[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 2«12
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Бывший лучший друг (NC-17 - Gackt, Mana [Malice Mizer, Gackt, Moi dix Mois, YFC])
Бывший лучший друг
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:23 | Сообщение # 16
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 36.


- Так, у нас с Маной уже есть несколько набросков, касательно песен, но полностью еще, к сожалению, не готова не одна.
- Почему?
- Ну, где-то не совпадает по музыке, где-то по словам… Поэтому, сегодняшняя репетиция снова превращается в посиделки.
- Ну, это вроде нормально же… застольный период и все такое…
- Да. Так, вот примерные партии гитары. Под них, пожалуйста, Ю~ки – бас. – Гакт протянул басисту листки. – Газ, на тебе ударные. Я, кстати, для ударных уже сделал совсем сырой набросок…
- Ты считаешь, я не справлюсь?
- Я, что? Нет, что ты! Просто, я сам играю на барабанах, было интересно… но, если не хочешь…
- Ладно, давай. – Газ взял листики с набросками партий.
- Так, что еще? – задумчиво протянул вокалист, косясь на безмолвного Ману. – Репетиции будут проходить пока через день, потом, возможно, чаще, но это еще не точно. На счет костюмов Мана ничего пока не говорит. А, кстати, Мана решил выпустить DVD с клипами, соответственно, будут съемки. – задумчиво говорил Гакт все, что знал.
- О, на счет съемок… - оживился Газ. – Нам же нужны будут фотографии на обложку и вообще… Так вот, у меня есть знакомая фотограф, она может устроить высококачественную и интересную…
- Газ, я тебя умоляю! – наконец-то подал голос лидер-сан, он был полон раздражения. – Еще даже текстов нет, а ты уже с фотографами договариваешься. Рано еще, понимаешь? К тому же, в наше время найти фотографа проще, чем модель.
- Но, она действительно профессионал! Ты бы видел ее работы.
- Обязательно посмотрю. Как только будут готовы аудиозаписи. – отрезал Мана и снова замолчал.
- Хорошо. – разочарованно вздохнул ударник.
- Мана? – позвал Гакт, но тот игнорировал. - Мана-сан, что я еще не сказал?
- Я никак не думал, что у тебя так туго с памятью. – холодно изрек лидер, даже не смотря в сторону вокалиста. – Если ты считаешь, что сказал все, то все могут расходиться.

А Гакта как громом поразило. Опять эта холодность… опять он услышал стук, с которым кирпич, смазанный бетоном, мягко ложится на другой кирпич…

- Мана, как думаешь, если бы я считал, что сказал все, я бы обращался к тебе? – язвительно поинтересовался Гакт, но молчаливая леди предпочел не отвечать. Гакт долго сверлил его взглядом, минуту, две, три… а потом тихо изрек. – Вы можете быть свободны. Спасибо за внимание. – он все еще смотрел на Ману, который, как будто и не замечал этого.

Услышав эту реплику, дающую свободу, он поднялся со своего кресла и прошелся в часть комнаты, где были расставлены инструменты.

- Можно твою гитару? – спросил он, даже не поворачиваясь.
- Конечно, бери. – пробормотал Гакт, тяжело вздыхая.
- Пойдем, проведешь нас.
- Ой, вы еще здесь? – он рассеянно посмотрел на согруппников. – Конечно, пойдемте. – он поднялся и вышел из комнаты.

Но в коридоре парни не спешили одеваться и уходить.

- Он всегда такой? – спросил Газ.
- Нет. – выдохнул вокалист, прикрывая глаза. – Просто он сильно переживает из-за группы, вот и ворчит. – он слабо улыбнулся.
- Он тебя любит, да? – спросил Юки.
- Что за вопрос?! – возмутился Гакт.
- Ну, просто создается впечатление, что любишь только ты, а он – пользуется. – ответил Кози.
- Нет. – твердое отрицание. Нет. Мана любит его и Гакт это знает.
- Просто, со стороны это смотрится так.
- Вам, кажется, пора, не так ли?
- Гакт, ты прости нас, но…
- До свидания. – не дожидаясь, пока парни выйдут, Гакт ушел в другую комнату.

В кухне он налил себе в бокал вина, вышел на балкон и, достав сигарету, закурил. Было до жути обидно.

«…любишь только ты, а он – пользуется…»

Фраза, сказанная гитаристом, эхом звучала в светлой голове музыканта, проникая с дымом сигарет по дыхательным путям, попадая в легкие, дальше – соединяясь с кровью и проходя сквозь сердце… Гакт закрыл глаза. Это все этот чертов дым. Это все он. Хотя, это ведь не он заставляет Ману снова отворачиваться от меня… допив вино, он затушил сигарету.

Сидя на низком барном стуле, с гитарой на руках, Мана что-то записывал – по-видимому, ноты. Тихо подойдя сзади, Гакт аккуратно обнял его за шею.

- Я занят, не видишь?

И снова этот мощный удар током, проходящий через все тело.

«…любишь только ты, а он – пользуется…»

- Нет… - пробормотал он.
- Нет? Значит одень линзы. – он вывернулся из объятий.
- Линзы? Хорошо… - на автомате он побрел в ванную, но на полпути остановился. А начерта ему линзы-то сейчас, а?

От нечего делать, он пошел в спальню, но заснуть так и не смог. Мана еще допоздна будет сидеть там, долбаясь со своими возлюбленными гитарными партиями, а обо мне даже не вспомнит… даже не подумает, что мне может быть холодно, даже под этим толстенным одеялом. Он даже не подумает, что обидел меня, сильно обидел…

Гакт закрыл глаза и медленно стал забываться, погружаться в легкую дремоту, когда почувствовал какое-то движение рядом. Он открыл глаза, но не поворачивался, а, когда почувствовал горячее дыхание, обжигающее его затылок, снова закрыл.

- Прости меня… - прошептал Мана ему на ушко, покрывая мелкими поцелуями тонкую шею. – Я знаю, что ты не спишь… и знаю, что обиделся. Я очень-очень виноват…
- Ты снова становишься лидер-саном… снова я теряю тебя…
- Глупости! Лидер-не лидер, а на мои чувства к тебе это никоим образом не влияет.
- А может… - Гакт повернулся к нему. – Может, зря мы это все затеяли?
- О чем ты? – Мана непонимающе уставился на него.
- О Malice Mizer…
- Ты имеешь в виду… но, Гакуто, ты же так хотел?
- Знаешь, я понял, что для меня действительно важно.
- Что же? – небось, эти его Цыплята… что ж, стоило ожидать.
- Ты, Маночка. – он обнял его за шею, прижимая к себе. Такого ответа гитарист ну никак не мог ожидать. – Ты – самое главное, самое важное в моей жизни. И, если для того, чтобы ты был моим, потребуется… - он на миг запнулся, но потом продолжил более увереннее. – Смерть Malice Mizer… - но он не смог сказать того, что сделает официальное заявление. – Ты важнее.
- Камуи Гакуто, скажи мне, что за бред ты несешь? Для того, чтобы нам быть вместе, не обязательно уничтожать группу.
- Но, Мана, я не могу так! – он прятал свое лицо на плече Маны, все еще крепко обнимая. – Понимаешь, я думал, это все не по настоящему… а сейчас… я действительно полюбил тебя. По настоящему, сильно-сильно, понимаешь? И… мне больно, когда ты ведешь себя так. Мне очень обидно, я сразу начинаю думать…

«…любишь только ты, а он – пользуется…»

Да, но Гакт отогнал эту тупую мысль.

- Мне сразу чудится конец света. – сказал он.
- Чудо ты мое. – Мана тихо рассмеялся. – И не надейся. Никакого конца света тебе и не светит.

Глава 37.

Я лежал на диване, перещелкивая каналы на телевизоре. Всякие забавные программки сменяли одну за другой, концерты, новости, фильмы, мультики. Осознав, что телевизор смотреть я все-таки не хочу, я пошел на кухню заваривать очередную чашку кофе.

Полдня я проработал над барабанными париями и к восьми вечера мой мозг буквально закипал и просто требовал отдыха, хотя бы какой-нибудь разрядки. И как же кстати на барной стойке стоял ноутбук. Я вспомнил про девушку фотографа, с которой познакомился в кафе. Достав из кошелька листик с номером, я положил его к десяткам других важных записочек, которые я хранил под стеклом на барной стойке. С одной стороны, удобно, а с другой – как элемент декора. Мне нравилось. Набрав номер, я стал ждать, пока Таико возьмет трубку. Наконец-то в динамике раздалось немного усталое «алло?».

- Вечер добрый, Таико.
- Простите, а кто это?
- Это Газ. – улыбнулся я. – Помните, мы в кафе познакомились?
- Ах, да… простите, я не узнала. – рассеянно пробормотала она.
- Ничего страшного. Я не отвлекаю? – спросил я, помешивая кофе.
- Нет-нет, что вы!
- Мм, это хорошо. Чем занимаетесь? – я специально не говорил о фотосессии, все-таки, это часть работы, а мне хотелось отдохнуть.

Честно, понятия не имею, почему я решил позвонить именно ей, ведь мог же и кому-нибудь другому, вариантов масса. Наверное, это из-за того, что в кафе она мне показалась добрым и позитивным человеком.

- Я?.. Да фотографии обрабатываю, как обычно. – да, мой вопрос явно удивил ее. – А вы?
- А я, вот, решил небольшой перерывчик в работе сделать, кофе пью.
- О, кстати, я же спросить хотела!
- Спрашивайте.
- А, вот вы сказали, что в группе играете… а на чем?
- Я ударник.
- Правда? Ура, я угадала! – я услышал, как она захлопала в ладоши и рассмеялся. Она забавная.
- А вы пытались угадать?
- Ну, да! Мне же интересно стало. Я очень-очень музыку люблю!
- А второй вариант был?
- Ну, да… но, я была почти уверенна, что барабаны.
- Почему же?
- Нуу… все барабанщики очень красивые.
- А я красивый?
- Очень! – она говорила абсолютно серьезно, а я улыбался. Очень искренняя и совсем не закомплексованная. Это здорово.
- Ну, спасибо.
- За правду не благодарят. – она улыбнулась. – А еще вы мне очень напомнили первого барабанщика моей любимой группы… я даже подумала, когда вы повернулись, что это он! Правда, я не знаю всех деталей его внешности, потому что, к огромнейшему сожалению, не смогла найти много фотографий, да и, к тому же, он как-то сменил имидж – подстриг волосы и покрасил в черный, но, когда он еще был длинноволосой блондинкой… короче, вы очень похожи, да!
- А что за группа, если не секрет?
- Почему же, совсем не секрет. Malice Mizer! – она вдруг замолчала, а я не смог сдержать смеха. – Погодите… - она была очень милой. Совсем как маленькая девочка. – Его же тоже Газ зовут… а вы, случайно, не?.. – Таико дальше не продолжала, а я сидел, все помешивая ложкой кофе, и улыбался.
- Случайно, да.
- Даа??? – она молчала. Сбивчиво дыша в трубку. – Очуметь! Правда?
- Правда.
- Правда-правда??? Я не верю!
- Хорошо, можете не верить. – ну точно, ребенок!
- С ума сойти! – кажется, она была в шоке. Но, это было очень мило.
- Простите.
- За что?
- За то, что поверг вас в состояние эмоциональной нестабильности. – она засмеялась. Тихий, слегка хриплый, но очень мелодичный звук. Оставив в покое кофе, я поднялся с высокого стула и пошел на лоджию, где смог принять полу-лежачее состояния, позволяя отдохнуть не только голове, но и телу. Ведь, играть на барабанах не так уж и легко. Я прикрыл глаза.
- Ничего страшного! Это же здорово! – щебетала Таико сквозь динамик. – А, если не секрет, что за группа? – я засмеялся.
- Секрет. - думаю, лидер-сан не придет в восторг с того, что кто-нибудь узнает о таком грандиозном событии, как возвращение великих Malice Mizer, до официального заявления. К тому же, если она будет нас фотографировать, то и так в числе первых узнает об этом радостном событии.
- Печально… - вздохнула она. – Ну, ничего. Все равно узнаю!
- Конечно. – я улыбнулся. Все-таки, хорошо, что я тогда к ней подошел.
- Мм, а можно спросить, что сказал ваш лидер-сан?
- Лидер-сан? – я вздохнул. – Сказал, что пока рано об этом думать.
- То есть, он не отказывался?
- Нет. – и снова я улыбнулся. Оптимистка.
- Здорово, значит, у меня есть шанс!
- Есть.
- Ура! – я снова засмеялся. – Ой. Простите, пожалуйста, мне мама звонит, надо поговорить с ней.
- Конечно. – я был немного расстроен, но мама – это мама. - Спасибо вам большое. До свиданья.
- До свиданья! – она сбросила звонок.

Значит, любит Malice Mizer… поскорей бы со всем разобраться и дойти до фотосессии! Хочу узнать ее реакцию.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:24 | Сообщение # 17
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 38.

Кози уже битый час долбался над гитарными партиями и все никак не мог придумать ничего толкового. Мана сказал, что их появление должно сразить всех, что оно должно быть впечатляющим. И, конечно же, он имел в виду далеко не внешний вид или фансервис или еще что-то в этом роде. Музыка должна быть совершенной, а, чтобы этого добиться, нужно потратить не просто много времени на сочинение и практику, а очень, очень и очень много. Да и сам Кози хотел грандиозного события. А о какой грандиозности может идти речь, если в голову ну ничегошеньки не лезет?! Правильно, ни о какой. А если говорить по-честному, то сейчас им вообще светит лишь один сплошной провал.

Да, конечно, Газ говорил, что поклонников до сих пор много, но, если они выйдут и сыграют что-то, что будет лишь жалкой пародией на великих Malice Mizer, их не прибавится. С другой стороны, если они будут слишком сильно отличаться от тех Malice Mizer, то тоже не факт, что поклонников станет больше. Конечно, многие придут, но ведь уйдет тоже не мало... вот тут дилемма. И Мана тут выигрывает, ведь он в своем творчестве не ушел так далеко от того стиля, как Гакт или даже я.

Так, что-то я слишком задумался... работать надо.

Он снова взялся за гитару, но снова ему пришлось отвлечься - теплая ладонь легла на шею, запрокидывая голову назад, в спину уткнулись острые коленки, на лицо упали легкие светлые пряди.

- Ты уже вернулся? - Кози улыбнулся.
- А ты еще не закончил. - расстроенно констатировал Чача.
- Никак в голову ничего не лезет. Я в отчаянии. - признался он.
- Тебе нужно отдохнуть. - Кози уже собирался возразить, но Чача не дал ему ничего сказать, коротко целуя в губы. - Совсем чуть-чуть. Капельку. Не долго. Просто отдохнуть. Потом я тебе помогу.
- Но...
- Отдохнуть, Кози. Или ты уже не понимаешь смысл этого слова? - он улыбнулся. - Труженик ты мой. - Чача снова поцеловал его губы, а потом выровнялся, обошел сидящего на низком стуле гитариста, и забрал из рук гитару, отложил ее на кресло и потянул Кирики за руку.

Зайдя в спальню, Чачамару мягко уложил его на кровать и сам устроился рядом в его объятиях. Он прижался к нему и закрыл глаза, довольно улыбаясь.

- По-моему, это ты хочешь отдохнуть. - Кози с улыбкой перебирал только что выкрашенные светлые пряди.
- Ты тоже.
- Хорошо-хорошо. - Кози ласково поцеловал его в макушку. Волосы не вкусно пахли свежей краской. Он поморщился. - Зачем ты вообще все время красишься? - Чача засмеялся.
- Ох, прости-прости. Можем поменяться.
- Да нет, мне так хорошо очень. - гитарист крепче обнял блондина. - И все же?
- Люблю, когда ты меня так вот к себе прижимаешь. - он улыбнулся, снова избегая ответа.
- Буду почаще так делать.
- Ура. - Кози засмеялся.
- Чудо ты мое. - он целовал Чачину макушку, ласково перебирая волосы. А Чача просто балдел, чуть ли не урча от счастья.

Кози, внезапно появившийся в его жизни, в корне изменил ее. Внес не дружеское тепло, а нечто гораздо большее, горячее, что очень нравилось Фуджимуре. Ему внезапно стало доставлять удовольствие это несмелое проявление собственничества в слове «мой», хотя раньше он предпочитал принадлежать лишь самому себе. Сейчас же ему все чаще и сильнее хотелось ответить «твой», но он боялся торопиться, ведь и так все слишком быстро.

- Кот. - вдруг сказал Кози.
- Мм? - Чача приоткрыл глаза и посмотрел на него.
- Ты. Как будто наелся сметаны и теперь довольно греешься у батареи. Разве что, не мурлыкаешь.
- Мурр? - улыбнулся Чача, Кози рассмеялся.
- Вот теперь точно кот.
- Угу. - Чача потянулся и нежно поцеловал свою «батарею» в губы. - Такой хороший... - прошептал он, продолжая целовать.
- Чач...
- Мм? - он чуть отстранился.
- Мне работать... надо. - он виновато отвел взгляд.
- Не хочешь, чтоб наш отдых затянулся? - улыбка. Кози смутился.

Ох, как же Чача обожал этот румянец на его щеках... он буквально сводил его с ума, заставляя сдерживать желание. Он не хотел, чтобы Кози влетело от сурового лидер-сана.

- Хорошо, пойдем работать. - он улыбнулся и поднялся с кровати.
- Ты не расстроишься?
- Нет, что ты. Я же понимаю, работа. Пойдем.

Кози поднялся и пошел вслед за Чачей. Ему, если честно, не очень-то и хотелось работать. Зато, он бы с удовольствием повалялся с Чачей.

- Так, дай мне наброски Маны. - перешел сразу к делу Чача, тем самым немного выбив Кирики из колеи.
- Ну... там, на столе.
- Угу. - он взял листки и стал внимательно просматривать их. - Таак... - он взял гитару и другой лист, наигрывая что-то, делал пометки на бумаге.
- Чач, может, я... ну, сам?

Чача поднял взгляд от грифа и посмотрел так, как будто первый раз видел.

- Ах, да... на, пожалуйста. - он протянул Кози гитару и записи, а сам сел в кресло.

Кирики даже опешил от такой реакции. Вечный трудоголик сейчас тихо сидел в кресле, задумчиво смотря в окно. Кози начал что-то пробовать. Так прошло около пятнадцати минут.

- Подожди, - подал голос Чачамару. - Ты что делаешь? - он поднялся со своего места и подошел к нему. - До этого момента все более-менее нормально, а вот в этом месте, - он указал пальцем на листик с записями. - Я бы сделал не так.
- А как?
- Думай. - он отошел в другую часть комнаты. Взял свою гитару и стал сам что-то тихо играть, записывая. - Ты не прислушивайся ко мне, а сам думай. Я, может, вообще не тем занимаюсь?

Кози вздохнул. Сглазил, называется. Он еще давно заметил, что когда Чача уходит в работу, он может становиться просто невыносимым. Просто другой человек. Молчаливый и раздражительный относительно всего, что не касается его любимой гитары.

- Кози?
- Да?
- Ты чего не играешь?
- А я... Ты же занят. - он почувствовал себя двоечником на уроке у строгого сенсея.

Сейчас разница в возрасте, в опыте... она была просто колоссальной. До такой степени, что аж не верилось, что буквально каких-то полчаса назад они лежали абсолютно счастливыми, общаясь на равных.

- Да, но это не значит, что я не слушаю тебя. Продолжай, пожалуйста.

Часа через полтора Чача подошел к нему.

- Ну, как успехи?
- Не знаю... вроде, что-то получилось.
- Продемонстрируешь? - Кози стал играть, периодически поглядывая на Чачу. Лицо последнего не выражало абсолютно ничего. - Ну вот, наконец-то ты хоть чуть-чуть настроился на работу. - он улыбнулся.
- Что, уже получше?
- Да. Только вот, с тем местом все еще хуже, чем было.
- Черт! - Кози бессильно рухнул на стол.
- Тише ты. - Чача присел рядом с ним на корточки и положил руку на его колено. - Показать? - Кирики кивнул и поднял голову.

Чача стал играть, позволяя Кози удивляться схожести мыслей - композиции были почти идентичны. И вот наступил тот злополучный отрезок. Абсолютно не в стиле Malice Mizer, но на сколько же красиво... еще сырая, просто заготовка, но черт! Она же восхитительна!

- Чач... ну... это же немного не то?
- Кози, дорогой, не стоит бояться экспериментов.
- Но это же совершенно не тот стиль?
- Попробуй. Я тебе обещаю. - он взял его за руки, серьезно смотря в лицо. - Пожалуйста. Если ему не понравится - переделаем. - Кози вздохнул. Чача поднялся и обнял его, поцеловал в макушку. - Давай, сыграй по моим нотам, и пойдем отдыхать.
- Хорошо.

Через двадцать минут они смогли с чистой душой отложить гитары.

- Кози? – задумчиво протянул Чачамару.
- А?
- А мы сегодня уже ужинали?
- Мм... не знаю. - пожал плечами тот.
- Ну, тогда пошли на кухню.

Перекусив, они без всяких разговоров направились в спальню.

- Мм... Чач, а ты не знаешь, что там у Гакта с Маной?
- Как, что?
- Ну...
- Они, вроде, вместе. А что?
- Ну, просто на последней репетиции они вроде как... короче, Мана обидел его, а Гакт очень расстроился.
- Ой, да ты же сам говорил мне, что они будут часто ссориться, при этом идеально подходя друг к другу.
- Ну, говорил, да. Но, все равно...
- Поверь мне, если Гакта кто-нибудь так сильно обидит, он позвонит, ну, конечно, если мозгов хватит, то до того, как наломает дров. И, если этим «кто-то» будет Мана - ему не поздоровится.
- Чач, ну что ты ему сделаешь? Гакт же не позволит. Он любит его.
- Я знаю. - Чача разделся и залез под одеяло, Кози последовал его примеру.

Фуджимура лежал на спине, закрыв глаза. Кози навис над ним и стал рассматривать расслабленное лицо. Без тонны косметики и прочих корректирующих причиндалов, расслаблен абсолютно каждый мышц, мирное ровное дыхание... эталон покоя и душевного равновесия. Но на самом деле все далеко не так.

Чача чувствовал тепло рядом с собой, пристальный взгляд, сканирующий каждый миллиметр... он резко вдохнул и облизал кончиком языка пересохшие губы. Он знал, что сейчас Кози обязательно поцелует его, но это ожидание заставляло сердце быстрее гнать по венам кровь. А потом он почувствовал легкое колыхание воздуха, при чем, холодного. Приоткрыв глаз, он не заметил нигде своего возбудителя. Он полностью раскрыл глаза, сел и тут же почувствовал влажные ладошки на своем животе, а потом горячее дыхание в области шеи. Он улыбнулся, снова закрывая глаза.

- Чач?.. - прошептал Кози ему на ушко.
- Мм?

Кози молчал. А потом улыбнулся и покачал головой. Он стал целовать его спину, нежно водя пальцами по животу.

- Хороший мой. Золотце мое. Чудо мое. - шептал он, целуя плече.

Какая-то непонятная, жгучая, всепоглощающая нежность захватила этих двоих в свой сладкий плен.

- Твой. - пробормотал Чача, поворачиваясь к нему и целуя в губы.

Какой-то своеобразный ритуал - подтверждать важные слова поцелуем. Ничего не изменится, но это же так приятно... произносить дорогие слова, ощущая привкус сладких губ, горячее дыхание, нежность поцелуя...

Кози крепко сжал Чачу в объятиях, утыкаясь лицом в его шею. Так хорошо, тепло, трепетно и нежно. Долго-долго вот так вот сидеть, ощущая стук любимого сердца. Да, Чача уже не боялся этого слова. Он хотел любить Кози. Всем сердцем, душой, телом, всем своим существом, каждой клеточкой. Он уже представить не мог, как так - без этого милого смущающегося мальчика?

Так Кози уснул, а Чача, посидев вот так еще немного, бережно уложил его на кровать, накрыл одеялом и, крепко обняв, тоже стал медленно погружаться в царство Морфея.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:24 | Сообщение # 18
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 39.


- Так, неделя прошла. Чем похвастаетесь?

Все по очереди стали протягивать свои черновики с партиями, только Кози медлил. Он уставился на Чачамару, сидящего в кресле в углу и что-то записывающего в блокноте. Он очень хотел, чтобы Чача почувствовал и повернулся, хотя бы посмотрел - это бы уже придало смелости гитаристу.

- Кози? Ты что-то приготовил? - окликнул его голос вокалиста.
- А?

Чача повернулся и ободряюще улыбнулся, кивнул.

- Да, вот... - он положил на стол записи.

Мана сидел, по очереди просматривая листок за листком.

- Хорошо. - задумчиво пробормотал он. - Давайте попробуем совместить? - все дружно закивали и по поднимались из-за стола. - Так, если я правильно понял, то в середине у нас соло гитары. Так что, учитываем, пожалуйста.

Мужчины встали за инструменты. Каждый наизусть знал свою партию, но все равно, для перестраховки, взгляды то и дело метались к нотам. Чача внимательно смотрел за ходом репетиции. Мана молчал на счет его соло. Все молчали, лишь иногда переглядываясь друг между другом. На ходу в листки вносились пометки и дополнения, что-то наоборот - вычеркивалось.

- Так, в принципе, задачу выполнили все. Небольшие погрешности, но они скоро исчезнут. Мелодии сочетаются и это главное. Правда, сбиваемся слишком часто. Но музыка новая, сырая... теперь репетиции будут проходить утром и вечером через день. Отдых нужен, как-никак.

Все непонимающе смотрели на своего лидера. Его мысли так стремительно неслись одна за одной, сменяясь, направляя монолог в абсолютно левое русло. С трудом проглядывался смысл, общая мысль.

Гакт сел рядом с ним и незаметно взял за руку. Увидел этот жест только Чача, который, хоть и сидел дальше всех, но весь был обращен во взгляд, слух, внимание. Он все ждал, вдруг Мана скажет что-нибудь про гитарную партию.

Мана попытался высвободить свою руку, но согруппники бы это абсолютно точно заметили, поэтому он смирился.

- На сегодня, думаю, хватит. Уже поздно.

Музыканты стали выходить из репетиционной, а Гакт тут же полез к Мане.

- Подожди. - тот немного раздраженно отпихнул вокалиста. - Газ. Завтра в двенадцать в кафе возле парка. - Гакт вопросительно посмотрел на возлюбленного. - Приводи своего фотографа, познакомишь нас.
- Хорошо! - ударник улыбался во все тридцать два. - Спасибо. До завтра. - он вышел к ребятам.

Как только они остались наедине, Гакт тут же грубо притянул Ману к себе и жадно поцеловал. Тот ответил с не меньшей пылкостью, цепляясь тонкими пальцами, обтянутыми черным кружевом, за отросшие светлые волосы.

- Вот видишь, а ты волновался. - тихо прошептал Чача на ухо Кирики. - Они же кидаются друг на друга, как быки на красное.
- И в правду, они любят друг друга. Одинаково сильно. - присоединился к разговору Ю~ки. - Я ошибался.
- Здорово. Я никогда не видел Ману… таким. - кивнул Кози.
- Вот она, любовь. - подал голос Газ.

А Чаче вдруг так захотелось почувствовать рядом своего смущающегося мальчика, поэтому он поспешил хотя бы взять его за руку, но, видимо, тот самый «мальчик» был совсем не против капельки тепла, даже на глазах одногруппников. Кози крепко обнял Чачу за талию.

Газ погрузился в свои мысли, и, судя по безмятежной улыбке, характер этих мыслей не слишком сильно отличался от обнимающихся парочек.

- Да ну вас нахрен. - усмехнулся Юки и вышел из дома. Парни засмеялись.
- У Гакта чудо-дом. Заряжен амурными флюидами.
- Ну, а то! Сколько тут за всю жизнь...кхм. флюидов на распространялось. Выпить-то он у нас любит.

Мужчины смеялись.

- Ладно, по домам? А то сейчас ненароком станем свидетелями чудного процесса распространения. - Газ кивнул в сторону щели, через которую было видно, как быстрые пальчики отсчитывают пуговицы на рубашке.

На улице был ливень.

- Черт, я зонт забыл!
- У меня есть.
- А вы как?
- Кози? Мы как? Нам нужен зонт?
- Да ну его к черту. - улыбнулся Кози, выходя из-под козырька к стоящему под зонтом Чаче. - Нам и без зонта хорошо же.

Чача улыбнулся и отдал свой зонт Газу.

- Счастливые люди.
- А сам? Найди себе кого-нибудь. - Чача крепко прижимал к себе Кози.
- Уже. - он подмигнул и ушел домой.

- Заметил, с момента воссоединения у всех участников Malice Mizer появились свои любовные похождения?
- Нет, это Malice Mizer воссоединились из-за тех самых любовных похождений. Мм?
- Может, ты и прав.
- Да однозначно.

Они медленно брели по темной мокрой улице, держась за руки. Дождь уже закончился, только лужи хлюпали под ногами. Вдруг, выехавшая из-за угла машина, быстро пронеслась мимо них, обляпав с ног до головы водой.

- Мать вашу! - Чача отскочил от дороги. - Новый свитер же… Сволочь слепая! - негодовал гитарист, а Кози громко хохотал с него. - А ты чего ржешь?!
- Ты такой милый. - не унимался Кози.
- Ах ты! Арррр!!! - он надулся, топнул ногой и молча пошел дальше.
- Чач? Ну, Чаченька, ну не злись. - Кирики обошел его и остановил. - Ну прости меня. - он взял его за руки.
- Мне холодно.
- А я тебя согрею. - он обнял Чачу.
- Мне серьезно холодно.

Снова начинал капать дождь.

- Я серьезно согрею. - Кози прижал его ближе и поцеловал в губы.
- Кози... - Чача попытался отстраниться. - Кози, перестань. Кози. Ну черт... - он все-таки ответил на поцелуй.

Очень долго они вот так вот простояли, целуясь, пока дождь все усиливался и усиливался. Начиналась гроза.

- Ладно, пойдем скорей домой, а то и вправду заболеешь.

***

Я достала из коробки диск и стала его рассматривать. Обычный, белый, под печать. С тонкими черными буковками «Malice Mizer ПРОЕКТ». Когда-то очень-очень давно я составила этот план. План фотосессии. Тогда я больше опиралась на теоритическую сторону фотографии и делала все четко и по правилам, сейчас же я уже пользуюсь своими личными знаниями. Я экспериментирую со светом, ракурсами, идеями, прочими средствами... Сейчас это другой уровень. Да и вообще, тогда я была безумной пошлой фанаткой, которая сходила с ума от красивеньких мальчиков, особенно, если они еще и играли на чем-нибудь. Сейчас я люблю группы не только за внешность. Точнее, тогда это было всего лишь увлечение, сейчас – настоящая любовь. Но, все-таки, мне было очень интересно, что же я тогда, несколько лет назад, навояла-то?

Я вставила диск в CD-rom, и стала ждать, пока сработает автозапуск. Вдруг в голову пришла идея. Нет, съемки это никак не касается. Так резко и сильно-сильно захотелось воды. Минералки. С пузыриками. Чтоб глотать и чувствовать, как они скребут, раздирают горло, а потом царапают все остальное на своем пути. Лопаются, взрываются во рту... И пить, пить, пить... Много пить. Странное желание, не так ли?

Я подорвалась с кровати и побежала на кухню. Раскрутив бутылку, я приложилась к ней. Но, сделав глоток, я поняла, что не хочу пить из горла. Я вытащила из шкафчика свою прозрачную пол-литровую кружку, налила до краев, обхватила руками и стала жадно пить. Взахлеб, не чувствуя дикой пекущей боли в горле. Ох, черт, как же это... даже слов нет! Как будто я целовала эту воду. Жадно и страстно. Как самые любимые, самые желанные и самые вкусные губы... хотя, по сути, я не очень-то и люблю минералку.

Прихватив с собой кружку с бутылкой, я вернулась к ноутбуку. Диск уже загрузился.

- Так, что тут у нас? - моя старая добрая привычка - разговаривать сама с собой. Никто вокруг меня никогда не понимал, поэтому я приучилась быть сама себе собеседником. С собой разговаривать очень интересно, скажу я вам. Правда, в последнее время я все больше и больше в этом сомневаюсь...

Я достала из кармана халата телефон и посмотрела на дисплей. Пол-одиннадцатого. И ни одного звонка или SMSки... а ведь в последнее время я привыкла ровно в половину десятого слышать мелодию своего рингтона, а потом и тихий красивый голос, доносящийся из динамика. Забив на то, что звонить или писать или еще что-то там первой - это неприлично, я нажала на кнопку вызова. На радость, трубку сняли почти моментально.

- Привет!
- Эмм... привет. - рассеянно ответила я.
- Ты прости, что я не позвонил. Я номер твой дома забыл, еще и репетиция только закончилась.
- Да нет, ничего страшного...
- Слушай! - перебил он меня. - А как ты смотришь на то, если я к тебе сейчас приеду?
- Ты? Ко мне? Сейчас? - если честно, то я была в шоке. С чего это вдруг Газ захотел приехать ко мне? Да еще и в такое время. Но адрес я назвала раньше, чем сработали мозги, поэтому уже через полчаса я встречала гостя на своем пороге.

Нда... в махровом халате, лохматая, без макияжа... внешний вид как раз для встречи кумира.

- Ну... ты прости, что я так, по-домашнему... - виновато бормотала я.
- Та-да! - вдруг воскликнул он и вытянул из-за спины небольшой букетик из белых роз.

Я аж опешила. Сегодня, вроде, не мой день рождения... может, это шутка?

- Это тебе, красавица. - улыбался Газ. - Эмм... может, все-таки пустишь меня в дом?
- Ой, точно... прости. - я отошла, впуская гостя.
- Молодец. - улыбался он. - А теперь ты должна улыбнуться, поблагодарить меня, забрать букет и поставить его в воду.
- Прости. - я смутилась еще больше и поспешила выполнить его советы. - Ты извини, просто как-то все неожиданно.
- Ничего страшного. - он улыбнулся и зашел вслед за мной в мою комнату. Я села на кровать и тут же он прилег рядом. Как-то это настораживало. - Лучше скажи мне, ты ночью выспалась?
- Ну... да, а что?
- Сейчас спать еще не хочешь?
- Нет. А что?!
- Просто сегодня ночью нам предстоит тяжелая работа.
- Какая?
- Такая. Завтра в двенадцать часов у тебя встреча в кафе с нашим лидер-саном! - торжественно объявил Газ.
- Что? Правда? Я же еще ничего не подготовила... - я закрыла лицо руками. - Теперь они точно не согласятся... - я не заметила, как сказала это вслух. Зато руку на своем плече почувствовала очень хорошо.
- Не волнуйся. Ты же талантливая. Все получится.

Сказать по честному, медленно спускающаяся все ниже и ниже, рука помогала отвлечься от мрачных мыслей. Но, когда эта самая рука достигла поясницы, заставляя меня вздрогнуть и чуть прогнуться, я поняла, что нужно это останавливать. Я мягко убрала его руку и чуть отодвинулась.

- Вау, даже так? Не ожидал...
- Знаешь, я не из тех девиц, которые встречаются или просто имеют связь со знаменитостями. Мне для этого нужно знать человека, а тогда уже можно и задуматься.
- О, как долго я ждал такого ответа! - мужчина засмеялся. - Я теперь на тебя молиться буду. хм... - он задумался. - А на счет связи... я хочу, чтоб ты узнала меня. - улыбаясь какой-то завораживающей улыбкой, он смотрел на меня, а я пыталась не растаять под этим взглядом.

Конечно же, он мне очень нравится, но, действительно, я не хочу быть с ним из-за его статуса. Но эта его реплика... неужели Газ хочет быть со мной? Или я его интересую всего лишь как фанатка? Если так, то я добьюсь его чувств!

Мы просидели с ним почти до самого утра. Смотрели мои работы, проект Malice Mizer, обсуждали предстоящую встречу с лидером, при чем, он даже не сказал мне, кто тот самый лидер. Я на этот счет очень волновалась. Вдруг он будет каким-нибудь самовлюбленным ослом? Или еще что-то из этого рода. Короче, в итоге я не выдержала и уснула.

Газ сидел на краешке кровати и наблюдал за Таико. Милая девушка, улыбающаяся во сне. Все девушки обычно улыбаются, это уже кажется стандартом. Но улыбка Таико была другой, какой-то светлой, теплой, нежной... интересно, что ей снится?

Газ поднялся и убрал с кровати ноутбук, вазу с конфетами и прочие лишние вещи. Потом он аккуратно вытащил покрывало из-под спящей девушки и накрыл ее им. А потом сел в кресло рядом с кроватью и тоже попытался уснуть. Сон долго ждать не пришлось, усталость одолела и Газ заснул.

Утром он проснулся, около начала девятого. Таико уже не было в постели. Он поднялся и отправился искать девушку. Она была на кухне и накрывала на стол.

- О, ты уже проснулся? Я как раз собиралась идти будить тебя. Доброе утро. - она улыбнулась.
- Доброе утро. Выспалась?
- Да, а ты?
- Тоже. У тебя очень уютно.
- Спасибо. - она стояла около стола и улыбалась. - Так, можно уже садиться завтракать, если ты голоден.
- Голоден. - он тоже улыбнулся и сел за стол.
- Приятного аппетита.
- Взаимно.

Обычное утро двух знакомых, полное вежливости и уважения друг к другу. Никакой нежности или любви.

Пасмурная погода, вчерашний дождь повлиял.

- Так, я сейчас отлучусь ненадолго, в кафе. Потом приду, часам к одиннадцати.
- Ты каждое утро ходишь туда?
- Да, это как своеобразная традиция, зародившаяся очень-очень много лет назад.
- Мм, здорово.
- Раньше я сидел там, в компании своего друга, а потом мы долго не общались, сейчас снова начали, но традиция еще не возродилась полностью...
- Понятно.

Они позавтракали и Газ ушел.

Глава 40.

- Это все ты виноват. - я улыбнулся. - Ты, ты, ты и только ты! - я запустил в тебя подушкой.
- Ох, простите, моя королева! Впредь, торжественно клянусь, такого никогда не повториться. - с улыбкой ты поднялся с кровати. - Заварю тебе чай.
- Нет, не надо. - я тоже поднялся. - Я сейчас в кафе попью.
- Какое кафе? Ты с ума сошел?!
- Ну, ты только посмотри, какая погода прекрасная! Солнышко светит, птички поют.
- Ну да, ага, как же, поют. Размечтался. Все нормальные птички в такое время года уже поулетали.
- И что?
- И то! Никуда не пойдешь.
- Ну, Кози, ну пожалуйста! Ну мне надо. - я обнял его за талию, притягивая к себе. – Через два часа обязуюсь быть как штык! И тогда, так уж и быть, будешь лечить меня, сколько влезет.
- А если тебе еще хуже станет? - ты ласково провел рукой по моей щеке.
- Не станет. - я поцеловал тебя в лобик и пошел одеваться.

Почему-то именно сегодня меня так тянуло в маленькое кафе за дальний столик, где, вне всяких сомнений, меня ждала длинноволосая блондинка. Мой хороший друг, с которым сейчас так хотелось поговорить.

Собравшись, я попрощался с Кози и направился по знакомой дороге к кафе. Газ еще не пришел, поэтому я сел за столик и стал ждать, а его все не было и не было... может, он уже забыл их маленькую традицию? Тут же, в опровержение моих мыслей, за окном мелькнула знакомая фигура. Высокий тонкий каблучок осенне-весенних сапожек, тонкие черные колготки, чуть выше колена свободная юбка, белый легкий свитерок, кожаная, под цвет большой коричневой сумки, куртка, квадратные черные очки и забавная шляпа. Светлые вьющиеся волосы спадали на плечи, от порывов сильного ветра они развивались, прилипая к ярко накрашенным алой помадой, губам. Газ зябко обнимал себя, кутаясь в холодную куртку. Он вошел в кафе и снял шляпу, осмотрелся. Заметив меня, лицо сразу же озарилось улыбкой. Он подошел ко мне, сел рядом и наконец-то снял свои очки.

- Красавица. - похвалил я.
- Не ожидал тебя увидеть тут. - тон был немного насмешливым, но все равно я видел твою едва заметную улыбку.
- Ну, я же не знал, что по утрам ты такой красивый. - я улыбался. Ты любил комплименты, и я этим всегда пользовался. - Ты сменил помаду? На тон темнее.
- Я просто не из дома шел, поэтому пришлось воспользоваться помадой знакомой.
- Опа, что за знакомая, от которой ты так рано утром идешь?
- Таико. - ты улыбнулся. Ну, понятно. Вляпался, что ли? - Она фотограф.
- И нравится тебе. - констатировал я.
- Она очень хорошая. Простая, не закомплексованная, интересная, красивая... правда, она выше меня, но это не важно.
- Ну да, ты же, помнится, не любитель особых изощрений. Ты у нас по стандартам. - подколол я.
- Фу, пошляк! - ты засмеялся. - Каким был, таким же и остался.
- О, да, детка. - я подмигнул тебе, а ты смутился и опустил взгляд. - Что такое? - почему ты смущаешься? Неужели до сих пор все помнишь, что-то чувствуешь? Не верю...
- Да нет, ничего. Просто вспомнилось. - ты улыбнулся. Кстати, о вспомнилось...
- Той ночью, когда ты звонил мне... что тогда произошло, ты мне так и не рассказал.
- Ах... Мне просто приснился дурной сон.
- И в нем был я.
- Был ты. – и снова опустил взгляд.
- И что? Ну же, расскажи мне!
- Не дави на меня! - ты тихо рассмеялся, но потом снова стал серьезным. - Вы расстались с Кози, ты сжег свой дом, напился и пришел ко мне. Просил поцеловать тебя, говорил, что холодно, одиноко... Я сказал тогда, что... до сих пор люблю тебя. Тогда ты все-таки смог упросить меня о поцелуе, хоть я и не хотел. И, когда я уже был готов это сделать, ты стал исчезать. Исчезать и манить меня за собой. Я пытался, но не смог... Ты пропал. - ты замолчал. - Ну, а потом я проснулся и стал звонить тебе. У тебя все было хорошо. - ты натянуто улыбнулся. - Я очень боялся, что потеряю тебя... и сейчас боюсь. - улыбка. Такая красивая и теплая. А я сидел и смотрел на тебя. Я не знал, что думать... в голове столько вопросов... - Ты больше, чем друг. - ты легонько сжал мою руку.

У тебя такие теплые ладони... Надежный шов, сдерживающий все воспоминания в мешке, стал медленно расходиться и из него начали выплывать красочные обрывки. Неизменный поцелуй в нос каждое утро, кружка остывшего кофе на перилах балкона, в которой утонула недокуренная сигарета... когда ты вот так вот целовал меня, я всегда путал чашку с пепельницей. Тогда ты целовал меня жадно, страстно, собственнически... как будто пытался выпить. До дна. Без остатка. Полностью. Я так любил эту твою жесткость... тогда я позволял тебе быть сильнее, а себе - слабым. А ночью наоборот... уже я растворялся в тебе. Уже я нежно насиловал твое хрупкое тело. Я тонул в твоих стонах и вскриках, рваных вздохах... Любимый...

- Юки? Ты вообще тут? - я моргнул и увидел твой обеспокоенный взгляд. В нем было столько тепла и заботы...
- Поцелуй меня. - прошептал я прежде, чем успел зажать руками рот.

Что я творю, черт возьми?! Но ты приподнялся со стула, нагнулся над столом и легко коснулся губами моей скулы. Снова сел. Ты улыбался. Так беззаботно и весело... И эта помада, чуть смазавшаяся в уголке твоих губ... как же хочется размазать ее нахрен по твоим щекам!.. чужая помада. На губах МОЕГО сокровища. Из всех своих любовников только твоим желаниям я потакал. Только твои слова слушал с такой внимательностью. Только тебя брал так нежно и осторожно. Только тебе позволил прикоснуться к моему сердцу.

- Давай уйдем отсюда? - я взял тебя за руку, заглядывая в испуганные глаза. - Пожалуйста, пошли.
- Куда?
- Какая разница? - я поднялся и потянул тебя за руку. Ты схватил очки и шляпу и пошел за мной.

По глазам видел, ты не понимал, что со мной. А еще ты боялся... чего? Ошибки? Не бойся, малыш... правда, я сам, если честно, боялся... я не знал, откуда это желание. Я не знал, почему. Я не знал, что потом. Может, это все температура? Но возбуждение было таким, что я готов был трахнуть тебя буквально в грязном туалете, в пустом переулке, в густых кустах... Хочу, хочу, хочу тебя, малыш, хочу! А ты, видимо, понял все... но почему-то тихо шел за мной, почти срывающимся на бег.

Кое-как добравшись до ветхой гостиницы, я снял номер. Когда входная дверь за тобой защелкнулась, я тут же прижал тебя к стенке, жадно впиваясь, вгрызаясь в твои губы, стирая злополучную помаду. Ты не сопротивлялся и даже пытался отвечать, но не успевал за моим шальным темпом. Хочу, хочу, хочу... я стал раздевать тебя, сбрасывая одежду прямо на пол, а ты, кажется, догнал меня, потому что сейчас с не меньшей ожесточенностью срывал мою одежду.

- Юки... - выдохнул ты, когда я повалил тебя на кровать.
- Хочу. Хочу, хочу, хочу, хочу... - взахлеб шептал я, исступленно покрывая поцелуями нагое тело.
- А Кози?

Кози... я непроизвольно крепче сжал тебя, впиваясь с еще большей жестокостью. Мысль о Кози не задержалась надолго в моей пустой голове. Поэтому я с чистой совестью смог наконец-то взять тебя.

Быть с тобой одним целым, растворяться в тебе, забываться... причинять боль тебе, себе, а потом слепо зарываться в шелковистые локоны. Ты оставлял на спине красные кровавые отметины, засосы на шее, укусы на плечах, а я выгибался, глубоко толкаясь в тебя, такого узкого, пьянящего... у тебя давно не было парня. Хотя, это не удивительно, ты ведь у нас по девушкам.

В куртке разрывался телефон, пытаясь докричаться до моего сознания, но я его не слышал. Единственное, что я слышал, - это твои тихие всхлипы на моей груди. Большие прозрачные капли одна за одной капали па мое тело.

- Почему ты плачешь, малыш? - решился спросить я.
- Ты... - прошептал, но тут же запнулся. Лежал, жадно глотая воздух. - Злой. Жестокий. Убийца. - ты вздрагивал, еле слышно шепча. - Я люблю тебя. - ты вдруг стал целовать мою грудь, спускаясь ниже, а потом поднялся к лицу. - Ты такой глупый... я ведь только твой. Навсегда. А ты так играешь... с Кози, со мной...

Я решил не поправлять его на счет Гакта.

- А фотограф?
- Юки, ну это же совсем другое! - ты психанул, подскочил с кровати и пошел в другую комнату. Там ты достал из моих штанов пачку сигарет и закурил.

Сразу глубокая затяжка... ты закашлялся, сгибаясь пополам, а потом осел на пол, и продолжил курить, даже не сбавив оборотов, глубоко затягиваясь и кашляя. Мне было больно смотреть на тебя. Я поднялся с кровати и подошел к тебе.

- Тебе ведь совсем наплевать на меня... - горькая усмешка.
- Это не правда.
- Правда! Ты же только о себе и думаешь... эгоист. Ты скачешь перед Гактом, строишь из себя послушного зайчика, а на самом деле такой жестокий...

Ты бросил на пол сигарету, предварительно затушив о стену, и притянул колени к груди, обнимая. Ты раскачивался из стороны в сторону.

- Ты не бойся. У меня такое бывает. Кошмары, истерики, слезы... а все из-за тебя. Я сошел с ума. - ты поднял голову. Ты улыбался. Своей светлой и красивой улыбкой.

Господи, какой же тварью я себя сейчас почувствовал... мой малыш страдает из-за меня... я во всем виноват... Я!

- Газ... - я не знал, что сказать. Придвинувшись ближе, я аккуратно обнял тебя. Ты тут же прижался ко мне, крепче прижимаясь.
- Люблю тебя, Юки... люблю.
- Мой малыш... все будет хорошо. Все будет хорошо. - я целовал твое лицо, гладил по волосам, пытаясь успокоить.
- Который час? - вдруг спросил ты.- Не знаю.

Ты поднялся и, как ни в чем не бывало, пошел в коридор. Вот, серьезно, как будто бы ничего не было. Ты достал из сумки телефон.

- Черт возьми! Начало двенадцатого! - ты стал быстро одеваться.
- А что такое?
- Я уже должен быть у Таико! У нас в двенадцать встреча с Маной.

Наскоро приведя себя в порядок, ты остановился в дверях. Долго смотрел на меня. А потом улыбнулся, подошел и поцеловал. Так нежно-нежно, тепло-тепло… Отстранился. Развернулся. Ушел. Я остался один в номере.

Что же произошло этим утром? Почему я сорвался? Я подкурил сигарету. Так долго и старательно зашивал этот мешочек чувств и тут… бабах. А может оно к лучшему? Может, Кози – это ошибка?..
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:25 | Сообщение # 19
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 41.

Газ взлетел по лестнице и с силой надавил на дверной звонок. Дверь моментально отворилась.

- Наконец-то! Я чуть с ума не сошла! Ты где был?
- Прости, не смог раньше. Ты готова?
- Ага, вроде бы.

Газ осмотрел девушку с головы до ног. На ней была длинная черная шифоновая юбка и белая блузка, вся в рюшках. Волосы были собраны в тугой высокий хвост. Очень красиво.

- Ну, тогда пошли.

Он помог Таико надеть пальто, она замкнула дом, и они пошли на встречу. По мере приближения к кафе, девушка шла все медленнее и медленнее, пока вовсе не остановилась. Ее трясло, зубы стучали. Она обхватила себя руками и села на корточки.

- Ну, чего ты? - Газ присел рядом с ней.
- Я боюсь...
- Не надо. Он не такой уж и страшный, как я рисовал.
- Как зовут-то хоть скажи.

Газ улыбнулся. Он не хотел говорить, но девушка и так сильно боялась, а если увидит Ману без моральной подготовки, то вообще с ума сойдет.

- Ну, имени я тебе сказать не могу, но сценический псевдоним... - он выдержал театральную паузу. - Мана-сама! - воскликнул он, смотря куда-то повыше ее плеча.
- Что? - беззвучно прошевелила губами она, ошалело смотря на мужчину, который поднялся и ушел куда-то за ее спину. Девушка поднялась, повернулась и увидела, как Газ здоровается за руку с самим Маной.

«Может, он просто поздоровался, а лидер кто-то другой?» - промелькнуло у нее в голове.

- Мана-сан, это Таико - та девушка фотограф, о которой я тебе говорил.

Мана молчаливо кивнул, оглядывая девушку.

«О которой я тебе говорил? Ведь он бы не стал просто так говорить обо мне, тем более, Мане... значит, все-таки Мана этот лидер-сан. Значит, сейчас я должна буду рассказывать и показывать свои работы ему! Вот же чертов барабанщик, нельзя было сразу сказать?! Я б отказалась... а сейчас назад дороги нет...» - размышляла Таико, медленно бредя за мужчинами. Они зашли в кафе и сели у окна в глубине зала. Заказав по чашке чая, они молча сидели и ждали. Таико то и дело стреляла глазами в сторону Газа.

- Ты привел меня сюда, чтобы помолчать? - нарушил тишину Мана.
- Нет, что ты! - поспешил заверить его Газ. - Таико, достань, пожалуйста, ноутбук. - Девушка поспешила выполнить его просьбу. - Расскажи, пожалуйста, Мане о своей работе.

Она кинула на него убийственный взгляд и включила ноутбук.

- Я занимаюсь фотографией уже больше семи лет. Начинала в России, в этом году поменяла имя и приехала сюда.
- А почему поменяла? И какое настоящее? - перебил ее Газ, вызывая недовольство Маны, но девушка все же ответила.
- Варвара. Поменяла потому что Япония мне ближе и роднее. Я уже около пяти лет увлекаюсь этой страной. Плохо, конечно, так говорить, но Японию я люблю больше, чем Россию.
- Я хочу посмотреть Ваши работы. Как ранние, так и свежие.
- Ранние? - девушка с ужасом поняла, что ранних работ у нее на компьютере нет. - Сейчас, секундочку.

В голову пришла идея. Она ввела в интернете адрес российской социальной сети - Вконтакте. Свои самые первые работы она отдавала именно таким образом. Зайдя на свою страницу в альбомы, она включила лучшую, по ее мнению, фотосессию. Дым, синий контровый свет, красивый черный силуэт стройной девчушки, развивающиеся волосы... Это была ее самая первая студийная съемка.

Она поставила ноутбук перед Маной. Он стал листать снимки, подолгу и внимательно рассматривая каждую. Таико взволнованно кусала губы, нервно теребя пуговку на блузке. Рядом сидящий Газ заметил ее состояние и внимательно, как ни в чем не бывало, продолжал наблюдать за лидером. Только теперь его рука аккуратно сжимала под столом влажные пальчики, которые внезапно замерли. Таико испуганно глянула на него, он незаметно улыбнулся, продолжая смотреть на Ману. Смутившись, Таико опустила взгляд, но потом все-таки подняла его и смотрела только на Ману.

- Теперь свежие. - он откинулся на спинку.

Фотограф резко выдернула руку и поспешила включить образцы. Это был свадебный салон, который она фотографировала прямо перед своим отъездом. Почти полгода назад, но она прекрасно все помнила. Если честно, платья и лица заказчиков до сих пор являлись к ней в самых страшных кошмарах.

Обилие белого фона и кремовых букетов в, опять-таки белых, огромных вазах. Редкие красные или розовые акценты в виде ленточек под ту или иную модель. А в центре кадра, среди всей этой нежности и светлости, красавица блондинка в шикарном белом платье. Таико вернула компьютер Мане. Посмотрев работы, лидер поднялся.

- Завтра репетиция, не забывай. - он кивнул головой девушке и вышел.

Они еще наблюдали за фигурой, идущей вдоль дороги и, когда она скрылась за поворотом, смогли наконец расслабиться.

- Ну вот, не умерла же. - улыбнулся Газ.
- Не умерла?! Не умерла?! Да чтоб я еще хоть раз тебя послушала! Да чтоб я еще хоть раз тебе поверила! Подлец! И мерзавец! - она вскочила на ноги и пулей вылетела на улицу. Оставив деньги за чай, ударник побежал за ней.

Удивляясь, как она могла так быстро убежать, он поднялся по лестнице. Таико сидела на ступеньках перед лестничной клеткой на ее этаже. Она была босиком. Закинув ногу на ногу, она рассматривала свою ступню и тихо шипела. На пол упало несколько рубиновых капелек.

- Таико. - Газ подошел к девушке. - Ну, что ж ты так. Осторожней надо. - он улыбнулся, поднимаясь еще на пару ступеней вверх.
- Отстань. - отмахнулась красавица, поднимаясь со ступенек. Она стала медленно наступать на ногу, пытаясь определить, где не больно. Поулыбавшись с ее повеления, Газ взял ее на руки. - Эй! А ну поставь! Поставь, кому говорю!
- Нет. - безапелляционно заявил он, поднимаясь на лестничную клетку.
- Я сказала, пусти! - девушка злилась на него, а он лишь лучезарно улыбался.
- Ключи дашь?
- На. - она запустила руку в карман пальто, порылась в нем и изъяла ключи. Газ отомкнул дверь и внес девушку внутрь. Он пнул ногой дверь, закрывая, и понес Таико в спальню, там уложил на кровать и вышел в коридор, чтобы снять куртку и обувь.
- Сними юбку, пожалуйста. - крикнул он.
- Не буду я при тебе раздеваться!
- Я помочь хочу. - он стал в дверях, опершись о косяк.
- Чертов барабанщик! - зло шипела она, расстегивая молнию.

Он с улыбкой наблюдал за Таико. Она оставалась милой даже когда злилась. Хвостик был растрепан, две верхние пуговки были небрежно расстегнуты, юбка запачкана. Видимо, ей было жарко и неудобно бежать. Глупая, пыталась удрать от меня. Он подождал, пока юбка небрежно полетит на пол и подошел.

- Ну, что ж ты такая неосторожная, а? - он бережно поднял ее на руки и понес в ванную. Там посадил на бортик ванны ногами внутрь и включил теплую воду. Аккуратно смыв со ступней пыль, он попросил ее закинуть ногу подошвой вверх, она послушно выполнила и Газ, найдя в ее косметичке щипчики, принялся вытаскивать стеклышко. Таико морщилась, кривилась, шипела, но терпела. Она понимала, что если сейчас не вынуть его, то потом могут пойти осложнения. Она не заметила, как щипцы в умелых руках сменились прохладной мазью и мягким бинтиком. Потом Газ снова отнес ее на кровать.

- Сильно болит? - он сел на край кровати.
- Немного.

Газ наклонился и стал целовать лодыжку вздрогнувшей девушки.

- До свадьбы заживет. - Он снова выровнялся.

Девушка стала долго-долго смотреть в его глаза, пока, наконец, не поддалась странной прихоти и, поднявшись на локтях, не коснулась его губ своими. Газ зажмурился на мгновение, а потом расслабился и поцеловал девушку в ответ. Ее губы были очень странными на вкус. Смесь горького с кислым и немного сладости. Совсем чуть-чуть. Таких губ Газ еще не пробовал никогда в жизни, поэтому их хотелось касаться и касаться.

Но он был не тем человеком, который врет себе, он целовал их только ради интереса, не получая особого удовольствия. Но в его правила не входило разочаровывать дам, к тому же, таких милых. Поэтому сейчас он помогал ей освободить себя от одежды.

Ну, кто бы мог подумать, что одно стеклышко помогло ей так хорошо и так быстро узнать Газа, что она уже сама его домогается.

***

- А как же слова про то, что ты не спишь с непонятно кем?
- Ну, ты же понятно кто.

Она лежала под простыней, а он сидел в ногах, облокотившись спиной о стенку и прикрываясь кусочком простыни. Так они просидели еще минут семь, пока дыхание восстановилось, а потом Газ поднялся.

- Пожалуй, мне пора... - он стал быстро одеваться.
- Скажи, часто ты вот так вот спишь непонятно с кем?
- Ты не непонятно кто.
- Но ты же ничего не чувствуешь.
- Но ты же ничего не знаешь.
- Даже не поцелуешь на прощание?
- Прости, я уже обулся. - он послал ей воздушный поцелуй и вышел из квартиры.

Полежав, повтыкав еще немного, Таико поднялась и, хромая, направилась в душ. Где смогла замаскировать эмоции от этого дня под упругими струями воды.

***

Я медленно брел по пыльному парку. Без цели и направления, просто гулял. В голове копошились мерзопакостные мысли на больную для меня в последнее время тему.

Почему я вот так вот просто сейчас занялся сексом с этой абсолютно чужой девушкой? Почему поддался, почему не остановил ее? Почему ушел? Да, мне нравилось с ней общаться, но секс... Если раньше я и допускал в мыслях наши дальнейшие отношения, то сейчас эта перспектива не то, что отталкивала - она была противна. Нет, Таико не была некрасивой или неумелой в постели... просто другая. Просто чужая.

Именно в этот момент я понял, что кроме Чачи не буду ни с кем и никогда.

Как по мановению палочки, из-за тени деревьев показалась тонкая фигура в большой теплой куртке. Фигура стояла ко мне лицом, поэтому я без труда узнал в ней предмет своих раздумий. Но она меня даже не заметила. Я уже даже хотел было окликнуть Фуджимуру, но тут появилось еще одно действующее лицо в этой картине.

Без сомнения, это был Кози. Ну, кто бы еще так собственнически целовал МОЕГО Чаченьку, кроме Кози. Конечно, мы друзья и одногруппники и, в принципе, я к нему не относится плохо. Но когда он вот так вот стоит и прижимает к себе счастливо жмурящегося Чачу... появлялось ощущение безысходности.

Вдоволь налюбовавшись этой картиной, я поспешил домой. Теперь у меня есть направление и цель - принять ванну, выпить кофе и отключиться под любимую музыку.

Но, зайдя в свою крепость, я понял, что лежать и бездельничать абсолютно не хочется. Поэтому, не снимая верхней одежды, я сразу же прошел в светлую дальнюю комнату к своей любимой барабанной установкой, за которой смог выплеснуть все свои чувства.

Уставший и выдохшийся, без единой капли сил, опираясь о стены и мебель, выламывая каблуки и царапая пол, я пошел к спальне. Рухнув на не расправленную постель прямо в одежде, он моментально отключился.

Глава 42.

- Чаченька! - радостный я побежал к своему возлюбленному, крепко обнял его и поцеловал. - Что-то долго ты кофе пьешь? – спросил я сурово, но все равно с улыбкой. Я был очень рад его видеть.
- Прости, солнышко. - ты улыбнулся и крепко прижался ко мне. - Мне уже лучше.
- Все равно лечиться надо.
- Ну, погода же такая хорошая. И ветер улегся. Давай погуляем немного?
- Ох, Чача, Чаченька... - я тоже улыбнулся. - Ну, вот как я могу отказать тебе, такому хорошему?

Ты радостно попрыгал и взял меня за руку.

- Я тебя обожаю! - ты потянулся и поцеловал меня в щечку.

Мы прошлись туда-сюда по аллее, а потом я остановился. Я не смотрел на тебя, но чувствовал, что ты удивлен.

- Чач... я, в общем, пока тебя не было... заняться не знал чем... и... короче, я думал и... - я посмотрел в твое обеспокоенное лицо.

Я никак не мог решиться сказать то, что уже миллион раз проговорил перед зеркалом сегодня утром. А ты молчал. Наверное, ты уже понял, что именно я сейчас буду говорить. Ты не торопил меня. Просто молча смотрел и, как я заметил только что, сжимал мои руки в своих. Я набрал в легкие побольше воздуха. Черт, никогда еще не чувствовал себя таким беззащитным и жалким. А если ему эти мои чувства нахрен не нужны? А если я ему не нужен? Если просто для развлечения? Чертов Гакт! Какого хрена?! Однозначно, это его рук дело! Это все он. Да. Но, ведь, даже если и так, то чувствует-то не он, а я... Чача должен тоже чувствовать хоть что-то! Он бы не врал мне. Значит, я могу ему довериться. Еще раз глубоко вдохнув, я снова посмотрел в родные глаза. Сиреневые линзы? Давно ты их не носил...

- Чача... в общем... Я... я люблю тебя. – выпалил я.

Знаешь, никогда больше я бы не хотел видеть этого выражения на твоем лице! Столько эмоций... абсолютно разных. Удивление, шок, испуг, недоверие, страх, ужас, растерянность и... безысходность.

Но, может, мне это только показалось, потому что в следующую минуту ты уже крепко обнимал меня, лучезарно улыбаясь. А потом ты поцеловал меня. Так нежно-нежно, ласково-ласково. Ты заставил меня забыть об этой твоей реакции и поверить в твою искреннюю радость.

Я чувствовал себя абсолютно счастливым. Такая легкость и воздушность появилась в душе. Захотелось танцевать, что я и сделал. Положив одну руку на твою талию, еле заметную под толстой курткой, а в другую взяв твои замерзшие пальчики, я стал кружить тебя, тихо напевая мелодию вальса. Ты так здорово смеялся... Я бы все на свете отдал за то, чтобы просто слышать этот смех каждый день. Наконец-то я познал истинное счастье - оно в тебе... любимый.

Единственное, что беспокоило меня, это то, что ты не сказал ничего в ответ. Но ты так искренне улыбался, что я решил не обращать на это внимание.

- Может, пойдем домой? - снова спросил я.

Нет, я так рвался туда не из-за того, что можно было заняться сексом или еще что-то в этом духе... Просто тут было много людей, а я не хотел делиться с ними своим счастьем. Я хотел, чтобы только ты, чтобы только тебе. И чтобы только я и чтобы только мне. Да, жуткий собственник, но я не мог по-другому. Я хотел тебя. Не тело, а душу.

- Ну, хорошо, родной мой, пойдем. - согласился ты, улыбаясь очень доброй улыбкой. Теперь уже была моя очередь прыгать от радости. Схватив тебя за руку, я потянул тебя к дому. - Ты такой забавный. - смеялся ты, идя за мной.

Как только мы вошли в дом, ты сам сразу же обнял меня, крепко-крепко, сильно-сильно. Ты говорил, что любишь, когда я тебя так обнимаю. Мне тоже понравилось. Это так мило и трепетно... Ты стал нежно целовать меня. За то время, которое мы... вместе, я уже привык к тому, что ты всегда нежный, но сегодня это было по-другому. С какой-то непонятной, отчаянной и яростной теплотой. Ты как будто боролся. Сам с собой. Я не понимал мотивов этой борьбы. Но, не смотря на это, я послушно подставлялся под твои губы. Ты не раздевал меня, не раздевал себя. Значит, ты тоже просто хотел банальной теплоты. Так же, как и я. Ты сжимал меня, иногда даже было больно. И целовал, задыхаясь и жадно вдыхая воздух. А я просто стоял, прижатый к стенке, и наслаждался тобой.

Но потом мне стало совсем жарко, я хотел снять куртку, а лучше вообще раздеться ко всем чертям. Ты или почувствовал или сам запарился, потому что стал расстегивать мою куртку. Я тут же приступил освобождать тебя от этой толстой искусственной кожи. Ты потянул меня в спальню, на ходу скидывая обувь. Ты оставил меня на пороге комнаты, а сам пошел к окнам, стал задергивать тяжелые темные шторы.

- Глаза устали. - ответил ты на мой немой вопрос, снова подходя ко мне и целуя, совсем как всегда. Нежно, глубоко, чувственно. И снова, в который раз, я не мог устоять перед тобой.

Я мягко потянул тебя за собой на кровать, перенимая инициативу на себя. Я стал стягивать с тебя кофту, но ты не позволил. Сначала снял мою и стал целовать шею, плечи, торс. Я закрыл глаза - никакой разницы. Сплошная чернота. Что за изыски, Чаченька? Не видя ничего, только чувствуя тебя рядом, я снова попробовал снять с тебя кофту, но ты уже был без нее. Самостоятельный ты мой.

До секса так и не дошло. Мы просто лежали рядом, целовали друг друга, обнимали, ласкали... Господи, мне никогда еще не было так хорошо... так уютно, тепло. Родной мой.

- Люблю тебя. - я придвинулся еще ближе к нему и положил голову на плечо. Он крепче обнял меня и снова промолчал.

Скоро, убаюканный его нежными поглаживаниями, я уснул.

***

- А если нас кто-нибудь увидит? Ребята еще не разошлись.
- Маночка, я так соскучился...
- Мы же почти все время вместе?
- Я вместе с лидером, а не любимым человеком. Хочу любимого.
- Ох, умеешь же ты говорить красиво. - улыбнулся он.
- Это правда. Лишь мои мысли.
- Люблю твои мысли.
- А меня?
- Люблю. Целиком и полностью.
- А недостатки?
- Превращу в достоинства. - заявил Мана, снова целуя Гакта в губы. - Интересно, какая она - эта фотограф? Не просто так же Газ так трясется за нее.
- Давай не будем о работе? - Гакт стал расстегивать пуговицы на рубашке Маны.
- А я и не о работе. - усмехнулся он.
- А по губам? - пригрозил вокалист.
- Мм, я только за. Только давай уйдем отсюда? Все-таки рабочая зона. - хохотнул он.
- Как прикажешь, моя королева.

У Гакта возникло ощущение державю. Когда-то он уже говорил подобную фразу и, кстати, в очень похожем контексте. Он поднялся, взял Ману на руки.

- Куда изволите, моя королева?
- Давай вместе что-нибудь сделаем?
- Что?

Мана задумался. В голове было только два варианта. Из них он выбрал самый забавный.

- Пошли на кухню!
- Зачем? - Гакуто был удивлен таким странным решением.
- Будем готовить романтический ужин. - Мана рассмеялся.
- Но я... плохо готовлю.
- Зато весело. Пошли.

Гакт послушно понес свою драгоценную ношу на кухню. Он посадил его на кухонный стол.

- Что будем готовить?
- Что ты хочешь?
- А ты?
- Тебя хочу. - в один голос произнесли они и рассмеялись.
- Может, ну ее, эту готовку?
- Нет, не ну! - нахмурился Мана. - Хочу вместе приготовить что-нибудь.
- Ну, что?
- Хм... пиццу.
- Пиццу?
- Да, пиццу!
- Шикарно. - засмеялся вокалист.
- А то! - Мана легонько оттолкнул его и, соскочив со стола, подошел к холодильнику. - Итак, что у нас тут есть? - он стал внимательно изучать содержание холодильника.

Находя что-то нужное, он, не глядя назад, небрежно кидал бедный продукт за спину. Гакт еле успевал ловить их и складывать на стол. Продукты сыпались, падали на пол.

- Все? - спросил он у лидера.
- Вроде, да.

Он облегченно вздохнул и стал поднимать с пола продукты.

- Ой, я забыл! - внезапно воскликнул Мана.

Реакция подвела... у Гакта в волосах красовались остатки пяти яиц.

- Твою налево, Мана!!! - закричал он. - Ну нахера в пицце яйца?!
- Ой, прости... ошибся. - сквозь смех, проговорил мужчина. И тут же в него полетела мука. Он еле успел закрыть глаза.- Ах ты... ты... ты...
- Знаешь, наверное, тебе лучше пользоваться мукой вместо дорогой пудры. Экономнее и эффективнее. - хохотал Гакт.

Выхватив со стола пакетик с майонезом и открутив крышечку, Мана направил его на Гакта и надавил, окатив того белой смесью. Тот в долгу не остался, проделав то же самое с кетчупом.

Вот так вот, хватая со стола «снаряды» и «атакуя» ими друг друга, они потихоньку приближались друг к другу. Когда на столе осталась только баночка взбитых сливок, они вместе схватились за нее.

- Так ты... - Гакт осмотрел царящий на кухне хаос. - Ты кидал все подряд!

Мана снова рассмеялся.

- Ах ты зараза!

Он стал отбирать сливки, но Мана держал на удивление крепко. Тогда Гакт перехватил баночку поудобнее и резко рванул на себя. Он выпустил сливки, как только смог крепко обхватить своего возлюбленного за талию. Но Мана, не лыком шит, сжав банку в руке, он поднял ее над головой Гакта и надавил. Из насадки повалила жирная сладкая смесь, растекаясь по голове, лицу, капая на плечи. Мана приподнялся на носочки и провел языком по губам испачканного Гакта, слизывая белый крем.

- Самые вкусные губы на всем белом свете. - пробормотал он, с остервенением прикладываясь к сладким губам.
- Это все сливки. - усмехнулся он.
- Ничерта. Ни один человек даже не представляет, что мне досталось самое ценное сокровище во всем белом свете. - шептал он, сцеловывая крем с красивого лица.
- Ты меня удивляешь все больше и больше.
- Это плохо?
- Это замечательно! Но очень неожиданно. Я никогда бы не подумал, что ты можешь быть... таким.
- Каким?
- Таким.
- Исчерпывающий ответ. Ты сегодня, как никогда, красноречив.
- С тобой невозможно нормально говорить!
- Слабохарактерный.
- Это все ты. - Гакт потянулся к его губам, но Мана отклонился. Он повторил попытку, но снова промах. И еще раз.- Ну, Мана... - нахмурился он, но в ответ услышал только смех. Мана обошел его, намереваясь выйти из кухни, но Гакуто схватил его за руку. - Никуда ты не пойдешь. - он прижался грудью к ровной спине.
- Ты мне запрещаешь?
- Запрещаю. - он уткнулся носом в тонкую шею. - Потому что имею право.
- Какой самоуверенный.
- Весь в тебя. - прошептал он, обдавая ушко горячим дыханием. По гладкой коже побежали мурашки.
- Хорошо. - Мана высвободился из объятий Гакта и повернулся к нему лицом. – Только потом. Все-таки нужно приготовить ужин. - он улыбнулся и достал из холодильника ингредиенты для пиццы.
- Но как? Мы же все тут разгромили?
- А я нужные продукты откладывал на отдельную полку. - он подмигнул рассеянному мужчине и они уже без всяких дурачеств принялись за готовку.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:25 | Сообщение # 20
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 43.

Мы лежали на разложенном диване перед телевизором. Мана старался вникнуть в сюжет какого-то итальянского кинофильма, при чем, к моему удивлению, не ужастик, хотя ты их так любишь… Нет, конечно, там была и кровь и мясо, но основой, как я понял, были отношения героев. Я всячески отвлекал Ману, целуя, поглаживая, покусывая, залезая туда, куда можно только мне. А он вообще не обращал на меня внимания, поэтому в итоге я махнул на это рукой и стал поедать свою часть пиццы. И, о, небеса!

- Проголодался? - спросил ты, а я попытался спрятать улыбку, жуя кусочек.
- Нет. Просто с тобой скучно. Я тут из кожи вон лезу, а у него... хоть один бы мышц дрогнул, хоть одна бы эмоция промелькнула! - выдвинул я шутливые обвинения. Ты рассмеялся, придвигаясь ко мне поближе.
- Чудо ты мое. - сказал ты, ласково целуя меня в нос.
- Твое, Маночка, только твое. - я обнял тебя за шею, притягивая к себе для поцелуя.

На экране как раз сейчас целовались парень с девушкой. А мы на диване. Нежно, ласково, любовно. Ты потянул руки к поясу на моем халате и стал распутывать тугой узел, не разрывая поцелуя. После долгих попыток ты все-таки оторвался от моих губ и разъяренно вцепился зубами в узел. Я засмеялся, ты сейчас такой милый...

Я запустил руку в твои волосы и оттянул голову от пояса, сам развязал его и, перекатившись на спину, распахнул халат. Я прикусил указательный палец, прожигая тебя похотливым взглядом.

Черт, первый раз в жизни вижу тебя смущающегося! И, черт, как же это меня заводит! Так и хочется подняться, обхватить тебя руками и ногами крепко-крепко и, до боли сжимая, обнимать и целовать, целовать, целовать, доводя до сумасшествия и тебя, и себя. Чтобы ты задыхался от удовольствия, доставляемого одними лишь поцелуями.

Но я не мог вот так вот прервать только начатую мной же игру. Я коснулся пальцем своих губ, а потом кончиком языка подушечки пальца.

Я внимательно наблюдал за твоей реакцией. Сквозь пелену возбуждения, застилавшую твои глаза, проблескивало шальное желание. Пальчики то с силой сжимали, то быстро-быстро теребили, уже ставший влажным, край махрового халата. Красивые губы то и дело оказывались зажатыми между ровными белыми зубами. Пальчики на ногах сжимались и разжимались, на лбу выступила испарина, дыхание сбилось... Но, не смотря на все это, лицо в целом оставалось таким же каменным. По-моему, это не я тебя возбуждал, а наоборот - ты меня.

Я вдохнул воздух, твой взгляд метнулся к моему втянувшемуся животу, а потом я медленно и шумно выдохнул, сквозь приоткрытые губы. Это была последняя капля для тебя. Резко подавшись вперед, ты схватил меня за руки и вытянул их вдоль тела. Перекинув ногу через мое тело, ты уселся на моем животе.

- Чертов совратитель! Почему я тебя так хочу?!

Ты с жадностью впился в мои губы, кусая, облизывая, сминая, сжимая... Я отвечал тебе с не меньшей страстью. А потом ты стал целовать мою шею. Но это были, скорее, не поцелуи, а терзания. Ты мучал мою шею, жестко и сильно. Но было в этой грубости нечто… ласковое? Да, люди, вероятно, назовут меня сумасшедшим, ведь как может быть ласковым то, что приносит боль? Но было такое ощущение, что надо мной держат горящую свечку, всего в нескольких сантиметрах. И она обдает кожу жаром – это ты отстранился, после очередного поцелуя, а капающий плавящийся воск – это очередное прикосновение твоих губ, новый поцелуй.

Решив оставить в покое мою многострадальную шею, перешел к плечам. Потом грудь. Легонько закусил мой сосок, потом облизал, отстранился и подул холодным воздухом. Кожа моментально покрылась мурашками.

Я с радостью подставлял свое тело под твои ласки, запрокидывая голову, громко вдыхая и тихо постанывая. Ты все так же сжимал мои, уже начинающие ныть, запястья… откуда в тебе, таком хрупком, столько силы? Я не знал, но послушно поддавался ей. Мне нравилось быть в твоей власти. Это так… пьянит. И дрожь по телу от ощущения своей слабости перед тобой. Откуда это? Почему всегда сильному мне так хочется, так нравится сейчас быть крохотным, слабеньким мальчишкой? Твоим мальчишкой. Хочу, чтобы ты обладал мной! В полной мере. Владел каждой клеточкой, каждой мыслью, каждым вдохом… Голова кружится…

За своими размышлениями я не заметил, как ты освободил мой живот. Почувствовал это только тогда, когда ты стал безумно медленно и осторожно насаживаться на мой член. Неожиданно. Я, правда, думал, что ты помучаешь меня, а остальное позволишь мне, как обычно, сделать самому… Но сегодня был очень необычный день. И очень приятный. И твоя… мм… активность, что ли? Она мне тоже очень-очень приятна.

Ты двигаешься то безумно быстро, то головокружительно медленно, сводя меня с ума, заставляя задыхаться от резкой смены скоростей, от захлестывающего удовольствия… Хотя, изначально все должно было быть наоборот. Но так даже лучше. Ты раскрылся с еще одной новой стороны. Обожаю изучать тебя!

Ты все еще сжимал мои запястья, впиваясь в них аккуратными ноготками, и целовал меня то настолько коротко, что я еле успевал это заметить, то до невозможности долго, пока не начинало сжимать в горле от нехватки воздуха. Сумасшедший…

Ты лежал на моей мерно вздымающейся груди и никак не мог выровнять дыхание. Ты хватал воздух с не меньшей жадностью, чем некоторое время назад целовал мои губы. Я чувствую, как бешено колотится твое сердечко. Прикрываю глаза – устал. Сам не знаю, отчего, начинаю напевать какую-о песню… она мне очень нравится, но сейчас я почему-то не могу вспомнить ни названия, ни исполнителя. Да и слов я не помню. Скорее, я пою мелодию. Она очень красивая. Но слова… там, вроде, про любовь что-то…

Чувствую, как начинают напрягаться мышцы твоих щек. Открываю глаза. Не ошибся… ты улыбаешься. Мое же ты солнышко… Как же сильно я тебя люблю… Целую в макушку, а ты жмуришься… от радости? От счастья? Наверное…

Вскоре ты засыпаешь. Такой красивый… спокойный, умиротворенный… Нет, ты не холодный, как обычно. Наоборот, от тебя так и веет такой доброй, манящей теплотой… Сокровище мое… самое ценное. На всем белом свете.

Глава 44.

О, что же мне делать-то с тобой? С вами всеми. С нами. Ты любишь меня, я люблю его и он любит меня… казалось бы, как все просто! Ан нет. Сложно. Очень.

Ведь… даже с Газом я никогда не испытывал такого. Полной отдачи. Да, он любил меня, любит, но он всегда боялся потерять меня, всегда, кроме этого раза… в этот раз у него не было меня, терять было некого. А Кози… он никогда не боялся. Ничего не боялся. Для него это было отдыхом от скуки, встряской. Пока не переросло в чувства, а потом и любовь. А для меня… для меня тоже. Пока не превратилось в чувства.

Сейчас я просто не могу оставить тебя одного. Я медленно поглаживаю тебя по волосам, выдыхая сигаретный дым. Я курил прямо лежа в постели – боялся разбудить тебя. Ты ведь так забавно морщил носик… Я выучил тебя, я привязался к тебе, и, пусть меня осудят небеса, полюбил.

Ты. И он. Болит голова… Как мне быть? Как сделать правильный выбор? А, может… Может и не нужно делать никакого выбора? Вот так вот метаться от одного к другому я не хочу. Выбирать тоже. Остается лишь один вариант.

Тушу сигарету и осторожно выползаю из-под тебя. Одеваюсь. Расчесываюсь и возвращаюсь к тебе. Опустившись на колени около твоей головы, долго смотрю. Какой же ты хороший… не смотря ни на что. Родной мой… мой. Да. Ты навсегда будишь лишь моим. Ведь ты меня любишь.

Поднимаюсь с колен, нахожу листок и ручку. Одно слово, которое, я знаю, ты мечтал услышать.

Люблю.

Сгибаю пополам и оставляю на прикроватном столике. Ты должен увидеть.

Снова присаживаюсь. В глазах щиплет. Я трус. И жалкое ничтожество. Легко провожу ладонью по твоим волосам… по твоим жестким, выжженным волосам, которые мне так нравятся… целую чуть приоткрытые губы. На прощанье.

Поднимаюсь и, стоя в дверях, оборачиваюсь, чтобы увидеть тебя в последний раз. Щеки обжигают слезы. А мы с тобой даже ни разу не сфотографировались вдвоем… Закрываю глаза, поворачиваюсь лицом к двери, открываю. Ничего общего с темной, душной комнатой. Свет, воздух, свобода. Хотя, это ведь все еще твой дом. Какая же свобода?

А вот и улица. Выхожу. Шаг, другой… Ноги, как будто скованны цепями. Грубыми. Твердыми. Жесткими. А я не останавливаюсь…

Я иду в кафе, где через два часа меня будет ждать Газ. Такая же записка. Такое же «Люблю.»

- Девушка, можно вас на минутку? – зову официантку. Подходит. – Два кофе, пожалуйста. – Она приносит. – У меня будет к вам просьба. Не убирайте, пожалуйста, со стола?
- Но это не по правилам.
- Я заплачу столько, сколько захотите. Мне важно, чтобы эта записка была получена. – вздохнув, официантка согласилась. Я описал ей Газа и попросил усадить за этот столик. Выпив свой кофе, я расплатился и ушел. Ушел навсегда из этого уютного кафетерия.

Слава небесам, я уходил от чашки остывшего кофе, а не самого Газа… Уйти от него во второй раз, видеть его слезы, слышать его «не уходи, Юки, не оставляй меня»… И снова слезы. Больно. Добровольно отказаться от своего воздуха в лице двух самых дорогих людей… Больно. Больно. Больно.

***

Какая по счету эта сигарета? Я сбился. А какая пачка? А сколько я уже тут сижу? Я потерялся.

***

Темно… Наверное, пора бы домой вернуться… Сейчас, еще буквально бутылочку выпью и сразу же домой.

***

- Гакуу… Гакту, возьми трубку, мать твою…
- Чача, какого черта ты звонишь мне в три часа ночи?! – разъяренный сонный голос.
- О, Гакт! Гакт, забери меня?
- В смысле?
- Я в парке, недалеко от студии. – и гудки…

Чача, мать твою за ногу! Я подскочил с кровати и кинулся одеваться. Какого лешего происходит?! Я так спешил, что разбудил Ману.

- Что такое? – сонно спросил он. Я присел рядом на край кровати.
- Солнышко, я сейчас уеду ненадолго. Одна нога тут, другая – там. – я гладил его по волосам. – А ты спи.
- Как спать? Куда ты? – ты приподнялся, обеспокоенно смотря на меня. Сейчас такой простой… Такой… Такой… простой. Со своими страхами и желаниями. Видя твой непонимающий преданный взгляд, захотелось приласкать тебя, забыть о звонке пятиминутной давности… Но я не мог. Вынужден был ограничиваться коротким поцелуем в носик.
- Я скоро, милый мой. Я заберу Чачу и приеду к тебе.
- Чачу? Ты его сюда привезешь, что ли?
- Я не знаю. Думаю, он не захочет, чтобы Кози видел его пьяным. Или ты против?
- Нет, мне все равно. Только бы ты быстрее вернулся.

***

- Чача… Ну наконец-то я тебя нашел! – я подошел к нему, сидящему на лавочке, и сел рядом. – Чач… - я дотронулся его руки. – Чач, что случилось?
- Гаку, увези меня. Только не ко мне, пожалуйста. – тихо попросил он.
- К Кози?
- Нет! – выкрикнул он, с ужасом смотря на меня. – Нет-нет, не к Кози. Нет. К… к себе можешь?
- Эх, поехали. – я помог тебе подняться и дойти до машины. – Я надеюсь, ты не против Маны?
- Он у тебя?
- Я у него.
- Мне все равно.

Я вздохнул и завел мотор. Понятно. С Кози поссорился, наверное…

- Чач, может, все-таки расскажешь толково, что случилось? – спросил я, когда увидел, что ему реально хреново.
- Я ушел.
- В смысле?
- В прямом. Вчера я снова был с Газом. А потом вернулся к Кози. Гаку, я люблю их обоих. Поэтому и решил уйти. – тихо рассказал он.

А я не знал, что сказать. Моему другу больно, у него проблемы, а я, дебил, даже не могу его утешить… А еще друг, называется.

Остановив машину, я помог Чаче выйти.

- Чач… Чач, ну… ты же… ксо! – я не мог придумать, что сказать. – Все будет хорошо. – я крепко обнял его.
- Гаку, не будет. Я не могу так.
- Чаченька, ну где же ты? Ты же всегда… всегда улыбаешься! Чач, ну улыбнись, ну пожалуйста…

Только сейчас я понял, как много значит эта улыбка для всего человечества.

- Чач, ну, ты как маленький кореец! Они всегда из отношений делают драму.
- Гакт, ну зачем ты нас свел?

***

Зайдя в дом, я увидел Ману, пьющего на балконе кофе. Он смотрел прямо не дверь, поэтому сразу увидел нас.

- Добрый вечер, Фуджимура-сан. – Мана подошел к нам. – Я постелил в комнате для гостей. – сказал ты уже мне.
- Спасибо, Мана-сама. – поблагодарил Чача, заходя в комнату.

Я уложил его в постель и вернулся к тебе.

- Почему так долго?
- Прости. А почему ты не спишь?
- Я тебя ждал.
- Чудо ты мое. – я улыбнулся. – Манистое. – не выдержав, ты тоже улыбаешься.
- А ты – мое. – ласково проводишь рукой по моим волосам.
- Гактистое?
- Да. – все-таки смеешься. Люблю твой смех…
- Пойдем спать? – легонько приобнимаю тебя за талию.
- Идем.

***

Уже засыпая, думаю, что неплохо было бы спросить…

- Мана?
- Мм?
- Поможешь Чаче?
- Как?
- Ну, а ты сильно спать хочешь?
- Да.
- Тогда это потерпит до завтра. – прижимаю тебя крепче к себе, целую в макушку.

Через несколько минут ты уже мирно посапывал мне в шею. Скоро уснул и я.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:25 | Сообщение # 21
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 45.

Две недели Фуджимура уже живет в моем доме. Он странный. Целыми днями сидит, запершись в отведенной ему комнате, с гитарой и стопкой бумаги. Я был удивлен. Гакт много рассказывал о нем. Добрый, улыбчивый, открытый, позитивный... где это все? Где? Тихий, замкнутый, молчаливый, нелюдимый. Что произошло? Гакт не говорил. Хотя, почему это вообще меня волнует?! Еще и прямо с утра. Наверное, потому что вчера на репетиции не было Кози. Вообще, со дня, как Чача появился в моем доме, что Кози, что Газ ведут себя очень и очень странно. Впрочем, их поведение не сильно отличается от Чачиного.

- Мана? Ты чего это один тут сидишь? - Гакт зашел на балкон с чашкой кофе.
- Ты спал. - я улыбнулся.
- Ну, уже проснулся. О чем задумался? - он подкурил сигарету и затянулся.
- Что с Фуджимурой?

Ты вздохнул и снова затянулся. Минуты две ты молча курил, а потом затушил сигарету и подкурил еще одну. Рассказал мне все с самого начала, с того концерта X Japan, и до самого конца - записки. Не то, чтобы мне было больно за него или за них... просто... какое-то желание помочь. В первую очередь, своей группе, и, уже потом, другу Гакта. Было жалко его. Их всех. Благодетель чертов.

- Давай устроим им встречу? – мое предложение удивило меня же самого.
- Зачем? Чача взрослый уже, сам знает, что делать.
- Сам понял, что сказал? – усмехнулся я.
- Почему тебя это волнует?
- Потому что Кози трубку не берет.
- Черт. – ты с психом затушил сигарету.
- Зная его, можно начинать паниковать.
- Я поеду к нему?
- Едь. – пожал плечами я. – Сомневаюсь, что он у себя.
- Ну, если не у себя, то объеду всю Японию!
- Ну-ну. – я усмехнулся. – Герой ты наш.
- Иди к черту. – ты вышел в комнату, быстро оделся. Я вышел провожать тебя.
- Гаку, ответишь мне на вопрос?
- Смотря какой.
- Может, было плохой идеей их сводить?
- О, Мана… - ты страдальчески закатил глаза. – Хоть ты не обвиняй меня! Я уже триста раз сам пожалел…
- Гакуто, я не обвиняю…

Ты вдруг подошел ко мне и обнял.

- Маночка, я знаю, я виноват. И, как всегда, идиот. Конечно же, ты прав, не стоило, но… я не знал, что с ним делать. Я очень виноват! Прости меня, пожалуйста. – обняв меня, ты стоял, уткнувшись носом в мои волосы. Твой голос был тихим, ты шептал, еле слышно. Я с трудом понимал, даже, скорее, догадывался, что ты говоришь.
- Ну, чего ты? Что такое? И почему ты извиняешься передо мной? И вообще, конец света не наступил? Не наступил. Значит, все в порядке. Так? – моя рука машинально гладила твои волосы. Я не понимал, что происходит. С тобой, со мной, с ними… Что за черт?!
- Прости. – ты отстранился и коротко поцеловал мои губы. – Я постараюсь побыстрее. – и вышел.

Шикарно. Я уже в который раз прошелся по дому в поисках занятия. Естественно, поиски успехом не увенчались. Поэтому, набравшись наглости, я заварил две чашки крепкого чая и поднялся наверх. Легонько стукнув пару раз в дверь, я приоткрыл ее.

Как и ожидалось, Чачамару сидел в кресле возле окна. На кофейном столике были разложены бумаги, по-видимому, наброски новых мелодий. В руках он держал гитару, в зубах – карандаш. Когда я вошел, он лишь коротко взглянул на меня, кивнул и продолжил перебирать струны. Я зашел внутрь, поставил чашку, предназначенную Фуджимуре, на столик, немного подвинув бумаги, и сел во второе кресло. Оторвавшись от гитары, он посмотрел на чай, потом на меня, и снова на чай. Взял чашку в руки и сделал глоток.

- Что привело вас ко мне?
- Гакт уехал, я не могу найти себе занятия.
- Понятно. – отложив гитару, Чачамару подобрал под себя ноги и стал смотреть на меня.
- И что, уже много мелодий? - первое, что пришло в голову.
- Две.
- Можно послушать?

Молча отставив чашку, Фуджимура снова взял в руки гитару.

***

До дома Кози я доехал быстро и без происшествий. Ранее утро, выходной, машин не так уж и много… Звонок в дверь. Еще один. Открыли на удивление быстро.

Хозяин дома собственной персоной. Бодренький и свеженький, в домашнем халате и сигаретой в зубах. Я аж опешил. Ожидал увидеть все, что угодно, но никак не такого позитива.

- А, это ты… ну, проходи. – он отодвинулся, впуская меня внутрь.
- Ждал кого-то другого?
- Да нет, никого не ждал. – Кози закрыл дверь и пошел в кухню. – Чай?
- Не откажусь. – избавившись от верхней одежды, я пошел за ним.

Я внимательно наблюдал, как друг набрал в чайник воды, поставил на подставку и нажал кнопочку. Вот, честно, если бы я потерял дорогого человека, я бы ушел в глухой запой и депрессию. А Кози странный. Руки не трусятся, движения ровные, четкие, даже легкая улыбка играет на сухих губах. Еще и мелодию какую-то под нос бурчит. Такое ощущение, что он счастлив, что все так сложилось... Может, я зря себя во всем виню? Может, ничего и не произошло?

Чайник закипел. Достав из шкафчика две чашки, Кози разлил по ним заварку и залил кипятком. Положив сахар, он помешал напиток и поставил на стол, сам сел напротив.

- Что расскажешь?
- Я? Да не знаю… Чего тебя на репетиции не было?
- А, прости. Я просто решил за сигаретами по пути зайти и случайно увидел на витрине красивую кофточку, решил посмотреть. Загулялся. – он виновато улыбнулся, отпивая из чашки.
- Загулялся? В магазине? – меня такой ответ просто выбил из колеи. Какие сигареты? Какой магазин? Что он вообще несет?! – Мм, что купил? – на всякий случай поинтересовался я.
- Сейчас покажу! – улыбнувшись, ты «упорхнул» в комнату.

Ох, лучше бы я не просил тебя показать… Море огромнейших торб, которые хранили в себе горы шмоток от самых разных дорогих модельеров. Чего там только не было… Мамочки!.. Ух. Не могу прийти в себя. Однако я заметил, что среди покупок преобладают розовые и леопардовые вещи. Неожиданно. Зная его «любовь» к розовому… А я-то думал, что только один человек на всем белом свете способен купить столько розовой одежды за раз! Наивный… Хотя, стоп! Ведь этот человек не кто иной, как Юкихиро Фуджимура! Значит, Кози не все равно!

Черт. С одной стороны, радует. А с другой… а с другой полная задница. Полнейшая! Так, пожалуй, надо наведаться к Газу…

- Ладно, пожалуй, я пойду. – я поднялся с табуретки, на которую ты меня усадил, и собирался уже уходить, но Кози задержал меня.

Он достал из кармана помятую бумажечку и показал мне. Одно слово. Чачин почерк. Кози догадался, зачем я здесь. Я перевел взгляд на его лицо. Сейчас оно не было таким беззаботным… оно просто светилось радостью! Сжав его руку с запиской, я вышел в коридор.

- Завтра не опаздывай, времени мало осталось.

Я вышел из дома и сел в машину. Так… у меня нет адреса Газа. Нужно узнать. Я набрал SMSку с просьбой прислать мне адрес. Через минуты две Мана ответил. Что ж, это находилось не так далеко. Странно. Я завел мотор и поехал.

Звонок. Другой. Третий. Дверь все не открывалась. Я уже собирался уходить, когда замок щелкнул, а на пороге показалась симпатичная длинноволосая иностранка.

- Добрый день. – улыбнувшись, поздоровалась она.
- Добрый. А… Газ здесь живет вообще? – вдруг, Мана дал мне не тот адрес? А если тот, то кто это обаятельнейшее создание?
- Одну минуточку. – она скрылась за дверью. Вот, по глазам же вижу, что она меня узнала! И не завопила… странно. Я так плохо выгляжу?

Черт, о чем я вообще думаю? Ох… О, а вот и сам хозяин собственной… твою ж мать!!!

- Что с тобой?
- И тебе здравствуй. – он улыбнулся.
- Что… что… - слова застряли в горле. – Какого черта?!
- Тебе не нравится?
- Да нет, я в восторге! Диком! Она великолепная! – скрепя зубами, процедил я.
- Да, мне тоже нравится. – ослепительная улыбка полетела в сторону той самой обояшки, прятавшейся за его спиной.
- Может, пустишь, не?
- О… проходи.

Я вошел в комнату и снова был вынужден поднимать челюсть с пола. Вот они. Вот они! Длинные светлые локоны, небрежно раскиданные по полу…

- Газ, какого черта? – еле вымолвил я.
- Ну так, ты же сказал, что прическа великолепна?
- Ой, придурок… это был сарказм! – рявкнул я в ответ. – Тебя ж Мана теперь придушит…
- Ой, а типа тебя – нет. – парировал он.
- Меня, как раз-таки, нет! Потому что, во-первых, я отращиваю волосы, по его просьбе, между прочим!
- А во-вторых?
- А во-вторых, ты труп.
- Почему это?
- Контрацептивы не забудьте. – смерив девушку холодным взглядом, я вышел из дома.

В машину я садился с мыслью «Что, мать вашу, за дурдом?!» Один по магазинам шастает, другой волосы стрижет и с бабами штаны просиживает… О, Чаченька, как я искренне сочувствую тебе! А как каюсь… ты себе просто даже представить не можешь!

Вдавливая до упора педаль газа, я мчался домой. К родному Мане, который поймет и утешит.

P.S. Объявляется благодарность: Нотти, Колючке, Лаптунечке, Сашеньке Осадчей и Настюше Черепаняк. Спасибо вам, девочки, за помощь! Что бы я без вас делала?* Не будь этих слов (выделенных курсивом, даа ^.^), не было бы и главы. Ооочень долго не было б!
Отдельное спасибо Ру-чан, за подаренное вдохновение! *О* Только... ну не смущай меня так больше! xDD

Глава 46.

Il me demandait sans arret, quel est le bon chemin a prendre
Il hesitait, et ca, vous pouvez bien le comprendre
© ZAZ – Ni Oui Ni Non

***

Он меня спрашивал без остановки, по какому лучше пойти пути
Он колебался, и вы хорошо его понимаете
© ZAZ – Ни да, ни нет

- Я просто не понимаю, что с ними. Чача любит их обоих. Кози ведет себя странно, но, я знаю, он любит Чачу. А Газ… его я вообще понять не могу! Зачем он обрезал волосы? Что это за дамочка у него? Ох, Мана, я запутался. – он уронил голову на руки. Мужчина чувствовал свою вину перед ними всеми. Он хотел помочь, но не знал, как.
- Обрезал? Ну, за это он еще получит. А что за девушка? Опиши.
- Ну… длинноволосая, красивая…
- Это, наверное, та фотограф из России?
- Может. Я не знаю.
- Смотри, скоро же будет фотосессия, потом запись треков, концерт, выпуск альбома и, конечно же, гулянка по этому поводу. Они все решат, вот увидишь.

Они сидели на кухне. Гакт доливал себе спиртного, а Мана прятал бутылку в шкаф. Раз за разом. Он сейчас был похож на ласковую и мудрую женушку, успокаивающую своего непутевого муженька, который опять завяз по горло в какой-то грязи.

- Ага, гулянка. Она-то среди участников группы, а Чача таковым не является.
- Мы можем это исправить. – засмеялся Мана, Гакт, не удержавшись, тоже улыбнулся.
- Даа, лидер-сан, можем!
- А то. – Мана улыбался, приковывая взгляд Гакта только к себе. – Что ты так смотришь?
- Я просто никак не могу поверить.
- Поверить чему?
- Тому, что ты мой, – поднявшись со своего стула, он сел на пол возле Маны и положил голову на его колени.
- Глупый ты, Гаку, - он ласково перебирал мягкие пряди волос.
- Не спорю, – улыбнувшись, он пролез рукой под халат своего возлюбленного и стал поглаживать бедро.
- И?
- Мм?
- Вот что ты сейчас делаешь?
- Ничего.
- А если Фуджимура зайдет?
- Не зайдет, – приподнявшись на коленях, Гакт дотянулся до любимых губ.
- Ты пил.
- Тебе это так мешает?
- Нет, – обняв Гакта, Мана поцеловал его.

Вот сейчас Гакуто действительно думал, что спит. Все эти проблемы между Чачей и его пассиями уже начали создавать атмосферу, что это всего-навсего сон. Глупый, беспочвенный, но такой приятный…

А Чача стоял в дверях, с улыбкой наблюдая за всей этой картиной. Он радовался за своего друга. Но так же в голове прокручивался вопрос «почему же у меня так не получается? Что я делаю не так?».

Проведя эти несколько дней, можно сказать, наедине, он понял, что просто не может быть один. И, кажется, он даже понял, с кем хочет быть. И, в принципе, большой проблемы вернуться к Кози не было… но он не хотел ранить чувств Газа. Делема та еще. Сделать несчастным одного дорогого тебе человека или другого. Фантастика.

Постояв еще немного, он решил выйти прогуляться, а заодно и сигаретами запастись, ибо чувствовал, что Гакт свои больше не даст.

Как только он вышел на улицу, колючий ветер обдал кожу, заставляя поплотнее закутаться в куртку. Город был охвачен тоской, улицы пустовали. Даже яркие вывески не выглядели такими веселыми и приветливыми. Впрочем, одна из таких все-таки смогла привлечь внимание гитариста.

Уютное, красиво украшенное заведеньице с приятной музыкой. Заняв столик в углу, Чачамару заказал себе бокал пива и пачку сигарет – было лень выходить и идти к ларьку. Приятная атмосфера повлияла на поднятие настроения, и вскоре на губах уже играла легкая расслабленная улыбка, а нога притопывала в такт музыке.

Но все спокойствие как рукой сняло, когда он увидел в окне любимую фигуру, протискивающуюся в дверь какого-то магазинчика. Не сводя глаз, Чача смотрел на дверь, в которую вошел Кирики и, когда она отварилась, выпуская покупателя, он постарался разглядеть, впитать все эмоции, которые присутствовали на лице Кози.

Он не был подавлен или грустен, но и не радовался или улыбался. Лицо не выражало почти ничего. Разве что, между бровей залегла тонкая морщинка. А потом на мгновение Чаче показалось, что они встретились взглядами… и сразу дрожь по телу. И сразу приходится бороться с желанием выбежать из этого заведения и крепко-крепко обнять свое чудо. Но он не сделает этого. Собрав все силы, переводит взгляд на бокал с недопитым пивом. Два глотка – бокал пустой. Закуривает сигарету, оставляет деньги и выходит на улицу.

Сейчас он понял, что соскучился не только по Кози, но и по своему собственному дому. Но, уже стоя перед дверью, пришло осознание, что, как только он войдет, то, забыв о доме и всем остальном, помчится в ванную, где в воде плавают нежно-розовые розы. Кози прислал их несколько недель назад...

В ванной приятно пахло, хоть запах и дурманил. Приоткрыв форточку, Фуджимура решил запустить немного свежего воздуха. Чтобы пахло действительно приятно.

Усевшись около ванны, он стал пересчитывать пышные бутоны. «И как это, они еще не завяли?» - пронеслось в голове. – «Наверное, он меня любит…». Лицо сразу же озарила улыбка.

Чачамару вспоминал. Как Кози вошел в репетиционную и передал слова Гакта. Как Кози учил его. Как Кози «спаивал» его. Как Кози утешал его во время разговора о Гакте. Как они первый раз поцеловались. Их первая ночь…

Фуджимура понял, что в голове уже нет фразы «как Кози его…». В голове звучит «мы».

Как они жили в одном доме. Просыпались и засыпали в одной постели. Дарили друг другу тепло и ласку…

- Я люблю тебя, Кози. – совершенно случайно прошептали губы. А в голове была твердая уверенность, что, если бы он был бы сейчас рядом, то, несомненно, прошептал бы в ответ «я люблю тебя, Чача».
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:25 | Сообщение # 22
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 47.

- Единственное, что я не могу понять, так это зачем ты попросил меня подстричь тебя?
- Ну, понимаешь... как бы тебе сказать? Дело в том, что я хочу начать жизнь заново. С чистого листа. Жизнь в гармонии и любви. - глаза Таико заблестели неподдельным интересом. Усмехнувшись, Газ поспешил обломать ее. - С Музыкой. - улыбнулся он. В глазах девушки отразилось непонимание. «Да-да, я не сказал того, что тебе хотелось бы услышать» - промелькнуло в голове драммера.
- В смысле?
- В прямом. - мужчина достал из кармана джинсов записку, развернул ее и улыбнулся.

На ней было слово. Всего одно. Но оно изменило жизнь Газа навсегда. Оно открыло ему глаза на весь мир. Газ был безумно благодарен за это Чаче. Он был почти счастлив. Почему почти? Да потому что Таико уже начинала действовать ему на нервы. Своими откровенными нарядами, «тонкими» намеками, никому не нужной помощью... Он уже начинал жалеть, что подошел тогда к ней в кафе. Мужчина желал лишь побыстрее отфотографироваться и забыть о ней. Да-да, великий Мана-сама согласился сотрудничать с ней. Но Газ сделает все, чтобы это было первый и последний раз. Мужчина не понимал, с чего вдруг такая неприязнь. Но знал, что это все началось именно после того, как они переспали.

- Знаешь, я наверное сам смогу краску смыть. Так что ты можешь быть свободна.
- Нет. - отрезала она.
- Что значит, нет? - Газ приподнял брови.
- То и значит. Я должна закончить свою работу.
- Таико. - мужчина поднялся со стула, на котором сидел. - Пожалуйста, не расстраивай меня. Просто одевайся и уходи.

Не сказав ни слова, девушка собралась и, даже не попрощавшись, вышла.

Ну вот, теперь можно расслабиться. Включив громкую музыку, он пошел смывать краску. Высушив волосы феном, мужчина критично посмотрел на коротко стриженного брюнета в зеркале. Проведя рукой по голове, он понял, что привыкать к такой длине будет очень и очень долго.

- Нда уж, лучше бы сходил в какой-нибудь салон. Слишком коротко. Я не доволен. - бормотал Газ, рассматривая себя. - Да и вообще лучше б не стригся. Как-то слишком обычно я выгляжу... Ну да ничего. Так нужно было. - он улыбнулся. - Вот отрастут немного, и будет самое оно. Правда, Мана-сан мне разнос устроит... - продолжая улыбаться, он вышел из ванной. Удобно расположившись на диване, он вынул из кармана записку. - Любит... Он все-таки признал это. Юки... Жаль, что нам не быть вместе. Очень жаль. Я бы мог подарить тебе все, что бы ты захотел... Но, твое желание - закон для меня. - мужчина вздохнул и пошел к ударной установке, но на полпути остановился, а потом резко повернулся к входной двери, накинул куртку, обулся и, замкнув дом, направился к Чаче. Конечно, маловероятно, что он дома, но попытка не пытка.

Он шел с намереньем просто поговорить, как друзья. Старые-добрые друзья. Терять Чачу полностью он никак не хотел.

***

- Чем могу быть полезен? - Юкихиро Фуджимура чуть приоткрыл дверь.
- Здравствуй, Юки. - на пороге, приветливо улыбаясь, стоял очень симпатичный брюнет. Черты его лица показались Чаче до боли знакомы, но он никак не мог понять... Как так?
- Ты совсем не узнаешь меня?
- Не узнаю... - рассеянно пробормотал он. И, как же захотелось Газу сейчас обнять его крепко-крепко и поцеловать, но он понимал, что если сейчас сделает это, то ни о какой дружбе может даже не мечтать.
- Юки, это я - Газ. - все с той же улыбкой, подсказал он.
- Ты... Ты... Что ты с собой сделал?
- Я? Ну, подумаешь, немного изменился... ничего страшного же не случилось? Впустишь меня?
- Впущу. - ответил Чача, при том даже не двигаясь в направлении «впущу».
- Ну, впускай. - хохотнул гость.
- А, да... Конечно. Прости. - чуть улыбнувшись, Фуджимура все-таки отошел от двери, пропуская Газа внутрь.- Зачем ты пришел?
- Ты так сильно рад меня видеть?
- Ну... Газ, понимаешь...
- Юки, я думаю, что не нужно повода для того, чтобы просто навестить хорошего друга.
- А... Ну, да. - он снова рассеянно улыбнулся. - Прости, я немного не в своей тарелке.
- Ничего страшного. Сейчас будем возвращать тебя в эту тарелку!
- Как? - удивился Чача.
- Молча. - с улыбкой, Газ стал рыться в своей сумке. Рылся он долго. - О, есть! - он выудил из сумки маленького плюшевого леопарда. - Та-дам! Я, конечно, не знаю, нравятся ли тебе мягкие игрушки, но леопард ты, вроде, любишь?

Ох, нужно было видеть выражение лица Чачамару! Нереальный шок сейчас боролся с самым настоящим детским счастьем.

- Игрушка?
- Угу, игрушка. Леопардовая... Тебе не нравится? У нее нос розовый.
- Ты - прелесть! - рассмеялся Чаченька. - С ума сойти... Игрушка! - он аккуратно забрал из рук Газа леопарда. - Невероятно! - пробормотал он, рассматривая плюшевого зверя. Газ стоял, как громом пораженный. Когда он покупал эту зверуху, то никак не думал, что реакция будет настолько бурной.- Иди сюда. - бросил Юкихиро, проходя в гостиную. Он все еще разглядывал свой подарок. - Как назовем?
- Назовем?
- Садись, а то стоишь в дверях, как не родной. - он похлопал рядом с собой по дивану. Газ послушно прошел к дивану и сел на краешек. - Так что? Есть предложение на счет имени для этой мохнатой прелести?
- Не знаю...
- Эх, ты.
- А... тебе, правда, понравилось?
- Понравилось? Газ, да я в восторге! - улыбнувшись, Чача крепко обнял друга.

Остаток дня они провели смеясь и улыбаясь, придумывая имя чудо-зверухе, слушая музыку... В общем, весело, как и подобает настоящим друзьям.

- Ладно, я пойду уже, наверное.
- Куда?
- Ну, домой же...
- Ах, да. Хорошо.
- Скажи, я хоть чуть-чуть вернул тебя в тарелку? - с улыбкой спросил Газ, уже стоя на крыльце Чачиного дома.
- Вернул, конечно! Давно мне не было так весело. - это было видно. По радостной улыбке на все лицо. Вдруг зазвонил мобильный. - Сейчас. Подожди чуть-чуть, не уходи. - он поднял трубку. - Да? Ой, Гаку, все со мной в порядке и никуда я не пропадал. Дома. Да, я тут останусь. Угу. Спасибо. - он сбросил. - Ох, Гаку, Гаку...
- Что такое?- Да, я же у них с Маной жил некоторое время. Вот он и беспокоится, где я.
- Мм, понятно.
- Спасибо тебе большое. - он улыбнулся.
- Всегда пожалуйста. Звони мне иногда, хорошо?
- Конечно! А... ты еще ходишь в кафе?
- А ты хочешь со мной?
- Хочу.
- Буду ждать, друг мой. - улыбнувшись, Газ ушел.

У обоих на душе было хорошо и спокойно. Они будут дружить. Они не потеряют друг друга.

Глава 48.

Чаченька… Родной мой, любимый мой, дорогой мой… ну почему же ты ушел? Оставил меня. Совсем одного. Знаешь, я бы сейчас все-все-все отдал, лишь бы ты оказался вдруг рядом! Обнял бы меня, поцеловал нежно и сказал, что со мной… Я бы тогда был самым счастливым человеком на всем белом свете! Даже если бы ты не говорил мне, что любишь. Ты был бы у меня. Ты был бы рядом. А так… а так у меня всего-навсего зачитанная до дыр бумажка, на которой твоим подчерком написано то самое заветное слово, к которому я так долго стремился…

Залпом допиваю остатки коньяка на дне бутылки и, кривой походкой иду за другой такой же. Сколько я выпил за сегодняшний вечер? Наверное, много. Но мне как-то наплевать. После того, как я увидел тебя сегодня в кафе… тебя, смотрящего во все глаза на меня… Черт, ну вот почему я не подошел? Почему? А ты? Может, ты подумал, что я не замечу тебя? Или не узнаю? Мамочки, сколько вопросов-то… А ответов? Ни одного.

Почему все так получилось? Что я сделал не так? Нам же было так хорошо… вместе. Вдвоем. Ты и я. Мы. А сейчас? Где ты, моя вторая половинка? Да-да, именно половинка. Раньше-то я был уверен, что рожден целым… ан нет.

Обхватив колени руками, и закрыв глаза, я стал раскачиваться со стороны в сторону. Плохо. Плохо. Мне плохо. Без тебя. Так плохо. Чаченька… Вернись, пожалуйста… Но, я-о знаю, ты не вернешься. Ты не хочешь меня видеть. Я тебе противен? Или, наоборот, ты боишься чего-то? Может, ты сделал что-то, за что тебе теперь стыдно? Я готов тебе простить все! Убийство, измену, преступление… все! Только вернись…

Достаю очередную сигарету, закуриваю. Слава богу, купил блок. Ломка. Меня ломает. Нехватка тебя. Тебя. Не хватает.

Боже, кого ты из меня сделал? Слабый, беззащитный, зависимый, чуть плачущий Кози. Не порядок же! Но ничего не могу с собой поделать… Люблю тебя. Болит. Видели б меня сейчас поклонники… наверняка, я бы в секунду остался без них. Но, это все ничего, если бы ты был рядом…

Но тебя нет. А потому, я имею полное право. На эту слабость. И я даже не буду винить себя потом. По крайней мере, очень постараюсь.

Чаченька… приди, пожалуйста… Я умоляю. Хоть и знаю: так не будет. Ты не придешь. Тем утром ты навсегда покинул мой дом. Он больше не будет живым. Простыни не будут впитывать твой запах. Посуда не будет чувствовать твоих прикосновений. Стены не будут слышать твоего голоса. Так же, как и я. Мир снова станет бело-черным. Так же, как и до твоего прихода.

А самое страшное – это осознавать, что ты не спишь. Что не откроешь глаза, не увидишь любимого лица, любимый голос не шепнет «тсс, я с тобой»… Глаза предательски защипало. По щеке скатилась горячая капля. Слезы? Я плачу? Докатился…

Я так увлекся своими переживаниями, что даже не расслышал звонка в дверь. Не дай бог, это Гакт. Я что, зря тогда разыгрывал весь тот спектакль? Я его прибью. Как только доберусь до двери… аккуратненько, цепляясь руками за все, что только можно и нельзя. Таак, добрался… Теперь бы открыть дверь. Гребаные замочки… Раз. Два. Аллилуйя! После долгих мучений дверь-таки поддалась мне.

Больше всего я сейчас не хотел видеть Гакта. Но почему-то разум подсказывал, что это был именно он. Разогнувшись, я поднял сердитый взгляд на незваного гостя и опешил. Я не мог даже выдохнуть. Как будто весь воздух застрял. Ни вдоха, ни выдоха. Это какая-то магия! Как будто перекрыли все трубы в моем организме. Нажали стоп-кран? Я не могу двигаться. Хоть бы моргнуть… Но я не могу. Я не верю. Неужели это на самом деле ты? Я… Нет. Я не верю! Это же не может быть правдой… Сейчас я точно сплю. Разбудите меня, кто-нибудь! Эй, вы, жестокие! Да-да, там, на небесах! Чего вы надо мной смеетесь? Чем я заслужил?! Но это было бы тоже не правдой. Ведь это действительно ты. Самый настоящий. Вот твоя леопардовая мастерка, светлые джинсы, мягкие волосы, гладкая кожа… Но я не могу поверить. Делая несмелый шаг через порог, едва касаюсь твоей щеки подушечками пальцев. Ты вздрагиваешь, но не отстраняешься… Настоящий… Боже, настоящий! Ты вернулся? Ты вернулся! Я же тебя больше никуда не отпущу! Никуда-никуда! Совсем-совсем!!! Но… а вдруг ты уйдешь? Сам. Вдруг, я не успею? Я кидаюсь к тебе на шею, крепко-прикрепко обнимая. А ты стоишь, не двигаясь. Целую твое лицо, глаза, губы… а по щекам катятся слезы. Чаченька… родной. Любимый. Мой. Не отпущу!

Вдруг чувствую, как ты пытаешься вытащить свою руку. Сжимаю еще крепче. Не отпущу!

- Глупенький… - ты улыбаешься. – Дай я тебя обниму.

Я тебе не верю, но все же ослабляю хватку. Выпутав руки, ты действительно обнимаешь меня. Так крепко и бережно. А я аж замираю…

- Не бойся, глупый. Я с тобой. – шепчешь мне на ухо.

Глава 49.

Много времени прошло. С того самого дня, как я тебя видел, как мне приснилось, что ты вернулся. Фотосессию пришлось перенести на неделю вперед, а значит и запись треков, и концерт...

Я чувствовал себя виноватым перед группой. Очень виноватым. Но Мана-сан сказал, что понимает мое состояние и не злится. А Гакт всячески пытался поговорить со мной и с Чачей, насколько мне известно, с его слов. Я не спрашивал, о чем они говорили - он сам все рассказывал. Или не все? Я не знаю...

Гакт сказал, что Чача любит меня. А еще, что сам очень сожалеет о случившемся. Чему сожалеть? Чему, если я благодарен ему? Искренне, всем сердцем и душой я благодарен ему за то, что он подарил мне эти несколько месяцев тепла и уюта. Именно с его помощью я наконец-то познал и счастье, и любовь. И не важно, что сейчас мое сердце разрывается от боли. Главное, что оно помнит. И никогда не забудет.

Сейчас фотосессия и запись треков уже позади. Гакт сказал, что Чача был и там и там. Но, почему же он прячется? Впереди оставался концерт. Мана-сан сделал потрясающие костюмы. Гакт придумал отличный фансервис. В концерт в качестве бонуса войдет одна моя песня. Чача будет там. Это мой последний шанс. Ведь, эта песня была написана тогда, когда он был рядом. Когда были мы. Я так сильно хочу, чтоб он услышал ее... Услышал и все понял. И простил меня. И вернулся. И снова мы будем вместе...

Ах, нет! Мне нельзя думать об этом. Нельзя мечтать. Ведь, если ничего не произойдет... обидно, когда твои воздушные розовые замки рушатся. Розовые... твой любимый цвет. А я красный люблю... они ведь схожи, да? Если в красный добавить капельку белого - будет розовый. Так и мы с тобой. Гакт, который добавил в меня ту самую белую капельку... Получился розовый. Ты ворвался в мою жизнь нежно-розовым вихрем...

Ох, я повторяюсь...

***

- Скажи мне только одно. Зачем?
- Что, зачем?
- Какого хрена ты мучаешь себя и его?! - Гакт срывался на крик. Вся эта ситуация уже начинала надоедать ему.
- Я не мучаю.
- Да, не мучаешь. Ты издеваешься! Он же любит тебя. Ему же плохо. Неужели ты не можешь понять этого? Неужели у тебя вот тут совсем пусто? - он с силой ткнул пальцем гитаристу в грудь. - Я же знаю, что нет. Тебе же тоже больно.
- И что?
- Взрослый мужик, а ведешь себя как годовалый ребенок. Не стыдно?
- Стыдно. - опустив голову, признался Фуджимура.
- Ну, так почему тогда не придешь к нему?
- Потому что не могу.
- Почему не можешь?!
- Я виноват.
- Думаешь, он не простит тебя?
- Простит.
- Тогда чего?
- Я все равно виноват.
- И что с того? Ты не понимаешь, что потом будет еще тяжелее это сделать. А ты вернешься, я знаю. Ты не сможешь.
- Смогу.
- Уверен?

Молчание.

- Вот, видишь? Ты даже сейчас не уверен в этом. А потом тебе вообще башню снесет, и ты, как миленький, полетишь к нему!
- Гакт, ты сейчас тратишь время впустую. Я не пойду к нему.
- А если он придет?
- Он не придет.
- И все же?
- Тогда ты отгребешь от меня.
- За что?
- За то, что привел.
- Какой же ты сложный…

Гакт тяжело вздохнул, поднялся с кресла и прошелся по комнате. Он уже не знал, что еще сказать этому упертому барану, чтоб он пришел наконец-таки в себя.

- Ты хоть на концерт наш придешь?
- Нет. – спокойно ответил Фуджимура, продолжая сверлить взглядом дырку в потолке.
- Нет?! Совсем с ума сошел?! Это же первый концерт за черти сколько лет!
- А мне-то что?
- Что тебе? Да то! Чача, ты же знаешь, сколько это значит для меня! Или ты решил сделать больно всем своим близким? Или я уже не близкий? Кози всех затмил, да?

Гакуто понимал, что говорит то, чего не должен, но ему стало настолько обидно, что он просто не в состоянии был сдерживать свою злость. На себя, за то, что заварил всю эту кашу, На Кози, за то, что только и делает, что пьет. И, конечно же, на Чачу. Но ему нужно привести все в порядок! Иначе, херовый друг из него…

- Ты не прав. Ты мой очень хороший друг, а Кози – любимый человек. Разницу видишь? Мне больно. Очень. Я не хочу видеть его лишний раз. Ты это можешь…
- Чача! Чаченька, - Гакт сел на пол возле его головы и взял его за руку. – Юки, пожалуйста! Если не ради себя, то хотя бы ради него. Или, в конце концов, меня. Прошу тебя, приди в себя. Вернись.
- Откуда? Я никуда не уходил.
- Ты спрятался. Залез в шкурку какого-то идиота. Вернись в себя. Ты очень нужен нам. Мне и Кози. Ладно-то, пофиг еще на меня, но он… он же совсем сломается, ты понимаешь?
- Он забудет.
- Нет, Чача, идиот хренов! Как он может забыть, если любит?! Включи мозги!
- Ладно.
- Что? Ты придешь к нему?
- Я приду на ваш концерт. Только ради тебя.
- Ну, уже что-то… Спасибо тебе большое.
- Не за что.

Гакт крепко обнял своего друга. Он придет. А значит, еще не все потеряно. Теперь, хоть бы Кози не пропил весь свой голос…
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:26 | Сообщение # 23
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 50.

Наконец-то. Наконец-то этот день настал. Огромный зал, море поклонников, просторная сцена, шикарный звук... Все создано для нашего шоу, все условия. Единственное, что меня удивило, так это цена билета. Очень низкая. Но так решили Мана с Гактом, а мы не стали с ними спорить.

Шоу было спланировано просто идеально! Я даже поражаюсь. Костюмы, макияж, прически, образы, спектакль, фансервис, программа... ВСЕ было распланировано, вплоть до каждого слова, звука, шороха. Идеально!

Что меня повергло в шок, так это то, что даже Мана будет говорить! А еще он сегодня был чрезвычайно расслабленный и улыбчивый, как будто у него день рождения, а не самое важное выступление во всей жизни! Вот, Газ и Кози - они волновались, я тоже. А Гакту с Маной все нипочем. Разгуливают, взявшись за руку, целуются за каждым поворотом... А мне казалось, что конфетно-букетный период у них уже давно закончился. Оказывается, я очень наивный.

Вот Мана созывает нас за кулисами. Репетиция начинается. Все идет идеально, за исключением того, что Мана с Гактом все время целуются во время фансервиса.

- Мана-сан! - я останавливаю репетицию. - Мана-сан, так продолжаться не может. Ты хоть понимаешь, что это генеральная репетиция? Все должно быть так, как во время концерта. А если все будет так, то вы хотя бы немного представляете себе, какой будет скандал? - на самом деле, репетицию я остановил далеко не из-за скандала. Я просто не мог смотреть на то, как яростно Кози лупит по струнам после каждого их поцелуя, как бегают его глаза в поисках Чачи, который сейчас стоит буквально в паре метрах от него - за колонкой.

Мне так хотелось подойти к нему, и сказать, где прячется его возлюбленный. И увидеть, как он, сломя голову, побежит к тому, они обнимутся, и больше никогда-никогда не будут расставаться. Как Мана с Гактом. Но я не мог лезть не в свое дело. Я же не Гакт.

- Да, Ю~ки, ты прав. Прости. Мы больше не будем, - влез в разговор Гакт.
- Продолжаем репетицию, - скомандовал лидер. Дальше все пошло как по маслу. Правда, я так и не понял, почему песня Кози была пропущена. - Итак, у нас есть три часа на то, чтоб приготовиться к концерту. Давайте все по гримеркам.
- Погодите! - воскликнул Кози. - Встаньте все рядом, я сфотографирую вас, - вот тут-то и произошло то, чего случиться не должно было ни в коем случае. Мы встали, а он пошел по направлению колонки, за которой прятался Чача. Именно там находилась лестница в зал.
- Кози, подожди! - выкрикнули одновременно мы с Гактом, но было поздно. Он и так остановился. Как вкопанный. Перед Чачей. Глаза были широко распахнуты, грудь быстро вздымалась, руки стали подрагивать и, мне кажется, что я расслышал бешеный стук его сердца. Но он меня удивил. Он не сказал ни слова. Молча обошел, спустился по лестнице и достал из кармана телефон.

Со стороны ничего необычного в его поведении не было, но я видел, как дрожали его руки, как долго палец не мог попасть на нужную кнопку, как взгляд то и дело убегал к лестнице. Он сделал пару кадров, а потом улыбнулся, повернулся спиной к сцене и сфотографировал себя на фоне нас. Я надеюсь, что эти фотографии никто не увидит, ибо мое шокированное лицо - зрелище то еще. Но, то ли еще будет! Взбежав по другой лестнице, он протянул руку вперед и, смотря прямо на Чачу, направился к нему.

- Пожалуйста, сфотографируй нас вместе, - с улыбкой сказал он, передавая телефон Чаче. Но, то ли Кози рано отпустил, то ли у Чачи дырявые руки, в общем, телефон в разобранном состоянии оказался на полу. Одновременно наклонившись за ним, они стукнулись лбом о лоб.- Ай! - зашипел Кози.
- Не сильно больно?- обеспокоенно спросил Фуджимура.
- Не сильно, но больно.
- Прости, - он потянул руку, собираясь прикоснуться ко лбу Кози, но потом резко поменял траекторию и стал поднимать телефон.
- А тебе?
- Тоже, - он чуть улыбнулся.
- Прости, у меня руки дырявые.
- Нет, ты не виноват. Это все я.
- Ну, я же...
- Эй! У нас мало времени, - прервал их Газ.

Мы ошарашенно уставились на него. Какого хрена он творит?! Разве не наплевать на время, когда два любящих сердца пытаются найти общий язык?!

- Ой, да... Простите, - они быстро собрали и включили телефон, Кози встал к нам, Чача сделал несколько кадров и мы пошли готовиться. Кози даже забыл забрать у Чачи телефон. Ну да ничего, будет лишний повод для встречи.

Никто из нас не мог знать, что, выйдя из функции «фотоаппарат», Чача увидел себя на заставке экрана. Тогда он сел на край сцены и зарылся руками в волосы. Он думал о том, что Кози неплохо справляется без него, а значит, скоро сможет забыть. Глупый. Но никто его винить не будет за то, что он не видел, как Кози сползает на пол, опираясь спиной о дверь гримерки. Никто не обвинит его за неувиденные слезы Кирики. Ведь никто и сам не знал.

***

Стоять на сцене, вглядываясь в лица поклонников, пытаясь запомнить каждое. Слушать их голоса, видеть улыбки... Господи, насколько же это прекрасно! Вот так бы всю жизнь. Стоять на сцене, перебирая струны, и смотреть, и слушать. Что еще нужно для счастья?

И в середине концерта ты вдруг должен уйти на задний план. Ты вынужден слышать аплодисменты, посвященные не тебе, а Кози.

Фуджимура стоял в первом ряду, прямо перед Кози. Я видел, как текли слезы по его щекам, я слышал, как срывался голос Кози. Мысленно я был с ним. Я хотел, чтобы слезы Чачамару не были пустыми. «Honey Vanity», действительно, прекрасная песня. Если б мне ее кто-нибудь спел, я б схватил этого человека раз и навсегда. А Чача... а Чача дураком будет, если уйдет после этого.

И вот наступает тот момент, когда приходится играть последнюю песню. Говорить последние слова. Мы вернемся, обещаем! Поклон. И мы уходим за кулисы. Там нас уже ждет Чачамару. Он останавливает Кози.

- Вот, твой телефон, - не сговариваясь, мы с Гактом и Маной останавливаемся. - Я тут сделал несколько кадров с выступления...
- Спасибо. - Кози забирает свой телефон, но уходить не собирается. Он смотрит в лицо Чачи, не мигая. А тот все понимает и без слов.
- Нет, - он берет его руку в свои и чуть сжимает. - Нет, Кози, я не вернусь.
- Почему?
- Потому что не могу.
- Но почему не можешь? - его голос чуть ли не срывается, поэтому он переходит на шепот, а мы еще больше прислушиваемся.
- Потому что я люблю сразу двоих человек. И я не хочу, чтобы одному из них было обидно.
- Кто он?
- Газ.
- Газ?! - Кози выкрикивает имя ударника. - Так ты с ним сейчас? К нему на концерт пришел?
- Дурачок ты! Я же говорю, что не хочу никого из вас обижать. А на концерт пришел к Гакту.
- Чача... Чаченька, ты нужен мне, - высвободив одну руку из крепкой хватки влажных пальцев, он нежно провел ей по гладким, немного взмокшим волосам.
- Может быть, когда-нибудь... Тогда, когда наша дружба с Газом станет настолько дружбой, что я забуду запах его тела. А сейчас я не могу перестать сравнивать.
- Я тоже хочу с тобой хотя бы дружить!
- Нет.
- Почему?- Потому что я слишком сильно тебя люблю.
- Но...
- Тсс. - Чача приложил палец к его губам.
- Я тоже тебя люблю, - выдохнул он. - А можно мне тебя... - договорить он не смог - Чача прижал его к стенке и поцеловал. Нежно-нежно, ласково-ласково. Я видел, что в этот поцелуй он пытался вложить все свои чувства, но не мог - слишком много их было. А Кози отвечал. С не меньшим рвением. Он крепко прижимал Фуджимуру к себе, не позволяя отстраниться и на миллиметр. Слишком давно он не ощущал вкус этих губ. Но потом Чача все-таки смог немного отодвинуться от него. Поняв все с одного взгляда, Кози перестал сжимать его в объятиях.- Я буду ждать тебя, Юки. Столько, сколько потребуется. Я буду ждать, - пробормотал он, а на губах сияла легкая улыбка.

Не сказав ни слова, лишь улыбнувшись, Чача вышел из-за кулис и направился в противоположную от нас сторону - к лифту. Он даже не обернулся. Но я был уверен, что когда-нибудь эти двое еще научат меня, что такое счастье.
Слово автора.
Ну, вот и наступил тот момент, дорогие мои читатели, когда я с радостью и гордостью ставлю галочку возле слова «завершен»!

Долгих пять месяцев я грузила вас новыми главами и всякими сложностями в сюжете, так что, кажется, можно обрадоваться и поскорее убежать отсюда, но нет. Огорчу вас сразу - планируется сиквел! Я еще не знаю в деталях, каким он будет, но зато уже представляю, о чем буду в нем говорить. И, конечно же, я буду рада, если вы прочтете и его!

Однако я бы хотела порадоваться еще немного раньше, читая ваши отзывы. Так как комментировало главы мало человек, которым я безумно благодарна! Так вот, я, конечно, понимаю, что моя просьба может быть проигнорирована, но мне бы очень-очень сильно хотелось знать ваши мнения, касательно этого фанфика.

Так, кроме глупых просьб я бы хотела еще и поблагодарить вас всех! Всех-всех-всех за то, что читали! Всех, кто комментировали! И несколько человек отдельно, а именно:

Natela, тебя в первую очередь! Знай, без тебя этот фанфик так и остался бы коротеньким мини, а может быть, его и вовсе не было бы, да! Так же большое тебе спасибо за то, что всегда расписывала мне свое мнение касательно главы в личке. Оно для меня очень ценно. Спасибо!

И, конечно же, Small shinigami, тебе! За то, что под каждой главой были твои комментарии и за то, что очень часто «Бывший лучший друг» оказывался в популярном, благодаря великому флуду (и все-таки это злое слово == Флудику?хд). И еще много-много за что! Спасибо тебе большое!

Так же хочу поблагодарить тех несчастных, которые сей фик не читали. Но именно их я вечно доставала просьбами «сказать какое-нибудь хорошее слово», а перед написанием серок шестой главы «сказать а или б». Так вот, просвещу вас всех! «а» было за Хэппи Энд в отношениях Чаченьки и Кози, а «б» - за драму. Это я так, чтобы все знали, что наделали, резко и дружно полюбив букву «б» в составе пятнадцати из двадцати человек ;D

Однако ваш покорный автор - самая настоящая тряпка, ибо ну какая же это драма?! Любимый пейринг же *0*

Вот. Вроде бы сказала все, что хотела. Ах, да... еще прощальный арт: http://vk.com/wall150582637_1649
xDD

Вот. Теперь точно все! Всем спасибо за внимание, очень жду отзывов!

Всегда ваша Ромаха! ;)э
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Бывший лучший друг (NC-17 - Gackt, Mana [Malice Mizer, Gackt, Moi dix Mois, YFC])
Страница 2 из 2«12
Поиск:

Хостинг от uCoz