[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Шумный и приставучий (NC-17 - Reki/May [Biosphia])
Шумный и приставучий
KsinnДата: Четверг, 15.08.2013, 13:00 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Шумный и приставучий

Автор: Haineko Hitori
Контактная информация: twitter, vk

Фэндом: Biosphia
Персонажи: Reki/May
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, PWP
Предупреждения: Насилие, Нецензурная лексика
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
Реки трахнул Мэя.

Посвящение:
Алисе Малер aka Лимонке ♥

Примечания автора:
кто не знает.
 
KsinnДата: Четверг, 15.08.2013, 13:03 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Почему они поперлись смотреть на место съемки клипа полным составом никто не знал. По сути, туда должен был поехать только Нару, ну и может быть Шион, потому как он вечно таскался рядом с ним, но, тем не менее, в Тойоту вокалиста зачем-то полезла вся группа, а Нару вроде как даже особо не сопротивлялся. Но по пути Реки успел трижды проклясть себя, за то что сел в эту неприметную серую машинку. Нару вел ужасно, то резко тормозя, то наоборот тащась с минимальной скоростью по почти пустому шоссе. В машине повисло гробовое молчание. Хотя не сколько в машине, сколько на заднем сиденье, ибо сидящие впереди Шион и Нару тихи о чем-то переговаривались. На очередном светофоре, когда Нару резко переключил скорость, и машина дернулась вперед, Реки зашипел, наваливаясь на сидящего рядом согрупника, а после и вовсе тихо заматерился, чувствуя, как горячие ладони этого самого согрупника слегка приобнимают его за талию.
- Отвали от меня, - процедил он, но в тесном пространстве машины не мог сам убрать приставучие ладони. – Убери руки, - снова зашипел Реки, чтобы, не дай бог, это кто-то услышал. Но Мэй лишь радостно улыбался и только сильнее обнимал покрывшуюся мурашками талию Реки.
О чувствах Мэя знали все, да и он не старался как-то их скрыть. Постоянные комплименты и маленькие подарки, которые тут же летели в мусорное ведро, будто бы случайные прикосновения, от которых нервно дергался Реки, стали привычными и даже нормальными для остальных участников группы. Со временем Реки даже перестали подкалывать на тему не в меру пылкого воздыхателя, но он все равно злился и раздражался от постоянного проявления внимания от Мэя. При все этом, гитарист никогда не говорил в открытую: «люблю», что тоже, почему-то, бесило Реки. Несомненно, ему было безумно приятно получать эти самые мелкие подарки, и ему льстили искренние слова восхищения Мэя, но образ этакой неприступной цацы он рушить не собирался, да и Мэй был…
А на этом моменте слова всегда кончались, а потом безумным потоком заливали голову. Глупый, наивный, приставучий, шумный, надоедливый, раздражающий, всегда слишком веселый… Порой хотелось стереть эту вечно довольную и счастливую улыбку с его лица, но будто бы назло, Мэй был вечно позитивным. Его ничто не могло расстроить: ни злобное фырканье Реки, ни обидные подколы Нару, ни неудачи в отношениях с администрацией – казалось, этот человек полностью состоит из радости и безудержного счастья, по поводу и без. Насколько сильно это бесило, особенно в те моменты, когда у самого получается далеко не все, а Мэй весело смеется на заднем плане, невозможно передать словами.
А Мэй, кстати, осмелел, и начал медленно поглаживать Реки сквозь тонкую ткань черной шелковой кофты. Гитарист чуть было не взвыл, но тут Нару резко затормозил и мигом выскочил из машины.
- Вылазь, - прошипел Реки, отталкивая, наконец, от себя приставучего Мэя, и тот, на удивление, послушался.
Нару уже увлеченно говорил о чем-то с Шионом и стоящим рядом стаффом, активно жестикулируя и иногда затягиваясь. Здание не представляло собой ничего необычного – типичное место для съемки клипов на тяжелую музыку, кирпичная стена, цепи с потолка, и странный пол, на который было набито что-то мягкое. Мебель, пафосно имевшая закос под восемнадцатый век, Реки не впечатлила, как, впрочем, и вся тематика будущего клипа. Как говорится: один аккорд на десять песен, один ангар на клипов семь, и это высказывание как нельзя лучше описывало все творчество Biosphia. Реки, успев сунуть свой нос везде, уже прикинул, в каком углу будет сниматься сам, и в нерешительности замер, не представляя чем себя занять. В принципе, он мог сейчас поехать домой, но лучше уж терпеть езду Нару, нежели тащиться на другой конец города в метро, решил он, вспоминая, что в сумке лежит лак для ногтей. Садясь за небольшой столик, он достал лак, как услышал голос Юки:
- Ну короче, я ушел, - басист перекинул сумку через плечо, а Реки вспомнил, что он живет совсем недалеко отсюда.
- Угу, - промычал он, открывая лак.
- Завтра в семь, - крикнул ему вслед Нару, и тоже ушел куда-то, утягивая за собой Шиона и кого-то из стаффа. – Что, говоришь, с камерой? – услышал Реки его удаляющийся голос. «Наверняка, - подумал он, - Этот придурок скоро закончит, и отвезет меня домой». Блондин нервно заправил прядь волос за ухо, и начал аккуратно красить ногти.
- Юки, ну как, ты уже уходишь? – от по-детски разочарованного голоса сзади, Реки нервно дернулся, вздохнул и начал открывать лак. Мэй, черт бы его побрал, разочарованно канючил сзади, что-то быстро говоря Юки, но что тот рассмеялся, и, наконец, хлопнув дверью, ушел.
- Реки, - чьи-то губы коснулись шеи, и провели влажную дорожку до уха. – Реки, я…
- Да отвали ж ты от меня! – нервно повел плечом Реки, уворачиваясь от приставучего Мэя. – Сколько раз говорить!
- А в прошлый раз ты не был так против, - заметил Мэй и внимательно посмотрел на Реки. Но тот лишь выгнул бровь, возвращаясь к покраске ногтей.
Как он допустил случившееся в «прошлый раз», Реки сам не понимал до конца. Вроде бы, увидев мнущегося на пороге его квартиры Мэя, он собирался вышвырнуть его, а позже и сам пропустил момент, когда тот, едва разувшись, подхватил Реки на руки. И почему-то, блондин не сопротивлялся, но и не прижимался к Мэю, откинув голову назад и приказав:
- Прямо и налево, спальня.
А Мэй был готов выполнить любое желание Реки, и послушно отнес его в спальню, начав медленно раздевать, скользя горячими руками по холодному, бледному телу гитариста. В тот вечер Реки позволил Мэю целовать все его тело, жадно прикасаться и вообще всячески удовлетворять его, а сам только пассивно лежал и принимал все ласки. Он не отвечал на поцелуи в губы, но и не отворачивался от них, и даже не стонал, а только рвано выдыхал, когда настойчивые и мягкие губы Мэя исследовали его шею, плечи, грудь и живот. Казалось, что не было места, куда Мэй не прикоснулся бы, где бы не поцеловал. Оказалось, что в постели он совсем не такой, как в повседневной жизни. Не было никакой присущей ему спешки, нервозности и лишних движений, а только размеренные ласки исключительно губами и руками. Мэй был полностью одет, в то время как Реки полностью обнажен, Мэй не был назойлив и не требовал ответных ласк, хотя было абсолютно очевидно, что он еле сдерживается, чтобы не прикоснуться к себе. Он целовал нежную кожу внутренней стороны бедер, бездумно водил губами под коленками, и казалось совсем не унизительным, что он невесомо касается стоп и пальцев ног губами, ведь тем, кого он ласкал, был его любимый человек. В каждом его движении и взгляде читалась щемящая нежность и обожание, и Реки прекрасно видел это и осознавал. Но все же у него не было никакого желания отвечать Мэю или как-либо подбадривать его. Когда Мэй попытался перевернуть Реки на спину, он зашипел, и начал сопротивляться, сдавшись только после жаркого шепота в самое ухо: «Ничего не будет, просто доверься…». И Реки доверился, о чем не смог пожалеть, теряя счет бесконечным поцелуям, которые дарил Мэй, пересчитывая губами все позвонки. Позже его руки стали мягко массировать спину, ягодицы и ноги, и Реки даже захихикал, когда Мэй пощекотал внутреннюю сторону колен, чтобы потом захлебнуться первым за вечер стоном, когда Мэй немного резко повернул его и прикоснулся губами к члену. Совершенно очевидной была его неумелость, но это даже придавало ситуации какой-то шарм, и Реки гордился. Гордился тем, что может быть он первый, кого так нежно и трепетно ласкает Мэй, и точно первый, кому он делает минет. И все же в тот вечер Реки никак не ответил Мэю, который, несомненно, обиделся, но виду старался не подавать. Но Мэй – он как ребенок, и все его эмоции можно было прочесть по обиженному лицу, но Реки не винил себя, решив, что раз Мэй пришел сам, и Реки не звал его, то совсем необязательно заботиться о случайном партнере. Выгибаясь всем телом, когда Реки кончал Мэю в рот, он не думал о том, все это, возможно, неправильно, и он пожалеет. В конце концов, Мэй пришел сам, и никто ни о чем его не просил. Мэй жадно глотал, и выглядел тогда впервые за вечер безумно пошло, облизываясь после, и не требуя помочь ему. Реки встал, отпихнул от себя сгоравшего от желания партнера и отправился в душ. Когда он вернулся, обмотавшись для приличия полотенцем, Мэй уже удовлетворил себя.
- Можно… можно, я останусь? – тихо спросил он, жалобно глядя на Реки. Униженный, наверняка оскорбленный, он вытирал руку о найденные на тумбочке салфетки и смотрел на Реки как нашкодивший котенок, мечтая услышать заветное «да». Но Реки лишь фыркнул и произнес:
- Выметайся, - и Мэй ушел, тихонько прикрыв за собой дверь. Тогда Реки не чувствовал вины или угрызений совести, считая, что так правильно и нужно, а Мэй благодарил высшие силы хотя бы за то, что смог так откровенно прикасаться к надменному блондину. Все следующие дни они оба усиленно притворялись, что ничего не было. И хотя Реки было на самом деле все равно, то жадные, мученические взгляды Мэя заметили все.
- Прошлый раз был глупостью и ошибкой, он ничего не значил, - глухо отозвался Реки, отворачиваясь от собеседника. Отчего-то начали дрожать руки, а когда Мэй наклонился совсем близко и пролепетал на ухо «а минет сейчас не будет ошибкой?», у Реки дернулась рука, размазывая лак по коже вокруг ногтя. Но… Юки ушел домой, а Нару и Шион, скорее всего, вернутся нескоро, ибо наступило обеденное время. Вероятность быть застуканным стаффом Реки не пугала, и он лишь процедил:
- Соси, - возвращаясь к покраске ногтей. Мэй завозился рядом, на его лице блуждала счастливая улыбка, и, наверное, ему было абсолютно все равно, зайдет ли кто-нибудь сейчас. И даже наоборот, подумал он, расстегивая ширинку гитариста, пусть увидят, кто доставляет удовольствие Реки, пусть видят и завидуют…
Реки не был возбужден. Чувствуя горячее дыхание в области паха, а затем жаждущие губы на вылом члене, блондин даже на секунду испугался, а после, когда маленькие змейки возбуждения начали свою игру, заворачиваясь в комок внизу живота, он понял, что спокойно докрасить ногти уже не получится. Реки сполз на самый краешек стула, и шире развел ноги, чтобы Мэю было удобнее принимать в себя уже возбужденный член. Как-то совсем отстраненно он посмотрел на свои ногти, часть лака на которых вылезла на кожу, а потом перевел взгляд на усердно старающегося Мэя, ритмично двигающего головой взад-вперед. Он вцепился в бедра Реки, наверняка ему было неудобно, но все же Мэй продолжал посасывать и облизывать член, ловя каждый рваный выход Реки. Руки блондина внезапно повлажнели, он схватился сначала в подлокотники, затем же в волосы на затылке Мэя, начиная с силой вдалбливаться в податливый рот. Мэй сдавленно застонал, когда Реки сильнее уперся членом в его глотку, и попытался отстраниться, уйти от настойчивых рук и горячего, пульсирующего члена. Скорее всего, ему уже не нравилось то, что он затеял, а Реки, как всегда, было все равно на кого-либо кроме себя. Не высохший лак смазывался, оставаясь на волосах Мэя, а блондин лишь двумя руками притягивал голову Мэя как можно ближе к себе. Задыхающийся Мэй снова попытался уйти от крепкого захвата, отчего слегка царапнул зубами чувствительный орган, и Реки зашипел, оттягивая Мэя за волосы назад, чтобы звонко ударить по лицу. Пощечина не была особо сильной, но голова Мэя мотнулась в сторону, а Реки снова зашипел:
- Даже отсосать нормально не можешь, - он выплевывал каждое слово, будто бы они были наполнены ядом, и смотрел с каким-то садистским наслаждением на то, как в опущенных глазах Мэя собираются слезы. Возбуждение и не думало скатывать, и Реки резко дернул Мэя за волосы вверх, с отчаянием понимая: Мэй доигрался. В конце концов, он любит меня, подумал Реки, таща за собой Мэя к подстилке на полу. Мэй болтался сзади, словно тряпичная кукла, и не пытался сопротивляться. Идти было неудобно, сползшие джинсы и белье болтались внизу и мешали нормальному передвижению, и потому Реки буквально навалился на Мэя, которого перед этим швырнул на пол. Мэй беззвучно рыдал, но не подавал никаких признаков протеста, а Реки подумал, что он даже симпатичный сейчас, оскорбленный, с саднящей болью с области затылка и горла, а еще щеки. Реки не говорил ни слова, а только рвано дышал, пытаясь справиться с мудреной застежкой на джинсах Мэя, как почувствовал его руки, помогающие стянуть с себя ненужную сейчас одежду. Мэй изловчился даже стянуть с себя ботинки, чтобы Реки полностью снял с него джинсы и белье, отбрасывая их куда-то в сторону. С какой-то обреченностью, он подумал, что сейчас не лучшее время и место, да и партнер его не особо устраивает, но только сильнее развел в стороны ноги Мэя, сгибая их в коленях. Реки плюнул себе на ладонь, грубо обхватывая член Мэя, и размазывая по нему свою слюну, а Мэй продолжал беззвучно рыдать, отвернув голову в сторону. Он был возбужден, и едва заметно подавался навстречу Реки, который остервенело надрачивал его член. А блондин только недоумевал, оттого, что Мэй еще может получать какое-то наслаждение от грубости происходящей ситуации. Он на мгновение отстранился, но лишь для того, чтобы стянуть с себя мешающие шмотки, а затем же резко наклонился к приоткрывшему губы Мэю, чтобы жадно поцеловать его, и кусать мягкие губы, оттягивая то нижнюю, то верхнюю на себя. Мэй тихо и как-то жалобно стонал, но все равно не сопротивлялся, будто надеясь, что Реки вот-вот одумается и перестанет быть таким жестоким. А к Реки внезапно пришло осознание того, что это был их первый поцелуй, и ему даже стало тошно от самого себя и оттого, что он сейчас делает. Реки приподнялся на локтях, внимательно вглядываясь в лицо Мэя. Глаза его были плотно закрыты, грудь же тяжело вздымалась, он судорожно сжимал и разжимал пальцы, с трудом сглатывая. Наверняка, у него сейчас сильно саднило горло, а потому каждый глоток отдавался неприятной болью. Реки осознал, что Мэй сейчас на поцелуй не отвечал, и он вспомнил, как сам вел себя почти также. Вот только тогда Мэй был в сотни, в тысячи раз нежнее и ласковее. И Реки поймал себя на мысли, что безумно хочет, чтобы Мэй, надоедливый и приставучий Мэй, сейчас не хмурился и отворачивался от него, а тоже жадно подавался навстречу, ловя его губы и руки. «Какой же я ублюдок» - невесело подумал Реки, снова опуская руку на член Мэя. Он думал о том, насколько было неприятно Мэю тогда ласкать безвольную куклу, а ведь Реки мог, мог и хотел отвечать на размеренные ласки согрупника… Мэй закусил губу, еще сильнее закрывая глаза и зажимаясь, интуитивно ожидая очередной грубости, а Реки безошибочно нашел под кофтой Мэя сосок и медленно обхватил его губами, начиная круговыми движениями языка ласкать его сквозь толстую ткань. А спустя несколько секунд раздраженно зарычал, резко поднимая кофту максимально высоко, насколько позволяли опущенные руки Мэя, и снова находя губами затвердевшую горошинку соска. Реки старался быть нежным и ласковым, но будто безвольный Мэй, который, казалось, даже не дышал, раздражал и злил больше, чем когда он приставал с очередными подарками или глупыми шутками. Блондин сильнее и жестче начал ласкать член Мэя, мысленно спрашивая себя, почему он молчит и отворачивается. Разве он что-то делал не так? И если да, то что?
- Не молчи, - прохрипел он.- Черт подери, не молчи! – но Мэй упорно отворачивался и не издавал не звука. Реки злился. Казалось, он не был настолько зол никогда. Возбуждение стало почти почти болезненным, а Мэя, чертового безвольного Мэя, надо было еще подготовить, растянуть. Реки низко зарычал, обхватывая сосок зубами и резко мотая головой из стороны в сторону. Мэй заскулил. Он вцепился пальцами в плечи блондина, пытаясь оторвать его от себя, но Реки только сильнее вжался зубами в тело Мэя, не желая того отпускать.
- Мне больно, - проскулил Мэй. – Отстань, хватит…
- Терпи, - снова захрипел Реки, зализывая место укуса. В отличие от Мэя, который только нежно целовал его тело в прошлый раз, Реки хотелось оставить как можно больше меток, синяков, царапин, засосов. Он и сам не знал, почему он так хочет, чтобы следы нынешней страсти надолго остались на теле Мэя, но только сильнее терзал зубами выступающие ребра, кусал живот и тянул соски.
- Оближи, - приказал он, подставляя пальцы ко рту Мэя. Тот замотал головой, отворачиваясь и недовольно мыча. – Оближи! – почти крикнул Реки, видя как в глазах Мэя снова появились слезы.
- Нет, - прошептал он и отвернулся. Наплевал на гордость, Реки сам быстро облизал два своих пальца, обильно смачивая их слюной, и приставил их ко входу в тело младшего. – Нет, пожалуйста, не надо… - захныкал Мэй, виляя бедрами и пытаясь уйти от нежеланный прикосновений. Но Реки не слушал. Он ненавидел себя, злился на себя и на Мэя, затеявшего все это, но уже не мог остановиться, резко врываясь пальцами в зажатое тело. Мэй снова заскулил, уже не пытаясь сопротивляться. Его ладони все еще были на плечах Реки, он старался оттолкнуть его от себя, но силы внезапно покинули его, и он беспомощно опустил руки, будто смиряясь с таким положением дел. А Реки сходил с ума от узости уже такого желанного тела. В тот момент, Мэй казался ему самым красивым, милым и дорогим в этом мире, а Реки с детства привык ломать все дорогие и красивые игрушки. Он наскоро растягивал податливое тело, вслушиваясь в болезненные выдохи Мэя, и почти наслаждался болью, которую он приносил младшему. Добавляя третий палец, Реки еле сдерживал себя, то и дело срываясь на короткие стоны, а позже, резко покидая тело Мэя, склонился к нему и хищно прошептал:
- Готов?
- Не надо, - скорее для проформы сказал Мэй, тут же вскрикивая от боли, наполнившей тело. Долго не церемонясь, Реки вошел сразу на всю длину, блаженно прикрывая глаза, и совсем не заботясь о вцепившемся в свою руку зубами Мэе. Он сильно шлепнул его по ягодице, и начал медленно двигаться, с каждым толчком увеличивая амплитуду движений. Реки с наслаждением смотрел на проявляющиеся на теле синие пятна, на повлажневшие от слез виски и плотно сжатые губы, двигаясь в податливом теле все быстрее и быстрее. Он даже сильнее развел в стороны ягодицы Реки, наслаждаясь видом погружения в него своего члена, и стонал, не заботясь о том, что их могут услышать. Мэй под ним выгибался и старался уйти от болезненных толчков, часто дыша и мотая головой из стороны в сторону.
- Вот и… все, - хрипло сказал Реки, на мгновение замерев и кончив глубоко внутрь Мэя. Он тяжело дышал, будто пробежал стометровку, а когда с похабным, чавкающим звуком вышел из тела Мэя, то сразу же подставил к растянутому входу ладонь, собирая собственную сперму, вытекающую из тела согрупника. С сумасшедшей улыбкой, он собрал немного жидкости и начал размазывать ее по лицу не сопротивляющегося Мэя. Мэй молчал и покорно терпел, когда же Реки выполнит все свои прихоти, а блондин лишь умилялся от вида Мэя с его спермой на щеках и губах.
Реки, пошатнувшись, встал, и нервозно начал натягивать на себя одежду. «Он сам виноват. Он во всем виноват сам. Это он довел меня», - думал гитарист, надевая кофту.
- Все равно, - услышал он тихий голос Мэя. И, обернувшись, замер. Мэй полулежал-полусидел, и развязно водил языком по губам, а пальцами по щекам собирая белесую жидкость и слизывая ее с пальцев. – Все равно я люблю тебя.
Реки сглотнул, глядя на открывавшуюся картину. Сумбурный, наивный Мэй выглядел сейчас так, будто сошел с обложки порно-журнала, и снова откровенно соблазнял своим видом. Реки отвернулся, быстро прошел через комнату и вышел, громко хлопнув за собой дверью.
* * *
- Какого хера ты приперся? – надменно спросил Шион на следующее утро.
- Вообще-то, я тут работаю, - процедил гитарист в ответ, приглаживая растрепавшиеся светлые волосы перед зеркалом. В ту ночь Реки не спалось. Он то и дело прокручивал в голове моменты предшествующего секса, вот Мэй жалобно стонет, закусывая губу, или судорожно мечется, стараясь не показывать насколько ему больно. Реки проклинал себя, приказывал себе не думать о назойливом согрупнике, но мысли о Мэе все равно не отпускали. Как он там? Нормально ли добрался до дома? А может, он его порвал? Нет, тогда была бы кровь… И еще эти последние слова Мэя. Они буквально выбили из колеи, ломая и без того пошатнувшееся спокойствие блондина. Наконец-то Мэй сказал, что любит его, но радости или хотя бы повышения самооценки не было. Не было и лести самолюбию, а только неясно откуда взявшаяся горечь и тоска при воспоминании о морально раздавленном, но все равно не отчаявшемся Мэе.
- Сегодня снимается только ритм-секция, - фыркнул Шион. Драммер вообще последнее время неимоверно раздражал Реки. И он всегда со злобой отметал мысль, что жутко завидует Шиону, у которого был Нару. Сколько времени они были вместе, не могли сказать даже они сами, было только известно, что встречаться они начали еще со времен старшей школы. И хотя Нару частенько мотал нервы флегматичному барабанщику, Реки завидовал, черно завидовал устоявшейся и сложившейся паре.
- Блять, - емко выразился Реки.
- О, Ки, какого хера приперся? – откуда ни возьмись появился Юки, держа в руках сигарету. К слову, басист последнее время его тоже раздражал. После совместного тура с Diverse glare of riot, он начал постоянно таскаться с ними. Ходили слухи даже, что он начал встречаться с Зоддом, их драммером. «Развели тут голубятню», - злобно думал Реки. «Вот Мэй и начал с ума сходить».
- Попутал, - хмыкнул Реки.
- Придурок, - в тон ему отозвался Юки. У него зазвонил телефон, он трогательно улыбнулся, глядя на экран, и отошел в сторону. Реки перекосило.
- Ну и сука же ты, - прошипел Шион, наклонившийся совсем близко. Реки опешил от такого прямого оскорбления, а потом растянулся в ухмылке.
- Видел, значит.
- Ничего омерзительнее в этой жизни я не видел, - выплюнул барабанщик. – Он ведь любит тебя. По-настоящему любит. Как, может быть, раз в жизни.
- Ой, вот не надо мне тут говорить о том, какой я плохой, - огрызнулся Реки.
- Ты не плохой. Ты просто мразь, которая ни во что не ставит чувства других людей, - Шион поморщился, будто увидел таракана в супе, и отшатнулся от Реки.
- Знаешь что, милый Ши, - слащаво начал Реки. – Если у тебя и Нару началась счастливая голубая семейная жизнь, это еще не значит, что надо подписывать всех под вашу идиллию. Мне нравится жить так, и ты последний, у кого я буду спрашивать о жизненных ценностях. Ясно?
- Ясно, - ухмыльнувшись, ответил Шион. – Вот только ты тоже его любишь.
Довольный произведенным эффектом, Шион отправился прочь от Реки, зависшего у зеркала.
- Ты чего такой отмороженный? – едко поинтересовался подошедший Юки.
- Ю. Ты ведь знаешь, где живет Мэй? - Реки старался сдержаться, глядя на мерзкую расползающуюся улыбочку Юки.
- Даа… А зачем тебе?
- Надо.
- Нуу… - Юки откровенно издевался, глядя на смущенное выражение лица Реки.
- Знаешь, блять, или нет?
- Тихо, тихо, - засмеялся Юки, называя адрес. «Пиздец ближний свет», - продекламировал про себя Реки, но руки уже тянулись к телефону, чтобы вызвать такси.
В машине Реки пытался убедить себя, что ему не надо ехать к Мэю. И что он совершенно равнодушен к нему. И что Шион говорил абсолютнейшую чушь. Но сердце упрямо тянуло, а в голове снова вертелись вопросы о том, как он там, все ли в порядке. Мысль о том, что Мэй просто пошлет его куда подальше после всего случившегося, Реки отмел как несостоятельную. Также он старался не думать, когда успел настолько упасть, чтобы ехать к надоедливому и шумному Мэю, чтобы сказать…
А что, собственно, сказать? На этой мысли водитель затормозил, и Реки, расплатившись, выскользнул из машины. Район был, откровенно, так себе, и Реки, решив, что «война план покажет», направился внутрь подъезда. В нерешительности, блондин замер перед дверью квартиры Мэя. Обычная, такая, дверь… И когда рука потянулась к звонку, она открылась. Реки на мгновение замер, а потом почувствовал крепко обнимающие его руки.
- Пришел… Все-таки пришел.
Отчего-то Реки улыбнулся, и не менее крепко обнял в ответ.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Шумный и приставучий (NC-17 - Reki/May [Biosphia])
Страница 1 из 11
Поиск:

Хостинг от uCoz