или же нас вообще в Йокогаму сошлют. А там гримёрка одна и большая - скажем спасибо... Не будем показывать пальцем кому.
- И что сразу Иксов по частям? Бушующих по клеткам - и дело с концом,- да, Дэяма был кровожадным. А вы не знали что ли?
- Клетки сам покупать будешь, - мгновенно отозвался Имай, улыбаясь и потянулся, ероша своему вокалисту волосы, - спокойнее, сказочки у Йоши интересные.
- Да чтобы я, да чтобы в пассиве, да чтобы с Кавамурой!... - выполз из глубокого морального шока Юнэ, сваливаясь на пол с дивана и хищно поглядывая на сидящего в уголочке Хидэ. Тот смотрел прямо перед собой, стараясь не видеть творящегося перед ним разврата. Было видно, что еще немного - и лид-гитарист не выдержит.
Сугихаре был продемонстрирован грозный кулак от вокалиста Иксов, а с колен Томоаки донеслось:
- Тайшо, ты бы не стал нас собирать только из-за гримёрки, верно?
- Верно, Хироши, верно,- вздохнув, рыжик забрался с ногами на стул и кивнул на Атсуши,- этот человек умеет приносить новости.
Вокалист Бак-Тиков, увлеченный болтовнёй шёпотом на ухо Хисаши, мысленно пообещал укоротить язык Хаяши и сел по удобнее:
- Как стало известно сегодня, участвующие группы разбивают на сектора. В данном случае, по четыре группы. Три наших и ещё одна новенькая. Кто-нибудь знаком с Malice Mizer?
Слыхать слыхали, но как-то пока не более. По крайней мере большинство.
- Знаком, - донеслось из угла, - я знаю их драммера и лид-гитариста. Пристраннейшие люди, ей Богу.
- Хидэ, для тебя странно и непривычно все, что не вписывается в твое представление об этом мире, - задумчиво протянул Ишидзука.
- Нет, Пата, не в этом смысле. У них очень интересный стиль. Гот-лолиты. Образы продуманы до мелочей, - отозвался из угла Матсумото, выползая на середину комнаты и устраиваясь на ковре. Имай от комментариев воздержался.
- А мне их Лидер нашего Хаяшика напомнил,- усмехнулся Сакурай, в которого тут же полетел тапочек, от которого он - уф!- успел вернуться.- Прости-прости, Йошики, ты единственный и неповторимый. Но суть одна.
- Заметьте - нам смена растёт. Зазеваемся - сожрут к чёртовой бабушке,- смерив драммера взглядом, Тоши подложил себе под спину подушку с одной мыслью: попали.
- Или как бы сказал кое-кто: "Давайте выпьем за наших активов, чтоб им Боже здоровья, сволочам, дал".
Матсумото тут же вцепился пальцами в ворс ковра. Все эти разговоры об активах, пассивах и прочей гомосексуальной хреновне его просто бесили. И об этом знали все джеи. Хидэто - коренной натурал. И среди всех этих парочек он чувствовал себя неловко и странно. Хотелось уйти. И лид-гитарист потихонечку пополз к выходу.
- Ну, что уж. За нас, неверных. Блядей, но охуенных! - процитировал Юнэ...и тут же получил подушкой в морду от возмущенного Паты.
- Говори за себя!
- Суги-сан, вот только не над.. Лежааать!
Заметив поползновение красноволосого, Хаяши вмиг настиг засранца и придавил его ногой меж лопаток к полу.
- Ишь, собрался, мы дела не окончили.
- Эх, и как всегда с собой нет фотоаппарата,- сочувственно пожаловался Хироши своему гитаристу, складывая лапки домиком.
- Так что вы предлагаете делать с этими.. Малисами?- Тоши уже сто раз пожалел, что вообще из дома вылез. Но дела-дела.. Не вечно же ему одному Хаяши выслушивать?
- Каждая тройка берёт новичка по своей специальности.
Хидэ с глухим стоном уткнулся носом в пол, стискивая пальцами ковер. Хисаши усмехнулся, ласково поглаживая любовника по голове. Уж спокойный лидер Buck-Tick’ов видел, что Матсумото неприятны все эти намеки. Тяжело быть натуралом среди джеев.
- Ну... в целом, можно просто ввести их в курс дела и последить некоторое время за развитием их стиля, - задумчиво выдал Пата.
- Боюсь, Томоаки, скорее они нам всем покажут, где раки зимуют, чем сможем что-то сделать,- Атсуши же уютно разметил головушку на коленях своего "Май-Имая", едва не засыпая от такой радости.
- А я принципиально боюсь работать вместе с Кавамурой и Сакураем,- тут же опомнился Дэяма, поднимаясь и отцепляя тут же забрыкавшегося драммера от Хидэ.- Да и эта троица тоже дел натворит.
- Ну, я тогда не знаю.. Блин, пусти!- а ещё Йошики боится высоты. Вы этого не знали?
- Бля...и что вы предлагаете? - поинтересовался Юнэ, вытягивая длинные ноги.
- А вот хороший вопрос. У кого есть идеи? - спросил Хисаши, поглаживая брюнетистого вокалиста по голове.
- Да почему нельзя их просто оставить в покое?! - воскликнул Пата, устраивая Хироши поудобнее. Один лишь Хидэто отполз к двери.
- Пусти меня!- завопил рыжик и зловещим шёпотом объявил Тоши, что того ждёт. С дивана послышалось насмешливое "Фас!" от Атсуши, и Йошики вырвался из цепких рук, бросаясь за Мацумото и заваливаясь рядом.
- Если мы "оставим их в покое", то чёрт знает, как пройдёт Саммит,- устав уже возмущаться, Тоши перебрался поближе к лид-гитаристу Луновцев с видом "тебя бросили, меня бросили.. это надо отметить".
Юнэ явно был не против общества Тошимицу, а потому с удовольствием устроился рядышком, положив голову на плечо вокалиста и поглядывая на дверь, около которой шел бой не на жизнь, а на смерть.
- У нас есть выбор? - поинтересовался Хисаши, устраиваясь рядом с Атчаном поудобнее.
- У нас есть выбор,- кивнул басист Иксов.- Свяжем нашего Тайшо и запрём. Только жертвы будут.
- Я пас!- в один голос объявили оба певца. Тоши со вздохом тихо пожаловался Юнэ на Йошики, а Йошики.. А по ходу, придётся второй раз в аптеку идти.
- Ай, Йоши, руки от меня убери!!! - завопил Матсумото, изо всех сил отбрыкивась от драммера.
- Тоши, убери своего благоверного, иначе от нашего лид-гитариста останется лишь затраханный до смерти трупик, - пропел Томоаки, улыбаясь и прижимая к себе тихого-мирного Хироши. Юнэ тихонько хихикнул и позвал рыжика по имени, поманив к себе пальцем. Мол, иди ко мне.
- Сугихара, уберись, ты его пугаешь, - усмехнулся Имай.
- По-моему, кому-то пора спать,- с усмешкой выразил своё мнение Тоши, когда ГРН грозно показала Сугихаре средний палец.- Зачем разнимать? Зрелище шикарное. Должен же хотя бы раз в месяц кто-то кого-то побеждать, не правда ли?
- А ты не подсматривай,- закрыв Имаюшке глаза ладонью, Атсуши блаженно зевнул, понимая, что пора уже топать домой. Малисы - Малисами, а личная жизнь тоже нужна.- Йоши, да хватит уже?
Но чёрта с два. "Два крашеных Икса" в итоге выкатились в коридор.
- Господа, думаю, мы ещё найдём время собраться.
- Тошенька, разнимай их. А мы побежали. 14-е февраля, как никак... - засмеялся Пата, спихивая со своих колен Хироши, и поднялся с кресла, выводя любовника в коридор. Следом за ними умотал Сугизо, перепрыгнув через клубок из двух тел. Имай хмыкнул и сполз с кресла, улыбнувшись вокалисту X Japan.
- Я ничего здесь сделать не могу. И еще... - гитарист приблизился к Дэяме и понизил голос, заглядывая в глаза, - затащите вы уже Хидэ в постель. Йоши покоя ему не даст.
- Хаяши меня прибьёт..- согласно продолжил за Имаюшкой Атсуши.- Но, в самом деле. Хисаши правильно говорит. День всех влюблённых как никак.
И пока Дэяма не очухался, Атсуши рассмеялся и утащил своего гитариста в коридор, бросив "Йоши, мы уходим! Не убей Хидэ-сана!"
И лишь когда шумная компашка вывалилась на улицу, Тоши, так и не отойдя от заявления Бак-Тиков, расцепил всё ещё катающихся согруппников и разбросал по разным креслам.
- Из-за чего кипиш на этот раз?
- Да черт бы вас, гомосексуалистов, побрал! - заорал Матсумото, вскакивая с кресла.- Достали своими разговорами!
В карих глазах пылала ярость. И глубокая обида - за что вы травите мне душу? Да, Хидэ единственный натурал среди состава Иксов. Но это же не повод так издеваться над его нервами. Гитарист ведь тоже не железный. И просто в силу своего мировоззрения не может слушать всю эту белибердень.
- Он смотаться пытался!- тут же бросился защищаться рыжик. А потом и вовсе уполз на рояль, на крышке которого и развалился.
- Мученики, вы у меня уже оба со своими взаимоотношениями..- тяжело вздохнув, певец, как человек глубоко благоразумный, решил оставить любовника на десерт, при этом разглядывая гитариста.- Двинул бы ему разочек - он бы больше и не сунулся. А с Саммитом мы так ничего и не решили.
- Да плевать. Пускай все идет своим чередом.
Хидэ глубоко вздохнул, успокаиваясь. А потом прищурил темные глаза и упал обратно в кресло, жмурясь и подбирая ноги к груди. Сил терпеть такое больше не было. Пушистые ресницы дрогнули - Матсумото приоткрыл глаза цвета растопленного шоколада и устремил их на рыжика, спрашивая одними губами:
- Ну почему же?...
- Потому же, блин, что ты идиот,- злобно отозвался рыжик, поправляя свой хвост.- Ты можешь хоть о чём-нибудь другом думать, или у тебя уже навязчивая идея?
- Могу. Забыли. Просто не трогай меня,- тут же нахохлился лид-гитарист, морщась от досады. Если честно, то его такое отношения драммера к нему заколебало. Красноволосый вздохнул и посмотрел на Тошимицу.
- Ну...я пойду, хорошо?
- Выйдем,- сорвавшись с места, рыжик схватил гитариста на плечо и вытащил его в кухню, закрыв за ними дверь.
Тоши.. А что Тоши? Да пусть уже блин хоть что-нибудь сделают. Заебали страшно. И всех, причём. Пора им уже разобраться наконец.
- Пусти, Йоши,- вяло отозвался лид-гитарист, послушно утаскиваясь на кухню. Темные глаза смотрели устало и с какой-то болью. Мол, ты уже достал. Отпусти меня насовсем.
- Ты меня достал Мацумото, со своими идиотскими идеями, которые я слышу от тебя каждый Божий день!
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:55 | Сообщение # 44
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Рыжик был готов прикончить гитариста, это было хорошо видно.
- Ты можешь уже принять, что далеко не все хотят с тобой переспать только потому, что ты есть?!
- Замолчи и не еби мне мозг. Хотя бы сейчас,- жалобно простонал Хидэ, усаживаясь на стол и закрывая глаза ладонью. Все это...к черту все. Матсумото плевать на остальных. Его беспокоил только рыжеволосый. И никто больше.
- Хотя бы сейчас?!- Йошики было не остановить. Его терпение наконец-то лопнуло, выпуская наружу настоящее… Отчаяние. Подскочив к красноволосому, драммер схватил его за плечо, встряхнул и повернул к себе лицом.- Ты хоть понимаешь, что делаешь мне больно, идиот?
- А ты понимаешь, насколько меня достало осознание всего происходящего?...
Хидэто говорил устало. И глаза его смотрели так же. Матсумото не любил все эти разговоры лицом к лицу. Всегда мысли переворачиваются с ног на голову. "Да" вместо "Нет", "Нет" вместо "Да".
- Да не собираюсь я с тобой спать, идиот! Слышишь? Это всё твои озабоченные идиотские мысли! Спустись ты уже с небес на землю!
Обижено отвернувшись, Йошики прошёл к чайнику и налил из него себе воды в стакан, тут же почти всю её выпивая одним махом. Его бесило поведение гитариста. Уже почти два года. А ведь после тура летом, после их ночи, о которой Хидэ узнает не скоро, рыжик и не смотрел в его сторону. Как бы это… Смешно не звучало.
- Только это меня последние два года и успокаивает. А я все равно чего-то боюсь, - покачал головой Хидэто, устраиваясь на столе поудобнее. Глаза инстинктивно нашли стрелку часов. Половина одиннадцатого. Ему пора. Но уходить не хочется. На улице снег и мороз. А здесь - тепло и компания. Но компания - влюбленные. И день - всех влюбленных. Лид-гитарист тихо вздыхает и спрыгивает со стола, подходя к драммеру и утыкаясь лбом в его плечо. По-дружески. Никаких намеков. Просто усталость.
- Хаяши, меня что-то гложет. И я не могу расслабиться. Все время чего-то боюсь.
- Это называется паранойей,- драммер уткнулся лицом в собственные ладони, тяжело вздыхая. Он уже прошел период самобичевания за связь с Хидэ, но сейчас эта тайна вновь начинала его грызть.
- Я же переосмыслил свою жизнь. Что мне толку ждать тебя пусть даже в шутку? Это уже давно перестало быть смешным. Но ты же.. Совсем забыл о нашей дружбе, шарахаясь от меня как от огня при любой возможности... Почему, Хидэ? Что тебя пугает?
- Да вот черт знает. Я просто боюсь. Сам не понимаю чего. Но мне становится страшно рядом с тобой, - тихий шепот. На большее лид-гитарист не способен. Хидэ сжал руки в кулаки и отстранился от рыжеволосого, отходя назад и прислоняясь к дверному косяку. Ему было тяжело дышать.
- Я пойду домой.
Рыжик как-то потеряно оглядел друга, с грустью вздыхая,- тогда я даже боюсь, предложить тебе остаться переночевать - погода не из лучших, машину уже тоже сложно поймать. Смотри сам. Если захочешь - оставайся.
Да, его нужно было опасаться, несомненно. Еще раз грустно осмотрев Мацумото, рыжик прошел в гостиную, открыл крышку рояля, сел за него и заиграл ту самую мелодию, что играл до прихода друзей.
Одного они не знали: до утра из дома выбраться было невозможно.
Хидэ лишь тихо вздохнул и направился к выходу. Оделся, обулся...и дверь открыть не смог. Разделся обратно, выругался и ушел обратно в гостиную, устраиваясь в кресле и закрывая глаза. Музыка успокаивала истерзанные нервы. Было...почему-то было горько.
Йошики и не заметил этого, пытаясь закончить грустные стихи, которые напевал чисто для себя. Но увы, слова не шли на ум.
- Разве это преступление - "любить"?- усмехнувшись, рыжик остановился, надписывая над нотами несколько слов. День почти закончился, а он бился над песней с самого отъезда в Америку.
Матсумото не ответил. Он засыпал, положив голову на колени и занавесившись красными волосами.
- Ну а дальше куда, куда тебя послать?- крутанувшись на стуле, драммер слетел с него на пол.- Хидэ? Ты чего тут? Спишь?
- Там дверь заперта... - сонно протянул лид-гитарист, падая с кресла на пол, - постели мне на диване, я остаюсь у тебя...
И провалился в сон, вытянувшись на полу. Чуткий и хрупкий, но все же сон.
- Хидэ!- Йошики подскочил к гитаристу, с улыбкой погладив его по волосам. Вот есть же.. Чудо, а.
Стянув с дивана подушку и покрывало, рыжик устроил с ними спящего Хидэ, а сам убежал на верх, обустраивать спальню для гостей.
Лид-гитарист же завозился, обнял подушку и уткнулся в нее носом, рассыпая красные волосы по полу.
Через несколько минут Йошики спустился обратно и потрогал спящего Мацумото за плечо.
- Хидэ, проснись, пожалуйста.
- М?! - мгновенно подорвался с места красноволосый, поднимая на Хаяши сонные глаза. И тут же отстранился на пару десятков сантиметров. Норма не должна нарушаться. Хидэто вздохнул и взъерошил себе волосы, протирая глаза.
- Все хорошо,- чуть улыбнувшись, Хаяши поднялся на ноги.- Я подготовил тебе спальню и вещи.
- Угу... - Матсумото зевнул и поднялся на ноги, опираясь рукой на диван. Протер карие глаза повторно - на всякий случай - и улыбнулся. Сонно так. Мило. В какой-то степени ласково. А главное, сам того не зная, для Йошики.
- Спасибо, - гитарист кивнул и утопал наверх.
Все такой же, как и раньше. Хидэ не менялся, совсем. Но Йошики с ужасом отметил, что он, в сущности, почти совсем потерял желание и надежду снять с гитариста все маски и узнать его настоящего, еще более открытого, чем той ночью. Как-то пусто было на душе.
Закрыв крышку рояля и пройдясь по нему пальцами, рыжик убрал бумаги в сервант и поднялся в спальню, готовясь ко сну. Тоши ушел и запер их снаружи. Как назло, где был Кокки с его ключами - старший Хаяши не знал.
Матсумото еле-еле доплелся до комнаты, взял чистую одежду и полотенце и умотал в душ. Разделся и влез в ванну, по привычке оставив дверь открытой.
Наконец найдя домашний телефон, драммер нашел в записной книжке номер отеля в Сингапуре и связался с матерью, по привычке блуждая с телефоном по дому.
А Хидэ...а что Хидэ? Матсумото сидел и млел под теплыми струями, подставляя лицо упругому напору теплой воды.
- Поищи, потому как у меня нет запасных ключей. Жду.
Опустив телефон на плечо, Йошики невольно заглянул в приоткрытую дверь ванной комнаты, с удивлением обнаруживая там Хидэ, в ванной. Здесь ничего не было закрытым. Была большая раскрытая ванна, за которой сейчас было удобно наблюдать. И рыжеволосый невольно залюбовался, даже не отдавая себе отчета в этом.
Гитарист помок еще немного, а потом потянулся, изящно прогибаясь в спине, и помотал головой, разбрызгивая во все стороны брызги с красных волос. Потом бросил взгляд по ванной комнате...и наткнулся на рыжеволосую головушку. Карие глаза широко раскрылись, а потом внезапно вернулись к нормальным размерам. Лид-гитарист усмехнулся и спросил, перекрывая своим голосом шум воды:
- Красивый?
- Ты поищи и поговори с ним. Я утром позвоню.
Сбросив звонок и отложив телефон на шкафчик, Йошики обнял дверную коробку, вновь заглядывая в комнату.
- Зачем ты спрашиваешь, если и сам знаешь ответ?
"Кажется, я даже помню твои родинки".
Надо же, в самом деле, рыжик и это успел запомнить. Потому как хотелось сохранить это в памяти.
- Я звонил маме. Она свяжется с Кокки и тот освободит нас утром.
- Почему ты не держишь дома второй комплект ключей?.. - тихо поинтересовался Хидэто, подставляя голову под теплую воду. Потом бросил на драммера косой взгляд из-под длинной челки и протянул ему руку.
- Заходи, чего встал.
Ну, Дэяма, ну стерва! Не жить ему за такие выходки, это Матсумото продакшн обещает! 14-е февраля же!...
- Ты забыл, что это дом моей матери?- не ожидав приглашения, драммер замешкался, но прошел в помещение и присел рядом с ванной.- Я здесь почти не бываю. Так что у меня и были запасные ключи.. В какой-то мере.
Конечно же Хидэто был красивым. А как же иначе? Как Йошики не сопротивлялся, он готов был броситься по первому требованию этого гитариста хоть на край света...
- Спину размять? Помню, в прошлый раз тебе очень понравилось.
- Понравилось. Но лучше не сейчас и не здесь. - лид-гитарист поджал коленки к груди и положил на них подбородок, сжимая одной рукой ладонь Хаяши. И тут же стиснул ее.
Тихое насмешливое растягивание звуков. Вода падает слишком медленно. Сердце бьется медленней, чем нужно.
- Мне больно, Хидэ,- тихо пожаловался рыжик, хотя звучало как речь о погоде. На самом деле он даже вздохнуть больше положенного боялся, наблюдая за красноволосым.
- Смотри, как тебе самому больше... Хочется.
- Не путай физиологию и моральные устои... - Хидэ свел вместе худые коленки, прикрывая темно-карие глаза. Взгляд на рыжеволосого - пускай Хидэ сам того не ощутил - получился томным.
- И не думал даже.
А вот Хаяши становилось не по себе. Хидэ разомлел от теплой воды. Еще минутка, и здесь будет первый труп.
- Знаешь, я все-таки пойду..- Йошики поднялся на ноги, потупив взгляд.
- Швырни в меня полотенце... - усмехнулся Хидэто, выключая воду и потягиваясь. Мокрые волосы паутиной поползли на плечи и спине. Матсумото улыбнулся. Смущение Йошики было ему понятно.
Да ничего себе "смущение"! Да там стыд самый натуральный, иначе и не скажешь.
- Прости, что так вышло.
И сразу понятно, что речь обо всем дне, что вертелся как волчок и не желает заканчиваться. Просто так... Случилось.
Найдя полотенце, Йошики отдал его красноволосому лично в руки и молнией метнулся из комнаты.. опустившись на пол у самой двери, драммер обнял себя за ноги и уткнулся лбом в колени. По-идиотски все вышло.
Матсумото выполз из ванной минут через пять, с мокрыми волосами, в джинсах и с полотенцем на плечах. Отряхнул еще раз красные волосы и украдкой бросил на Йошики короткий взгляд. Ну не мог он понять, что гложет его, что терзает его рыжеволосого друга. Что вообще происходит между ним и Йошики...
- Простудишься. - лид-гитарист с легкой улыбкой присел перед Грозной Няшей, заглядывая ей в глаза, - вставай давай.
А в глазах - желание дать немного заботы, коли уж рыжика оставили без тепла на ночь, и легкий страх. А вдруг что-то пойдет не так?...
- Иди отдыхать,- стыдливо встряхнув волосы, рыжик спрятал за ними лицо и добавил, как бы на всякий случай.- Здесь всегда теплые полы. Иначе мамины экзотические цветы просто померзнут.
Тоши, конечно, умно поступил. Запер. А зачем? Вот именно, что так у них куда больше шансов было, наконец, наладить отношения. Да только вряд ли выйдет.
- И не смотри на меня так, мне не по себе.
- Сегодня 14-е февраля. - тихонько произнес Хидэ, убирая с лица драммера легкие рыжие пряди, - А ты один...нечестно ведь.
И плевал Матсумото на то, что Тошенька запер их вдвоем в одном доме. Так нельзя. Нельзя оставлять любимого в одиночестве в такой день. Один на один с чужим человеком. Неправильно это.
- Пойдем спать? - улыбка на лице и насмешливое "де-е-евочка" в глазах.
- Тигр, блин,- с легкой обидой одернув подол платья, рыжик поднялся на ноги, вцепляясь пальцами в стену.- Я тебе уже говорил, что это не праздник. Я вообще ненавижу этот день. Это глупо.
Ерунда для глупой молодежи. А они уже по возрасту как-то и не вписываются в их ряды. Взрослеть пора.
- И не вздумай подглядывать - останешься не только без глаз,- оглядев Хидэ, как без пяти минут "врага народа" рыжик просочился между ним и стеной в ванную. И правда поздно уже.
Матсумото лишь улыбнулся и уполз в предложенную комнату, устраиваясь на холодной постели. Он не привык ночевать один. Это...странно. Непривычно и одиноко. Даже компания Йошики подойдет. Хидэ тихо вздохнул и завозился на холодной кровати, тихонько ноя.
Принцесса выплыла на свет Божий минут через 15 - выдало шуршащее платье, которое еле удалось убрать в шкаф не помяв. Переодевшись в домашнюю одежду, но, в сущности, не лишившись девчачьего облика, рыжик спустился в кухню и устроился за столом, подбирая ноги под себя. Больно странно на него смотрел Атсуши. Что эти двое ляпнули Тоши? Голова кругом.
Хидэто же, поняв, что заснуть он не сможет просто так, выполз из своей комнаты и потопал на кухню - выпить воды, а заодно проветриться.
Какого же было его изумление, когда он заявился на кухню и обнаружил там вместо Йошики красивую девушку. И пускай он знал, что это Хаяши. Но в голове тут же появилась мысль, что есть, с кем уснуть. Даже чисто по-дружески для Хидэ.
И, разумеется, безо всяких намеков.
- Не спится?
- Как видишь.
Йошики крутил пачку сигарет в руках, не зная, закурить или все-таки попытаться уже бросить. Третий месяц все "бросает".
- Тебе, смотрю, тоже?- сочувственно. Вытянув тонкую руку вперед, драммер предложил Мацумото сигареты.- Будешь?
- Ты же бросаешь, - приподнял бровь лид-гитарист, вытаскивая сигарету и обхватывая губами фильтр. Потом тихо щелкнуло колесико зажигалки, и Хидэ закурил, усаживаясь рядом с Йошики. Глубоко затянулся - музыкант все делал максимально полно - и выпустил серый дым, улыбнувшись и стряхивая пепел. Карие глаза блаженно закрылись.
- Не получается. Все равно наступают бессонные, полные работой ночи, когда уже и от кофе толка мало.
Отложив пачку на стол, Йошики подтянул ноги на стул и обнял их. Почему-то резко захотелось в Америку. Там драммер словно чувствовал себя.. Защищенным.
- А ты-то чего не спишь?
- Я не могу заснуть один. Обязательно в радиусе 3-х метров должен быть кто-то живой. - улыбнулся Матсумото, вновь затягиваясь. Потом протянул свободную руку и взъерошил рыжику волосы. Большие карие глаза, кудрявые волосы до поясницы, невинное выражение мордашки...Господи, и откуда на земле такие женоподобные няшки берутся?!
- Ну, я же только их уложил..!- наигранно обижено заныл Хаяши, пряча от Хидэ голову и пытаясь убрать последствия "красноволосой катастрофы". Это же.. Ёмкий труд, вот!
- Ну, извини, животных не имеем.
- А жаль. Но есть ты.
Прямой взгляд глаза в глаза. Почти нос к носу. Но почти ведь не считается. Всего 10-15 сантиметров между ними. Если сильно выдохнуть, то драммер ощутит на своих губах дыхание Хидэ.
- Можно я переночую в твоей комнате?
Зачем тянуть? Не секс же он предлагает рыжеволосому драммеру с большими наивными глазами.
- Если это.. Единственный способ подарить тебе сон этой ночью, то..
Рыжик на минутку замер. Бывало, конечно, раньше они ночевали вместе в отелях, обнявшись, как два котенка.. Но сейчас Йошики совсем не был уверен, что сможет.
- Конечно. А то не выспишься еще..
- Я не требую тепла. Просто присутствия. Даже на полу поспать могу, - улыбнулся Хидэто, прикрывая глаза и стряхивая пепел с сигареты.
- Мечтай. Изверг я что ли тебя на пол сбрасывать, когда в доме большие кровати?
Улыбнувшись, драммер вытянулся и сладко зевнул, прикрывая рот ладошкой.
- Ну, окей. - усмехнулся лид-гитарист, все-таки ломая прическу рыжика окончательно, и показал ему язык, вскакивая со стула. Было как-то... радостно. Ведь они могут вновь наладить отношения.
- Стерва крашеная, косметолог неудавшийся, да я тебя по стенке размажу, как членистоногое!
А взбунтовавшийся Хаяши запрыгнул на стул, готовясь к нападению.
Матсумото улыбнулся и показал рыжику средний палец, отходя назад.
- Стерва, косметолог, но не членистоногое.
- Будешь,- пообещал рыжик, убирая волосы назад и аккуратно слезая со стула. Йошики притаился как лисица, устраивая охоту на Мацумото.
А Хидэ...а что Хидэ? Лид-гитарист напрягся...а потом вскочил на стол, перемахнул через рыжика и унесся прочь по коридору, весело хохоча.
Не думайте, что драммер отставал. Благодаря частым возвращениям с Кавамурой по домам "к утру-в бабском-на каблуках", Хаяши бегал быстро и ловко, не собираясь уступать. Именно поэтому участь Хидэ была предрешена.
Пробегали музыканты так минут пять. Потом Матсумото надоело строить из себя Тарзана, ибо он прыгал со стола на комод, оттуда на шкаф, потом на кровать и уматывал в другую комнату, и лид-гитарист залетел в спальню Хаяши, тут же обегая кровать и вооружаясь подушкой.
Рыжик не прыгал, а просто бегал - врачи пообещали на неделю к кровати привязать, если что не так со спиной будет.
Влетев в спальню и заметив угрозу, Хаяши тут же нырнул на кровать и.. Изобразил девушку на пляже, томно глядя на Мацумото, поправляя волосы и стреляя глазками с хитрой улыбочкой. Мол, как же такую Няшку и подушкой?
Молча. Собственно, что Хидэ и сделал. Огрел рыжика подушкой по голове, окончательно добивая прическу, показал язык и лег рядом, усмехнувшись.
- Не убил.
- Ай! Ай-я-у-а-аааай!- заныла Няшка, утыкаясь носом в подушку и.. Обиженно хныча. Такую красотень подушкой! Охренеть не встать.
- Ну...- виновато улыбнулся Матсумото, обнимая ходячую прелесть руками и ногами, и устроил у себя на коленях, поглаживая рыжие кудри, - не обижайся, больше не буду.
Карие глаза смотрели виновато и чуть со смехом. Хидэ нравилось проводить времечко с Рыжей Няшей, то хулиганя на пару, то просто жалуясь друг другу на жизнь, по очереди усаживаясь друг к другу на колени, хихикать над чем-нибудь давным-давно произошедшим, получать по маковке от Тоши за поздние посиделки...но последние два года всего этого не было. А Матсумото скучал.
- Да конечно, не будет он..
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:55 | Сообщение # 45
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Вместе они могли дурачиться едва не всю ночь напролет. Вот так вот, как дети, наивно, действительно играясь. Между прочим, Joker родился в одну из таких посиделок. Хотя нет, наверное, они тогда еще и выпили. Но что мы вам рассказываем? Стихи песни вы и сами знаете. Вот, какая у них атмосфера.
Йошики наклонился и оперся локтями о грудную клетку красноволосого,- хулиган.
- Не отрицаю. Но больше так не буду...- Матсумото улыбнулся и откинулся назад, ложась на спину и убирая с лица рыжика непослушную прядь, - и как у меня рука на такое чудо поднялась, ммм...
Немного насмешливо. Но в их стиле. Хаяши уже сколько лет строит из себя невинную девочку, рыженькую, глупенькую Няшу. Собственно, как-то раз ему так в магазине и заявили: девушка, вы в очередь становиться будете? Да и сегодня с этими контрацептивами в аптеке.
Пока у рыжика было хорошее настроение - все было нормально. Но любая особь мужского пола после сравнения Хаяши с девушкой обычно выносилась со сломанной челюстью. Шутки шутками. Но иногда завистники еще бросали ему вслед " сучка", "шлюха" и все такое. Но суть в чем? Этот женоподобный красавец имел огромную армию визжащих и влюбленных в своего, всего лишь следующего древним предписаниям, рыжевласого кумира фанаток. И пожелай Хаяши - было выбрать из кого. Но ребенку в душе было гораздо приятнее прикидываться принцессой. Что было очень выгодно.
- Четвертовать тебя нужно.
- Ну, за что, я же просто факт констатирую! - возмутился Хидэ, отстраняясь от рыжеволосого и обиженно поглядывая на него. Красные волосы вновь полезли в глаза, и Матсумото недовольно зашипел, убирая за ушко длиннющую челку. А потом лид-гитарист надулся, как шарик, и повернулся к рыжику спиной. Мол, не играй в мои игрушки и не кушай пирожок.
Ну а рыжик из-за этого был скинут на кровать. Зафырчав, рыжик убрал волосы от уха Хидэ, вцепился ладонью в плечо и быстро-быстро стал сопеть в него, изображая ёжика. Будем играться, не в одиночку ж вам?
Матсумото хихикнул, отстраняясь в сторону, и поглядел на драммера букой.
- Не подлизывайся, вот.
И уполз под одеялку, сворачиваясь в клубочек.
Рыжик лежал и угорал от хохота. Как же ему не хватало всех этих дурачеств! Быстро протерев глаза, Йошики заглянул под одеялку, не сильно укусил гитариста за бок и нырнул на свою часть кровати.
- Я тебе покусаюсь, девчонка!
И тут же на драммера сверху шлепнулось что-то теплое и легкое. А потом это что-то обняло Хаяши всеми четырьмя конечностями и принялось легонько кусать его в шею, наподобие вампира.
- Тише, Хидэ, тише!
Рыжик буквально гоготал, как мог барабанил конечностями по Мацумото и пытался выбраться, хохоча во всю глотку. Красноволосый всегда знал, что делать.
Наконец кровная месть была завершена, Хидэ доволен, а Йошики безжалостно покусан. Тогда-то рыжую няшку и выпустили на свободу.
- Будешь еще кусаться?
- Ну ёпт.. Что я теперь Тошеньке скажу?- приложив лапку ко лбу, Йошики почти упал в обморок. А потом отвесил Хидэ затрещину.- Буду. Буду-буду.
- Ай-яу-у-у-у-ч! - заныл Матсумото, уползая на краешек кровати и обиженно засопел, строя из себя невинную жертву. Гитаристу было холодно. Он сам не понимал почему...но Хидэ мерз .
- Иди сюда, раб. И, может, я тебя и передумаю казнить..- внезапно даже для себя заулыбалась Няша, поманив красноволосого к себе.- Иди, обещаю больше насилие не применять.
- Ах, я еще и раб?! - взвизгнул Хидэто, резко разворачиваясь и злобно посматривая на обнаглевшего рыжика, - Базар фильтруйте, девочка! Бить ведь буду!
И все-таки подполз по кровати к драммеру. И пускай карие глаза смотрели обиженно из-под кровавой челки. Йошики - единственный источник тепла в радиусе 20-ти метров. К тому же, единственная возможность заснуть опять-таки держится на рыжеволосом.
- Бей. Только согрей меня, раз уж пришёл.
Приподнявшись, Йошики потупил взгляд. "Вот он я. Лупи своего Буратино, папа Карло". Только бы не уходил. Страшно немного, конечно, но рыжик и сам страшно не любил спать один. Даже слишком страшно. Нельзя же такую возможность терять!
- Я подумаю...- пробурчал Матсумото, укладываясь рядом. Потом вздохнул и нерешительно обнял рыжеволосого за талию, прижимая к себе. И тихо выдохнул на ушко, улыбнувшись. Раз уж Тоши свои "супружеские" обязанности не выполняет, то придется в какой-то степени заменять его. В том числе и греть постель рыжеволосого.
А рыжик довольно устроился лицом к Хидэ и устроил свой любопытный носик греться на тёплой груди. И тут же Йошики чихнул и рассмеялся, невольно вспоминая ту ночь в отеле. Нет, Хидэ точно издевается. Не знает ничего, но упорно издевается. Ну и как же он после этого только не аморален?
- Согреешься, если так полежим? - тихий шепот на ухо и длинные пряди, щекочущие нежную кожу на шее. Хидэ прикрыл глаза и вдохнул запах драммера. Свежий, молодой...и почему-то пахнет лавандой от волос. Шампунь? Возможно. А может, просто природный запах, кто же знает. Но если зажмуриться, то можно представить на его месте красивую девчонку с длинными кудрявыми волосами, манящими глазами и ласковой улыбкой. Матсумото нервно сглотнул и устроил рыжика поудобнее.
- А что, разве.. Выбор есть?- чуть зевнув, рыжик завозился, как кошка закружился в разные стороны, выбирая нужное положение. Наконец свалившись в первоначальную позу, драммер тихо чего-то заурчал, с огромным блаженством прижимаясь к тёплому телу.
- Йошики...- тихонько, на ухо. Почти интимно, не будь Хидэ натуралом, - Я хочу у тебя спросить одну вещь...
- Ммм?- светло карие глаза тут же распахнулись, устремляя взгляд на милый сердцу "обогреватель".- Что такое?
- Тоши... он боится тебе сказать...ему предложили участие в опере. И он не знает, как ты к этому отнесешься, - тихо произнес красноволосый, заглядывая в ореховые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, - какова бы не была твоя реакция, не ругай его.
Рыжик чуть улыбнулся, жмурясь и вытягиваясь,- как я вам уже говорил, "я не имею права ограничивать вашу деятельность". Я поговорю с ним. И конечно, я ничего не имею против. Для Х время он всегда выберет. И столько, сколько понадобится. Верно же?
- Тогда все в порядке. Жаль, что грею тебя я, а не он. По логике-то Тоши твой...любовник. - Хидэ зажмурился, - ладно...спи давай.
И сам зажмурился, опуская голову.
Йошики не стал отвечать. Лишь чуть приобнял Хидэ, сворачиваясь и тихонько сопя. Ничего, с Тоши он потом разберётся. Пока есть возможность - греемся, девчата. Ваше время ещё не пришло.
Хидэ же просто заурчал, аки дикий кошак, и задремал, утомленный как днем, так и внеочередной нервотрепкой.
- Я тебя сильно помял?- вдруг опомнился драммер, привскакивая.
- М?! - тут же поднял голову красноволосый, сонно глядя на Хаяши, - ты о чем...?
- Ну.. Когда мы по полу катались?
- А...да нет, не очень...бок только болит - у тебя локти острые...и вообще, спи!
Выдав данную тираду, Матсумото крепко прижал Хаяши к себе и уткнулся носом ему в волосы, тихонько заурчав.
- Знай наших,- хихикнув, Йошики закрыл глаза и сразу же погрузился в сладкий сон.
Хидэ упал в мягкую темноту следом.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим: на рассвете юности (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Страница 3 из 5«12345»
Поиск:

Хостинг от uCoz