[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 5«12345»
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим: на рассвете юности (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Что делаем, то и хотим: на рассвете юности
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:25 | Сообщение # 16
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Осень. Появление Хиса.

Для Паты это был абсолютно обычный день из жизни холостяка. Один проснулся в холодной постели, один уезжаешь в студию, прихватив с собой взятую на дом работу, один сидишь и возишься с гитарой, дожидаясь остальных. Томоаки - жаворонок. В студию он приходит раньше всех. И теперь он уже несколько месяцев как сидит там в одиночестве, коротая время ожидания своих согруппников. Без Тайджи его жизнь потеряла всякий смысл. Не о ком было заботиться. Некому было улыбаться по утрам. И никто не ждал ребят вместе с ним. Гитара стала его единственной подругой, и ей Ишидзука доверял, как себе. Больше у него никого не осталось.
В это утро ритм-гитарист X Japan пришел так же рано, как и всегда. Поставил на стол Тайшо пакет с бумагами, достал гитару и сел на диван, перебирая струны. Невольно вспомнились времена до того, как Тай покинул его. Как они сидели вдвоем, как Саввада играл на гитаре для него, как смеялся вместе с ним... Шатен тихо вздохнул и покачал головой.
Чуть позже - минут через двадцать - заявились Йошики и Тоши. Оба обнимались на лестнице, держались за руки, но при входе в комнату тут же расцепили объятия. Ни одному, ни второму не хотелось сыпать соль на душевную рану Томоаки. И гитарист был им благодарен за это. Не хватало лишь Хидэ. Сессионный басист будет позже, в этом Пата уверен.
Но каково было его изумление, когда в студию красным ураганом залетел Матсумото! А все потому, что залетел Хидэто не один. За руку он тащил какого-то черноволосого парнишку, смотрящего испуганно и даже немного затравленно, но с любопытством.
- Ребята, я нашел нам нового басиста. Встречайте, Хис!
"Так вот ты какой, Вася!" {с}
- Так вот ты какой, Хироши Мориэ!- ГРН, казалось, сверкала от счастья: басиста нашли! Он же столько месяцев угробил на то, чтобы хотя бы мало-мальски подходящего найти, а тут Хидэ с такой скромно улыбающейся радостью.- Проходи, проходи.
Очаровательный дистроф с басухой на перевес, именуемый Хисом, ошалело помахал присутствующим ладонью и вцепился в руку притащившего его Мацумото: брюнет был жутко скромным и застенчивым, а здесь почему-то его все пугало. В какой-то мере. А большие любопытные глаза забегали, рассматривая, возможно, своих будущих согруппников.
- Хидэ-сан..- тихо позвал он.
- Я тебя за "сан" скоро бить начну, - недовольно зафырчал красноволосый, улыбнувшись. Хидэ больше всех старался найти басиста. И после долгих поисков и постоянных пьянок в компании Томоаки Матсумото все-таки нашел нужного им человека. Он понимал, как мучается Пата. Он и сам так иногда терзался. Но одно дело - любовь гетеросексуальная, когда подходящую девушку можно найти везде, а вот гомосексуализм - абсолютно другое дело. Не каждый нормальный парень ляжет под представителя своего пола. А этот...Хироши был стеснительным и вроде как бисексуалом. Матсумото кровь из носа узнавал его ориентацию, потом все-таки добился своего и с радостью предложил ему место в составе X Japan. Так и Йошики обрадуется, и Паточке спутник жизни найдется. Лид-гитарист развернулся, погладил брюнета по волосам и усмехнулся, поглядывая на ритм-гитариста. Мол, я тебе шанс вернуть себе смысл жизни дал, а твоя задача его не упустить. Ишидзука кивнул и впервые за долгое время улыбнулся. Совсем как раньше, во времена его жизни с Саввадой.
- Я искренне надеюсь, что он нам подойдет... - протянул со стула Дэяма, оглядывая новоявленного басиста, - Что думаешь, Йо?
Хироши тихо сказал "прости" и огляделся.
- А что тут думать?- Йошики вскочил с места, взъерошил любовнику волосы, подскочил к басисту и закружил его по комнате.- Партии смотрел?
- Хаяши-сан, не трясите меня!- рассмеявшись, Мориэ остановил рыжика и смахнул волосы с лица.- Выучил даже.
- Мальчики, мальчики, репетировать!
Няшка тут же нырнула за барабаны. Ритмер тут же поднялся с дивана и усмехнулся, подходя к басисту. Пристально оглядел его, улыбнулся и протянул руку.
- Томоаки. Добро пожаловать.
- Потом, ребятки, потом! - тут же засмеялся Хидэ, толкнув обоих музыкантов поближе к барабанам. Тоши лишь улыбнулся Йошики, в очередной раз давая понять, что петь он сегодня будет только для него. Собственно, как и всегда.
- Хироши,- чуть смущенно успел бросить басист прежде, чем красноволосый успел вмешаться в их идиллию.
- Спокойно, мальчики. Это еще даже не основное блюдо,- широко улыбнувшись и растрепав блондинистые волосы певца, Йошики постучал палочками друг об дружку и кивнул музыкантам.
Репетиция началась.
***
С той репетиции прошло ровно две недели. И вновь Томоаки идет один в студию, еле заметно улыбаясь. Вновь он проснулся один, вновь ему сидеть и ждать согруппников. И вновь в присутствии Хироши на лице появится улыбка. Мориэ успел стать для шатена своего рода солнцем. Он понравился ему, по-настоящему понравился. Это один из тех видов симпатий, когда с человеком хочется провести всю жизнь. А о том, что будет, если этот человек откажет, лучше не думать.
В конце концов Хидэ и Тоши надоели все эти тихие вздохи и взгляды украдкой, и они буквально заставили Ишидзуку поговорить с басистом. Черноволосое чудо какое-то время называло всех на "сан", потом огребло все-таки от Матсумото по маковке, и стал он обращаться ко всем на равных, что не могло не радовать. В результате косых взглядов вокалиста и лид-гитариста и собственных моральных мучений Пата в перерыве репетиции взял Хироши за руку и увел в курилку со словами "Пошли покурим".
- Что, уговорили, изверги?
Но и на улыбчивый вопрос Йошики ответ был не надобен: Пата решился. Осталось узнать решение Хиса. Он только в этот день дал свое согласие на вступление в Х - все это время басист улаживал дела в своей прежней группе - так что время было подобрано вовремя.
- Я оторву нашему Тайшо голову, если он не вытащит шило из своей спины,- пообещал Мориэ, когда они добрались до "курилки". А точнее, до улицы. Томоаки явно хотел ему что-то сказать. Но что? Скромный басист и не подозревал.- У тебя что-то случилось?
Пата вытащил сигареты и щелкнул колесиком зажигалки. Потом нервно затянулся, выпустил изо рта струю дыма и тихо ответил, стараясь не смотреть на их нового басиста:
- Ты у меня случился, Хироши.
И тут же затянулся вновь, нервно выдыхая. Шаг навстречу был сделан. Оставалось надеяться, что этот шаг не был началом пути в бездонную пропасть разбитого сердца.
Мориэ удивленно убрал волосы за спину и осмотрел гитариста. Вот так-так...
- Это хорошо или плохо?
Басист догадывался, о чем речь - взгляды Ишидзуки нельзя было не заметить - но все-таки хотелось услышать от него самого.
- Смотря каков будет твой ответ, - туманно ответил ритмер, вновь затягиваясь. Пата боялся. Боялся отказа. Потому что не знал, что будет делать, если Хироши откажется. Ведь это почти наверняка его уход из группы. А уж этого просто нельзя было допустить. Пата поднял глаза к небу, тихо выдыхая сизый дым, туманом расстилающийся над его головой. Потом перевел взгляд на басиста и тихо произнес, не сводя с него глаз:
- Будешь со мной, Хироши?
Хироши по размышлял с минутку, оглядываясь по сторонам. Собственно, он не ожидал, что Томоаки ему предложит. Казалось, его взгляды были просто взглядами. Мориэ успели рассказать о его отношениях с Тайджи... И поверить, что гитарист готов отдаться новой любви, было очень сложно. Но он сам хотел попытаться..
- Мы знакомы всего две недели, Томоаки, я тебя почти не знаю. Но с тобой хорошо. Поэтому.. Давай попробуем. А там посмотрим, что и как.
Всё дело в том, что Хис и сам с первой встречи стал испытывать симпатию к их ритмеру. Так почему бы не попробовать? А вдруг у них всё получится?
Басист чуть улыбнулся,- мы попробуем. И если удастся, то мы будем вместе.
- Я искренне надеюсь на то, что получится. К тебе влечет, Мориэ. И я не пойму, почему. Но почему-то кажется, что с тобой будет хорошо. Надеюсь, так и будет.
Томоаки вновь затянулся и выдохнул. На этот раз облегченно. Все-таки решился. Рискнул. И потратил львиную долю своих нервов. Но не зря же потратил!..
Пата вздохнул и притянул к себе басиста за талию, уткнувшись носом тому в шею и выкидывая прочь сигарету, верную спутницу любой нервотрепки.
Хироши лишь вздохнул, приобнимая Томоаки за шею. Что ж, возможно, на это в душе Хидэ и рассчитывал, приглашая Хиса?
С Патой было как-то... Спокойно. Он не был активным сторонником шумных попоек, драк и всего такого. Скорее даже, был тихим и - а Мориэ был в этом уверен - домашним. А самому басисту только это и нужно было. Кажется, они идеально подходили друг к другу.
- Приятно сознавать, что тёплые чувства, роящиеся в груди, взаимны. Я абсолютно уверен в том, что у нас всё получится.
- Это радует, - улыбнулся Томоаки в ответ.
***
Остаток репетиции гитаристы стояли рядом. Почти плечом к плечу. И Пата с улыбкой кидал на Хидэ благодарящие взгляды, в ответ получая смех в шоколадных глазах. После того, как ГРН объявила репетицию законченной и унеслась, захватив с собой любовника и лид-гитариста, ритмер улыбнулся, помахал согруппникам ручкой и, запихнув гитару в чехол и поставив ее уже на привычное место, взял брюнетистое чудо с большими любопытными глазами за руку.
- Пойдем?
А куда - неважно. Лишь бы вдвоем.
Во время репетиции Няша таки едва не осталась с открученной головой, как пообещал Хироши. Но потом басист прикинул, что: а) они останутся без драммера и клавишника; б) Тоши придется подыскивать новую Няшу, а он был страшно привередлив - еще бы, с такой няшной истеричной жить; в) останутся без лидера; г) Хидэ захватит власть; и, как следствие, д) запретит романы на работе. Да пусть уж тогда Хаяши живет.
- Идем,- Хироши чуть улыбнулся, сжимая теплую ладонь.- Может.. К тебе?
- Пошли...- улыбнулся Томоаки, сжав руку гитариста в ответ, - Только придется не идти, а ехать.
А на немного удивленный взгляд пояснил:
- Живу на другом конце города.
- А почему бы нам не прогуляться? Куда спешить?- все так же удивленно.- Я очень люблю пешие прогулки: редко выходит, но приятно и полезно.
- На другой конец Токио? Мориэ, думай головой, - усмехнулся Пата, целомудренно поцеловав басиста в лоб, - но если хочешь погулять - то, пожалуйста.
- Да хоть до Осаки,- ободряюще улыбнулся брюнет, утаскивая Томоаки за собой.- С милым оно как-то явно быстрее выходит.
- Неееее, мой дорогой, я до Осаки точно не пойду, - покачал головой ритмер, выводя гитариста из здания и помахав охране ручкой. Потом улыбнулся в небо и повел своего - теперь своего - любовника и любимого к дому. Раз уж пешком, то топать долго.
- А если поговорить с нашим рыжиком и предложить ему отдых на природе?- тих Мориэ, да коварен. Воду мутит только так.
- Не буди лихо, пока оно тихо. - усмехнулся Томоаки, щуря темные глаза и утаскивая музыканта за собой.
Хироши покорно спешил следом, улыбаясь,- он чудной. Но с ним хоть не скучно: как только что в буйную головушку придет - только успевай выполнять.
- А если не успеешь - шандец. - с улыбкой отозвался Томоаки.
***
До дома ритм-гитариста добрались часа через два, уставшие, но довольные и наболтавшиеся на месяцы вперед. Пата жил в частном доме практически на окраине. Домик был двухэтажный, ухоженный. И обустроен по-домашнему. Ишидзука завел басиста в дом, разулся и ушел на кухню.
- Есть хочешь?
- Не откажусь от чашечки чая,- честно признавшись, брюнет с восторгом огляделся, разделся и так же прошел в кухню.
- Отличная репетиция, отличная прогулка.. Осталось только хорошо день завершить,- басист уселся за стол. И тут же огромные глаза принялись все изучать.
- Закончим, уж будь уверен. - засмеялся Томоаки, включая чайник. Темные волосы лезли в глаза, а потому со стола была утянута резинка, которой эти самые волосы и были перехвачены.
- И все-таки, уютно у тебя..- блаженно вздохнув, Хироши уложил руки на стол, а на них и голову.- Вот, что значит "образ". Так посмотришь на тебя и не скажешь, что на сцене ты дикий рокер.
- Да я вообще белый и пушистый, хотя кажусь темным и лохматым. - усмехнулся ритмер, погладив Мориэ по длинным темным волосам, - по тебе тоже не скажешь, что ты стеснительный ну просто до одури. Интересно, если бы тебе Хидэ подзатыльник не отвесил, ты бы нас долго на "-сан" звал?
- Да ну хватит тебе,- слегка смущенно рассмеявшись, Мориэ поцеловал протянутую к нему ладонь и взял её в свои.- Уважение. Я ведь мог и не подойти.
- Раз тебя Матсумото притащил, то ты обязательно подошел бы, даже если бы у тебя не было таланта. - засмеялся ритмер, выключая закипевший чайник и наливая чай, - Йошики считается с мнением Хидэ.
- Да, я заметил,- чуть задумчиво.- Хидэ, такое чувство создается, просто нянька для этого рыжего кошмарика.
- Не нянька. Там все гораааааздо запущеннее, - усмехнулся Ишидзука, пододвигая басисту чай, - пей, а то остынет.
- Ну-ка просвети меня в сплетни этого гарема?- Хироши подобрал ноги под себя и принялся за чай, с любопытством наблюдая за Томоаки.- И почему нашего Тайшо зовут "Татеямской блядью"?
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:25 | Сообщение # 17
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
- Татеямская по названию города, в коем это чудо было рождено, а блядь...- Томоаки вздохнул и устремил взгляд в окно, - блядь он потому, что лезет абсолютно ко всем. Вообще, стоит начать с того, что изначально в нашей группе натурал был и всего один - Хидэ. Причем о том, что все мы - начиная от Йошики и заканчивая мной через Тоши и Тая – юноши нетрадиционной сексуальной ориентации, он узнал совершенно случайно. Когда мы только приехали в Токио, все уперлись в магазин...а Тай зажал меня в около полки с алкоголем и начал целовать. Там-то нас и спалил Матсумото. Потом Йошики пропалил себя и Тоши, Хидэ чуть из группы не ушел... - Пата вздохнул, - отошел я что-то от темы. Дело в том, что Йошики по натуре своей - сплошная девка. Причем похотливая до невозможности, я удивляюсь выдержке Дэямы. Хотя, конечно, при посторонних наша Синдерелла вспоминает, что как бы она ещё и Лидер рокеров…- ритмер махнул рукой.- Ну и, разумеется, стоило в группе появиться новому гитаристу, Тайшо тут же положил на него глаз. И что ты думаешь? Хидэто ему отказал. Йоши потом неделю ходил как в воду опущенный. Даже жалко его было. А вообще, он - действительно блядь. Как его еще Тошимицу на панель не сдал?...
- Этим Дэяма и отличается: стальные нервы, холодная голова и горячий рыжий огонек,- чуть подув на чай, Хироши представил себе эту картину.- Не знаю, конечно, но мне кажется, что не все так плохо. Раз Йошики пристает к Хидэ, значит, Тоши ему чисто физически не запрещает - нашли, кого бояться: его по макушке погладь, так он растечется от счастья, если палочками не прибьет - а Хидэ.. Хреново защищается. Темперамент у Хаяши - дай дорогу. Намучаются с ним еще эти двое, попомни мое слово. Детский сад, а не прославленные рокеры.
- Намучаются, конечно... - усмехнулся Томоаки, делая глоток чая, - Но Тоши в последнее время начал жестко контролировать своего благоверного, а Матсумото...Хидэто держится до последнего. Его Хаяши одно время с Тайджи пытались поделить – не вышло. Так что...у Йоши теперь вроде как цель: переспать с Хидэ. Так что...мне только интересно, как долго продержится наш лид-гитарист, и кто лишит его девственности.
(Читателям по секрету: будет это нескоро и будет это...не с теми, с кем следовало бы ожидать :D)
- Так и хочется предложить этой парочке из Татеямы вместе обесчестить беднягу и успокоиться.
Хироши сказал и тут же чуть покраснел, а через секунду рассмеялся, уходя в чай. Да.. За этой историей любопытства ради тоже стоит по наблюдать.
- Им Хидэ не простит. Никогда и ни за что. А вот что касается твоей ориентации...мне Матсумото так и не сказал. - ритм-гитарист усмехнулся и протянул руку, ероша музыканту волосы. Почему-то было забавно наблюдать за смущающимся Хисом. Хотя...любви покорно все на свете. Там уже даже недостатки в положительные качества превращаются.
- Всякие психотропные вещества вплоть до обычного снотворного им в помощь,- пожав плечами, Хироши чуть улыбнулся.- А как ты сам думаешь, если я принял твое предложение?
Да какое там? Мориэ еще не один пинок от Мацумото получит, но полностью от своей скромности никогда не откажется.
- Обормот, - усмехнулся Томоаки, ласково ероша брюнету волосы. А потом перегнулся через стол и коснулся губ басиста своими, выдыхая ему в губы:
- Да вот черт тебя знает, Хироши...
А потом вновь поцеловал гитариста и потянул к себе. Хватит с Мориэ этого чая. Перебьется мальчик.
- Да подожди ты, чашки же побьем,- Мориэ приложил пальцы к губам Томоаки, намекая на весомую преграду в виде стола, которая сильно может им помешать.
- Плевал я на чашки, еще три штуки таких же в запасе имеются... - недовольно выдохнул Ишидзука, вытаскивая парня из-за стола и притягивая к себе, - В конце концов, ты важнее, чем все эти чашки...
- Очень надеюсь не разочаровать тебя,- Мориэ лишь улыбался, смотря на гитариста с какой-то невероятной преданностью. Неужели, любовь с первого взгляда?
- Не разочаруешь. - усмехнулся ритм-гитарист, поднимаясь на ноги и целуя басиста.
Пата не помнил, как они добрались до спальни. Перед глазами вертелся туман. И Хис. Красивый, худой, с длинными черными волосами, рассыпающимися по голым плечам. Голым? Да. Вон валяется на полу его футболка, рядом с рубашкой Томоаки. Шатен отстранился, помотав головой, и оглянул распростертое на кровати тело. Обнаженный. Значит, штаны с басиста улетели раньше, чем футболка. От одного только осознания, что Хироши сейчас с ним, лежит и не сопротивляется, сносило крышу.
- Иди сюда,- чуть привстав, Хис поманил шатена к себе, при этом лукаво улыбаясь. С каждой секундой он чувствовал, что этот человек – действительно для него, ждал его всё это время. И вот они, кажется, нашлись. Неужели, в самом деле? Басист погладил себя по бедру, а потом и вовсе притянул Ишидзуку за шею, тут же целуя. Не терпелось узнать его всего целиком и полностью.
Томоаки ответил на поцелуй, при обнимая Мориэ за талию и аккуратно снял его руки со своей шеи, перенося на бедра. Мол, ты уже обнаженный лежишь, а на мне еще штаны. Исправляй.
Пата не верил, что все настолько легко закончится. Он столько промучился без Тая, мужественно терпя одиночество, столько перетерпел, видя Тоши и Йоши, чувствуя на себе взгляды согруппников...и тут такое. Хис согласился. Ишидзука был безумно благодарен Хидэ за его происки. Лид-гитарист умеет искать. И нашел того, кто может разделить с ритмером его жизнь. Если повезет, и Хис будет с ним, то к шатену вновь вернется смысл жизни.
Тонкие ладони басиста тут же заскользили по замку, быстро расправляясь с ним и стягивая с гитариста столь сейчас ненужную одежду вместе с бельём. Одна ладонь тут же шаловливо пробежалась по бедру Томоаки, а затем и по члену, чуть сжав его. Хироши ни за что сейчас не хотел отпускать губы любовника, его самого ни на секунду. Он был таким тёплым, нежным и нужным. Кажется действительно придётся от всей души поблагодарить Мацумото за этот подарок. Собственно, Хис был и не против оказаться обязанным именно розоволосому.
- Ты меня с ума сведешь, Мориэ...- выдохнул Пата в губы любовника, чуть дергая бедрами и прижимаясь к басисту как можно плотнее. Ритмер уже и забыл, каково это: ласкать кого-то и позволять быть нежным с собой. Ладонь с талии Хироши соскользнула на ягодицы, раздвигая их и надавливая пальцем на узкое колечко мышц. Томоаки улыбнулся и прижал согруппника к себе, щуря темные глаза и чуть насмешливо выдохнул в его губы:
- Ручки свои шаловливые убери...
От проникновения в собственное тело, Хироши шумно вздохнул и подался на Томоаки, выдыхая. Было немного непривычно: Мориэ и сам долгое время был без партнёра. Так что сейчас… Он вполне понимал ощущения ритмера.
- А это тебе, чтобы ты не расслаблялся,- ладонь никуда не делась. Наоборот, ещё сделала пару движений, подстёгивая шатена.
- С тобой расслабишься... - усмехнулся Пата, добавляя еще один палец и довольно ухмыльнулся, видя реакцию Хироши. Все-таки Хидэ знал, кого брать в группу. Просто невероятно.
- Так и должно быть,- вздохнув, Хироши поцеловал Томоаки, при обнимая его за шею, чтобы просто элементарно удержаться на подкашивающихся ногах. Сумасшедшее ощущение.
Ишидзука тихо выдохнул в губы басиста, целуя его. Потом вытащил пальцы и раздвинул худые ноги, плавно входя. Тут нельзя торопиться. Рано еще.
Басист зажмурился, тихо шипя и отстраняясь от губ. Вот, что значит непривычно. Но Томоаки же будет осторожен, поэтому брюнет вскоре расслабился, лишь крепче прижимая любовника к себе.
- Тише, мой хороший... - прошептал ритмер, прижимая к себе тело Хироши. Басист явно был дистрофиком, тут и говорить нечего. Кажется, если не рассчитать силу и сжать в объятиях чуть сильнее, то Мориэ тут же сломается, рассыплется.
Первые движения были мягкими и плавными.
Так и есть: Хис был самым натуральным дистрофиком, тут уж никуда не деться. Но, с другой-то стороны, в этом были и свои плюсы.
- Не бойся, мне не больно,- шепнув, Хироши вновь прильнул к губам Ишидзуки, чуть больше расслабляясь и почти забываясь.
Пата кивнул и начал наращивать темп движений, практически вжимая музыканта в кровать. Это было...странно. Тай всегда ныл и боялся боли. А тут такое...
И вот ещё одно доказательство того, что внешность порой страшно обманчива. Хироши стонал, скрестив ноги на спине любовника, и не отстранялся от так полюбившихся ему губ. Кажется, Томоаки был действительно тем человеком, кто был ему так сильно нужен.
- Хороший мой...
Пата двигался быстро, набирая темп, практически вдалбливая любовника в кровать. И целовал. Отчаянно целовал припухшие губы. Просто потому что казалось, что Хироши был всего лишь каким-то наваждением.
Но Мориэ был живым и настоящим. И, кажется, его, Томоаки. Басист тяжело дышал и протяжно стонал в губы своего мучителя, путал пальцы в чуть курчавых волосах и гладил спину Ишидзуки. Не было ни сил, ни желания, чтобы что-то сказать. Был только Томоаки, их страсть и страшная нехватка воздуха.
Пата хрипло застонал в губы брюнета и прижал его к себе, отчаянно целуя. Никакого мира вокруг. Только кровать, он и Хироши рядом. Большего ему не требуется.
В какой-то момент толчки стали быстрее, глубже, объятия сильнее. Ритмер был на пределе.
«Кажется, я влюбился по уши»- пронеслось в черноволосой голове на очередном резком толчке. Хироши зажмурился, протяжно выстанывая имя любовника в его губы, и излился, устало перевёл ладонь на щёку Ишидзуки, поглаживая. Это было.. Как будто бы даже знакомо.
Томоаки задрожал следом, на мгновение зажмурившись. А потом застонал и прижался к басисту, кончая в разгоряченное тело. Темные волосы липли ко лбу.
- Томоаки..- устало выдохнул басист, протирая ладонью глаза. Сколько нежности было в движениях ритмера, мягкости и.. Словно бы уже любви. Хироши таял от этого.
- Понравилось?...- тихонько спросил Ишидзука, выходя из любовника и укладываясь рядом.
Еще раз глухо простонав, Хироши повернулся и обнял Ишидзуку, устраиваясь у него на груди,- а, может, действительно бросить все и сдаться тебе окончательно и бесповоротно?
- Сдайся, - с легкой улыбкой произнес Томоаки, ласково целуя черную макушку, - Не пожалеешь.
- Уже не жалею, что поддался на авантюру Хидэ. Только..- брюнет поднял голову, устремляя взгляд на любовника.- Мне совсем непонятны вечные перебежки партнеров на сторону и все такое. Мне нужен любимый на всю жизнь. Ты готов к этому?
Томоаки лишь улыбнулся в ответ и поцеловал басиста в лоб.
***
Утром Ишидзука в кой-то веки проснулся не один. Рядышком, под боком, посапывал прижимающийся к нему Хироши. Ритмер улыбнулся, ласково коснулся губами губ нового любовника и смысла жизни по совместительству и уполз с кровати, тут же одеваясь. Мориэ лишь повозился и тут же обнял подушку. Решив, что это достойная замена его теплу, Томоаки усвистел вниз и уже через несколько минут вышел из дома, направляясь к ближайшему супермаркету. Там ритмер закупался всем: едой, подарками...и цветами. Да, внутри этого супермаркета был цветочный ларек. В результате пробега по полкам с конфетами и заскока в тот самый цветочный магазин у гитариста стало меньше денег, зато появилась коробка конфет и букет роз. Темно-красные, аккуратные, с прижатыми лепестками. Почему-то очень напоминали ему их басиста.
Вернувшись домой, шатен заскочил в спальню, положил на кровать букет и конфеты и утопал вниз - завтрак готовить.
Хироши проснулся через некоторое время, когда учуял запах цветов. Поднявшись, басист сел на кровати, потянулся, зевая, и отметил, что Томоаки рядом нет. Брюнет уже хотел было начать не знать, что думать и делать, как вдруг его взгляд упал на цветы и коробку конфет. Мориэ тут же покраснел как школьница, с головой уползая под одеяло, где и рассмеялся, искренне, звонко. Такого с ним еще не было. И Ишидзука нравился ему с каждой секундой все больше и больше.
Дальнейшее время басист провел в поисках вазы для цветов, которые были устроены на столике у кровати, а потом в ванной, приводя себя в порядок. Когда же все было готово, Хироши тихонечко спустился в кухню, положил на стол конфеты - у Томоаки был отличный чай - и так же на цыпочках подкрался к ритмеру, целуя его за ухом и обнимая за шею.
- Доброе утро.
Пата вздрогнул и обернулся, обнимая басиста за талию и ласково целуя в губы.
- Ты цветы поставил, чудо?
И тут же выпутался, складывая на тарелку тосты с сыром. Потом снял со сковородки яичницу и рассовал по двум тарелкам, ставя на стол. Затем налил чай и лишь после этого обнял любовника за талию, притягивая к себе.
- Как спалось? - Томоаки убрал за ухо курчавую прядь.
Хироши с улыбкой наблюдал за этим. Очень милое зрелище. К тому же, Пата был таким домашним и хозяйственным, что басист просто удивлялся. На сколько же он был иным в жизни!
- Цветы в вазе, я выспался, ты со мной,- подытожив, брюнет обнял любовника за шею, улыбаясь.- Я как в сказке рядом с тобой.
- Лопай давай, дистрофик! - шикнул на Мориэ Томоаки, отправляя того за стол и попутно позволил себе наглость: шлепнул басиста по заднице, и сел рядышком, делая абсолютно невинное выражение морды лица, - Нам еще в студию лететь.
- Спорю, что сегодня Тошики опоздает,- усевшись, басист буквально взвыл.- Томоаки! Мне столько не съесть, предупреждаю сразу.
- Съешь. Или я тебя съем, - рявкнул Ишидзука, принимаясь за еду. На душе в кой-то веки было спокойно.
Потом все случится так, как сказал Хис: Йошики и Тоши опоздают на репетицию, Хидэ поздравит новую парочку с нахождением друг друга, опять будут объятия и радость, и ворчания их любимого Тайшо. А Пате будет фиолетово на все это - рядом с ним будет его Мориэ.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:25 | Сообщение # 18
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Холодный декабрь.

- Начальство - зверь страшный.
- Особенно, когда все думают, что начальство ты, а на самом деле это басист или лид-гитарист.
- Вчера Хисаши с Сугихарой друг другу едва ноги не по выдергивали.
- А все из-за того, что нам всучили одну гримерку.
Веселенькое дело, когда два вокалиста двух разных групп сидели на одном столе и наблюдали за скандалом. Причем, сидели так, что даже согруппники их различали только по макияжу.
- Вот у вас же всему голова Хисаши?- продолжил Кавамура, приподнимаясь и укладываясь на живот.- А ведь не скажешь. Больно он добрый, мягкий..
- Мягкотелый,- хмыкнул Сакурай, потрепав новоиспечённого друга по волосам. Хиса у него домашний был, почти ручной.
- Ну и так,- согласился Рюичи, сдувая взъерошенные волосы со лба.- Добрый. «Май-Май», как вы его зовёте, в общем.
- Просто Джей-рокеры - одна большая дружная семья.
- Кампай,- хмыкнул Рюичи, вспомнив, что вино у них отобрали с полчаса назад, и тут же вновь заныл.- Атчан, но это все равно несправедливо.
- Глядя на Хаяши, решил проявить мужской характер и поставить всех на место?
Совсем недавно Грозная Рыжая Няша устроила своему квартету полный разнос по поводу альбома, Америки… Певцы даже пожалели, что в тот день были в студии Иксов: там едва стёкла от ужаса не потрескались! Как же хорошо, что Йошики таким бывал редко… А Кавамура покраснел. Под крылом Джея было спокойно.. Да и вообще Рюичи был человеком не конфликтным, почти пацифистом.. А как при его материнстве, в отцы Хаяши вообще Сакурая записали - вообще выучил «Боже Царя Храни». Без акцента.
- Ну, попробовать-то можно, пока наши гитаристы друг другу головы не по отрывали.
- Да ничего у тебя не выйдет,- усмехнулся Сакурай.
- Что?- возмутился Кавамура, дергая собеседника за волосы.- Что ты там прошелестел?- от действий Рюичи, Атсуши едва ли спину не сломал, укладываясь на стол.- А не боишься, что я с тебя начну, длинноязыкий?
- Нет,- усмехнулся Сакурай, цепляясь за волосы и пытаясь отбиться от Рюичи.
- Это еще почему?- продолжил возмущаться вокалист Луна Си, прижимая Сакурая за волосы к столу, нависая над ним и шипя в лицо.- Много же Имай тебе болтать позволяет..
- Кавамура, да у тебя глаза добрые.
- Сволочь!
Едва не оставшись без шикарнейших волос, Сакурай таки выжил: Кавамура скинул его со стола со свистом. Не будь дураком, Атсуши и помчался прочь от этих самых "добрых" глаз. Правда, не успел он и пары шагов сделать, в дверном проеме вырос Ясухиро, в которого певец благополучно и вписался: и так, и эдак, а Сугихара смеется, Атсуши даже злиться начал, а разойтись им.. Ну никак!
- Хисаши, я смотрю, тут у нас катастрофа на глазах происходит,- хмыкнул со стола Кавамура, поглядывая на смеющегося гитариста в кресле.- Измена прямо на глазах любовников, ай-яй…
- Ой, Атчан, ты что ли?- тут же наигранно удивился Сугихара, останавливая певца, удерживая того за плечи.- А, не будете оба в черном ходить.
- Да пусти ж ты,- увы, Сакурай сам рассмеялся, обнимая гитариста за плечи и едва стоя на ногах от сей неудобной ситуации.
- Прямо не знаю, что делать с ним,- хмыкнул с кресла Хисаши, подбирая ноги под себя.
- Простить и отпустить, конечно.
И Атсуши был прав: обе группы с неделю не вылезали с совместных репетиций. На которых, кстати говоря, и подружились Сакурай и Кавамура. И... Это оказалась искренняя дружба. Когда оба знали, что ни один не перейдет черту и поддержит. К тому же, вдвоем было проще направлять свободолюбивого Йошики. Хотя Кавамура в шутку ревновал друзей друг к другу.
Со знакомства, с сентября, прошло два месяца. И теперь образовалась своеобразная секта на троих: Хаяши, а где-то рядом Ангел - Кавамура и Дьявол - Сакурай. И это многое облегчило. Хаяши стал спокойнее, Рюичи раскрепощеннее, а Сакурай общительнее. Дружба пошла им на пользу. Особенно, если не учитывать, что Атсуши нравился Йошики с каждым днем все больше и больше. Но не то, что вы подумали. Просто эти двое познакомились неудачно. Даже слишком. Но, кажется, певец быстро сумел реабилитироваться в глазах драммера.
- И хотя я уже устал от ваших лиц, предлагаю вечер провести за отдыхом.
Главное, что рядом были лид-гитаристы трех групп. И они-то следили за этой троицей.
Но уже через неделю всё изменилось.
Имай сам не понимал, зачем Атсуши спросил разрешения приехать к нему. Ведь они были вместе, дом Хисы был общим для гитариста и вокалиста Buck-Tick’ов. Но что-то больно убитый голос был у Сакурая, когда тот спрашивал, не спит ли его рыжик и можно ли ему заявиться. Разумеется, Хисаши позвал его к себе. И сейчас гитарист сидел на диване в гостиной с чашкой кофе в руках и дожидался своего благоверного, гадая, что за вести принесет ему Дьявол. Горячая чашка приятно грела руки - на дворе стояла зима, а квартира в многоэтажке отапливалась через пень-колоду, и великий Лидер банально мерз, все чаще и чаще кутаясь во множество одеялок.
Атсуши не ночевал у Хисы пару дней - вернулась его подруга, их теперь уже бывшая стилистка Саюри. Сами понимаете, нужно было встретить, провести с ней время, до этого дом подготовить.. Что значит «зачем»? Разве мы не сказали, что как-то однажды наш певец изменил с ней Имаю? И там такая история, что Атсуши нужно было побыть с ней первые дни после её возвращения. Словом, вести себя легко, непринужденно и сваливать усталость на работу. Уходя, Атсуши не сообщил Имаю настоящую причину, почему захотел побыть один… А вот сейчас он возвращался обратно и не знал, как смотреть любимому в глаза.
Правда, Хисаши пришлось прождать не меньше двух часов: прежде певец посетил бар, где хорошенько выпил... Потому как на трезвую голову разговор бы не удался. Дрожь в его руках прошла лишь на пороге квартиры, страх ушел... Пришло какое-то животное осознание чертовой… Не естественной, какой-то животной реакции на все происходящее. Собравшись с мыслями, Сакурай постучал в дверь.
Имай подорвался с дивана и пулей бросился к двери, открыл...И наткнулся на абсолютно пьяный взгляд любовника. Руки дрогнули - кофе в чашке с тихим плеском метнулся от одной стенке к другой.
- Атсуши, ты... Ты в порядке?
Имай еле нашел силы спросить это у своего вокалиста. Карие глаза смотрели с волнением - а вдруг у певца что-то не так? Он вечно знал, как влезть в историю по самое «не балуйся».
- Скучал по мне, Киса?- хмыкнув, Атсуши наклонился к гитаристу, дерзко укусил его за губу и принялся раздеваться. Алкоголь, кажется, прибавил настроения.. На зло Хисаши.
- Ты пьян, Сакурай. Пойдем, поспишь... - Имай повернулся и пошел по коридору, легким движением руки призывая брюнета следовать за ним. На душе было слишком уж неспокойно. Руки судорожно стиснули чашку.
- Мне сегодня не до сна, моя радость,- Сакурай протянул руку и остановил гитариста за плечо.- Не буду спать. И тебе не позволю. Так что.. Пойдём, посиди со мной,- кивнув на гостиную, брюнет прошёл туда и сразу же подошёл к окну, задумываясь.
- Как скажешь...- Хисаши пожал плечами и протопал в гостиную, устраиваясь на диване. Карие глаза пытливо рассматривали вокалиста. Что-то было не так, и Хиса не мог понять, что именно.
Атсуши долго молчал, подбирая слова. Затем опёрся ладонями о подоконник, вздохнул и заговорил:
- Вчера вернулась Саюри. А сегодня... Мы расписались. С утра.
Пока брюнет это говорил, его ладони дрогнули, от чего кольцо на левой руке озарилось лунным светом. Дзынь!... По полу разлетелись осколки чашки. А вместе с ним и вся надежда Имая на лучшее. В глазах соло-гитариста отразился сначала шок, потом блеснуло недоверие.. А потом по щеке скатилась одинокая слеза. Хиса тут же стер ее еще теплой от чашки ладонью и тихо прошептал, опуская глаза:
- Ясно... Я не буду тебя удерживать.
Атсуши не обернулся, смотря вниз, на мирно идущих людей. И он даже им завидовал: им не было дела до него, до его проблем... У всех были свои дела.
- Свалилась, как снег на голову.
Хисаши не ответил. Лишь подтянул колени к груди и сдавленно всхлипнул, утыкаясь носом в ноги. В голове не укладывалось данное происшествие.
- Только не нужно вести себя, как девчонка. И так тошно.
Атсуши, по ходу, не волновало ничего. Ни то, что он сейчас, по сути, разбил Хисаши сердце, ни то, что теперь ему придётся жить с нелюбимой женщиной... Он вообще словно был не здесь.
- Я не веду. Это так....минутная слабость.
Тихо сдавленно. Имаю внезапно стало так холодно... Будто он один во всем мире, и нет больше источника тепла, способного его согреть. Карие глаза с ужасом смотрели на брюнета.
- Минутная слабость? Хах, брось.
Брюнет повернулся к окну спиной. Лицо его озаряла ужасающая ухмылка.
- Что это с тобой? Да на тебе лица нет.
- Мне холодно.
Как всегда. Сослать все на природу и погоду. В духе Хисаши. Закрыться ото всех, не показывать эмоций... Или пути назад не будет.
- Все в порядке, сейчас согреюсь... - гитарист потянулся за пледом и укутался в него, стараясь не поднимать глаз на Атсуши. Банально боясь смотреть на чудо, переставшее быть его.
- Тебя никогда и ничто не согревало лучше, чем моё тело,- усмехнувшись и сняв свитер, Атсуши подошёл к Хисаши и присел рядом, обнимая его и как-то.. Довольно от этого урча. Ну, ещё бы: на улице было холодно, пару кварталов от бара Сакурай шёл пешком. А здесь тёплое тело.. Тёплое тело.
- Атсу, не надо...- гитарист попытался вывернуться из объятий певца, болезненно жмурясь. Все-таки неприятно, когда тебя обнимает переставший быть близким человек. Тем более, если это Дьявол во плоти.
- Лучше помолчи,- Атсуши же жался как мог, обманывая себя теплом любимого человека, согреваясь и нежась.. Улыбаясь и ласкаясь.
- Атсуши, отодвинься, пожалуйста. Я не имею на тебя прав, и не хочу отбивать тебя у... Жены.
Ой, каким трудом далась бедному Имаю эта фраза. И каким трудом было сделано стряхивающее движение плечами.
В ту же секунду холодные пальцы певца вцепились в подбородок Хисаши, заставляя опустить голову и посмотреть на брюнета:
- И это всё? Ты даже не разозлишься, не обидишься? Не будешь кричать о том, какая я скотина, раз бросил тебя и предпочёл тебе женщину? Будешь молчать?
- Я не обижусь...ты человек, и человек взрослый, а потому имеешь полное право жить с тем, кого предпочтешь. Но также ты будешь ответственным за последствия своего выбора, какими бы они не были...
Тихий, сдавленный шепот. Имай врал, врал нагло и беспощадно, разрывая все предположения брюнета и собственные нервы за компанию. Но пока губы уверенно шептали определение личности, которое Хиса помнил еще с восьмого класса, глаза предавали его, выдавая боль и безграничную покорность судьбе.
- Слабак,- презрительно выдал певец, брезгливо морщась.- Ты хоть раз можешь сказать, что думаешь? Боишься что ли?
Атсуши понимал, что ему нужно было спокойно поговорить с Хисой и уйти.. Но мозг упорно давал другие команды. Именно поэтому певец медленно раздражался.
- Мне жаль тебя терять, но отговаривать тебя я не стану чисто по личным причинам. А поскольку теперь моя личная жизнь от тебя не зависит, я имею полное право умолчать о них. - как по учебнику вытарабанил Хисаши, дернув подбородком и вообще всячески пытаясь отстраниться от Сакурая. Прекрасно осознавая, что брюнет пьян, Имай не старался быть с ним более мягким. Просто был спокойным, как и положено в образе Лидера Buck-Tick.
- А то я не знаю, что с тобой будет, когда я уйду,- Сакурай рассмеялся, погладив щёку Хисаши.
Наивность гитариста смешила. Отпустив его, Атсуши поднялся и медленно начал раздеваться.
- Какая жалость. А я так надеялся, что ты устроишь мне скандал.. Ай-яй-яй..
- Ты что, совсем идиот?! - Имай аж подскочил с дивана, в изумлении уставившись на вокалиста, - ты что делать собрался?
Мало того, что Сакурай порезаться может, - вокруг осколки - так еще и раздевается непонятно зачем!
- Спать,- Сакурая аж передернуло от вопроса.- Хотя..
Ухмыльнувшись, Атсуши подошел к Хисаши и притянул к себе за талию, усмехаясь и смотря в глаза.
- А что ты так всполошился?
- Да потому что черт знает, что у тебя на уме. - Имай уперся руками в грудь брюнета, с силой надавливая, - уйди, я не собираюсь даже засыпать в одной комнате с тобой.
Гитарист просто не представлял, как вести себя в сложившейся ситуации. Ведь он любил Атсуши...а тот предпочел ему другую.
Атсуши тут же перевел одну ладонь на голову Хисаши, насильно приближая к себе, и коснулся губ гитариста. Даже не предлагая, а сразу же буквально нападая жестким, властным поцелуем.
Имай широко раскрыл глаза, с силой отталкиваясь руками от груди брюнета. Карие глаза смотрели немного ошарашенно...и с дикой болью. Будто Хиса сам не хотел отталкивать от себя брюнета. Но обстоятельства повернули все так, что придется отказаться. Оторвавшись, наконец, от губ своего вокалиста, рыжеволосый тут же отскочил назад.
- Извини, я не хочу тебя. Не стоит.
- А я тебя и не спрашиваю,- словно озверевший голос..
И Дьявол потерял рассудок. Именно что взревев, Атсуши набросился на Хисаши и повалил его на диван, на ходу просто разрывая одежду любовника, сдирая свою.. С неизвестно откуда взявшимися силами.
А Хисаши остолбенел. Просто в шоке был от такого напора. Потому что это был не его Атчан: тихий, домашний...любимый. Это был дикий зверь, существо, которое могло просто растерзать гитариста на части.
Очухался рыжик лишь когда Сакурай стянул с него штаны. Имай кожей почувствовал холод комнаты и нервно поежился, сводя ноги вместе, сдавленно вздыхая и тихо прошептал, глядя в глаза любовнику:
- Атсуши, хватит, перестань...
- Лучше молчи. Хотя.. Можешь кричать. Я не против.
А потом было.. Знаете, совершенно нереальное для них обоих, поскольку раньше о подобном и речи не заходило: раздевшись до конца, Сакурай не стал тратить время на поиски смазки. Просто плюнул на ладонь, распределил слюну по собственной плоти.. И вошел в Хисаши. Просто, быстро, жестко и одним рывком, вслушиваясь в болезненный крик партнера и просто задыхаясь от его узости. Атсуши никогда прежде не спрашивал, но он был уверен, что Хисаши подобного опыта еще не имел. Именно поэтому руки Имая тут же были связаны валяющимся неподалёку ремнем от брюк.
И жестокая игра началась.
Имаю казалось, будто его внутренности обжигают раскалённой палкой - настолько сильна была боль. И гитарист кричал, изогнувшись под телом брюнета, дернув связанными руками...а когда начались толчки Хисаши неожиданно замолчал и прикусил губу, расслабляя напряженные мышцы. Просто в какой-то момент вечно спокойный Хиса понял, что своим криком он сделает только хуже. Да еще и голос сорвет. А это было как минимум не выгодно. А потому рыжеволосый лишь сдавленно всхлипывал от боли, искренне надеясь, что кровь станет хоть какой-то смазкой. А красная жидкость была. И ее было много - Имаюшка был девственником.
Совершенно очевидно, что будущая фраза Дьявола "Я питаюсь девственниками" родилась под влиянием этой по истине сумасшедшей ночи. Атсуши не было жаль любовника. Он просто пытался сбежать от мерзкой боли в душе.. Хотя это и было глупо. Но что-то повелевало ему делать так, а не иначе.
Хиса прекрасно осознавал состояние Атчана. А потому прощал. Прощал все: предательство, насилие, попытку отыграться за его счет...просто отпуская грехи. Имай поднял связанные руки, обвил ими шею брюнета и судорожно всхлипнул на ухо, сдерживая боль. Как физическую, так и моральную. Но Сакураю было плохо, а значит...пускай отыгрывается, не суть важно.
И этот всхлип заставил Атсуши вспомнить их первый раз 6 лет назад. Тогда ребята подарили его связанного Хисаши на день рождения. Именинник был пьян, Атсуши напуган.. Но все-таки Имай уговорил его на близость. Конечно, это им дорогого стоило, но они оба не жалели. Тогда Хисаши был осторожен и нежен. А он? Что он творил?
Не останавливаясь, Сакурай освободил руки гитариста, приподнимая его бедра и меняя угол вхождения. Нет, их последнюю ночь вместе Хисаши не должен был запомнить как сущий кошмар, не так..
Имай сдавленно застонал и тихо выдохнул на ухо брюнету, прикрывая глаза:
- Подожди...дай...привыкну...ты меня...порвал...
Физически и морально. По внутренней стороне бедра стекала красная кровь. Хиса нервно сглотнул и обхватил певца ногами за талию, плотно прижимаясь и прикусывая губу, надеясь привыкнуть и так. Но боль не отступала, и Хисаши лишь тихо просил замереть на время.
- Прости, родной, прости..- тихо, неуверенно. Атсуши замер на время. Просто, чтобы потом не мучиться совестью? Может быть. А, может, на пару секунд вернулось осознание реальности, кто знает..
- Попытайся расслабиться.
Гитарист кивнул, прижимаясь в брюнету всем телом. Прошло около трех минут, прежде чем плотно сжатое кольцо мышц расслабилось, а тихий, пришибленный голос спросил кроткое "За что?".
- Я не хочу жить без тебя.
Певец вновь задвигался. На этот раз мягче, не то, чтобы бережнее, но все-таки осторожнее, планируя все-таки удовольствие получить не в одиночестве. А чтобы Хисаши не успел еще задать вопрос, Атсуши наклонился к нему, целуя в губы. И, тем самым, пытаясь извиниться. Все-таки постараться сделать любовнику приятное. Всеми способами.
И Имай простил. Он всегда прощал. Гитарист ответил на поцелуй и прижался к Сакураю всем телом, доверяя себя. В первый раз он был в пассиве с этим Дьяволом. В первый и в последний раз.
Двигаясь, касаясь где можно и где нельзя, на всю оставшуюся жизнь запоминая его. Каким он был тогда.. Пока еще любил. Ведь уже завтра они будут согруппниками. Постепенно вернется дружба.. Но не больше. А взгляды, полные боли, никуда ведь не денутся.
Сколько же было томных стонов, хрипов, вздохов, пока рыжеволосая голова металась по подложенной подушке, пока стройные ноги обвивали талию, пока языки переплетались в диком танце...наверно, не найдется человека, способного сосчитать это. И боль уходила, заменяясь наслаждением. От близости любимого.
Атсуши даже успел забыться. Забыть обо всем, что еще несколько минут назад терзало душу. Был только Хисаши, к которому Сакурай был и будет привязан всю жизнь, хотя он и будет это отрицать. И ничто как будто не имело значения.
- Я люблю тебя, Май-ИМай..- с легкой улыбкой, целуя веки гитариста и замирая от внезапно накатившего оргазма.
- Атсуши...
Гитарист выгнулся дугой, коротко вскрикнув и замер, мелко дрожа от накатившего оргазма. Карие глаза, укутанные дымкой, широко раскрылись, а по краешку прикушенной губы потекла кровь. Точно такая же, какая подсыхала на бедре рыжика.
Помолчав и приходя в себя, Атсуши вновь ухмыльнулся и шепнул на ухо Имая:
- А знаешь, что самое забавное? Эта потаскуха смоталась от меня на полгода, чтобы только сейчас объявить о своей беременности. И сделать что-то с этим сейчас уже поздно.
Брюнет сел на диване и откинулся на спинку, смотря на картину на стене. В какой-то степени певец был рад появлению нового существа. Тем более сейчас, когда он только-только оправился от потери горячо любимой матери в прошлом году.. Но, если взвесить все.. Знал бы: предохранялся бы по лучше. А еще лучше, умерял бы собственный пыл после концертов.
- Стерва...- протянул гитарист, пытаясь приподняться. И тут же охнул - пятая точка заболела. Причем сильно так. Поэтому Хисаши остался лежать в том же положении, закрывая глаза и нашаривая рукой одеяло.
Сочувственно погладив гитариста по животу, Атсуши кивнул и нашарил свои штаны.
- Так что спи. Тебе еще спасать меня от домогательств Ягами.
- Не буду я тебя спасать...скажи остальным, что завтра репетиции не будет: с кровати я не встану...- жалобно застонал бедняга гитарист.
- Поспи,- натянув штаны, Атсуши коснулся губами лба Хисаши.- Уже очень поздно. Я оставлю ключи на столе.
- Не останешься?..- жалобно, почти умоляюще.
- А ты хочешь?- брюнет искренне удивился.
- На одну ночь, - гитарист кое-как приподнялся, морщась от боли, - я банально замерзну.
- Ну, сколько я тебе говорил, что жить нужно в нормальном доме?- вздохнув, Атсуши с радостью прилег рядом с Хисаши и приобнял его, мысленно благодаря за прощение.- Я не уйду. Буду рядом до утра. Так что засыпай.
- Спасибо...- тихо, с улыбкой. Как и должно быть.
Кто бы мог подумать, что их расставание будет таким?..
***
А наутро Хисаши проснулся один. На столике у дивана его дожидался завтрак. Атсуши не оставил записки. Просто сбежал, они оба не любили прощаться. Просто ушел в новую, уже ненавистную ему жизнь.
- Как ты не понимаешь, что с его стороны это просто неблагодарно?- бушевал спустя пару часов на всю квартиру пришедший поинтересоваться, с чего отменили репетицию Хидэхико.- Ты его вытащил из дурной компании. Снял с наркоты и до сих пор не выбросил на панель. Научил петь и правильно улыбаться. А он что?
И в какой-то мере это было правдой. Быстро же слухи расходятся...
Через 16 дней, уже в январе 1992 года, Саюри подарила мужу первенца. А еще через 2 месяца они развелись. Пресса пестрила заголовками об изменах певца, всяких интрижках, сплетнях.. Словом, Атсуши триста раз проклял сам себя за все произошедшее. А уйдя из его жизни, Саюри забрала с собой и крошечного сына, которого Атсуши в последствии видел лишь изредка.
Но история отношений Хисаши и Атсуши не заканчивается на страхе бросить на другого не такой взгляд, она лишь начинается. И они вновь начнут жить вместе в новом, 93-ем. После короткого головокружительного и явно ошибочного романа Сакурая с коллегой по цеху, терпение Имая лопнет. А.. Изменившийся не в лучшую сторону Атсуши согласится на эту игру во второй раз.
Но это потом. А пока вернемся к нашему месту событий.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:26 | Сообщение # 19
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
1992. Апрель.

Внеочередной отель - внеочередной скандал. Да что им не живётся-то?
- Ты меня слушаешь?!
Грохот двери, ведущей на лестницу. Из номеров высунулись любопытные головы Сугихары и Хиса.
- Хаяши, я как не к тебе обращаюсь! Я с тобой не закончил!
- Зато я закончил!
- Вот тебе раз,- шепнул сам себе Ясухиро, наблюдая за ссорящимися возлюбленными. Точнее, Тоши кричал, причем тихо, а Йошики как молча шел в их номер, так и зашёл в него с невозмутимой накрашенной мордашкой.
- Вот тебе два,- заключил Рюичи, всовывая гитаристу в руки деньги.- Бери Хидэ, и дуйте до утра в бар: Йошики с ними обоими попросту не справиться.
" Ссорьтесь, ссорьтесь",- хмыкнул про себя Ясухиро, офигевшим взглядом провожая Кавамуру и дожидаясь Мацумото.- "Мне же лучше, раз из-за этого появляется лишний повод.. Слинять отсюда".
- Джей! К ужину не жди, мы надолго!- тут же оповестил начальство через весь коридор Ясухиро.
- Захвати из бара что-нибудь ценное, чтобы дважды не ходить!
«Вот всегда бы он был таким сговорчивым».
- Хидэ-сааааан!
Тем временем, пока Сугихара дожидался друга, в номере Тоши и Йошики:
- Что это Тоши как фурия в брюках? Ты опять кому-то строил глазки?- лениво потянувшись, Рюичи прошагал до супружеского ложа «лиц» Иксов и завалился на него.
- Вот еще мне нужен этот педофил, неспособный отличить взрослого мужчину от юной девушки,- нервно хмыкнул драммер, передергивая плечами.
- Я тебе больше скажу, Рюи,- начал Тоши, на минутку зашедший в спальню и тут же пригрозивший благоверному полотенцем.- Видел бы ты, за каким занятием я их застал! И это у него "рабочие" дела!
Неприкрытой ярости певца не было конца, даже когда он удалился из комнаты. Кавамура даже погрыз губы:
- Дэяма. В гневе. Я бы сказал в ярости. Дожили,- почесав затылок, Рюичи отметил, что правильно он попросил Сугихару увести Хидэ и оградить Йошики от лишнего скандала.- Это что же ты натворил, что само спокойствие - Дэяма-сан - не выдержал твоего вечно беременного характера? Говори, не то я заслужу похвалу Маленького гитариста и сам сдам тебя.
- Ах ты, предатель!- возмутился Йошики, закалывая непослушные пряди заколкой.- За дешево продашься?
- Дешево, Йо-чан? 5000 йен,- нагло пожал плечами брюнет.- Ну и плюс та мелочь, которую Сугихара найдет в своих штанах.
Йошики мягко усмехнулся: с отношений вокалиста и лид-гитариста Луна Си можно было целый лирический и не очень альбом накатать.
- Так что же ты все-таки сделал, что Сам Золотой Голос Японии не выдержал и сто раз подряд отчитал тебя на весь отель?
- Ты лучше скажи, Серебряный Голос Японии, как у тебя дела с Сакураем?- уклончиво полюбопытствовал драммер.
- У меня. С Сакураем. Дела,- Кавамура даже кивнул, мысленно упрекая себя за двусмысленно полученный вопрос.
- Поскольку он старше, мы всё-таки сошлись на мнении, что изнасиловал он меня,- пока глаза лидера Иксов постепенно расширялись, Кавамура все продолжал.- Только как у двух брюнетов родилось дитя рыжее?
- Либо претензии к Имаю, либо к Сугихаре,- рыжик недоумённо подумал и понял, что всё-таки к Имаю. Почему? Наверное, просто с ним договориться проще.
- Кавамура, пока ты по всем документам моей тёщей не стал, можно вопрос?- раздалось откуда-то… Ну явно со стороны душевой.
- Да, Дэяма-сан?- удивился певец, свешиваясь с кровати и показывая рыжему драммеру язык.- Если вы наконец-то решитесь попросить руки моей красотищи, то вам лучше дождаться вечера и поговорить об этом с творцом сия невыразимого безобразия!
В ванной все тут же притихли, а Йошики, издав полу-стон, полу-свист, рассмеялся таким заявочкам. Вот умел Рюичи грамотно и обезоруживающе подать информацию. Йошики засмеялся, а Рюичи нахмурился.
- Атчан хотел с тобой поговорить. Так что лучше не зли Тоши и извинись.
А Йошики? А Йошики тяжело вздохнул и согласно кивнул: у них, наконец-то, всё налаживалось. Нужно было исправлять гнетущее положение. Именно на следующий день это и было запланировано.
Денек стоял отличный: теплый, солнечный, радостный.. Не смотря на середину апреля. Утром, вскочив по раньше, Йошики вытащил дорогого и абсолютно не выспавшегося, а потому не в меру урчащего, Кавамуру помотаться по магазинам, по городу, по кафе... И просто потрещать: Хаяши получил авторский экземпляр только вышедшего фотобука Nude. Поэтому бедному брюнету пришлось с два часа выслушивать радость... Пока рыжик не вспомнил про планы забежать в студию.
Кто же знал, что там его уже ждали?
Причем как ждали...
К примеру, стоило ему заползти в офис, как на голову ему упало ведро с водой, а по ошалевшей головушке заехала тяжелая ручонка соло-гитарист. Подняв обиженные и разозленные глаза, Хаяши набрал в грудь воздуху, чтобы наорать на подчиненных...и наткнулся на мрачный взгляд Хидэто.
Последующие минут пятнадцать Хаяши несся со скоростью мыши, которой в задницу запхали огромное количество скипидара, а следом не менее быстро летел Матсумото со шваброй и орал "Снимай штаны, насиловать черенком буду!" Ну, вот кто тут остановится?
- Да, блядь, что случилось-то?!
Хаяши заебался бегать еще на второй минуте, но жить страшно хотелось. И уже, когда не было сил, рыжик остановился, развернулся и повалил на пол летящий на него красный вихрь.
- Что вообще за поебень творится? С чего ты по мне так соскучился?!
- Ты свой фотобук видел, блядь Татеямская?! - Хидэ явно негодовал, - а ну сползай с меня!
Ярковолосое нечто явно было в ярости.
- Видел. И остался работой очень доволен,- однако Хаяши упорно прижимал гитариста к полу.- Вроде неплохо вышло.
- Тоши! Тоши, блядь! Дэяма! Сними с меня это недоразумение и вправь ему мозги на место, пока я его шваброй не изнасиловал! - выдав эту убийственно серьезную фразу, маленький гитарист забился под телом драммера. А вокалист будто не слышал. Собственно, так и было: Тошимицу находился на другом конце коридорчика.
- Да не кипишуй, истеричка!- фыркнув, рыжик залепил гитаристу пощечину, в надежде отрезвить.- Все отлично и согласовано с менеджментом, не кричи.
- Хидэ, успокойся, эту блядь уже ничего не изменит, - холодный спокойный голос. В дверях стоял Тоши, прислонившись плечом к косяку, и рассматривал весьма себе двусмысленную сцену.
- Дэяма, он меня бьет! - тут же пожаловался Матсумото, укусив в отместку лидера за ладонь.
- Да вы сговорились что ли?!- злобно зыркнув на певца, Хаяши пихнул Мацумото в бок.- А вы, господин Тошимицу, в чем меня обвиняете?
- В том, что задолбал ты по джеям бегать, - огрызнулся вокалист, глядя, как выгнулся дугой боящийся щекотки Хидэто.
- Аааа?- Хаяши даже замер, во все бесстыжие глазенки уставившись на блондина и забыв о гитаристе напрочь.- Дай угадаю: опять перепил?
- Вот уж кто бы говорил. Хидэ, звони нашим. Без драммера репетиции не будет, а он в студии на ногах не появится еще несколько дней.
С этими словами Дэяма быстро подошел к Хаяши, вырубил, нажав на сонную артерию, и закинул к себе на плечо. Изумленный Матсумото отполз к дивану, сел на него и задумался. Что ж, у него внеплановый выходной, а значит... карты, шлюхи и блэк-джек.
А Дива в беспамятстве видела розовые сны, окончившиеся суровой реальностью...
Слишком уж суровой. Потому что очнулся Йошики связанный по рукам и ногам на кровати, с заткнутым ртом. И никого в комнате.
И что-то как-то рыжику было не по себе. Сильно так, что даже на второй минуте лежания трясти начало. И, главное, вообще ничего не понятно.
Вскоре послышались тихие шаги, и в комнату вошел Тошимицу. Усмехнулся и одним прыжком очутился на драммере, заглядывая в перепуганные карие очи.
- Очнулась, лапочка.
Сначала Йошики вроде как расслабился, решив, что сейчас прекрасный принц спасет свою принцессу.. Но, по ходу дела, принц принцессу и связал. Потрясенный рыжик дернул лапками и замычал, пытаясь хотя бы рот освободить. Ему не было страшно, но и как-то ситуация доверия не внушала.
- Мычи, мычи...
Резкий удар наотмашь по лицу - голова драммера мотнулась в сторону.
- Главное, не домычись.
Получив такую "ласку", Йошики зажмурился, пытаясь не вырубиться от шока. Как? КАК?! Всегда дипломатичный Тоши поднял на него руку? Лишь прочухавшись, но чувствуя жуткую боль, рыжик повернулся к певцу, с совершенным непониманием глядя на него.
- Больно, да? Мне тоже. Только в сто раз хуже, - горько произнес Тошимицу, смотря прямо в глаза Хаяши. С безумной болью и отчаянием.
- Шлюха. Как ты можешь спать со всеми направо и налево?
Зажмурившись на пару секунд, Йошики дернул руками и остался лежать: говорить он не мог, а ударов хотелось полностью избежать.
Тошимицу вновь отвесил драммеру пощечину и слез с него, быстро снимая с него футболку и штаны. Сегодня все будет совсем иначе. Не так, как хочет Йоши.
Драммер лишь с трудом удерживал подступающие к горлу слезы. Он не мог поверить, что Тоши мог с ним так поступить. Даже не выслушав! Хотя, он бы и сам ничего не стал слушать, что греха таить. Только хрупкое тело тут же забила мелкая дрожь. На этот раз и от страха, и от холода.
Тошимицу лишь молча раздел рыжика, разделся сам, сел на бедра Хаяши и поерзал, создавая трение своего тела о чужой член. Вроде мягко, вот только глаза его смотрели с холодной жестокостью.
А все нервы. Вокалист X Japan тоже не железный. Просто его характер был похож на накопительную карту скидок. Копились в нем обиды на постоянные и нескрываемые измены Йошики, копились... а потом он увидел фотосессию с Сакураем, и понеслась раздача охуитительных бонусов.
- Ну почему ты такая блядь, Хаяши? Тебе мало моей любви, ищешь жестокости? Будет тебе. - Дэяма еще немного подергал бедрами и сполз с Йоши.
Тоши взорвался как пороховая бочка. Хотя нет. Как атомная бомба. И вот её части больно-больно жалили Хаяши, даже не давая ему шанса на защиту. Хотя бы на одно словечко!
Едва певец слез с него, Йошики вновь призывно замычал и задергался, стараясь привлечь к себе внимание.
- Да что еще?! - Тошимицу приподнял рыжую голову и вытащил изо рта драммера кляп. Несколько слов ему позволено. Но если попробует отмазаться или свалить вину на вокалиста - мало драммеру не покажется.
- Я слушаю.
- Да ты идиот просто!- тут же хрипло крикнул рыжик, едва ощутил, наконец, свободу рта.- Я пытался твое внимание привлечь!
А вот верить или нет - дело Тоши. Хотя Йошики привлек на свою задницу, ничего не скажешь..
- Привлек. Умничка. А теперь заткнись, - кляп был тут же вставлен обратно. Опять Хаяши пытается оправдаться в попытке спасти свою задницу. Настоящая блядь.
Перевернув рыжика на спину, Тоши поудобнее перевязал веревки и сунулся в лежащий у кровати пакет - пока Йошики валялся в отключке, Дэяма успел смотаться с секс-шоп. И сейчас их фирменного пакета была извлечена кожаная плеть - основное наказание Йо.
Йошики просто закричал от бессилия. Тоши не верил, просто злился.. И в глубине души рыжик его не винил, хотя на поверхности был готов забить до полусмерти и исчезнуть навсегда.. Но он лишь мог лежать и ждать своей участи.
- Сколько раз ты мне изменил? Давай-ка сосчитаем?
И первый удар - сильный, жестокий - рассек нежную кожу на спине до крови.
- Сакурай.
Второй удар - не менее сильный, сделавший на спине кровавый крест.
- Сугихара.
Третий, четвертый, пятый... Дэяма потерял им счет. Он просто называл всех, о ком знал. И с каждым новым именем на спине Хаяши добавлялась кровавая полоска.
А Йошики кричал. Точнее, сначала, пока не сорвал голос. Потом он, все еще слабо дергаясь, пытаясь хоть немного облегчить пытку, просто зажмурился, ощущая горячие слезы на щеках. Хаяши безумно хотелось провалиться в забытье от безумной боли, но это все никак не выходило, оставляя его наедине с плетью и страшной болью по всей спине.
Тоши бил, абсолютно не задумываясь о чувствах Хаяши. Да какая разница, не до того ему сейчас. Рука уверенно наносила удары, даже когда имена уже закончились. Дэяма просто вымещал свою злость на разодранной в кровь спине Хаяшика.
А Йошики в какой-то момент просто вскрикнул громче обычного.. И замер. Попросту ненадолго потеряв сознание от болевого шока. Все-таки он был сверхчувствительным.
Только когда драммер перестал дергаться под его ударами, Тошимицу остановился. Отложил окровавленную плеть, сгонял на кухню, достал соль и вернулся обратно, дожидаясь, пока рыжик очнется.
Драммер не приходил в себя минут 15. А когда очнулся.. Лучше бы он этого не делал! Уже начинавшая страшно болеть после репетиций спина сейчас вообще казалась одним кровавым куском плоти. Причем, с которого в секунду сорвали всю кожу. У рыжика темнело в глазах - он почти ничего не видел - но все чувствовал, к своему ужасу.
Дэяма, заметив, что его блядь очнулась и усмехнулся, с силой проводя рукой по истерзанной спине. Ведь все еще только начиналось, а Хаяши уже сорвал голос. Темные глаза с недобрым прищуром смотрели на драммера, а рука, захватившая щепотку соли, небрежно уронила ее прямо на раны.
Почувствовав на спине ладонь, Хаяши дернулся, как от удара. Но не издал ни звука, от всей души надеясь, что Тоши опомнится и освободит его. А вместо этого крашенный ревнивец заставил рыжика страшно захрипеть, выгнуться в спине.. В общем, даже не смотря на отсутствие сил, Хаяши не мог лежать смирно.
- Какая же ты все-таки шлюха... почему всегда должен быть тот, кто будет следить за тобой, вот объясни мне, - соль продолжала сыпаться на растерзанную спину, а горячий язык абсолютно неожиданно облизнул ушную раковину, опаляя орган слуха горячим дыханием, - почему я всегда узнаю что-нибудь о тебе от Матсумото? Ну почему, Йошики!
Дэяма развязал кляп, снимая его, и тихо повторил свой вопрос:
- Ну почему же?..
Знаете это чувство, когда вы уже свыклись с одним типом ощущений, а потом - хрясь! - и возникает новый раздражитель, все меняющий? Не слабая смесь, правда? В случае драммера даже возбуждающая.
- То..ши..- Йошики уже успел отвыкнуть от речи, отсутствие кляпа так вообще создало уже неприятные ощущения. А из-за страшной боли, рыжик только зажмурился и до крови прокусил губу, все равно сопровождая картину страшными хрипами.
- Ну, что Тоши? Что Тоши? Я черт знает сколько лет Тоши Дэяма, что еще надо? - тихо, с неимоверной горечью в голосе. Будто все хорошее для вокалиста ушло из этого мира. Сильная рука приподняла подбородок драммера, заставляя взглянуть наполненные слезами глаза прямо в темные омуты, что столько лет хранили всю ту злость и ревность, что выплескивал сейчас Дэяма. Просмотрев так минуты две и так и не дождавшись ответа, Тоши тихо вздохнул, поднялся на ноги и перевернул Хаяши на спину, раздвигая его ноги. Было абсолютно все равно, что Хаяши задохнулся от боли. Тоши устроился между раздвинутых ног и, приподняв бедра рыжика, резко вошел в него, заставляя проехаться спиной по простыне.
- Больно, Тоши! Больно!
Йошики даже не знал, как сказать. Как объяснить свою нездоровую любовь к приключениям на задницу, и почему он так поступал.
А сейчас была боль. Еще более ужасающая, хотя, казалось бы, куда больше.
Тоши не ответил. Лишь начал быстро двигаться, будто выплескивая наружу всю ту ревность, что набралась за столько лет. Не мудрено: у вокалиста тоже нервы не железные.
Рыжику же оставалось тихо поскуливать, кусая губы, и терпеть. Просто терпеть. Хотя это не так легко, ведь плоть словно разрывала его изнутри. Здесь уже и больная спина значения вовсе не имела. Хаяши просто жмурился и тихо-тихо шептал какую-то молитву, на этот раз изо всех сил стараясь не отключиться.
Дэяма двигался резко, быстро, изредка задевая простату и абсолютно не задумываясь об удовольствии партнера.
В какой-то момент Йошики просто не выдержал и тихо-тихо взмолился:
- Тоши, да опомнись ты! Прошу тебя, остановись же..
Просто рыжик понял, что долго так не выдержит, а никто явно никуда не спешил. Он итак каждые пару секунд словно оглушался, от этого ужаса еще и со страшной силой болела голова.. Да жутко просто. Страшно.
Тошимицу, услышав мольбы своей жертвы, ускорился еще немного и через несколько минут сдавленно застонал, кончая в податливо тело. Выйдя из Хаяши, брюнет вытерся от крови и бросил на свою жертву холодный взгляд. Ни поддержки, ни любви, ни капли сострадания. Лишь холод. Тихо вздохнув, вокалист развязал Йошики и, бросив тихое "шлюха", вышел из комнаты.
Хаяши? А Хаяши остался лежать, дрожа, как осиновый лист. Лишь через некоторое время он еле-еле смог повернуться на бок, уменьшая боль в спине, но это отозвалось болью в остальном теле, в частности, в его нижней части.
Болело решительно все. Но Йошики все равно с огромным трудом подтянул колени к груди и приобнял их. Не было сил думать, не было сил спать. Это была.. Просто прострация. Но он тихо-тихо все равно шептал любимое имя певца.
Дэяма вернулся через несколько минут. Подошел к кровати, поднял изнасилованного драммера на руки и утащил в ванную. Надо же было смыть с Хаяши кровь и сперму.
Йошики не сопротивлялся. Просто смотрел на Тоши совершенно пустыми глазами.. И больше ровным счетом ничего. Даже, если бы насилие продолжилось.
Тоши включил воду, усаживая рыжика в ванну, и уселся на бортик, рассматривая какого–то совсем отстраненного Йоши, и протянул руку, аккуратно погладив драммера по щеке.
- Ну, вот почему ты угомонился, только когда я тебя избил и изнасиловал?
Йошики не ответил. Просто прижался щекой к теплой ладони, кусая губы. Вода причиняла боль, но это словно не играло роли. Хаяши просто не мог говорить. Возможно, боялся повтора. Или просто сил не было.
Тошимицу тихо вздохнул и сполз в ванну, обнимая рыжика за плечи и крепко прижимая его к себе. Темные глаза с отчаянием посмотрели в заплаканные очи.
– Очень больно?
- Пройдет.
Йошики обнял за шею своего недавнего насильника, прижимаясь к нему не сильно, все-таки больно было. Но он уже простил, все понимая.
- Неужели тебе и вправду мало меня? - в голосе Тошимицу звучало отчаяние, – ну неужели тебе так нравится изменять мне и видеть, как я отстраняюсь от тебя?
- Иногда мне кажется, что тебе только и нужно, что мое тело,- передернув плечами, Хаяши вновь повернулся к певцу спиной и растер ноющую лодыжку.- Раньше же я.. Просто флиртовал, надеясь, что ты заметишь, и..- тонкая ладонь недовольно ударила по воде.- Как у нас все начиналось..
- А мне кажется, что тебе нужно лишь тепло на ночь. Я люблю тебя, а ты меня так терзаешь... - Тоши ласково погладил рыжика по волосам.
- Мне не хватает чувств. Но, за что боролся..- хмыкнув, рыжик застонал от боли в спине.- Теперь-то я понимаю, что был не прав.
- Ты ж моя радость...
Вот так, через страх, боль и слезы познается истинная любовь. Но только… Надолго ли?
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:30 | Сообщение # 20
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Знакомство с англичанином. Сентябрь.

Сказать, что Атсуши сидел и тихонько охуевал под сочувственный взгляд Юты – значит, ничего не сказать. Не успел он нормально оклематься от развода с горячо любимой Саюри, так здрасте приехали: Имай нашёл ему работёнку. Объявился некий европеец, давний друг Имая – и какого хрена Атсуши его не знал, раз такое дело?- с которым Хисаши собирался поработать. Но и это не всё: изверг решил припахать бывшего любовника к этому проекту. А если сказать, что по личным соображениям Атсуши собирался в первый же день послать гостя из дальней Европы куда по дальше – то придётся обломиться. Юта сказал своё тихое «не надо». Ну правильно, Хисаши расстроится… И как в 85 одним только разбитым подбородком певцу не отделаться.
Судя по всему, британец приглянулся первым Хошино. «Мужик», как его окрестил ритмер. Собственно, братья просто не высовывались и сверлили любопытными взглядами бывших любовников.
- Атчан, а что? Заодно английский потренируешь.
Хигучи был удостоен «добродушного» посыла как можно дальше. Можно даже за соком. Кто бы сомневался, что Толлушка вступится за младшенького?
- Кое-кто волнуется, как невеста перед свадьбой,- шепнул брату драммер. Тогда уже оба они были посланы на историческую родину. А Атсуши же старался не грызть ногти от злобы: всё в нем противилось этой идиотской затее.
Даже после того, как Хисаши представил ему британца, даже пожимая ему руку и выдавливая из себя дежурную сногсшибательную и до одури смазливую улыбочку – разумеется, чтобы позлить Май-Мая - Сакурай мечтал только запихать всех, кто его окружал, в одну машину и взорвать её. Но что его так взбесило? Вроде начало осени было по-летнему тёплым…
"Мужик" именовался Рэймондом Уоттсом. Двухметровых певец английского происхождения, высокий и крепкого телосложения, но от этого еще более эффектный. И пока Хисаши балаболил на стремительном японском, явно ругаясь с вокалистом, англичанин стоял и охуевал, ловя заинтересованные взгляды согруппников Имая. В результате спора Сакурай был удостоен мрачного "Бака!" и тычка в лоб прямо при иностранце, а несчастные гитаристы с драммером наперевес получили мрачный взгляд и рявкание уже на английском:
- Пошли вон, пускай мальчики общий язык находят!
И в окончательном результате Хисаши, Хидэхико, Толл и Ютака умотали в звукозапись, а изящный японец был оставлен на своего рода распоряжение продолжающего охуевать Рэя.
- Что-то Имай разошелся...
- Стерва,- мрачно бросил Атсуши на японском, во все свои «невинные» пялясь на англичанина. Да, певец был, надо сказать, очень привлекательным. И уж наверняка фанатками не брезговал. Да ну ещё бы… Хотя стоп. С чего Сакурая это должно волновать?
- А он по жизни такой,- кивнув, Атчан поправил кожаную брючину и закинул ногу на ногу, продолжая рассматривать человека, с которым ему придётся работать. Перспектива удручала: Сакурай не в какую не желал работать. И назло Хисаши тоже. Но здесь было что-то своё. Природное что-то.
- Так, значит, Рэй?
- Так, значит, Атсуши? - с усмешкой передразнил англичанин, подпирая подбородок рукой и улыбнулся, - Да, Рэй.
Сакурай вспыхнул уже только от одной этой наглости. Благо, тонна белил на щеках не пропустила лёгкий румянец, а годами выучиваемая роль аристократа и вовсе позволила брюнету остаться с невозмутимым видом.
- Что ж.. Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным,- и тише, на японском,- а Имай этого не переживёт, уж я постараюсь.
- Можно попросить тебя об одном одолжении? - тут же отреагировал англичанин, опираясь локтями на колени и устремляя на брюнета оценивающий взгляд. Смазливый. И еще совсем мальчишка. По виду, правда, холодный аристократ. Да только Уоттс напутешествовался и столько всего повидал, что теперь мог сразу понять, что к чему и зачем. А потому, как бесились глаза брюнета во время их рукопожатия, то тому, как злобно они сверкнули сейчас, во время этой язвы, по насмешливо-холодной улыбке Рэймонд поймал за холодной маской чистой воды блядину. И даже нашел варианты того, с кем он был до его приезда. Потому как сейчас у иностранца были на него кое-какие планы.
- Валяй,- кивнув, Атсуши чуть пожал плечами, наконец-то перестав разглядывать англичанина. Да, действительно типичный бабник. Сразу на память пришелся Юнэ - в нем тоже была европейская кровь, пусть и не так много. Но что-то схожее было, и Сакурай придумал, что ему делать.
- По минимум говори на японском в моем присутствии. - с улыбкой попросил Рэй, убирая с лица темную прядь, - неприятно слушать язык, который не понимаешь. Даже если он настолько благозвучный, как японский.
И лесть, и оскорбление. Все в одном флаконе.
- А почему бы тебе не начать учить его?- тут же нашелся вокалист Бак-Тиков.- Судя по всему, нам вместе придется долго работать.
Нет, Рэй даже если и выучит - за Атсуши не поспеет. На родном языке он больно быстро разговаривал.
- Слушая вашу с Хисой тарабанщину, я решил, что куда более разумно просто попросить. Потому что, во-первых, я просто ничего не пойму даже со знанием японского... - Уоттс улыбнулся, - а во-вторых, заткнуть я вас всегда успею.
Тут же мелькнула мысля, что в случае чего даже будучи бабником, Уоттсу ничего не будет стоить его изнасиловать.
От этой мысли японец передернул плечами,- я очень постараюсь. Кстати, а где ты остановился?
- У Имая спрашивай. - пожал плечами Рэймонд, устраиваясь на диване поудобнее, - он обещал обеспечить жильем, провиантом и дьявольской компанией.
- Ч-что?!- Атсуши даже подпрыгнул.- Дьявольск.. Поздравляю: этот наглый гитарист собирается тебя поселить у меня.
Заебца перспектива. Но брюнет уже и сам подумал предложить британцу свои услуги.. В плане дома, а не то, что вы подумали.
- Шикарно. - усмехнулся англичанин, устремляя глаза на дверь, за которой скрылся почти весь состав Buck-Tick’ов - Сакурай не в счет - и мысленно обещая выебать рыжевато-блондинистого гитариста как последнюю блядь за такие выходки, - Я искренне надеюсь, что мы поладим.
- Для тебя главное поладить с моей кошкой. Иначе жди неприятностей,- усмехнувшись, Атсуши на цыпочках подошел к двери и открыл её. На пол тут же криком упал Ютака.
- Ну, чего тебе?
- Репетиция завтра в 11,- басист заинтересованно осмотрел певца и кивнул на англичанина.- Ты знаешь мой английский, передай.
- Иди уже,- чуть нахмурившись, Атсуши отвесил согруппнику пинка и обернулся.- Тогда я предлагаю покинуть это место.
- Покинем, а по пути ты объяснишь мне, что это было и что оно сказало. - усмехнулся певец, поднимаясь с дивана и поправляя куртку. Темные глаза смотрели немного насмешливо. Атсуши был ему где-то по шею. Короче, Уоттс переквалифицировался в шкаф.
Но и это было стерто на полголовы, когда японец обул свои сапоги на гигантской платформе - про каблуки британцу пока знать не стоит, инфаркт схватит. Затем накинул на плечи белый укороченный плащ и кивнул Рэю на выход, куда, собственно, пошел и сам.
- Это был наш маленький басист Юта. Он просил передать, что репетиция будет завтра в 11. Хотя на самом деле он нагло подслушивал.
- Обормот. Сдам Имаюшке. - покачал головой Рэй, искренне стараясь делать вид, что его внешний вид нового партнера по работе не удивил. Хотя, надо сказать, фигура брюнетистого певца в нем смотрелась очень даже эффектно. Ему бы еще волосы чуть по длиннее, и вопросов не было бы вообще. Где-то далеко в голове промелькнула мысль о том, что это грешное создание обязательно должно побывать в его постели.
- Не надо, Юта хороший. Он просто обо мне беспокоится: полгода назад я развелся с женой. И он.. Переживает,- будучи уже на улице и оглядевшись, Атсуши провел Рэя к стоящей в тени машине и кивнул водителю.- Я живу на другом конце города. Так что устраивайся по удобнее.
- Ясно... - усмехнулся Уоттс, устраиваясь на заднем сидении и прикрывая темные глаза. Уставший после перелета, он хотел спать. А потому как идти наперекор своим желаниям он не привык, то через несколько минут англичанин уже тихонько сидел с закрытыми глазами и дремал. Идиотский перелет.
Атсуши всю дорогу сидел рядом и внаглую рассматривал Уоттса. Что ж.. А он действительно был.. Красивым. Такого не грех соблазнить, стоит только выведать, что ему нравится.
- Дамы и господа, наш самолет взорвется через две минуты,- когда машина остановилась у одиноко стоящего дома, Сакурай с усмешкой щелкнул Рэя по носу и тут же выскочил на улицу от греха по дальше.
Уоттс тут же распахнул глаза и нехотя вылез из машины, находя взглядом нарушителя своего покоя и показывая ему кулак: мол, только попадись мне.
- Как не стыдно. Мелкая бестия.
Да...веселые у Рэя будут каникулы в Японии!
- Не хами, здесь тебе не Европа,- японец в ответ лишь рассмеялся и в пару прыжков оказался на крыльце дома. Никому еще не удавалось поймать это вольное создание. Куда уж Уоттсу-то?
- Ах так?! - тут же сощурил темные глаза англичанин, в момент подлетая к брюнету аки все сносящее на пути своем торнадо и хватая вокалиста за шкирку, - Да у тебя наглости много, я смотрю. Имай не научил хорошо себя с гостями вести?
- Эй!- такое обращение Дьяволу не понравилось. Поэтому он толкнул ногой дверь, которую успел открыть, и выгнулся, злобно шипя на посмевшего так его оскорбить британца. Шипение на пару секунд перешло на гортанное урчание, а когда снова стихло, на пороге появилась в голос шипящая черная зеленоглазая кошка. Впрочем, она всем видом дала понять, что собирается вцепиться гостю в ногу, если тот не отпустит её хозяина. Сакурая вообще баловать надо?
Уоттс тут же признал в кошке сакураевскую мать-жену-защитницу и, немного расстроенно покачав головой, отпустил обнаглевшего брюнета на крыльцо, усмехнувшись. Потом интерес к Сакураю у него поменялся на интерес к грациозному черненькому созданию, злобно шипящему, а потому Рэймонд сделал для себя вывод, что Сакурай не только кошатник, в чем можно было не сомневаться, но и повадки у него кошачьи. А кошек Уоттс любил.
- Извини. Не надо было так будить. - с улыбкой попросил прощения англичанин, искренне надеясь, что Атсуши не загордится и не попросит большего.
- Еще в дом не успели войти, а ты уже характер проявляешь,- обиженно. Атсуши потер ладонью шею и подозвал кошку к себе, тут же беря черный комок на руки. Надо сказать, что по японцу было видно: к такому отношению он совсем не привык, и этот инцидент его считай, что напугал.
- На первый раз прощаю,- кивнув на дверь, Сакурай прошел в дом и уселся на полку для обуви.- Ты идешь?
- Лечу. - отозвался англичанин, нервно хмыкнув. Ну раз прощается, то нечего провоцировать и тащить дальше.
- Черт возьми, Айко!- тут же Атсуши пришлось выпутывать кошачью лапку из собственных длинных волос: это был своеобразный нагоняй от кошки.- Ладно-ладно, я буду вежлив и аккуратен. Ну пусти!- а кошка словно нарочно шевелила лапой, все больше путая её в темных волосах. Потом ей это, правда, надоело. Айко уселась на хозяйских коленях и абсолютно беспалевно уставилась на гостя. Дескать "Этот человек принадлежит мне. Имей в виду".
Уоттс усмехнулся и еле заметно пожал плечами. Мол, посмотрим еще, что к чему. Поддразнив кошкино чувство собственности и самолюбия, мужчина перевел глаза на вокалиста Buck-Tick’ов и усмехнулся: тот еще даже раздеться не успел. Только потом до Уоттса дошло, что он и сам в верхней одежде, и иностранец тут же разулся и разделся, поглядывая на кошку.
- Айко, да?
- Да. Ну хватит!- брюнет шикнул на тут же заурчавшую кошку. Она выгнулась и спрыгнула на пол, обнюхивая гостя. Ну мало ли? А вдруг он будет полезен?- "Айко" в переводе с японского означает "любовь".
Невольно вспомнив любимую матушку, Сакурай помрачнел, снял плащ и повесил его в шкаф. Затем началось самое интересное: расстегни и сними сапог. Было это не легко, стоит сказать.
Кошка же, как и хозяин, решила пока быть добродушной. Но она-то чуяла, что с этим грозным человеком ей придется по тягаться. И к этому она была вполне готова.
- Как же хорошо, что я свои остриг...- с некоторым облегчением в голосе произнёс Рэймонд, подбирая кошку на руки и поглаживая мягкую шерстку, - Любовь, значит...
И было бы все нормально, если бы иностранец не поднял голову и не увидел, с какими мучениями стаскивает сапоги на высоченной платформе Сакурай. Хотелось заржать аки лошадь, но Уоттс - англичанин. А там, знаете ли, этикет. Вот и пришлось вместо смеха улыбнуться и с легкой улыбочкой поинтересоваться:
- Зачем тебе такие сапоги, коли ты их стянуть не можешь?
- А ты не пялься на меня, словно бы развлечение увидел,- тут же огрызнулся японец, наконец-таки стягивая с ноги ботфорт и отставляя его в сторону. Второй, к счастью, слез быстрее.- Мог бы и помочь, между прочим.
Поднявшись, Атсуши чуть призадумался, а потом жестом позвал Рэя идти за собой на второй этаж. Первым делом гостю была показана его спальня рядом с хозяйской: большая кровать, шкаф, телевизор, рабочий стол.. И еще пара вещей.
- Надеюсь, тебе здесь будет уютно.
- Сапоги с тебя снять? - мрачно поинтересовался англичанин, оглядывая комнату. Кошка была устроена на руках иностранца, а из них, как позже узнает и Атсуши, вырваться сложно. Рэймонд подошел к окну, раздвинул шторы, до сих пор закрывающие от него пасмурное небо и усмехнулся: окна выходили на улицу. В целом, видок был неплохой. Уоттс повернулся к брюнету и удовлетворенно кивнул.
- Мне нравится.
- Ура,- чуть улыбнувшись, Атсуши оглядел решившую поспать на руках гостя Айко.- Ты, должно быть, очень устал с дороги? Вещи твои сейчас водитель принесет, ванная в конце коридора. Если что..- Айко чихнула. Дескать "Ты еще на задних лапках перед ним попрыгай". Но брюнет сделал вид, что не заметил.- А я пойду приготовлю ужин, с твоего позволения.
- Иди. - улыбнулся англичанин, невольно поражаясь вежливости и ухоженности того, в чьем доме поселился. Потом улыбнулся и поглядел на кошку, улыбнувшись:
- С ним пойдешь?
Атсуши тут же пролетел к себе, переоделся в домашнее и спустился в кухню. Уж готовить это недоразумение научилось - хоть что-то хорошее.
Айко же вновь чихнула и ткнула Рэя в нос кончиком хвоста. У них это было явно заразное.
Рэймонд поморщился, чихнул и покосился на кошку, тихонько ругаясь:
- Специально провоцируешь?
И тут же поставил кошатинку на подоконник, попутно снимая толстовку и оставаясь в одной лишь футболке. Потом сел на кровать и поманил кошку к себе.
- Иди сюда, Айко.
Красавица недоверчиво прищурилась, но все-таки спрыгнула на пол, грациозно прогнулась в спине, зевая и потягиваясь, а потом забралась на кровать, заинтересованно оглядывая мужчину.
- Умничка. - улыбнулся иностранец, поглаживая кошку по гладкой шерстке. Темные глаза смотрели спокойно и даже немного ласково. Все-таки надо поладить с кошкой. Тогда и подход к певцу найдется.
Собственно, пока "объект охраны" занимался своими делами, кошка расслабилась вовсе и даже соизволила забраться к британцу на ноги. Но, опять-таки, в случае чего за своего хозяина она была готова стоять до конца. А пока можно и с этим новеньким поиграть. Вот Айко и поставила лапы на грудь певца, разглядывая Уоттса.
- Разведчица и защитница, блин... - рассмеялся Рэймонд, погладив кошку по голове, - Не бойся, я твоего хозяина не трону. А если трону, то за дело и несильно.
Но у кошки свое мнение: "Этого человеческого оборота наказывать имею право только я"- и грозный ор, в подтверждение. Помедлив, Айко ткнулась головой в грудь музыканта "гладь".
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:31 | Сообщение # 21
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Англичанин улыбнулся еще шире и принялся поглаживать голову и спинку кошки. Раз уж это единственная женщина, а певца трогать пока нельзя - опасно: он может перепугаться, да и Айко возникнет из ниоткуда - то почему бы не развлечься таким образом? Кошки ведь тоже женщины. В некотором роде. Хотя эти мысли уже попахивают зоофилией. Уоттс помотал головой и продолжил гладить зеленоглазое чудо.
Сакурай же открыто называл себя зоофилом: Айко к нему никого не подпускала. Ревнивая была до жути... Но пока что она лишь по урчала, по мурлыкала.. А потом заслышала голос хозяина, довольно мявкнула на Рэя и поскакала в кухню. Видимо, ужинать.
Уоттс улыбнулся и пошел следом. Кое-какие отношения были установлены.
Рэймонд уже успел запутаться, что где и к чему, но в результате спустился на кухню и усмехнулся, глядя на довольную кошку.
Айко довольно сидела на полу и, в самом деле, ужинала. Приласкали, покормили.. Ну, можно будет и спать пойти. Атсуши же крутился у плиты, тихонько напевая какую-то песню из своего репертуара.
- Ай, не крутись под ногами,- попросил японец, осторожно подвинув рассевшуюся на неудобном месте кошку.
- Не ругай кошку, пускай ест. - тут же вступился англичанин за кошатинку, подходя к плите и усмехнулся, - и не смотри на меня так, сейчас подгорит.
А что вы думаете? Рэймонд тоже умеет готовить!
Атсуши подскочил на месте, во все глаза пялясь на Рэя. Потом вдруг успокоился и шустро устранил "неполадки".
- Нормально.. Что мне еще делать или не делать?- но сказано это было мягко и, скорее всего, с любопытством.
- Делай все, что душе угодно, если это не касается меня. - улыбнулся англичанин, поглядывая за Айко, - тут уже есть определенные правила.
- Сейчас ребенок спать уйдет, и станет чуть по свободнее,- певец поправил хвост на макушке и расставил на столе посуду.- У меня почти все готово.
- Окей. - отозвался Уоттс, поглядывая на кошку. Та пока что явно не собиралась уходит. А Рэй и не торопил: ему, как ни странно, было приятно присутствие этого черношерстного создания. Оно успокаивало.
Через пару минут все было действительно готово.
- Вы поладили?- удивленно. Больно непривычно было не видеть Айко спокойной.
- Вроде как да. По крайней мере, лично мне она приглянулась. - улыбнулся иностранец, не отводя от кошки глаз. Все-таки защитница Сакурая была очень симпатичной и грациозной для кошки, - Она ревнует.
- Она без повода никогда подобного не делает,- улыбнувшись, Сакурай достал из шкафчика бутылку вина и поставил её на стол.- Ну что, как будто бы можно начинать?
- Как будто бы. - кивнул англичанин, усмехнувшись. А потом позволил себе наглость: взъерошил японцу черные волосы и прошептал немного ласково:
- Хозяюшка ты у Имая.
- С чего бы у Имая?- Атсуши взглянул на британца сначала непонятливо, потом хмуро.- Не нравятся мне твои слова.
- Господи, неужели ты действительно думаешь, что по тебе не видна твоя сущность? - удивленно приподнял брови европеец, чуть отходя назад и с некоторым изумлением посматривая на певца, - Ты как на ладони. О тебе практически все узнать можно по одним лишь глазам и поведению. Ты как кошка.
- А вот этого места по подробнее,- нахмурившись, Атсуши запрыгнул на подоконник. Ой, не нравилось ему начало. Даже слишком. И Айко еще тихонько порыкивает, устроившись на холодильнике..- Что ты хочешь сказать?
- Успокойся сам и успокой Айко, или она сейчас на меня набросится. - улыбнулся певец, подходя к подоконнику, и замер перед японцем, разглядывая его, - с виду - холодный аристократ. На деле - принадлежишь или принадлежал Имаю. У тебя его повадки. Или у него твои - не важно. Он как кот, и ты такой же. Тебя очень легко прочитать, Атсуши.
- Мы всего лишь дружим со школы и много времени проводим вместе из-за работы,- брюнет передернул плечами.- Так что подводят тебя глаза.
- Да ладно? - сощурил глаза европеец, усмехаясь, - тогда почему в его глазах при взгляде на тебя появляется отчаяние и боль, а у тебя при взгляде на него - тоска и скрытая надежда?
- Тебе не кажется, что себе слишком многое позволяешь?- азиат слез с подоконника, злобно смотря на Рэя.
Хоть тот был и выше, Сакурай его ничуть не боялся.- Меньше знаешь - лучше спишь.
- Расслабься и забудь. - усмехнулся Рэймонд, похлопав брюнета по плечу, - я просто так сказал.
- Как у тебя все просто,- вздохнув пару раз, Сакурай сменил гнев на милость.- Ладно, прости. Давай есть, остынет еще.
- Хорошо. - усмехнулся Уоттс. У него еще будет время поговорить с этим обормотом о правде своих слов.
***
После ужина Айко соизволила уйти спать, оставив музыкантов вдвоем. В голове европейца промелькнула мысль о том, что не хватает свечей. Тогда будет сопливая романтическая обстановка. Но все это трава. Потом Сакурай отправился мыть посуду, а Рэй...Рэй еще раз позволил себе наглость. Он обнял японца за талию и тихо произнес, искренне надеясь на то, что Атсуши не будет выворачиваться:
- Почему вы разошлись с Хисаши?
Атсуши на удивление для самого себя очень много смеялся. С Рэем оказалось очень легко и интересно, он был.. Совсем не таким как все знакомые японского Дьявола. И вокалисту Бак-Тиков это очень нравилось. С британцем было интереснее: его попросту не удавалось обмануть. А сейчас брюнет был еще и прилично пьян, так что поведение Уоттса его не удивило.
- Так вышло, что наша стилистка, бывшая одно время моей любовницей, вернулась из поездки в Европу с "подарком". Был бы скандал, не женись я на ней..- брюнет поджал губы, вздыхая.- Ну как же? Муж, молодой отец.. Я не хотел оставлять Хисаши, но Саюри с первой минуты стала отнимать у меня все время.
- А почему не вернулся к нему сейчас? Ведь возможность есть... - с легкой улыбкой протянул европеец, коснувшись шеи брюнета теплыми губами. И, если честно, то проживание Атсуши отдельно от лид-гитариста было ему на руку. Ведь этот японец привлекателен. А Рэю...Рэю черт знает сколько с ним работать. Возможно, раз Атсуши уже умудрился поработать сукой для Хисаши, то и Уоттсу скучать не придется. Секс по пьяни без обязательств, так сказать. Англичанину ведь тоже алкоголь в голову ударил.
- Я не знаю, хочу ли этого.. Все-таки, Хисаши не знал о моем "романе на стороне" практически до самой моей женитьбы..- брюнет вздрогнул от прикосновения к коже и невольно прижался к Рэю спиной, выдыхая. Он был сильным, от него веяло таким жаром, что у японца кружилась голова.- Я уже привык жить один, мне так проще.
- И все-таки ты скучаешь по нему... - усмехнулся Рэймонд, погладив вокалиста по животу широкой ладонью. Европеец был на порядок выше и сильнее Атсуши. И в этом были свои приемущества. Уоттс провел губами от шеи до уха, коснулся мочки и прошептал, опаляя горячим дыханием:
- Ты пьян, Атчан.
- Рэй, пусти, не надо..- Атсуши попытался вырваться из сильных рук, но, к его ужасу, это было практически невозможно. Британец был действительно сильнее. Промелькнула мысль, что Хисаши нарочно все это устроил.- Пожалуйста, пусти.
- Расслабься. Я ничего с тобой не сделаю. - и рука, исчезнувшая с живота и перешедшая на грудь. Правда, глубокое дыхание в ухо никуда не делось. Но до пьяных слова доходят лучше, чем действия, уж Рэймонд об этом многое знал.
- Я боюсь тебя,- тихо-тихо признался японец, хватаясь обеими ладонями за руку Рэя, будто бы запрещая прикасаться. Да и чтобы его так, самого Сакурая, как котенка зажали.. Давно такого не было.
- Тш-ш-ш-ш...не бойся...
Рэй улыбался. Такое милое чудо...
- Ты - европеец, чужак. Я боюсь,- а ведь Атсуши обещал себе научиться пить меньше - пока не судьба.
- Чужак?.. - Уоттс улыбнулся и уткнулся носом в шею брюнета, прижимая к себе, - Так помоги стать своим.
Двусмысленное выражение. И один только Рэй знает, что подразумевалось.
- Я не поним..- Атсуши приложил ладонь ко лбу, набирая воздух полной грудью.- Я не привык к такому обращению.
И это точно. Неужто этот англичанин заставит милого японца поменять свои взгляды и привычки?
- Успел отвыкнуть?...или Хисаши тебя не шибко баловал?.. - улыбнулся Рэймонд, вновь целуя шею брюнета.
- Я о твоей дерзости. Рэй, ну перестань!- Атсуши полу обернулся, пытаясь скрыть свой страх.- Я не собираюсь спать с тобой из-за твоего желания. Я знаю тебя первый день.
- Во-первых, кто сказал, что я хочу спать с тобой?
А ведь правда. Ни одного слова о том, что Уоттс хочет переспать с Атсуши, не было.
- Во-вторых, если бы я хотел, твое сопротивление ровным счетом ничего не дало бы, и в конечном итоге ты все равно начал бы получать удовольствие.
И опять верно. Англичанин куда сильнее Сакурая, и просто завалить его на кровать ему раз плюнуть.
- А в-третьих...кто сказал, что желание только мое?
И опять верно.
- Рэй!- Атсуши буквально взвыл от этой наглости. Сумев повернуться к певцу лицом, азиат уперся в его грудь ладонями.- Тогда какого черта ты меня не отпускаешь? Я..- брюнет потупил взгляд и опустил голову. А что он? Что он может? Он даже из цепкой хватки этого человека выбраться не может!- Я расскажу обо всем Хисаши.
- Ну началось... - закатил глаза европеец, - И что, позволь узнать, Хисаши сделает?
Нет, все-таки это абсолютно нереальный человек. Уоттсу даже смешно стало. Сакурай с виду и Сакурай на деле - это два абсолютно разных человека.
- Успокойся и не психуй. Все равно я просто обнимаю.
- А я не хочу, чтобы ты меня обнимал,- брюнет раскрыл ладонь и потер ей нос.- Да я и не настолько пьян, чтобы до спальни не дойти..
- Ты не ответил. Что сделает Хисаши? - с легкой ухмылкой произнес англичанин, подцепляя одной рукой подбородок Атсуши и заставляя посмотреть себе в глаза, - Да и решишься ли ты рассказать? А вдруг понравится?
Атсуши был знаком этот способ общения с девушками или смазливыми юношами, свойственный самоуверенным нахальным мачо из Европы и Америки. Хотя грех скрывать: он и сам прибегал к подобному, когда с кем-то из близких не удавалось нормально поговорить.
- Я - не подстилка на одну ночь. Повторяю, здесь не Европа. А Хисаши не позволит нам работать вместе.
- Неправда. И к Имаю подход найдется. - улыбнулся Рэй, прищуривая глаза и на мгновение коснулся губ певца своими. Нахальные глаза смотрели немного ласково и в то же время уверенно - англичанин почти наверняка своего добьется. В конце концов, ему довелось хорошо изучить повадки японцев. Даром что ли столько лет с Хисаши знаком?
- Верно. Ты не подстилка. Я предлагаю тебе что-то вроде временного романа. Без обязательств, но и не на одну ночь.
Атсуши не было так страшно с их первой ночи с Хисаши. Когда гитарист уверял его, что любит уже несколько лет, и предложил быть с ним. Но сейчас, скорее, брюнету было куда страшнее: он ничего не знал об этом человеке. Но, если подумать, таким образом можно будет привести в чувства Имая, ведь это он предложил британцу работать со своим вокалистом.
Азиат ничего не смог ответить, лишь закрыл лицо ладонями.
- Ну, ну... - усмехнулся Уоттс, обнимая певца за плечи и прижимая его к себе, - Расслабься, Атсуши. Все нормально.
- Не самое лучшее предложение, которое мне приходилось слышать,- брюнет покачал головой, убирая ладони.- Мне нужно выпить.
- Куда тебе еще-то? Где я тебя потом искать буду? - возмутился англичанин, более-менее знающий меру выпивке.
- Ну сам мне налей, делов-то,- азиат пожал плечами и потер виски. Вот хотел же с утра дома сидеть!
- Обормот ты. Хисаши на тебя не хватает. - покачал головой Уоттс, выпуская брюнета из объятий и наливая ему вина. Немного, полбокала. Больше японцу нельзя, иначе совсем разнесет.
- Хисаши, Хисаши..- буркнув, Атсуши взял бокал в руку.- Он меня и не воспитывал, считай. Глупое, знаешь ли, дело. Твоё здоровье,- подняв бокал, азиат медленно выпил его содержимое, поставил на стол и тяжело задумался.
- Ну спасибо. - улыбнулся Рэймонд, опираясь на стол и поглядывая на замолчавшего брюнета. Сакурай стоял молча, непонятно о чем размышляя. Европеец прищурился, незаметно подошел сзади и обнял японца за талию, тепло выдохнув:
- Ну о чем ты задумался?...
- О тебе,- всё так же задумчиво. Брюнет положил ладони на руки певца, размышляя вслух.- В принципе, почему нет? Ты уедешь, и оба мы вернёмся к прежней жизни, просто как.. Каникулы, верно?
- Можно и так сказать. - усмехнулся Уоттс, погладив брюнета по груди, - своего рода каникулы...
"И способ вернуть к тебе твоего Имая."
- Но мне всё равно это не нравится,- Атсуши чихнул и потёр нос запястьем.- Как-то не хорошо, не правильно. Хотя что я несу?
- У меня к тебе тот же вопрос. - хмыкнул певец, отстраняясь, - какое к черту "правильно"-"неправильно", если тут речь о простом сожительстве зашла? Когда тебя что-то подобное останавливало?
И мысленно: "Судя по характеру - никогда".
- Да просто непривычно быть с человеком без чувств,- Атсуши пожал плечами, но всё-таки улыбнулся.- Хотя попробовать всё-таки можно. Я согласен.
- Вот и славно.
Мысленно Уоттс ликовал - еще бы, развлечение на время пребывания в Японии найдено. Но на душе было немного неспокойно. Терзало чувство вины. Перед кем? Перед Хисаши. Лид-гитарист не поймет всего этого. Но ведь можно и не выставлять отношения напоказ. Можно лишь просто приобнять за талию да кинуть на Имая пару объясняющих взглядов. И совесть наверняка успокоится.
Улыбнувшись, Атсуши проплыл к двери и поманил англичанина за собой, тут же давая деру наверх. Раз уж его уломали, так сказать, нужно и характер проявить. Хотя бы немного.
Рэймонд недовольно рыкнул и бросился следом, в несколько больших шагов догоняя Атсуши. Но все равно держался на расстоянии вытянутой руки. Коли хочет ребенок побегать - пускай. Он еще возьмет свое.
Вино сделало свое дело, и в какой-то момент Атсуши рухнул назад, прямо на Рэя. Это был явно не его день.
- Ну вот, ноги не держат, не порядок..
- Я же сказал, что тебе не надо много пить! - рявкнул Уоттс, цепляясь рукой за стену и удерживая брюнета свободной рукой, - вот нажалуюсь на тебя Айко, будешь знать!
- И просидишь все каникулы один, без ласки,- брюнет нагло улыбнулся и погладил Уоттса по щеке.- У меня ноги от сапог устали, не понимаешь ты..
- Еще раз говорю: зачем носить такую обувь? - поинтересовался Рэймонд, подхватывая брюнета на руки, - Рули, я тут не ориентируюсь.
- А что, у вас девушки такое не носят?- Атсуши удивленно похлопал ресницами и кивнул на открытую дверь своей спальни.- Да и вообще, это модно. Уни.. Бля,- Сакурай напряг пьяную память.- Унисекс, во. Ты еще спроси, зачем мужчине колготки в сетку одевать.
- Спрошу. - кивнул англичанин, занося японца в спальню и укладывая на кровать, - но не сейчас и не у тебя. Сам раздеться сможешь или помочь?
- Ну я попробую,- неоднозначно кивнув, Атсуши сел на кровати, расстегивая пуговицы на рубашке.- Прости, станцую в другой раз.
- Обязательно. - усмехнулся Уоттс, снимая с себя футболку. А потом недовольно рыкнул, стянул с певца рубашку и припал к его губам, целуя.
Дальше было спешное стягивание одежды и быстрые, немного грубоватые ласки. Рэй старался сделать все максимально мягко, но терпение было на исходе, а Атсуши настолько сладко стонал в подушку, кусая губы, что обычно терпеливому европейцу попросту сносило крышу.
- Мягче, чёрт тебя подери, как я на Айко взгляну, если ты меня помнёшь?
Атсуши просто сходил с ума от такого напора европейца. Было жарко, а от напора в принципе всё тело начинало мелко подрагивать. Даже непривычно, ведь Хисаши был с ним всегда осторожен.
- Да резче ты, блин!
- Ты уж определись, что тебе требуется... - насмешливо протянул Рэймонд, раздвигая ноги брюнета и поднося пальцы к его рту. Потом аккуратно обвел контур бледных губ и надавил, прося - или требуя, черт его разберет - облизать. Все равно другой смазки не было.
- Не надо..- Атсуши припомнил, как это будет по-английски. Но разум по-японски-то соображать отказывался, а тут.. Пришлось просто поцеловать подставленные пальцы.- В общем, этого не нужно.
- Умница... - усмехнулся Рэймонд, вынимая смоченные в слюне пальцы. Атсуши лежал перед ним, обнаженный и раскрытый, готовый выполнить все, что будет сказано. От этого осознания сладко заныло в паху. Уоттс проник в японца сразу двумя пальцами, разводя их в стороны и слегка царапая ногтями стенки. Певец усмехнулся и прижался к брюнету, добавляя третий палец и прошептал ему на ухо грубое "Нэко" - единственное, что знал европеец по-японски.
- Ну я же попросил..- выдохнув, брюнет шепнул тихое "бака" и застонал, выгибаясь и подаваясь на пальцы. Ему было наплевать, что скажет или сделает этот странный человек. Хотелось банального, животного и грубого секса.
- Ну, ну...тебе было бы больно... - усмехнулся Уоттс, вынимая пальцы. Потом плюнул на собственную ладонь, провел рукой по члену, размазывая импровизированную смазку и немного грубо вошел - сил держаться уже не было.
- А что это ты меня жал..- брюнет не смог договорить, со стоном выгибаясь в спине и жмурясь, почти что расслабляясь. Тонкие ладони сцепились в замок на шее англичанина, а из губ вылетело тихое «да..» Интересно, как сильно Уоттс будет шокирован, когда поймёт, что его «курортный роман» любит жёсткий секс?
Назло Атсуши, Рэй нисколько не удивился, а лишь рыкнул и начал двигаться, сразу набирая темп. Раз уж его новоявленный любовник является любителем животных соитий, то почему бы не доставить ему удовольствие? Уоттс двигался резко и грубо, проникая все глубже и попутно лаская руками тело брюнета. Губы нашли интересное место на шее, и теперь яростно терзали ее. Пальцы впивались в худые бедра, оставляя синяки. Пускай пока так. Потом будет грубее.
Кажется, сейчас японец мог сделать всё, что ни скажут, лишь бы прежде ему помогли кончить. С ним давно никто не был так груб, и азиат был готов стать полноценной личной шлюхой для певца, лишь бы его ласки всегда были такими же властными и грубыми. С ума сойти, но больше ему и не о чем было просить этого человека, который с каждым новым движением вырывал из груди Атсуши всё более яростные вскрикивания. А ещё об его удовольствии говорила ладонь, которая то гладила спину Рэя, то яростно сжималась в кулак и буквально била по кровати, через секунду возвращаясь обратно. Вот он, ад для Дьявола.
Рэймонд шипел, грубо входя в разгоряченное тело, выходя почти полностью и тут же толкаясь до конца, заставляя выгибаться на кровати и кричать от удовольствия. Сакурай бился под ним, сжимаясь вокруг его члена, и Уоттс с удовольствием отмечал, что японцу хорошо с ним. Уже хоть какой-то прогресс, ничего не скажешь. Но англичанину нравилось, как выгибается этот чертов японец под его ладонями и толчками, как стонет и просит о большем. И европеец смилостивился, обхватывая член вокалиста Buck-Tick’ов свободной рукой и начиная быстро двигать ладонью по нему в такт толчкам.
Это было неправильно, но именно это и нравилось Сакураю. Он любил правила и рамки, и это очередное, ещё одно своеобразное нарушение пришлось по душе брюнету. Ему до безумных криков нравилась эта грубость. А Рэй словно бы угадывал его желания, неприкрыто издеваясь. Даже в его движениях Атсуши видел эту его дерзкую насмешку. Но плевать. Сейчас гостю из Европы японский аристократ был готов простить абсолютно всё. Если, конечно, дышать не разучится.
Рэй смеялся над японцем. В душе, разумеется, на реальный смех не было сил. Но можно было компенсировать это грубостью, что, собственно, англичанин и сделал. В какой-то момент Уоттс задвигался быстрее, шипя на английском грубое "сука", сжал ладонь на плоть брюнета и хрипло зарычал, кусая певца в шею. Чувствуя, как захлестывает его экстаз, европеец впился ногтями в бедро брюнета, насаживая на себя последним толчком и кончая внутрь разгоряченного тела. Шикарный финал, без сомнений.
Когда наступил момент кульминации, Сакурай замер, тёмные глаза распахнулись, уставившись в потолок, а ногти тонких пальцев с остервенением вцепились в спину Уоттса, чудом не раздирая её в кровь. Сам он закричал громче прежнего, прижимаясь к горячему телу сверху. Ему было до безумия хорошо. И телом, и, кажется, душой. И, к величайшему ужасу Атсуши, он выкрикнул имя европейца.
Рэй и сам своим ушам не поверил. Но все-таки решил не обращать на это внимания. Черт знает, что становится с этим обалдуем в экстазе.
Переждав, пока наслаждение отступит, давая место усталости, певец вышел из японца и лег рядом, укрывая себя и его одеялом. И тут же обнял, зарывшись носом в волосы.
- Только посмей сейчас что-нибудь вякнуть.
- Ты тёплый,- тихо отозвался Сакурай, прижимаясь к тёплому британцу. Его страшно клонило в сон, про элементарный откуда-то взявшийся стыд вообще стоит умолчать.- Но только об этом никто не должен знать.
- Я же сказал тебе замолчать. - недовольно прорычал европеец, слегка дернув брюнета за волосы, - почему ты не можешь выполнить элементарные требования?
Вскрикнув, Атсуши шутливо вцепился в ладонь на волосах,- потому, что я - свой собственный. И как кот делаю то, что захочу.
Уоттс усмехнулся и взъерошил японцу волосы, ласково поцеловав в лоб.
- Кот, который гуляет сам по себе.
Посмотрим, хватит ли у него сил приручить этого кота.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:32 | Сообщение # 22
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Октябрь. После Экстази Саммита.

Все было отлично. Саммит на "ура", музыканты на двойное "ура", а фанаты так вообще были бесподобны. Разумеется, после официального вечера, все продолжили неформально, без прессы. Для Х этот октябрьский вечер был важен еще и потому, что они впервые представили публике... Хиса, вы не ошиблись. И, в самом деле, Хироши не подкачал. Кто бы сомневался, собственно.
Во время пьянки все разбрелись кто куда. В частности Дэяма и Мацумото были замечены в последний раз где-то между Luna Sea и парнями из TOKYO Yankees. Сплошное безобразие, но Хаяши заслуженно чувствовал себя королем ситуации: все-таки Саммит проходил уже в третий раз по инициативе его одноименного лейбла. Сам драммер, разумеется, проводил вечер в компании Рюичи, Джея, а к ним присоединились и ребята из ZI:KILL. Пьяные джеи - добрые, но если кто что ляпнет - все. Таким образом за два часа драка едва не началась не менее 7 раз, в трех из которых явно бы участвовал наш драммер. Каким макаром добирались до отеля - рыжик не помнил. А вот предупреждение от Кавамуры о некотором подарке в номере как-то заставило бунтаря притихнуть.
- Будешь ждать Юнэ?
- Мы решили сегодня ночевать дома,- отмахнулся Кавамура, собирая волосы в хвост широкой лентой.
- Юнэ в платье...- драммер несдержанно захохотал.- Я ведь помню, что не пил, но тогда мне было слишком весело.
- Красивая из него невеста?- певец улыбнулся, снимая с глаз макияж.- Только больно порочная. Так что...
- Надеюсь, меня еще раз в подобное не запихнут,- наконец избавившись от надоевшей одежды, Хаяши переоделся в обычную одежду. Как вы уже поняли, они вернулись в гримерную - одно здание, как никак. Приведя себя в порядок - распрощались.
Кто бы мог подумать, что "подарок" окажется таким, что у бедного Тоши под утро от увиденного чуть инфаркт не случится? Но это чуть позже. А пока Хаяши решил все-таки приспособить найденное на кровати в номере.
- Черт...черт, я не помню! - рявкнул Хидэ, ударяя рукой по столу. Хидэ и Тоши сидели внизу, в кафе и ржали. Матсумото все никак не мог вспомнить анекдот, а Дэяма...Дэяма ржал как упоротый. Потом музыканты разошлись, и Тоши поперся наверх. Ввалился в номер и...
А на кровати страсть всечеловеческая: лежит себе - представьте - невеста. Как положено: фата, платье, даже сапожки. Только лицо так хорошо волосами прикрыто - уснула девочка - что чёрт узнаешь. А если вспомнить, что певец был пьян, то вряд ли кроме как "И как ЭТО спрятать до прихода Хаяши?!" - явно в его голове мыслей не было.
Вот Тошимицу и принялся лихорадочно бегать глазами по комнате...потом кинул взгляд на шкаф, бросился к кровати...и хорошо, что волосы с личика "невесты" смахнул. А то сам в шкафу ночевал бы. Дэямушка тут же протрезвел и уложил невесту обратно - пускай спит.
- Пришёл?- сонно поинтересовался драммер, тут же вытягиваясь, широко зевая и вообще себя чувствуя замечательно: ох уж это умение не пьянеть..
Тошимицу где стоял - там и рухнул, попросту смотря на Йошики широко раскрытыми глазами. Окинул взглядом платье, выглядывающие из-под него стройные ноги, нерешительно коснулся одной из ножек ладонью и тут же отдернул. Хаяши очень шло свадебное платье. Очень. Этакая Няша.
- Испортишь чулок - вторым удавлю,- пообещав, Хаяши ещё раз сладко зевнул и явил миру ясны очи.- Подарок.
- Ты ж моя радость... - улыбнулся Дэяма, положив голову на колени рыжика и посмотрел на него сквозь длинную челку, вновь упавшую на лицо. Потом сдул ее с пожеланием провалиться к чертям и заодно обещанием обкорнать свои патлы нафиг, и с некоторому восторгом прошептал, - Какой же ты красивый...
Увы: Хаяши за постриг порвет. Имидж превыше всего.
- Что, сойду за невесту?- Йошики невинно похлопал ресницами и поднес ко рту ладонь, тоже, кстати сказать, в белой перчатке.- Только вот жениха не хватает...
- За меня пойдешь. - засмеялся Тошимицу, показывая на черный не то фрак, не то его дикое подобие. Потом тихо вздохнул и аккуратно погладил Йошики по ноге, лаская.
- Женушкой моей будешь?
- Ну..- драммер притянул ноги, поджимая их под себя, и расправил юбку.- Пока я сам напросился, да?
- Да вообще. В целом, - улыбнулся Тошимицу, продолжая сидеть на полу и с тем же детским восторгом рассматривая Йоши.
- Хочу Мацумото в священники. Тогда… Подумаю,- расправив фату, рыжик вздохнул.- Не думал, что еще раз надену подобное.
- Тебе идет. - улыбнулся Тошимицу, поднимаясь на одно колено и протягивая руку, - Йошики Хаяши, согласен ли ты быть моей женой?
И тут же рассмеялся, погладив драммера по щеке.
- Ты меня притягиваешь... манишь к себе.
- На все согласен. Так что ты, Тошимицу Дэяма, теперь попал по всем основаниям,- засмеявшись, Йошики обнял любовника за шею.- Это не я маню. Это кто-то Саммит удачно отметил. А я так, за компанию.
- Конечно...- Дэямушка забрался на кровать и аккуратно погладил Йошики по ноге, снимая сапожок, - Черт, ты реально шикарен.
- Скажи спасибо Кавамуре: выбирал любовнику на концерт.. Да еще мой размер вспомнил. Вот и..- юноша невинным взглядом наблюдал за Тоши.- Такого ты больше нигде не увидишь.
- Не увижу, - кивнул Дэяма, берясь за другую ногу. Потом плюнул, сполз на пол и потянул за собой драммера, заставляя его свесить ножки. Потом снял обувь со второй ноги и погладил обтянутые чулками ноги, лукаво улыбаясь. Этакая игра.
- Что ж ты себе позволяешь, бесстыдник?- однако рыжик тут же наигранно засмущался, стараясь натянуть юбку на ноги.- А если моя мама узнает?
- Ты сам говорил еще в школьные годы: с матерью всегда договориться сможешь. - со смехом отозвался Тошенька, удерживая руки Грозной Рыжей Няши, - не волнуйся, я же аккуратно...просто хочу раздеть и отнести в душ.
- Я там уже три раза был, пока ты Мацумото развлекал,- чуть обиженно.- А будешь приставать - устрою тебе ледяной душ... Вот.
- Ну, Йошики...- протянул вокалист, отпуская руки Хаяши и аккуратно касаясь губами колена, - А со мной ты в душе не был...
- Я с тобой даже в гримерке за 10 минут до концерта бываю,- хмыкнув, Йошики таки забрал у певца свои ноги и подтянул их под себя.- Платье - это еще что. А вот под ним..- драммер так и покраснел, осознав, что все-таки и это напялил.
- Вот теперь я точно тебя раздену. - засмеялся вокалист X Japan, устроившись на полу поудобнее, - Иди ко мне...
Йошики был стащен на пол и прижат к вокалисту, который тут же ткнулся губами в щеку рыжика и замер так.
- Ну, ты что, уснул что ли?- недовольно. Ага, размечтался. Даст он себя раздеть, ну конечно...
- Ну, милый... - жалобно протянул вокалист, поглаживая драммера по рыжим волосам.
- Я устал, у меня болит голова, три часа утра,- только вот на этом аргументы внезапно иссякли.
- Секс придает сил, сейчас дам таблетку, влюбленные часов не наблюдают, - от тарабанил музыкант, чмокнув Йошики в щеку, - Извини, Йо, но тебе лучше сесть на кровать и позволить мне раздеть тебя.
- А, может, мне стоит выгнать тебя на бис?- нахмурился рыжик, готовясь защищаться до последнего.- Мало сегодня по работал? Ну, так вторую смену никто не отменял.
- Все разошлись, - отозвался певец, пересаживая рыжеволосого на кровать и усаживаясь у его ног. Потом подумал-подумал, да и положил светлую во всех смыслах головушку на колени Йошики.
- Увидев тебя - сбегутся обратно,- вздохнув, Хаяши положил ладонь на волосы теперь уже "мужа", перебирая их.- Хотя нет: без тебя я умру от тоски. Придется оставить.
- Вот именно, - улыбнулся вокалист, обведя пальцем кружева на чулке рыжика. Потом поднял голову, устроился рядышком с ногами драммера и начал аккуратно снимать с него чулок, целуя каждый сантиметр открывающейся кожи.
- Господи..- шепот с легкой улыбкой. Все-таки Тоши умел уговаривать.- Ладно, ладно, пошли, что с тобой поделаешь..
- Подожди...- улыбнулся Дэяма, принимаясь за второй чулок.
- Ну..- рыжик чуть нахмурился. Ну вот: сначала уламывает, а потом еще тянет, тянет..- Настоящий зверь.
- Я просто хочу тебя раздеть...медленно, наслаждаясь тобой. - прошептал Тошимицу, ласково касаясь губами коленки рыжика. Потом поднялся на ноги, сел рядом с Хаяши и снял с его рук перчатки, касаясь губами ладони. Затем вокалист аккуратно расстегнул платье, снял его...и ахнул.
Полноценный комплект нижнего прозрачно белого белья. В общем, не считая половых признаков - девушка. Как есть девственница- невеста. Йошики тут же смутился и потянулся к заколке в собранных волосах, чтобы отцепить от неё фату.
- С опозданием на 10 лет.. Ну да не важно.
А ведь примерно в этих числах за 10 лет до этого эта история и началась..
- Но больше я этого не одену.
- Господи, чудо ж ты мое... - с легкой улыбкой протянул Тошимицу, подхватывая рыжика на руки. И только хотел утащить любовника в ванную, как дверь в номер распахнулась, и туда влетел растрепанный и раскрасневшийся Матсумото.
- Тоши, я таки вспомнил тот анекдот! Ой, Йо, привет! А чего это... - тут до гитариста дошло, что ворвался он не вовремя, после чего Хидэ стал цвета своих собственных волос и ломанулся прочь, деликатно закрывая за собой дверь. Тоши улыбнулся и фактически что захохотал, утаскивая Йошики в ванную.
- Господи, Хидэ...
- Ты какого хрена дверь не закрыл?- рыжик перевесился через плечо блондина и громко позвал.- Мацумото! Мать твою, не прячься и топай обратно!
За дверью раздался ржач, после чего Хидэто уточнил, - Обратно в номер или все-таки к вам?
Тоши рассмеялся и опустил рыжика на пол ванной, пока что оставляя дверь открытой.
- 21-st Cherry Boy,- хмыкнул рыжик, накидывая на себя халат.- Священником поработай.
- Ты себя в зеркало видел? - в голос с Тошимицу поинтересовался Хидэ. А Дэяма накинул на плечи любовника халат и усмехнулся.
- Йо, да он ревнует!
А теперь представьте эту ситуацию: стоит Хаяши в халате, рядом Тошенька в смокинге, а под дверью их номера угарает успевший протрезветь от вида драммера в нижнем - женском, блять, даже бюстгальтер есть! – белье Хидэ.
- У тебя выбора нет, блядь Канагавская!- объявил Хаяши - теперь-то вы понимаете, кто Кавамуру так выражаться научил?- Платье в другой раз - не дождались, Вас, Святой отец: долго ходите.
Послышался ржач. Потом истерическое всхлипывание, после чего раздались быстрые, будто летящие шаги, а потом в ванную сунулась красноволосая макушка. Хидэ улыбнулся, показал язык и снова заржал.
- Тоши, ты его обратно в свадебное платье упихай. И кстати, Йо: я, во-первых, не блядь, а бабник, а во-вторых, моей исторической родиной является великий и могучий город Йокосука.
- Да хоть наша родная Татеяма! - усмехнулся Дэяма, приобнимая Хаяши за талию.
- Для пьяных голов напоминаю, что Йокосука в Канагаве находится,- на фразу о платье, красноволосый в ответ получил грозный "фак".- Тоже мне.
- Господи...Тоши, дама у тебя с характером. - рассмеялся Хидэ, беря руку Йошики и протягивая ее вокалисту. Тот тут же ухватился за нее, чуть приподнимая, а Хидэто взял переплетенные руки в свои. И покосился на Хаяши.
- Тебе официальная часть с клятвами нужна?
- Регистрируй,- дал добро драммер, поглядывая на любовника.- Куда он от меня денется?
- Эх...ну что, дети мои. Властью, данной мне только что непонятно кем и непонятно почему, я объявляю вас мужем и женой. - Матсумото улыбнулся и даже рассмеялся, - Целуйтесь.
Тоши хмыкнул, приподнял Йошики за подбородок и улыбнулся.
- Ну вот уже и женой обзавелся.
И ласково поцеловал драммера в губы. А красноволосый, не будь дурой, принялся считать.
Хаяши надолго не хватило: через пару минут у рыжика начался приступ дикого хохота. Начали за одно, закончили за второе.
- Спасибо, Царь-батька.
- Обращайтесь. - Матсумото улыбнулся, взъерошил рыжику волосы, после чего гитариста как ветром сдуло. Дэяма улыбнулся.
- Обормот бессовестный,- вдохнув, Йошики оглядел любовника.- Ну, что?
- Как что?! - удивился Тоши, - Давай раздевайся.
- Сам,- рыжик был хитер.- Ручками.
- Извращенец... - с улыбкой отозвался Дэяма, развязывая пояс на халате драммера и тут же скидывая с него данный предмет одежды. И улыбнулся, быстро расстегнул на Йошики лифчик и убрал его подальше, отходя назад и любуясь Хаяши, - Какой же ты красивый...
- Да ну что ты..- драммер тут же завесился длинными рыжими локонами, копируя непорочную деву. Удачно: волосы скрывали не только лицо, но и обнаженное тело.
- Ай-яй..
- Вот именно. Господи, откуда ты такое взял? - усмехнулся вокалист, разглядывая рыжика. Длинные рыжие волосы - почти до середины бедра - прикрывали практически - кружевное полупрозрачное белье не в счет - обнаженное тело, глаза лукаво и как-то невинно поблескивали из-под челки. Такой хрупкий, манящий к себе...Дэяма улыбнулся и снял с себя пиджак.
- Твоя очередь.
- Черт, я действительно стесняюсь как девственница,- облизав губы, Хаяши положил руки на плечи блондина, игриво смотря на него.- Мне еще пояс верности..- и тут же тонкие пальцы заскользили по пуговицам, быстро расстегивая, а потом скидывая рубашку и переходя на брюки.- Ужас.
- Знаешь, девственности ты лишился при довольно экстремальных обстоятельствах. - улыбнулся Тошимицу, поглаживая рыжика по волосам, - Ты ж моя радость...
- Знаешь, я помню,- расправившись с замком, драммер стянул с любовника брюки и погладил его по плечам.- Надеюсь, что все-таки нас тогда никто не слышал.
- Я тоже на это надеюсь. А, не важно. - отозвался Тоши, погладив драммера по щеке и опустил руки на кружевное белье, - черт...даже снимать не хочется.
- Ну, знаешь..- Йошики недовольно оглядел себя со спины.- Эти стринги мне жмут, вот.
- Тогда дай мне их снять, - улыбнулся вокалист, тут же опустил руки на бедра рыжика, стягивая с него белье и усаживая в ванну, - Включай воду, отмывать тебя будем, невеста ты моя.
- Я что, как чайник сверкать буду?- нахмурившись, драммер открыл воду через душ и направил струю воды на любовника.
Тошимицу завизжал, и вынесся прочь из ванной, отряхиваясь и вопя.
- Ну, Хаяши, ну, блядь Татеямская, погоди.
- Сам блядь, а я даже не пил,- рыжик собрал волосы в хвост, смеясь.
Тошимицу сунулся обратно, отобрал у драммера душ и схватил его за ладони, - Да ты оборзела, женушка моя.
- Свободу правам молодых жён, блин!- помните попугая Кешу? Его с Хаяши рисовали.- Свободу. Ну, пожалуйста,- чуть обиженно, вкупе с жалобными глазами.
- Ну...я подумаю. - улыбнулся Дэяма, прикрывая карие глаза и залезая в ванну.
- Некогда думать: время действовать,- широко зевнув, Йошики жалобно оглядел свои все еще схваченные ладони.- Ну, Тоши?- и вновь в роль девочки-припевочки.
- Ну, хорошо, - сдался Дэяма, выпуская ладони Йошики, - поворачивайся, спинку потру.
- Да я вымылся давно, третий раз говорю,- чуть недовольно.- Ты где шлялся?
- С Матсумото. - отозвался вокалист, смеясь. И развернул музыканта к себе спиной, прижимая его к себе и обнимая со спину. Уткнулся носом в ставшие мокрыми волосы, тихо выдохнул и довольно улыбнулся.
- Я же ревновать буду,- блаженно закрыв глаза, Йошики положил ладонь на обнимающие руки, второй гладя певца по щеке.- По девочкам ходили?
- Зачем мне девочки, если у меня есть ты? - с легкой улыбкой поинтересовался Дэяма, подув в ушко рыжеволосого любовника, - Ты лучше всех в этом плане...с тобой не станет скучно, ты всегда прекрасен.
- А что можно еще делать с Мацумото так долго?- драммера больно сильно разморило.- Треп он только мой выдерживает.
- А я выдерживая треп любого человека. - улыбнулся музыкант, взъерошив себе светлые волосы.
- Иммунитет?
- Ну да.
Рыжик нахмурился, щурясь.
- Я мало разговариваю.
- В самый раз, - поспешил заверить Дэяма, хватая с полки шампунь, - Помой мне голову...
- Забыл сказать: час моего общества стоит 100$,- цокнув языком, рыжик забрал у любовника флакон, тщательно намочил ему волосы, выдавил на них шампунь и медленно стал намыливать, массируя кожу головы.- Ты меня эксплуатируешь, та что плата по двойному тарифу.
- Так ты у меня шлюшка... - усмехнулся Тошимицу, запрокидывая голову и прикрывая глаза. От медленных ласк Йошики почти что сносило крышу.
- Нужно было знать, кого в жены берешь,- Йошики улыбался. Все-таки он правильно выбрал. Тоши так мастерски справлялся с его жутким характером, что даже немного удивляло. Добрый, чуткий, ответственный..
- Мне вновь захотелось съездить на историческую родину. Как считаешь?- все неумения какого-то дела исчезают, если делаешь с любовью. Это был явно случай нашего драммера.
- Я только за. Заодно и матерям покажемся. - и мысленно добавил: "Благословения попросим".
- А что, в глаза своим старшеньким поглядеть не хочешь?- подкол чистой воды. Взяв душ в руки, Хаяши занялся аккуратным смыванием пены с волос блондина.- Теперь-то не они тебя, а ты их научить можешь.
- Анальному сексу я учился у них, - со смехом отозвался Дэяма, зажмуривая глаза - вдруг пена попадет? И улыбнулся: Йошики не менялся с годами. Такая же няша. Такой же милый. Такой же его.
- Слава Богу хоть, что не на практике,- слегка недовольно. Все-таки хорошо, что Кокки был младше его. Об этом они часто смеялись с Хидэ: Хироши ведь тоже был младшим братом гитариста. Почему-то вопрос старшинства для рыжика играл свою роль.- Я помню, как твоя матушка обсуждала их дурное влияние на тебя с моей.
- Ну, после того, как я в 5 лет перед твоим "и все равно ты мне не нравишься" выдал ей, что это гомосексуализм, она начала сомневаться в моих старших братьях. - засмеялся Дэяма, прикрыв темные глаза. Потом смыл с себя остатки пены, тряхнул светлыми волосами и повернулся к рыжику, улыбаясь, - Это была практически что практика: щелочки в дверях - полезная хренотень.
- Господи, ты такой извращенец ещё и с малолетства,- картинно закатив глаза, Йошики обнял певца за шею, прижимаясь к нему.- Да.. Моя психика подобного в те годы и не выдержала бы. Хотя что? Я же тогда по большей части жил в больницах - и не до того мне было.
- Короче, тяжелое детство, - понимающе вздохнул Дэяма, прижав к себе Хаяши. Потом взял свою "женушку" на руки и поднялся, выползая из ванной, - Пойдем обратно. Попрыгаешь сегодня на мне? - и лукавая улыбка.
- Я планировал попрыгать носом в стенку,- драммер обречённо закрыл пальцами глаза.- Но что-то я сомневаюсь, что от "первой брачной ночи" мне удастся отмазаться.
- Вот именно. - рассмеялся Тошимицу, укутывая рыжика в полотенце и вынося из ванной. Потом опустил на кровать, погладил по волосам и лег рядом, потянувшись к мягким губам Хаяши своими.
- Ну, я спать хочу!- тут же драммер начал ломаться. Вот так вот: интимная жизнь этих двоих больше напоминала рыбалку, честное слово.
- Ну как хочешь, - неожиданно легко сдался вокалист, укутываясь в одеяло и ложась спиной к рыжеволосому, - Спокойной, Йо-чан.
- А погреть?- вздохнув, драммер опёр подушку о спинку кровати, сел и взял со стола сигареты, тут же, собственно говоря, закуривая. нормальная семейная сцена.
Дэяма не ответил, будто обижаясь. Лишь завозился и принялся приглушенно - носом вокалист уткнулся в подушку - засопел.
- Уйду к Хидэ,- пообещал рыжик, затягиваясь поглубже. А что? Кого гитарист откопает в три утра в таком состоянии? Зато можно будет залезть к нему в кровать, устроиться под боком и проболтать до самого утра... А потом с утра в ужасе понять, сколько они проспали.
- Ну и уходи, - неожиданно отозвался светловолосый. В голосе явно скользила ничем не прикрытая обида: опять Хаяши из себя невинную девственницу строит. Ну, неужели так трудно доставить любовнику удовольствие? Тоши такого отношения к себе решительно не понимал, и понимать не хотел.
- Началось на Татеямском побережье наводнение, сопровождаемое обильным ливнем,- едва не затушив сигарету о собственную ладонь, Хаяши отправил её в пепельницу и прижался любовнику, обнимая за плечо и шепча.- Тоши.. Посмотри на меня.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:32 | Сообщение # 23
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Дэяма нехотя повернул голову, рассматривая карие глаза. Ни капли слез. Ничего. Только обида. Всепоглощающая, жестокая, по-настоящему обида.
Йошики удивился: как, как он только смог перестать наблюдать за своим певцом, как смог забыть, какой он на самом деле?
- И как ты меня только терпишь столько лет?
- А выбора нет. - отозвался Тоши, прикрыв темные глаза, - Я люблю тебя, идиота, а ты...а, к черту. Хочешь спать - давай.
Дэяма тихонько вздохнул и лег на спину.
- Есть выбор: если найдётся человек который станет тебе важнее меня, то я попросту не смогу удержать тебя,- рыжик тут же забрался на бёдра блондина, наклоняясь вперёд и устраивая руки на его груди.- Выбор есть всегда.
- Ты для меня важнее всего. Всего, чего только можно. И так надо мной издеваешься. Я ведь не железный. Рано или поздно сорвусь. - отозвался вокалист, не шевелясь и не сводя с любовника глаз, - Просто сломаюсь. Понимаешь? Я не пойду по бабам или по мальчикам, не стану истерить. Просто загнусь.
- Ты уже в апреле месяце сорвался, что я до сих пор от Атсуши как от греха шарахаюсь, лишь бы чего не подумали,- за словом в карман драммер не лез, всё-таки предпочитая чуть-чуть по трепать, а потом начать действовать.
- А тут сорвусь по-другому. Не на тебе, - тихо отозвался Тоши. Потом подумал, зажмурился и прошептал, - Йо...если я тебе хоть как-то нужен...поцелуй меня...
- Ты дурак у меня. Самый настоящий дурак.
Конечно же рыжеволосый тут же опустился полностью, целуя губы любовника. Разумеется, а как же иначе? Да, Йошики мечтал хоть раз оказаться с Хидэ, но это было лишь желание тела, душа же желала всегда оставаться вместе с Тоши.
Дэяма тут же ответил, обвивая руками шею рыжика и чуть раздвинул ноги. Вроде как поудобнее будет, ведь он-то вставать не собирается. И руки. Руки, пробежавшиеся по телу рыжеволосого, ласкающие, прижимающие к себе, проходящие по полу возбуждённой плоти. Как раньше: замечательный и попросту доступный Йо. Еще в школе они вместе сбегали с уроков и прятались где-нибудь, чтобы Тоши доставил любовнику удовольствие. Так и сейчас.
И ведь не откажешь ему, как не противься: Йошики почти всегда сдавался от этих ласк, млея и становясь послушным, готовым сделать всё, о чём его только могут попросить. Но он уже узнал, что нужно любовнику, а потому решил поступить весьма рискованно для себя. Но пока просто пробежался ладонью по телу блондина, лаская чуть игриво, по шее, как будто бы чуть-чуть скребя, напоминая этим игру на рояле.
- Ты ж моя радость...- тихо прошептал в поцелуй Дэяма, чуть откидывая голову и томно выдыхая, - любовь всей моей жизни...
И правда ведь: Тоши все отдаст, а любимого человека не бросит ни за что.
- Молчи, мой родной, я знаю. Я знаю,- губы тут же перебрались на подбородок, а оттуда на открывшуюся шею.
И драммер безоговорочно верил, ведь верил и не сомневался, что так будет всегда. Всю жизнь. И потому упрямился вновь и вновь, чтобы Тоши ещё раз напомнил, что он рядом, а рыжику нечего бояться. Он просто и банально боялся потерять своего певца.
Тоши покорно замолчал, подставляясь ласкам драммера. Пускай ребенок развлекается, что уж тут.
Йошики целовал, оставляя небольшие засосы. Все-таки, их трудно замазать, Тоши любит на сцене снимать рубашку, а методы Хидэ далеко не всегда справлялись со "стараниями" их Тайшо. Не по-мужски тонкие ладони блуждали по сильному телу, преимущественно по другой стороне шеи и бокам, слабо, но ощутимо царапая.
А вокалист лишь подавался навстречу, подставляя собственное тело. Будто это не он актив, а Хаяши. Хотя...о таком Тоши даже и помыслить не мог. Чтобы его Йошики, домашний...и вдруг актив. Это невозможно.
Но вот ласкать рыжик умеет.
А Йошики и не претендовал, хотя и заводил разговор пару раз, когда они были несколько моложе. Но сейчас сложилось так, что его-то как раз все устраивало, ведь и будучи принципиальным пассивом, можно было доводить любовника до исступления. Клавишник очень любил такие пассивные отзывы на его ласки, когда он все делал сам, а Тоши позволялось просто лежать. Как сейчас: драммер ласкал тело под собой никуда не торопясь, медленно, но настойчиво, заводя и не давая выхода. И, откровенно говоря, он мог так терзать блондина - конечно, когда работы не было - часами. А певцу не позволялось его трогать, потому как - опять-таки, даже будучи убежденным женоподобным пассивом - Хаяши умел наказывать. Рука у него была отнюдь не женская, а ежедневные практики за его "Зверем" лишь это доказывали. Почти регулярные его прикидывания дурочкой не означали ровным счетом ничего, ведь он очень быстро выходил из себя. А имея острый язык и тягу к прямолинейности, становится ясным, что лучше быть молчаливой глупенькой "принцесской".
Вот Тоши и молчал, прикусывая губы и искренне надеясь на то, что Йошики сжалится над ним и перестанет терзать. Ведь это мука, пускай и сладкая. Тошимицу - принципиальный актив. Это ему надо наказывать. А тут такой разврат творится...и Дэяма не выдерживает, шепчет тихое "прости" и вцепляется пальцами в бедра Хаяши, приподнимая его и заставляя потереться промежностью о возбужденную плоть.
- Господи, сожми их сильнее!- Йошики и не сопротивляется, еще раз качнув бедрами, увеличивая тем самым время и силу трения. Это еще одно - борьба за власть не смотря ни на что - его любимое действие.
Тоши вновь подчинился, буквально стискивая бедра драммера в собственных ладонях. А потом приподнял его - и насадил на себя, тихо застонав от тесноты вокруг возбужденного члена.
Вот тут, конечно, Хаяши не смог себя удержать, болезненно закричав. Громко, жалобно, чувствуя, как все тело бьется в конвульсиях.
- Тоши..- тихо, как будто непонимающе: за что так? За что?
- Прости меня, Йо...- жалобный шепот и виноватый взгляд в ответ. Дэяма опустил бедра и разжал руки, выпуская бедра рыжеволосого. И расслабился: ведь Йошики теперь на нем.
- Ты каждый раз забываешь...
Сцепив зубы, зажмурившись, уткнувшись ладонями в кровать позади себя, Йошики двигал бедрами, помня, что есть шанс так привыкнуть быстрее. Да и его никто не заставлял доводить любовника до таких последствий.
А Тоши чуть приподнялся на одном локте, ласково поглаживая драммера по животу свободной рукой, а позже обхватывая член плотным кольцом. Движения вверх-вниз и обратно. Так хорошо...и даже сказать банальное "люблю" или "прости" слов нет, хочется только вот так вот полулежать и рассматривать движущегося на члене Хаяши.
- Я хочу сам,- драммер кивает на ладонь на члене. Конечно же приятно, но как-то это немного неестественно.
Чуть позже рыжеволосый запрокинул голову, жмурясь и облизывая губы самым кончиком языка. Уже хорошо, стоит лишь привыкнуть. От чего он выгнулся в спине, не переставая тяжело дышать, совмещая с протяжными стонами.
Дэяма убрал руку с члена Хаяши и теперь просто подавался бедрами навстречу. Это классно, это просто безумно. Это весь Йошики.
- Тоши..- Йошики зашипел, замедляясь, сел, наклонился к блондину и чуть улыбнулся.- Тебе идет быть снизу. Ты сразу становишься такой..- не найдя слов, рыжик закусил губы, при этом водя ладонями по груди певца. Издевается, чертенок рыжеволосый.
- Эй... - усмехнулся Тошимицу, погладив рыжика по плечам, - Я почти кончил, а ты...
Самому хочется до дрожи, а он лишь развратно улыбается, чуть покачивая бедрами,- а я тебе еще не разрешал..
- Ах, ты засранец, сейчас ведь перевернусь, снизу окажешься... - пригрозил вокалист, приподнимаясь на локтях и заглядывая в обнаглевшие карие глаза.
- А ты сможешь хоть, блондиночка моя?- всё более насмешливо, а тонкая рука пробежалась по бедру певца и обратно, всё так же дразня и показывая, что драммеру явно нужны проблемы.
- А ты хочешь проверить? - поинтересовался Тошимицу, склоняя голову набок.
Рыжик не ответил. Просто поднял бёдра и опустился до максимума, поглаживая себя при этом по груди и сладко жмурясь. Он-то не сомневается.
Дэяма лишь закрыл глаза и подался бедрами навстречу. Это безумие, но...ему хорошо.
Драммер вновь начал двигаться, но медленно, растягивая даже не удовольствие, а банально терпение певца: на сколько его хватит?
Тоши надолго не хватило. Буквально три минуты - и вокалист со стоном кончает в разгоряченное тело, дрожа от оргазма.
Ещё пара движений, И Йошики отправляется навстречу эйфории за ним, бессильно падая на грудь певца и тяжело дыша. Больно томительно и сладко вышло.
- Я люблю тебя. Слышишь? Так люблю, что ради тебя ото всего отказаться готов.
- Ты ж моя радость... - сонный взгляд и ласковая улыбка в ответ. Тоши улыбается. Ему весело и хорошо. Хорошо с Йошики.
Через несколько минут они оба уснули, истощенные рабочим днем и усталостью. Но оба довольные - и до безумия счастливые.
А утром зашедший разбудить голубков Хидэ улыбался: даже во сне Хаяши жался к блондину и держал его ладонь в своей хрупкой руке.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:33 | Сообщение # 24
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Ох уж эти англичане!..

Прошло некоторое время, наступил октябрь. Жизнь мирно шла своим чередом, а в студии Имая шла запись. Это был первый раз, когда… С 87-го Атсуши сидел в студии весь день, а не «сколько положено». Сам певец это объяснял тем, что ему неудобно оставлять англичанина одного. Всё-таки, он его гость, любовник… Хотя о последнем никому знать и не стоит. Вроде бы подобная мысль никому не пришла в голову, ведь на работе отношения между этими двумя за рамки не выходила. Но вот когда их никто не видел…
- Хигучи, ещё один смешок, и мой кулак у твоего лица будет последним, что ты увидишь в этой жизни.
Басист невинно пожал плечами и тихо запел какую-то весёлую песню. Мол, Атчан всегда злится, пора привыкнуть. Только во почему?
- Имай, когда ты нас уже отпустишь? Вечер на дворе!
- Молчать, вы! - Хисаши, выразительно покосился на своих обормотов, отводя глаза обратно к студии, где буквально насиловал микрофон Уоттс. За все это время, с самого их расставания, Имай не сказал любовнику ни слова упрека. Лишь спокойные поправки. А недавно вообще стал избегать певца, будто догадывался о его с англичанином связи. Уоттс же надрывал голосовые связки, записывая чистовики. Надо же доделать это, иначе Хиса не успокоится.
Освободились где-то через полчаса. Имай остался работать, несмотря на все доводы и требования Сакурая. С ним остался и Хидэхико, решивший проконтролировать лид-гитариста. Братья умотали сразу же после объявления об окончании репетиции. А Рэймонд, схвативший Атсуши в охапку, попрощался со всеми и быстро умотал подальше от студии: голос и так почти сорван.
- Что-то у Хисы день за днём голова всё горячее и горячее,- запахнувшись в полы плаща, Атсуши чихнул и кивнул Рэю головой на машину.- Странный он какой-то. Того и гляди кого гитарой убьёт.
Сакурай всё видел и прекрасно понимал. Но что ему было делать? Сказать «перестань»? Да странно как-то. Сейчас его работой было развлекать англичанина, к которому ему всё равно было тяжело привыкнуть. Хотя ничего плохого об Уоттсе он сказать не мог: манеры, поведение, вообще сам, как человек… Ну и секс, конечно же, куда без него. Но это Айко буквально влюбилась в англичанина, а вот азиат его всё равно немного побаивался.
- Домой или отдохнём где-нибудь? Ты сегодня заслужил.
- Для меня сейчас лучший отдых - кофе и секс. Ну и спать. - рассмеялся англичанин, усаживаясь на пассажирское сидение. Потом протер глаза и кашлянул пару раз, - Надо будет еще с Айко поиграть.
И швырнул какое-то подобие барсетки на заднее сидение.
- А ты оптимист,- усмехнувшись, Атсуши устроился на водительском сидении и пристегнулся.- Всё расписал, по полочкам разложил... У тебя так всегда?
Сакурай всё реже пользовался услугами водителя. Самому порой было легче... Да и мало ли? Самостоятельно до дома можно было добраться куда быстрее.
- Европейцы люди пунктуальные. - рассмеялся Уоттс, взъерошивая себе волосы и пристегиваясь, - Поехали.
И устроился поудобнее, закрывая темные глаза и довольно улыбаясь.
Машина тут же выехала со стоянки и направилась в сторону дома. Атсуши молчал всю дорогу, тишину нарушала лишь играющая магнитола. Правда, интересного так ничего и не сообщили.
- Просыпайся, пунктуальный человек - приехали,- оповестили англичанина ровно через 20 минут.
Рэй мгновенно открыл глаза, потянулся и зевнул, выглядывая в окно. Потом поцеловал Атсуши в щеку, смеясь.
- Спасибо, детка, ты чудо.
И выскочил из машины от греха подальше.
Сакурай сделал вид, что его это совсем не смутило. Брюнет выбрался из машины, сладко потягиваясь:
- Да я же ничего не сделал, но..- по лицу азиатского Дьявола проползла усмешка.- Предлагаю сегодня приготовить ужин вместе.
И тут же Атсуши направился к крыльцу, поманив за собой англичанина и на ходу отыскивая ключи в кармане.
- Да как скажешь. - пожал плечами Уоттс, пару раз качая головой. Потом взлетел на крыльцо - быстро для своего телосложения - и обнял Сакурая за талию, прижимая к себе. У Рэймонда была одна такая привычка: если он что-то считал своей собственностью, - а Атсуши попадал в это категорию, - то все: это что-то или кто-то становится его до тех пор, пока англичанин не слиняет по "определенным обстоятельствам". Однако с японским певцом это действовало немного иначе: азиат останется его до отъезда обратно в Англию.
- У тебя руки трясутся, - европеец перехватил руку любовника и открыл дверь, впихивая Атчана внутрь.
- Рэй!- оказавшись в доме, Сакурай громко позвал Айко. Правда, кошка явно где-то спала, поскольку встречать никого она не спешила.- У меня не трясутся руки. Мне щекотно, когда ты меня так обнимаешь.
С Уоттсом всё было не так: где-то сложнее, где-то легче... Но неизменно одно: с ним было интересно. Сняв плащ и повесив его на вешалку, певец занялся своими любимыми ботфортами.
- И всё-таки, поведение Хисаши мне не нравится.
- Расслабься, у него период такой. Ревнует мальчик. - рассмеялся англичанин, быстро скидывая плащ и кроссовки. Потом уселся на колени перед Сакураем и стянул с него ботфорты, - Ну вот зачем ты это носишь?
- Сам, значит, устроил, и сам же ревнует?- хмуро. Певец облегчённо выдохнул, когда его ноги обрели, наконец, свободу.- Нравится мне. А тебе нет?
- Ты мучаешь себя. У тебя ноги устают. И сам ты устаешь. - покачал головой Рэймонд, погладив Атсуши по блестящим длинным волосам, - Интересно, а тебе пойдут короткие волосы?
И быстро вскочил на ноги, потянув азиата за черные пряди.
- Не учи меня жить,- коротко отозвался азиат, вскакивая на ноги и хватаясь за волосы.- Пусти, больно.
- Иди-ка сюда... - перенес руку с волос на талию европеец, притягивая к себе брюнета и криво усмехаясь, - Как только Имай упустил такое сокровище?
И тут же утащил вокалиста на кухню, улыбаясь.
Атсуши решил не отвечать на провокацию, выпутываясь из объятий и заглядывая в холодильник,- так..
- Свари мне кофе... - попросил Уоттс, зевая и заглядывая через плечо любовника.
- А что мне за это будет?- тут же поинтересовались из холодильника.- Ты когда-нибудь пробовал карри?
- Завтра ты сможешь встать с постели. - со смехом отозвался европеец, - Нет, а что?
Сакурай высунулся на минутку, хмуро оглядывая европейца. Потом хмыкнул и все-таки занялся кофе.
- Значит, сегодня еще и научишься его готовить.
- А может, просто выпьем кофе, займемся сексом и пойдем спать? - поинтересовался Рэймонд, опираясь на стол и мимолетно проводя рукой по голове брюнета, - Такой вариант не устраивает?
- Уоттс, у вас в Англии все такие озабоченные зануды?- проныл певец на манер гламурных девочек.
- А у вас в Японии все так ломаются? - не остался в долгу европеец, усмехаясь, - Готовь, давай.
Азиат усилием воли не побагровел, хотя было острое желание заехать Уоттсу горячей туркой по святому.
А англичанин уселся на стул и принялся ждать, время от времени ероша собственные волосы.
- Достань из холодильника рыбу с курицей,- Сакурай вышел в коридор и собрал волосы в хвост.- Расселся.
- Рыбу? С курицей? - Рэй скептично приподнял бровь, но послушно поднялся и вытащил их холодильника что велено. Потом отдал Сакураю и на всякий случай замер рядышком.
- Если ты будешь мне помогать, а не болтать, то мы успеем сделать сразу два блюда.
Затем из холодильника были вытащены овощи... И пошла, поехала готовка. И как, надо сказать!
Рэймонд уже успел пожалеть, что ввязался в такое. Однако все, что они вдвоем - плюс проснувшаяся Айко - успели нахимичить, вышло вполне съедобно.
Особенно нужно было видеть, как играла Айко с рассыпавшимися семенами кориандра..
- Ну.. Как-то так,- когда готовка была окончена, Атсуши довольно оглядел тарелки: все вышло отлично.
- Так...и что это? - рискнул поинтересоваться рухнувший на стул англичанин.
- Карри с рыбой, карри с курицей и кофе,- брюнет пожал плечами.
- Господи... - закатил глаза европеец, - ладно, давай есть.
- Ничего ты в еде не понимаешь,- усмехнувшись, Атсуши сел на свое место и оглядел любовника.- Японский карри не острый и сладкий. Это тебе не Индия.
- Атсуши, я в этом не разбираюсь. - пожал плечами Уоттс. Потом вздохнул и принялся ха еду, пожелав любовнику приятного аппетита.
После ужина - как ни странно, Рэя не стошнило, хотя готовить именно карри он не умел. Сакурай принялся разбираться с посудой, а Уоттс был сдан довольной кошке - ей перепали остатки курицы и рыбы.
Сакурай не мог налюбоваться на них: Айко так добродушно относилась к Уоттсу, что азиат и сам становился мягче с ним, доверчивее... Хотя стоит ли?
- Рэй, а вы хорошо смотритесь с ней.
- Да знаю... - засмеялся англичанин, поглаживая черную красавицу по шерсти, - влюбилась без памяти.
- Что-то здесь не то. Ты явно не тот, за кого себя выдаешь.
Но факт есть факт: Айко все время крутилась рядом с Рэем, разговаривала с ним на кошачьем, играла.. Даже к хозяину подпускала.
- Она просто падкая на европейцев. Как и хозяин, - усмехнулся Уоттс, поглаживая кошечку по спине, - Красотка. И это тоже ведь от хозяина взяла.
- Господи, ну почему он такой болтливый?- тихо поинтересовался певец на родном языке, коротко взглянул на потолок и, наконец, прошёл в гостиную, где его и ждали.- А ведь кто-то собирался уже давно спать.
- Так ведь тебя жду. - отозвался Рэймонд, укладывая черную любимицу на подушку и подходя к Атсуши. Обнял его за талию, убрал с лица упавшую длинную прядь. Взглянул в темные глаза и с легкой улыбкой прошептал, - Кофе ты мне сделал...теперь лучше не быкуй.
И прижал японца к себе, целуя.
А Сакурай и не собирался. Он вполне смирно обнял британца за шею, отвечая на поцелуй и позволяя сделать с собой вновь то, к чему они уже привыкли. Почему нет? Всё равно уже устали.
Англичанину такое спокойствие понравилось, как и то, что Атсуши не был бревном. А потому Сакурай был поднят на руки и утащен наверх. Поцелуй при этом сохранялся. Так и должно быть.
Ну, раз ещё и на руках таскают.. То Атсуши и вовсе расслабился, чуть царапая шею любовника, однако рискуя при этом упасть.
- Держись, обормот... - прошептал Рэймонд, прижимая к себе любовника и стягивая с него рубашку. Потом отшвырнул ее в сторону, оставив брюнета лишь в брюках, и при первой же возможности рухнул на кровать, усаживая Сакурая на себя.
- Сверху особо не удержишься. А если вспомнить твой темперамент, то и вовсе..
Брюнет сполз на бёдра Рэя, стягивая с него футболку и рассматривая с вредным кошачьим прищуром.
- Сожми бедра коленями, - рассмеялся Уоттс, приподнимаясь и быстро стягивая с Сакурая кожаные брюки. Одежда полетела в сторону, а сам англичанин, стянув с любовника нижнее белье, положил ладони на его бедра и заставил поерзать, потираясь о грубую ткань джинс полу возбуждённой плотью.
- Может, тебя и трахнуть ещё?- чуть хмуро. Певец выполнил просьбу, поёрзав чуть сильнее, упираясь руками в грудь англичанина.- А то ты так хорошо улёгся – прямо откровенное приглашение….
- Ой, прекрати. Сил не хватит. - улыбнулся европеец, чуть щурясь, - Я не стану под тебя ложиться. Не в этой жизни.
- Хочешь проверить?- азиат расхохотался. А он наивный.
- А если так? - усмехнулся Уоттс.
Сакурай тут же сцепил ладони англичанина в своих.
Рэй улыбнулся и посмотрел в темные глаза. Такого проявления инициативы от Сакурая не ожидалось. Что-то разошелся мальчик, но пока что ладно.
Певец уже только собрался привычным жестом сцепить руки Рэя наручниками... Но его ждал провал: наручников под подушкой не оказалось, а азиату вывернули руку, едва не сломав.
- Что-то потерял, маленький? - поинтересовался Рэймонд, держа руку Атсуши заломленной и крутя на другой наручники. Пара резкий и быстрых движений - и Сакурай лежит на животе, пристегнутый наручниками к кровати, а над ним нависает англичанин, ухмыляясь.
- Не со мной тебе быть в активе, маленький азиат... - жаркий шепот на ухо и пальцы, обводящие позвоночник и спускающиеся ниже. Как-то певец спросил, как Рэй обходится со своими партнерами там, в Англии. Кажется, самое время показать.
- Больно же, черт..
Сакурай сдул волосы со лба, чуть морщась: ладно, его поймали. Однако рука теперь нещадно ныла, еще Рэй собирался с ним что-то сделать... Нелепо попался. Но японец невольно выгибается вслед за рукой, при этом болезненно шипя.
- Испортишь шкурку - останешься без работы, сам знаешь.
- Знаю. Поэтому подпорчу только в невидных местах, - протянул европеец, убирая руку и наспех облизывая свои пальцы. Как-то не хотелось тратить время на ласки, да и на поиски смазки тоже. Поэтому в Атсуши были пропихнуты сразу три пальца, растягивающие бедного азиата.
- Тебе еще везет, своих любовников я беру без растяжки. - грубый шлепок по бедру, - расслабься, как они мучиться не будешь.
Сакурай зашипел, еще сильнее выгибаясь, но подаваясь на пальцы. Немного не по себе, но Уоттс... Давал ему свободу своей грубостью. Это больше напоминало наркотики несколько лет назад, но даже лучше.
- А ты не жалей,- чуть сдавленно, но уверенно.- Сделай мне больно, выеби как дешевку, чертов англичанин!
- Ну нет уж... - с насмешкой в голосе протянул брюнет, свободной рукой вплетаясь в волосы японца, - Ты у меня в VIP-зоне, милый. С тобой жестоко не хочется...ты попадаешь в мелкое число любимых.
Но пальцы все-таки вытащил, плюнув на ладонь и пару раз проведя рукой по члену. Потом раздвинул ноги Атчана и резко вошел, замирая и давая привыкнуть.
Брюнет вскрикнул, сжимаясь и цепляя пальцы связанных рук. Не то, чтобы больно, но плоть Рэя была весьма внушительной, так что..
- То есть.. Я везунчик, да?- хрипло усмехнулся азиат, расслабляясь и подаваясь бедрами назад.
- Можно и так сказать. - передернул плечами Уоттс, потянув за длинные пряди и заставляя прогнуться в спине, - А ну-ка...
И подтолкнул ноги брюнета, заставляя встать в колено-локтевую позицию и по шире раздвинуть ноги. И только после того, как Сакурай хоть и с трудом, но принял указанное положение, англичанин потянул за черные волосы и начал двигаться размашистыми и глубокими толчками.
Атсуши едва ли не рычал. Настолько было приятно. Приятно ощущать все эти движения в себе. Азиат схватился ладонями за спинку кровати - не очень удобно так стоять со связанными руками. Хотелось кричать, подмахивать бедрами, в общем, отрываться, как это делают шлюхи. Конечно, было немного и неприятно, но в целом..
- Рэй…
Брюнет не ответил. Лишь сильнее потянул на себя, заставляя изогнуться изящной дугой, и участил движения бедрами, поддерживая Атсуши под животом. Член регулярно скользил по простате, и англичанин не собирался дрочить любовнику: тот и от стимуляции простаты кончит.
Через какое-то время Сакурай уже буквально рычал, вскрикивал, сжимался... Едва не теряя рассудок. Почему он почти без боя доверял себя этому человеку? Хотя, какая разница? Уоттс был во всем хорош, даже слишком. Оставалось немного.
Уоттс быстро двигался в распластанном под ним теле, все так же держа в кулаке черные мягкие пряди. Его экстаз тоже был не за горами, но Атсуши должен был кончить первым, иначе Рэймонд просто затрахает его до смерти в следующем раунде. И будет это явно не сегодня. Но его любовнику явно было хорошо.
А что? "Японский Дьявол умер во время дикого секса с английским жеребцом".
- Уоттс, черт!
Если бы Рэй его не придерживал, то Атсуши бы просто рухнул - такой сильный был оргазм. Непозволительно расслабляющий. Закричав громче прежнего, Сакурай кончил на простыни, непроизвольно сжимаясь. Перед глазами все плыло, голова кружилась.. Да и восприятие страшно притупилось.
Англичанин излился следом, вцепляясь зубами в плечо вокалиста и с силой дергая его за волосы. Перед глазами резко потемнело, тело задрожало - европейцу стоило огроменных трудов удержаться в том же положении и не рухнуть на азиата. Когда голова перестала кружиться, Рэймонд расстегнул наручники и, обняв певца за талию, лег и положил его рядом с собой, явно не собираясь выходить.
- Детка, ты супер. Я давно так не кончал.
Атсуши дрожал в сильных руках англичанина. Так, как будто бы он страшно замерз, или его лихорадило. А, может, будто бы ор сотрясался от рыданий. Но ничего подобного. Чуть обернувшись, певец тихо шепнул "останься со мной. Не уезжай, когда время придет" и тут же безвольно закрыл глаза. Он не заснул, просто сил совсем не было.
- Посмотрим, милый мой. Как сложится. Спи. - тихо и даже немного ласково. Рэй погладил любовника по щеке и уткнулся носом в легкие черные волосы, мгновенно отрубаясь.
Впервые за долгое время у него мелькнула мысль о перелете вместе с Атчаном.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:39 | Сообщение # 25
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Новый Год с Луновцами.

"Добрый вечер, мы рады приветствовать вас на борту нашего Авиалайнера!"- раздался женский голос и тут же затих.
- Ближайшие несколько часов вам предлагается спать, чтобы встретить праздник.
Реплика, кто бы сомневался, принадлежала рыжему драммеру. Любопытная няша сидела на диванчике, поджав под себя ноги, и сверлила взглядом Хироши, что уже с пару минут собирался запульнуть в него подушку.
- А что ты там про Сугихару-то говорил?- отвлек рыжика Тоши, дергая того за рукав.
Хаяши же, воодушевленный вопросом, тут же начал вещать,- на прошлой неделе он взял у меня ключи от дома - что-то ему там надо было. Но он так и не вернулся, а это.. Твою мать!
Хироши рассмеялся и спрятался за любимым Томоаки, случайно наступив на листающего журнал Мацумото, за что получил бравый пинок. Но все равно спрятался. А драммер взвыл, поскольку подушка все-таки настигла свою цель в лице драммера.
- Девочки, вы меня м.. Мягко говоря, раздражаете.
Красноволосый косо осмотрел обе парочки и уткнулся в журнал. Точнее, каталог - гитарист подбирал себе гитару. А еще, в последнее время у него.. Мягко говоря не клеились отношения с Хаяши: тот банально держал обиду за апрель, с тем гребаным журналом с фотографиями, а теперь еще и за.. Непринятие. Йошики просто не мог простить гитаристу, что тот ему отказал. Хотя при этом ему одновременно было стыдно, ведь апрельское наказание он до сих пор вспоминал с содроганием.
Отыграв концерт, группа отправилась в особняк Хаяши в ЛА, чтобы там встретить новый год. Можете ли вы представить себе удивление, когда они увидели дом, укашенный мишурой и всем таким празднечным, огромной ёлкой, шариками.. Этой зимой в Калифорнии температура не опускалась ниже 15 градусов, соответственно, снега не было. Но огромное количество фонариков, всяких блестков и мишуры это компенсировало.
Когда Хаяши уже раскрыл рот, чтобы поинтересоваться, какого черта происходит, из дома сначала выкатился Шинья, гонимый Инораном, за ними выскочил Рюичи, пытающийся отнять у гитариста коробку с петардами.. А вот лид-гитарист с лидером группы никуда не спешили, сидя на крыльце.
- Сюрпрайз, как говорится..- Хироши почесал макушку и понял, что сейчас что-то будет.
- Началось в колхозе утро...- а дальше было лапаморда.
Угадайте, кто? Разумеется, и фейспалм, и язвительная реплика принадлежала Хидэто. Гитарист сквозь пальцы смотрел на творящийся вокруг бедлам и медленно охуевал, словно пытаясь понять, куда это занесло его бедную задницу, постоянно ищущую приключений. Мысли его были прерваны радостным визгом рыжей няши. Йошики распихал всех и понесся к Кавамурушке, как угорелый.
- Рюи-чааааааан, ты мне кааааааааашку обещал!
Вокалист Luna Sea сделал рожу кирпичом и унесся под защиту Сугизо. Правда, не добежал: ноги у Хаяшика длинные, бегает он быстро...так что суждено было Рюичи валяться рожей в асфальтированную дорожку с драммером на спине. А Йоши не будь дурой - тут же начал молотить по спине бедного вокалиста с репликой "хачу кааааааашку!".
Знаете, что самое страшное? Под эти визги Ино, забыв о мечте угробить собственного драммера, запрыгнул на спину собирающегося спасать Кавамуру Сугихары.. И обоих больше не видели.
Кавамура же поняв, что пришел ему великий и ужасный, попытался откатиться от рыжика. Однако Хаяши уже просто запрыгнул на друга, продолжая клянчить.
Сердце Ямады и не выдержало воплей двух красавиц,- ну вы это.. Оттаскивайте своего, пока тут первый труп не возник..
Тошимицу тут же сорвался с места, оттаскивая рыжую няшку от перепуганного вокалиста. Томоаки и Хироши тупо жались в сторонке - ну мало ли, как понесет бедных джеев.
Хидэ лишь пролавировал между джеешками и ушел на крылечко, окидывая наглым взглядом представившуюся глазами территорию.
- Как же эти истерички меня заебали...
- Я к тебе пока и пальцем не прикасался! - тут же возник Хаяши. Правда, смолк он тоже быстро: Тоши зажал ему рот рукой.
- Ползи ко мне, моя красавица..- начал было Ямада, с самыми чистыми намерениями, но Рюичи тут же оказался на коленях вообще ничего не подозревающего Джея.
Пихнув шефа за безалаберность и несохранение голоса группы, брюнет тут же тихо поинтеиесовался,- Хидэ-сан, чего это Хаяши творит? Неужто Тошимицу на концерте его ледяной водой окатил?
Кстати о Тошимицу: рыжик, не будь, опять-таки, дурой, тяпнул блондина, вырвался из объятий.. И полетел от разъяренного певца водить хороводы вокруг Паты и Хиса.
Ямада, понимая, насколько все серьезно, сел на один из стульев и прикинулся статуей.
- У меня такое же ощущение..- задумчиво протянул красноволосый.
***
Уже ближе к вечеру обе группы сидели в гостиной за огроменным столом - спасибо Кавамуре - и чисто сходили с ума.
"Да не виноватая я!"- ежеминутно оправдывались перед любовниками Хаяши с Сугихарой.. И было так, пока на них не рявкнул Оносэ: сразу притихли.
В целом, все было нормально, если не учитывать, что рыжик так и не нашел свой Кавай.
- Я тебе предлагал актеров вызвать, не виноват он?- залепив Ясухиро затрещину, Рюичи нахмурился.- Вот где я тебе сейчас Деда Мороза да еще и с внучкой найду?
Хаяши сразу показал что "хрен он в бабье полезет", да и вокалист Луновцев был с ним солидарен.
Один лишь Хидэ промолчал, откуда может грозный Кавамура достать деда с внучкой. Томоаки и Хироши тут же умотали под стол, Матсумото, решая не мешать гейскому клубу, тупо свалил на обратно крылечко. Из Иксов остался один лишь Тоши, да и тот попытался уползти под диван, предварительно спихнув уползшему под стол Пате бутыль с сакэ.
На улицу вслед за красноволосым вышел драммер Луновцев - так сказать, товарищ по несчастью. Ориентация же еще двух Луновцев в лицах гитариста и басиста точно авторами не установлена.. Но и они предпочли спрятаться на видном месте: на диване.
- Будешь?- Ямада протянул гитаристу Иксов пачку сигарет.
Хаяши же, сидя на столе и наблюдая за благоверным, вдруг додумался,- народец! А давайте-ка мы Сугихару Снегурочкой сделаем!
Сугизо - как был - свалился на пол и уставился на рыжика офигевающим взглядом.
- Не смотри на меня: ты мне не мать, не сестра и не любовница,- фыркнув, драммер стряхнул волосы с лица и принялся вспоминать, где же у него платья остались..
- Точно-точно! Я тебе еще платьице потом куплю! Няяяяяшненькое такое! - обрадованно улыбнулся Дэяма, надеясь, что Сегацу-саном его не сделают.
Соло-гитарист тихо вздохнул и вытащил из предложенной пачки сигарету. Щелкнул колесиком своей зажигалки и закурил, рассматривая темнеющее небо.
В доме в то время из-под стола высунулась рука бас-гитариста, дернула драммера за штанину и указала на бедного Джея, призывая сделать его дедушкой Морозом.
- Оносэ-сан,- сладко пропел Хаяши, потрепав умного Хироши по черной макушке.- Суги в зубы и наверх переодеваться!
Джей что-то шепнул Инорану и с готовностью пошел на верх. Сугихара же начал заливать про то, что лидер-сану партию составлять не станет.. А потом Кавамура напомнил ему про панель. Послышалось "ой", и Сугихара помчался за шефом переодеваться.
- Хидэ-сан, как на счет дождаться праздника и по девочкам?- поинтересовался Шинья. Хотя.. Это было немного забавно, учитывая внешность музыкантов в то время.
Дэяма, обрадованный избавлением от тяжкой участи, выскочил в коридор и вдруг замер, разглядев в открытой двери силуэты Матсумото и Шиньи.
- Я не против...- Хидэто усмехнулся и выпустил колечко дыма, - проведем веселую ночку. Ибо на нашу порнографию я больше глядеть не могу.
- Думаешь, я могу? Один только Рюичи с Сугизо чего стоят...
- У тебя их только двое, а я один в группе натурал. Хис - и тот гомосексуал. Тьфу, блин, противно! - соло-гитарист сплюнул и продолжил курить. Вокалист X Japan ухмыльнулся и знаком поманил к себе Хаяшика, приглашая послушать.
Благодарно пожав любимому-дорогому Рюи за поддержку лапку, рыжик выгнал развлекающихся Пату с Хисом из-под стола за стол и тихонько вышел к Тоши, приобнимая его и пока не совсем понимая, чего приключилось.
- Ну ты погляди на него, м? - тихо прошептал Дэяма, касаясь губами уха драммера, - свалить хочет, общество ему наше противно, видите ли...
- Мда...тяжела и неказиста лайф простого гитариста...- Шинья усмехнулся и закурил следом.
- Драммерам тоже нелегко приходится. - красноволосый выпустил дым и взглянул на наручные часы, - еще пол часика, и можно будет искать себе развлечение на ночь.
Тошимицу чуть зубами не заскрипел от неудовольствия.
- Тапочком его,- тихо фыркнул рыжик.- А еще лучше разлучить с Ямадой и по кругу пустить: вон Юнэ после праздника платье как раз будет доволен.
Да.. Наглость натуралов не знает границ.
- Что делать-то будем?
- Для начала лучше его не отпускать...- У Тошимицу столько планов было...да, видимо, не судьба. Ибо не вовремя обернувшийся гитарист уткнулся взглядом в сладкую парочку и остолбенел. Правда, уже через три секунды Хидэ очухался, сориентировался, понял, что пиздец подкрался незаметно и с криком "Валим, Шинья, валим!" бросился прочь вокруг дома, надеясь спрятаться в елочке. Драммер Луновцев рванул следом.
Рыжик почесал макушку и с воплем "Кто поймает сволочей - выпишу премию и отпуск!" помчался вылавливать Мацумото. Рюичи просто поинтересовался у Тоши, что за дела.. А вот за Ямадой во второй раз за вечер помчался Иноран, да еще как: забор на участке был высокий - не перелезешь - вот брюнетистый гитарист и подрезал наглецов у единственной калитки.
- Держи их!
Хидэ увернулся от обьятий Иноранушки только благодаря своей природной хрупкости и ловкости. А вот бедный Шинья вовремя повернуть не успел и врезался прямо в радостного ритм-гитариста. Брюнет радостно заулыбался и помахал драммеру ручкой.
- Один есть!
- Шинья, падла, на кого ж ты меня оставил! - взвыл Хидэ, видя бесполезные попытки своего товарища по ориентации вырваться из цепких лапок Ино. И тут же вновь изогнулся непонятной дугой, обтекая Тошимицу, и со всех ног бросился к ближайшему дереву. Пара метров, прыжок, взметнувшееся в воздух худое тело - и руки уцепились за ветку, тут же делая соло-гитариста Иксов недосягаемым для землян. Быстро подтянувшись, Хидэто вытянулся на манер Чеширушки и устремил наглый взгляд вниз.
- Съели?
Довольно помахав Инорану, Йошики задал всего один вопрос:
- Кто желает шашлык из красноволосого гитариста?
- А может, все-таки по кругу? - поинтересовался Тошимицу, подходя к Хаяшику и обнимая его за талию. Правда, Хидэ тут же высказал вокалисту, в каком направлении ему идти и сопроводил это все многозначащим жестом.
- Хидэ, беги. - отозвался несчастный Ямада, изо всех сил барахтаясь в объятиях Инушки.
В дверях показались Кавамура и визжащий на всю округу Сугихара. Дескать, как могли без него начать дебоширить. Оносэ молча пригрозил драммеру, намекая, что "раз с собой не позвал - теперь не возникай".
Хаяши же потер макушку,- если не сжарится - спрыгнет. А уж тут мы его и изловим.
Пока смертные на земле судили да рядили, что и как, Хидэ думал. Осмотрелся, проанализировал все и начал меееедленно так перебираться на другие ветки, подкрадываясь все ближе к забору.
Дело было в том, что дерево, на которое гитарист взметнулся, стояло практически рядом с забором. Метра два-три, не больше. И если хорошо постараться, можно было прыгнуть и очутиться на заборе, а при удаче так вообще через него перемахнуть. Собственно, на это музыкант и надеялся.
- Я тебя от местных гопников спасать не стану, да еще потом от себя пну хорошенько,- изрек рыжик, заметив, наконец, данную наглость. Затем махнул рукой Ино, намекая отпустить Ямаду.. И, наконец, заметил красавицу Снегурочку и расхохотался: действительной, Джей запихал подопечного в розовое платье.
Шинья тут же бросился наутек, то бишь за калитку. А Матсумото прыгнул. И перелетел через заборчик, приземляясь прям перед драммером. Искренне надеясь, что погони не будет, музыканты пошли по улице в поисках веселья и компании на ночь.
- Свалили, гады...- присвистнул Тоши, разглядывая бедного Юнэ, - с меня платьице, Суги, запомни.
- Пошел в жепу! - с непонятным акцентом выругался соло-гитарист Луновцев.
- Молчи уже, Царица полей,- фыркнул рыжик и сделал знак тут же исчезнувшему Инорану. А Рюичи еще и по макушке дал благоверному.
- Ну и праздничек..
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:39 | Сообщение # 26
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Шинья вовремя обернулся и бросился бежать. А вот Матсумото не успел. И на этот раз уже красноволосый гитарист оказался в неловком положении, ибо тяжелая рука Инорана бедного парня банально вырубила, и музыкант рухнул как подкошенный. Шинобу раздумывать не стал: драммера догнали и вырубили, взял обоих музыкантов под мышки и уволок бедняг обратно.
- А вот и наши птааашки... - с улыбкой протянул Тоши, оборачиваясь. Ино усмехнулся, швырнул драммера под ноги Сугизо, который не замедлил споткнуться о его тушку, а следом под ноги Хаяши улетел и только-только начавший приходить в себя гитарист.
Вы спросите, почему Иноран? Да просто он бегал быстрее всех и все время ходил в кроссовках, вот.
- Ино, высший балл,- похвалил подопечного Морозушка, подходя к внучке и встряхивая бедного Шинью.
- Ты ж моя радость..- пропел Хаяши, садясь на корточки и цепко хватая горе-гитариста за шкирку.- Ну что, Тоши, говоришь, будем с ним делать?
Шинья прикинулся ветошью, и весьма удачно. А вот соло-гитарист очухался, сориентировался, второй раз за вечер понял, что пиздец подкрался незаметно и начал молотить конечностями по воздуху в попытке отцепиться. При этом Матсумото так орал, что легче было отпустить бедного взъерошенного няшку на волю, нежели вот так вот удерживать.
Однако Хаяши было категорически наплевать на вопли Мацумото, так что грозная Няша припугнула гитариста и прямо на себе потащила в дом, кивнув осталным следоватл за собой.
- Пусти меня, сволочь извращенская! - красноволосый брыкался как мог. А мог он отлично.
- Йоши, закрой ему рот. - мрачно попросил Дедушка Мороз, пнув понурого драммера, - шагай, чудо-юдо. Сбежать они решили.
- Да заебало меня на вашу порнографию смотреть, пустите! - завизжал Хидэто, царапая Хаяшику спину, - пусти-пусти-пусти-пусти-пустииииии!
- Твою мать, Дэяма!- зашипел рыжик, разворачиваясь и буквально накидываясь на бушующего Мацумото.
Оглядев весь дурдом, Рюичи закрыл Снегурочке глаза и утащил.. Утащил, короче.
- Вот ненадо возникать, Ямада,- возмутился Ино, совершенно не желая, чтобы Хаяши и его отпинал.- Тут пока все прилично.
- Да конечно, блять, а Томоаки с Хироши, простите, чем заняты? - тут же язвительно поинтересовался драммер, глядя на отчаянно отбивающегося гитариста. Тот уже и ногами, и руками, и даже головой орудовал - лишь бы от Хаяши отбиться.
- Завидуешь?- хмыкнув, Ино подпихнул драммера в гостиную, куда за ними проследовал и Джей, оставляя Иксов в коридоре.
- А ну не рыпайся!- взбесившись, Хаяши улегся на гитариста звездочкой, упрямо прижимая его конечности к полу.- Дебошир чертов, я тебе сейчас покажу гомофобию!
- Хоть пальцем меня тронь, у тебя Тошимицу есть!!! - зашипел Хидэто, всячески брыкаясь. Вышеуказанное недоразумение тут же наклонилось и щелкнуло гитариста по лбу.
- Хочет тебя он, а не я. А потому...Йоши, солнышко, не затрахай его там до смерти. - вокалист тут же умотал в гостиную.
А Хаяши замер, открыл рот и проследил за убежавшим блондином и выдал:
- Ах ты блядь Татеямская, кидать меня вздумал?- укусив Хидэ за нос, Хаяши свалился на пол и заныл.- Ах вы сволочи, не любите меня ничертаааааааашеньки..
- Не люблю. Я вообще не знаю, как к тебе относиться и кто я тебе. - Матсумото потер больной нос и отполз к коридору. Из гостиной донесся смех.
- Ну и не люби,- рыжик подобрал под себя ноги.- Уж и по дурачиться нельзя, а..
- Йошики, да я до сих пор тот вечер забыть не могу! Я ведь чувствовал твой взгляд, затылком чувствовал, пока уходил! - гитариста прорвало. А как иначе? Такое не забывается...
- Мог бы забыть.
Да уж.. Особенно, если учесть, у кого. в ту ночь остался Хаяши.
- Ну все теперь!- драммер психанул и махнул руками.- Давай, еще охрану от меня найми!
- Йо, успокойся. - Хидэ пошел на попятную. Легче было признать себя виноватым, нежели трепать Хаяшику нервы. Карие глаза устало закрылись, - не делай так больше. Я не изменюсь, был натуралом, им и останусь.
- Ловлю, блин, на слове,- фыркнул рыжик, заглянул в гостиную и обрадовал блондинистого певца, что тот спит на коврике.
А гитарист так и остался в коридоре. Возвращать абсолютно не хотелось.
Через минуту часы пробили двенадцать. Хидэ усмехнулся и закрыл глаза, устраиваясь в коридоре поудобнее. Из зала доносились звуки празднования, нытье Шиньи и смех Йошики. А Матсумото лишь улыбнулся и закрыл глаза.
- Лови. - тихий шепот. Пускай будет так. От своей точки зрения он не отступится.
Однако когда речь дошла до алкоголя, Хаяши тут же поднял кипиш: как так - бухать без Мацумото? Именно поэтому гитарист получил затрещину и был притащен и усажен грозной няшей за стол.
Что помимо? Помимо Кавамура стебался над Сугихарой в платьице, за что тот гонял его.. А Ино пытался прилепить Джею бороду.
- Братва, опускаем кипиш и празднуем!
В двух словах: праздник однозначно удался.
***
Хаяши проснулся от странных воплей. Открыл глаза, пихнул Тоши.. Стоп. Тоши?! А как же..
- Твою мать, что мы пили..- проныл рыжик, вновь пиная блондина. Когда раздался вопль, оба музыканта побежали выяснять, что произошло.
Первое, что понял Мориэ, так это, что он лежит в позе крюкозябрика на кафеле, а голова его покоится на чьих-то коленях. Подняв руку, чтобы протереть глаза, басист охнул от боли и тут же крякнул, обнаружив в ладони целый кусок от цветных колготок. Кажется, такие вчера носила Снегурочка…
- И тебе доброе утро, Хироши..- донесся сверху голос Рюичи.
Басист вновь икнул, кивнул, и продолжил изучать траекторию. Своего любимого брюнет обнаружил спящим с почти что голым лидером Луновцев. Решив поинтересоваться потом, Хис услышал скрип Сугизо из ванной. Только стоп: стонал явно он, а выглядывали оттуда голова Мацумото и ноги Инорана. А где остальные?!
- Мамочка..- начал было басист..
- Сугихара, твою мать!- примерно это должен был вякнуть гитарист Луновцев, но тот обнаружил обрывок колготок Снегурочки у себя в зубах, ойкнул.. Понял, что лежит на Хидэто, а на них довольнейшая Снегурочка..
В ту же секунду проснулся Хидэ и заорал благим Матом, от чего все еще спящий Сугихара был выкинут из ванной, а Ино как следует отпинат..
Но самым страшным было появление Хаяши и его спутника: поздно ж он понял, что провел ночь с Ямадой. Надо же было слышать этот вопль, особенно учитывая всеобщее похмелье и реальную пропажу Дэямы...
Но, знаете, что самое страшное? Дэяма-то объявился, а выяснилось, что эти две банды категорически забыли про выступление в Японии… Так что, пришлось все обиду и всё прочее оставить при себе, в том числе, отложить разборки, и срочно возвращаться в Токио. Хотя Хаяши ещё долго продолжал нервно коситься на Ямаду.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:40 | Сообщение # 27
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
1993. Май. Рюичи и Атсуши.

Сказать, что Кавамура был в шоке, значит, вообще ничего не заявить. А все Сугихара. Все чертова рыжая блядь. Это все он, он! Он позвал Имая и Сакурая на пьянку. Знаете, секс, наркотики и рок-н-ролл. Только нифига не рок-н-ролл, а тупо джи-рок, смотрите правде в фейс.
Собственно, сидели он не у Юнэ с Рюи. Точнее, Имай и рыжая тварь остались дома - бухать, а обоих вокалистов по отправляли по домам. Однако Луновец, чисто со скуки, предложил прогуляться. И сейчас жалел об этом. Ибо всю дорогу чувствовал у себя на затылке заинтересованный взгляд Сакурая.
Да, Атсуши в коем-то веке решил по разглядывать любимого закадычного друга. Ну а что? Юнэ, наконец, совсем перестал их путать. Нужно же было как-то развлекаться?
- В этом мире я боюсь двух вещей,- усмехнулся Сакурай, поравнявшись с вокалистом Луновцев.- Хаяши на распродажах женской одежды и веселых в стельку наших гитаристов.
Да, все остальное было не страшным. Хотя как-то они сидели вшестером - прибавьте двух крашеных Иксов. Ну, ясно, чем закончилось, если учесть, что все четверо, то бишь кроме вокалистов, алкоголь обожают до чертиков. Ну да речь даже не об этом.
Речь о том, что эти двое встречались все реже и реже, работы становилось все больше и больше.. И как-то.. Не весело.
- Лично мне ядерной угрозой кажется только один человек...- и певец выразительно покосился на идущего рядом брюнета.- А остальное...приложится еще.
Да, правда что. Вот только прикладывающихся к неизвестному объекту Юнэ бедняге Кавамуре и не хватало.
- А куда мы, собственно?
- Мне тоже интересно, куда ты меня тащишь.
Это все напоминало "Мужья бухают - жены не мешаются". Все мы прекрасно знаем, что Юнэ и Хисаши - смесь термоядерная. Особенно, когда выпьют. И даже не имело значения, что Сакурай в каком-то смысле хранил верность англичанину, улетевшему неделю назад по срочному делу.
- А пойдем ко мне?- вдруг осенило Дьявола.- Мы с тобой так далеко ушли, что аккурат забрели на другую часть города.
А ведь и правда: здесь многоэтажных домов было все меньше.. А кое-где обстановка так вообще пустошь напоминала. Да, Атсуши громадный романтик - больше никто такой район для жизни выбирать бы не стал.
- Ну...окей, что. - передернул плечами Рюичи, потирая плечи руками. Дело было вечером, делать было нечего, вот и поперлись ребятушки домой к Дьяволу. Хорошо что не в Ад, а то Рюичи окончательно крышу потеряет. Длинную черную гриву развевал ветер, постоянно закрывая глаза шелковистыми прядями, и вокалист Луновцев озлобленно шипел, убирая черные прядки за ухо.
- Вот, почему я всегда завязываю хвост,- усмехнулся Сакурай, оглядывая Кавамуру.
Парни прибавили шаг, и буквально через пару минут дошли до дома. Едва певцы пересекли порог, как на плечо Рюичи опустилась почти полностью черная кошка.
- Айко, у нас гости.
Атсуши сразу прошел в кухню, кивая другу,- только осторожно: на нее находит иногда.
Рюичи вообще старался быть тише воды ниже травы: чужой дом все-таки...а еще кошак, растянувшийся на плечах вокалиста. Черный, как сама ночь. С горящими изумрудами абсолютно зелёных из-за широкого зрачка глаз. Кавамура протянул руки и аккуратно снял кошатинку с плеч, устраивая на руках. Черное котэ тут же заурчало - ну вот любили кошки Рюи. Непонятно почему.
- Это не совсем моя кошка,- донеслось с кухни.- Ты проходи, не бойся.
А что у Атсуши? А у Атсуши во все времена в доме считай ничего не менялось.. Только количество кошек.
- Я подарил её в 89-м маме. Но, как ты знаешь, вскоре мамы не стало.. И я взял Айко к себе. После моего развода, мне почти не бывает одиноко.
В самом деле, не смотря на будущих кошек Атсуши, ни одна не была на него так похожа, как Айко. Она была скорее похожа на заколдованную принцессу.. И очень любила руки. Ну и, соответственно, друзья Атсуши были её друзьями. Хотя что мы рассказываем? Вы сами видели её на примере общения с англичанином.
- Ну, мало ли...- улыбнулся Кавамура, проходя на кухню.- Да она у тебя лапочка..
У Атчана ничего не менялось. Вообще ничего.
- Вся в меня,- рассмеялся Дьявол, поставив на стол две чашки кофе и все, что нашлось к нему.- Правда, стоит мне кого к себе привести - можешь представить? Она такой концерт устраивает..- Атсуши слегка нахмурился.- Прямо хоть в зоофилы подавайся.
- Я с тобой не вожусь... - почти испуганно пробурчал Рюичи, устраивая кошку у себя на коленях. Котэ явно не было против.
- Тихо у тебя тут...даже не скажешь, что женат был...
- Я про любовников - ревнивая она,- усмехнувшись, Атсуши присел за стол.- Думаешь, я позволял ей что-то менять? К тому же, она развела здесь зимний сад,- фыркнув, брюнет взял чашку в руки.- Пугает другое: ближе к лету ко мне Раймонд приедет. Боюсь, как бы ревнивица моя концерт не устроила. Она его страшно полюбила. Так отпускать не хотела… А ведь скоро после прилёта – он уедет вновь. И не знаю, вернётся ли… Да что я? Айко будет переживать.
- Побесится и перестанет, - улыбнулся певец и сделал глоток, чуть улыбаясь. Кофе приятно обжег горло.
- Знаешь, какая стерва? До недавнего времени признавала только Имая. Можешь представить?- на косой взгляд Айко, Атсуши грозно шикнул на нее, имитируя общение кошек между собой.
Котэ грозно шикнула в ответ и спрыгнула с коленей Рюичи, черной молнией исчезая за дверью. Кавамура улыбнулся и потянулся через весь стол к стоящим рядом с Сакураем печенькам.
- Вот так и живем,- подытожил певец, подвигая другу вазочку.- Ну а ты что? Так и будешь Юнэ воспитывать?
- Да не берут его мои меры, хоть самому в измену подавайся, - ругнулся Рюичи, суя в рот печеньку и закатывая от блаженства глаза. Если честно, то он уже не раз подумывал о том, чтобы изменить Сугизо. Разумеется, чисто профилактики ради.
- Не бери с меня и Хаяши пример, тебе по имиджу не положено.
Конечно, Сакурай лукавил. Но все-таки среди них Кавамура действительно был.. Целомудренным. Ну, отношения с Юнэ не в счет, что вы.
- Посмотрим. Потому что я уже действительно не знаю, что мне делать с этой рыжей дрянью, - вздохнул Рюичи, попивая кофе и методично пережевывая печеньку.- Жарко тут у тебя...
Кавамура тихо вздохнул и потянулся, снимая кофту и оставаясь в одной лишь белой футболке. Черные волосы каскадом рассыпались по спине, длинные, блестящие, вечно вьющиеся. Как у девчонки.
- Да, мы любим тепло.
Сколько они были знакомы? Почти два года. Всего лишь. Но Атсуши все равно продолжал поражаться этой детской непосредственности Кавамурушки.
- Что делать с Юнэ? Да ничего,- Атсуши положил ладонь на руку Рюичи.- Он любит тебя, а ты его. Ну да...- чуть скептично.
- И я его. А он при первой же возможности налево уходит...- голос певца звучал почти что жалобно. Да и темные глаза, а точнее глаз - второй закрыла черная прядка - смотрели жалобно. Даже с долей обиды: почему он изменяет, а я терплю? Разве это правильно?
- Рюи, он просто.. Не нагулялся. Совсем, как наша рыжая катастрофа,- Атсуши чуть улыбнулся. Хотя Хаяши лишь делал вид, что изменяет Тошимицу, в целом, если отбросить этот нюанс – они с Сугихарой были страшно похожи.- Ты знаешь Юнэ лучше, чем я. Одному тебе известно, как можно его приручить.
- Хочешь, обрадую? - усмехнулся Кавамура, закрывая глаза и залпом допивая кофе.- Имай ваш тоже под его обзор попал. Он так на него смотрел... да, я его знаю. И потому абсолютно точно могу сказать: у Хисаши сегодня будет секс.
Этот чертов лид-гитарист давно засматривался на лидера Buck-Tick’ов, Рюичи это давно видел. И поэтому судьба рыжего Май-Мая была решена.
- Что?!- подавившись, Сакурай вскочил на ноги, вовсю таращась на коллегу. Блядство, какого черта это длинноногое создание свои лапищи к чужому тянет?!
- А ты не видел? Одни лишь взгляды Юнэ говорят о много... - тихо вздохнул вокалист, опуская голову, - мне жаль, Атсуши. Правда. Но с этим я ничего не смогу сделать.
- Нет, ну я хуею, дорогая редакция..- на выдохе брюнет присвистнул и опустился обратно.- Да нет, мне, в общем-то, дела нет.. Но ты-то как позволил?
- А что я могу? - темные глаза взглянули с грустью, - что бы я не пробовал, Ясухиро продолжает изменять мне. А чтобы изнасиловать его... - Рюичи вздохнул и устроился поудобнее, -...у меня банально не хватает сил. Как физических, так и моральных.
- Какого хрена ты такой добрый?- Атсуши поморщился.- Ну, давай прямо сейчас вернемся и набьем мордашки обоим.
- Нет. Оставь их так, - махнул рукой Кавамура, сползая со стула и откидывая со лба длинные черные пряди. Темные глаза смотрели жалобно... и немного грустно. Все-таки неприятно, когда ты душу человеку отдаешь, а он в ответ так с тобой поступает. Вокалист Луновцев вздохнул и протянул Дьяволу руку, собираясь прощаться.
- Спасибо за кофе.
Столько наивности и жалобы было в больших глазах, что просто офигеть. Ладонь немного дрожала - то ли банальные нервы, то ли... с Атчаном трудно находиться в одном помещении. Воздух будто тяжелеет и становится более горячим.
- Никуда ты не пойдешь,- сжав протянутую ладонь, Атсуши тут же перемахнул через стол и обнял Рюичи за плечи. Вовсе без намека, скорее, просто пытаясь поддержать.- Рюи, он будет таким ровно до того момента, пока ты не проявишь характер. Я лично с Хисаши так и поступал.
- Да не могу я, блин. С ним хорошо... и пока он рядом, все забывается. Все измены, обиды...абсолютно все, Атсуши.,- тихо вздохнул брюнет, опуская голову и занавешивая глаза черными прядями. Кавамура дрожал, сам не понимая от чего. А еще где-то на уровне подсознания инстинкт самосохранения вопил и носился из угла в угол, требуя немедленно уйти отсюда. Подальше от этого воплощения всемирного зла. А Сакурай был симпатичный. Не будь у Рюи Юнэ - певец обязательно влюбился бы. Но есть рыжая блядь, изменяющая на каждом шагу. А еще есть огромное желание наплевать на все и найти себе кого-нибудь на ночь. Переспать с другим. Причем, желательно не думать, как его оттрахает за эту выходку Сугихара.
- Либо ты поставишь его на место сексом, либо.. Изменишь ему. Это в любом случае заставит его задуматься: может, у тебя есть перспективы по лучше него. И хотя из-за моей репутации я вариант полу провальный, все же..- улыбнувшись, Сакурай погладил юношу по животу.- Именно я могу оказаться тебе полезным. Как известно, я всех заражаю.
- Ты чего, Атчан, последние мозги пропил? - Кавамура чуть на пол не свалился, подрываясь с места и дергая плечами.- Измены Юнэ меня, конечно, прилично задолбали, но не настолько же, чтобы... так...
Рюичи опустил глаза. В голове пролетела шальная мысля, от которой на щеках выступил румянец, а кислород отказался поступать в легкие, заставляя дышать ртом: а почему бы нет? Почему бы не лечь в постель с этим Дьяволом? Может быть, тогда Сугизо очнется?
Однако певец прекрасно понимал и другое: если он переспит с Сакураем, его дружбе с до сих пор влюбленным в брюнета Хисой придет конец.
- Никому не обязательно об этом знать,- убрав пряди длинных кудрявых волос от уха Рюичи, Атсуши поцеловал за ним.- Мы просто попробуем. А ты поймешь, готов ли устроить Сугихаре полноценную проверку.
А вот Сакурая не волновало, даже если это дойдет до бравого англичанина. Ну и что, собственно? Мы живем в то время, когда за измены не сажают. К тому же, в вечной любви никто не клялся, и.. И..- Тебе будет проще, если рядом будет вполне знакомый человек, а не первый встречный.
- Ты... думаешь, что я смогу изменить любимому с человеком, чья репутация отнюдь не белая и пушистая?
Глаза в глаза. Даже дыхание в одном ритме. От Атсуши веяло жаждой. Будто он - демон, желающий поглотить новую душу. На этот раз этой самой душой был выбран Кавамура.
- Я даже не знаю, смогу ли потом сам себя простить. Не говоря уже о Юнэ. Он... точно не простит, - тихо. Почти испуганно. Сугизо страшен в гневе.
Атсуши нахмурился. Эта вечная борьба в Кавамуре взбесила его еще в вечер их знакомства.
- Нет, а ты хочешь за ним что ли всю жизнь на коленях ползать?- Дьявол усмехнулся, входя в образ.- И хочется, и колется, Рюи? Ты-то о нем думаешь, о его чувствах.. А он? Он хоть раз о тебе подумал? Да он даже ни разу не попытался измену скрыть.
- Не говори того, о чем не знаешь! - Рюичи и не знал, что способен брать такие высокие ноты.- Я сам попросил его рассказывать мне! Все лучше, чем быть в неведении!
Кавамура задрожал, прислоняясь спиной к стене и закрывая лицо ладонями. Темные глаза смотрели сквозь пальцы. Смотрели испуганно, шокировано... и все-таки Атчан прав. Сугизо абсолютно не думал о том, что испытывает бедный вокалист. Отняв руки от лица, брюнет взглянул на Сакурая немного шальными глазами и прошептал:
- Лучше бы я все-таки не просил его рассказывать мне все...
Атсуши же удивленно похлопал ресницами,- да.. Мало того, что ты идиот.. Так ты еще и мазохистом оказался. Браво, Кавамура.
А вот Сакурай так бы не смог. Нет, конечно, Хисаши а свое время был ему предан и верен. А Рэймонд нет. Уж ясное дело, что на родине у него огромный выбор развлечений женского пола. Как бы он и не уверял, что Атчан для него особенный. Но брюнет был уверен в одном: узнай он об измене наверняка - простить бы не смог.
- И все-таки, ты знаешь, что я прав, Рюи.
- Знаю, - глухо отозвался Кавамура, опуская руки вдоль тела и поудобнее прислоняясь к немного шершавой из-за узора обоев стене, - и что? Это повод ложиться под тебя? - темные глаза сверкнули. То ли жалобно, то ли гневно... а кто ж бедного Кавамурушку разберет.
Сугихара был ветреным. Менял партнеров, как перчатки. И все равно почти каждую ночь проводил дома: там его ждал Рюичи. Ждал и верил, что его рыжее чудо придет. Обнимет со спины, прикусит кромку уха, томно зашепчет о том, как скучал и как хочется вновь почувствовать тепло брюнета. Рюичи специально тепло одевался - так тело дольше хранило накопленное за день тепло. Юнэ любил все тепленькое. Хотя так бывало далеко не всегда.
- Ну и чудо же ты..- грустно улыбнувшись, Сакурай покачал головой. Ещё бы: решиться было очень сложно. Можно даже сказать почти нереально. Ведь Рюичи был одним из немногих - был однолюбом. Во всех смыслах. Чего, собственно, и остальным желал.
- А насчёт того, кто сверху..- чуть позже улыбка сменилась на лукавую усмешку.- Думаю, не передерёмся.
- Я тебя не смогу уложить на лопатки, ты чисто физически сильнее, - покачал головой вокалист Луновцев, в очередной раз вздыхая. Так непривычно...ему предлагают эту близость. Не берут, как взял когда-то Томоаки из X Japan или как берет сейчас Юнэ, говоря "Пойдем потрахаемся?" и которому откажешь - силой заебет, а предлагают. Давая право выбора, и позволяя самому просчитывать последствия. Где-то укоризненно тюкнулась совесть, придавленная и забитая насмерть сильной обидой. И Кавамура, чувствуя эту слабость, мысленно решился. Пускай будет, что будет.
- Урок первый: активов надо брать не силой, а хитростью. К тому же..- Сакурай повёл плечом.- Вообще как бы мы с тобой даже и коллеги…
Ну да. Сакурай сам ложился под любовников. И, надо сказать, ничуть не стыдился того, что от шлюхи только полом и отличался. Вот ни капельки не стыдился. Живём-то всего один раз, нужно всё успеть. Хотя, наверное, в его случае, это просто тоска по потерянной любви.
- Наручники, ленты и всё такое прочее на что, радость моя?
- Нет уж, ребята. Я мирный. А еще я травку жую.
Потом, позже, эту фразу возьмет на вооружение Атчан. А сейчас так вякнул Рюи. Причем вякнул на свою голову.
Кавамура пожал плечами и закрыл глаза, откидывая голову назад и прижимаясь к стене. Манящие губы изогнулись в усмешке.
- Значит, эти идиоты оставили тут двух пассивов? - певец даже нашел в себе силы засмеяться. От близости Атсуши невольно подкашивались ноги.
- Я бы всё-таки поинтересовался, кто у них кого..- Сакурай так же рассмеялся, поднимая взгляд к потолку, закрывая глаза и прикидывая себе эту картину.- Мы с Хисой были вместе много лет. Но завалил я его всего один раз и чисто по пьяни. О чём, кстати, до сих пор жалею.
У Рюичи был чистый, красивый, звонкий смех. А от того страшно заразительный.
- Так что, им хуже, чем нам, уж поверь,- с усмешкой Атсуши вытер ладонью слезящиеся от смеха глаза.
- Да верю...- за время того ржача, который оба певца сдерживать не стали, Кавамура успел сползти вниз по стеночке и устроиться на полу, улыбаясь. Сверху однозначно будет Юнэ: такая уж у него натура, ничего не попишешь. А еще Рюичи улыбался просто так. С Сакураем было страшно...и даже как-то весело. Он мог помочь. Нужно было лишь попросить. Но это и есть самое сложное.
- Так что тебе бояться явно нечего. «Одно лишь слово – и я ваш раб на веки».
Да Сугихара, уж простите, надо будет – и типичную русскую бабулю с селения уговорит научиться танцевать как мистер Джексон, русских зеков научит церковным хором петь… Ну, рыжий же что с него взять?
А Рюичи...Кавамура напоминал истинную жену декабриста: и в Сибирь за Сугизо уйдет, и до конца стоять будет...даром что ли певец готовит нормально?! Юнэ постоянно просит его приготовить что-нибудь. И брюнет просто не может отказать, зная, что с кем бы Сугихара не спал, он все равно вернется. Хотя бы потому, что Рюи умеет хорошо готовить.
- Ты... да к черту, - длинные волосы метнулись красивой волной - Кавамура рванулся вперед от стены, поднимаясь на ноги и тихо вздохнул, оказываясь почти вплотную прижатым к Дьяволу. Темные глаза смотрели прямо в немного странно блестящие очи Сакурая.
- В кого ты такой извращенец и... шлюха по характеру?..- тихий шепот и робкое прикосновение к щеке. Кожа нежная. Если закрыть глаза, можно представить Юнэ. Дыхание один в один, жаркий воздух касается приоткрытых губ. Рюичи боится. Но все равно идет на эту жертву, веря, что Сугихара хоть немного задумается.
- Я – чёрт знает. Просто все джеи – одна большая шведская семья. И мне мой образ жизни более чем нравится.
А Дьявол принял это, накрыв тонкую ладонь своей. Как бы говоря «не бойся, не обожгу». И правда: для него Рюичи был абсолютно таким же ребёнком, как и Йошики. Со своими проблемами, заморочками… И неумением обращаться со спутником жизни. И хотя у этих двоих проблемы были в точности противоположные, но в обоих случаях разбираться приходилось в немалой степени Сакураю. Прямо не певец, а практически юрист с доставкой на дом. Да ужас просто.
- Ты достоин банального уважения. И Юнэ пора это понять.
Первый поцелуй. Просто прикосновение губ двух людей, лишь пробуя, ощущая, как это. И улыбка. Всё равно Кавамура был невинным. Невинным, как цветок Сакуры. И плевать, что это только имидж, прикреплённый ближайшим окружением.
А дальше - подкашивающиеся из-за дрожащих коленей ноги, теплые руки на плечах - как опора и просто жест, добавляющий уверенности - и мягкие губы, неуверенно забирающие дыхание с губ этого странного человека. А еще язык, скользнувший по прижавшимся друг к другу губам и темные глаза, полуприкрытые веками, с трепещущими бабочками длинных пушистых ресниц. И эмоции: противоречие, наслаждение, желание продолжить и остановить это безумие еще на стадии зарождения, сочтя и поцелуй достойной изменой - Рюичи тяжело поверить, что сегодня он проведет ночь не в мягкой кровати Сугихары, уткнувшись носом в любимую подушку, насквозь пропитанную запахом любимого человека. Все неожиданно, непривычно... маняще. "Сия истина манит, сия истина ранит". Кавамура судорожно сглатывает и немного приоткрывает губы, открывая новую территорию. Темные волосы аккуратно убраны за ухо чужой рукой. И тело дрожит. Страх, желание - все смешалось в один безумный коктейль. В каком-то смысле эти двое попросту зализывали друг другу раны. Причём один до последнего колебался, решая, нужно ли ему это, а вот второй упорно одними лишь объятиями говорил, что пути назад просто нет. Уже решились, уже сделали шаги - нет времен и шанса на раздумья.
- Не бойся. Атсуши прижимал Рюичи к стене, но осторожно; отвечал на поцелуй - но боялся спугнуть. Кавамура проявлял инициативу и очень походил на мотылька, присевшего на цветок. А обычный этот цветок или хищный - узнать можно было и потом. Запретный плод сладок - и это именно тот случай. Вокалист Луновцев не знал, но он сам сейчас приносил себя в жертву Дьяволу, просто ради его прихоти. Хотя, кто знает. После этих ласк, этой ночи, они оба вынесут особые уроки для себя.
Полуприкрытые от страха и желания глаза, сбитое дыхание, опаляющее губы партнера на ночь, теплые, слегка дрожащие от волнения руки - страсть и желание в Кавамуре выдавало абсолютно все. А еще мягкие покусывания за губу - наверно, единственная инициатива, которую позволял ему Юнэ. Сейчас даже не важно, чем закончится их ночь вместе. Миру почти 22 года. Всего. Есть еще время пожить. И нужно попробовать все: от нежного секса в постели, когда тела переплетаются и с губ рвутся стоны от ласк, до грубого траходрома в подъезде, когда холодная стена становится опорой, а руки быстро расстегивают пряжку на ремне. Это все будет. Но потом. Сейчас - Атчан и его губы. Ну да, на счет подъездов - еще вопрос, а вот на улице, наверное, все начинали. А что? Воздух свежий способствует приливу крови к месту, противоположному от мозгов. А для хорошего секса именно это и нужно. Только если Рюичи в своем пути еще ступал осторожно, прощупывая почву под ногами и продумывая модель поведения, то вот Сакураю-то в его все 27 пора было бы и притормозить, оглядеться, и ответить на вопрос: а что ты имеешь? Ну, слава. Плюс скверная и пугающая репутация. Да еще и ребенок где-то очень далеко. Не завидно, не завидно. Ну а раз Рюичи явно сопротивляться уже не станет, то можно дело двигать и дальше. То есть, не спеша и в спальню, при этом делая закос под невинную овечку. Мол "да, я тоже травку жую и ничего не понимаю". Но на самом-то деле, все куда хитрее. Кавамура медленно сходил с ума. От прикосновений, таких ненавязчивых и требовательных одновременно. А еще безумные мысли: как повел бы себя Юнэ, увидь он их сейчас? Ответа в своей голове Рюичи не нашел. А потому пришлось плавно перетекать вслед за Сакураем из комнаты в комнату, мягко целуясь и отдавая себя всего этому гребанному соитию.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:41 | Сообщение # 28
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
- Если ты не в силах удержать любовь - значит, ты просто недостаточно любишь.
Атсуши же поражался: как? Как такой дивный цветок, как Рюичи, мог попасть в лапы самой Ходячей Порнографии? Хотя как - он и сам успел рассказать.
- Ну, так что: сверху или снизу?- легкая усмешка, едва только они завалились на кровать.
- По ходу разберемся...- прошептал в ответ Кавамура, переворачиваясь на спину и проводя рукой по щеке Дьявола. Темные глаза, чуть затуманенные от возбуждения, смотрели прямо в насмешливые очи Сакурая. Было жарко, тело требовало того безумного секса, который мог изменить жизнь Рюи. А совесть лишь отчаянно взвыла, чувствуя, что еще немного - и вокалист Luna Sea отвернется от нее и отдаст себя чужому человеку. Рюичи не мог поверить, что это все реально. Но жар, исходивший от тела, нависшего над ним, будто говорил: это правда. Ты просто поверь. Кавамура сам не понял, когда произошел переломный момент. Просто поймал себя на том, что его теплые ладони шарят под рубашкой певца, расстегивая и снимая ее.
Хорошо, что спальню освещал только свет луны. Атсуши уже рассказывал Рюичи, что делали с ним Ягами и Хошино.. Не называя имен. А не так давно это произошло вновь - музыканты ведь народ эмоциональный - а кто его защитит? Хисаши? Вот ему как раз лучше и не знать вовсе.
- Молодец.
Усмешка сменилась улыбкой, искренне поощряющей действия юноши. Когда рубашка была снята, Атсуши не стал отставать: приподнял любовника и снял с него футболку. Трение разгорячённых тел куда приятнее. Как там? Наличие одежды здесь неуместно.
Тем более, что кожа у Рюичи была невероятно нежной. И к ней было безумно приятно прикасаться. Чем Сакурай и занялся.
Кавамура дышал, как загнанная лошадь. Тяжело, жарко, немного хрипя на выдохе. Темные глаза, полуприкрытые, с дрожащими ресницами, длинными, как у девчонки, косились время от времени на Атчана, целующего его шею и грудь. Без засосов было даже... непривычно. Юнэ всегда впивался губами в шею, посасывая нежную кожу и оставляя свой след. Рюичи постоянно носил шарф - ему не хотелось, чтобы кто-то видел эти метки. И один лишь Сугизо хитро улыбался, иногда придушивая певца его же шарфиком, а на следующую ночь все повторялось. Но это не важно. Не сейчас.
Темная челка прилипла к мокрому лбу - становилось нестерпимо жарко. Как в Аду. Кавамура немного мотнул головой, разбрасывая по подушке длинные волосы, собравшиеся в большой ореол вокруг его головы. Такой открытый, доступный...выдрессированный Юнэ.
Внезапно, Сакурай замер. Приподнявшись, он вытянулся и прогнулся в спине, по-кошачьи потягиваясь. Ладони его тут же оказались на плечах Рюичи, чуть сжимаясь. Действительно, как кот.
- Урок следующий: не отдавай всю власть партнеру. Расслабишься - и даже не надейся, что все пройдет гладко.
И, как подтверждение, слабый укус в шею.
- Ай! - Рюичи дернулся, немного болезненно жмурясь. Больно все-таки. Шея - одно из самых чувствительных мест на теле брюнета. И даже малейшее прикосновение давало определенный эффект. И в ответ Кавамура жалобно хныкнул и приподнял голову в попытке отомстить. Мягкие губы коснулись кожи на шее вокалиста Buck-Tick’ов, тут же немного засасывая кожу. Мол, не думай, что я сдаюсь. Мне просто нравятся твои ласки.
А в ответ - судорожный вздох и поглаживание по плечам со стороны спины. Да, этому юноше палец в рот не клади - найдет, что сделать. Дай только волю..
- И, главное, не бойся.
Видимо, дело принимало интересный оборот.
- Атсу...- хриплый шепот и темные маслины затуманенных глаз, смотрящие прямо в блестящие очи певца, - ты же не просто так мне помогаешь. Я угадал?..
И нет возможности соврать этим красивым глазам, что смотрят наивно и доверчиво. Недаром Юнэ старался смотреть Рюи в глаза: все эмоции, которые пытался скрыть Кавамура, мгновенно отражались в "зеркалах души", заставляя их владельца открывать легкий румянец на щеках, прикусывать губу от смущения и желания, прятать эти самые глаза за темной челкой. Но нет пути обратно - взгляд уже брошен. Как жребий, случайный, быстрый...с интересными последствиями.
- Если так хочешь - может, и не просто так,- улыбка и аккуратный поцелуй в лоб.- Жизнь же длинная - посмотрим.
Да, знал бы Рюичи тогда, как именно его Дьявол будет разъедать всю жизнь - одним бы взглядом на тот свет отправил и не побрезговал бы.
Да и поделом наглому Сакураю!
- Приподнимись,- Атсуши сполз на кровать, рассматривая Рюичи.
Кавамура послушно приподнялся на локтях, сводя вместе колени и запрокидывая голову. Этакий красавец. Доступный, бери - не хочу. И в то же время тихий и домашний, верный...и свято верящий, что сейчас поступает так ради Сугихары. Кажется, что вокалист Луновцев будет выполнять все, что ему скажут, если прибавлять к этой фразе "Юнэ попросил".
А еще в голове всплыла мысль, что в лоб целуют покойников.
Вот именно, что из хулиганистого парнишки Сугихара превратил его в выдрессированного зверька, "послушную женушку". Да лучше б не жить, противно даже.
- Может, ты еще хочешь отступить?
Улыбка, смешенная с усмешкой. И прикосновение пальцев к груди, сменивающееся поглаживанием и задеванием сосков.
Кавамура качнул головой и уселся на кровати, глядя на брюнета исподлобья.
- Уже нельзя.
И чуть сбитое дыхание, не отстраняющееся тело, чуть приоткрытые манящие губы - тому доказательство.
Кавамура всем своим видом соблазнял с огромнейшей силой. И, черт возьми, Сакурай слепо велся на это. Хотя нет, не слепо. С огромным на то желанием.
- Черт возьми!
Вот он и не стал сопротивляться, вновь касаясь губ брюнета. Но все равно сдержано и осторожно.
- Сам такой... - сдавленно отозвался Рюичи, чуть улыбаясь. И тут же углубил поцелуй, не давая ответить словами. Лишь позволяя прикусывать губу, ласкать языком нёбо.
Атсуши очень походил на Юнэ. Кожей, запахом...если закрыть глаза, то можно подумать, что его целует немного образумившийся Сугихара. Это сводило с ума.
Сакурай был абсолютно уверен: такого он раньше не испытывал. И чудно даже. Надоедает, когда все партнёры как под копирку. Именно поэтому Атсуши никогда и не входил в одну реку дважды. Рюичи же хотелось ласкать снова и снова. Что Дьявол, собственно, и делал. Таких, как Кавамура, беречь нужно.
Вокалист Luna Sea судорожно сглотнул. Было ощущение, что Сакурай просто старается выжить из него все соки, заставить самого просить о сексе. И ведь хрен поймешь, так это или нет. Но темные глаза смотрели из-под полуприкрытых ресниц томно, с интересом. Все-таки новый человек, новое тело, новые правила игры.
Теплые руки легли на бедра певца, проводя тонкими пальцами вдоль ремня, и мягко теребя металлическую пряжку. Нетерпеливо так. А еще ногти, аккуратно скребущие низ живота.
А, может, именно так и было? Возможно. Атсуши же все и вел к тому, что инициативу полностью передавать ни в коем случае нельзя. И даже слова - часть этого большого и вполне себе важного дела.
Сакурай судорожно вздохнул от таких прикосновений - игриво, щекотно, требовательно. И Дьявол не стал реагировать - мол, попробуй, если хочешь.
И Кавамура тут же принял эту игру, ловко расправляясь с пряжкой ремня, расстегивая молнию на джинсах. Теплая ладонь осторожно легла на пах и надавила, чуть сжимая тонкие пальцы на выступающем сквозь ткань члене. Судорожный вздох был певцу ответом. И Рюичи чуть сознание не потерял от вспышки желания, тут же ринувшейся в низ живота. Давление на пах становилось нестерпимым.
- Атчан...
Ладонь Атсуши скользнула по щеке Кавамуры, бережно поглаживая. Как же он был хорош и мил...
- Попроси меня,- без нотки власти, повеления. Только просьба.- Вдруг я пойму тебя не так?
У Сакурая теплые руки. Мягкие, по-настоящему нежные. Способные приносить боль, но дарящие уверенные ласки. Почему?...а черт его знает. Кавамура зажмурился, словно собираясь с силами, и тихо выдохнул, поднимая темные глаза на Дьявола:
- Прошу, возьми...
Дальше пути назад нет.
Трудно поверить, что когда-то Атсуши мог быть не таким, каким мы привыкли его видеть, не правда ли? Но ночь же молода. А если любовники молоды...
- Растянуть?
Широкие ладони тут же скользнули по животу, а затем полностью раздели обоих.
- Как хочешь...
Не согласие. Не отрицание. Предоставление своеобразного выбора. В этом весь Кавамура. Но положение привык выбирать он. А поскольку хочется увидеть лицо Атсуши во время оргазма, то сегодняшняя поза будет самой что ни на есть обыкновенной.
Хочешь, не хочешь, а Атсуши не понимал, как можно с этим мальчиком было обращаться грубо. Даже чуть-чуть. Он же такой хрупкий, нежный.. Не хрустальный, а живой. Как можно?
Разведя ноги брюнета в стороны и усевшись между ними, Атсуши сам облизал пальцы, поскольку искать смазку можно было долго. Живя с такой кошкой принцип "прятать от детей" не работает категорически. Так что довольствуясь тем, что было, Сакурай медленно ввел в партнера палец, а затем почти сразу и второй. Необдуманно, но чем быстрее Рюичи привыкнет, тем раньше можно будет начать растягивание. Второй рукой Сакурай придерживался о кровать, а губами во всю ласкал грудь брюнета, отвлекая от вполне наверняка неприятных и болезненных ощущений.
Кавамура жалобно застонал и вцепился руками в плечи певца, тут же зажмуриваясь. Больно, конечно...но не сильно. И боль была какая-то...приятная. Будто Рюичи внезапно стал мазохистом, и боль для него теперь - высшая награда. Но ведь это не так. Не так же?...
К чему глупые вопросы, когда на них не существует нужного и понятного тебе ответа?
Черные глаза приоткрылись и посмотрели на Сакурая. Боль, желание - все слилось в единый поток того неземного чувства, которое в последствии принесет неземное удовольствие. И темноволосый юноша жалобно стонет и дергается всем телом навстречу певцу, приподнимая бедра. Так хорошо...
Атсуши нагло улыбался, извиняясь за причиняемую боль нежными, жаркими поцелуями. Длинные пальцы внутри шевелились в разные стороны, двигались по кругу и изредка выходили наружу, чтобы через пару секунд войти вновь, еще глубже и свободнее.
И он не думал ни о чем. Ну, возможно, какое-то время Рюичи еще будет смущаться при виде его. Ничего, привыкнет.
Кавамура дышал сбито, закрывая рот ладонью и чуть ли не впиваясь белоснежными зубами в нежную кожу рук. Приятно до безумия, хорошо до невозможности...так просто не бывает. Не с простым смертным. Хотя, о каких смертных может идти речь? Он попал в постель к Дьяволу.
- Атчан...хватит, прошу, давай уже... - сдавленный хриплый стон и выгнувшееся от удовольствия тело: Сакурай задел комок нервов внутри певца.
Вот и новая возможность проверить, насколько высокие ноты может взять Кавамура.
Тихий зов - и Атсуши сразу отстранился. Чувствовалось, что пальцы двигаются свободно, можно даже еще, но Рюичи просит, да и самому терпеть уже тяжело..
- Ты только не сдерживайся: я хочу слышать твой голос в полном его диапазоне.
И Дьявол решил устроить своей жертве сладкий Ад: медленное вхождение и мягкие, горячие, тягучие движения..
Кавамура выгнулся всем телом, запрокидывая голову. Темные маслины глаз, затуманенных страстью, широко распахнулись, а с мягких губ сбежал беззвучный стон. Почти крик - если бы Рюи напряг голосовые связки. Жар, исходивший от тела над ним, давал ощущение настоящего Пекла. Будто певец и правда умер, и сейчас грешная душа находится в полном распоряжении Дьявола по имени Атсуши. Теплые руки обвили шею брюнета, прижимая к себе, а ноги лишь раздвинулись шире, позволяя входить глубже. Рюи зажмурился - и перед внутренним взором предстал их первый секс с Сугихарой. Юнэ был нежен, ласков, от него веяло спокойствием и любовью.
С Атчаном у певца появилась возможность услышать это вновь.
Так все и было: Атсуши двигался не спеша, целуя шею брюнета и гладя стройное тело, заставляя слегка подрагивать, не обжигая, но все-таки обдавая теплом. Так, что от мелких капелек пота куда-либо деться было просто невозможно.
Просто спешить было некуда. Все шло к простому наслаждению жаркой близостью, наслаждению друг другом. И никаких посторонних размышлений.
Было ощущение, что они с Атсуши любовники. Не случайно. По-настоящему. Потому что все его прикосновения были близки, знакомы...даже желанны. Будто Рюичи просто долго не видел брюнета, а теперь они вновь вместе. Хотя...может, это все потому, что Сакурай похож немного на Юнэ? Тогда и Кавамуры уже просто сносит крышу.
Брюнетистый вокалист застонал и выгнулся, запрокидывая голову. Глаза широко распахнулись, открывая бездонный колодец расширенных черных зрачков, наполненный похотью и желанием. И, как приправа к особенно изысканному блюду, повышенная чувствительность.
Все-таки Сугихара неплохо выдрессировал согруппника. Такой милый экземпляр получился...
Ну, козыри нашего Дьявола мы раньше времени раскрывать не будем. Хотя.. Можно смело сказать, что он просто умел приспосабливаться. К абсолютно любому партнеру. И для этого брюнет не прикладывал абсолютно никаких усилий и менялся он почти до неузнаваемости. В общем, сравнивать его с другими можно.. Но все-таки не совсем верно.
Ширя разведя ноги любовника для более глубокого вхождения, Атсуши просунул ладонь под спину Рюичи, немного его приподнимая, создавая чуть более удобное положение. В глазах прыгали темные фигуры, дух захватывало.. Но было невыносимо жарко. Жарко и красивое тело, перестать ласкать которое совсем не хотелось.
- Атчан...
Тихий хрип и выгнувшееся в наслажденной пытке тело. Внутри бушевало пламя, грозясь если не сжечь дотла, то покалечить точно. Так хорошо, истинное наслаждение. Кавамура стонал, срывая голос на крик, выгибался, просил еще, дрожа от приближения экстаза. Толчки внутри медленно набирали темп, и Рюичи искренне радовался тому, что рядом нет Сугизо: увидев, как вышибается его любовник под другим, рыжая блядь никогда бы не простила. Ни любимого, ни этого Дьявола.
Тонкие пальцы блуждали по телу, как лапки какого-нибудь экзотического паука, опутывая своими прикосновениями, словно тонкой, еле ощутимой паутиной. Атсуши время от времени шептал какие-то пошлости, при других обстоятельствах которые наверняка бы вогнали Кавамуру в краску, а, может, заставили бы и хорошенько треснуть наглеца, чтобы язычок не распускал.
Целуя шею и плечо брюнета, Атсуши постоянно облизывал губы, покусывая их. Так сладко, мучительно сладко.. Еще и Рюичи отдавал себя всего целиком.. В каком-то смысле Атсуши завидовал Юнэ. И, не будь его собственное сердце занято, он бы почти наверняка попробовал этого Ангелочка забрать себе.
Почему-то Атсуши ассоциировался с хамелеоном. Менять окраску, подстраиваться под абсолютно любую ситуацию. Уметь быть как белым и пушистым, так и коварным мучителем. Сакурай владел всеми этими умениями. И Рюичи попался в эти сети, трепыхаясь, будто мотылек в цепких лапках паука.
Толчки участились, Кавамура выгнулся всем телом, вцепившись тонкими пальцами в длинные черные пряди и закричал. Громко, пронзительно, дрожа всем телом от наслаждения. Экстаз накатывал волнами, и певец выгибался вслед за ними. В глазах темнело.
"Юнэ..."
Оргазм был ярким, захватывающим, оглушающим. К реальности Атсуши смог вернуть только крик Рюичи, отдавшийся теплом по всему телу в последний раз. Дышать было тяжело, спасал только ночной весенний воздух, бродящий туда-сюда в приоткрытое большое окно.
- Просто никогда не сдавайся. Все в твоих руках.
Поцеловав веки Рюичи, вокалист Бак-Тиков еще с некоторое время смотрел так на него сверху вниз. Потом улыбнулся и скатился на кровать, тут же нашаривая на тумбочке сигареты.
- Будешь?
- Так банально... - Кавамура еле заметно улыбнулся, приоткрывая немного шокированные глаза. Будто все никак не мог поверить, что отдался другому, изменил тому, кому поклялся в вечной любви. Певец помотал головой, прогоняя полезшие в затуманенный рассудок мыслишки, и все-таки потянулся за сигаретой. Тонкая палочка, содержащая убийственный никотин, была вытащенная из пачки, обхвачена мягкими губами, а через несколько секунд щелкнула зажигалка, и сигарета начала свой жизненный путь. Маленький, но горячий. Рюичи затянулся и сел, убирая волосы с лица и бросая в окно долгий взгляд. В свете луны фигура музыканта казалась чем-то неземным. И, несомненно, прекрасным.
Атсуши же закурил и нырнул под одеяло, пряча от любопытных глаз то, что - он изо всех сил надеялся, хватит ему полу обморока Хаяши - Рюичи не успел увидеть.
- Банально. А вот.. Как быстро ты научишься так поступать.. Вопрос.
- А черт знает...- помотал головой Рюи, убирая с лица черные пряди, - тебе идут эти сигареты.
Такие же крепкие. Стильные и тяжелые. Сугизо тоже курил, редко, правда. Точно такую же марку. Точно такой же аромат. Безумие.
Кавамура очнулся от своих мыслей лишь когда сигарета обожгла пальцы. Тихо цыкнув, музыкант швырнул окурок в пепельницу и лег рядом с брюнетом, перетягивая одеяло к себе. Неумолимо тянуло в сон. Усталость...а еще тепло. Атчан был теплый. И вот так, чувствуя близость другого человека, Рюичи и уснул. Мгновенно, между прочим.
Атсуши курил не спеша, наблюдая за уже уснувшим брюнетом. Лишь спустя с какое-то время затушив окурок в пепельнице, он обнял Рюичи и так же быстро уснул.
День был прожит не зря.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:41 | Сообщение # 29
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
***
Утро в доме началось в 11-м часу. А все из-за внезапного кошачьего завывания откуда-то со стороны входной двери, то бишь с нижнего этажа.
Кавамура проснулся мгновенно. Сонно повозился в объятиях вчерашнего любовника, припомнил случившееся, поморгал и кое-как выполз из кровати. Кошачье мяуканье не прекращалось, а Сакурай спал, как убитый. Одевшись, брюнет взъерошил темные волосы и быстро спустился по лестнице, подхватывая котэ на руки.
- Ну вот чего ты разоралась? Хозяин спит. Пошли покормлю.
Черная кошка довольно замурчала и на руках певца доехала до кухни, где получила молоко и затихла. Сам Рюи сунулся в холодильник, присвистнул и принялся готовить завтрак.
Вообще надо сказать, что Рюичи повезло: Айко закатывала такой концерт каждое утро, если Сакурай спал не один. Вот поэтому если заходила речь о разводе, певец отшучивался, что все еще женат. Только на кошке. Иногда, казалось бы, так и было.
Вот и сейчас Дьявол спал себе как.. Порочный Ангел, вытянувшись на спине.
А брюнетистый вокалист Luna Sea молча стоял у плиты и готовил яичницу. А что еще оставалось делать, если у Атчана в холодильнике мышь повесилась?! Да ничего. Кофе да яичница - и на том спасибо.
Где-то в коридоре затренькал мобильный. Рюичи тут же сорвался с места: он узнал повелительную трель. Сняв трубку, брюнет перекрестился и тихо прошептал:
- На связи.
И тут же отстранил трубу от уха, ибо выслушать почти изысканную ругань Сугизо было практически нереально.
Чёрная красавица же позавтракав и услыхав, что у гостя неприятности, помчалась наверх, будить хозяина. И, знаете, как истинная жена, практически: влезла певцу на грудь и лизнула нос, потом попробовала пощекотать лицо хвостом. Поняв, что человек на её манипуляции чихать хотел с высокой колокольни, Айко зашипела, впилась в шею певца когтями и смоталась, оставив Сакурая вот так вот весело просыпаться.
Поняв, что "женщины всё-таки зло", Атсуши оделся и спустился вниз, на ходу поправляя свой хвост. Конечно, зрелище "Кавамура и матерящийся телефон" - непередаваемое. Именно поэтому юноша взглядом поинтересовался, не нужна ли помощь.
Рюичи в ответ протянул ему матерящуюся трубку и тихо попросил, жалобно поглядывая на певца:
- Утихомирь Юнэ, я его боюсь.
Айко тут же вспрыгнула певцу на спину, откуда была снята и устроена на руках Кавамуры. Певец, отдав брюнету телефон, смотался на кухню под предлогом приготовить завтрак.
А Сугизо все матерился и матерился.
- Суги-Суги-Суги, притормози, копытное,- Атсуши и ужасом прочистил ухо. Да.. Сугихара всегда матерился сразу на трёх языках, что, знаете ли, всё-таки немного пугало.- Что за ор-то сразу?
Ну вот, типичная картина. Как хорошо, что Май-Май почти никогда его не разыскивал. Хотя всё было ещё банальнее: Сакурай даже если заявлялся под утро.. Но исправно ночевал дома.
- Ну подумаешь не позвонил он тебе, зачем орать?
На том конце провода что-то грохнулось. Потом воцарилась тишина. А еще попозже тихий и даже неуверенный голос Ясухиро произнес:
- Рюи, солнышко, ты когда голосом Сакурая разговаривать научился?
Сам Кавамура на кухни умер от смеха.
Сакурай не сдержался: закрыл ладонь и заржал, откровенно так.
- Юнэ, да тебе проспаться нужно. Причём, хорошенько так.
Да, по ходу гитаристы там не слабо так отдохнули, прямо совсем-совсем не плохо.
- А-а-а-а-а...- походу, у Сугизо был конкретный ступор, - А-а-а-а-атчан?!
Рыжее создание на том конце провода пришло в искреннее недоумение. Какого лешего его благоверный делает у Сакурая?!
- Что мой Рюи вообще у тебя забыл?
-У-у-у-у-у, узнааааааааал,- смеясь, передразнил гитариста Сакурай, проходя в кухню.- Что? А ты помнишь, как вы, два чёртовых дегенератара, нас выперли, лишь бы отдохнуть? А на улице ночь, чужой район, знаешь ли.
Помолчав, Атсуши осмотрел свои ногти пришёл к выводу, что маникюр всё-таки надо бы сделать,- спасибо бы сказал, что я его приютил, а не бросил на произвол судьбы.
- Спасибо. Отправляй его домой. - усмехнулись на том конце телефонного аппарата, - И...я надеюсь, что ты ничего с ним не вытворил.
Кавамура побледнел как смерть и чуть тарелки из рук не выронил.
- Слушай, а ты уверен? Вот прямо уверен-уверен? Ну, Юнэ,- законючило брюнетистое создание.- Вот не пущу его, мне одному скучно. Можешь себе Имая забрать, а Кавамуру я так просто тебе теперь не отдам, вот.
Что он нёс - сам не знал. Но тормозить не собирался.
- Сдался мне твой Имай? Верни мне мое. В конце концов, это же мой вокалист...- судя по голосу, лид-гитарист Луновцев улыбался. А вот певцу явно поплохело: Рюичи аккуратно поставил тарелки на стол и тут же упал на табуретку, во все глаза глядя на Дьявола. Вот тебе и изменил...
- А что это он мой? И не переводи тему,- подойдя к чайнику, Атсуши налил в стакан воды и поставил его на стол перед Рюичи.- В общем, я оставляю твою няшу себе - лето скоро, а у меня рис не посажен. Вот огород вскопает, цветы посадит, и, может.. Я подумаю.
- Я у тебя его выкраду, - твердо пообещал Сугизо.
А Рюичи...он тихо вздохнул и пожал плечами.
- Слушай, крадунец, раз такое дело, по пути сюда сигарет не захватишь в ближайшей палатке?- а что? Юнэ не ребёнок, его эксплуатировать можно.
- Я не поеду за ним. И тебе даю ровно день на то, чтобы выпустить Кавамуру. А с ним у меня будет отдельный разговор, ибо, судя по твоему голосу и молчанию Рюи, ты с ним все-таки что-то сделал, - выдав эту фразу убийственно-спокойным голосом, Юнэ тихо вздохнул и попросил.- Дай трубку Рюичи.
Кавамура помотал головой и прошептал одними губами "Я его боюсь".
- Вот скажи мне, рыжая голова: что я могу с ним сделать?- Атсуши кивнул, смахивая волосы с плеча.- Убежал он наверх, вещички паковать от радости. А ты "не поеду", "день даю",- гнусаво.- Слушай сюда, короче говоря: просыпаешься, приводишь себя в порядок, бежишь в магазин. Там покупаешь шампанское, цветы, шоколад и мне сигареты. И не перепутай, а то я страшно расстроюсь. Иначе не видать тебе Рюи, как своих ушей. Ай, чёрт!- ну а последнее от того, что брюнет едва себя по больному ребру не хлопнул.- Всё понял, жертва Мацумотовских попоек?
- Не понял, - тут же отозвался рыжий музыкант, нервно барабаня пальцами по гладкой поверхности стола.- Нна каком-таком праве ты мне условия ставишь?
Сугизо был истинным активом: спокойный, властный, знающий себе цену. И ненавидящий, когда его ставят на место. Вернее, пытаются поставить. И Кавамура знал это, как никто другой. Юнэ был вспыльчив. И это могло сыграть очень хреновую службу, особенно сейчас. Ладонь Рюичи аккуратно коснулась руки певца, а темные глаза посмотрели умоляюще: не провоцируй его. Это и так на мне выльется.
Однако Сакурай тоже был не из простых, поэтому лишь погладил ладонь Рюичи.
- Нет, а что, у тебя разве выбор есть?
Украли у жениха невесту и выкуп просят. Прямо свадьба, вы поглядите! Так это ещё Сугизо дёшево пачкой сигарет-то откупится.
- Ну, так что?
- Выбор есть всегда. - отозвались на том конце телефона, а потом донеслось тихое "Я жду его". И дальше пошли гудки: Юнэ положил трубку.
- Ну, зачем ты так? - жалобно проныл Кавамура, сжимая руку певца, - он мне теперь покоя не даст, пока не узнает, что к чему и зачем.
- Он у тебя не экстрасенс, а идиот, уж извини,- усмехнувшись, Сакурай отложил телефон.- Так я тебя теперь тем более не отпущу. Мы вчера о чём весь вечер говорили?
- Атсуши, Юнэ меня на веточке вздернет, если я сегодня дома не объявлюсь. - почти серьезно произнес Кавамура, заглядывая певцу в глаза, - понимаешь? Это тебе не Хисаши, который вообще железное терпение имеет. Это Сугизо.
- А я - Сакурай,- ухмыльнувшись, Атсуши пожал лапку певца и сел за стол с видом "разговор окончен". Рыпнешься - прирежу.
- Ешь давай...- вокалист вздохнул и подвинул брюнету тарелку, - остынет же.
- Спасибо. Но от темы ты не уходи. На крайний случай - вызовем нашу техногенную катастрофу, куда деваться,- пожав плечами, Атсуши принялся за завтрак.
Кавамура лишь тихо вздохнул и покосился в окно. Черные волосы опять полезли в глаза, и Рюи зашипел, убирая челку за ухо и принимаясь за еду.
- Ну хватит тебе расстраиваться,- нахмурившись, Атсуши погладил брюнета по волосам.- Нормально всё будет.
- Отпусти меня домо-о-о-ой, - пропел Рюичи, быстро уминая приготовленную яичницу.
- Чтобы он тебя прямо на коврике под дверью разложил?- Сакурай, в свою очередь, не переставал поражаться.
- Разложит. Думаешь, впервой что-то подобное терпеть? - Кавамура еле заметно улыбнулся, щуря темные глаза, - я больше огребу, если домой не вернусь.
- И зачем мы вчера всё затеяли, если вернулись к тому, к чему начали?- взглянув на Айко, Атсуши отдохнул и отодвинул от себя тарелку.- Ты влюблённый идиот. Точнее самоубийца. Хотя в твоём случае это одно и то же.
- Знаю. Но сейчас это все приобретает немного иной оборот. Я переспал с тобой, и Юнэ догадывается об этом. И черт знает, как он себя поведет сейчас. - Рюичи быстро доел яичницу и отодвинул тарелку, принимаясь за кофе. Было, чего бояться: Сугизо был страшен в гневе. И никто даже и представить не мог, что может учудить лид-гитарист при встрече с Дьяволом и своим благоверным.
- Нет, Святоша, ты мне всё-таки объясни, за каким чёртом мы всё это учудили.
Эээх.. Предупреждал отец Атсуши в детстве, что мужчинам женщин не дано понять по их суровой природе. Но мог ли тогда будущий певец, что с той же проблемой он будет сталкиваться в отношении молодых людей? Нет, подобного старший Сакурай сыну не объяснял. И слава Богам, что тот пророком не был - давно бы такого сыночка забил бы до смерти.
- Иди, конечно, какой мне толк тебя держать?
- Атсуши...- Кавамура перегнулся через стол и посмотрел брюнету в глаза, - мы это все затеяли потому, что ты пытался помочь мне удержать Юнэ рядом. И я тебе очень благодарен за это. Но то, что ты вычудил по телефону - выше нормы. Гораздо выше. Сугихара может не понять, или понять, но не так, и тогда это будет ночь, разрушившая все. Сейчас лично для меня все зависит от реакции Сугизо.
Рюичи говорил тихо, спокойно. Будто его вообще ничего не касается в этом мире. Но темные глаза блестели беспокойством и надеждой на лучшее, выдавая вокалиста с головой. Теплая рука коснулась щеки Сакурая, легонько поглаживая.
- Я очень тебе благодарен, Атсуши. Если что - обращайся, выручу.
Сакурай вздохнул, задумываясь. С одной стороны действительно: Юнэ мог заподозрить правду. А с другой ему было прекрасно известно, что и его благоверный, и сам Атсуши - всё-таки нижние. И как бы кому нужно было знать - в этом были убеждены. Поэтому Сугихара, как человек всё-таки трезвого ума, мог и не дойти в размышлениях до того, до чего спокойно дошли два певца.
- Позволь мне с ним поговорить?
Атсуши взял ладонь Рюичи в свою и с минуту смотрел на неё.
- Чисто по-дружески. Я не могу допустить, чтобы тебе.. Досталось от него.
- Тебе самому от него достанется за мое тело. - улыбнулся Кавамура, сжимая ладонь певца в своей, - но если хочешь...
Все-таки повезет тому, кому Сакурай отдаст свое тело; сердце и душу. Это абсолютно бесстыжий, наглый и с высокой самооценкой, и в то же время честный и верный человек. Жаль, что они с Хисаши разошлись. Это действительно была шикарная пара, идеально дополняющая друг друга. И Имай страдал. Мучился, не в силах вытерпеть разлуки с любимым. На эти мучения Рюи смотреть не мог: он сам так же терзался, сидя на подоконнике и дожидаясь, когда же в конце улицы появится знакомая фигура Ходячей Порнографии.
- Вернись к Хисаши...- наверно, это прозвучало немного неожиданно, но брюнету было плевать, - ему плохо без тебя.
- Я с ним поговорю Сегодня же: заодно до дома тебя доставлю,- с улыбкой пообещал Сакурай, сжимая ладонь брюнета в своей и улыбаясь. До чего же всё-таки Кавамура был милым. И казался Атсуши он ребёнком не из-за их разницы в возрасте, а просто потому, что им он и был: добрым и отзывчивым. А ещё ранимым. И уж явно ему было виднее, раз в спутники жизни он выбрал себе такого же сумасшедшего, как Хисаши и Хидэ, Юнэ. Какие бы маленькие разногласия у них не возникали, они прекрасно дополняли друг друга.
- Что ты такое говоришь?- на слова о бывшем любовнике, Атсуши тут же помрачнел, отпустил ладонь Рюичи и облокотился на спинку стула.- Он не может меня любить теперь. Я предал его, а когда развёлся, он мне прекрасно дал понять, что шанса всё вернуть, у меня нет. Теперь же я всецело люблю чёртого Уоттса, хотя он ублюдок ещё тот и любовь на расстоянии - чушь собачья.
- Он любит, Атсуши. Любит всем сердцем. Хисаши из тех, кто может глушить любовь на время, а потом влюбляться вновь с удвоенной силой. И он мучается, это видно даже если не приглядываться.
Рюичи был абсолютно уверен в своих словах. Имай таял на глазах: кожа становилась все бледнее, под глазами залегли глубокие тени, телосложение так вообще напоминало скелет. А главное, что карие глаза смотрели потеряно и устало. И лишь во время фансервиса на сцене, когда Атчан ненароком прижимал к себе Хису, в глазах светилась радость. И надежда - еле заметная. Певец вздохнул и допил остывающий кофе.
- Может, это и не мое дело...но любишь ли ты Реймонда? Прислушайся к себе, Атчан. Иногда помогает. - брюнет улыбнулся одними губами и поднялся со стула, относя тарелку и чашку в раковину.
- Хочешь сказать, что Хисаши стал таким потому, что тоскует по мне?
Не верилось. Совершенно и категорически. Да быть такого не может. Разве.. Разве Хисаши смог его простить? Вполне возможно, ждёт его до сих пор? Потому ни в каких интригах не был замечен ха полтора года?
- Господи Боже,- певец замахал на себя ладонями, чувствуя, что от собственных мыслей ему становится трудно дышать. Даже верхние пуговицы на рубашке расстегнул, чтобы успокоиться. Вот, вот, что значит быть идиотом невнимательным. Атсуши разбирался во всём, кроме Имая. Когда дело касалось его - всё внимание брюнета пропадало, пропадала усидчивость, и появлялся какой-то маленький ребёнок. Которого, собственно, Хисаши и оберегал.
- Нет, быть не может. Ты не прав,- Атсуши покачал головой.- Раз так.. Почему в прошлые приезды Рэймонда даже не смотря на мои просьбы, он селил англичанина у меня? Почему тогда сам буквально бросал меня ему в постель?
Да не мог Имай не видеть взглядов Уоттса в сторону Сакурая. Может, просто, это было для работы?
Чем дальше, тем больше Атсуши понимал, что запутался.
- Может, и не люблю. Я не знаю. Но при его появлении у меня как у школьницы ноги подкашиваются. И.. Мне хорошо с ним,- и добавил гораздо тише,- хотя так, как Май-Имай меня любить никто не сможет.
- Имай очень своеобразный человек. Он может губить себя до последнего и рассказать о том, что его гложет, лишь в последние дни своей жизни. Но знаешь, не надо быть следопытом или шпионом, чтобы заметить то, как отчаянно он смотрит на тебя и как отводит глаза, видя вместе тебя и Рея на концертах. - Рюичи развернулся к брюнету спиной и начал мыть посуду. Голос певца звучал негромко, но все равно эти слова перекрывали шум воды.
- Я не могу сказать точно, почему Хиса действует тебе наперекор. Возможно, у него уговор с этим англичанином, а может он думает, что, видя тебя с другим, сможет забыть время вашей совместной жизни. Точно я могу сказать только одно: он почти такой же, как и я. А я на его месте молчал бы до последнего и верил, что все придет в норму. Я и сейчас так делаю, надеясь на любовь Юнэ. А он...видимо, ваш Лидер молчит, но не верит. И губит себя ожиданием и одиночеством. Знаешь, в России есть такая птица - лебедь. Так вот, самец этой птицы в случае гибели любимой никогда не пересечется с другой особью и погибнет от одиночества, страдая абсолютно молча. Имай очень похож на эту птицу.
- Как же так?
Атсуши больше ничего не смог сказать. Юноша закрыл лицо ладонями и задумался. Получается, он просто потерял целый год? Ну конечно! Хисаши никогда сам не скажет, даже в работе он до последнего ждёт, пока музыкант сам не разберётся со своими ошибками. Именно потому тогда, в декабре, он и не стал его удерживать. Именно потому, что любил и желал своему идиоту счастья.
- Какой же я идиот…
Сакураю и в голову подобное прийти не могло. Ему казалось, что их совместная жизнь осталась навсегда в прошлом. Получается, всё… Можно вернуть?
Поднявшись со стула, Атсуши подошёл к Рюичи и обнял его со спины,- спасибо тебе. Правда, спасибо. И… Если всё получится, то я по жизни буду тебе обязан.
- Если и наша с тобой ночь мне поможет, считай, что мы квиты, - улыбнулся в ответ Кавамура.
 
KsinnДата: Понедельник, 26.08.2013, 19:42 | Сообщение # 30
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
"Аллах Акбар!" от Рюичи.

- Ями,- позвал юноша лет 25.- Ты новости смотришь?
- Тебе что, делать нечего?- огрызнулся мужчина чуть по старше. Оба были весьма крепкого телосложения, а одеты были... Как типичные бандиты.
- Идиот ты. Говорят, в арабских странах смертники вновь появляются в больших количествах.
- Как камикадзе?
- Почти,- влез в разговор третий, закуривая.- Они служат своему Аллаху и в жертву ему носят на теле взрывчатку. Сами погибают и жертву своему Богу приносят.
- Вот тебе раз..- протянул Ями, утягивая друзей за собой.- Пить надо меньше. Давайте лучше разыщем развлечение.
- Ну как тебе сказать? Если никуда не отправят - то будем сидеть дома. А, может, и погуляем. Ну, что с ним делать? Он шляется целыми днями, сам не помнишь?
Рюичи отдыхал. На диване. Вниз головой и ногами на спинке дивана. И болтал по телефону с Инораном, пытаясь обмозговать новые затеи их Лидера.- Так что для меня лучше работать без выходных: на работе я вижу Юнэ чаще, чем дома.
- Юнэ - обормот. Врежь ему пару раз, больше пользы будет, - отозвался Ино на том конце провода, еле слышно рассмеявшись, - Сугихара же не выползет, пока ему пинка не дашь, сам знаешь. А ты у него мягкий, ручной, податливый, что с тебя взять-то. И после этого удивляешься и жалуешься, что он уделяет тебе мало времени?
Юнэ Сугихара пропадал где-то целыми днями. Появлялся на работе, потом уходил куда-нибудь и мог днями не возвращаться домой. Но в результате все-таки приходил: надо же и своей Няше внимание уделить.
- Да.. Не могу я,- брюнет перевернулся на живот, тут же смахивая вьющиеся волосы.- Кто знает, что ему в голову взбредет? Я же люблю его...
Этим летом исполнилось два года с того момента, как эта троица разъехалась, а Рюичи и Юнэ стали жить вместе у гитариста. И.. Регулярно были измены с его стороны, все так же Юнэ обо всем рассказывал.. Певец страдал. Все так же. Хотя иногда он вспоминал ту ночь в доме Сакурая и его слова. Он.. Понимал, что сам позволяет Сугизо подобное. Но что ним делать?
- Ну да мне, судя по всему, не привыкать,- Кавамура поднялся диванчика и направился в кухню.- Хоть бы график посещения составил, что ли.. Ну а у тебя-то как дела?
- Да потихоньку. Все своим мирным чередом, - со смехом отозвался ритмер Luna Sea, - Что нового может случиться в моей однообразной и даже скучной жизни?
Ино продолжил болтать...а сзади Рюи обняли за талию теплые руки. Мягкие сухие губы коснулись шеи, а на ухо ласково проурчали:
- Здравствуй, моя красавица...
Юнэ вновь пришел домой. Погода на улице была шикарная, и лид-гитарист Луновцев, не смотря на вечер, решил вытащить какую-нибудь из своих многочисленных пассий куда-нибудь погулять, чтобы потом тихо-мирно завалиться в квартиру и заняться страстным сексом. Припоминая всех своих партнеров, Сугихара наткнулся в памяти на Рюичи. И тут же вспомнил о Кавамуре, которого не видел уже целых пять дней. Пять долгих дней вокалист провел один в доме Сугизо. Жертва на вечер была выбрана без раздумий.
- Я тебе завидую, потому как ко мне явился ревизор,- певец устало закрыл глаза, выдыхая с легким облегчением: "вернулся".- Я.. Завтра позвоню. Если что - как договорились.
Брюнет отключил звонок и отложил телефон, закусывая губу: Юнэ пришел. С одной стороны - радость, а с другой... А с другой, по-хорошему, Рюичи давно проклял тот день, когда его изнасиловал Томоаки. Нет, Кавамура на него зла не держал с самого начала... Но без того случая, он бы не сменил ориентацию.
- Нагулялся, кот?- тихо и неверяще.
- Не совсем, - резко взметнувшаяся вверх ладонь коснулась щеки певца, аккуратно поглаживая. Потом Сугихара отстранился, взял Кавамуру за руку и притянул к себе, - Скучал, мой хороший? Ждал?
Естественно ждал. Ясухиро и так знает. Глупый вопрос, но в целом...очень даже провокационный. Потом гитарист улыбнулся и поднял Рюичи на руки.
- Да даже если не скучал, пошли. Мы идем гулять, Рюи.
И не поспоришь ведь. Сугизо это прекрасно знал, а потому сорвался с места и умотал в спальню, где в большом шкафу лежали его вещи и вещи вокалиста.
Ну вот. Сейчас они погуляют, поужинают, Юнэ его грубо трахнет, а наутро сбежит по своим делам.
"С этим пора завязывать. С этим пора завязывать!"- уверял себя певец всю дорогу до спальни. Нужно было уйти от Юнэ. Но было уже поздно. Была эта необъяснимая привязанность к гитаристу. Даже слишком.
- Ты надолго?- войдя в спальню, Кавамура сразу сунулся в шкаф, выбирая подходящую одежду.
- Посмотрим. Но, думаю, вечер, ночь, утро и день я проведу тут, - отозвался Сугихара, тоже подлетая к шкафу. Поменял рубашку - с белой на черную - и устроился на кровати, рассматривая певца перед собой. - Ужинаем дома. Хочу что-нибудь приготовить вместе с тобой.
Возможно, лесть. Возможно, правда. Черт этого гитариста знает.
- Мне все равно,- шепнул себе под нос брюнет и ужаснулся, тут же убеждаясь в отсутствии температуры. Нет, действительно нет. Кавамура сменил домашние штаны на более удобные и немного повозился с поясом, чем-то напоминающим проволоку.- Тогда пойдем. Скоро стемнеет, я хочу вернуться до этого.
- Рюи... - поднялся с кровати гитарист. И тут же прижал певца к дверце шкафа, пристально заглядывая в глаза. Потом наклонился - он был чуть-чуть повыше Кавамуры - и ласково коснулся его губ своими, - Я люблю тебя, Рюи. Честно. Не так, как остальных. Ты моя девушка, а они так, шлюхи на ночь.
А вот это уже честно. Сугизо никогда так никому не говорил. Потом музыкант поправил воротник черной рубашки и аккуратно снял с Кавамуры верх, вытаскивая из своей половины шкафа черный джемпер с широкими белыми полосами.
- Примерь. У нас с тобой одна комплектация.
- Как скажешь.
Тихо. Рюичи быстро нырнул в одежду, чтобы успеть вытереть слезящиеся от боли глаза. Ну конечно. Именно поэтому со "шлюхами на ночь", Сугихара и проводил все свое время. И как Кавамура до такого дожил?
Но на лице брюнета уже блестит детская улыбка, и сам он как будто бы счастлив...
- Пойдем?
- Пойдем, - улыбнулся Сугихара.
Минут через 10 они вышли из дома. Весенние вечера прекрасны, Юнэ это знает, а потому нагло использует это время. Черное драповое пальто с распахнутым воротником, новые ботинки, чем-то похожие на кроссовки, но элегантнее, растрепавшиеся по плечам волосы...в лучах заходящего солнца Юнэ выглядел Богом.
- Парк или просто по улицам?
- Парк,- без раздумий отозвался Рюичи, перекидывая длинные волосы на одну сторону. Плащ, сапоги... Все как положено, чтобы Порнографию ничто не смущало.- Хочу посмотреть на воду.
Всю дорогу Кавамура был в себе. Хотя нет: не в себе и мыслями где-то далеко. Он тщательно о чем-то думал и грыз губы, даже не думая взять Юнэ за руку, как он делал обычно. Просто шел и думал.
Сугихара же шел рядом, не отставая ни на шаг. И пристально поглядывал на своего вокалиста: чего это он тихий такой? Заболел, что ли?
До пруда добрались, так и не ухватившись за руки. Юнэ устроился на лавочке и обнял Рюичи за талию, усаживая к себе на колени.
- Ну, что с тобой, мой хороший? Разлюбил меня?
- Юнэ..- Кавамура не знал, что ему делать. Мысли роились в темноволосой голове, да еще совесть вопила сразу двумя голосами... Певец шумно вздохнул, зажмурился, протер лицо ладонями и серьезно взглянул на гитариста:
- Я больше не в силах ждать тебя. Нам.. Нужно расстаться.
Сказал и тут же зажмурился, кусая губы. Ясное дело, что ему за эти слова почти наверняка влетит не по-детски. Но что поделать?
Ясухиро нахмурился. Потом еле заметно улыбнулся, коснулся носом щеки вокалиста, переносясь чуть выше и касаясь уха брюнета своими губами, и томно выдохнул, облизывая мочку уха:
- Расстаться, говоришь? Лично я против. Ты дороже всех этих красоток.
И ласково приобнял Кавамуру за талию, прижимая к себе и устремляя темные глаза на зеркальную поверхность воды.
- Тогда почему ты бываешь с ними, а не со мной? Почему они у тебя вообще есть? Что же у тебя за любовь ко мне, если ты так поступаешь?
Давно Рюичи говорили, что усмирить Сугихару можно только силой. И юноша вполне мог сделать это и сам - слухи о его слабой физической силе всего лишь слухи - но он наделся, от всей души надеялся решить вопрос мирно.
- Кавамура, все самцы по природе своей полигамны. Я ничего не сказал, когда понял, что ты переспал с Атсуши, а ты тут такие истерики устраиваешь вплоть до расставания. - с легкой улыбкой произнес гитарист, убирая за ухо красные пряди, - Я тебя не отпущу. Хочешь ты того или нет, но ты мой. И уж получше тех блядей будешь. Ты хотя бы верно ждешь.
И аккуратно снял Рюичи со своих коленей, беря за руку и подводя к воде.
- Лучше просто стой и смотри. Вода успокаивает.
- Ты меня ставишь перед фактом что ли?
А не так давно между ними все было иначе. Они были настоящими друзьями, вечно доставляющими Джею неприятности, словно бы знали друг друга всю жизнь... Но стоило Рюичи всего один раз лечь под красноволосого - и все изменилось. Кардинально. И, как бы то ни было, но певец не хотел потерять этого человека.
Вода, действительно, была завораживающей. При каждой возможности они бывали в этом парке: искали белок, кормили уток, сидели на теплой поляне, обнявшись...
- Я больше не хочу всего этого. Ты... Как будто не понимаешь, что ранишь меня в самое сердце. Разве.. Разве я - твоя вещь?
- Моя, - просто ответил Юнэ, крепко сжимая руку Рюичи в своей ладони, - Моя и ничья больше.
Карие глаза смотрели прямо в пруд, не отрываясь. А ладонь крепко держала руку вокалиста, не давая шанса высвободить руку, но и не причиняя боли. Сугихара тихонько вздохнул и заговорил, продолжая смотреть на тихую водную гладь:
- Я не отпущу тебя. Не хочу отпускать. Понимаешь? Ты - мой. А я...- гитарист вздохнул и посмотрел на певца краем глаза, - Если хочешь, буду чаще ночевать дома. Побросаю своих пассий...лишь бы ты был рядом. Плевать мне на остальных. Люблю-то я тебя.
- Любишь меня, а я тебя совсем не вижу,- фразу за фразой Рюичи произносил все тише. Пнул камешек - и по воде побежали круги. И много их было.- Да мало ли, что я хочу?- брюнет гордо поднял голову и сделал гитаристу реверанс, копируя его интонацию,- " все самцы по природе
своей полигамны", а ты из меня себе куклу сострогал. Тебе же так спокойнее.
- Кавамура... - протянул Сугизо, выпуская из ладони руку брюнета. Карие глаза смотрели спокойно...и все же с неверием. - Ты действительно хочешь разорвать наши отношения?
А в голове одна лишь мысль:
"Если скажет "да", я утоплю его в этом самом пруду."
- Я бы не стал тебя дожидаться,- получив свободу руки, Рюичи повернулся лицом к дороге, потирая запястье.- Но так продолжаться не может.
Чуть обернувшись, певец соблазнительно улыбнулся и медленно пошел по той самой дорожке, прочь от воды.
Сугихара тут же сорвался с места, в несколько шагов догнал Рюичи и, схватив за предплечье, заставил развернуться. Потом притянул к себе и поцеловал в губы, ласково обводя кончиком языка край губ вокалиста.
- Иди домой и жди. Я хочу заскочить кое-куда. Не волнуйся, я же сказал, что ночую дома.
И тут же бросился в противоположную сторону быстрым шагом. У него были кое-какие дела, касающиеся Рюичи.
- "Люблю", а сам спокойно во время смены дня и ночи сбежал туда, откуда нет возврата, и..- Кавамура почесал затылок, пнув внеочередной камешек,- понять, простить? Пойду-ка рюмку пригублю.
Ну, все, вечер обещает быть. А вот каким - узнает Кавамура дома, куда и поспешил, как царевна в башне дожидаться своего Витязя. Ералаш.
Юнэ же убежал в магазин. Супермаркет и цветочный. Надо ли объяснять, зачем он туда убежал?...
Разумеется нужно. Почему бы нет?
Едва войдя в дом, Кавамура включил новости - ну что еще смотреть домохозяйке? мексиканские сериалы? - и влез с ногами на окно, поправляя чертову занавеску. Наверное, гардину все-таки нужно будет поменять.
Сугихара же купил цветы - темно-красные розы и коробку конфет. Шоколадных с белой кремовой начинкой. Любимые конфеты Рюичи. Сложил в пакет и потащился домой - радовать свою домохозяйку.
А домохозяйка все воевала с гардиной, все так же стоя лицом к окну на подоконнике и слушая про смертников в арабском мире.
Гитарист шел быстро. И дошел. Увидел Рюичи на подоконнике, улыбнулся и бросился в дом. Неслышно прошел на кухню, улыбнулся и встал вплотную к Кавамуре, улыбаясь.
- Я знаю, ты любил красные розы...
- Любил,- отозвался брюнет, шикая.- Тише ты, я слушаю новости.
Юнэ кивнул, приобнимая Кавамуру за талию и отправляя букет на стол. Потом уткнулся носом в черные волосы и закрыл глаза, слушая новости.
-.. Чаще всего, они носят взрывчатку на собственном теле,- вещал мужчина, пока показывали сюжеты о взрывах с разных камер.- Женщины и мужчины стали все чаще носить взрывчатку как пояс. Но это может быть любой одеждой. Чуть реже, смертники пользуются транспортом. И это вовсе не одни арабы: целые организации захватывают заложников и промывают им мозги, подчиняя жертв своей воле и обрекая их на неосознанную гибель...
- Жуть... - еле слышно прошептал Сугихара, прикрывая темные глаза и покрепче обнимая любовника.
- Вот и я про что,- брюнет заскрежетал, пытаясь что-то сделать.
- Ну чего ты там ерзаешь? - недовольно протянул Сугихара.
- Сейчас узнаешь..- певец резко развернулся и соскочил с подоконника прямо на красноволосого.- Аллах Акбар!
Гитарист, данной поебени не ожидавший, со стоном рухнул на пол, утягивая за собой и Кавамуру. Потом потер затылок - нехило же он ударился при падении! - и покосился на любовника с удивлением и даже некоторой обидой.
- Я тебя сейчас выебу и к телеку подпускать не буду за такие выкрутасы.
- Пока не женишься - спи со своими пассиями,- брюнет лишь показал любовнику кончик языка и подложил ему ладони под голову, смеясь.- Я тебя научу, как шляться где попало. Ты завязывай с этим, я серьёзно говорю.
- Вот реально выебу ведь... - улыбнулся Сугихара, проведя руками по груди вокалиста. Потом улыбка стала более игривой, руки скользнули ниже, одна легла на пах, массируя, вторая легко шлепнула по ягодицам, после чего Юнэ убрал свои ручки шаловливые.
- Поставь цветы в вазу, завянут же.
- Запихать бы тебе их в задницу, да что-то их только без шипов продают.
Вот так. Рюичи, делая вид, что боится расправы, слез с гитариста и занялся цветами.
- Джей просил передать через Ино, что через неделю запрёт нас в студии.
- Попроси Ино поработать почтовой совой и передать Джею, что я ему гриф его же басухи в задницу затолкаю, если он лишит меня свободы. - с абсолютно невозмутимым лицом выдала Ходячая Порнография, поднимаясь с пола и отряхиваясь. Да чтобы его, да чтобы заперли, да еще и в студии!... - Осонэ совсем крышу потерял.
И устроился на стуле, по привычке широко расставив ноги.
- Радость моя, ты о работе со своими похождениями совсем забыл,- в руки красноволосого тут же опустился телефон,- вот сам позвони Боссу. Однако у него на вечер были планы. Отвлечёшь - я ему глазки строить не стану.
- Иди нахер, Рюи, я не буду рисковать здоровьем, это работа Иноранушки. - отозвался гитарист, откладывая телефон на стол и наблюдая за перемещениями Рюи по кухне.
- Я-то пойду, а вот ты..- брюнет подошёл к Юнэ и обнял его за шею со спины.- Ты-то быстро найдёшь себе утешение.
- В качестве вернувшегося тебя, - отозвался Сугихара, улыбнувшись, - скучал по мне, маленький?
И обернулся, касаясь носом щеки вокалиста.
- Если я скажу "нет", ты поверишь?- Кавамура прикрыл глаза, улыбаясь.- Мне, знаешь, кроме того, как скучать - и делать-то нечего.
- Знаю...- улыбнулся Юнэ, поднимаясь и усаживая вокалиста на стол, - И ты рад моему возвращению, насколько бы я не вернулся...я угадал?
- Если ты ещё раз исчезнешь - можешь обо мне забыть,- абсолютно серьёзно отозвался брюнет, хмурясь.- Я не железный, и твои бесконечные гулянья мне осточертели.
- Ты так всегда говоришь. И все равно не уходишь. Сидишь и ждешь меня, сидя на подоконнике и глядя в окно. Что я, не вижу, что ли? - улыбнулся Юнэ, ласково погладив любовника по щеке, - Я прохожу здесь регулярно. И вижу тебя. На подоконнике. И не вздумай отвертеться.
- И проходишь мимо, зная, что я даже спать нормально не могу, всё прислушиваясь, не пришёл ли ты,- отпустив Юнэ, Кавамура переставил вазу с подоконника на стол.- Будешь ужинать?
- Конечно, буду. Соскучился по твоей еде, да и по самому тебе. - отозвался лид-гитарист Луновцев, устраиваясь на стуле поудобнее.
Рюичи не ответил, скупо улыбнувшись, и, что называется, "захлопотал". Что спасало их до выхода на настоящий уровень известности - так это умение готовить. Все пятеро участников Luna Sea время от времени могли порадовать остальных чем-то интересным. Конечно, кто-то готовил лучше, кто-то хуже... А кто-то просто не спорил начальством, зная, как Джей любит порой кричать на концертах.
- А ещё слухи ходят, что тебя всё чаще стали видеть с одной и той же девушкой.
- Да есть одна...девчонка. Сказать честно, она симпатичная, и не будь у меня тебя, я встречался бы с ней. А так у меня есть ты, мое личное домашнее чудо, а потому данная красотка является всего лишь одной из моих многочисленных шлюх. Не обижайся, Рюи, всем интересно, каков Сугизо в постели.
Юнэ потянулся и встал со стула, подходя к Кавамуре и аккуратно обнимая сзади.
- Сделай мне салат...как я люблю: соломкой...
- А тебя самого соломкой не по строгать?- гитарист тут же получил удар острым локтем под рёбра.- А ну не мешай, если хочешь поесть в этой жизни.
Каков Сугизо в постели... Узнали бы, какой он... У певца зла из-за природной доброты не хватало. Нужно будет уговорить Джея на Саммите осенью снова это жиголо в свадебное платье нарядить. А уж бантик на его макушке Кавамура сам завяжет.
- А могу поесть в той? - поинтересовался лид-гитарист Луновцев, не убирая рук с талии вокалиста, и положил подбородок ему на плечо, рассматривая, как ухоженные руки перехватывают поудобнее нож и начинают резать, как попросили: соломкой. Сугихара улыбнулся и прикрыл глаза, вжимаясь бедрами в Кавамуру и довольно заурчал ему на ухо, тепло выдыхая томное "красавица". Рюичи и правда красив, но лишь Юнэ знает всю красоту тела своего любовника. Уж очень он любит наблюдать за метающимся по постели Рюи, методично доводя его до грани.
- Можешь, можешь. Ты всё можешь, если захочешь.
А самое парадоксальное, что Кавамура вовсе не жалел, что выбрал такую жизнь. Хотя это и было глупостью, самой большой глупостью в его жизни.
- И всё-таки объясни мне. Юнэ?- брюнет смахнул ножом ингредиенты с доски в миску и отложил нож в сторону, чтобы удержать себя от необдуманных поступков.
- Я всё понять пытаюсь: за что? За что ты меня наказываешь? Что я делаю не так?
- Ты все делаешь правильно, мой маленький. - улыбнулся Сугизо, прикрывая карие глаза и крепче обнимая певца за талию, - Это я просто бегаю налево, а ты у меня просто лапочка...умница и красавица. Ты не виноват. Только если в том, что влюбился в меня.
И гитарист развернул к себе брюнета, ласково коснувшись его губ своими. Карие глаза ласково смотрели в большие темные, заглядывая в самую глубину, пронзая душу.
- Ты единственный, кого я хочу видеть рядом с собой постоянно.
- А я не хочу,- Кавамура отвернулся, упираясь руками в грудь гитариста.- Да как же ты не понимаешь? Я чувствую себя птицей, которую посадили в клетку. И, если так пойдёт и дальше..- брюнет вздохнул, понижая голос.- Я просто умру от тоски.
- Значит, моя задача - не дать тебе умереть. - тихо прошептал Сугизо, ласково целуя вокалиста в шею, - Придется чаще появляться дома. Улыбнись мне, Рюи... - тонкие пальцы приподняли правильно лицо Кавамуры, заставляя взглянуть в карие глаза, - Ведь тебе так идет улыбка...
- Я не хочу улыбаться. Устал,- певец попытался отцепить от себя руки.- На работе только и делаю, что улыбаюсь. Так и дома еще?- в глазах Рюичи была только обида. Неподдельная.- Я все делаю для тебя. Все, что ты просишь. Люблю и жду. Ты же.. Все, пусти!
- Любишь и ждешь. Я благодарен тебе за это, - отозвался Сугихара, выпуская из своих объятий Кавамуру, - Жаль, что не хочешь больше улыбаться. Тебе действительно лучше с улыбкой.
- Идиот ты, Ясухиро.
Рюичи… Рюичи пожал плечами и всё-таки улыбнулся. Ладно, лучше себя не огорчать. Он приручит этого гитариста. Ведь они любят друг друга.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Что делаем, то и хотим: на рассвете юности (NC-17 - [Malice Mizer, X-Japan, BUCK-TICK, Luna Sea])
Страница 2 из 5«12345»
Поиск:

Хостинг от uCoz