[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Модератор форума: Ksinn 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Бывший лучший друг (NC-17 - Gackt, Mana [Malice Mizer, Gackt, Moi dix Mois, YFC])
Бывший лучший друг
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 15:48 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Название: Бывший лучший друг.

Автор: Romaha
Контактная информация: twitter, vk

Фэндом: Malice Mizer, Gackt, Moi dix Mois, YFC
Персонажи: Gackt, Mana, Chachamaru, Kozi, Gaz, Yu~ki и другие персонажи.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Слэш, Романтика, Ангст, Юмор, Флафф, Драма, Психология, Повседневность, POV, Hurt/comfort, AU, Занавесочная история
Размер: Макси
Статус: закончен

Описание:
История отношений двух великих музыкантов. Как один из них решил помочь другому стать самим собой, а заодно и избавиться от, нависшей над ихними отношениями, проблемой в виде влюбленного друга. У него в голове рождается гениальная идея, но настолько ли она гениальна, насколько кажется с первого взгляда?
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 15:49 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 1.

Мана. Он всегда был молчаливым и тихим. Не только перед журналистами, но и в жизни тоже. Он говорил очень редко и только с теми, кому доверял, а доверял он далеко не каждому. Согруппникам, и то, исключительно по работе, и нескольким «избранным», но и им не было разрешено больше дозволенного. А что уж говорить о прикосновениях!

Мана не подпускал к себе полностью никого, даже тех самых «избранных». Между ним и всем остальным миром всегда была какая-то стена. Прозрачная, призрачная, невесомая, но в то же время мощная и непробиваемая.

Мана не любил клубы, выпивку в шумной компании и дружеские посиделки. Он предпочитал отдыхать и расслабляться в компании себя любимого и дорогой бутылки высокоградусного. То ли он не находил в этом смысла, то ли просто не желал тратить на это свое время и энергию. А может, боялся, что что-то пойдет как-то не так и его стена рухнет?

Однако сейчас, он сам не знал, почему, он сидит в компании Гакта и его музыкантов. Ребята выпивали, о чем-то разговаривали, смеялись, а Мана тихо сидел в кресле, потягивая из бокала дорогое вино из личного запаса хозяина замка – великого Гакта. Он сидел и раздумывал о том, зачем его сюда пригласили и почему он согласился.

Его раздумья прервал Гакт, севший прямо на пол рядом с креслом.

- Скучаешь? – усмехнулся он. Мана же не удостоил его даже взглядом. – Мана, не начинай, умоляю. – возмутился Гакт.
- На мой взгляд, ответ на этот вопрос очевиден. Зачем я здесь, Камуи?

Речь Маны, как всегда, очень правильная, красивая, в купе с волшебным голосом, смешавшим в себе миллионы оттенков и полутонов, необычайно радовала слух певца, тешила его любовь к грамотной речи.

Гакту посчастливилось быть в числе тех самых «избранных», и это повышало его самооценку, баловало самолюбие.

Мана же был для него одним из самых близких друзей. Для Гакта друзья всегда были семьей, и семья эта была большая, но, как и Мана, он почти никому не разрешал лишнего. А вот для Маны запретов не было абсолютно никаких. Гакт не ставил между ними стен, они были не нужны.

- А может я соскучился, мм? – ухмыльнулся Гакт.
- С чего бы? Мы с тобой не так давно виделись.
- Ох, Мана, прекрати. Мы давно уже не встречались вот так вот просто, не отдыхали.
- Со времен Malice Mizer, Гакуто.
- Да… я, вот, решил наверстать… - Гакт виновато улыбнулся.
- Раз уж ты так хотел меня видеть, а тем более, пить со мной, зачем же пригласил своих друзей?
- Они скоро уйдут, я обещаю. – улыбнулся Гакт. Тут выражение его лица сменилось на удивление, а после засияло пуще прежнего. – Мана? Ты только что согласился пить со мной? Ты? Со мной?

Короткая еле заметная улыбка, опущенные ресницы в знак согласия. И ни одного лишнего слова, зато Гакта было не узнать. Мана согласился с ним пить! Невозможно! Он, наверное, спит!

- У тебя бокал пустой! Чача! – на радостях воскликнул он гитаристу, ошивающемуся рядом с баром. Тот, испугавшись, что его засекут, отскочил.
- Гакт? – он попытался состроить глазки. Лишь бы Гакт не заметил, сколько спиртного уже выпито.
- Чаченька, принеси нам еще вина, будь добр. – улыбался Гакт. Сейчас ему было наплевать на пустеющие полки, ведь Мана согласился с ним выпить!

Мана демонстративно отвернулся, когда к ним танцующей походкой подплыл Чачамару.

- Мана-сама, прошу. – проговорил он, наполняя бокал Маны.

Улыбка и нотки уважения в голосе Чачи заставили Ману повернуться и начать внимательно изучать блондина.

Глава 2.

Длинные, идеально ровные волосы свободно спадали почти до пояса. Сегодня они не были стянуты тугой тканью резинки. Узкие джинсы и тонкая водолазка обтягивали стройное тело, наверняка, такое же красивое, как и длинные ухоженные пальчики или как бездонные омуты карих глаз.

- Как Ваше имя? - мрачно посмотрев на него, изрек Мана. Гакт закатил глаза: знает, ведь, как его зовут, но без выпендрежа никуда.
- Чача. – по привычке ляпнул гитарист, но, заметив недовольный взгляд Маны, поспешил исправиться. – Юкихиро Фуджимура. – назвал он свое настоящее имя.
- Юкихиро… - задумчиво пробормотал мужчина.
– Я Мана. – свое настоящее имя он, конечно же, называть не собирался.
- Очень приятно, Мана-сан. – поклонился Чача.
- Вы гитарист Гакта. – констатация факта, не вопрос.

Этот самый факт из уст Маны натолкнул Чачу на совершенно неприятную мысль – он что, собственность великого и неповторимого?

Следующая мысль огорчила его еще больше. Что это я? Это же Гакт! Друг и учитель, не смотря на разницу в возрасте. Да, Гакт младше Чачи, но жизнь его учила хорошо и много, поэтому Чачамару всегда прислушивается к его словам.

А Мана… они же видятся первый раз в жизни! Это алкоголь, точно! Надо меньше пить.

- …нам что-нибудь? – закончил Мана и выжидательно уставился на Чачу.

Он все прослушал! Вот балбес! С ним разговаривает сам Мана-сан - один из хороших друзей Гакта, а он так невнимателен! Идиот... Гакт же его убъет, если он опозорится!

- Чача? С тобой все в порядке? – вмешался в разговор Гакт.
- Что, простите? Я прослушал… - пробормотал он, виновато опустив голову, совсем как ребенок.
- Прости его, Мана, он бывает очень рассеянным. – улыбнулся Гакт и обратился уже к Чаче. – Мана хочет послушать твою игру. Можешь взять мою гитару.

Гакт понимал, что если Мана заговорил с Чачей, а тем более, заинтересовался его творчеством, нужно бояться, ревновать своего гитариста к лидеру другой группы. Тем более, если эта группа - Moi dix Mois. Ведь не просто так Гакт держит Чачамару у себя уже столько лет - он первоклассный гитарист! Конечно, если Мане понравится его игра, он сначала поговорит с Гактом о разных возможностях сотрудничества. Гакт не будет против, ведь Чаченька умничка, все успеет, если что. Тем более, Мана лучший друг Гакуто.

Вернулся Чача с гитарой. Только сейчас Гакт услышал тишину, повисшую под высоким потолком – его музыканты разошлись. И слава богу, никто не будет мешать.

Чача одел гитару на шею, Мана закинул ногу на ногу, приготовившись слушать. А Гакт напрягся – хоть бы Мане понравилось, хоть бы Чача не выпил слишком много. Нет, он, конечно, доверял своему гитаристу, он и не в таком состоянии играл, еще и целые концерты, но, ведь сейчас он играет для самого Маны – основоположника Visual Kei! Гакту не хотелось, чтобы Мана забраковал его гитариста.

Чача прикрыл глаза, глубоко вдохнул и начал медленно и плавно перебирать струны.

Чачамару был романтиком, эту мелодию он написал сам, поэтому она была такой, как хотелось ему.

Лирическая, нежная, тихая… она цепляла, проникала в самые дальние уголочки души, вынимала самые потаенные мысли, вызывала безмятежную улыбку.

Гакт сам не заметил, как полностью расслабился и стал просто наслаждаться этой мелодией. Завороженно понаблюдав за ловкими пальцами, скользящими по струнам, взгляд перешел к грифу, где другая рука аккуратно, осторожно приминала тонкие струны к гладкой поверхности дерева. Светлая прядь, вырвавшаяся из плена за ухом, упала на плечо, привлекая все внимание к себе. Она плавно покачивалась в такт музыке.

Вдруг гитарист остановил струны, тряхнул головой, отгоняя мешающую прядь за спину, вдохнул и снова заиграл.

Тревожная, быстрая, рваная, скомканная… она была похожа на скитания беспокойной души, заточенной в серебряную клетку, на ее крик, истошный, жалобный, безнадежный.

Мана непроизвольно закусил губу. Юкихиро, кажется, читал, играл его душу. Ведь на самом деле за маской холодности, гордости и самолюбия скрывалась необычайно ранимая, совсем человеческая душа, одинокая душа.

А вот и та самая «маска», о которой только что думал Мана. Мелодия стала холодной, отчужденной, высокомерной.

Для всех троих она что-то стала значить именно с этого момента.

Гакт в ней увидел своего лучшего друга – Ману, не Хайда, тот был, скорее, братом. А Мана… Гакт всегда все делал для него, никогда ничего не скрывал, а Мана… а Мана всегда такой холодный, чужой, далекий… эта стена, наверное, никогда не рухнет, так ведь? Мана же никогда не подпустит его ближе…

Для самого Маны эта песня отразила Гакта. Хоть он и не лгал ему никогда, все понимал с полуслова, послушно выполнял все просьбы и поручения… но он был далек. Точнее, он никогда не старался стать ближе, стать другом. Ведь ему это не надо… В груди что-то больно кольнуло. Конечно, он сам к себе никого не подпускает, но ведь Камуи даже не попытался… Хотя, Мана бы не пустил его. Мане не нужна боль, слишком уж часто его предавали друзья, еще давно, еще в детстве…

И лишь Юкихиро знал, для кого, о ком она – эта волшебная мелодия. И знание этого сейчас заставляло до боли сжимать веки, спрятавшись за длинной челкой.

Мелодия закончилась. Чача остановился. Но ни Гакт, ни Мана не шелохнулись, не сказали и слова, продолжая думать о своем.

Чача нерешительно поднял взгляд, но гитару снимать не спешил, дабы не тревожить хрупкую тишину. Он молча стоял и смотрел то на одного, то на другого слушателей.

Так длилось еще несколько минут, пока Мана не поднял взгляд на Гакта, потом перевел его на Юкихиро, снова опустившего голову, занавесившегося вуалью из волос.

Заставили гитариста поднять взгляд тихие редкие хлопки, смешанные с мелодичным звоном ударяющихся друг о друга колец. Это был Мана.

Такую проникновенную игру ему приходилось слышать очень и очень редко. С ней мог посоревноваться, возможно, лишь сам Гакт или же Мияви, но у того абсолютно другая манера. А Гакт... скорее, не его гитара, а фортепиано. Оно всегда заставляло Ману замирать, забывать о потребности в воздухе, о своей стене… но Гакт очень давно не играл для Маны… и сейчас он чувствовал, что сильно соскучился по этой игре. А еще... стена грозилась вот-вот дать трещину.

Оторваться от молчаливых рассуждений Ману заставил тихий шорох – это Гакт доставал из кармана свои темные очки. Только Мана смог уловить мокрый блеск в голубых глазах. Чачамару в это время смотрел на Ману, пытаясь понять, шутит он или серьезно.

Отвлекло Чачу легкое теплое прикосновение к его руке. Это были губы Гакта. Теплые, мягкие и сухие. Он все так же сидел на полу возле кресла Маны, но теперь тянулся к Чачиной руке, почти стоял перед ним на коленях. Сам Гакт! Но Чача не особо обольщался, ведь этот жест ровным счетом ничего не значил, не более чем просто для удобства.

Но этот поцелуй… хотя, это даже и поцелуем не назовешь, верно же? Легкое прикосновение. Конечно, Гакт целовал иногда своих согруппников во время концерта в знак доверия, но так… вне сцены, в тишине дома, почти наедине. Это отчего-то показалось Юкихиро таким интимным и нежным. Но он старался отогнать эту мысль.

Сквозь очки Гакта не было видно глаз, той завораживающей влажности, той глубины и чистоты цвета, пусть даже искусственного. Только Мана смог увидеть, заметить, поймать этот взгляд. Такой трогательный, глубокий, эмоциональный, настоящий, живой…

Гакт поднялся с пола и медленно побрел в свою спальню, не сказав ни слова.

Мана еще некоторое время сидел с Чачей, молча рассматривая его, потом поднялся, тихо поблагодарил и ушел вслед за Гактом.

Оставшись наедине с самим собой, Юкихиро снял гитару и аккуратно положил ее в кресло, еще не успевшее растерять тепло тела Маны. Он прошелся по комнате, взял с низкого столика недопитую бутылку вина, залпом осушил ее, вернул на стол и пошел к себе домой.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 15:50 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 3.

- Камуи? К тебе можно? – Мана стоял в дверях, совсем как мальчишка.
- Раньше ты не спрашивал разрешения… - пробормотал Гакт.

Он лежал на животе посередине огромной кровати, голова его была отвернута от двери. Мана переступил порог, медленно подошел к кровати и нерешительно сел на самый краешек. В голове мелькнула мысль, что он бы не смог спать на этой кровати. Не смог бы один… Интересно, у Гакта есть кто-то?

Рука сама потянулась к коротким светлым волосам Гакта, но нерешительно замерла в нескольких сантиметрах. Куда делась вся его решительность, весь его характер? Почему он робеет перед ним?

Как раз в этот момент Гакту вдруг захотелось видеть Ману. Он повернул голову, и волосы сами коснулись тонких пальцев. Мана тут же отдернул руку, но, глубоко вздохнув, все же коснулся светлых и мягких волос.

Светлых и мягких? Нет, этого будет слишком мало, чтобы передать все то, что чувствовал Мана, зарываясь пальцами в мягкий шелк. О, если бы можно было всю жизнь так и сидеть на краешке кровати, ласково перебирая волосы Гакта…

Откуда вдруг взялась эта давно пропавшая нежность? Почему она проснулась? Ведь, казалось, она уже навечно покинула это тело. Еще много-много лет назад, когда большое и доброе юношеское сердце еще готово было быстро-быстро биться от переполняющих чувств.

Тогда они с Гактом еще даже знакомы не были. Да что уж знакомы, Мане было всего-то 14! Да и вообще, не было еще тогда никакого Маны. Был только Манабу Сато, самый обычный парень, ничем не выделяющийся среди остальных подростков. Темные немного длинноватые волосы, угловатое тело, карие глаза, никаких особых вкусов, интересов, ничего необычного. Самый простой юноша.

Он брел по улице, к огромному мосту через реку. В сердце зияла огромная дыра. Он влюбился в девушку, которая была на несколько лет старше его и у нее уже был парень. В ответ на его признание, она втоптала его в грязь, унизила перед множеством людей, унизила в его же собственных глазах. Манабу не видел выхода из этой ситуации, ему не хотелось жить.

Вот и он. Огромный и величественный. Сорваться и лететь.

Мана был готов прыгнуть в любую секунду, но вдруг его открытого плеча коснулось что-то легкое и мягкое. Мана повернул голову и встретился взглядом с черными, как смоль, огромными глазами. И широкая улыбка, усмешка.

- Ну, ты прыгаешь? – насмешливо изогнула бровь она.
- А ты… - рассеянно пробормотал в ответ Манабу.
- А я за тобой. – засмеялась она. Чернющие волосы хаотично метались на ветру.
- Нет! Слазь немедленно!
- И ты слазь!
- Нет, не слезу…
- Слезешь.
- Нет.
- Тогда я с тобой!
- Нет.
- Слезай.
Тяжело вздохнув, Сато все же перелез назад за перила моста, и помог своей спасительнице.
- Тебя как звать-то, горе суицидальное? – насмешливо спросила она.
- Манабу Сато.
- Буду звать тебя Мана! – девушка бесцеремонно схватила его за руку и куда-то потащила. Как выяснилось позже, в круглосуточную забегаловку. – Я Тая. – она протянула руку для пожатия. Манабу нерешительно ответил на жест.

Сильная, почти мужская рука, но вместе с этим невероятно нежная кожа.

Девушка глубоко поразила Ману. Она как будто была с другой планеты. Такой далекой и невозможной, но безумно восхитительной и манящей.

Девушка щебетала, не умолкая, о себе, своей жизни, расспрашивала о нем.

За время разговора Мана узнал, как звучит японский рок, кто такие готы и еще очень много в подобном ключе.

Он старался разглядеть новую знакомую как можно лучше, запомнить все детали.

У нее были длинные черные волосы, завитые в идеальные локоны, глубокие черные глаза, как он узнал позже – линзы. Одета она была в короткое черное платье с множеством белого кружева, на ногах красовалась непонятной формы обувь на очень высокой платформе, на руках черные кружевные перчатки. Плюс, куча бижутерии на руках, шее, в ушах. Дополнял образ фарфоровой куклы безумно яркий черный макияж, контрастирующий с белой кожей.

Мана не мог оторвать он нее взгляда. Околдовала, заворожила…

Вдруг взгляд Таи упал на часы за спиной парня.

- Ой, Мана, я же уже опаздываю!
- Куда? – разочарованно спросил он.
- Как это, куда? По делам!
- Каким делам?
- Маночка, давай потом? Встретимся завтра на мосту в то же время! – Тая чмокнула Ману в щеку и убежала, оставив его наедине с чашкой холодного зеленого чая, к которому он даже не притронулся.

Все закрутилось да завертелось так, что Мана и Тая влюбились друг в друга. Мана помогал ей с уроками, а Тая ему – с поиском себя. Но, если у девушки хоть что-то получалось с математикой и французским, то у Маны со стилем был полнейший провал.

Шесть лет рука об руку, плечом к плечу. Пока однажды…

Все как надо: цветы, шампанское, кольцо… вот только на сердце тяжело. Спихнув все на банальное волнение, Мана позвонил в дверь. И еще… и еще… но ему никто не открывал. Легонько толкнув дверь ногой, он обнаружил, что та открыта. В квартире везде горел свет, но никого не было. Вдруг из ванной комнаты донесся рингтон мобильного Таи.

Приоткрыв дверь, Мана в ужасе отшатнулся. Весь пол, все стены, ВСЕ в крови…

Парень, конечно, не был слабонервным и уж тем более, трусом, но кровь в таком количестве… в доме Таи…

Он подошел к ванне. То, что он увидел, заставило его закричать во весь голос. Тая… нож… кровь…

Выронив бутылку и букет из рук, Сато понесся, что было сил, прочь.

Прочь… прочь… прочь! Подальше от этого проклятого страшного места… Что есть мочи… со всех ног!

Лишь в темном тупике Мана смог остановиться, налетев на стену. Только сейчас он заметил дождь, собственные слезы. Упав на холодную мокрую землю зарыдать. Больно, пусто, холодно, страшно…

Очнулся он спустя несколько часов. На ватных ногах еле добрел до дома. Рюкзак, щетка, куртка, деньги, записка маме и прочь. Подальше из Хиросимы, в Токио, затеряться, пропасть, измениться…

Именно из-за Таи Мана стал Маной. Именно в память о ней. Кружева, рок… вся его жизнь пахла ей. Все его существо. Весь он.

Только ее он любил. Только с ней мог быть самим собой. Нежным, хрупким, романтичным…

И вот сейчас… давно завявший букет из невообразимых эмоций и чувств, кажется, оживал. Но как? И почему именно Камуи?..

Глава 4.

Что за?.. Какого черта?! Почему я вдруг рассматриваю Камуи? Нет, я, конечно, интересуюсь людьми и все такое, но... почему я смотрю на его пухлые бледные губы, на его длиннющие ресницы, на полуприкрытые от наслаждения, еле подрагивающие веки, на его грудь, мирно вздымающуюся при каждом вдохе... И почему так хочется... Так хочется большего. Не просто полулежать рядом с ним и перебирать волосы, а прижимать к себе, обнимать, целовать, ласкать...

Что с тобой, Мана?! Совсем потерял себя? Где твоя маска? Где тот холод, та твоя фирменная сталь и непроницаемость? Зачем ты, как за спасительную соломинку, хватаешься за светлые пряди Гакта? Это же Гакт! Ладно бы, кто-нибудь другой, более мягкий, нежный, чувственный, но... Гакт!

- Манабу? - тихо позвал Гакт.
- Мм? - лениво протянул в ответ Мана, отрываясь от своих рассуждений.

Вдруг Гакт приподнялся на локтях и легонько коснулся губ Маны своими.

Казалось бы, нежное, совсем невесомое легкое прикосновение, а сколько эмоций оно вызвало у Маны!

И среди них был страх. Он безумно боялся этого поцелуя. Как так? Они же друзья! Так же быть не может! Неужели для Камуи их дружба не так проста?

И нежность. Губы вокалиста были мягкими, с легким привкусом алкоголя, что придавал остроты, как специя. Губы блондина были нежны, и в то же время требовательны и напористы. Губы вокалиста были желанны, что невероятно удивило, даже повергло в шок, Ману, когда он это понял.

Нестерпимо захотелось ответить. Прижаться к этим вкусным губам и целовать.
Целовать... целовать... целовать... до потери памяти, до безумства. Что, в принципе, Мана и сделал.
И, конечно же, во всем виноват алкоголь! И в том, что Мане вдруг захотелось прикоснуться к светлому шелку, и в том, что Гакту захотелось подарить своему другу тепло и ласку, в которой тот, по его мнению, крайне нуждался. Так же, высокоградусный напиток, несомненно, будет жестоко наказан. За то, что сейчас на двух идеальных телах остаются алые отметины губ, ногтей... за то, что платье Маны грозиться вот-вот порваться от того, что у Гакта слишком дрожат руки... и за то, что Мана легко, но настойчиво отстранился, мягко оттолкнул от себя разгоряченное тело блондина.

- Мана... - Гакт снова потянулся к брюнету.
- Камуи, нет. - Мана отпрянул.

Он боялся. Боялся, что все зайдет слишком далеко. Боялся того, что сам хотел этого. Мана встал с кровати и стал поспешно поправлять свое платье.

- Мана, не уходи! - Гакуто соскочил с кровати и вмиг оказался возле своего гостя. - Мана, прошу... - он хотел взять его за плечи, остановить, но потом что-то для себя решил и отступил на шаг. - Мана, я обещаю... я к тебе и пальцем не притронусь...
- Хорошо, Камуи. - вздохнул Сато. Лучше бы ты не давал этого обещания, Гакуто... - Ты пригласил меня, чтобы выпить?
- Да.
- Так где же алкоголь?
- Ой, прости... - растерялся Гакт. - Я сейчас!

Вокалист вышел из комнаты, оставив Мане несколько ничтожно-коротких минут на размышления. Он думал о себе и о Гакте, о них вместе. Воображение услужливо подсовывало самые разные картинки их возможной близости. Но Мане было обидно их видеть. Гакт его друг, между ними не может быть ничего. Ни-че-го!

Брюнет устало сел на кровать и запустил руки в свои волосы. Что за черт с ним происходит?

В комнату вернулся Гакт с бутылкой отменного золотого вина и двумя замысловатыми бокалами. Мана не заметил этого и, когда кровать чуть прогнулась под весом садящегося рядом с ним телом, вздрогнул и резко выпрямился. Столкнулся с обеспокоенным взглядом голубых глаз.

- Все в порядке, Манабу?
- Да, Камуи, все отлично. - брюнет попытался изобразить улыбку, но получилось неубедительно. - Давай уже пить?- предложил он.

Гакт послушно стал открывать одну из бутылок. Затем разлил жидкость по бокалам и протянул один Мане, тот с радостью принял и поспешил осушить. Ему срочно нужно было отключить мозг, напиться и лечь спать. Так и получилось. Ну, почти…

Мана и Гакт сидели на кровати и допивали шестую бутылку.

- Камуи, я хочу в душ.
- Ты не меняешься... - улыбнулся тот.
- О чем ты?
- Ни разу за время нашего знакомства ты не назвал меня Гактом.
- А это плохо? - удивился гитарист.
- Нет. Но почему?
- Так красивее. - абсолютно бесцветным тоном. - Я в душ. - Мана поднялся с кровати и, слегка пошатываясь, продефилировал в ванную комнату. Минут через сорок он вернулся. - Камуи, где у тебя фен?
- Фен на... - Гакуто осекся на полуслове. Да и о каких словах может быть речь, если перед тобой Бог?

Нет, конечно, перед блондином не было ни Аполлона, ни, тем более, самого Зевса! Перед ним был другой Бог. В коротком полотенце, обмотанном вокруг идеальной талии, совсем не прикрывающем плечи и ноги. Мокрые плечи и ноги. Ровные длинные волосы, с которых стекающие капельки попадали прямо в ямочки на шее, а после продолжали свой путь, скрываясь за горизонтом полотенца. Босые ноги то и дело поднимались на носочки, по привычке ли? Щеки пылали, от пара? Или от смущения? На лице ни грамма косметики. Такой настоящий… такой живой… Мана… Такой прекрасный Манабу.

- Камуи, мне нужен фен. – повторил он. Все-таки он смущался.
- Ох, конечно! Пойдем. – Гакт подскочил с кровати и убежал в ванную. Через полминуты он стоял в дверном проеме с феном в руках. – Вот, держи! – он протянул фен Мане. Его поведение блондина очень развеселило и он улыбался.

Такой настоящий… простой и живой. Красивый. Без всей этой мишуры, которая, хоть и очень идет ему… но без нее лучше.

Мана вернулся в ванную, а Гакт на кровать. Но минуты через три второму стало скучно, и отчего-то вдруг заболели глаза. Коробочка от линз в ванной. Тихонько постучав в дверь, Гакт приоткрыл ее. Мана стоял перед зеркалом, пытаясь высушить волосы.

Гакуто подошел к зеркалу, снял линзы, спрятал их в коробочку. Он стоял, наблюдая за тем, как развиваются под струями горячего воздуха черные перья – волосы Маны. Вдруг он наклонился и вынул шнур от фена из розетки.

- Секундочку подожди, пожалуйста. – ответил он на вопросительный взгляд Маны. Через мгновение он вернулся с пуфиком в руках, поставил его перед зеркалом за спиной у брюнета. – Садись.
- Зачем? – не прекращал удивляться тот, но на пуфик все же сел.

Гакт забрал у него из рук фен, воткнул в розетку и, включив, направил на черные перья. Вдруг он вспомнил то, что заставило выключить фен. Он же обещал не прикасаться…

- Манабу, ты не против?..
- Наоборот, мне будет очень приятно. – вдруг улыбнулся Манабу, же второй раз за вечер Гакту выпало такое счастье.

Бешеный прилив радости накрыл Гакта с головой. Счастливо улыбаясь, он порхал с феном вокруг Маны, вызывая улыбку и у того. Такую светлую и нежную, хотя, может ему только показалось… Насухо высушив волосы, Гакт выключил фен.

- Вот, готово.

Мана, не отрывая взгляда, следил за Гактом через зеркало, пока тот сушил его. Эта детская довольная улыбка грела ему душу. Больше всего на свете он сейчас не хотел, чтобы волосы сохли. Но они, казалось, назло, еще быстрее теряли влагу. И вот совсем высохли.

- Спасибо, Камуи. – улыбаясь, Мана поднялся с пуфика и встретился с взглядом Гакта. Совсем близко… - Ты… настоящий? – спросил он, вглядываясь в омуты глаз.
- О чем ты? – Гакт покусывал губу.
- Глаза. Это твой настоящий цвет? Без линз?
- Да.
- Но, зачем? Почему ты носишь линзы?
- Мне не нравится настоящий цвет.
- Он прекрасный… - Мана сделал шаг ближе к Гакту, лучше всматриваясь в глаза.
- Ты, правда, так думаешь?

Но ответа не последовало. Да он и не нужен был!

Обхватив руками Гакта за талию, Мана притянул его к себе и поцеловал в губы.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 15:51 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 5.

Короткими, мелкими, легкими поцелуями по нежной коже. Обжигать холодные руки горячим дыханием. Целовать в беспамятстве сухие губы. Забыв обо всем. Обо всех. Только они вдвоем. Никаких запретов, никаких стен, в сторону предрассудки. Желание. Дикое, всепоглощающее, невозможное, сжигающее изнутри. Руки, с легкостью перепрыгивающие с одной пуговицы на другую, и вот уже черный шелк рубашки падает на холодную плитку...

- Не здесь... - шепотом. - Пойдем в спальню. - мягко отстранив Ману от себя, Гакт взял его за руку и потянул к двери. Ему не холтелось ласкать такое красивое тело на холодном полу, все должно быть очень нежно, не дай бог навредить...

Он хотел взять его на руки, но что-то остановило. Он испугался, что это оттолкнет его нерешительного друга, и так осмелившегося на такой огромный, просто гигантский шаг.

Но, стоило им добраться до кровати, как вся осторожность пропала. Нет, ему не стало наплевать, ни в коем случае. Просто тормоза отказали, просто алкоголь ударил в голову, просто Мана вел себя совсем не нерешительно... Конечно, Гакт был уверен, что его друг не из тех, кто будет ломаться в постели, но чтоб такая резкая перемена в поведении...

У кровати Мана остановился, Гакт в недоумении повернулся к нему лицом, чтобы увидеть, не стряслось ли чего, не взялся ли Сато за мозги. Как только он повернулся, Мана мягко толкнул его в грудь, этого хватило, чтобы Гакт, потеряв равновесие, упал на кровать. Мана, не теряя времени, опустился рядом с ним и с внезапной жадностью впился в его губы. Он целовал их, терзал. Долго, страстно, с долей остервенения... сколько хватало воздуха, а потом судорожно ловил губами воздух и мучал шею, оставляя красные отметины.

Гакуто повиновался, послушно подставляя шею под горячие губы, прикрывая веки в наслаждении. Но, когда губы отстранялись, чтобы дотянуться до новой порции воздуха, Гакт недовольно приоткрывал глаза, чтобы потом резко захлопнуть, вновь почувствовав жар, исходящий от алых губ. Он ревновал их к воздуху. Ведь тот мог так легко их касаться, проникать внутрь, становясь, с таким желанным для самого Гакта человеком, одним целым.

Мысль об одном целом породила другую. И, повинуясь ей, блондин перевернул своего друга на спину, наваливаясь на него своим телом, перенимая инициативу на себя.

Ровная дорожка от шеи к поясу, где губы встретили шлагбаум в виде полотенца. Рука дернула за уголок полотенца. Но в ту секунду, когда махровая ткань уже была готова распахнуться, Мана перевернул Гакта на спину, накрывая своим телом, целуя губы, пока пальцы методично расстегивают ремень.

В одно мгновение невинные касания губами к губам, коже переросли в дразнящие прикосновения возбужденной плотью. Тихие вздохи сменились еле слышными полустонами.

Не было больше сил держаться. Слишком велико желание, слишком сильно возбуждение. Повинуясь этой неимоверной силе, Гакт жестко, грубо, но очень осторожно вошел в тело своего друга.

Хоть он и был под градусом, но ясно различал ту черту, которая существует между друзьями. Хоть сейчас они и занимались ну абсолютно не дружеским делом. Секс по дружбе? Ну, а почему бы и нет?

Гакт не хотел сделать Мане больно, поэтому контролировал себя, насколько это было возможно в его положении. До побеления костяшек сжимать в кулаках простыню, лишь бы сдержать силу. Только бы не причинить боль.

Но так было не долго. Ровно до того момента, пока Мана не расслабился и не стал получать удовольствие от ощущения в себе чужого тела.

Гакт всем сердцем надеялся, что на самом деле не чужого. Пусть, не родного, хотя бы близкого...

Манабу уже откровенно стонал, выгибался, двигался навстречу. Тогда у Гакта окончательно слетели тормоза.

***

Лежать, крепко прижав к себе разгоряченное тело, и не думать ни о чем. Разве что, о нежном шелке волос под чувствительными пальцами. Ощущать мерное дыхание человека, перед которым только что рухнула та самая стена. Аккуратно приподнять светлую голову за подбородок и нежно коснуться губами кончика носа. Увидеть в ответ теплую улыбку, такую нежную и... родную? Почувствовать на своих губах теплые губы блондина. Понять, что не хочется наступления утра, ведь там снова будут стены, статусы и прочая дребедень, так осточертевшая Мане.

Глава 6.

- Мана? Манабу… - Гакт тихо хохотнул. Мана так забавно морщился, когда он дергал его за волосы. – Мана, уже утро, пора вставать. – ласково пробормотал он.

Мана только закрыл голову руками и отодвинулся на другую часть кровати.

- Хээй, это моя сторона! – Гакт прилег рядом с ним и стал водить рукой по неприкрытой спине, продолжать дергать за прядки волос. – Маанаабуу… - пропел он ему на ушко.

- Ну, хватит уже! – раздраженно пробубнил Мана, отодвигаясь на самый край кровати.

И, конечно же, он полетел бы вниз, если бы не сильные руки мужественного рыцаря, подхватившего прекрасную красавицу над самым полом. От таких передвижений Мана окончательно проснулся.

- Вот не дашь же поспать спокойно. – пробормотал он, разлепляя глаза. – Камуи? - то ли удивленно, то ли ошарашено, а может просто сонно.
- Ожидал увидеть кого-то другого? – холодно поинтересовался Гакт, укладывая Ману на кровать.
- Нет. – тот радужно улыбнулся.

Этой улыбкой Гакт был потрясен до глубины души. Такая искренняя, добрая, настоящая… он был уверен, что никто еще не видел эту улыбку. Самую прекрасную на всем белом свете…

- Тебе завтрак в постель? – ну не мог Гакт злиться, смотря на такого Ману! - Или ты в состоянии спуститься на кухню? – он все же усмехнулся, поднимаясь с кровати.
- Камуи! – с укором воскликнул он, вызывая у блондина улыбку.

Мана хотел было отдернуть одеяло и встать, но передумал, вспомнив события ночи. Он ведь совсем голый!

- Камуи, я в состоянии подняться и спуститься на кухню. – сурово сказал он, но потом еще с минуту раздумывал над тем, что сказал.

Гакуто, наблюдая за всем этим, не мог не рассмеяться!
Мана. Весь растрепанный, заспанный, помятый, лохматый, злой, кутаясь в одеяло, раздумывал над тем бредом, который в порыве злости ляпнул. Крайне милое зрелище!

- Камуи! – раздраженно воскликнул он. – Может, ты уже прекратишь, и дашь мне наконец-то… - договорить он не смог. Гакта накрыла новая волна истерического смеха. – Чертов пошляк! Иди уже!

Мана смущался. А, как нам известно, лучший способ защиты – это нападение. Поэтому он пытался казаться злым. Но как можно злиться, когда в ушах звучит мелодичное «ха-ха-ха»? Мане было вдвойне сложно. Ему приходилось скрывать раздраженностью свое смущение и улыбку – волосами.

Наконец-то, Гакт вышел, позволив Мане расслабленно развалиться на кровати и облегченно вздохнуть.

Не смотря на все страхи и опасения Маны, утро было превосходным. Улыбки, подколки, смех. Это было очень мило. И здорово. Мана даже посмел думать, что он счастлив, впервые за долгие годы. И это счастье дарил ему Камуи, что было очень удивительно и странно, но, в то же время, захватывающе и приятно.

Он поднялся с кровати, но тут же поморщился от боли. Ночь не прошла бесследно, и напоминала о себе ноющей болью в пояснице.

Найдя в шкафу Гакта более-менее подходящую одежду, Мана оделся, умылся, застелил постели и как раз вовремя. Из кухни его позвал Гакт. Он спустился вниз. Из кухни доносились потрясающие ароматы. Мана только понял, что не знал, что Гакуто умеет готовить и, как оказалось позже, довольно неплохо!

Гакт довольно улыбался, наблюдая за тем, с каким удовольствием и чуть ли не наслаждением, Мана кушал.

- Спасибо большое, Камуи, завтрак просто восхитительный.
- Ох, Мана, ты преувеличиваешь. – улыбнулся Гакт.
- Нет! Это, действительно, так! – кинулся Мана защищать кулинарные способности вокалиста.
- Хорошо-хорошо, пусть будет так. – Гакт не переставал улыбаться, хотя мышцы уже очень болели.

Мана был такой… другой? Без всякой шелухи, без масок… Настоящий?

Неужели стена рухнула? Неужели Манабу позволил Гакту увидеть себя настоящего? Неужели прошлая ночь установила между ними хрупкое доверие?

Гакту очень хотелось, чтобы все так и было.

В то время, мысли Маны были кардинально другими. Он думал о том, что все тело, казалось, трескается, лопается, ломается от боли. А надо улыбаться, ведь Камуи вдруг может подумать, что он чем-то не доволен или, что ему не понравилось. Не важно, что – завтрак или их ночь…

А еще Мана думал, сказать Гакту о том, что тот у него был первым мужчиной, или промолчать, отложить на следующий раз? Все-таки, между ними еще нет такого сильного доверия, лишь слабая тень…

Но стена уже треснула.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:01 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 7.

- У тебя сегодня выходной?
- Да.
- Останешься?
- Да.
- Спасибо. Чем займемся?
- А поехали, я тебе одно место покажу. – глаза Маны заблестели озорным огнем.
- Какое?
- Увидишь! – Мана взял Гакта за руку и увел на второй этаж, где запихнул в спальню, заставив переодеться.

Сам брюнет занял ванную, где довольно долго пытался поправить на себе гактовскую одежду, ибо не привык он носить «нормальные» вещи. Слишком уж просты они для утонченного вкуса брюнета, а там, куда он собирается сейчас везти Камуи, лучше не привлекать лишнего внимания. Волосы он завязал в тугой хвост, что ему было абсолютно не свойственно. Затем, он долго и придирчиво осматривал свое отражение в зеркале, пытаясь понять, нравится ему этот образ или нет. В конце концов, он остановился на том, что такого рода одежду нужно иметь в своем гардеробе. Хотя бы только для того, чтобы вот так вот выйти прогуляться как самый обычный человек.

Убедившись в том, что без косметики он тоже неплохо выглядит, Мана вышел из ванной и тут же столкнулся с Гактом. Тот тоже был одет в обычную одежду и без макияжа, но сейчас это Ману особо не удивило.

- Знаешь, увидев тебя в таком виде во времена Malice Mizer, я бы взялся изгонять из тебя бесов. – улыбнулся брюнет.
- Почему?
- Ну, ты тогда, помнится, больше всех выпендривался. – ехидная усмешка не покидала тонких губ.
- Неправда! – возмутился блондин, но Мана только тихо рассмеялся ему в ответ. – Хм, то есть, мне сейчас надо взяться за изгнание бесов из тебя? – теперь уже острил Гакт.
- Почему же?
- Ну, ты же сейчас больше всех выпендриваешься.
- Всех – это кого?
- Всех нас – J-рокеров.
- Не правда! А как же…
- Манабу, не вдавайся в подробности. – Гакуто мягко улыбнулся. – Все мы хотя бы своим голосом разговариваем.
- Камуи!
- Да ладно тебе, не обижайся. Я же по-дружески. – Гакт погладил Ману по волосам.
- Прическу испортишь! – возмутился тот. – Кстати! Я нормально выгляжу? – Мана принялся крутиться во все стороны.
- Да успокойся ты. – блондин взял его за руку, останавливая. – Хорошо ты выглядишь. Просто непривычно.
- Точно? – Мана тоже улыбнулся.
- Точно. – с улыбкой, Гакт, непонятно для чего, подошел к нему почти вплотную, а потом мягко накрыл тонкие губы брюнета своими.

И после, он будет доказывать, что если бы не Мана, он бы тут же отстранился, ибо поцелуй должен был быть просто дружеским, доверительным, но никак не… таким!

А почему Гакт «сваливал» все на Ману – так это потому, что именно он обвил руками талию блондина, именно он притянул его ближе к себе, именно он начал путать руки в волосах, именно он стал так нежно ласкать губы Камуи…

А Гакт просто не устоял… просто не смог сопротивляться этой внезапной волне нежности, накрывшей его друга.

Так они и замерли посреди коридора, самозабвенно целуясь.

Мана сам не знал, что с ним вдруг случилось. Отчего так сильно захотелось почувствовать вкус этих губ, ощутить нежность этих рук… И ведь на алкоголь не спихнешь! Хотя, не очень-то и хотелось…

- Манабу?.. – Гакт чуть отстранился.
- Мм?
- Куда ты хотел меня отвезти?

Ох, точно! А он и забыл…

Он улыбнулся и снова прижался к Гакту, просто обнимая.

Еще несколько мгновений они простояли так.

Мана такой… другой… Неужели такой он настоящий – Манабу Сато? С одной стороны, Гакту это нравилось, ведь они стали ближе, но с другой… это было очень странно.

Из раздумий его вывела внезапная прохлада – тело Маны больше не грело. Вместо этого, рука сжимала руку, настойчиво пытаясь утянуть к лестнице. Гакт улыбнулся и пошел следом.

А Мана еще ночью решил, что эти выходные будут только для них. И что-то внутри подсказывало, что именно так и будет.

Глава 8.

- Можно я поведу? - попросил Мана, когда Гакт уже садился за руль.

Блондин выглянул, посмотрел на Ману, топчущегося у водительской двери, улыбнулся и вышел из машины, сел на пассажирское сиденье. Довольный Мана тут же поспешил занять водительское кресло. Ехали они молча, иногда переглядываясь и обмениваясь улыбками. Молчание не мешало, не напрягало, скорее, было приятным.

Вот машина пересекла границу города. Только тогда Гакт понял, что забыл поинтересоваться, куда же они едут.

- Куда ты меня везешь? – спросил он.
- Скоро уже приедем, тогда и узнаешь.
- Мана!
- Ну, потерпи чуть-чуть, Камуи. – улыбнулся Мана.

И правда, скоро машина остановилась.

Они приехали в тихую деревню, живописный красивый край. Мало людей, а если и есть, то простые, добрые, приятные, совсем не такие, как в огромных мегаполисах.

- Где мы? - спросил Гакт, выходя из машины.
- В деревне. – просто ответил ему брюнет.
- Ну, это я понял. Как она называется и где находится?
- А это важно?

Этот вопрос сбил Гакта с толку. С одной стороны, действительно, какая разница? А с другой… фраза, абсолютно не свойственная Мане.

И вообще… его как подменили! Куда делся молчаливый, тихий, скромный, вечно хмурый мужчина? Где та холодная непробиваемая маска? Треснула? Но почему? Когда? Как? Что его так сильно изменило? Их ночь? Или что-то, произошедшее раньше… ведь тот Мана никогда бы не заговорил с Чачамару! А перед их разговором, Гакт вообще абсолютно ничего не делал, что бы могло так сильно повлиять на его друга. Ну, предположим, что за их ночь можно благодарить потрясающую игру Чачи. Так, один вопрос решен… дальше. Допустим, их ночь дала трещину в стене, но не настолько же! Не мог же Мана вот так вот за одну ночь кардинально измениться! Или мог?.. О, великие небеса! Почему же все так сложно-то, а?!

- Камуи Гакуто, ты меня слышишь? – воскликнул Мана. Видно, звал он его уже давно.
- Прости, я задумался… что ты говоришь?
- Говорю, пойдем.

Вопреки ожиданиям Гакта, Мана не продолжал обижаться или хмуриться. Он просто улыбнулся, взял его за руку и повел куда-то. Конечно же, Гакуто это натолкнуло на новые мысли, но он предпочел не заморачиваться, по крайней мере, сейчас. Ведь слишком теплая рука. Ведь слишком сильно сжимает его руку. Против воли, губы растянулись в улыбку.

О, если бы он знал, куда Мана его приведет! Он бы сразу, не раздумывая, отказался.

С дороги они свернули в небольшую рощу, и пошли по тропинке, которая привела их к поляне. Ладно, если поляна была бы обычной… но не в скале под водопадом же! Не настолько зеленая трава. Не настолько прозрачная вода. Но было именно так. Еще и солнце, проникающее своими лучиками прямо сквозь воду.

- Великие!.. – Гакт осекся. Он не мог подобрать слов. Лишь беззвучно хватал ртом воздух и смотрел то на залитую солнцем поляну, то на довольного Ману.

О, как Мана был доволен собой! Привел Гакта в свое любимое тайное место, тем самым довел до такого восторга! Какой растерянный, но улыбается… А как чудно играют лучики в его волосах, а как глубоко течет вода в красивейших глазах… Мана чувствовал, что готов, затаив дыхание, замерев, вечно любоваться этой картиной. Камуи превосходно вписывается в нее, дополняет.

Тихо подойдя со спины, Мана обнял Гакта за талию, устроил свой подбородок на его плече. Гакуто не сопротивлялся, наоборот – легонько облокотился спиной о торс брюнета и прижался виском к темной макушке.

- Тебе нравится? – негромко спросил Мана.
- Да, очень. – в тон ему ответил блондин. – Как ты нашел это место?
- Мне когда-то… - он запнулся, потом вдохнул и продолжил. – знакомая показала.
- Чудесное место. – Гакт вдруг улыбнулся и повернулся в кольце рук Маны лицом к нему.

Мана не смог ответить. Почему – он сам не знал. Просто замер, даже не моргал. Как будто его тело просто одеревенело, выдавали только глаза, бегающие от глубоких прозрачных глаз к нежным чуть приоткрытым губам.

И почему ему в последнее время хочется непрерывно касаться Камуи? Касаться и целовать. Целовать, целовать, целовать… а может и больше…

Но сейчас он не потянулся к таким желанным губам, не прижал крепче такое идеальное тело. Просто стоял. Ждал? Возможно. Да, наверное, он хотел, чтобы Гакт сам поцеловал его. Сам. И очень надеялся, что он так и поступит.

Что ж, сегодня воистину его день! Их... Их день.

Легкое, почти невесомое прикосновение, но настолько нежное… настолько ласковое… были бы они влюбленной парой, непременно, от такой нежности защемило бы в сердце. Но они были друзьями. Поэтому, без единого лишнего слова, без пафосных признаний и без единого слова. Но слишком нежно и ласково, слишком тепло и приятно, слишком уютно и правильно, чтобы просто друзья.

Весь день только вдвоем. Только Мана и Гакт. Нелепые, бессмысленные разговоры ни о чем, посиделки в парке на лавочке, в кафетерии, в роще на лужайке. Улыбки и поцелуи. Слишком мило и нежно, слишком сладко. Слишком сказочно. Аж не верится…

Они, казалось, оба сошли с ума. Взялись за руки и дружно наплевали на все и всех. Смеялись, улыбались, целовались, обнимались. А люди, проходя мимо, невольно улыбались, любуясь этой картиной. Никто не мог осудить их безумного счастья.

И все бы хорошо, если бы не так сладко…

Глава 9.

Мана остановил машину возле своего дома.

- Ну, я пошел?

Гакт кивнул, брюнет приоткрыл дверь, собираясь выходить, но почувствовал на своей руке чуть выше локтя другую руку. Он повернулся и тут же встретился с искусственным взглядом Гакта, совсем близко.

- Камуи, обязательно вот так близко смотреть на меня всегда, когда я поворачиваюсь? – с улыбкой спросил Мана.
- Обязательно. - Гакт тоже улыбнулся. – Или ты против? – он заправил черную прядь, выбившуюся из хвоста Маны, ему за ухо.
- Сними линзы.
- Сейчас, в машине? У меня колпачка нет.
- Мм, ну ладно. – Мана чуть опустил взгляд. Но Гакт тихонько засмеялся. – Что ты смеешься?
- Я ждал весь день, пока ты попросишь. – блондин улыбнулся и достал свободной рукой из кармана футляр для линз.
- Дурак. – обиженно пробурчал Мана, но улыбнулся.

Гакуто снял линзы и повернулся к Мане.

- Теперь ты доволен?
- Да. Теперь можно целовать. – Мана потянулся вперед и легонько поцеловал Гакта в губы, но тот отстранился.
- Весь день, значит, нельзя было? Однако тебя это не остановило…
- Ты их надел только перед тем, как садиться в машину.
- Как ты?.. И вообще, они же почти такого цвета, как настоящие.
- Твои глаза не похожи на холодные стекляшки.
- Манабу, как будто…
- Камуи, я устал! Давай уже целоваться и я пойду? – он бесцеремонно заткнул Гакту рот поцелуем. Тот опешил от такой наглости.

Кстати, он еще не раз подумает об этой внезапной дерзости своего друга, но потом, сейчас же он, пожалуй, ответит на поцелуй. К тому же, такой жесткий, требовательный, жадный, грубый… это заводило! Но… это точно Мана? Глупо, но Гакт все-таки приоткрыл глаза, которые уже непонятно когда успел закрыть. Мана… но откуда в нем столько жесткости? Ведь раньше… сколько нежности и ласки он дарил Гакту. Тот даже и не думал, что Мана способен на такую страсть. Хотя, с другой стороны, Гакт еще совсем недавно не знал, что он способен на такую нежность, на улыбку, искренность… ведь такой холодный, закрытый, недоступный…

Мана отстранился.

- Куда это ты собрался? – возмутился Гакт, снова притягивая к себе довольно улыбнувшегося брюнета. – Не отпущу тебя. – крепче обнял, поцеловал.

Какая же двусмысленная фраза! Не отпустишь? Сейчас, домой, в эту секунду? Или в ближайшие пять минут? А, может, никогда?

Ответа на вопрос ждать пришлось не долго. Гакт мягко отстранился.

- Ты говорил, что домой хочешь.
- И?
- Ну, я, тогда, поеду?

Что? Чертов Камуи! Мы с тобой неделю не увидимся, а может и больше, хотя, я все-таки надеюсь, что мы увидимся на выходных… кхм, так вот. Ты смеешь так просто выпихивать меня из машины? А не пошел бы ты, а?

Перекинув ногу, Мана устроился на коленях у Гакта, несколько мгновений полюбовался шокированным выражением лица Гакта. Потом он запустил пальцы в светлые локоны, чуть потянул наверх, запрокидывая голову, и стал нежно целовать его шею.

- Манабу, что ты?..
- Я вдруг передумал. Или ты против? – брюнет легонько закусил мочку уха Камуи, вызывая тихий вздох. – Походу, не против. – Мана усмехнулся, перемещая руки с волос на пуговицы рубашки.
- Прекрати. – сильные руки перехватили тонкие пальчики, пляшущие от пуговки к пуговке. – Что с тобой сегодня твориться? Сам не свой. Манабу, я тебя не узнаю. Или из тебя еще вчерашний алкоголь не выветрился? Иди домой, отдохни.

Ни капли мягкости, ни намека на заботу. Обвинения, раздраженность… может, Мана зря все это затеял? Однозначно зря. Он виновато опустил взгляд.

- Прости, Камуи. – Манабу выбрался из машины. – Спасибо, до встречи. – он быстро вошел в дом так, что Гакт даже попрощаться не успел.

Что это только что было? Чего это он так распсиховался? Чего Мана так быстро убежал? Черт!

Гакт пересел на водительское сидение и поехал к себе домой.

***

Чача медленно плелся темными улицами к своему дому. Что-то пьянка не удалась… обычно он уходил от Гакта на веселе, а сейчас… а все этот Мана-сама! Что он вообще забыл на их пьянке? Почему заставил меня играть? И, собственно, почему я не отказался? Ах, да… там же был Гакт. Он же попросил… чертов Гакуто. Настоящий хвастун! Таак, а почему вообще он не отказал? Ах, да… Мана-сама же его друг! Хм, что там дальше? Почему я играл для них именно эту мелодию? А не какую-то партию из репертуара Гакта? Мм, точно! Он же, должно быть, знает их наизусть! Так, что-то я перегибаю палку… но все-таки, почему именно эту? Она же не для каждого. Гакт… он, конечно, услышал бы ее! Причем, самый первый. Но Мана!

Вообще, он очень странный. Такой весь гордый и самовлюбленный, холодный и неприступный. Кажется, я теперь знаю, почему распались Malice Mizer! Хотя… Гакт ведь до сих пор с ним общается, дружит. Брр, как? Как он с ним дружит? Он же кукла! Бесчувственная размалеванная кукла!

Мм, черт… наверное, я не прав… перепил? Черт… быстрей бы домой, к любимой кровати…

Совсем скоро его желание осуществилось. Удобно устроившись в мягкой кровати, Чачамару уснул.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:04 | Сообщение # 6
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 10.

Рабочая неделя оказалась очень сложной, как для Гакта, так и для Маны. Они не могли сосредоточиться ни на музыке, ни на бумажках… да вообще ни на чем!

Гакт был молчалив, как никогда. Тихий, задумчивый, медлительный. С ним невозможно было ни о чем говорить, ведь он не слышал! Парни из YFCz уже серьезно стали беспокоиться за своего вокалиста.

- Гакт, можно тебя на минуточку?
- Джон…
- Я жду в курилке. – безапелляционно заявил Джон и скрылся за дверью. Гакту ничего не осталось, кроме как пойти за ним.
- Что такого срочного у тебя, что ты даже остановил репетицию? – спросил он, закрывая за собой дверь.
- Репетицию? Камуи, ты о чем вообще? Какая репетиция без основного вокалиста? – накинулся на него Джон.
- В смысле? Я же вот… тут…
- Нет! Ты совсем не тут! – негодовал мужчина. – Что такого произошло за время выходных, что ты вдруг стал… таким?! – вопрос явно не риторический.
- Да ничего… - против воли, Гакт отвел взгляд.
- Ага, я вижу! Ты сам не свой! Где ты, Гакт? В какой вселенной?
- Да тут я! – не выдержал вокалист. – Тут. Все со мной в порядке. – он хотел уже выйти, но Джон не позволил.
- Ты помнишь, что у нас на следующей неделе концерт?
- Ээ… ну… конечно!
- Ох, Гакт, ты безнадежен! – Джон, окончательно распсиховавшись, вылетел из курилки, громко бахнув дверью.

Черт, я же совсем забыл об этом концерте… срочно надо браться за ум, выкидывать из головы Ману и работать. Работать, работать и еще раз работать!

Хм, а интересно, Moi dix Mois будут участвовать? Черт! Опять я все свожу к Мане! Да что же со мной творится?!

В сердцах, Гакт со всей силы ударил ни в чем не повинную стенку. Тут же, как по волшебству, в курилке нарисовался Чача.

- Гакуто, все в порядке? - он достал из кармана пачку Camel десятка и зажигалку, прикурил.
- Дай и мне, я свои в машине забыл. - Гакт достал из протянутой пачки сигарету и тоже закурил.
- Ну, так что там у тебя стряслось?
- Та... - Гакт выпустил струйку белого густого дыма. - Я сам не понимаю.
- Мана-сама?
- Да при чем здесь... Чача! - воскликнул блондин, вызывая у гитариста тихий смех. - С чего ты взял?
- Просто подумал. - пожал плечами тот.
- Мм, и до чего додумался?

Гакту было действительно интересно узнать мысли друга по этому поводу. Быть может, они помогут ему разобраться в себе и своих отношениях с Маной.

- Вы с ним очень хорошие друзья. - начал Фуджимура, Гакт усмехнулся и уже хотел было возразить. - Тихо, не перебивай. Так вот, что-то мне подсказывает, что за выходные не то, что что-то, а все кардинально изменилось. Что-то, что выбило тебя из колеи, и ты не знаешь, что с этим делать. Это либо что-то хорошее, что сблизило вас, либо наоборот - что-то, что вас отдалило друг от друга, возможно, ссора. Однако, зная тебя, с уверенностью могу заявить, что во втором случае ты бы вообще не заявился в понедельник, а то и пропал.
- Чача, а если случилось то, что нас сблизило, но... я не знаю хорошо это или плохо... нужна ли эта близость мне? А ему? Чач, я запутался.
- Ты так изменился... - Чачамару улыбнулся и ласково погладил друга по волосам. - Влюбился, что ли?
- Чача! Ничего я не влюбился! И уж тем более, в Ману. Он же мой друг. Это невозможно.
- Мм, все с тобой ясно. А... как он в постели? Хорош?

Гакт уже открыл рот, чтобы ответить, но тут же захлопнул.

- Сволочь! Ублюдок! Фуджимура, черт тебя подери! - он накинулся на хохочущего гитариста с кулаками.
- Курящий человек неприкосновенен! - смеясь, Чача заломил Гакту руки и прижал к стене. Воцарилось молчание. - Что, серьезно было? - в ответ тишина. - Я же просто пошутил, хотел подколоть.
- У тебя это блестяще получилось. - пробубнил Гакт.
- Камуи, ну не обижайся. Прости, пожалуйста. Я не хотел, честно. Я не знал.
- Теперь знаешь, доволен? Пусти меня, надо работать.

Но Чача не послушался. Вместо этого, он еще сильнее вжал блондина в стену, придавив своим телом, и поцеловал в губы. Гакт опешил от такой наглости, да и вообще... Мир сошел с ума! Теперь еще и Чача... ну что за черт?! Гакт не сопротивлялся, но и не отвечал. Лишь покорно стоял, ожидая, пока Чача прекратит. Но тот, казалось, и не собирался. Впиваясь в его губы со всей силой, безжалостно терзая их, кусая и облизывая.

- Ты закончил? - холодно поинтересовался Гакт, когда длинноволосый чуть отстранился.

Чача не ответил. Просто молча вышел. Гакт привел себя в относительный порядок и последовал его примеру.

***

Мана же наоборот - стал более нервным и дерганым, из рук не выпускал телефона, вздрагивая и судорожно читая надпись на экране при каждом звонке. Но нет. Камуи не звонил. А уже среда... Может, самому позвонить? А если он занят? Он ведь тоже готовится к фестивалю... не то, что я. Совсем разленился. Много телодвижений, а толку - ноль. Все впустую. Надо признаться самому себе... я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме Камуи... Что за черт, а?!

***

- Алло?
- Манабу, добрый вечер. Не спишь?
- Нет.
- Не занят?
- Нет.
- А завтра?

Завтра? Черт! Предлагаешь встретиться? Соскучился?

Мана, наверное, еще никогда не был так счастлив. Гакт сам позвонил ему и теперь спрашивает о планах на завтра... Ну что еще нужно для счастья? Он ведь так скучал...

- Завтра тоже свободен.
- Нет.
- Что нет?
- Уже занят. - по голосу было понятно, что мужчина на другом конце провода улыбался. - Приедешь?
- Приеду. Ближе к вечеру, хорошо?
- Я буду ждать. Приготовлю романтический ужин, ты не против?
- Камуи! - брюнет засмеялся. - Я буду голоден...

Какая двусмысленная фраза!

- До завтра.
- До завтра.

О боже! Не верю... неужели он позвонил? Пригласил к себе! Я должен хорошо выглядеть... и не с пустыми руками, нет-нет!

***

Начало шестого... Где же он? Неужели не придет?..
Звонок в дверь. Подскочив с дивана, Гакт кинулся открывать.

- Чача?! Что ты здесь делаешь?
- Пришел к своему другу, выпивку принес. Пустишь?
- Чаченька, ты немного не вовремя... Я жду гостя.
- Свою куклу? Не бойся, я не на долго. - немного подвинув Гакта, гитарист вошел в дом. Хозяин прикрыл дверь, рассчитывая на то, что незваный гость скоро испарится , и пошел на кухню, вслед за другом.
- Почему ты так зол к нему? - блондин наблюдал за тем, как Юкихиро открывал бутылку вина. - Что он уже успел тебе сделать? - Гакт пошел вслед за длинноволосым в гостиную.
- Он? Всего-навсего забрал тебя.
- Что? О чем?..

Чачамару не дал ему закончить фразу. Только оказавшись поваленным на диван, Гакт почувствовал перегар, исходящий от гитариста. Но он не успел ему об этом сообщить, так как рот оказался заткнутым жестким поцелуем.

- Чача, прошу тебя, прекрати.
- Нет. - блондин продолжал кусать шею вокалиста.
- Мана с минуты на минуту будет...
- Мне плевать.
- Чача, пожалуйста! - Гакт судорожно схватил воздух, когда рука Чачамару проникла к нему в штаны. - Прекрати, Фуджимура, немедленно!
- Чем он лучше меня? - Фуджимура удобно устроился на коленях перед Гактом и по-хозяйски шарил рукой в его штанах, заставляя сбиваться дыхание, пульс. - Чем?
- Он бы не опустился до такого. - с ненавистью прошипел блондин, сдерживая стон.

Конечно, Чачамару доставлял ему удовольствие, при чем, не малое, но... было неприятно. Руки были чужими, губы горькими, зубы острыми... все кричало: не Мана! Это были не те мягкие и ласковые пальчики, не те сладкие и всегда нежные губы... Не родной - чужой.

И даже если так... Чача не был сам собой. Жесткий, требовательный, коварный... он не был похож на себя. Что с ним?

А из груди один за другим выдирались наружу нежеланные стоны. Тело реагировало, хоть душе и было противно. Тело наслаждалось.

В эту самую минуту, когда Гакт, запрокинув голову, тихо постанывал, размышляя о том, как это отвратительно и неприятно, незапертая дверь тихо приоткрылась.

Глава 11.

На пороге появился мужчина. Ровные длинные волосы, цвета вороньего крыла, свободно спадали с плеч, чистое лицо кричало, извещая о том, что сегодня его владелец и пальцем не притронулся к косметике. Черный шелк рубашки мягко прилегал к стройной талии, брюки обтягивали красивые бедра, на ногах - самые обычные классические черные туфли. И только тонкие гипюровые перчаточки выдавали посетителя. В одной руке небольшой пакетик с коробкой конфет и бутылкой вина, в другой - шикарнейшая голубая роза. На губах - счастливая улыбка, в глазах - радостный блеск.

Но, стоило гостю окинуть взглядом темную комнату у подножья лестницы, как улыбка померкла, блеск потух. Опершись о дверной косяк, он стал наблюдать за картиной, развернувшейся на диване.

Америка? Европа? Точно, Франция! Да, давно я уже там не был. Думаю, стоит навестить ее, подарить пару концертов... А, может... К черту? Moi dix Mois, Moi-meme-Moite... все к черту. Концерты, альбомы, эфиры, коллекции...

Все равно голос солиста слишком монотонен. Уже даже мне надоел. С этой группой продвижения не дождешься. Во Франции с ней делать нечего.

А коллекция не доскональная, не хватает деталей, новых текстур, покроев... к черту показ? К черту.

Особо громкий вскрик прервал его раздумья.
- Чача!.. Что же ты за?.. - снова стон.

Да, точно Франция. Она ко мне всегда добра. Думаю, встретит дождями… Создам там новую группу... хотя, конечно, сложно будет со всякими кастингами, отборами... Вокалиста сложно найти особенно сложно, ведь на всей планете нет ни одного совершенного голоса. Или?.. Да, уже точно нет. Ведь, самый прекрасный, неземной голос только что спустился на бренную землю, а может и ниже... Да, с вокалистом будет много проблем. Хотя... а если вообще без вокалиста? Тогда проблем значительно поубавится. Да, решено! Франция, встречай.

Аккуратно поставив розочку на пол, положив рядом пакет, Мана-сама тихо вышел за дверь. За время его спонтанного кино-сеанса, эмоции утихомирились, умерли. Владельцу идеального тела теперь точно казалось, что все живое в нем умерло, закостенело, впало в кому. Остался лишь трезвый рассудок и смазливое кукольное личико.

***

- Не знал, что ты ценитель роз. - Чача остановился в дверном проеме. - Небось, кукле своей прикупил? Ну-ну, удачного вечера.
- Катись уже.

Весело хохоча, Фуджимура наконец-то удосужился оставить в покое вокалиста и его дом.

Немного посидев на диване, приведя дыхание в норму, Гакт все же поднялся. О чем это Фуджимура болтал? Отчего-то, чем ближе к двери, тем больше в груди росло чувство тревоги. И вот, его взору предстала огромная синяя роза на стройной высокой ножке, а рядом какой-то пакет.

- Что за?.. - раскрыл пакет. Конфеты, вино... его любимое, между прочим. - Мана? Нет... Нет-нет-нет! Только не это... - достал из заднего кармана телефон, знакомый номер, кнопка вызова... - Нет... Нет, не надо...

«Абонент не может принять Ваш звонок. Пожалуйста, перезвоните позже или оставьте сообщение...»

- Черт! Манабу, пожалуйста... - раз за разом, вызов за вызовом... противный голос робота, просящий оставить сообщение. - Чертов Фуджимура! Ненавижу! Не-на-ви-жу!!! - кулаком в пол, со всей силы.

Выйдя на улицу под дождь, Гакт слепо побрел по тротуару в сторону, где, по его мнению, должен был находиться дом Маны.

Но вскоре его взгляд, устремленный в сырой цемент, наткнулся на черную точку. Глаза, затуманенные проспиртованной пленкой, не позволяли нормально рассмотреть предмет, находящийся в холодных руках. Однако по ощущениям это был или пульт или телефон. Маны? Вслепую собрав все детальки, Гакт решил вернуться домой и проверить свою догадку.

Глава 12.

Вам звонили: Камуи - 17 пропущенных.

Да, это точно телефон Маны. Сжимая его в руке, Гакт достал из кармана джинсов свой телефон, нашел в контактах нужный номер и стал писать сообщение. С ошибками, ведь пальцы ходили ходуном, но ему надо было это сделать.

«Лидер-сан, сообщите группе, что на следующей неделе репетиций не будет.»

Черт... как так - не будет репетиций? У нас же в среду концерт... а там будет Мана! Гакт стер сообщение. Вот отыграем концерт и все. Я наконец-то смогу отдохнуть, расслабиться, забыться... А если я подойду к нему на концерте? Он, конечно же, не захочет меня слышать... господи, какой же я болван! А Чача... я думал, он мой друг, а он так поступил со мной... За один день потерять двух самых важных людей... В любом случае, у меня еще есть завтра, поэтому сегодня я спокойненько могу напиться.

Поднявшись со ступеней, музыкант подошел к бару, достал бутылку коньяка и приложился прямо к горлышку. Горячая жидкость за секунды разлилась по телу, обжигая его изнутри. Гакт поморщился, но продолжил пить. Сейчас ему просто необходимо было напиться до невменяемости. После третьей бутылки он пошел в соседнюю комнату, к своему фортепиано. Мана почти всегда, когда приходил к нему, садился и играл до боли знакомую им обоим мелодию. Хотя, приходил он очень редко. Но «Regret» в исполнении Маны уже стала частью его жизни, его дома. Гакт прекрасно помнил, как во времена Malice Mizer он сам исполнял эту мелодию в дуэте с Ками...

Да, столько времени прошло, но, сколько же воспоминаний оно оставило... Гакт поднялся из-за инструмента, закончив играть свою партию, и подошел к полке с книгами. Там, в самом углу притаились фотографии в рамочках, с которых смотрели пять разукрашенных мужчин в помпезных костюмах, с высоко поднятыми головами.

- Господи, как же я скучаю... Столько времени прошло, а я все не могу забыть «Нас»... Если бы можно было повернуть время вспять...

Гакт устало опустился в кресло, рассматривая лица в рамочке. Перед глазами всплывали картинки - воспоминания. Что они вытворяли на сцене... их маленький театр, их бешеная энергия, огромное желание, заветная цель... и все это в прах. Просто жалкое воспоминание, но, господи, какую же чудовищную боль они причиняли.

Только сейчас, наедине с самим собой... из глаз покатились слезы. Господи, как же хочется назад! Гакт сжал руками свои волосы. А я предатель... жалкое существо. Я предал стиль Malice. Изменился. Изменил. Наивный, хотел забыть... а ведь из песни слов не выкинешь. Ему это было известно как никому другому.

Как же он ненавидел тех людей, которые смели называть себя поклонниками Malice Mizer, а на всяких своих форумах писали тупую чушь, бред. Он как раз недавно наткнулся на сайт, где некто опубликовал краткие сведения о группе. То, что он там прочитал, просто нереально взбесило его. Ману обвиняли в том, что он слишком ярко выглядит на сцене! Мол, все вокалисты оставляли группу только лишь из-за того, что терялись на его фоне. Ничерта! Каждый ушел по своим причинам и Мана здесь был абсолютно не при чем! Разве что только в одном случае – в моем…

Они смеют называть себя фанатами группы, но при этом презирают ее лидера. Без Маны Malice Mizer вообще не было бы!

Конечно же, Камуи любил своих фанатов и поклонников, но не таких… группа – это одно целое. И что бы не случилось, о ней всегда нужно говорить как о едином, даже если распались…

За размышлениями Гакт не заметил, как задремал. Но и во сне не было покоя. Время, проведенное с Маной, их выходные... его улыбка, смех, шелк волос, нежность рук, мягкость губ...

Еще Гакта мучало внезапное сновидение. Он извинялся перед Маной, но тот не хотел прощать. Он клялся в любви, но Сато лишь холодно усмехался. Он хотел умереть, но гитарист не давал.

- Я совсем уже скоро с ума сойду! – заплетающимся языком пробормотал он, очухиваясь от кошмарного видения. Голова жутко болела, то ли от спиртного, то ли от тяжелых мыслей.

Поднявшись с кресла, Гакт чуть не упал, но вовремя успел схватиться за шкаф. Пошатываясь, придерживаясь за мебель и стены, вокалист побрел в ванную, к аптечке. Найдя таблетку, Гакт проглотил сразу несколько штук, залив немалым количеством успокоительного. Сейчас ему обязательно нужно отрубиться и выспаться. Завтра репетиция, он должен быть в форме, чтобы в среду не упасть в грязь лицом.

***

Выйдя из дома Гакта, Мана неспешно пошел к месту, где припарковал свою машину. Это было достаточно далеко. Хм, и почему это я не подъехал к самому дому? Ах да, у Камуи в квартале ведь магазина нет, а я покупал конфеты… точно. Мана уже почти подходил к парковке, как заиграла мелодия на мобильном. Он достал телефон из кармана и посмотрел на экран. «Камуи». Зачем он звонит? Взять или скинуть? Ответ пришел внезапно. Со всей силы Мана швырнул телефон о цемент, тот разлетелся на маленькие детали. Переступив через кучку хлама, Мана нашел ключи от машины, сел в свою красавицу и уехал прочь.

Конечно, уже был глубокий вечер, но ребята говорили, что задержатся, будут готовиться к среде. Поднявшись на нужный этаж, Мана вошел в репетиционную. Dix’ы, как и обещали, репетировали. Он жестом попросил тишины.

- Мана-сама? Ты же говорил, что не приедешь.
- Я бы и не приехал, если бы не срочное объявление.
- Какое?
- В среду вы без меня.
- Как? Что? Почему? А как же?..
- И вообще вы теперь без меня.
- Что? Но, лидер-сан, почему ты нас бросаешь?
- Ваш уровень слишком низок. Ты – он указал на второго гитариста. – все время спешишь. Ты – под резкий жест попал басист. – что это за басы такие? Такое ощущение, что первый раз в руки гитару взял. А ты вообще отдельный случай. – это было адресовано ударнику. – Тебе впору по головам в морге стучать, а не на сцене по тарелкам. А ты… - Мана в упор посмотрел на вокалиста самым холодным, полным презрения, взглядом, от чего тот непроизвольно напрягся. – Никаких переходов, интонаций, никакого изюма! Ровный чистый без эмоциональный звук. Это даже голосом назвать нельзя. Мне стыдно. Я потратил на вас столько драгоценного времени! И все впустую. Дальше, пожалуйста, без меня. Адью.

Больше он не сказал ни слова. Молча развернулся и вышел из помещения. Теперь домой…


P.S. ни в коем случае не хочу обидеть участников потрясающей группы Moi dix Mois! Просто сюжет диктует. Ничего не могу поделать.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:05 | Сообщение # 7
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 13.

Из дома Мана не взял практически ничего. Лишь гитара и деньги. Он даже не брал одежду. Начать все с нуля. К черту все прошлое.

Заказав билет, он сел на самолет и улетел.

Ох, Франция… чудесная, прекрасная, восхитительная страна! Как Мана и рассчитывал, лил дождь. Так было почти всегда. Редкий случай, когда его встречало солнце. И он необычайно радовался тому, что все именно так. Осень, холод, ветер, дождь… он любил такую погоду. Она навевала тоску, которая почти срослась с его кожей, телом, душой. Но совсем недавно он посмел впустить в сердце частичку радости, тепла и солнца. И заплатил за это. Поделом ему.

В Париже у Маны был дом и, хотя он и не собирался продавать его, но туда не поехал. Еще из Японии он позвонил и назначил пару встреч с несколькими агентствами недвижимости. Проблема была лишь в одном – ему придется болтать с этими незнакомыми людьми в одиночку. А это он ненавидел еще больше, чем шумные пати. Ведь тогда ему приходилось быть один на один со своими мыслями, идеями… с самим собой. А рядом еще кто-то чужой, которому нужно что-то вбить в голову. И это отвратительно!

В своей тарелке он был только на сцене или компании близкого человека, а этих близких можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Но Гакт и это изменил. Теперь Мана боялся. Он решил пропасть. Убежать от группы, от фанатов, от знакомых… от всех. И Франция была для этого отличным местом. Жизнь с чистого листа? Превосходно! Нужно только побороть свою застенчивость и все будет. У него обязательно все получится!

- Да, это господин Сатору. Я подъехал, куда мы договаривались. – Мана великолепно владел французским языком, поэтому без лишних сложностей мог толково объяснить, что ему надо и прочее.
- Добрый день, господин Сатору. Я сейчас Вас встречу.

Из изящной кованой калитки вышел пожилой мужчина в черном плаще и домашних тапочках. Странный. На улице ливень, а он в тапках и… сухой?

- Проходите, уважаемый. – он приветливо улыбнулся, пропуская Ману во двор.

Брюнет вошел и наконец-то понял причину такого внешнего вида – дорожка к крыльцу была полностью застеклена, поэтому не пропускала влагу, но тут было достаточно прохладно. С любопытством оглядываясь по сторонам, Мана шел, по-видимому, за хозяином дома.

- Не желаете ли чашечку чая, кофе? – вежливо предложил мужчина.
- Нет, благодарю. Чем быстрее мы закончим – тем лучше. У меня есть полтора часа.
- Как прикажите, господин Сатору.

Дом был довольно не плох. Полностью выдержан, на удивление Маны, в готическом стиле. По хозяину не видно, что он хоть чем-то связан с готикой. Может, это просто человек из агентства? Хотя, какая разница?

- Я сейчас еду смотреть еще несколько домов. Я позвоню Вам к шести часам. Я хочу сегодня же заселиться. В Вашем случае это возможно?
- Сегодня же?! К чему такая спешка, господин Сатору?
- Вас это не касается. – холодно ответил Мана.
- Ох, простите-простите… да, конечно. Если Вы готовы купить дом прямо сегодня, я приготовлю все нужные бумаги.
- Спасибо. Я выйду сам. До свидания. – Мана кивнул хозяину и вышел в стеклянный коридор.

После этого он смотрел еще три дома, но все они и в подметки не годились тому – первому. Поэтому, только выйдя из последнего двора, Мана поспешил набрать номер хозяина.

- Добрый вечер, это господин Сатору. Я готов купить Ваш дом.
- Отлично, господин Сатору! Я приготовлю бумаги, и через час буду ждать Вас.
- Отлично. – Мана повесил трубку. Ну вот, уже и дом есть. Сейчас нужно где-нибудь поужинать и ехать домой.

***

- Где все, черт возьми?
- Я не знаю… они должны скоро прийти!
- Они должны быть тут уже как семь минут! Найди, Юзо! Из-под земли достань. У нас послезавтра концерт, а еще ничего толком не готово!
- Да, Гакт-сан! Сейчас найду! – Юзо кинулся набирать номера согруппников, но никто, как назло, не отвечал.

Наконец-то трубку поднял Чачамару.

- Где вы? Гакт тут рвет и мечет!
- Гакт? Я думал, его сегодня не будет.
- Как его может не быть, если послезавтра концерт! Чтобы через пять минут были здесь!

- Я разочарован, лидер-сан. Мало того, что Вы не можете собрать группу, так еще и какой пример подаете! С каждым днем вы меня огорчаете все больше и больше. Я разочарован.

Чего это он ко мне «на Вы»? Неужели я что-то не то сделал? Он никогда еще не говорил мне так… может тогда, в субботу все-таки случилось что-то непоправимое?.. Может, мне не стоило так бесцеремонно вваливаться к нему в дом и, практически, насиловать? Определенно, нужно было быть более осторожным. Я ведь мог ему всю жизнь сломать... Но, раз он пришел, то все в порядке. Только вот, почему он такой злой?..

- Юзо, спасибо. Я знал, что могу на тебя положиться.
- Ох, ну что ты, Гакт! Ты всегда можешь рассчитывать на меня. - брюнет чуть смутился и улыбался во весь рот. Не зря он вчера не пошел в клуб. Теперь главное хорошо показать себя на репетиции.
- Я в курилку. - Чача достал пачку Camel. Вот же тварь, этот Юзо. Весь такой белый и пушистый, прям ангел во плоти!
- Куда, прости, ты идешь? - голос Гакта заставил его замереть у двери. - Ты, лидер-сан, и так сегодня отличился. Поэтому, думаю, денек-другой без сигарет тебе не помешает. - Гакт подошел к Чачамару и отобрал пачку. - До четверга. Будь паинькой, Чаченька. - он дотронулся пальцами до щеки гитариста и мягко провел к шее. Он знал, что перегибал палку, ведь Чача его старше, он должен был как-то поуважительней относиться к нему. Да он практически легенда японского рока, а кто такой Гакт со своими сменами настроения! Но он ничего не мог с собой поделать. Он злился на Фуджимуру, очень злился.- Ну, приступим! - он прошел за микрофонную стойку. - Ну сколько раз можно говорить, что я работаю без стойки?

Он назвал меня Чаченькой?! Значит, я еще могу жить. Только вот тон... такой сухой и грубый, саркастичный... Как же он поменялся за эти выходные! Таким он не был уже давно. Еще тогда, как только распались Malice Mizer. Тогда он вел себя также, но и я был не таким, как сейчас. Старался всячески помочь, поддержать... а сейчас... Сейчас все будет также! Я снова помогу ему и верну доверие! Вот только... к чему было это прикосновение и что оно значило? Не может же это быть внезапный порыв нежности! Он, скорее, издевается... хочет сделать еще больнее... Жестокий! А почему он забрал сигареты? Забота или, опять-таки, месть? Ох, Гакт... какой же ты сложный...

Репетиция прошла довольно продуктивно. Как только они освободились, Гакт пожелал всем удачи и ушел домой, сославшись на усталость. Чача, наскоро попрощавшись, побежал за ним.

- Гаку! Эй, подожди! - он догнал Гакта уже на стоянке. - Можешь подвезти?
- Нет, Чачамару, не могу. - он сел в машину и завел мотор. Чача, испугавшись, что он сейчас уедет, стал перед машиной, упершись ладонями в капот. Бред и сумасшествие, конечно же, но Чачей сейчас двигал не разум, а страх потерять своего друга. - Какого черта ты делаешь?! - Гакт высунулся из окна. - Пусти, я спешу.
- Аа, к своей кукле... - пробубнил он. У Гакта при этом все сжалось внутри. Если бы... а так, всего лишь домой. Выглушить пузырек успокоительного и, не добредя до кровати, уснуть на диване или еще где-нибудь. - Ну, удачи тебе. - Чача отошел от машины, Гакт моментально вдавил педаль газа в пол, и машина на всех парусах покинула стоянку.

К кукле, ага, как же! Мразь! Всю жизнь мне переломал! Я ведь знаю, эта гордая и до жути ранимая леди не простит и не поверит... До жути ранимая? Как же я это обожаю... Когда стараешься подбирать слова, чтобы не задеть слишком глубоко... Это как секс с девственным партнером. Осторожно, мягко, нежно и ласково... Черт! Так бы написал ему сейчас или позвонил, а так... мчусь на всей скорости по окраинам Токио. А ведь когда-то обещал себе не превышать скорость. Ох, Чача, что же ты наделал... а еще друг... Мир сошел с ума! Одна надежда - на среду...

Глава 14.

YFCz доверили открытие концерта.

- Только давайте вы забудете о своих каких-то разногласиях на время, всего на эти полчаса, которые мы будем на сцене. Пожалуйста.
- Юзо, сцена есть сцена. На ней нет места личной жизни. - улыбнулся в ответ Гакт. - Пойдемте, нас уже ждут.

Концерт прошел просто великолепно! Цыплята играли в полную силу, во всю мощь. Публика ревела, ликовала. И, слава небесам, фанаты не заметили напряженного электричества между Гактом и Чачей. Не заметили даже того, что Гакт даже не поцеловал его. Зато это прекрасно видели другие музыканты.

Он не доверяет мне? Как?.. Даже... Черт! Может, что-то все-таки случилось? Сегодня я обязательно поговорю с ним!

Что с ними? Уже четвертый день подряд сами не свои. Гакт к нему и на пушечный выстрел не подходит, весь фансервис отменил. А Чача даже не подпевает ему, еле вспоминает про свои родные слова... Что за черт!

Может, мне стоило вести себя попривычнее? А то вдруг еще догадаются... Побыстрей бы все закончилось! Эх, а Moi dix Mois закрывают концерт... потрясающий финал.

Гакт со своей группой сели на втором ряду, на отведенные для них места. Рядом сидели другие исполнители. Гакт сел с краю, где с одной стороны место было свободным, а с другой... Чача. Группы одна за другой выходили на сцену, и вот настал так долгожданный финал. Его группу объявили. Гакт устроился поудобнее в кресле, хотя просто не мог найти себе места. Краем глаза заметил, как нахмурился Чачамару.

Один, второй, третий... где же Мана? Его как-то по-особенному представят? Вполне в его духе. Проигрыш. Солист взял микрофон.

- Добрый вечер. Мы безгранично рады, что имеем честь присутствовать на этом потрясающем мероприятии. - хм, а речь писал не Мана... он бы не пропустил на сцену столько хвалеб. А кто же тогда? - Так же мы рады вам объявить о небольших изменениях в составе группы. - Что, простите? Какие к черту изменения? - Встречайте, наш новый гитарист... Кози!

Что??? Как? Кози??? А где же Мана? И почему... Кози?! Черт возьми! Что за?!

Гакт почувствовал тепло на кисти руки. Только сейчас он заметил то, что замерз. Он попытался скинуть руку, но та крепко сжала его пальцы.

- Я с тобой. - прочитал он по губам.
- Спасибо.

Громкая, тяжелая музыка оглушала, терзала слух Гакта. Но среди всего разнообразия выделялась гитара Кози. Конечно, сколько лет опыта у него не было бы за плечами, а то, что он новый в группе заметно быль очень четко. Сколько же лет они уже не виделись?... А он изменился. Стал гораздо красивее. Обязательно нужно будет к нему подойти после выступления. Музыка утихла, стала плавно перетекать в какую-то другую мелодию.

- Может, уйдем?- тихо прошептал Чача ему на ухо. Гакт лишь отрицательно помотал головой.

Куда делся Мана? Ушел сам? Выгнали? Заболел? Нет, солист же сказал, что новый состав... стало быть, Кози задержится тут. Выгнать его, по сути, тоже не могли, он же лидер, да еще и создатель группы. Значит, сам ушел? Но почему? Из-за меня? Не может быть. Где его теперь искать?..

Пока играла группа, Чачина рука успела натерпеться. Гакт то сжимал ее со всей силой, то нежно поглаживал одним пальцем. О чем он думал? Одному ему было известно. Но Чача хотел узнать.

Кози – бывший гитарист Malice Mizer. Насколько мне известно, Гакт не общался с ним после распада. Как же он сейчас будет себя вести?

После выступления, группа удалилась в гимерку. Гакт отдал распоряжение Джону оставаться на банкете и ждать его, а сам ушел за сцену. Чача пошел за ним.

- Я с тобой.
- Зачем? Мне нужно поговорить с Кози, ты будешь лишним.
- Я догадался, но я тебя не оставлю.
- Хорошо, будь по-твоему. – он пошел к гримерке.

- Гакт? – Кози как раз выходил из гримерки, когда столкнулся с блондином.
- Здравствуй, Кози. Есть минутка?
- Эмм, потом, хорошо? Я спешу. – гитарист обошел Гакуто и вышел из коридора. Наверное, пошел на банкет. Гакт пошел следом.

- Может, он не хочет вспоминать тебя?
- Я должен с ним поговорить. – они вышли на улицу. Банкет проходил в здании напротив.
- Гаку... – Чача остановился и остановил Гакта, потянув за руку. Но сказать не решался. После нескольких минут Гакту это надоело.
- Что ты хотел?
- Я… я не знаю. Я слишком все испортил?
- Он уехал. Чача, я его потерял… опять.

Обиды или ссоры, не важно, Гакту сейчас нужна была поддержка. Поэтому он уткнулся носом в плечо друга и стоял, пытаясь собраться с силами, с духом. Он так устал быть сильным. Вообще устал. От всего. Ему необходимо было побыть слабым, хотя бы пять минуток, а Чача мог в этом помочь.

А Чача ничего не мог, кроме как обнять его и гладить по волосам. Он чувствовал себя самой настоящей тварью. А еще… он любил Гакта. Просто любил. Как отец сына, как брат брата, как друг друга… и, как ему казалось, даже больше. Но Гакту это явно не надо было. «Даже больше» он любил свою куклу. А Чача все испортил. Но он все вернет, даже если придется самому разыскивать этого Ману.

Глава 15.

- Чач, давай уйдем? - тихо попросил Гакт.
- С удовольствием. Но, ты же хотел поговорить с Кози?
- Потом. Это ведь не последний день моей жизни и не последний концерт... - бубня себе под нос, он повел Чачу к машине.
- Может, прогуляемся пешком? Тут всего-то пара кварталов до моего дома.
- Ага, а потом мне от твоего дома еще черти сколько пилять до...
- Останешься у меня. - перебил его Чачамару.

Гакт задумался. Остаться у Чачи? А если он снова будет приставать? А если захочет сделать со мной что-нибудь? Нужно быть осторожным. А, с другой стороны... это же Чаченька! Друг и помощник, которому всегда можно доверять, на которого можно положиться. Гакт с радостью ухватился за эту мысль и решил довериться.

- Хорошо. - он чуть улыбнулся.
- Хорошо? Я думал, ты откажешься...
- Думал или надеялся?
- Нет, что ты! Я очень рад, что ты согласился!- Фуджимура улыбался во весь рот, он действительно был очень счастлив.

***

- Чач? Можно вопрос? - Гакт допивал свой бокал вина.
- Конечно, Гаку, задавай.
- Почему ты тогда, в курилке, поцеловал меня? А потом дома... - он осекся. Не хотелось вдаваться в подробности, иначе в нем снова проснется ярость. - Зачем?
- Тебе не нужно знать моих мотивов. - отмахнулся Чача.
- Раз спрашиваю - значит нужно. Юкихиро, почему?
- Потому что... - он чувствовал себя провинившимся первоклассником. Опустив голову, он тихо проговорил. - Потому что я... люблю тебя, Гакуто.

Гакт ожидал всего, чего угодно, но только не этого... как так? Так же нельзя! Чача не может любить его! Просто-напросто не может. Лучше бы он сказал, что мстит или еще что-то в этом роде... но не любовь...

Чача молча сидел на диване, ожидая от Гакта ответа. Внешне он был спокоен, как удав, но внутри все сжималось, сокращалось, колотилось...

- Так вот, что значит та фраза... - задумчиво пробормотал вокалист.
- Ка... - от волнения в горле пересохло, Чача смочил его глотком вина. - Кака фраза?
- Он украл у меня тебя, или как ты там сказал?
- Прости меня, умоляю... Я старый, глупый дурак... - разошелся Чача, ему стало не хватать воздуха и он жадно ловил любую капельку, и говорил, говорил, пока Гакт не приложил к его губам руку.
- Тсс... Чаченька, родной мой... - он прижал длинноволосого к себе. - Я тебя тоже очень сильно люблю.
- Но не так, да? - с горечью поинтересовался он.
- Прости...- Гакт виновато опустил голову.

- Это ты меня прости.
- Я тебя люблю.

Ох, Камуи... если б в твоих словах был иной смысл...

***

Хоть Мана и был приверженником мысли о том, что "прошлое - оно должно оставаться в прошлом", но удержаться от просмотра трансляции концерта он не смог.

Вот Гакт со своими цыплятами скачут по сцене. Фансервис... Камуи, ты всегда был законченным пошляком! Vanilla оформлена замечательно, да и текст интересный. Только как-то он от Фуджимуры шарахается... неужели поссорились? Из-за меня? Да ну, не верю. Какое может быть ему до меня дело, если у него есть Чаченька? Правильно, никакого...

Вот группа ушла в зал, по очереди стали появляться Dir en grey, SuG, Alice Nine и другие группы. Во время выступления частенько показывали зрительный зал, особенно первые три ряда. Пиар... он был всегда. Снять реакцию коллег на творчество не так уж и сложно, вот они этим и пользуются.

Наконец-то настала очередь Moi dix Mois. Вышел Сет, стал говорить какую-то речь. Ох, как слащаво! Мана поморщился. Ужас. Да, с его уходом изменится очень многое. Интересно, кого они взяли на мое место? А может они решили остаться без второй гитары? Каково же было его удивление, когда вокалист объявил Кози! Черт, они совсем рехнулись?! Кошмар! А он-то чего согласился? Это же будет концом нашей «сценической дружбы»! Фанаты, они же верят и внимают каждому лживому слову репортеров! Ну все… сейчас начнутся всякие темы, типа «Кози всю жизнь завидовал Мане и метил на его место», «Кози всю жизнь был влюблен в Ману, поэтому и решил занять его место», «Мана ушел из-за того, что в группу хотели взять третьего гитариста - Кози»… Чушь собачья!

Мана взял пульт, намереваясь выключить злосчастный телевизор, но как раз начали показывать YFC, сидящих на зрительском ряду. Мана заметил, как изменился в лице Камуи, как Фуджимура сжал его руку, как Гакт хотел скинуть руку… о чем же он тогда думал? О Кози? Обо мне? О руке Чачи? Теперь мне этого не узнать…

Ну и черт с ними всеми! Мана безжалостно вдавил красную кнопку «off» в корпус, экран погас. Плевать мне на их деревню. Меня это уже не касается. Мне нужно думать о том, как найти музыкантов в группу.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:07 | Сообщение # 8
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 16.

- Камуи... Камуи, вставай. Гакто-сан. - Чача аккуратно тряс за плечо спящего Гакта. - Просыпайся. Гаку... - он мягко провел рукой по светлым, слегка отросшим волосам.
- Мана, отстань... - невнятно проворчал он, отпихивая от себя «Ману».

Только этого не хватало... он спутал меня со своей куклой... Он что, снился ему? Не дает покоя даже во сне?

Утро было безнадежно испорчено. Чача не винил Гакта, он сам был виноват, еще тогда - в субботу. Хотя, если бы не было той субботы, то не было бы ни вчерашнего вечера, ни этого утра...

- Это я - Чача. Просыпайся, ты можешь опоздать. - как он не старался, но в душе зарождалась обида. - Гакт, прекращай. Поднимайся, одевайся и спускайся на кухню, завтрак стынет. - Чачамару поднялся с краешка своей кровати, которую сегодня великодушно предоставил в пользование гостя, и вышел из комнаты.

- Черт... - прошипел в подушку Гакт, как только услышал тихий щелчок двери. Как он мог так оплошать?.. Спутать Чачу с Маной... Это же невозможно! Идиот... Чача расстроился... я ему испортил утро. Идиот! Я безмозглый идиот! А ты, Мана, меня скоро с ума сведешь... днем мне покоя не даешь, ночью не даешь... Еще и Кози... Что же мне делать с этим всем, а?

Гакт поднялся с кровати. Вопреки всем своим ожиданиям, он был в одежде, хоть она и была помятая. Чаченька... он не воспользовался моим нетрезвым состоянием, не полез ко мне, не изнасиловал... мой лучший друг.

Раньше у меня был другой лучший друг - Мана, но потом он внезапно стал бывшим. Бывший лучший друг... мило, правда? Но Манабу стал для меня больше, чем другом. Полюбил ли я его? Да понятия не имею! Я просто не могу без него... без его нежных рук, без мягких губ... не могу! Нужен он мне. Да даже если вольете в меня литр любовного зелья... я все равно буду только его! Буду хотеть только к нему, буду думать только о нем... Мана... родной мой, как же ты мне нужен... ну куда же ты пропал? Где тебя искать?

Я не заметил, как снова оказался в кровати. Я лежал, зарывшись лицом в одеяло. Было как-то мокро. Я что, снова реву? Слабак...

Эта мысль вызвала отвращение. Я поднялся, вытер слезы и пошел в ванную, там умылся, привел себя в более-менее нормальный вид и пошел на кухню, где меня ждал завтрак и Чача.

- Доброе утро, Чаченька. - я чуть улыбнулся. Улыбка давалась тяжело, но была необходима.
- Доброе. - отозвался он. Кажется, немного повеселел. - Приятного аппетита.
- Спасибо, тебе тоже. Ты готовил? Очень вкусно.
- Спасибо, конечно, но еда из ресторана, я не люблю тратить на это время. Мм, кстати, у тебя в час запись на телевиденье.
- В час? А сейчас сколько?
- Еще только десять, не переживай. - он улыбнулся. - Речь пойдет о вчерашнем концерте. Они будут приглашать в студию по два представителя с двух групп. Группы берутся одна с начала концерта, другая - с финала.
- Стало быть, мы и Moi dix Mois?
- Да. Ты и я, Сет и Кози.
- Откуда такие подробности? - удивился Гакт.
- Не скажу. - улыбка. - Ты можешь не идти, если не хочешь.
- Хочу.
- Как знаешь...

***

- Добрый-добрый-добрый день, дорогие зрители и телезрители! Я не буду долго кланяться и болтать не по теме, потому что сегодня речь пойдет о двух потрясающих группах, выступивших недавно на одной сцене! Итак, прошу любить и жаловать! Гакт-сан и Чача-сан, группа YFCz! - лучезарно улыбаясь, названные гости вышли из-за кулис и устроились на отведенном для них диванчике. - А так же, группа Moi dix Mois, Сет-сан и Кози-сан! - парни показались и тоже поспешили на свое место. - Итак, давайте сразу к делу! Совсем недавно Moi dix Mois потерпели потерю в лице Мана-самы. Хорошо это или плохо?
- Я не думаю, что это плохо, но и не могу сказать, что хорошо. Мана-сама сделал для группы очень и очень многое, даже если не брать во внимание то, что он сам является ее основателем. Видимо, дальше наши пути расходятся. Мы пойдем к цели без него.
- Почему Мана-сама бросил свое детище?
- Это лично его инициатива, о мотивах нам не известно.
- Хм, Мана-сама, как обычно, окутан ореолом тайн. - все заулыбались. - Кози-сан, почему именно Вы стали новым гитаристом Moi dix Mois? Было принципиально, чтобы гитарист был из Malice Mizer?
- Мы делаем музыку одного направления, почему бы не объединиться? - улыбнулся Кози.
- Гакт-сан, какой была Ваша реакция на смену гитариста, да еще и такую интересную.
- Я стараюсь не лезть в чужую кухню. - вежливо улыбнулся Гакт. - А интересного ничего не нахожу в этом.
- Ну, как это?! Вы, трое участников Malice Mizer, бывшие друзья, регулярно встречаетесь на сценах, фуршетах...
- На сцене, как и в любой другой работе, личная жизнь и отношения ничего не значат. Их нет.
- То есть, вы и не были друзьями?
- К интервью это никоим образом не относится. - Гакт начинал терять терпение.
- И все же? Или к своей кухне Malice Mizer вы и близко никого не подпускаете?
- Прошу, если вы так уж сильно хотите поговорить о Malice Mizer , зовите же всех участников! - Гакт поднялся с дивана. - Некультурно бродить по дому без хозяина. А если же вам нужен пиар, прошу, организовывайте спец выпуск. Мы соберемся за пару часов до эфира, отрепетируем наиболее удачные сцены и без лишнего шума с радостью пропиарим ваше славненькое шоу. За глаза я говорить о группе отказываюсь. - Гакт повернулся на камеру. - С вами был Гакт Камуи, до свиданья. - с этими словами он удалился в свою гримерку.

В студии все зрители, ведущий, гости, операторы... все замерли. Что это только что было? И главное - что теперь делать?

Зайдя в тесную комнатку, Гакт закрыл за собой дверь, уперся в нее спиной и спустился на корточки. Что это на него нашло? Он запустил руки в волосы. Завелся с полуоборота, да еще и перед камерами...

Спустя несколько минут, Гакт смывал с себя макияж. В дверь постучали.

- Да?
- Не помешаю? - в комнату заглянул Кози.
- Нет, заходи. - Гакт вернулся к прерванному занятию.
- Что это было?
- Я не мог этого терпеть.
- Гакт, что с тобой произошло?
- Мне нужен Мана. Мне срочно нужен Мана. Мне нужно сказать ему что-то важное...
- Так, в чем проблема?
- Кози, я не знаю где он. Его телефон у меня. Из группы он ушел. Может, он вообще не в Японии?
- Он во Франции.
- А... откуда ты?..
- Гакт, я тебя умоляю, это же Мана!
- Кози... Кози, ты гений! - Гакт крепко обнял гитариста.
- Да тише ты. - он улыбнулся. - Франция-то не маленькая.
- Я найду его.

Глава 17.

- Гостиница? Квартира? Дом? Где его искать?.. – Гакт мерил комнату шагами уже второй час.
- Гакуто, я понятия не имею, где может прятаться твоя ку… Мана-сама. – исправился Чача.
- Я обзвонил все гостиницы Парижа, он никуда не заселялся.
- Думаешь, он бы заселялся как Мана-сама?
- Нет.
- Поменял имя?
- Брось, заняться ему больше нечем.
- А вдруг решил перестраховаться?
- Чач, он – не ты.
- Я знаю…
- Чач… Чаченька, ну прости меня. – Гакт сел рядом с гитаристом.
- Да нет, ничего. – улыбка. Вымученная, бледная… - Раз он такой фанат Франции, может у него и домик там есть?
- Там его тоже не было.
- Купил новый?
- Слушай, а это мысль… но, зачем?
- Чтобы спрятаться. Он, наверняка, знал, что ты будешь его искать.
- Я позвоню в крупнейшие фирмы, узнаю последних покупателей за неделю.
- Я помогу.
- Чача? – удивленно. – Тебе не обязательно этого делать.
- Гакт, я хочу помочь. Пошли звонить.

Они сели за ноутбук и взялись за телефоны, набрали номера первых фирм.

- Ты же мне имя не сказал!
- Манабу Сатору.

Спустя час бесполезных разговоров они решили сделать передышку.

- Давай еще по одному звонку и перерыв?
- Хорошо.

Они набрали номера, поговорили, положили трубки. Вдруг Чача открыл новый документ и что-то там написал.

- Пожалуйста. – улыбнулся он, указывая на экран ноутбука.
- Что это?
- Адрес, Гакуто!
- Чей?
- Куклы твоей! Ну, Маны…
- Правда? Чач… Чач… Чач, это правда он? Чач?..
- Да он это, он. Пошли теперь отдохнем.

Но подняться ему не дали. Гакт крепко-крепко обнял его.

- Чаченька, спасибо! Спасибо, родной мой…
- Да тише ты, не Америку открыл же…
- Чач, ты просто не представляешь, что ты для меня сейчас сделал… Чач, ты жизнь мне спас!
- Гакуто, не преувеличивай. – он улыбнулся. – Лети к своей кукле. – аккуратно коснулся кончиками пальцев светлых прядей. – Ты давно не стригся…
- Я отращиваю. – счастливая улыбка.
- Ааа, ну ладно.
- Спасибо, Чаченька! – Гакт коротко поцеловал друга в щеку, схватил телефон, ключи от машины и выбежал из дома. Давно он не был таким счастливым. О, небеса, Чача просто чудо! А смог бы он на месте Чачи так поступить? Помогать любимому человеку искать его любимого человека… наверное, ему больно… Ох, с ума сойти… Размышления прервал телефонный рингтон. – Алло?
- Гакт, черт возьми! – из трубки доносился смех.
- Чач? Что такое?
- А куда, мне интересно знать, ты так помчался?
- Во Францию, Чач, ты чего? – Гакт абсолютно ничего не понимал. Что случилось?
- Нет, ну, это понятно, а куда именно, во Францию?
- Черт! – Гакт улыбнулся. – Адрес!
- Надо же!
- Пришли в SMS, можешь?
- Хорошо.
- Жду. – он уже собрался вешать трубку, но…
- Гакуто…
- Да?
- Береги себя, ладно?

К горлу подступил комочек нежности и тепла. Чаченька беспокоится, заботится о нем…

- Хорошо. – с улыбкой, Гакт повесил трубку.

Так, теперь билеты. Самолет, ближайший рейс… через час. Отлично! Еще перекусить успею.

«Я забыл тебе удачи пожелать… Удачи, Гакуто.»

Чаченька… улыбнулся. Какое же он солнышко. А вот сейчас я верну Ману, другого я не рассматриваю категорически. И что тогда? Он… солнце… померкнет? Нет… Ему нужно найти кого-то хорошего, кто бы мог о нем позаботиться, приласкать, кто бы полюбил его… но, кто? Если бы он знал… Из общих знакомых я бы, наверное, не посоветовал ему никого. Одни грубые, другие слишком сладкие… разве что… хм… в голове появилась мысль. А если познакомить? С одним человеком… он добрый, скромный, улыбчивый, нежный, когда надо, строгий и серьезный… к тому же, достаточно красив… хм…

***

Дззз… дззз… дз-дз-дз…

Ай, ну кого это принесло в такую рань? На часах половина четвертого. Завернувшись в халат, Мана-сама спустился на первый этаж к домофону, нажал кнопку просмотра изображения.

Как только картинка появилась, ему перестало хватать воздуха, он поспешил облокотиться на ближайшую стену. Возле калитки нервно переминался с ноги на ногу, не мог найти себе места, до нитки промокший Камуи Гакуто с огромным букетом роз.

Что он тут делает? Как узнал адрес? Зачем цветы? А сам он тут зачем? Но он не узнает, если не откроет… Дрожащим пальцем коснуться холодной кнопки и слегка надавить. Чтобы калитка открылась. Увидеть, как отскочил Гакт. Улыбнуться. Наверное, не ожидал, что открою… Наблюдать за пошатывающейся походкой до самого порога, потом несмело повернуть ключ в скважине и отойти на полметра.

- Эмм… ты извини… - улыбка. – Там дождь, краска потекла… - он кивнул на розы.
- Что ты здесь делаешь?
- Ты оставил у меня дома розу… я подумал, что будет не культурно не вернуть ее. А потом оказалось, что ты еще и телефон свой неподалеку потерял… - улыбаясь, Гакт достал из кармана телефон. – Правда он был немножечко побитым и сейчас чуть-чуть промок, ничего?
- Ничего. – дрожащим голосом. Что он тут несет? Ехал в другую страну только чтобы вернуть телефон и розу? – Это все? Я могу идти дальше спать?
- Нет, еще один момент…
- Быстрей.
- Я… я очень сильно соскучился. И спать один ты больше не будешь. – он перешагнул порог дома и закрыл за собой дверь. Я непроизвольно отступил назад. Почему? Я боялся? Но это же Камуи… хм, вот именно… Еще шаг назад. Замечаешь, глубоко вздыхаешь, смотришь в глаза. Сегодня без линз… - Мана… Манабу, я не буду говорить, что в субботу ты что-то не правильно понял и прочий бред. Я не для этого ехал сюда. – внимательно слушаю каждое твое слово и удивляюсь, и ничего не понимаю. – Просто… - снова вздох. Волнуешься? Пока говоришь, шагаешь в мою сторону, я отступаю. – Просто ты мне очень сильно нужен.
- Я не вещь. – срывается с языка прежде, чем осознаю истинный смысл.
- Ох… опять я не так выразился. – закрываешь лицо руками. Нет, убери… я хочу видеть тебя… ты, как будто услышал меня, убрал руки. – Жизнь без тебя… - запинаешься. Да, пафосно. Беспомощно смотришь на меня. А мне так хочется плюнуть на все, подойти и обнять, но вместо этого, слепо пячусь назад. – Со дня нашей последней встречи в воскресенье я не мог найти себе места… хотел позвонить сразу, как приехал домой… - Так почему не позвонил? Но я промолчал, решил не сбивать с мысли. – Потом эта неделя, без единого звонка, я не знаю, почему… Я так ждал выходных, но… пришел Чача… он был пьян. Он не отдавал себе отчета… - Выгораживаешь его? – Я просил, но он не слушал… а потом роза, телефон… я понял, что это все.. что той сказки, которая была на выходных, больше не будет… - к горлу подступил ком. – А потом концерт, Кози, интервью… Мана, я не могу без тебя… ты – мой воздух… неотъемлемая частичка меня… - я почувствовал, что уперся во что-то спиной. Стена? Лестница? Дверь? Сейчас мне плевать. Ты продолжал приближаться. – Пафосно, да, ты этого не любишь, но я не могу подобрать никаких слов… - пафосно? Не люблю? Может быть, но сейчас мне это нужно. Слышать твой голос, с хрипотцой, осипший, видеть тебя… и та капля тепла в этом, как ты сказал, пафосе… я ее чувствовал. – Я не хочу, чтобы мы были отдельно. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной. Всегда. Хочу, чтобы были «Мы». – ты подошел совсем близко. Протяни руку и прикоснись, но я не мог. Меня как будто приклеило. Ты тоже замер, буквально в шаге от меня. – Манабу, пожалуйста… ты мне так нужен… я не могу без тебя. И не хочу. – в твоем голосе слышалось напряжение. Заплачешь? Нет, не нужно… - Прошу… дай мне шанс… - таким я тебя еще никогда не видел. Беззащитным, умоляющим, таким слабым и честным, борющимся. Я нужен был тебе, ты не врал. Глаза не врут, они сейчас блестели, вот-вот готовы заплакать. Прямо, как сегодняшнее небо… но не надо, прошу. Все хорошо. Я с тобой.

В подтверждение своих мыслей, нерешительно делаю шаг к тебе, а потом еще один и еще один – последний. Мы стоим, едва соприкасаясь грудью. Ты замер. Ты вообще дышишь? Должен дышать. Совсем нерешительно, трепетно, осторожно, мягко, легко… обнимаю тебя. Чувствую, как задрожал твой живот – ты слишком резко вдохнул. В нос ударяет тонкий аромат твоих духов, прикрываю глаза. Это ты. Ты пришел ко мне. Камуи… уже чуть крепче, чуть смелее, обхватываю твою шею руками. Да, все-таки ты значительно выше меня.

- Гакуто… - впервые по имени. Тихо, едва-едва слышно, но ты расслышал. Смотришь на меня. – Спасибо. – прикрываю глаза, утыкаясь лицом в твое плечо. – Спасибо, что пришел.

Глава 18.

Сколько уже прошло времени? Как долго они уже так стоят, обнявшись, крепко прижавшись, друг к другу? А хотя… какая разница? Куда им спешить? Правильно, ни куда. Так что можно еще чуть-чуть постоять.

Гакт еще крепче прижал к себе Ману, пряча голову у него на плече, зарываясь носом в волосы. Но Мана поднял голову, заглядывая в глаза, внимательно изучая лицо. Гакт в это время внимательно наблюдал за ним. Мана протянул руку и нежно коснулся пальцами щеки Гакта.

- Хорошо, что ты приехал… - тихо. – Знаешь, я даже не надеялся… я думал, что тебе плевать на меня. А ты нашел адрес, приехал и… - он вздохнул. – Спасибо.
- Я не мог иначе, Мана.
- Но ведь, у тебя же есть Фуджимура?
- Чача друг.
- А я? – его глаза были так широко раскрыты… Гакт никогда бы не подумал, что Мана так умеет. А он смотрел снизу вверх, а в глазах… надежда? Но на что?
- А ты бывший лучший друг.
- Бывший? – в глазах отразилось непонимание. Никогда еще Гакт не видел, чтобы эмоции Маны так быстро сменялись, чтобы он их не прятал.
- Да. Когда-то ты был моим лучшим другом. Но однажды я потерял своего друга. – Гакт бережно обхватил руками бледное лицо. – Просто-напросто он стал кем-то большим для меня. – он улыбнулся, а Мана так ничего и не понимал. – Мана, ты самый важный человек в моей жизни. Больше, чем друг.

Очень-очень нежно Гакт коснулся своими губами губ Маны. Мана тут же отозвался, раскрывая губы ему навстречу, блаженно прикрывая глаза. Вдруг раздалась мелодия… Ману как током поразило. Он отстранился и непонимающе уставился на Гакта.

- Что такое?
- Ты помешан?
- О чем ты?
- Ты не устал еще его вспоминать?
- Я поменяю мелодию. Прости, ты не против?
- Нет, говори.

Гакт поднял трубку, а Мана ушел куда-то в другую комнату.

- Ты уже там?
- Чача? Ты чего не спишь?
- Я не мог заснуть. Так ты во Франции?
- Да, я у Маны. А почему не мог?
- Ну, что там? Все в порядке?
- Да. Чач.
- Что?
- Почему ты не спал?
- Я за тебя беспокоился… - признался он.
- О небо, Чаченька, умоляю…
- Гакуто, ты мой друг. Или мне уже нельзя беспокоиться за друга, уехавшего черти куда к черти кому?
- Чач… Чач, прости. Я не хотел.
- Да ничего. Иди к своей кукле, он наверняка уже заждался. – не дожидаясь ответа, Чача повесил трубку.

Черт, я идиот! Я вздохнул. Нужно найти Ману. Долго искать не пришлось – стоило просто услышать потрясающие звуки, доносящиеся из соседней комнаты.

Спиной к двери за огромным фортепиано сидел Мана. Идеально ровная спина, черные, как смоль, локоны, спадающие с плеч, идеальные тонкие пальцы, скользящие по клавишам… Гак подошел и аккуратно обнял его со спины. Доиграв, Мана повернулся.

- Что он хотел?
- Спрашивал, все ли в порядке.
- Он беспокоится.
- Да, но… я тут подумал… если его познакомить с Кози?
- С Кози? Оба гитаристы. Думаю, сойдутся. – улыбнулся Мана.
- Да. Мм, Мана?
- Да?
- На чем мы с тобой остановились?
- О чем ты?
- Да так… все о том же.

Гакт снова поцеловал его.

- Ах, вот оно, что… - Мана улыбнулся, отвечая на поцелуй. Но скоро он отстранился. – Камуи, ты устал, наверное? И голодный… тебя накормить? – Гакт заулыбался, покусывая губы. – Что такое?
- Ты… такой заботливый.
- А ты – чудо. – улыбнулся брюнет. – Так что? – он нежно потерся носом о щеку Гакта.
- Ну, давай.
- Давать потом, сначала еда.

Гакт рассмеялся, заставляя Ману смущенно краснеть.

- Ты пошлый. – с улыбкой сказал Гакт.
- А ты – нет? – брови вверх.
- Нет. – улыбка.
- Ты как Чеширский кот. Все время улыбаешься. – большим пальцем по губам. Гакт чуть приоткрыл рот, легонько прикусывая его палец. – Что ты делаешь?
- Я голодный. А ты вкусный. – с улыбкой. Мана снова покраснел. – Пошлый!
- Ай, да ну тебя! Я пошел готовить кушать.
- Я с тобой.
- Нет.
- Почему?
- Ты будешь мне мешать. – с самым строгим видом. – Пойди пока дом осмотри.
- А где у тебя спальня?
- А тебе сразу в спальню?! И это еще я пошлый!
- Нет, я просто хотел узнать, куда мне не заходить… спальню ты мне сам покажешь.
- Ох, Гакуто… - с улыбкой, Мана ушел на кухню, оставив Гакта одного.

Он такой другой… не такой, каким был до нашей ночи, не такой, как в наши выходные, не такой, как тогда, когда я приехал… заботливый, ласковый, открытый… такой хороший… такой… любимый? Люди обычно меняются, когда в их жизни происходит что-то, что заставляет меняться, какой-то переломный момент. Какой именно момент поменял Ману?

- Гакуто, иди сюда. – позвал его Мана из кухни.
- Ты в последнее время стал часто называть… - он замер на пороге, слова застряли поперек горла. – Как… как красиво… Мана, это… это невероятно!..

Мана стоял, смущенно улыбаясь. Ну что в этом такого? Что в ковре из сине-черных роз? А в свечах, расставленных по всем поверхностям? Что невероятного в пропитанном сотнями ароматов, воздухе? Что такого?

- Словно сотни светлячков… Мана, это потрясающе…
- Ты всегда умел говорить красивые слова. Давай кушать?

Гакт послушно сел за стол напротив Маны.

- Пить сутра – плохая привычка. – усмехнулся он.
- Мы чуть-чуть. За нас.
- Маночка, я не знал, что ты такой романтик…
- Ты многого обо мне не знал.
- А теперь узнаю?
- А что теперь?
- Ну… теперь… - он запнулся. Он боялся говорить эти слова, но… - Теперь ведь мы вместе?
- Верно. – теплая улыбка. – Понемногу мы узнаем друг друга.
- Обязательно. – Гакт тоже улыбнулся.
- Мм, а можно вопрос?
- Можно.
- Ты, когда сюда ехал… ну, если бы я не открыл?
- Я знал, что ты откроешь.
- Откуда?
- Просто… если бы я ничего для тебя не значил, то ты бы не уехал.
- А в чем связь?
- Думаю, ты бы открыл человеку, который для тебя что-то значит.
- Верно. А если бы я не открыл?
- Я бы ночевал у тебя под калиткой пока ты бы не сжалился и не пустил меня. – улыбнулся Гакт, а Мана рассмеялся.
- Чудо ты…

- Мана?
- Мм?
- Я устал.
- Пойдем спать?
- Хм… а давай не пойдем в спальню! - улыбнулся Гакт.
- Почему?
- Я хочу, чтобы ты мне ее показал, а у меня сейчас нет на это никаких сил. Давай останемся в гостиной?
- Камуи, ты такой ребенок! – улыбнулся Мана и, взяв Гакта за руку, повел в гостиную.
- Мана?
- Мм?

Гакт остановился, останавливая и Ману. Он подошел к нему и снова обнял. Так крепко, как только мог. Но так бережно и трепетно… Постояв так немного, они, не сговариваясь, отстранились друг от друга и пошли в гостиную. Там они прямо в одежде увалились на диван. Гакт устроился у Маны под боком, прижавшись к нему всем телом, и блаженно прикрыл глаза.

- Спи, мой хороший, спи… - Мана ласково перебирал светлые волосы, пока Гакт не уснул. Вскоре, убаюканный мерным сопением вокалиста, уснул и он.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:17 | Сообщение # 9
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 19.

- Кози, здравствуй. Это Гакт. Да-да, не удивляйся, я по делу. Да. Так вот, я сейчас во Франции… да, Кози, нашел. Да. Так, ты меня слушаешь? С кем ты там? В клубе? Слушай, мне нужно чтобы ты нашел моего гитариста – Чачамару и передал ему кое-что. Сможешь? Почему ты? Ну, потому что ты. Кози, чем скорее – тем лучше. Записывай адрес.

Гакт улыбался, пока разговаривал с другом. Конечно, его просьба была очень специфичная и практически безумная, но у Кози просто не оставалось выбора, поэтому он согласился.

Закончив разговор, Гакт вернулся в гостиную, где все еще спал Мана.

- Соня моя… - ласково пробормотал блондин, садясь на край дивана.

Всю ночь они ютились вдвоем на неудобном диване, но им не было тесно или жарко или еще что-то… эта чрезмерная близость делала их еще роднее, ближе… она помогала.

- Просыпайся, Мана. – он нежно провел рукой по синим волосам. Снова перекрасился. А он вчера и не заметил. – Мана… Маночка… уже утро. – он легонько дергал за шелковые синие пряди. – Манабу… Какой же ты красивый… - тихий шелест, мягкий поцелуй за ушком, мочка, щека, скула, губы… - Просыпайся. – нежные поцелуи один за другим, сонная улыбка – «будильник» подействовал.
- Доброе утро.

Вместо ответа последовал ласковый поцелуй в губы, Мана с удовольствием ответил на такое приветствие.

- Правда, красивый? – с хитрой улыбкой спросил Мана, как только он отстранился.
- Ах ты!.. Так ты не спал?! – возмутился он. Мана рассмеялся. – Зараза! – совсем беззлобно, даже с некой нежностью.

Снова поцелуй. Еще и еще. Один за другим. Прохладой длинных пальцев по горячей коже, мягкостью синих перьев по выгнутой шее… внимательный взгляд синих линз.

- Ох, снова? – разочарованный шепот.
- Прости. – улыбка. – Сейчас сниму.

Гакт сел на диване. Мана, до этого сидевший у него на животе, непроизвольно лег на спину. Гакт послушно снял линзы и уже собирался положить их на чистое блюдце, удобно стоявшее на кофейном столике, но Мана не дал ему этого сделать. Он выдернул их из руки Гакта.

- Гакуто, они меня раздражают! – недовольно поджав губы, Мана с, непонятно откуда взявшейся злостью, швырнул их куда-то за спину. Гакт, которого такое отношение к его вещам должно было разозлить, лишь улыбнулся.
- Надо же… - с улыбкой пробормотал он.
- Что? – все еще недовольно.
- Каким ты бываешь.
- А каким я бываю? – раздражение понемногу вытеснял интерес.
- Ну, таким… - Гакт поцеловал тонкую кисть руки. – Диким. – внутреннюю сторону локтя. – Страстным. – плечо украсил яркий засос. – Необузданным. – плавная линия, проведенная языком вдоль шеи. – Несдержанным. – жадный поцелуй в губы, не менее страстный ответ.
- Тебе не нравится? – скорее, с беспокойством, нотками волнения.
- Это заводит. – Гакт не мог прекратить покрывать поцелуями еще не отошедшее полностью ото сна тело. – Ты… такой нежный, ласковый, мягкий… и вдруг такая категоричность, жесткость, жестокость… это по-настоящему возбуждает. – Гакт похотливо провел язычком по разрезу красивых губ Маны.

Ох, эти губы… против них не было никакого противоядия. Такие красивые… одна эта необычная форма уже чего стоила! Такие острые уголочки, такая глубокая ямочка… а сами такие тонкие! Зачем ты их искусственно увеличиваешь? Я этого никогда не понимал. И сейчас, целуя, наслаждаясь этой их идеальностью, я безумно радовался тому, что ты не накрашен. Я люблю тебя настоящего. Без масок, без грима, без стенок… люблю? Я? Тебя? Нет, ну какая любовь? Да, меня влечет к тебе, да, ты мне нравишься, да, я не могу без тебя… но, черт, это же не значит, что я люблю тебя!

- Что такое? – снова беспокойство в твоем голосе. Я сам не заметил, как в процессе раздумий, прекратились и действия. Черт, только этого не хватало!
- Ничего, Маночка, все хорошо. – мотнул я головой, чуть улыбнувшись. Я потом подумаю о своих чувствах к тебе. А пока давай продолжим. – Мм, так на чем мы остановились?
- На том, что ты похотливый извращенец. – улыбнулся ты.
- Да ладно, не верю! – усмехнулся я.
- Не веришь?
- Неа. Докажи. – я сел на край дивана, даже не прикасаясь к тебе.
- Хм… доказать? Что ж, раз ты настаиваешь…

Абсолютно неожиданно для Гакта, Мана всем телом навалился на него, чуть перегнув через подлокотник. В светлой блондинистой голове все сразу встало вверх ногами. Он попытался поднять голову, но страстный поцелуй, припечатанный в область подбородка, не позволил этого сделать. Будет засос, однозначно. Синие пряди падали на лицо, пока маленькие губы терзали изогнутую шею. Черт, ну вот откуда в нем взялся этот дьявол?! Гакт чуть приоткрыл пересохшие губы, чтобы набрать воздуха, но его рот тут же оказался заткнутый властным поцелуем.

Жарко. Что за?.. Он ведь всего-навсего целовал! Всего лишь губы, а у меня уже такая реакция…

Ох, зря я подумал про всего лишь губы…

Почти в то же мгновение я не смог сдержать резкого вздоха. Проникнув под белье, ледяные пальцы совсем невесомо коснулись моего органа. По телу тут же пробежалась орда мурашек. Черт, Мана!..

Я не заметил, когда оказался раздетым… может, я был вообще где-то не здесь? В параллельной вселенной? В Нирване? В реальность меня вернул лишь мягкий ротик, обхвативший плоть. И снова я сжался, судорожно ловя ртом воздух. Лед пальцев и пламя губ… Мана, твое тело идеально подходит тебе. Холодный снаружи, горячий внутри. Мана…

Да, Гакт явно недооценил Ману. С его губ слетал стон за стоном, мышцы то сокращались, то расслаблялись, воздуха было то слишком мало, то чересчур много… Это однозначно нужно было прекращать, иначе он сгорит к чертовой матери.

Резко увалив Ману на спину, Гакт в одно мгновение лишил его одежды и тут же, резко… совсем без подготовки, глубоко… до самого основания, вошел в него. То ли Мана вскрикнул слишком громко, то ли все чувства Гакта были настолько обострены… но, испугавшись, он замер на несколько мгновений, позволяя Мане, которого как будто окатило волной боли, отдышаться.

Синие пряди, прилипающие к мокрому лбу, зажмуренные глаза, подрагивающие губы… Мана…

- Прости… черт, я идиот! Прости, пожалуйста, прости! Сильно больно? - быстро шептал Гакт срывающимся голосом Мане на ушко. – Мана… Маночка, прости… - крайне осторожно, медленно, аккуратно Гакт вышел из напряженного тела. – Прости…
- Тсс, все в порядке. – слабая улыбка. Конечно же, он врал! Гакт видел, как больно ему было… он знал, что так будет, но ничего не мог с собой поделать. – Так что, я доказал?
- Чудо ты мое… - вздох облегчения, мягкая улыбка, нежное объятие. – Прости меня.
- Ничего, Гакуто, я сам виноват. Я не говорил тебе, что ты… - он смутился, даже чуть отвернулся, пряча лицо.
- Что?
- Ну… - Мана закрыл лицо ладонями. – Первый.
- Первый? – Гакт совсем ничего не понимал. Что значит «первый»?
- Да. Первый мужчина. – тихо. Все-таки, он жутко стеснительный, когда дело доходит до честных откровений.
- Черт… - до Гакта, кажется, дошло. – Ну, точно идиот!.. – растерянный взгляд скользил по лицу Маны, сколько эмоций в нем сейчас было! Сожаление, раскаяние, вина… такими искренними они уже очень давно не были. Даже когда Гакт приехал во Францию просить прощения.
- Гакуто, все в порядке. – теплая улыбка. – Все хорошо.

Гакт ожидал всего, чего угодно, но уж никак ни этой улыбки. Никак ни нежного поцелуя. Никак ни быстрой суеты в районе своего паха. Поняв, чего хочет добиться Мана, Гакт улыбнулся.

- И все тебе мало.
- Дело нужно доводить до конца.
- Ох, какое важное дело. – улыбка, но тут же тихий вздох. Мана наконец-то разобрался, что к чему и плавно вошел в его тело.

Осторожные, нежные, ласковые толчки… приглушенные поцелуем стоны… столько нежности, столько тепла…

Мана сводил Гакта с ума. Этой его мягкостью. Абсолютно не та сценическая кукла. Совсем. Это был его, и только его Мана. Маночка… только Гакт мог видеть, знать его таким. Только. Во всех движениях, действиях, жестах сквозит его неземная осторожность, трепет, невинность… даже соблазняя Гакта, он оставался ангелом. Так мог только он. И это пленяло, манило, завораживало.

Глава 20.

- Юкихиро Фуджимура. - я приоткрыл дверь в репетиционную. YFCz почти в полном составе стояли около своих инструментов. - Можно Вас на минутку. - не дожидаясь ответа, я снова вышел в коридор.

Конечно, Гакт просил приехать как можно раньше... вот я и приехал. Утром. Через минуту из-за двери показалась светлая голова гитариста.

- Доброе утро, Кози-сан. - блондин улыбнулся мне. - Чем обязан?
- Меня прислал Гакт с просьбой... - я замолчал.

Хочу ли я выполнять эту просьбу? Как-то не особо... но, если это надо Гакту... он бы не стал просить просто так.

- С какой просьбой? - ох, какой же он нетерпеливый!
- Обучить Вас. - я улыбнулся.
- Обучить? - он был удивлен.
- Да, партиям гитары Malice Mizer.
- Зачем? - вот теперь он был в шоке.

Бинго! Гакт, ты был прав.

- Гакт-сан не объяснил. Сказал только, что Вы должны их знать.
- Но я же и сам могу...
- Я ответил так же. Но Гакт-сан считает, что обучение от самого участника Malice Mizer пойдет Вам на пользу больше, чем тупое заучивание нот и аккордов. - я цитировал Гакта. Только он мог назвать обучение, каким бы оно не было, тупым.
- Хм... Хорошо. - неожиданно быстро согласился гитарист, да еще и с улыбкой!

Ох, яблоко от яблоньки... нахалы.

- Вот и отлично. - я тоже улыбнулся. - Вторник, четверг и суббота. - я протянул ему листок со своим адресом. - По этому адресу в шесть вечера. С гитарой и без опоздания. - я улыбнулся. - До вечера. - я развернулся и пошел к лестнице.

Сегодня была суббота, после вчерашнего клуба я еле встал. Вот сейчас отосплюсь и к вечеру буду как огурчик. Я усмехнулся.

Юкихиро Фуджимура... За что ж, интересно, Гакт тебя так любит? Хороший гитарист, не спорю, но, чтобы просить меня учить тебя музыке нашей бывшей группы... Хм...

Я завел будильник на четыре часа и со спокойной душой лег спать.

***

- Мана... - Гакт тихо позвал покоившегося на его груди мужчину. - Маан... Маночка...
- Мм? - тот приоткрыл один глаз.
- Вот хитрюга. - оба улыбнулись. - Маночка...
- Да, Гакуто?
- Нет, ничего. Просто мне нравится тебя так называть.
- А мне тоже нравится, когда ты меня так называешь. - он блаженно потерся носом о плечо блондина. - Не обрезай больше волосы, хорошо?
- Хорошо. - с улыбкой, Гакт запустил пальцы в синие перья. - Птичка моя родная... Маночка...
- Камуи! - Мана смущенно улыбался, пряча свое лицо на груди у Гакта.
- Такой хороший... - ласковый поцелуй в макушку.
- Черт, прекрати издеваться!
- И в мыслях не было. Просто у меня прилив нежности. - он ласково перебирал волосы гитариста.
- Вообще или именно ко мне?
- Только к тебе, хороший мой. - он потянулся к губам Маны и легко поцеловал. - Хорошее утро, правда?
- Очень хорошее. - подтвердил он, закрывая глаза.
- Мана... Маночка...
- Мм?
- А я тебя... - он осекся. Снова его душу одолели сомнения.
- Гакуто? Что ты хотел сказать? - внимательный, крайне серьезный взгляд, волнение.
- Я тебя обожаю. - Гакт улыбнулся, ласково поцеловал Ману в носик и крепко-крепко обнял, прижал к себе изо всех сил.

***

Звонок. Еще один. И еще.

На пороге показался хозяин дома в халате, лохматый, сонный.

- Привет. - я улыбнулся.
- Ох, добрый вечер. Проходите, Чача-сан. - он посторонился, пропуская меня внутрь. - Простите меня, я немного проспал... - виноватая улыбка.
- Ничего страшного, это я пришел раньше.
- Ну, проходи пока... Можно же "на ты"? - смущенная улыбка.
- Да-да, конечно.
- Ну, осмотрись, а я приведу себя в порядок. Хорошо?
- Конечно. - я улыбнулся, он ушел куда-то наверх. Наверное, в спальню.

Небольшая двухэтажная квартира, каких было миллионы по всем районам. Обустроена просто и даже скромно, но, несомненно, со вкусом. Я бы даже сказал, с особым вкусом.

Книги, он был очень начитан, умен. Ноты - виртуоз, цветы? Забота? Хм, интересно...

Осмотр мой был оборван появлением хозяина.

- Скромно, знаю. - улыбаясь, он спускался по лестнице.
- Зато со вкусом. - я посмотрел на него снизу вверх.

Джинсы, рубашка, собранные в хвост, волосы... самый обычный мужчина. Так и не скажешь, что это Кози - неподражаемый гитарист великих Malice Mizer.

- Предлагаю начать занятия во вторник, а пока выпить за знакомство. Не против? - он достал из серванта бутылку вина.
- С удовольствием. - о, да, выпить я никогда не против.
- Присаживайся. - он указал на диван, а сам сел в кресло.
- Как долго будут длиться наши уроки? - поинтересовался я, наблюдая, как Кози разливает вино по бокалам.
- Пока не вернется Гакт, а потом - не знаю.
- А когда вернется Гакт?
- Тебе уже не терпится со мной расстаться? - усмешка.
- Нет, что ты! - поспешил заверить я. - Просто...
- Где-то месяц. - перебил он меня.
- Мм, вот как... - я задумался.

Развлекаешься там со своей куклой? Ну и черт с тобой!

- Расскажешь мне о Malice Mizer? Зачем мне знать ваши партии?
- Я не знаю, Гакт не объяснил мне.
- Ох, ну, он как всегда. - я улыбнулся. - И все же, почему вы распались? Такой успех, такая популярность и вдруг... Бабах.
- Чачамару! - Кози засмеялся. - Вот тебе оно надо?

Хм... определенно, нет. Я улыбнулся в ответ и откинулся на спинку дивана. Стал изучать его.

Красивая улыбка, яркие глаза, ухоженное лицо, волосы, гладкая кожа, тело... хм. Он довольно красив на лицо, а вот тело - загадка. Так, стоп! Чего это я? Ох, я снова пьян... И никогда ведь не был пятикапельным, но в последнее время что-то со мной не то. Интересно, а как быстро пьянеет он?

Изящные пальцы снова обхватили холодное стекло, кисть изогнулась, поднося бокал к губам. Непроизвольно я повторил этот жест.

- Вы с Гактом очень близки. - глубокомысленно изрек он, отставляя бокал на гладкую поверхность столика.
- Мы друзья. - как-то слишком резко ответил я, осушая залпом бокал. Я старался максимально аккуратно поставить свой бокал, но все равно получилось чересчур громко. Что за черт?!
- Ну, я знаю эту версию. – совсем невинная улыбка. – Ты всегда такой нервный?
- Нет. Только по вечерам в субботу. – я не то, чтобы был зол или раздражен… но тема Гакта и наших с ним отношений была мне не приятна. Наверное, для него тема Malice Mizer была тем же самым.
- Вы бы никогда не были вместе. А если б и были, то несчастны.
- Что ты такое говоришь?
- Нуу… - он немного покраснел. Я заметил, что Кози, не смотря на всю свою экстравагантность, очень стеснительный. Хотя, на тему наших отношений он говорил достаточно спокойно. Какой-то он странный. – Просто Гакт и Мана… мне всегда казалось, что они просто созданы друг для друга. Оба лидеры, любят себя, любят музыку, схожи в характерах… если между ними пробежит кошка, они спокойненько разойдутся по углам, поубиваются немного, а потом все снова будет хорошо. Несмотря на их скрытость, они очень эмоциональные и если доверяют человеку, то это однозначно. Я не знаю, как еще тебе объяснить это… но Гакт тебе не пара, однозначно.

Я сидел и молча переваривал услышанное, пока Кози разливал новую порцию вина.

- А кто тогда мне пара?

Конечно, я вел себя как маленький мальчик, жаждущий отношений, адреналина и всего прочего в этом духе. Но, да. Сейчас мне нужна была частичка другого человека. Зачем? Чтоб забыть и отпустить Гакуто? Черт, как-то пафосно звучит. Слишком.

- Ты очень нежный и ранимый, добрый. Тебе нужен кто-то, кто будет понимать твои шутки, твои новые идеи… ты ведь любишь новое? Еще ты не привык к проблемам, поэтому тебе нужен такой же добрый человек, способный поддержать, помочь. А еще твои отношения с гитарой, вообще с музыкой. Тот человек не должен ревновать.

А ведь правду говорит… психолог, что ли? Или… такой же, как я?

- А ты такой? – я попробовал сделать так, чтобы это прозвучало как шутка. Вроде, получилось, потому что Кози рассмеялся.
- А я не завожу отношения с незнакомцами. – улыбался ты. Конечно, смех смехом, но и тут ты оставался собой. От меня не скрылся легкий румянец. Я улыбнулся. – Ладно, Чача-сан, тебе пора. Уже поздно.

Я послушно поднялся с дивана и вышел в коридор, он вышел вслед за мной.

- Рад был знакомству.
- Взаимно.
- До вторника, Кози-сан. – я взял гитару и вышел из квартиры.
- До вторника.

Дверь закрылась, а я пошел домой.

Кози-сан… Ты интересный человек. Все-таки, хорошо, что Гакт попросил тебя.

Глава 21.

Прошло около трех недель.

Чача занимался с Кози гитарой, правда, их занятия потеряли всякий график. Они встречались чуть ли не каждый вечер. Учились, расслаблялись… Их отношения от уровня «слышал о тебе», миновав уровень «учитель-ученик», поднялись до «приятели, товарищи».

Кирики привлекал Чачамару своей положительной энергетикой, открытостью, добротой… Однако, Фуджимура иногда просто не мог понять логику своего «учителя». Почему он делал именно так, когда можно сделать совсем немного по-другому, но добиться большей идеальности звука. Но Чача не спорил и не поправлял, ссылаясь на специфику музыки Malice Mizer, или же успокаивал себя тем, что Гакт бы не присылал бы Кози в качестве учителя, не будь он уверен в нем.

Хотя, если посмотреть с другой стороны, речь шла не об обучении игры на гитаре, а о гитарных партиях в музыке Malice Mizer. Поняв это, Чачамару решил, что менять свою манеру и технику игры ему совсем не обязательно. Вот тогда-то у них и начало что-то получаться.

После очередного, кстати, очень продуктивного, занятия они решили немного выпить, расслабиться. После второй бутылки вина, пошли философские темы о жизни, любви и прочей белиберде.

- Вот, я считаю, что жить без любви невозможно. Каким бы черствым сухарем ты бы не был, обязательно найдется кто-то, способный растопить твою ледяную душу.
- Чаченька, как так можно? Ты же практически считываешь мои мысли!

Они рассмеялись.

- Да, мы с тобой очень похожи.
- Ага, я тоже заметил.

Чачамару протянул руку вперед и легким движением пальца убрал капельку красной жидкости из уголка губ Кози.

- Спасибо. - Кози улыбнулся и сел глубже в кресле. Он снова смутился.

Чаче, за время их общения, даже начало нравиться, когда щеки гитариста покрывал легкий румянец, а губы растягивались в смущенной улыбке. Тогда в его глазах поселялся непонятный огонек, который дико привлекал. И сейчас, наблюдая за тем, как Кози смущается, Фуджимура не мог сдержать улыбку.

- Чач? - позвал он.
- Мм?
- Я пьяный.

Чача снова улыбнулся.

- А хочешь, я сыграю тебе мелодию. Я совсем недавно сочинил. Ее слышали уже Гакт и Мана, я хочу, чтоб услышал и ты.
- Хочу.

***

- Она прекрасна... давно я не слышал такой чувственной композиции, да и игры тоже. Ты восхитительный гитарист!
- Тебе понравилось?
- Очень. - он снова улыбнулся.
- Ты такой стеснительный. - пробормотал Гакт.
- Это плохо? - Кози еще больше смутился.
- Мне нравится.

Кози продолжал смущаться. Казалось, он готов был провалиться под землю. Ну, или хотя бы на этаж ниже, к соседям. Они бы, наверное, обрадовались.

- Кози? - тихо позвал его блондин.
- Да?
- А что ты думаешь о быстрых отношениях?
- О чем ты?
- Ну, к примеру, секс без обязательств.
- Меня больше чувства привлекают.
- Кози?
- Да?
- Я хочу тебя поцеловать. - Кирики молчал. - Можно? - тишина.

Не разрешает... А серьезно, с чего я решил, что можно? Что он этого хочет? Снова я себе проблем лишних наделал... Нда, не везет мне в отношениях.

Что-то теплое, мягкое, слегка подрагивающее... Кози целовал его.

Но, почему? Он же... ай, да черт с ним!

Осторожно, чтобы не спугнуть, Чача стал отвечать. Легкий, не продолжительный, ни к чему не принуждающий и не обязывающий поцелуй. Кози быстро отстранился.

Так как на улице уже стемнело, а свет они не включали, Чача не увидел, как сильно он покраснел.

Для Чачи же, этот поцелуй был почти как дружеский. Разве что, немного при иных обстоятельствах, в другом контексте. Только вот, что за контекст такой? Чача же, вроде, Гакта любит? Тогда к чему это «можно поцеловать»? Но Фуджимура не чувствовал себя не правым или не в своей тарелке… он даже не запутался, как это обычно бывает с людьми в подобных ситуациях.

- Что-то мы засиделись. Тебе пора.
- Можно я сегодня у тебя останусь?

Кози совсем растерялся.

- Зачем?
- Я не хочу домой идти.
- Ну ладно. - со вздохом согласился он.
- Спасибо. - Чача улыбнулся.

Чача отказался от комнаты для гостей, поэтому Кози постелил ему на диване. Пожелав доброй ночи, он отправился в свою спальню, намереваясь немного почитать на ночь и уснуть. Но сосредоточиться никак не получалось, да и сон не шел. Хотелось пить. Но идти утолять жажду… там спал Фуджимура. Вдруг проснется?

Укутавшись в халат, Кирики вышел на балкон, достал сигарету, закурил. Темно. По всему небу рассыпаны холодные бледные звезды. К чему был этот поцелуй? Почему Чача захотел? Почему Кози поцеловал? Да они же знакомы всего-ничего!

Кози провел свободной рукой по волосам, убирая их назад. Краем глаза он заметил на другом балконе какое-то движение. Это Чача тоже вышел покурить? Вроде, он… но дыма больше нет. Докурил уже? Ладно, раз он не спит, то можно пойти попить.

Потушив сигарету, Кози зашел в дом, спустился на первый этаж в гостиную. Взгляд на диван – спит. Как же тогда? Что это только что было? Он решил это не выяснять, прошел на кухню, попил, наполнил стакан еще раз, чтобы взять с собой в спальню. Проходя мимо спящего гостя, он все же не удержался. Тихо обойдя диван, он присел на корточки перед лицом Чачи. Спит. Может там, на балконе, просто показалось? Хм… такой спокойный, расслабленный…

Поправив сползшее одеяло, Кирики ушел в спальню.
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:18 | Сообщение # 10
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 22.

Заказав такси, Мана с Гактом поехали в аэропорт. Водитель был несколько удивлен, когда у парочки не оказалось никаких вещей, но они доходчиво объяснили, что это, как говорится, не его ума дело. До аэропорта добираться было примерно часа полтора, поэтому, не обращая никакого внимания на взгляд сквозь зеркало заднего вида, Мана удобно улегся на диване, положив голову Гакту на колени. Тот ласково перебирал мягкие синие пряди, смотря в окно.

- О чем задумался? - поинтересовался Мана.
- Да так, ни о чем, что стоило бы твоего внимания, моя принцесса. - он перевел взгляд на Ману и нежно улыбнулся.
- И все же?
- Думаю о Чаче с Кози.
- Интересно, как они там вместе уживаются. - усмехнулся Мана. - И как тебе могло такое в голову прийти?
- Да сам не знаю. Какой-то порыв. - Гакт снова улыбнулся. - Надо позвонить, сказать, что мы уже едем. - он достал из заднего кармана телефон, вызывая своими телодвижениями возмущение у Маны. Он набрал номер и примирительно поцеловал своего друга в носик. Гудки… - Не берет. Странно.
- Ну, может, не слышит? Гитара, все-таки не такой уж и тихий инструмент. - Мана чуть приподнялся, обняв Гакта за шею, притянул к себе и поцеловал в губы. Краем глаза Гакт заметил шокированный взгляд водителя и чуть отстранился. - Мы поменялись ролями? – попытался угадать Мана.
- Да. А с каких это пор тебе плевать на свою репутацию?
- С тех самых, как связался с тобой. - Мана снова поцеловал его, более жестко и требовательно. Гакт с удовольствием ответил.

Вот так они доехали до аэропорта, расплатились с водителем, который был безмерно рад распрощаться с голубками.

Только сейчас они заметили, что на улице все белым-бело. Выпал снег. Осенью. Это же вообще! Они поспешили забежать внутрь и купить билеты. Этих двух совершенно не волновало, что билеты бронируются заранее.

- Два билета в Японию на ближайший рейс. - попросил Гакт возле кассы.
- Я сожалею, но из-за снежной бури все рейсы на ближайшие три дня отменены.
- Как так? - в окошко влез Мана. - Что значит отменены? Там же всего-навсего небольшой снежок! Где вы бурю увидели?
- Маночка, дорогой мой, в окошко посмотри. - елейным голосом промурлыкал Гакт. Мана медленно повернулся к большому окну.
- Ни черта себе... - выдохнул он. - И что нам теперь делать?
- Остаемся, значит, еще на три дня. - Гакт улыбнулся, приобнял Ману за талию и повел к выходу. - Ой, я забыл! - спохватился блондин на улице.
- Что?
- Стой здесь, я сейчас. - он пошел в сторону здания, а Мана отвернулся в поисках такси.

Вдруг в его спину что-то ударилось, Мана вскрикнул, скорее, от неожиданности, повернулся... и почувствовал еще один удар в бедро. Гакт, сидя на корточках метрах в двадцати от него, лепил третий снежок, который вскоре встретился с плечом Маны.

- Эй, какого черта ты творишь?! - воскликнул он. Гакт рассмеялся.

Этот смех вывел гитариста из себя. Он присел, вылепил большой снежок и кинул в Гакта. Снежок попал прямо в блондинистую голову Камуи, он, потеряв равновесие, упал на землю. Перепуганный Мана со всех ног бросился к нему к нему. Он присел рядом и тут же оказался на снегу, поваленный смеющимся Гактом.

- Как ты меня перепугал! - возмущался Мана, пока Гакт садился на его ноги, закидывая снегом. - Эй, ты меня слышишь?! Гакуто! Ай! - он рассмеялся, Гакт щекотал его сквозь пальто. - Прекрати! - он стал кидать в него снегом. - Что ж ты за человек такой?! - он повалил Гакта на снег, забираясь сверху. - Ты подлый, хамовитый, бессовестный и... и вообще сволочь!
- Я тебя тоже очень люблю, Маночка.

Услышав такое заявление, Мана на секунду замер, а потом вдруг улыбнулся.

- И все равно ты сволочь! - он снова загреб снег в ладонь, готовясь кинуть в Гакта, но тот резко притянул его к себе и поцеловал. Грубо, жестко, настойчиво, но потом все нежнее и ласковее, мягче.

- Маночка... - Гакт крепко прижал его к себе. - Мой самый хороший, самый родной, самый обожаемый.
- Гакуто?
- Мм?
- Я люблю тебя. - тихо, но без робости или страха. Чистосердечное признание. Простое, без пафоса, но...
- Я тоже себя очень люблю. - добрая усмешка.

Снова поцелуй. Вот так вот лежать на снегу возле аэропорта и самозабвенно целоваться. И плевать, что он не сказал, что любит. Мана знал, что Гакт чувствует к нему что-то сильное и теплое, а слова - это просто слова. А прохожие, одни смотрящие с неодобрением, другие - с умилением... да и на них плевать!

- Моя королева. - Гакт ласково покрывал лицо Маны поцелуями, а он не обижался на то, что к нему обращались, как к девушке. - Маночка...
- Гакуто?
- Да?
- Ты не замерз?
- А ты?
- Я - да. - он улыбнулся, немного виновато. А Гакт сразу же поднялся, помог встать Мане.
- Прости. - ласковый поцелуй в висок. - Давай снимем номер где-нибудь неподалеку?
- Давай.

Взявшись за руки, прямо как влюбленная пара, все в снегу, мокрые и холодные, но безмерно счастливые, они направились на поиски гостиницы.

***

- Согрелся?
- Чуть-чуть.
- Хм... как же тебя согреть?.. - Гакт задумался.
- А пойдем в ванну? Горячие струи, теплый пар... мм?
- Запрешься, и не будешь пускать?
- Дурак, зачем мне запираться, если я сам зову тебя с собой! - он рассмеялся.
- Да? Правда? - удивление. - Пойдем! - Гакт подскочил с дивана и потянул за собой Ману.
- Ай, подожди! Дай, кружку поставлю. - он поставил кружку на столик и тут же был стянут с дивана.

Смеясь, они ввалились в ванную комнату, Гакт повернул защелку, Мана открутил краны с водой и, уже в который раз за день, получил чем-то в спину. Это была мочалка. Улыбнувшись, он кинул ее назад Гакту, тот ловко словил.

- Ну что за привычка такая, швыряться чем попало?

Гакт виновато улыбался, хотя, это ведь яснее ясного - ему абсолютно не было стыдно.

Ванна наполнилась водой. Гакт, подойдя к Мане со спины, стал развязывать махровый пояс халата.

- Гакуто, я и сам могу. - улыбаясь, проговорил тот.
- Да ничего ты не можешь. - проворковал Гакт ему на ушко.
- Ничего подобного. Могу тебя соблазнить. - хитрая усмешка озарила лицо Маны.
- Ну, ты собираешься в воду? - сменил тему Гакт, Мана рассмеялся, скидывая ему под ноги халат и послушно переступая бортик, забрался в воду. Гакт незамедлительно последовал его примеру.

Они лежали валетом, молча смотря, любуясь друг другом, пока Гакт не заметил...

- Твоя краска!
- Что? - вокалист засмеялся. - Да что ты?
- У тебя краска сходит.
- Где?! - Мана опустил голову. Вода постепенно окрашивалась в голубой. - Черт! - он смотрел, как с волос капают синие капли. Гакт в это время дотянулся до шампуня и щедро вылил на голову Маны.- Эй! - он резко закинул голову наверх. - Да что ж ты за человек-то такой?! Вечно издеваешься, подкалываешь, смеешься! Ты любишь и заботишься только о себе! Ужас! - он замолчал, поняв, что своими словами мог обидеть Гакта.
- Не только.
- Что? Не только любишь и заботишься? Что еще?

Глава 23.

- Не только себя.
- Да ну? - я был удивлен.
- А кого еще? - а как же я? Неужели у тебя есть кто-то? Но зачем же тогда ты приехал?.. я молча смотрел на улыбающегося тебя. Ты подвинулся вперед и крепко прижал меня к себе.
- Какой же ты глупый. Хороший мой, родной мой.
- Не уходи от ответа. - недовольно пробурчал я, невольно прижимаясь к нему. - Кого ты там любишь? Или что там еще?..
- Маночка, ну кого я могу любить кроме тебя. Милый мой, глупый мой. Тебя я люблю. И только тебя. Неужели ты не понял еще?
- Ты никогда не говорил…
- Глупый, это ведь только слова. - он крепко меня прижимал к себе, а я не мог сдерживать счастливую улыбку. Любит...
- Зато, какие слова.
- Родной мой, любимый... - он ласково поцеловал меня в макушку, а потом…

А потом я проснулся. Его не было рядом. Я обнимал подушку. Я резко сел. Где же ты? Ушел?..

***

Разговор в ванной до логического конца так и не дошел, слишком уж я увлекся самим, собственно, концом. Нет-нет, ничего пошлого. Обнимания, ласкания, поцелуи… все абсолютно прилично. Потом мы пошли спать, Мана уснул почти моментально, а мне еще долго не давала покоя фраза, которую он шепнул мне перед сном…

- Все равно я рано или поздно узнаю, кто это занимает твое сердце, что ты не можешь сказать даже мне, своему любовнику.

Скоро он уже крепко спал в моих объятьях, а я, аккуратно высвободившись, поднялся с кровати. Мана тут же крепко обнял подушку – не заметил подмены. Я улыбнулся, нашел свои сигареты и вышел на балкон.

Я облокотился о перила, подкурил. Что же не давало мне покоя? То, что я не знал, что чувствую к Мане или то, что он назвал себя моим любовником?

Так, проблема, разложенная по полочкам, перестает быть проблемой!

Мне нравится с ним быть, проводить вместе время, мне хорошо с ним, плохо без него, я люблю целовать его губы, перебирать волосы, смотреть в его искренние живые глаза... Мысль о том, что Мана так… ТАК может смотреть на кого-то еще… она не просто раздражала, она бесила. Он просто не может смотреть таким взглядом на неизвестно кого! Этот взгляд принадлежит только мне.

Дьявол!.. Я глубоко затянулся. Снова это тупое чувство собственности. Но Мана… он, кажется, не против быть моим… только моим. Мысль об этом натолкнула на другую… но, нет! Я не могу просто любить его тело! Я люблю его душу! Да. Он очень добрый, нежный, ласковый, романтичный, открытый, ему для любимого человека ничего не жалко… по крайней мере, именно такой он со мной. Но, смогу ли я принадлежать только ему? И смогу ли любить всегда? Стоп, что это я только что сказал? Люблю тело… люблю душу… Выходит, я люблю Ману. Значит, мы не просто любовники!

Я улыбнулся, сбивая пепел в пепельницу. Но что-то в душе стерло эту улыбку. А я все не мог понять, что именно.

Я достал из кармана халата телефон, просто чтобы чем-то себя занять. «Чаченька». Я наткнулся на это имя после того, как прошел пару уровней какой-то совершенно тупой игры, перечитал несколько сообщений – их Мана присылал мне, когда я ходил в магазин несколько раз, я улыбался. Здорово. Потом я зашел в журнал звонков и уже там встретился с номером друга. Не задумываясь, я нажал кнопку вызова. Снова бесконечные гудки. Чем же можно заниматься полдня?! Я раздраженно швырнул телефон на уличный диванчик у стенки, а потом вспомнил о разнице во времени, но поднимать телефон все равно не стал. Вместо этого подкурил еще одну сигарету.

Я резко развернулся, когда теплые руки неожиданно обвили мою талию. Мана… он испуганно отпрыгнул от меня. Я улыбнулся.

- Прости, не хотел тебя напугать.
- Это ты прости. Я забыл, что ты нервный. – он снова обнял меня, а я его, в ответ.
- Вот же зараза. – я улыбнулся.
- Я боялся, что ты ушел. – тихо признался он.
- Ну что ты… хороший мой, куда же я уйду от тебя. – я улыбнулся. – Глупенький. – я крепче прижал его к себе. Он резко выдохнул. – Что такое?
- Нет, ничего. – улыбка. Моя любимая. Черт, снова эта любовь… - Просто сон вспомнил.
- Мм, что за сон? – я зажмурил глаза. Я обязательно разберусь в своих чувствах к тебе, Маночка, обещаю.
- Нельзя рассказывать. – слышу по голосу, да, ты улыбаешься. Целую в макушку. – Пойдем в постель? Тут холодно. – не дожилаясь ответа, ты потащил меня в спальню. – Не понимаю, как ты вообще мог простоять тут неизвестно сколько и не заледенеть.

Я улыбаюсь. Глупой, счастливой, детской улыбкой.

- Маночка! – хватаю тебя на руки. – Какое же ты чудо. – кружу по комнате, а ты еле-слышно смеешься.

Какой же ты другой. Совсем не такой, как на сцене, в работе, с друзьями… там ты кукла. Мертвая и бесчувственная. А здесь… здесь ты мой самый живой, самый настоящий, самый обожаемый… мой Маночка.

Не удержав равновесия, падаю. Хорошо хоть, что на кровать.

- Оставайся таким. Ты мне очень нравишься.
- Каким?
- Честным, открытым, искренним, жизнерадостным, нежным, романтичным, ласковым… - с каждым словом я целовал его лицо.
- Прекрати! – он снова засмеялся, пряча лицо у меня в волосах.
- Не хочу тебя такого, как раньше. – я нахмурился, а ты ничего не ответил.

***

- Думаю, на сегодня все. – Кози улыбнулся, откладывая гитару в сторону. Чача последовал его примеру. – Заметил, как хорошо у нас все начало получаться?
- Да, ты хороший учитель.
- Ой, да брось. Выпьем?
- Я хочу просто чая.
- Чая? Хм, оказывается, ты не такой уж и пьяница. – он рассмеялся. – Чай так чай. Отлично.

Они пошли на кухню. Кирики включил чайник, Чача закурил, приоткрыв окно.

- Дай и мне сигарету, мои закончились. – он протянул пачку, Кози взял сигарету, подкурил и стал рядом. Стоя плечо к плечу они курили в маленькую створку окна.

Вдруг Чача выровнялся, снял со своих волос одну резиночку и легко стянул рыжие волосы Кози на затылке.

- В лицо лезут. – он улыбнулся.

Следующим действиям Кози Чача ну просто не мог найти не то, что толкового, просто никакого объяснения. Кози снял резинку, растрепав волосы, и, протянув ее Чаче, повернулся спиной. Чачамару застыл, не понимая, чего Кирики хочет.

- Завяжи. – с улыбкой попросил он, повернувшись на мгновение, потом снова отвернулся. Все еще ничего не понимая, Чача снова завязал хвост, но резинка в итоге оказалась на подоконнике. А Кози, улыбаясь, так и стоял, спиной к Фуджимуре.

Чача улыбнулся, запуская руку в густые волосы. На открытом кусочке шеи он заметил мелкие мурашки. Он запустил другую, аккуратно подергивая, сминая… он не заметил, как руки, ласкающие волосы, сменились губами, ласкающими кожу. А довольная улыбка на губах Кози – легким покусыванием. Руки волшебным образом переместились с головы на талию, прижимая спину Кирики к своей груди.

А чайник кипел, заглушая тихую мелодию телефона, доносящуюся из гостиной.

Глава 24.

Всех девушек поздравляю с праздником! Счастья, удачи и вдохновения. :)

Осторожно, так, чтобы не спугнуть, дорожка поцелуев от скулы, по шее, к ключицам и в губы. Мягко, аккуратно, ласково. И почувствовать несмелые действия навстречу.

Медленный… очень медленный поворот – теперь лицом к лицу. Руки на плечи, вокруг шеи. Глаза чуть прикрыты, язычок чуть смелее. Долгий, медленный, тягучий, как мед, поцелуй, но с привкусом сигарет.

Аккуратно, медленно, стараясь не касаться кожи, не тревожить хозяина… пальцы с леопардовым маникюром по рубашке, от пуговицы к пуговице. И другие, отчего-то более смелые, под кофту, выводя путанные, неаккуратные узоры.

- Жалеть не будешь?
- А ты?

Снова поцелуй, более смелый, жесткий, требовательный, более чувственный. Кое-как добравшись до спальни, они повалились на кровать, нетерпеливо срывая друг с друга одежду. Жадно целуя, беспорядочно переплетая тела.

Влажная дорожка из поцелуев от ушка к плечу, потом ниже, по торсу, аккуратно очерчивая языком соски, плавный контур пресса, еще чуть ниже, но резкий рывок за волосы, поднимая голову к своему лицу, страстно целуя в губы.

- У меня телефон звонит. - чуть отстранившись, прошептал Кози, потянувшись к тумбочке.
- Ну и что? - Чача выдернул из его руки мобилку и куда-то отбросил. Он не заметил, что тот разлетелся и выключился.
- Весомый аргумент. - усмешка, снова поцелуй.
- Ты такой соблазнительный... - проговорил блондин, медленно проводя пальцами от основания до головки члена Кози, заставляя податливое тело подрагивать, покрываться мурашками. Наконец-то красивое лицо налилось краской, Кирики засмущался. Ах, как долго Чача ждал этого! - Я хочу тебя.
- Снова ты заставляешь меня краснеть! Я тебе не восьмилетняя, влюбившаяся по уши в своего кумира, девчушка! - он резко перевернул Чачу, подмял под себя и абсолютно неожиданно полностью вошел в неподготовленное тело.

Чача, никак не ожидавший такого резкого вторжения в себя, не смог сдержать вскрика. Было больно. Да, давненько он не был в роли пассива.

Вдоволь насладившись его телом, уставший, можно сказать, вымотанный Кози опустился рядом на кровать.

- Не думал, что ты такой? - с легкой улыбкой сказал Чача.
- Какой?
- Такой. - Чача накрыл их одеялом и поудобнее устроился в объятиях Кирики. - Ты будешь не сильно против, если я останусь у тебя и сегодня?
- Я буду сильно против, если ты уйдешь. Но ты не уйдешь.
- Почему?
- Потому что я никуда тебя не пущу.

***

Мы лежали, обнявшись, под одеялом. Хоть было всего-то четыре часа дня, сдвинутые шторы из плотной ткани создавали приятный полумрак. Он как-то исступленно поглаживал большим пальцем мое запястье, это длилось так долго, что я уже начал волноваться за него.

- О чем задумался? - спросил я, останавливая его руку, и целуя по очереди каждый пальчик. Наконец-то он улыбнулся.
- Да вот... я тут подумал...
- Мне уже страшно. - отшутился я.
- Давай возродим Malice Mizer? - вопрос в лоб.

Я молчал, продолжая смотреть не него. Он с ума сошел... Как можно? Разве это возможно?! Ками нет. Юки, Кози... разве они согласятся? Да если и согласятся, где взять ударника? Нужно будет провести кастинги... хотя, какие, к черту, кастинги?! Если можно все решить легко и просто - взять сессионного ударника. Но все равно...

- Ты же сам понимаешь, это невозможно.
- Почему? Пожалуйста... умоляю... Давайте хотя бы последний тур, последний альбом... попрощаемся... Пожалуйста, прошу.
- Я не знаю... - я правда не знал. Мне самому этого безумно хотелось, но я не мог. Что-то останавливало.
- Маночка, ну пожалуйста... прошу... - ты прижал меня к кровати, забираясь сверху. Стал целовать мое лицо. - Прошу, Маночка... я сделаю все, что ты захочешь. Буду делать всегда! Только, пожалуйста... мне очень это нужно...

Что это он делает? Просит, умоляет, что-то обещает... зачем унижается?

Я вылез из-под него, отошел к двери.

- Я подумаю над твоей просьбой. - холодно, сухо, высокомерно... что это со мной? Еще несколько минут назад я обещал ему, что не буду таким...

Я тихо вышел из комнаты. Тогда что это такое? Почему я так себя веду? Я же могу ранить его... И ведь мне самому потом будет не слишком радостно. Я зашел в кухню, поставил чайник, засыпал в чашку кофе и стал ждать. Гакуто... родной мой и любимый. Прости меня, я не хотел тебя обидеть...

Закипел чайник. Я залил кипяток в чашку и вышел на балкон, тут же поежился от холода. Да уж... снега полным-полно. Чего это он вдруг выпал в середине осени? Я потеплее закутался в халат и сделал пару глотков кофе. Горький, даже слишком. Зато горячий, согревает.

А ведь вправду, чего я так завелся? Мне самому не раз приходила в голову идея записать последний альбом. Но я тут же отказывался от нее... да, я не хотел конца. Пока группа официально не заявила о своей «смерти», она живет. А соглашаться на официальное заявление я не собирался.

Я достал из кармана телефон. Гудок, еще один, еще...

- Алло. - тяжелое дыхание в ухо, спешил подойти к телефону.
- Юки, привет, это...
- Мана?! - перебил он меня, полным удивления голосом. - Мана-сама? Неужели это ты!

Я улыбнулся.

- А ты бы предпочел, чтобы это осталось ночным кошмаром?
- Точно ты! - он рассмеялся. - Как ты? Где пропадал? Слышал, ты свою группу бросил, чем теперь занимаешься?
- Да вот, ничем пока. Слушай, давай встретимся?
- Давай. - беспечно согласился он. - Ты сейчас где?
- Ну, сейчас я во Франции, но через дня два будем возвращаться.
- Будете? С кем это ты там, во Франции? А, Мана-сан? - весело спросил Юки.
- С Камуи. - честно ответил я.
- Гактом? Ты там во Франции с Гактом??? - кажется, он уже очень давно столько не удивлялся, сколько за пять минут разговора со мной.
- Да. - я улыбнулся.
- Как? В смысле, почему? В смысле...
- Потом, при встрече. Я как приеду - наберу.
- Подожди, давай я в аэропорт подъеду? С Гактом тоже давно не виделись.
- Хорошо, я позвоню. - я улыбался. - До скорого. - я повесил трубку.

Юки согласился. Я думал... черт, да чего я уже только не думал!

Так, теперь Кози, а уже потом решу вопрос с барабанщиком... Я набрал номер. Гудки. Минута, сброс. Снова кнопка вызова, гудки, а потом мерный голос робота

«Абонент не может принять ваш звонок...»

Я раздраженно сбросил вызов. Что ж, Кози по любому согласится на встречу. Потом предупрежу.

Теперь ударник. Газ... сколько лет мы с тобой не общались? Я даже не знаю, в Японии ли ты, жив ли вообще. Тем не менее, набираю номер. Раздраженное «Алло» не заставило себя ждать. Почему он зол? Мой номер определился? Он все еще зол на меня?

- Газ, здравствуй. Это Мана.

Молчание.

- Мана? Хм... - не помнишь? Моему удивлению не было предела.
- Я жду важного звонка, вам перезвоню. - он повесил трубку. Что, совсем-совсем не помнишь?..

Минут через семь мой телефон зазвонил.

- Алло.
- Вы звонили мне.
- Я в курсе. - я не смог не съязвить. - Это Мана, помнишь, Malice Mizer?
- Хм... аа, лидер-сан! Доброй ночи. Что угодно через столько лет?
- Мне нужна твоя помощь.
- Моя помощь? Зачем? Ты, вроде как без меня отлично справлялся.

Так хотелось ответить что-то в духе «и сейчас справляюсь», но ударник ой, как был нужен.

- Давай встретимся, я все объясню.
- Я сейчас не могу.
- Сейчас и я не могу. Давай через несколько дней?
- Давай через день встретишь в аэропорту?
- Я только через два приезжаю, а то и три.
- Мм, даже так... - он замолчал на мгновение. - Ну, тогда я тебя встречу. - беззаботно отозвался он. Я удивился, услышав улыбку в его голосе. Какой-то день сегодня, полный шока.
- Хочешь, я позвоню, когда буду ехать? В смысле, не хочешь... короче, позвоню. Пока.- заговорившись, я поспешил распрощаться с Газом.

Пфф, что это со мной? Я так давно не общался с ним, не слышал его голоса, не видел его. Какой же будет эта встреча? Слышал ли он обо мне? Я положил телефон в карман халата и поежился. Холодно. Как-то рано началась зима.

Как будто прочитав мои мысли, на плечи опустился мохнатый толстый плед. Шею обвили теплые руки. В щеку уткнулся горячий нос.

- Прости меня.
- Ты меня прости. - я повернулся. В одних трусах. - С ума сошел, да? Где твой халат?
- На тебе. - ты улыбнулся. Я посмотрел.
- Черт, прости. - я развязал пояс, намереваясь вернуть тебе халат.
- Не смей! - остановил меня ты, завязал обратно пояс. - Мне не холодно. - ты прижался ко мне, я укрыл тебя пледом.
- Ты совсем сумасшедший. - я улыбался.
- А ты? Тоже хорош. - я чувствовал, как ты дрожал.- Дурачок ты мой. - я ласково поцеловал тебя в щеку. Хотел в макушку, как это обычно делаешь ты, но я гораздо ниже тебя. А мне всегда так нравится... тебе, наверное, тоже понравится. - Пойдем, а то ты совсем задубеешь.

О том, что я собрал старый состав группы в аэропорту через несколько дней, я говорить ему не стал. Он больше не спросит, потому что думает, что сболтнул глупость. А, когда увидит… короче, сюрприз решил устроить.

P.S. Ну, не удержалась я. Слишком уж люблю Malice Mizer. *О*
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:19 | Сообщение # 11
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline

Глава 25.

- У меня телефон звонит. – Мана остановил Гакта, увлеченно целующего его шею.
- И что? – не отрываясь.
- Это может быть важный звонок. – улыбка.
- И что? – более раздраженно.
- Слезь с меня! – Мана рассмеялся.
- Не слезу!
- Ай! Осторожней. – вскрикнул брюнет. – Контролируй же себя. – добавил он с улыбкой.
- Прости… - Гакт резко отстранился. – Прости, прости. Я не хотел…
- Чудо ты мое. – Мана рассмеялся. – Все хорошо. – он коротко поцеловал блондина в губы и пошел разговаривать по телефону.

Чудо мое… Гакт улыбнулся. Здорово звучит. Как будто бы с моим приходом в его жизни что-то очень изменилось. В хорошую сторону.

Какой-то неожиданный прилив нежности одолел Гакта. Счастливо улыбаясь, он закрыл лицо ладонями. Да. Очень давно ему не было так спокойно, тепло, хорошо… так счастливо.

Зазвонил телефон, теперь уже его. Потянувшись к тумбочке, блондин поднял трубку.

- Алло.
- Гакт! Прости-прости, я не мог ответить! Просто не мог…
- Чаченька! Как же я рад тебя слышать! Все хорошо? – он действительно был очень рад слышать друга и чтением моралей заниматься сейчас не собирался.
- Ээ… - Чача был удивлен таким радушием. Что-то там не то… чего это он такой довольный? – Да вроде хорошо…
- Ну, вот и отлично! Как там ваши занятия с Кози? И кто это там у тебя разговаривает?
- Эмм… - снова он не знал, что ответить. – Да, кто… Кози. Кто же еще?
- Кози? В одиннадцать часов ве… - Гакт замолчал, вспомнив о разнице во времени. – Двадцать четыре, час, два… - стал считать он. – В семь утра! Чача, это что еще такое? – не смотря на возмущенный тон, он улыбался.
- Да что-что… я гитару у него вчера забыл, вот и пришел забрать. – вот не хотел же врать, а пришлось.
- Ты? Забыл гитару? Да ну! И пришел за ней в семь утра? Да ну! – Гакт рассмеялся, Чача на другом конце связи покраснел. – Нет, я еще могу допустить, чтобы ты пришел куда-то так рано… но, чтобы ты забыл гитару! Такой, вроде, большой, а врать не умеешь совсем.
- Гакт! Я не вру! – возмутился Фуджимура.
- Окей. – продолжал смеяться вокалист. – Ладно, проехали. – он постарался успокоиться. – Выучил партии?
- Да, выучил.
- Кози хороший учитель?
- Да, хороший. – бодро отвечал Чача, обрадовавшийся тому, что Гакт перевел тему.
- А в постели? – Камуи покусывал ноготь, стараясь не засмеяться.
- И в пос… Гакт, твою мать! Гакт! Ты… идиот! – заглушая смех вокалиста, возмущался длинноволосый. – Ах ты ж сволочь такая! - не успокаивался он.
- Тсс, спокойнее, мой милый друг. Теперь мы в расчете.
- И все равно ты сволочь.
- Я стараюсь. – с самодовольной улыбкой. – Ладно. Чач, прости. – молчание в ответ. – Ну Чаач… - тишина. – Чаченька, ну прости, пожалуйста.
- Ладно.
- Ну я не думал, что тебя это так ранит. – не удержавшись, Гакт хихикнул.
- Камуи Гакуто, ты законченная дрянь! – снова завелся гитарист.
- Я тебя тоже очень люблю, Чаченька. Заберешь меня из аэропорта?
- Когда? – Гакт улыбнулся. Они могли ругаться, ссориться… но еще они были очень хорошими друзьями и всегда помогали друг другу и быстро прощали обиды.
- Дня через два. Я еще точно не знаю.
- Почему?
- Сейчас все рейсы отменены из-за бури. – Гакт посмотрел в окно. Снег. Он отвернулся. – Тут чудесная осень. – с иронией.
- И за что Мана-сама так любит Францию? – риторический вопрос.
- Уже не кукла? – удивленно.
- Нет. – Чача улыбнулся.
- Почему?
- А хочешь, чтобы кукла?
- Нет, что ты! – Чача засмеялся. – Просто странно.
- Как там у вас?
- Да здорово… - губы снова расплылись в счастливой улыбке.
- Это хорошо. Я рад за вас. – Чача тоже улыбнулся.
- Я за вас тоже.
- Гакуто…
- Ой, Чач, не начинай. – перебил его вокалист.
- Ладно, не буду.
- Ладно, я тебе потом позвоню, а то Мана там скоро в ледышку на этом балконе превратится.
- Хорошо, иди. – Чача засмеялся. – Заботливый ты мой. – он замолчал на мгновение. – Ладно, я буду на связи.
- Да-да, вы там не заигрывайтесь на своих гитарах, а то я волнуюсь. – Гакт улыбнулся и сбросил вызов.

Ох, Чача, Чаченька…

Он протер глаза и вышел на балкон. Мана опять в одном халате на этой холодине. Стоит, облокотившись о перила. Какой же красивый… черные перья все в снежинках, развиваются на ветру. Идеальный изгиб красивого тела. Изогнутая кисть, сжимающая телефон. Такой нереальный… хрупкий, как будто неживой…

Как-то от этой мысли стало не по себе. Конечно же, живой! Дабы в этом убедиться, Гакт поспешил прижаться к этому восхитительному телу, обхватить двумя руками. Крепко-крепко. Уткнуться носом в шею, легонько прикусить мочку уха и наблюдать за тем, как такие красивые губы попадают в плен еле заметной улыбки. Долго-долго смотреть в искусственную, но такую манящую, синеву глаз. Видеть огромное тепло, которое эти холодные стекляшки, казалось, просто не умеют излучать. А потом счастливо улыбнуться и смущенно опустить взгляд. Набраться смелости, снова заглянуть в синие хрусталики, но увидеть вместо них лишь растопленный и невероятно горячий шоколад. Вот бы не обжечься… обман зрения, или ты на самом деле как-то успел снять свои линзы? Я так долго собирался с духом? Вот бы сейчас все не растерять… и не утонуть…

- Что? – в твоих глазах отразилось непонимание. Я что, сказал что-то вслух?
- Ты на сову похож… - я улыбнулся. Забавная, внезапно закравшаяся в мою голову, картина: ты, в платье, на каблуках, на дереве, с огромными карими глазами, ухаешь. Я тихо засмеялся. Что-то я совсем от темы отошел…
- Что? – ты абсолютно ничего не понимал. Но отчего-то на душе так легко стало, спокойно. Просторно, но безумно тепло.
- Люблю… – слово, вырвавшееся абсолютно случайно.

Да, я хотел сейчас тебе признаться, но не так… все вышло очень нелепо… я все испортил… но ты вдруг улыбнулся. Такая нежная-нежная, теплая-теплая, такая родная улыбка… у меня даже в душе защемило. А ты просто обнял меня. Крепче прижался всем телом. Так уютно и хорошо… А так даже лучше. Пусть, нелепо и глупо, но без всякого пафоса и прочих ненужностей.

Глава 26.

- Алло, ты звонил? – я поудобнее устроился в кресле, переложив трубку на другое ухо.
- Привет. Чего не отвечал?
- Да… не слышал телефона. – попытался выкрутиться я. Слава богу, Мана меня сейчас не видит, иначе, точно не поверил бы. Я же снова, как обычно, с головы до ног покраснел. Тупой рефлекс.
- Понятно.
- Что ты хотел?
- Хочу с тобой увидеться.
- А ты уже в Японии?
- Нет, я еще тут. Я позвоню, когда буду ехать. Встретишь?
- Хорошо. Что-нибудь еще? – я не хотел сейчас ни с кем разговаривать. Не знаю, почему. Настроение было хорошим, даже очень, но говорить не хотелось.
- Мм, Кози, это ведь ты сказал Камуи, где меня искать? – с улыбкой спросил он.
- Я, а что? – какой-то Мана-сама сегодня странный… разговорчивый, не колючий, что ли? Гакт, видно, здорово на него влияет.

От этой мысли самому как-то улыбаться захотелось. Я перевел взгляд на кровать, где Чача, закинув ногу на ногу, а руку – под голову, тоже с кем-то говорил.

Светло-русые шелковистые волосы небрежно раскиданы по подушке. И почему его все блондином называют, если он русый? Глаза чуть-чуть прикрыты, легкая улыбка... такой спокойный.

С кем же ты говоришь? Ты прямо излучаешь покой, мир, равновесие... внушаешь, что все будет хорошо... Конечно, а как же иначе?

Только... у таких, как мы, хорошо не бывает. Сначала влечение, потом влюбленность, очень редко любовь, дальше привязанность, привычка, чувство долга, а потом понимание, что ты всего лишь игрушка. А самое интересное, что не только ты игрушка, но и твой партнер тоже - для тебя. Эта сказка без счастливого финала. Я знаю это, но все равно не могу оторвать взгляда от тебя.

Такой красивый... одно лишь одеяло... Нет! Стоп. Какое такое одеяло?

Я поднялся с кресла.

Что это такое? Ну не мог же я вот так вот за какой-то месяц влюбиться? Правильно, не мог. Но... что тогда было сегодня ночью? Просто секс? Не верю. Не может просто секс вмещать в себя столько чувств и эмоций. Не может! Или может? Вдруг, для него это обычное дело - подставлять свою красивую, упругую, сексуальную... кхм... свою задницу под кого угодно? Под любого? По коже побежали мурашки. Нет, этого ну абсолютно не может быть. Он не такой человек. Он, скорее, не будет вообще заниматься сексом, чем с кем попало. Или будет?

Воображение красочно нарисовала картину... Чача несдержанно постанывает, задыхается, жадно хватает ртом воздух, вскрикивает, извивается... под каким-то хмырем!

Нет-нет-нет! Я не позволю. Черт... откуда взялось это собственничество?

Виновник моих мыслей в это время с интересом наблюдал за моими метаниями из одного угла комнаты в другой. Закрыв краснющее лицо ладонью, я выбежал в кухню.

- Кози? Кози, ты еще тут?
- Прости, Мана, я задумался... так что ты говоришь?
- Спасибо говорю.
- За что?- конечно, я уже давно забыл тему нашего разговора.
- Ну, за Камуи...
- За Гакта? Аа... ну, пожалуйста... - рассеянно ляпнул я.
- Кози, все в порядке?
- Эмм, да. Просто задумался.
- О чем же?

Сказать или нет? Мана мой друг, ему можно доверять, но... если ему не понравится? Черт, да это же моя личная жизнь! Не понравится - его проблемы.

- У меня сегодня Чача ночевал.
- И? - ты, что, не понимаешь? Где же твой ум?
- И мы переспали. - снова заливаясь краской, ответил я. Я оглянулся, вроде, Чача все еще в спальне... хорошо. Не хочу, чтоб он знал о том, что меня это как-то задело.
- И что? Он так плох в постели? - кажется, он усмехался.

Мана, Мана... Гакт так сильно изменил тебя? Да, ты стал более разговорчивым, даже дружелюбным, а это хорошо. Но, эти твои незлые, но колючие шуточки, издевки… эх, Мана…

- Нет, просто... все очень быстро. Ты же знаешь, я кратковременных отношений не хочу и не люблю.
- Ты хочешь быть с ним? - как-то слишком серьезно прозвучал этот вопрос.
- Я не знаю. А хочет ли этого он?
- Я сейчас о тебе спрашиваю.
- Мана-сан, я не знаю, сказал же. - немного раздраженно. Сегодня ты выводил меня из равновесия. Ты всегда спокоен, но из других вынимать разные эмоции умеешь. В данном случае, из меня. Раздражение.
- Как можно не знать? Я, вот хочу... – внезапная тишина. - Я знаю, чего хочу. – исправился он.

Ну да. Я тебе тут душу изливаю, а ты, как обычно, ни одного лишнего слова. В этом весь ты.

- Ты хочешь, чтобы у вас с Гактом все было хорошо, потому что ты любишь его. А я понятия не имею, что чувствую к Чаче.
- Со временем разберешься. Только не бойся, все будет хорошо. - слышать от Маны такие слова, да еще и с такой заботой сказанные... Гакт, действительно, изменил его.
- Спасибо. - молчание. - Мана? Ты куда-то пропал. Мана? - в трубке послышался шорох и шуршание, потом громкий удар. Мана выронил телефон? Вдруг что-то случилось? Наконец, я услышал тихий неразборчивый шепот. Понятно.

Я нажал на кнопку сброса и положил телефон на стол. Прошелся по кухне и, от нечего делать, включил чайник.

- И мне чай, можно? - тихий голос напугал меня. Вздрогнув, я повернулся. Господи, хоть бы он ничего не слышал...
- Доброе утро, Чача. - я чуть улыбнулся.
- Доброе. - он соскользнул со стула, на котором сидел, подошел ко мне и легонько поцеловал в щеку.

Я улыбнулся. Это было так по-детски. Легко и непринужденно, как будто мы сверстники, играющие в песочнице - мальчик и девочка. И вот, один из нас, наконец, решился на первый поцелуй. Я смущенно опустил взгляд.

- Ну вот... - протянул ты. - Ночью к тебе приставать было легче. - ты поднял мою голову за подбородок. - Но ничего, я так попробую, можно? - не дожидаясь ответа, ты поцеловал меня в губы.

Да, можно… И, да-да-да! Ночью, действительно, легче... Хм. А вообще, почему он поцеловал меня? Ведь, если это был просто секс, то зачем, к чему эта утренняя нежность?

- Кози-сан? Ты со мной или где-то в Нирване с кем-то другим? - ты отстранился и с улыбкой смотрел на меня. - Ты смотри, я ревнивый.
- Задумался, прости. - я виновато улыбнулся. - Я целиком и полностью с тобой. - и, как бы в подтверждение своих слов, я прильнул к его губам. Ты улыбнулся. Что такое? Так, нет. Не отвлекаться...

Но, как назло, закипел чайник. Я дернулся, намереваясь пойти заваривать чай, но ты придержал меня, обнимая за талию.

- Ну, подожди. – как-то капризно попросил ты. - Чай никуда не убежит.
- А ты? - молчание. Я запоздало понял, что именно ляпнул. Снова покраснел, делая еще одну попытку отойти, но ты снова не позволил, крепче прижимая меня к себе.
- А я не могу оторваться от твоих губ. - ты снова поцеловал меня. А я, как последний дурачок, улыбался, отвечая на твои поцелуи. - Однозначно, чай нам пить нельзя. – ты совсем чуть-чуть отстранился. Ну вот, а говорил, что не можешь...
- Почему?
- Видно, что-то в нем есть такое...
- Какое?
- Не знаю. Такое, что не может оторвать меня от тебя. - ты улыбался, копаясь рукой в моих волосах.
- А это плохо?
- Это хорошо. - ты поцеловал меня в нос, заставляя снова смущаться. Вот почему в твоих самых обычных действиях мне чудится какой-то особый смысл, какие-то чувства, эмоции? - У тебя такие волосы... завидую твоему парикмахеру. - ты засмеялся. А, заметив мое смущение, повеселел еще больше. Стал покрывать поцелуями мое лицо. - Ты такой чудесный... - снова поцеловал, но не таким нежным и немного ленивым поцелуем, как до этого, а каким-то задорным, энергичным, быстрым, но более чувственным. Почему ты такой веселый? Я сделал что-то не то? Ты смеешься надо мной? А потом ты крепко-крепко обнял меня, как дети делают, когда их просят показать, как сильно они любят свою маму. От этого объятия и у меня на душе весело стало. Все так легко, ненавязчиво, хорошо... Мана-сама был прав.- Давай пить чай? А то он на нас так хорошо влияет, а мы его даже не пьем. - я засмеялся. Вот это логика!

Пока я заваривал чай, ты внимательно наблюдал за мной, снова заставляя меня смущаться. Конечно, для меня это обычное дело, но только с тобой я так часто краснею, что это уже можно назвать нормальным моим состоянием. Ночью ты сказал, что тебе это нравится... я улыбнулся, вспоминая. А вдруг тебе это когда-нибудь надоест? Улыбка как пришла, так и ушла. Хотя… с чего я взял, что это «когда-нибудь» вообще будет? Я еще больше нахмурился.

А ты вдруг сказал что-то очень непонятное, на первый взгляд...

- Я чай. – с такой загадочной улыбкой, задумчивым взглядом в окно, совершенно неожиданно и не в тему. Я стоял, пытаясь понять смысл этой фразы. Ты коротко стрельнул глазами в мою сторону и, кажется, подмигнул. До меня наконец-то дошло, теперь я уже не смог стереть с лица улыбку, как ни старался.

С одной стороны, ну, что могла решить одна ночь, да и вообще мы знакомы всего-то месяц... а с другой, душу заполнила такая радость, такое тепло, и кипяток тут не при чем. Мне казалось, вот-вот, и я взлечу.

Я поставил на стол две чашки и сначала хотел сесть на свое место напротив Чачи, потом я передумал, и решил сесть рядом с ним, но потом все-таки сел на свое. Снова моя тупая робость. Я сел и хмуро уставился в свою чашку. Вдруг я почувствовал, как под столом что-то трогает мою ногу. Собак и кошек у меня, вроде, нет. Чача? Я поднял на него взгляд. Сидит, как ни в чем не бывало, чай пьет, пейзажем за окном любуется… я заглянул под стол.

- Чача-сан! – воскликнул я, улыбнувшись.
- Мм? – как ни в чем не бывало он посмотрел на меня.
- Что ты делаешь? – я продолжал улыбаться.
- А что я делаю? – на его лице отразилось недоумение.
- Под столом!

Он заглянул под стол.

- Ой, а это твоя нога? – удивленно спросил он, но потом не выдержал и засмеялся.
- Чача-сан! – смеясь, я стал поддерживать его странную игру, поглаживая, дотрагиваясь своей ногой до его ноги.

Потом он вдруг убрал ногу и сел рядом со мной, упираясь локтями в столешницу, положив голову на руки. У меня стало создаваться впечатление, что он любовался мной.

- Чача, что ты делаешь?
- На тебя смотрю. А что, не видно? Любуюсь. – с улыбкой ответил он. Я смутился, ведь моя, достаточно смелая, догадка подтвердилась.
- Ты такой замечательный. – я снова начал краснеть. – Ты так здорово смущаешься. – он улыбался. Какая у него красивая улыбка… светлая, яркая, солнечная, теплая открытая, добрая… Я просто не смог сдержаться. Потянулся и мягко коснулся его губ своими. - Мне очень нравится. – проговорил он мне в губы.

И снова мне надо было ломать голову над смыслом. Что именно ему нравится? Но Чача лишил меня любых мыслей так же легко, как и запустил их в мою голову – он ответил на мой поцелуй.

Да, быстро. Очень быстро. Очень-очень. Но я не мог остановиться. Да и не хотел. Мне было хорошо. А что будет потом… об этом я подумаю потом.

 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:21 | Сообщение # 12
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 27.

- Мана... - ласково протянул блондин на ушко спящему гитаристу. - Просыпайся, солнышко мое. - он ласково поцеловал его в висок. - Пора вставать, хороший мой. - он стал легко подергивать черные, все еще с оттенком синевы, пряди волос. - Манаа. Маночка, опоздаем же. - он вздохнул и убрал руку. Конечно, ему не хотелось будить своего возлюбленного. Он был так спокоен... Но Гакт уже заказал билеты и через четыре часа самолет уже должен был взлететь в небо по направлению Японии. - Маночка... - он наклонился и стал покрывать поцелуями нежную кожу лица. Для него до сих пор оставалось загадкой, как она оставалась такой, если Мана в таком обилие использовал косметику. - Хороший мой... Любимый мой... - тихо шептал он, целуя красивые губы в самый уголок. Вдруг они растянулись в улыбке и поцеловали Гакта в ответ. - Хитрюга. - улыбнулся вокалист.
- Доброе утро, Гактушка. - он хихикнул.
- Эй! - Гакт засмеялся. - Что за Гактушка?
- Твое имя.
- Да ты что! - они засмеялись.
- Так куда мы там опаздывали?
- На самолет.
- Самолет? Ты уже билеты купил?
- Да, пока ты спал.
- А во сколько?
- В одиннадцать регистрация.
- Успеем. - с этими словами Мана запустил руку в волосы Гакта и, притянув его к себе, поцеловал в губы.
- Что именно мы успеем? - тихо в губы.
- Все успеем. - он перевернул Гакта на спину, забираясь сверху, целуя губы, лицо, каждый миллиметр бледной кожи, кусая шею, оставляя красные засосы.
- А если не успеем? - выдохнул блондин.
- Плевать. - ставя очередной засос.
- И все же?
- Плевать, я сказал. - он заткнул губы требовательным поцелуем.
- Мана... - брюнет резко выпрямился, сев на животе Гакта.
- Ты меня не хочешь? - капризно надул губы.
- Придурок. - Гакт улыбнулся и притянул брюнета к себе, поцеловал. Мягко, нежно и ласково.
- Нет! - Мана отстранился.
- Что? - непонимающе уставился на него Гакт.
- Не хочу так. - он снова улегся на тонком теле и стал грубо терзать мягкие губы. Гакт улыбнулся и, приняв такие правила игры, стал отвечать с не меньшей ожесточенностью. - Вот. - пробормотал Мана, переходя на многострадальную шею, добавляя новых красных отметин, засосов, укусов, заставляя блондина тяжело дышать, кусать губы.
- Чего это ты вдруг?..
- Слушай, ты сегодня заткнешься или как? - Мана рванул уголок простыни и завязал ею рот блондина.
- Ивра... Иза... - Гакт зарычал. Банальное «извращенец» никак не желало произноситься.

А потом Мана развязал пояс, и так растянутого во все стороны, халата и распахнул его, целуя стройное тело, спускаясь ниже по животу, к паху, проводя наманикюренными пальчиками по возбужденному органу, вызывая приглушенный стон. Повязка на рту мешала, поэтому, уяснив урок, Гакт нетерпеливо стянул ее на шею.

Потом Мана снял с себя халат и очутился лежащим на спине, со свешенной вниз головой… как-то мало было площади кровати. Гакт снял свой халат и стал целовать выгнутую открытую шею. Поцелуями он спускался ниже и ниже, а потом вдруг взял в рот напряженный член брюнета. Скользя вверх-вниз, проделывая какие-то восхитительные манипуляции, заставляя задыхаться от накатывающего желания, возбуждения, переполняющей страсти…

- Хватит уже! – пробормотал Мана. Блондин оторвался от своей игрушки.
- Что такое, нетерпеливый мой?
- Ничего, разговорчивый мой. – огрызнулся брюнет, скидывая с себя Гакта и, не давая очухаться или понять, что произошло, резко вошел в него.

Для Гакта это оказалось неожиданно. Вскрикнув, он рефлекторно ухватился руками за многострадальную простынь, сжимая до побеления костяшек.

Резко, рвано, жестко, быстро, глубоко… они не занимались сексом. Мана просто имел его! Но, судя по удовлетворенным стонам, Гакт был далеко не против.

***

- Что это было?
- Где?
- Ты.

Лежа на скомканной, изодранной простыни, безуспешно пытаясь выровнять дыхание.

- А ты против?
- Не ожидал от тебя.

Мана улыбнулся. А потом дотянулся до головы Гакта и осторожно, подрагивающим пальцем коснулся губ Гакта. Тот, всхлипнув, отдернул лицо.

- Сильно больно? У тебя губа прокушена. – он чуть улыбнулся. – Чудо. – брюнет поднялся с постели, закутался в халат.
- Куда ты?
- Сейчас вернусь.

Буквально через минуту Гакт уже сидел с приоткрытым ртом, пока Мана легко касался проспиртованной ваткой искусанных губ. Он невольно отдергивался и морщился. Спирт очень пек на свежих ранках. А Сато улыбался. Почему?

- Как ты мог так умудриться?
- Это все ты!

Брюнет засмеялся. А потом потянулся и очень-очень осторожно коснулся своими губами губ возлюбленного. Поцелуй с привкусом спирта…

- Гакуто…
- Мм?
- Я люблю тебя.

Блондин бережно обнял его в ответ, ласково целуя в макушку. Он прикрыл глаза, зарываясь носом во взлохмаченные волосы, и молчал. А потом все же решился.

- А я люблю тебя.

Совсем-совсем тихо и нерешительно. Ему было как-то странно говорить Мане такие слова. Он все еще сомневался в своих чувствах, но очень сильно, на грани паники, боялся потерять своего драгоценного Ману. А Мана улыбнулся и еще крепче прижался к его груди.

***

Я закончил разговор с Гактом. Кози в комнате уже давно не было. Я поднялся с кровати и отправился на его поиски. По голосу я нашел его в кухне, он все еще разговаривал по телефону. Я зашел и тихо сел на стул.

- Ты хочешь, чтобы у вас с Гактом все было хорошо, потому что ты любишь его. А я понятия не имею, что чувствую к Чаче.

Я застыл. Он обсуждает наши отношения? С кем?

Так… они, что, волнуют его? Хоть каплю? Значит, это не просто секс? Он что-то чувствует ко мне?

- Спасибо. Мана? Ты куда-то пропал. Мана?

Мана??? Ты обсуждаешь наши отношения с Маной?! Ну, вообще шикарно… Ты настолько доверяешь ему?

Он нажал на кнопку сброса и положил телефон на стол. Прошелся по кухне и включил чайник.

- И мне чай, можно? – подал голос я.
- Доброе утро, Чача. - он чуть улыбнулся.
- Доброе. – я слез со стула, подошел к нему и легонько поцеловал в щеку.

Я просто не знал, что еще можно сделать. Целовать прямо сутра как-то… не знаю. Я не решился. А в щеку… это было так невинно. И снова это чудо смущается.

- Ну вот... Ночью к тебе приставать было легче. - я поднял его голову за подбородок. - Но ничего, я так попробую, можно? - не дожидаясь ответа, я поцеловал его в губы. Все-таки очень хотелось снова почувствовать твой вкус…

Но почему-то ты не отвечал, но ведь и не противился… Но почему? Не хочешь со мной целоваться? Тебе не нравится? Считаешь эту ночь ошибкой?..

- Кози-сан? – я старался не выдать своих переживаний. - Ты со мной или где-то в Нирване с кем-то другим? - я отстранился и с улыбкой посмотрел на тебя. Да, тяжело мне далась это улыбка… черт, ну вот почему меня так легко вывести из равновесия?! - Ты смотри, я ревнивый. – ревнивый? Мамочки, что за чушь я несу?! Какая разница, ревную я или еще что-нибудь?
- Задумался, прости. - ты улыбнулся. - Я целиком и полностью с тобой. – потом он поцеловал меня. Сам.

О, сказать, что я был рад, значит не сказать ничего! Да я чуть не взлетел от счастья! На земле придерживали только теплые мягкие губы, робко целующие меня.

Как назло, щелкнул чайник. Ох, чтоб ему пусто было! Как он посмел прерывать такой трогательный момент?! Вот, сейчас он точно выпорхнет и улетит к этому чертовому чайнику.

Да что за черт?! Ты как будто прочитал мои мысли! Дернулся, хотел вырваться. Но я не позволил, крепче обхватив твою талию.

- Ну, подожди. Чай никуда не убежит.
- А ты? – я молчал. Что ему ответить? Я не знал. Что я чувствую к нему? Что будет дальше? А будет ли это «дальше»?

А ты снова покраснел, делая еще одну попытку отойти, но снова я не пустил тебя, крепче прижимая к себе.

- А я не могу оторваться от твоих губ. – признался я, целуя твои губы. А ты улыбался, отвечая мне. - Однозначно, чай нам пить нельзя.
- Почему?
- Видно, что-то в нем есть такое...
- Какое?
- Не знаю. Такое, что не может оторвать меня от тебя. - я улыбался, копаясь рукой в твоих волосах.

Они были жесткими и сухими, но мне нравилось. Эта шероховатость, грубость… То ли я ничего не смыслю в красоте, то ли ты мне сильно нравишься, что я недостатки принимаю за достоинства?

Да, я уже признался себе, что не совсем ровно дышу в твою сторону. Ты мне нравишься.

- А это плохо? – вопросом я был сбит с толку. Что плохо? То, что ты нравишься мне? Или что? Я так далеко зашел в своих размышлениях… А, точно… мы же говорили о том, что слишком крепким клеем ты пользуешься…
- Это хорошо. - я поцеловал тебя в нос. - У тебя такие волосы... завидую твоему парикмахеру. - я засмеялся, стал покрывать поцелуями мое лицо. - Ты такой чудесный... - снова поцеловал, более жестко.

Боже, как же мне нравилось прикасаться к тебе, целовать, вдыхать тебя… Черт, что за?! То, что я чувствовал пониже пояса, мне сейчас абсолютно не нравилось. Хотя, не спорю, было… приятно? Но утренний секс в мои планы не входил. И так все слишком быстро. А ты не против этой скорости… Или ты, как я, не можешь найти тормоза? А не могу ли я? Или что-то другое… не хочу? Я крепко-крепко обнял тебя, решив, что именно не хочу. Надеюсь, очень надеюсь, что ты тоже. Почему-то не хотелось терять тебя.

- Давай пить чай? – предложил я, сам не знаю, для чего. - А то он на нас так хорошо влияет, а мы его даже не пьем. – ты засмеялся и, как заведенный, стал бегать от шкафчика к шкафчику.

Я любовался тобой, сидя за столом. Пытался запомнить каждый жест, движение… вдруг ты стал улыбаться, ярко-ярко. Знаешь, я бы непременно спутал тебя с солнцем, увидев на улице. А потом вдруг такая теплая улыбка пропала, ты нахмурился… что случилось? Какая туча осмелилась плыть мимо моего солнца?

Так, стоп! Туча, солнце… что за?! Я уже и за твоим настроением слежу, и волнуюсь, и еще черт знает что!

А потом в голову вдруг залезла другая мысль. Неужели это плохо? Волноваться и заботиться о другом человеке? Это ведь хорошо!

- Я чай.

Честно, я сам не понял смысл этой фразы. Она мне показалась такой абсурдной и глупой, что я как-то невольно улыбнулся. Что за бред? Я заметил, что уже неизвестно сколько зачем-то смотрю в окно, а потом почувствовал на себе взгляд. Я посмотрел на Кози… на улыбающегося, во все тридцать два, Кози, да. Чему ты так рад? Разглядел в этой фразе какой-то скрытый смысл? Расскажешь мне?

Ты поставил на стол чашки и замер на месте, о чем-то размышляя. Да садись уже, пожалуйста! Снова хочу прикоснуться к тебе. Может, даже сплести свои пальцы с твоими… романтично, да?

Нда, Чача… совсем недавно ты подшучивал над Гактом, мол, он влюбился, а сейчас уже сам не можешь понять, что с тобой происходит.

А ты сел на свой стул… ну почему? Может, я все-таки неприятен тебе?.. И почему ты такой хмурый? Осторожней, так и чашку просверлить не тяжело! Я чуть улыбнулся и протянул ногу вперед, пытаясь найти под столом тебя. Совсем скоро у меня это получилось и я, как мог, старался поглаживать твою ногу. Получались только какие-то тупые ковыряния, но это не важно. Во мне вдруг проснулся какой-то ребенок. Вдруг захотелось притвориться, что я вообще тут абсолютно не при чем. Это я и сделал.

- Чача-сан! – воскликнул ты.
- Мм? – я лениво перевел взгляд на тебя.
- Что ты делаешь? – ты улыбался. Ну, наконец-то!
- А что я делаю?
- Под столом!

Я нарочито заглянул под стол.

- Ой, а это твоя нога? – я пытался говорить удивленно, но смех поборол меня.
- Чача-сан! – смеясь, ты вдруг стал поддерживать эту странную игру, поглаживая, дотрагиваясь своей ногой до моей. Это ребячество мне так нравилось. Я не знаю, почему.

Но все-таки мне хотелось быть поближе к тебе, поэтому я пересел на стул рядом с тобой и стал смотреть.

- Чача, что ты делаешь?
- На тебя смотрю. А что, не видно? Любуюсь. – я улыбнулся.
- Ты такой замечательный. – а ты снова начал краснеть. – Ты так здорово смущаешься. – а потом ты снова поцеловал меня. Прикрыв глаза, я с удовольствием отдавал свои губы в твой плен. Но, я забыл договорить… - Мне очень нравится. – чуть отстранившись, выдохнул я в твои, чуть припухлые от поцелуев, губы. Я снова поцеловал тебя.

Прости, прости, прости!!! Не могу я… хочу целовать, дотрагиваться, обнимать… я не знаю, что это… но мне нравится. Надеюсь, тебе тоже.

Раньше в моей жизни был только секс. Я ненавидел ее за это, но меня никак не получалось нормальных долгих отношений. Разве что в старшей школе девчонка была одна несколько месяцев… но и это я за серьезные отношения не принимал. А так хотелось… вдруг, что-то получится?..

Глава 28.

- Ну вот, скоро дома…
- Да. Я уже соскучился по Японии.

Мана улыбнулся.

- Я тоже. Мне нужно выйти, поговорить.
- Секреты? - усмехнулся Гакт.
- Да, Гакуто, я тут план похищения планирую. - съязвил Мана.
- Кого?
- Тебя. - он наклонился, невесомо коснулся своими губами щеки блондина, поднялся и вышел из салона.

Он обзвонил всех, кто обещал встретить его, сообщил время и вернулся к Гакту, который в это время отослал SMSку Чаче со временем прибытия.

- О, Маночка, ты уже вернулся. - улыбнулся он.
- Нет. Это мой призрак.
- Какой-то ты сегодня колючий.
- Да ты что?
- Мана! Прекрати быть таким! - возмутился Гакт.
- Ну, Гактушка, не злись. - проворковал он на ушко, легонько прикусив мочку.
- Тебя сегодня как подменили... - отозвался блондин, целуя Ману в губы. - Сам не свой.
- Ну конечно. - Мана целовал его в ответ. - Как я могу быть своим, если я твой?

Он сложил на Гакта свои ноги. Он снова был на каблуках. Вырядился, непонятно для чего... опять не мой Маночка, а кукла...

- Зачем ты сегодня при параде?
- Просто. - он пожал плечами.
- Ты мне больше настоящим нравишься.
- Я всегда настоящий.
- Нет. В этом костюме ты не настоящий. Многого себе не можешь позволить, да и я тоже.
- Чего, например? Фансервить у меня в костюме лучше получается.
- Да причем тут фансервис? Мы не на сцене. Мне нужен не фансерв, а твои чувства. - он смотрел на непонимающего Ману. - Ай, ладно. Проехали.
- Нет, не проехали. - брюнет окончательно перебрался на колени Гакта, крепко обнимая за шею. - Гакуто, я люблю тебя, что бы на мне не было надето. Я меняю лишь шкурку, только внешний вид. Внутри я такой, как есть. Твой Маночка.
- Хорошо. - он не стал спорить.
- Ну, нет, плохо. Ты же недоволен. Ты хочешь возвращения Malice Mizer, но не хочешь, чтобы я был таким. А в группе я другим быть не могу, это имидж, не тебе ли это знать?
- Но я хочу, например, поцеловать тебя. А у тебя снова губы все в помаде. Ты же потом ругаться будешь, за то, что я испортил тебе макияж.
- Не буду. - он улыбнулся.
- Да ну?
- Ну да. - Мана улыбался. - Я же сам хочу, чтобы ты целовал меня. - он крепче прижался к нему и нежно поцеловал в губы.
- А грим?
- Поправлю. - он снова поцеловал Гакта, но тот отстранился, чтобы еще что-то сказать. - Гакт, ты меня уже достал! После этого еще я странный. Ты говоришь, что хочешь целовать меня, а сам болтаешь без умолку!
- А, то есть, мне надо молчать и только целовать тебя?
- Еще можно обнимать, гладить, ласкать...
- Понятно все с тобой. - перебил Гакт, а потом, предупреждая поток новых возмущений, поцеловал его.

- Прошу прощения. Кхм. Молодые люди. - Мана поднял взгляд на пунцовую стюардессу. - Вы нарушаете правила. На одном сидении...
- Да-да, не больше одной задницы - это мы знаем. - перебил ее Гакт.
- Кхм. - девушка еще больше покраснела. - Я бы попросила вас соблюдать правила...
- Так почему же не попросите? - вежливо вмешался Мана.
- Наверное, потому что никаких правил мы не нарушаем.
- Но, Гакуто...
- Мана-сан, не нарушаем, я сказал. Ибо, на кресле одна задница - как надо. А, если ты об аппетитной попке, то она не на кресле, а на моих коленях.
- Гакт, что ты себе позволяешь! - злой Мана соскочил с нагретых колен и выбежал из салона.
- Ну вот, Вы прогнали мою Музу. - разочарованно вздохнул блондин.
- Простите-простите, Гакт-сама! - испуганно залепетала стюардесса. - Я хотела лишь... простите! - кажется, девушка была на гране истерики. - Простите! - она поспешила удалиться в корпус для персонала.
- Ну вот, снова мне все исправлять. - со вздохом, Гакт поднялся с кресла. Он направился вслед за девушкой.- Ну, что ж Вы так расстраиваетесь? - он чуть приобнял трясущуюся девушку за плечи. - Я же просто-напросто пошутил. Я не думал, что Вас это настолько заденет.
- Н-нет-нет, ничего... - пробормотала она, еще больше дрожа, сам Гакт успокаивал ее.

Как только бедная стюардесса пришла в себя, блондин намеревался пойти за Маной, но, зайдя в салон, он обнаружил своего возлюбленного на его месте.

- О, ты вернулся. Я уже думал идти за тобой. - Гакт сел рядом. Мана молча сидел, демонстративно глядя в окно, не обращая на блондина абсолютно никакого внимания. - Эй. Мана? Маночка, ну чего ты? - он накрыл его руку своей, но брюнет убрал ее, скрестив на груди. - Ну чего ты? Ну, прости. Ну, Маночка.
- Гакт, прекрати. По-моему, ты уже достаточно опозорил меня на сегодня. Не заботишься о своей репутации, так не порть хотя бы мою.

Гакт молчал, смотря в отражение каменного лица в окне. Снова оно ничего не выражало. Только холод. Блондин почти физически мог ощущать его. Но предпочел отвернуться. Впереди, как назло сидела влюбленная пара и о чем-то мило щебетала. Поморщившись, он отвернулся к проходу. И на другой стороне... старичок со старушкой. Он целовал ее руку, а она, как влюбленная старшеклассница, смеялась.

Психанув, Гакт выудил из кармана куртки пачку сигарет и вышел из салона. Почему? Почему ты снова такой? Холодный, чужой, недоступный... Это все костюм. Чертов костюм! Зачем ты снова забрался в этот образ? Зачем ты снова кукла? Раньше это меня мало волновало, но сейчас, когда я узнал тебя настоящего...

После третьей сигареты объявили, что через полчаса посадка и попросили занять свои места. Нехотя Гакт поплелся в салон. Сев в кресло, он заткнул уши наушниками и закрыл глаза. Музыка расслабляла, успокаивала. Блондин даже задремал, как вдруг почувствовал, как что-то излучало тепло совсем рядом с ним. Он открыл глаза, ну тут же снова закрыл их. Глубокий, чувственный, теплый поцелуй. Потом рука в перчатке чуть сжала его волосы, выдергивая сначала один, а потом другой наушник. Он открыл глаза.

- Прости, мне не стоило так вести себя.
- Нет, это я виноват. Не нужно было так вызывающе...
- Проехали. - Мана перебил его. - Не будем копаться в этом. Просто я не привык, что есть что-то, что гораздо важнее моей репутации.
- Что же?
- Ты. - просто ответил он, чуть улыбаясь. Гакт сам невольно улыбнулся.
- Не будь больше таким холодным, хорошо?
- Не буду. - он улыбнулся и поцеловал Гакта в нос, оставляя синий след от помады. Мана засмеялся. - У тебя влажной салфетки нет?
- Нет, а что?
- Помада. - улыбнувшись, он снял перчатку с одной руки и стал стирать пальцами помаду с носа. - Вроде, все.
- Точно?
- Нет. - он улыбнулся. - Не знаю.
- Чудо. - Гакт засмеялся. - Ладно, черт с ним.

К моменту выхода из самолета, у обоих уже было прекраснейшее настроение. А в Японии светило яркое солнце, ослепляя чувствительного к свету, Гакта. Он первый вышел, подавая руку Мане. Они спустились с трапа. А в здании аэропорта их уже ждал Чача с Кози.

- Фуджимура? А что он тут желает? - тихо спросил Мана, как только увидел парочку.
- За мной приехал. А Кози? Или он с Чачей?
- А Кози приехал ко мне. - улыбнулся Мана.
- Ревную, Маночка, ревную. - засмеялся Гакт, приобнимая Ману за талию.
- Тсс... - он аккуратно убрал руку.
- Прости.
- Ты прости. Одно дело, сидеть дома, а в городе, где люди... совсем другое.
- Стесняешься меня? Нас?- Гакт остановился.
- Нет, что ты! - он переплел свои пальцы с пальцами Гакта. – Я привыкну, обязательно.

Гакт улыбнулся. Они подошли к парочке.

- Привет! – в один голос поздоровались они.
- Привет! – поздоровался Гакт. – Давно ждете?
- Да нет, не долго. – отозвался Чача. – Мм, мы еще кого-то ждем?
- А ты куда-то спешишь? – вмешался Мана.
- Нет, Мана-сан, просто с Гактом давно не виделся, поговорить хочу. – как-то слишком дружелюбно ответил Чача.
- Ну, у вас это не скоро получится. – Мана вдруг чуть улыбнулся.
- Почему?
- Ты сегодня занят, потому что. – брюнет закусил губу, сдерживая улыбку.
- Почему?
- Потому. – Мана кивнул Гакту за спину, тот повернулся.
- Ю~ки? – Гакт шокировано смотрел на улыбающегося рыжеволосого мужчину, приближающегося к ним.
- Гакт, сколько лет! – он приветливо обнял вокалиста. – Кози, лидер-сан, рад снова видеть вас. – хоть он и говорил заумными фразами, с лица не сходила улыбка.

А Гакт не мог поверить. Мана… он собрал всех Malice Mizer… неужели он все-таки решил выполнить мою просьбу? Неужели Malice Mizer еще напомнят о себе? Он широко улыбался, обвел глазами присутствующих. Кози, Ю~ки, Мана… все в сборе, и даже Чача с ними. Он задержал взгляд на Мане. Не хватает только… Ками.

Улыбка потускнела, но не угасла. Он помнил Ками. Он все еще в его душе, а значит, жив.

Заметив перемены в настроении возлюбленного, Мана незаметно сжал его руку и ободряюще улыбнулся.

Потом его взгляд ушел куда-то вдаль, блондин проследил… кукла! Идеально светлые волнистые локоны, развивающиеся от ветерка – вот он, действительно, блондин. Ярко-розовые пухлые губы, карие глаза, накрашенные розовым, стройное тело, легкая походка. Одет он был просто: светлая рубашка, темные джинсы, легкая куртка и, конечно же, высокие каблуки. Он подошел к ним и улыбнулся.

- Всем привет. – поздоровался он. Голос был тихим, но очень приятным и мелодичным.
- Гакт, это – Газ. Наш первый ударник. Газ, это Гакт – наш вокалист. Второй. – пояснил Мана.
- Очень приятно, Гакт-сан. – он почтительно склонил голову.
- Взаимно. – Гакт тоже поклонился.
- Ну, это Ю~ки и Кози – их ты знаешь, а это…
- Чача! – воскликнул ударник, перебив лидера.
- Газ! Давно не виделись. – он улыбнулся. – Как ты?
- Да отлично, ты как?
- Тоже.
- Мм, может сядем где-нибудь и там уже поговорим? Я так понимаю, больше мы никого не ждем.
- Да, Кози, ты правильно понимаешь. Пойдемте.

 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:22 | Сообщение # 13
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 29.

Компания устроилась в небольшом уютном кафе, неподалеку от аэропорта.

Приятно было любоваться местной архитектурой, слышать родной язык... Гакт был просто в восторге. Да и Мана, как бы сильно он не любил Францию, но родная страна - это родная страна.

Они сделали заказ, официантка ушла выполнять.

- Ну, теперь рассказывай, для чего ты собрал нас всех таким интересным составом?
- Мы с Гактом хотим еще раз собрать группу. Хотя бы для последнего альбома и тура в его поддержку.
- Мана, ну это же бред полнейший! - возразил Ю~ки. - Кто будет поддерживать этот альбом? Мы сейчас в силах собрать максимум какой-нибудь средненький клуб!
- Нет, Ю~ки, ты не прав. - вмешался в разговор Газ. - последние несколько лет я очень много путешествовал по всему миру. И вот сейчас, возвращаясь из России, я как раз хотел звонить лидер-сану. Malice Mizer и сейчас невероятно популярны. На концерты придет очень много людей. Это я могу гарантировать.
- Ладно, допустим. Но вы понимаете, что это будут не те Malice Mizer, которые были до распада? За столько лет мы все стали слишком разными. И, ладно еще мы, это хоть как-нибудь... но Гакт... Ты же сейчас совсем другой. Совсем-совсем!
- Это так мешает? Или ты думаешь, что я не смогу надеть черные крылья и полетать по залу? Или спеть? Или еще что-нибудь.
- Ю~ки, Гакт хочет этого гораздо больше, чем кто-либо, - вмешался в разговор Чача, которого по сути, это абсолютно не касалось. Но он знал, что Гакт на самом деле хочет этого, если не мечтает.
- А ты тут чего?
- Ю~ки, сбавь обороты. Успокойся. - вступился за него Кози.
- Как, если вы тут говорите о просто нереальных вещах?!
- Да. Но мы все этого хотим. Если ты не хочешь...
- Ой, Мана, ну куда ж вы без меня? - он улыбнулся.

Да, вспыльчивый, но очень отходчивый. Эту черту характера Ю~ки ценили всегда и все. С ним можно было поспорить, чуть ли не дойти до драки, но через некоторое время уже сидеть с кружкой кофе и замазывать друг другу синяки. Правда, о последнем Мана только слышал, и ни капли не жалел об этом.

Только сейчас, когда они уже все оговорили и решили, принесли заказ. Настало время дружеского трепа и всего такого.

- Газ, расскажи, где ты пропадал? - спросил Кози. Мана и сам хотел об этом узнать, но почему-то никак не решался задать вопрос.
- Да не пропадал я. Сначала, после того, как ушел, пробовал в других группах играть, но за несколько лет «своей» так и не нашел. Поэтому плюнул на все и уехал по миру. Я люблю путешествия, тем более, уже давно хотел объездить весь мир.
- И что, ты побывал везде-везде?
- Ну, не то, чтобы везде... Но Европу узнал хорошо. Даже познакомился с некоторыми людьми, русский язык учить начал. Уже многое понимаю и умею читать, но говорю плохо. - улыбался он.
- А ну, скажи что-нибудь. - заинтересовался Чача.
- Ну... привет, как дела? - с японским акцентом спросил он.
- Здорово.
- А откуда вы знаете друг друга?
- Мы на концерте познакомились. - засмеялся Чача. – X JAPAN, когда я выступал у них гитаристом.
- Да? Как?
- Он был самым настырным фанатом. Стоял в первом ряду, приплясывал что-то там. - с улыбкой рассказывал Чача. - А после концерта прилетел за автографом.
- Ага, я был просто в шоке, когда он сказал мне, что еще встретимся.
- Нет, ну, а что я еще мог сказать, когда ты такой вот весь из себя красивый?..
- Чача! - в один голос воскликнули Кози и Гакт, перебив его речь.
- Кхм... - Фуджимура закусил губу. - Вот так и познакомились.

Газ же просто поднялся и, бросив «я на минутку», испарился. Покраснеть ему не давал слой пудры, за что драммер был невероятно ему благодарен, а вот провалиться под землю от стыда... все-таки, какими крепкими не были бы полы... черт возьми, это же личное!

Когда он вернулся, парни уже попросили счет.

- Ну, когда собираемся в следующий раз?
- Я позвоню всем.
- И все же, зачем Чачамару с нами? - не успокаивался Ю~ки.
- Чача просто приехал встречать Гакта. Успокойся уже.
- Мм, ну, раз так... – он закатил глаза и посмотрел на Гакта. – Что это у тебя?
- Где?
- На носу. Что-то голубое.
- Что у меня на носу? - Гакт провел рукой по своему носу, стирая остатки помады. - Наверное, тебе просто показалось.

Принесли счет. Ю~ки, сидевший рядом с Маной, достал свой кошелек, чтобы оставить свою часть денег. Гакт в это время постарался незаметно стереть с носа помаду Маны, который покусывал губу, улыбаясь. Он отвернулся.

- Что это? - взгляд лидер-сана случайно упал на фотографию, покоившуюся под прозрачной пленочкой.
- Фотография.
- Можно? - он протянул руку, Ю~ки послушно вложил в нее фотографию трехсотлетней давности. Заинтересовавшийся Гакт, сидящий с другой стороны от Маны, потянулся, чтобы тоже рассмотреть.
- Мана-сан, это же мы! - удивленно воскликнул он.

На фотографии стоял Гакт в золотом концертном костюме и с хвостиком, а рядом - Мана. С красными губами, но косметики минимум, распущенные волосы... Гакт прекрасно помнил, хоть фотография и была черно-белой. В тот день Мана решил «тряхнуть стариной» и вспомнить, как выглядел несколько лет назад. Он откопал где-то старые свои фотографии и по ним красился. Получилось очень по-настоящему. Гакту сильно понравилось, и он попросил Ю~ки сфотографировать их. И вот, они увидели свою фотографию спустя столько лет.

- Зачем ты ее хранишь?
- Нравится. - Юки выдернул фотографию из рук Маны, спрятал ее обратно в кошелек. - В общем, позвонишь. Всем пока. - он поднялся и вышел из кафе.

Вскоре все остальные тоже разошлись. Кози и Чача ушли вместе, Газ отказался от предложения подвезти и пошел через парк, а Мана с Гактом отправились к тому месту, где вокалист оставил свою машину больше месяца назад. Он очень надеялся, что она все еще там.

Они шли очень медленно - у Маны устали ноги. Еще бы! В такой-то обуви.

- Так. - Гакт остановился. - А ну разувайся.
- Зачем?
- Ну, я же вижу, как тебе тяжело.
- Я босиком не пойду.
- Ты вообще не пойдешь. - улыбнулся Гакт. - Разувайся бегом.
- Ох, Гакуто... - с улыбкой, Мана наклонился, расстегивая ремешки туфель. Снял один, затем второй и сразу же оказался над землей. Он крепко обхватил Гакта за шею и удобно устроил голову на его плече. - Туфли мои возьмешь?
- Потом.
- Как это? Одни из любимых! - начал возмущаться он, пытаясь слезть с удобных рук.
- Тсс, успокойся, чудо ты мое. Ну, кому они могут здесь понадобиться в такое время? Ну, разве что за нами не следят твои фанатки. - он засмеялся. - Уже близко. Будем проезжать, заберу. - он улыбнулся и понес свою драгоценную ношу к машине. На удивление, она никуда не делась. Разве что ужасно запачкалась, но это не важно, тем более в полночь.- К тебе или ко мне?
- Давай ко мне? К тебе через весь город, а ко мне по объездной.
- Как скажешь, Маночка. - он наклонился и поцеловал Ману в губы, тот охотно ответил, притянув его ближе к себе за шею. - Спасибо. - прошептал Гакт в губы.
- За что?
- За Malice Mizer.
- Тебе спасибо. Сам бы я никогда не решился.

Снова поцелуй. Долгий, медленный, чувственный и томительный. Но Мана отстранился, прикрыл рот рукой, зевая.

- Прости.
- Ничего. - Гакт улыбнулся. - Иди на заднее сидение, ложись и спи.
- Хорошо, Гакуто. - Мана перелез на заднее сидение, вызывая у Гакта улыбку. Босиком он не мог выйти на улицу, так как машина стояла в лесу. Поэтому пришлось опускать переднее сидение, чтобы пересесть назад. Он удобно устроился и прикрыл глаза. Гакт завел мотор, включил фары, тихую музыку. - Не забудь мои туфли.
- Не забуду. Дай ключи от дома. - послышалось шуршание, потом звон ключей, потом удар об обивку кресла - это Мана кинул связку на переднее сидение. - Спасибо.

Через некоторое время машина остановилась, Гакт вышел, забрал туфли, сел обратно.

- Спасибо.
- Не за что. Спи, мой хороший.

Доехав до дома, Гакт припарковал машину, отомкнул дверь, аккуратно взял своего возлюбленного на руки, занес в спальню, спустился вниз, чтобы замкнуть машину и дом, и наконец-то сам почувствовал под собой мягкость кровати. Очень осторожно, чтобы не потревожить, снял с Маны платье. Как он их вообще носит?! Узкие, тяжелые... ужас. Он сам разделся и лег под одеяло. И тут же почувствовал тепло под боком - Мана ближе прижался к нему, а потом и обнял во сне. Такой милый, хороший, родной...

- Доброй ночи, Маночка.

Тихое сопение в ответ.

Глава 30.

Разбудил меня рингтон телефона. Сонно жмурясь, я по привычке потянулся к тумбочке. Да где же этот чертов мобильник?! Я совсем забыл, что ночью, когда раздевался, просто забил на внутренности джинсов. Поднявшись с теплой постели, я нашарил на полу одежду, а потом и телефон.

- Да? - немного резко. Кому вообще пришло в голову звонить мне в такую рань?!
- Не разбудил? - бодрый голос.
- Ох, Чаченька... что ты, я уже встал. - ну да, конечно. Я сел на пол, облокотившись спиной о кровать, и прикрыл глаза. - Что ты хотел?
- Хотел спросить... ты вообще помнишь о том, что сегодня репетиция?! - голос лидер-сана сменился с милости на гнев.
- Ох, Чач... какая, к черту, репетиция? Я вообще еще сплю.
- Только что же сказал!..
- Я солгал. - перебил я, зевая. - И вообще... Чач, я еще не знаю, как дальше будет складываться... - я замолчал, улыбаясь. Ласковый поцелуй в макушку... - Маночка... - тихо прошептал я, абсолютно забыв о Чаче в трубке. Все-таки, это очень приятно. Когда кто-то вот так вот сверху вниз тебя целует...
- Гакт! - возмущенно воскликнул Чача.
- Я перезвоню. - я повесил трубку, блаженно улыбаясь. - С добрым утром, солнышко мое. - проворковал я, закидывая руки за голову, обнимая тебя за шею, наклоняя вперед, целуя в губы.
- С добрым. - он ответил на поцелуй, упираясь ладонями в мои плечи. - Не сиди на полу. - ты отстранился, легонько потянув меня за волосы вверх.
- Какой ты сегодня... заботливый, романтичный, нежный... мм... даже чересчур. - я охотно переместился поближе к тебе, на кровать.
- А мне кажется, что это ты.
- Что?
- Слишком чувствительный. - ты легко прикусил мочку моего уха.
- Это ты слишком возбуждающий. - я плавно провел по твоей худощавой ножке, от коленки к бедру, обхватил за талию, притягивая ближе, укладывая на спину.
- Хочешь меня? Возьмешь? - соблазнительно прошептал ты в мои губы.
- А ты?
- А я хочу в душ. - ты коварно улыбнулся.
- Душ никуда не убежит. - я снова стал целовать твои губы. Потом шею. Чуть покусывать.
- А ты? - запрокинул голову, жмуря глаза. Солнце из окна падало прямо на твое лицо, ослепляя.
- А я тем более. - при виде этого незащищенного личика мною одолела чуть ли не всепоглощающая нежность. Как безумный, я набросился на твое лицо, покрывая горячими, несдержанными поцелуями. Губы, глаза, нос, щеки, лоб... Родной... Любимый... - Ты сводишь меня с ума. - сбивчиво прошептал я в твои приоткрытые губы.
- Заткнись уже и трахни меня! - похотливо прорычал ты мне на ухо.
- Ты в душ хотел... - бешенное желание сменилось самой настоящей нежностью. Ласково, мягко, нежно, трепетно... я аккуратно скользил губами по твоей коже, как будто не знал, что ты не уйдешь. Как будто боялся.

Ты шумно вдохнул холодный воздух сквозь сжатые губы.

- Камуи... прекращай уже эту пытку! Я хочу чувствовать тебя в себе...

Пытку? Я ведь только целовал...

- Какая фраза... - я закусил губу, снимая с тебя белье. И снова тупой настойчивый телефонный звонок. В этот раз звонили тебе. Ты рванулся к телефону.- Куда ты? - я остановил тебя новой волной поцелуев.
- Нужно ответить. Прости. - ты виновато поцеловал меня в губы, потом отстранился, нашарил где-то мобильник и лег обратно. - Вот, я же говорил. Это Газ. - ты принял вызов.

Мне не оставалось ничего, кроме как обнять тебя, прижаться и исступленно гладить твою грудь, целовать плечо. Ты почти никак не реагировал на мою ласку, весь ушел в разговор. Только слегка улыбался и прикрывал глаза.

- Что он хотел? - лениво спросил я, когда ты повесил трубку. Скорее, просто чтобы что-то сказать - вдруг ты забыл обо мне?
- Ты же сам слышал.
- Я не слушал.
- Он спрашивал о Чачамару.
- А ты что?
- Ты совсем меня не слушал? - обиженно спросил ты, вырываясь из моих объятий. Но я удержал.
- Я слушал твой голос, а не какие-то слова.

Ты тяжело вздохнул, а потом улыбнулся.

- Чудо ты мое. - ты ласково провел рукой по моим волосам, я блаженно прикрыл глаза. Люблю, когда кто-то копается в моих волосах, тем более, такими нежными пальчиками. Я словил твою руку и стал целовать каждый миллиметр, каждый кусочек прохладной гладкой кожи.
- Твое. - Снова зазвонил телефон.- Да что за черт?! Выключи его! - раздраженно воскликнул я.
- Прости. - ты улыбнулся, принимая вызов.

Ах так?.. В голове родился злобный план мести. Пока ты с кем-то выяснял отношения, я устроился поудобнее у твоих ног и совершенно без предупреждения, взял твое достоинство в свой рот. Так интересно было наблюдать, как резко ты подорвался, ошарашенно уставившись на меня. А я, не обращая никакого внимания на твои немые возражения, продолжал скользить губами, языком по возбужденной плоти. Нарочито сладко причмокивая губами.

А ты пытался разговаривать, правда, насколько я заметил, у тебя это не слишком удачно получалось. Ты часто закусывал губы, вздрагивал, вздыхал... пока не психанул и, со словами «я перезвоню», повесил трубку. Ты наконец-то расслабился, откинувшись на подушки.

- Ну почему же ты такой эгоист?
- Я просто хочу, чтобы ты проводил такое чудесное утро только со мной. - я целовал внутреннюю часть бедра.

Добившись твоего внимания, я прекратил ласку, растянувшись рядом с тобой и удобно уложив лохматую голову на твоем плоском животе. Я прикрыл глаза, чувствуя, как ты невесомо перебираешь мои волосы, легко касаясь подушечками пальцев кожи.

- Маночка... - тихо прошептал я. Было так хорошо. Тепло. И уютно. - Я люблю тебя. - я приоткрыл один глаз, ты улыбался. Хороший мой...
- Ты так редко говоришь это... - ты ласково провел пальцем по моему носу. Как это мило. Я улыбнулся.
- И ты. - а вот тут я нахмурился, капризно надув губы. Ты засмеялся. - Эй, ну неудобно же! - я поднял голову с твоего трясущегося живота, вызывая еще больше смеха. - Нуу...
- Прости, прости. - ты запустил руку в мои волосы и легонько сжал. - Я люблю тебя. - я зажмурился, крепко-крепко обхватывая твою талию обеими руками.
- Солнышко мое... Хороший мой... Мой Маночка... - я покрывал поцелуями твой, подрагивающий от смеха, живот.
- Такое утро хорошее... – задумчиво пробормотал ты.
- Хочу каждый день так. Всю жизнь.
- Но ведь это скучно.
- Что?
- Каждый день одинаково.
- Ну, это образно говоря. - я улыбнулся.
- Ну, тогда ладно.
- Здорово.
- Гакуто, ты сегодня совсем как ребенок! - засмеялся ты.
- Это плохо?
- Это за-ме-ча-тель-но.
- Ну вот, ты сам как ребенок.
- Это плохо? - я засмеялся.

Как же все-таки хорошо. Вот так вот валяться на мягкой кровати, нежась в лучах солнца, порывах ветерка и ласке любимого человека.

***

Юкихиро Фуджимура. Чачамару-сан. Чача. Чаченька.

Слишком давно мы не виделись. Ты очень изменился. Я задумался, подсчитывая... Семь лет?! Ух ты... давно. А ведь раньше мы буквально прожить друг без друга и одного дня не могли.

Познакомились мы на концерте, как ты сегодня рассказывал за столом. Я только что порвал со своей девушкой… вот, прямо на входе в зал, и, если бы не эта чудесная музыка… голос Тоши и твоя гитара – вы всегда были моими идеалами. Он бог в вокале, ты – в гитаре. Под любимую музыку я забыл обо всех печалях и просто веселился вместе с тобой. А ты, падкий на длинноволосых блондинок, заметил меня. А потом ты вдруг позвонил. На следующий вечер. Ты пригласил меня к себе. Сначала мы сидели и просто общались, попивая дорогое вино. Ты рассказывал о себе, о своей жизни, карьере, а я прислушивался к каждому слову, ловил звуки, запоминал жесты, мимику… А потом… как-то быстро и неожиданно, но мы оказались в одной постели. Конечно же, мне понравилось… да что там, я был просто на седьмом небе от счастья! А потом еще одна такая встреча, и еще, и еще… а потом ты сказал, что насладился мной и нашел себе другого любовника. Меня всегда поражало твое умение быть жестоким, несмотря на всю твою доброту и радужность. Я тогда очень сильно расстроился. Мне казалось, что я влюбился в тебя, хотя, в принципе, и геем-то никогда не был. Да и спали мы не по обоюдному согласию, а твоему желанию. Но почему-то я позволял тебе. Может, от того, что сам получал от этого удовольствие? В прочем, это не важно. Еще ты сказал тогда, что не хочешь, чтобы я покидал твою жизнь, потому что я тебе нравлюсь. Конечно, не как сексуальный партнер или что-то в этом роде… обычно это называют «как человек». Так и завязалась наша дружба.

Мы встречались каждое утро перед репетицией, и пили кофе, а потом расходились, шли по своим делам, а вечером ты звонил мне и мы до полуночи болтали. О том, как прошел день, о том, какие суки начальники, о том, как устали от этого всего, о том, как было бы хорошо создать свою маленькую малоизвестную группку и ездить по каким-нибудь городам, где «великие» не бывают никогда, и за какую-нибудь символическую плату устраивать концерты для простых людей.

Было здорово.

Мы были хорошими друзьями. Когда это все оборвалось - я не имею ни малейшего понятия. Сначала ты не пришел утром в кафе, потом не позвонил вечером, потом не отвечал на звонки... так продлилось несколько дней, а потом мне пришлось уехать. Больше я о тебе не слышал. И вот сегодня… ты действительно был рад меня видеть?

С мысли сбил звонок.

- Алло?
- Сложный день сегодня был, не правда ли?
- Чача-сан?! – передать невозможно было всего восторга, который я испытывал в этот момент. Быть такого не может! Нет, серьезно же, не может!
- Не ожидал?
- Нет. – я улыбался, как самый последний псих. Как же я был рад тебя слышать!
- Так как?
- Что?
- День.
- Ах… да день, как день.
- А Malice Mizer?
- А что Malice Mizer? Я очень рад вернуться в семью. И тебя видеть рад. И слышать. В общем, отличный день! - ты засмеялся. Как же я давно не слышал твоего смеха… - А ты что думаешь о нашем воссоединении?
- Я искренне рад за вас. И желаю вам успехов. А еще я тоже очень скучал.
- Почему раньше не позвонил?
- Не знаю. А вдруг, ты злишься на меня?
- О, Чаченька, я тебя умоляю!

Долго-долго мы болтали, а потом ты стал засыпать. Так забавно… переспрашивал, говорил что-то невнятное, зевал… в итоге я сказал, что тебе нужно идти спать, а ты стал спорить, говоря, что хочешь еще немного поговорить со мной. Я согласился, а через полчаса уже вслушивался в твое тихое сопение. Ты уснул. Мой радужный Чаченька… немного поулыбавшись своим мыслям под музыку твоего сна, я и сам стал засыпать.

- Доброй ночи, Чаченька. – пробормотал я и повесил трубку.

P. S. Очень хочется, пользуясь случаем, поздравить дорогого Маночку с днем рождения ^.^
Спасибо огромное этому замечательному человеку, этой молчаливой таинственной леди, за то, что он есть, за то, что создает такие восхитительные вещи, музыку, за то, что он такой потрясающий, за то, что не похож на других.
Пусть на его пути к цели будет как можно меньше преград.
Лично у меня не проходит и дня без его музыки. Очень люблю, уважаю, обожаю.
Omedeto, Mana-sama!

P. P. S. Как мило совпало *О*
День рождение Маны с очередной юбилейной главой фанфика ^.^

 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:22 | Сообщение # 14
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 31.

- Доброе утро. – я сел за столик у окна в небольшом кафетерии.
- Доброе утро. – эхом отозвался ты, солнечно улыбаясь. – Выспался?
- Да не особо. – усмехнулся я.

Конечно, я не выспался! Кози приспичило отметить со мной их воссоединение. И снова я остался у него, и снова я не выспался. Я успел всего минут двадцать покемарить, после разговора с Газом, а потом Кирики вернулся из ванной… По-видимому, вода на него действует очень… кхм. довольно странно.

– А ты?
- Кози не давал? – ты игнорировал мой вопрос.
- Давал. В смысле… черт! Вы уже достали! – возмутился я, а ты рассмеялся. А потом до меня дошло. – Откуда ты знаешь о нас?
- Ой, да брось! Чача, я прекрасно знаю, как ты ведешь себя со своими любовниками. Эти взгляды, жесты и прочие манипуляции. – я улыбнулся, но сам погрузился в пучину раздумий.

А действительно ли Кози очередной любовник? Всего лишь любовник? Да, мне со всеми своими пассиями приятно проводить время, мне весело, мне нравится, я расслабляюсь, в какой-то мере, даже счастлив. И с Кози все так же. Только с ним я хочу быть, а не просто трахаться. Хочу засыпать и просыпаться, завтракать, обедать и ужинать, разговаривать не по телефону, а перекрикиваться из комнаты в комнату, а лучше, лежа на его коленях. В нашем доме… Что же это со мной происходит-то? Я машинально потянулся к карману куртки за сигаретой.

- Ча-ча-ма-ру! – донеслось до меня. Как будто по голове ударили или ватку со спиртом к носу поднесли.
- Газ? Прости, я задумался. – я все-таки достал сигарету и подкурил.
- О чем?

Нет, Газу я всегда доверял, но… поймет ли на этот раз? Я глубоко затянулся, выдохнул струйку дыма.

- Газ, мне кажется, я влюбился.
- Влюбился? В Кози? – я не знаю, как описать выражение твоего лица. Удивление, шок? Но потом ты улыбнулся. – Это же здорово! Наконец-то, на старости лет ты все-таки решился.
- Угу.
- Или это плохо?
- Я не знаю. Вот ты когда-нибудь любил?
- Любил. – ты улыбнулся.
- И? – с надеждой. Может, ты подскажешь, что делать?
- Это было не взаимно. – с улыбкой признался ты.
- Почему ты тогда улыбаешься? Тебе не было больно?
- Было, сначала. Сейчас я к этому по-другому отношусь.
- И все? Больше не влюблялся?
- Ну, были мимолетные увлечения…
- А хочешь?
- Очень. Семью - жену и сына. Встретить красивую, умную, добрую девушку, влюбиться в нее, встречаться, делать сюрпризы… Знаешь, рассветы, ночи, моря, ужины - романтика, в общем. А потом сделать ей предложение. Как-то креативно и интересно, чтобы ей понравилось. Услышать «да». А потом знакомство с родителями, организация свадьбы, волнение… а потом тот день. А потом ребенок… беременность, курсы для родителей, роды, пеленки, сосочки, первые слова, первые шаги, садик, школа…

Я невольно заслушался. С таким трепетом ты говорил обо всем этом… на секунду, мне даже самому захотелось этого всего. Но потом я вспомнил: я же гей, черт возьми! Нет, ну, конечно, если слишком извратиться… но, я не думаю, что Кози одобрит. Ксо, я уже строю на него планы!

- Знаешь, ты изменился.
- Знаю. – улыбка.
- А как же музыка? Malice Mizer?
- Чач, я пока не собираюсь. У меня даже девушки нет. Так что, расслабься. – ты засмеялся. – Так что, пока я весь твой. – ты подмигнул мне, отчего я вдруг смутился. Черт, Кирики! Что ж, с кем поведешься… - Ладно, поздно уже. Мне пора. Да и тебе, вроде, тоже. – ты встал из-за стола, оставил деньги за кофе. - Позвонишь вечером?
- Обязательно. – я улыбнулся.
- Здорово! – засиял ты. – Удачи. – ты развернулся и, виляя бедрами, покинул кафе.

Я усмехнулся. Да ты еще похлеще Маны бываешь! Барышня.

Расплатившись с официанткой, я пошел по своим делам. Раз Гакт вернулся, значит, репетиции возобновляются, значит, сегодня репетиция. Я направился в сторону студии, но там никого не оказалось. В том числе, и самого Гакта. Я набрал номер.

- Да?
- Не разбудил? – я улыбнулся. Конечно же, разбудил!
- Ох, Чаченька... что ты, я уже встал. Что ты хотел?
- Хотел спросить... ты вообще помнишь о том, что сегодня репетиция?! – я вспомнил причину своего раннего звонка.
- Ох, Чач... какая, к черту, репетиция? Я вообще еще сплю.
- Только что же сказал!..
- Я солгал. И вообще... Чач, я еще не знаю, как дальше будет складываться... – он замолчал. Что складываться? Гакт, о чем ты, черт подери?! - Маночка... – расслышал я. Что за?! Ну Гаакт… ну, держись!
- Гакт! – вопил я во все горло, пытаясь привлечь к себе внимание. Как раз голос разработаю.
- Я перезвоню. – он сбросил.

Что? Какого?! Ну Гакт… ну сволочь самовлюбленная! Хм. просто влюбленная… но все равно сволочь!

Не спеша, я направился к дому. Через парк, потом просто походил по магазинам – купил себе новую розовую кофточку, потом зашел в продуктовый, решив приготовить что-нибудь интересное вечером – все равно заняться нечем, и только тогда направился домой. И, конечно же, моя прогулка была бы абсолютно бесполезна, если бы в парке я не встретил этих двоих голубков – Ману с Гактом. Выспались? Я усмехнулся и свернул влево, обходя парочку. Уже даже не прячутся. Я обернулся. Мана, сжимая ладонь Гакта, пытался удержать равновесие на бордюре. Прямо как дети малые, ну честное слово!

А дома как всегда – покой и тишина. Конечно, после шумных гулянок очень хорошо прийти и отдохнуть, но иногда напрягает. Я выложил на кухне продукты, включил музыку и интернет, стал искать, что бы приготовить. Выбрав блюдо, я принялся за готовку. Не скажу, что из меня отличный кулинар, но что-нибудь простенькое состряпать могу.

Когда обед был уже почти готов, в дверь позвонили. Сняв фартук, я пошел открывать.

- Привет. Не отвлеку? – на пороге стоял, и улыбался во все тридцать два, сам Кирики Кози.
- Нет, конечно. Проходи.

Что он тут делает? И откуда у него мой адрес? И вообще…

- А ты как тут? – поспешил выяснить я.
- К тебе, вот, пришел. – ты лучезарно улыбался.
- Ну, это я понял. А если бы меня не было?
- Тебя не могло не быть. Мне Мана позвонил, сказал, что Гакт просил передать, что видел тебя в парке… короче, это все Гакт!

Гакт? Я даже расстроился. Гакт… не ты сам, а он. Ну, хотя… действительно, ты же не знал моего адреса.

- Эй, Чач? Ты тут? – ты обнял меня. – Я соскучился. – ты поцеловал меня в нос. – Сам уже хотел звонить, спрашивать, придешь ли ты. Но тут так удобно Мана появился.

Хотел звонить? Снова звать к себе? Сама по себе вся раздраженность пропала. Ты скучал, хотел видеть меня вечером дома… у себя.

- Тебя накормить? – я улыбнулся.
- Не откажусь.
Глава 32.

- И вообще еще масса нерешенных вопросов. К примеру, где репетировать?
- У меня дома. - беспечно отозвался Гакт. - У меня есть специально отведенная комната, оборудованная по всем параметрам. Там и можем репетировать.
- Ну, хорошо. Допустим, эту проблему решили. А что на счет постановки?
- Ну, сначала бы с музыкой все решить, попробовать... а потом уже и постановка, фансервис и прочее.
- Тебе лишь бы пофансервить! Пошлый, развратный, извращенный!..
- И любимый. - перебил Гакт, еще больше смазывая синюю помаду очередным поцелуем.
- Пойдем, мне надоело сидеть. - Мана поднялся и потянул Гакта за руку. Они медленно двинулись по аллее.- Скажи, зачем партии именно Malice Mizer?
- Первое, что пришло в голову.
- А если?..
- Мм?
- Нет. Плохая идея. Забудь. - Мана вдруг улыбнулся и поднялся на бордюр. - О, посмотри, это же Чачамару?
- Да.
- А почему он один?
- Идет домой. хм. Позвони Кози.

Мана молча набрал номер, быстро обрисовал ситуацию. Гакт продиктовал адрес и, попрощавшись и пожелав удачи, Мана повесил трубку.

- Он сейчас приедет.
- Отлично.
- Сводник ты мой дорогой. - гитарист взял его за руку.

Они шли, Гакуто по земле, бережно сжимая пальчики, обтянутые тонким черным гипюром, а Мана, цепляясь за крепкую руку, пытался удержаться на бордюре, еще и в своих каблуках. А потом он нечаянно оступился и чуть не подвернул ногу.

- Так, все! По бордюрам мы с тобой больше не ходим, ты понял?

Но тот лишь засмеялся, коротко обнял Гакта и снова забрался на бордюр.

- Вредина! - воскликнул Гакт, крепче сжимая его руку, а второй придерживая за талию.- Вот почему ты такой не послушный?
- Ты разбаловал. - Мана улыбнулся.

Несмотря на позднюю осень, светило яркое солнышко. Черные пряди красиво играли на просвет, переливаясь еще не смывшейся до конца синевой. Впрочем, на мягкость этих перьев покушалось не только солнце, но и холодный ветер, только, в отличие от первого, он не ласкал, а злился на что-то, то сурово хлестал нежное лицо, то дуя в него, откидывая черный шелк за напряженную спину. Бледная кожа как будто светилась, отражая от себя яркие, но холодные лучи. А от того-самого ветра, открытую шею время от времени захватывала в свой плен стая мурашек, но, испугавшись яркого света, они отступали. Мана ежился от грубых порывов. Телу, привыкшему к теплу и ласке, было неприятно.

- Вот чего ты улыбаешься? - хмуро спросил он.
- Тобой любуюсь.

Повинуясь минутному порыву, Гакт бережно обнял возлюбленного, изо всех сил, но в то же время крайне осторожно, прижимая к себе.

- Что ты?
- Хочу тебя защитить. Боюсь, что этот злой сильный ветер подхватит тебя в одну секунду и унесет куда-то далеко-далеко, восвояси.
- Не унесет. Ты же так крепко меня держишь. - улыбаясь, он прижимался к теплой груди. Сквозь толщину куртки, слыша тихое быстрое сердцебиение.
- Пойдем домой?
- Ты замерз?
- Нет, замерз ты.

Гакт отступил, а Мана доверчиво шагнул за ним. Но он не учел разницы в высоте между бордюром и асфальтом. Неподготовленная нога ступила на асфальт и, пошатнувшись, потянула за собой все тело. Вскрикнув, от неожиданности, Мана упал и замер. Потом пришло ощущение боли, он зашипел, хватаясь за ногу, бережно потирая. А Гакт так и стоял, не понимая, что произошло.

- Чего стоишь, помоги мне! - недовольно прикрикнул гитарист. Гакта как будто кипятком ошпарили. Он шустро опустился рядом, но тут пришло осознание, что он не знает, что делать.
- Что? Что мне сделать? - судорожно забормотал он.
- Домой меня отвези, балбес!
- Да, конечно... - рассеянно, Гакт поднял хрупкое тело на руки и понес к машине. Там он уложил Ману на заднее сидение и очень аккуратно попытался снять тяжелую обувь. С одним сапогом все прошло достаточно гладко, а на втором Мана жалобно заскулил, сжимая кулаки.
- Сильно больно?
- Нет, приятно! - зло воскликнул он.
- Прости-прости! - залепетал вокалист. - Я не хотел...
- Замолчи уже! - Гакуто послушно замолчал, пересев за руль.
- Ко мне быстрее...
- Хорошо. - резко.

Вокалист быстро погнал машину. Он чувствовал себя безмерно виноватым за то, что не уследил, и теперь его Маночке было больно. А если там что-то серьезное?

Гакт остановил машину, вышел из нее, снова взял Ману на руки и понес в дом. Он избегал любого взгляда - слишком стыдно было. В доме, по просьбе гитариста, он отнес его на кровать.

- Принеси мне воды, пожалуйста. - кажется, злость немного поутихла. Гакт послушно вышел из спальни. Мана в это время стал медленно раздеваться. Нужно было осмотреть ушибленную ногу, а через колготки это было невозможно. Вернулся Гакт с водой.
- Вот. Прости, что так долго.

Мана быстро осушил стакан и устало лег. Раздевание поубавило сил.

- Нет, это ты меня прости. Не нужно было так резко себя вести.
- Сильно больно? - заботливо поинтересовался Гакт, осторожно беря ногу в свою руку, бережно, очень легко и мягко ощупывая ногу. - Здесь ничего сильно страшного, просто вывих. Полежишь несколько дней и все будет хорошо. – он наклонился и мягко поцеловал тонкую ножку в месте, где болело. У Маны аж защемило в сердце. Как он посмел так грубо разговаривать с этим заботливым чудом?
- Спасибо.
- За что?
- За помощь. - он притянул Гакта к себе и ласково поцеловал в щеку. - Прости, что накричал.
- Нужно было слушаться меня.
- А я повредничать хотел.
- Повредничал?
- Да. - он улыбнулся. - Теперь ты будешь обо мне заботиться.
- Я всегда буду о тебе заботиться.

***

- Алло?
- Чач, приедешь ко мне?
- Газ, я сейчас не могу.
- Почему?
- Я не один. - он поднял взгляд на Кози, перебирающего его волосы, и улыбнулся.
- А я немного... в прочем, не важно.
- Нет, говори.
- Удачи. - Газ повесил трубку.

Он уперся лбом в стену и закрыл глаза. Что им двигало? Зачем он вообще набрал этот номер? Отлепившись от стены, он побрел в спальню, лег на кровать и почти моментально заснул.

Но, не успел он окончательно погрузиться в объятия Морфея, как в дверь позвонили. Нехотя, Газ поднялся с нагретой постели, надел халат - почему-то он был абсолютно голый, хотя перед сном не раздевался. Он открыл дверь. На пороге стоял Чача.

- Ты все-таки пришел. - просиял драммер.
- Пустишь? - хмуро поинтересовался Фуджимура.
- Конечно. - он отодвинулся с прохода.

Только сейчас он увидел, что небо свинцово-серого цвета. Изодранные, пожеванные листья тонули в огромных воздушных лужах. В глазах все мерцало - была гроза. Деревья безвольно гнулись к земле. Мокрый, противный, холодный дождь яростно колотил в дребезжащие стекла. Поспешно захлопнув дверь, Газ пошел на кухню за своим гостем.

- Почему ты пришел в такую погоду?
- Ты попросил. - он оторвался от горлышка бутылки со спиртным.
- Я же сказал, что не надо. Такая ужасная погода...
- Мне некуда больше было ехать.
- Почему? Ты о чем вообще?
- Я спалил свой дом. Гакт снова куда-то уехал со своей куклой. Остался только ты...
- А Кози?
- Мы... расстались.
- Как так?

Чача не ответил. Опустившись на пол, он закопался руками в волосах и горько заплакал.

- Что ты? Нет... нет-нет-нет-нет! Чаченька, не плачь. Не нужно, пожалуйста... - он сел рядом и стал трясти его за плечи, крепко сжимая. А Фуджимура вдруг поднял заплаканное лицо и посмотрел в его глаза. Мокрые ресницы беспрерывно порхали вверх-вниз, вверх-вниз, губы судорожно тряслись.

- Поцелуй меня... пожалуйста.
- Чаченька...
- Прошу… мне нужно твое тепло... мне нужен ты. Умоляю...

Я смотрел на свое отражение в твоих глазах. Испуганный, нерешительный… а ты умолял. В глазах была такая просьба…

- Чаченька, ты сильно пьян.

Ты резко отшатнулся, как будто у меня в руке была бомба.

- И что? Я стал тебе противен? Ты больше совсем меня не хочешь? Вот он я, пришел к тебе – бери, сколько влезет! Ты же раньше, когда я прекратил наши отношения… ты же так хотел все вернуть, искал любую возможность! Так что же теперь? Я больше тебе не нужен? Ты больше не любишь меня? – быстро-быстро тараторил ты, захлебываясь своими слезами.
- Люблю, Чаченька, люблю! Я всегда тебя люблю. Ты всегда мне нужен! – перепугано воскликнул я, хватая тебя за руки. Но ты отдалялся… пропадал, таял. – Чаченька! Нет, куда ты?! Чача! – кричал я.
- Тогда поцелуй. – прошептал ты. Ты почти уже растворился, а я все пытался судорожно ухватиться за тебя. Но безрезультатно… ты пропал.
- Нет! – закричал Газ, ударяя кулаками в пол. Руки пронзила боль, они онемели. – Нет! – он распахнул глаза.

Он стоял на коленях посреди кровати, вцепившись в подушку. Весь потный, мокрый… золотистые волосы липли к холодным плечам, губы жадно ловили воздух, глаза быстро-быстро смаргивали остатки сна. Его жутко лихорадило. Он медленно сел, обхватив трясущимися руками прижатые к груди колени, немигающий взгляд был устремлен в одну точку.

- Что это? Что это было? Почему ты мне снился? Почему ты? Почему… что за сон? Такой дурацкий… Ты в порядке? – губы шептали, но звука не было. Ударник сорвал голос, когда кричал.

Кое-как поднявшись, он нашел свой телефон. Раза с третьего удалось набрать номер. Ответа долго не было. Газ, облокотившись о стенку спиной, нервно кусал ногти. Наконец-то, на другом конце связи послышалось сонное «Алло?».

- Чаче… - он закашлялся. Определенно, говорить нельзя. Но нужно убедиться. – С тобой все в порядке? – прохрипел он, стараясь, чтобы голос звучал как можно громче.
- Да, Газ, все хорошо. А что?
- Ничего. Доброй ночи. – он сбросил вызов и облегченно выдохнул. С ним все в порядке…
 
KsinnДата: Четверг, 08.08.2013, 16:23 | Сообщение # 15
Генералиссимус
Группа: Друзья
Сообщений: 3885
Награды: 20
Статус: Offline
Глава 33.

- Всем привет. Простите, что задержался. – виновато улыбнулся Кози, заходя вслед за Гактом в их новую репетиционную. В комнатке собрались уже все участники группы. – Эмм… вы будете сильно против присутствия Чачи?
- Кози, ну что это за цирк-то такой? Я, конечно, все понимаю, любовь-морковь, но…
- Да ну? – с усмешкой перебил столь пламенную речь Маны Гакт. Он смотрел, как покраснел Кози, как отвел взгляд Чача, и как все понял Мана. Да, они-то с ним работали вместе.
- Хорошо, пусть сидит.

Но, не тут-то было – посидеть спокойно не удалось. Так как участники сегодня играть даже и не собирались, а просто обсуждали разные важные вопросы, Чача очень пригодился и автоматически был награжден почетным титулом «подай-принеси». Сначала кофе, потом листы бумаги, потом ноутбук Гакта… потом, вроде, успокоились. Ну, или просто решили оставить Чачу в покое. Поэтому, особо не набиваясь в помощники, он устроился в кресле в углу комнаты с каким-то, то ли, альбомом, то ли, книгой. Но все время он не переставал чувствовать на себе чей-то внимательный напряженный взгляд, а, как только поднимал голову, то видел, что всем просто-напросто не до него. Но вдруг…

- Газ, а ты чего молчишь, как рыбка, весь вечер? – поинтересовался Ю~ки. – У тебя совсем идей нет? Или ты вообще не хочешь?
- Нет-нет, что ты! – пробормотал он, но тут же закашлялся, тут-то до Чачи и дошло.
- У него голоса нет. – он захлопнул интересную книжицу и подошел к коллегам. – Что произошло этой ночью? – он в упор смотрел на Газа, который сегодня был даже почти не накрашен.
- Ничего.
- Да? И поэтому ты звонил мне в три ночи? Почему ты спрашивал, все ли со мной в порядке, когда с самим не весть, что творилось?
- Со мной все нормально. Просто кошмар приснился. – он опустил глаза.
- Просто кошмар?
- Чач, не трогай его. Пусть не напрягает голос. – вступился за ударника Кози.
- Ладно. – Чача вернулся к своему креслу, но теперь не сводил взгляда с Газа, а тот буквально засыпал, сидя на диване.

хм. Он сидел, поджав ноги к груди, и почти не двигался, только взгляд скользил с Гакта на Ману, а потом на Кози, Юки, и снова на Гакта. Но потом он скользнул в мою сторону и, как будто обжегшись, ушел к Мане. Больше я не соприкасался с этими глазами, а так хотелось… узнать, что же ему снилось, почему он позвонил, почему его голос пропал… почему, почему, почему он избегает моего взгляда?! Все-таки, он оставался моим другом и я беспокоился, ни смотря на то, что мы достаточно долго не общались.

- На счет обязанностей, я думаю, распределять ничего не стоит - оставим все, как было.
- А как было?
- Гакуто, ты отвечаешь за фансервис. - усмехнулся Мана.
- Почему именно я?
- Потому что ты у нас самый пошлый. А еще будешь помогать мне с текстами. Остальные, как раньше.
- А что делал предыдущий ударник?

Воцарилась тишина. Что делал предыдущий ударник? Фраза эхом звучала в головах четырех мужчин.

А ничего он не делал. Вернее, он просто был потрясающим ударником - и это была вся его задача. А еще... он был солнцем в этом холодном королевстве зла и печали. Он просто был сердцем, всегда помогая, поддерживая... он всегда всех мирил, если вдруг какая-то ссора. Всегда давал дельный совет или хорошее решение, если вдруг какая-то проблема. На нем не лежало никаких особых обязанностей, но, в то же время, он, казалось, делал все за всех. Без него репетиции всегда проходили очень трудно, но это было редко, потому что он слишком сильно любил свою группу и старался не пропускать встреч. А без него группы совсем не стало. Точнее, не стало семьи. Когда ушел Гакт - уже тогда было тяжело, но... Конечно, взамен им пришел Клаха и разные сессионные барабанщики, но семьи больше не было. Их яркое теплое солнышко навсегда угасло.

- Я тебе потом скажу. - сухо ответил наконец Мана. Все молчали, не решаясь нарушить эту звонкую тишину. - Так, чего это все замолчали? Вопросов больше нет? Все решили? Тогда буду ждать вас послезавтра утром, в девять тут. Все ясно? – завелся он. Воспоминания о Ками оставались слишком яркими. Даже для Маны, который так старательно забывал.
- Да, лидер-сан.

Музыканты стали подниматься со своих мест и потихоньку расходиться, а Мана так и сидел в своем кресле, задумчиво помешивая ложкой холодный чай.

Он никогда серьезно не задумывался о смерти. Нет, не так… ему всегда нравилась смерть. Он считал ее величественной, могущественной, честной, справедливой… но так, как раз до того переломного момента, когда она сыграла с ним злую шутку – забрала хорошего друга. Просто хорошего человека. И не только у него – Маны, и не только у Malice Mizer… у всего мира. Тогда Мана впервые задумался о справедливости смерти. Долгие вечера в компании фортепиано и бокала вина… он играл какие-то мелодии и думал о том, как низко и грязно… ведь, он практически поклонялся смерти. Но, настал тот день – она сняла свою маску.

И вот сейчас он снова вспомнил. Никогда не боялся за друзей, а предпочитал думать, что, если кто-то уходит, из его жизни или вообще из жизни, то так надо. Но Ками… тогда ему действительно стало плохо. Тогда он в первый раз пожалел о таком своем отношении к людям.

- Чач? – Кози легонько тряс спящего гитариста за плечо.
- Мм?
- Ты уснул. - улыбка.
- Ой… прости. Я просто устал немного…
- Поехали домой. – Кози потянул ему за руку, помогая подняться.
- Мм… Кози, я спросить хотел…
- Да, Чаченька?
- Можно, я сегодня… ну… один? Я просто очень хочу спать.
- А я вечно не даю тебе выспаться? Прости… Хорошо. – он развернулся и пошел по коридору к двери, где уже собрались все.
- Кози-чан, что с тобой сегодня?
- Простите. – он рассеянно улыбнулся. – До встречи.
- Пока.
Не говоря больше ни слова, гитарист вышел в открытую дверь.

А действительно, что это такое? Что сегодня со мной? И почему я так отреагировал на желание Чачи побыть одному? Он ведь не моя собственность, а свободный человек. Ну, спим мы вместе, ну, нравится он мне, ну, хочется мне быть с ним… и что с того? Миллионы людей так встречаются и от этого их отношения не становятся хуже. Может быть, даже лучше.

Вдруг я почувствовал холод в своей руке. Я повернулся и тут же почувствовал легкий поцелуй в губы. Чача подмигнул мне и, улыбаясь, направился в противоположную от меня сторону.

Глава 34.

Ну вот, второй вечер подряд я возвращаюсь в свой пустой дом. Но сегодня я хотел этого одиночества, к тому же, Кози все равно придет. Я снял куртку, разулся и, на ходу снимая водолазку, пошел в гостиную к полке с музыкой. Хм… о, ух ты! Нашел небольшую полочку старых кассет… Culture Club, Depeche Mode, Duran Duran… о! Duran Duran! Даа, давненько я их не слушал. Кассеты включать я, конечно же, не стал, по большей части, хранил их я в качестве воспоминаний. Подсоединив к акустике ноутбук, я включил первую же песню и ушел в ванную.

Теплая вода обволакивала тело упругим коконом, сдавливала горло, перехватывала дыхание, но, вместе с тем, расслабляла, успокаивала, снимала напряжение. Я прикрыл глаза. «Come Undone»… хорошая песня. Губы сами по себе растянулись в улыбке. Приятная музыка, хорошие воспоминания… вскоре я задремал.

Проснулся я совершенно неожиданно, когда почувствовал, что тело покрывают мурашки. Вернее, как – неожиданно… я просто спокойно открыл глаза, как будто моргнул. Такую особенность человеческого организма я заметил уже триста лет назад, но никак не мог понять, почему так происходит.

Вода была не просто прохладная, а холодная, что обрадовало меня еще меньше. Я нехотя выбрался из воды, надел шелковый халат и вышел из душной комнаты. Да, все-таки, ванна – хорошая штука. Сразу так легко и хорошо становится. Только вот, «Girl Panic!» раздирала слух, раздражая. Никогда не любил эту песню. Я переключил на следующую - «Relax, Don't Do It», пойдет. Улыбаясь, я пошел заваривать чай, как-то вдруг мне его сильно захотелось.

Сидя на балконе, попивая чай, я наблюдал за людьми, снующими сюда-туда по улице, за машинами, загрязняющими воздух, за детьми, играющими недалеко на площадке. Я усмехнулся, достал пачку Camel, подкурил сигарету, глубоко затянулся и, прикрыв глаза, выпустил струйку дыма из полураскрытых губ. А потом открыл глаза и наблюдал, как дым растворяется в воздухе. Кому как, но меня завораживало это – следить за тем, как белые облака летят, стремятся вверх, к небу, и знать, что им туда не добраться, потому что легкий ветерок подхватит и закружит в своем танце, подчиняя своим правилам, известным только ему – коварному. Тут в голову пришла совершенно ненормальная мысль, я засмеялся, но тут же закашлялся, подавившись дымом. Хм, а в этом, наверняка, есть доля смысла! Вот так вот размышляя о безумной идее, я выкурил сигареты четыре. Потом у меня закончился чай. Затушив окурок, я пошел на кухню. Ополоснув кружку, я стал думать, чем бы занять свою задницу. Тут же вспомнил о Кози.

- Чеерт! – воскликнув, я ударил кулаком по столу, от чего кружка, которую я по неосторожности поставил на край, упала и от нее отбилась ручка.

Я застыл, смотря на кружку. От осознания этого почему-то стало смешно. Потом я вдруг понял, что делаю… от этого стало еще веселее. Я, пятидесяти двух летний мужчина разбил кружку из-за какой-то пошлости и сейчас посреди комнаты стою и хохочу над самим собой! Разум тут же зацепился за «какую-то пошлость»… а именно, за наши отношения с Кози. Он ведь почти на пятнадцать лет младше меня! Я стал еще больше смеяться. В этот момент переключилась песня, заиграла «Hungry Like The Wolf». Веселая. Продолжая улыбаться, я начал пританцовывать и тихонько подпевать.

Как раз в этот момент в двери заерзал ключ, и она с тихим щелчком открылась. Я этого, естественно, не услышал и продолжал выплясывать, ровно до того момента, пока не услышал смех за своей спиной. Я застыл, а потом медленно повернулся. Ты стоял в дверях, продолжая смеяться.

- Кози, дорогой, здравствуй. – я улыбнулся и подошел к тебе.
- Привет. – ты успокоился и, обняв меня за талию, притянул к себе.
- Что, прямо так с порога?
- Я соскучился. – ты коротко поцеловал меня в губы.
- По сексу? – я скривил лицо, чуть отстранившись.
- А я что-то сказал о сексе? – ты непонимающе посмотрел на меня.
- Ну, просто…

Ты засмеялся.

- Какой же ты у меня пошлый, да? – ты снова поцеловал меня, а я покраснел и предпочел ответить не на вопрос, а на поцелуй.
- О, я хотел у тебя спросить… - я чуть отстранился.
- Чего ты так странно улыбаешься?
- А тебе никогда не приходило в голову, что ветер и сигаретный дым похожи на любовников? – я взял тебя за руку и повел в гостиную.

Глава 35.

Утром Газ, как обычно, направился в любимое кафе, чтобы выпить чашку горячего кофе и посидеть у окна, наблюдая за снующими сюда-туда прохожими, легонько покачивая головой в такт веселенькой, бодренькой музычке. Его внимание привлекла девушка, сидящая в противоположном углу зала. Она тоже смотрела в окно и пила кофе, курила.

Молодая, навскидку, лет 25-27, не больше. Длинные пушистые волосы, цвета спелой вишни, фигура, отличная от идеала, но не полная, и милое-милое сосредоточенное лицо. Со вкусом одета. Она была очень красивая. На столе перед ней лежал раскрытый ноутбук, на панели которого покоилась пепельница. Девушка докурила сигарету и принялась что-то быстро печатать. На глаза то и дело падала густая челка, и она ее небрежно сдувала назад. Газ улыбнулся. Она забавная.

Он достал из сумки блокнот, вырвал из него листик, написал что-то на нем и подозвал официантку. Он попросил поменять девушке пепельницу с этой запиской. Официантка завистливо посмотрела на везучую посетительницу, вежливо улыбнулась Газу, взяла записку и пошла выполнять.

- Прошу. – официантка взяла с ноутбука пепельницу и поставила чистую, с запиской на стол.

Девушка машинально поблагодарила, переставила пепельницу на край ноутбука и достала сигарету. Она подкурила и продолжила что-то увлеченно печатать. После пары затяжек она струсила пепел и устало потерла глаза. Как-то вдруг перехотелось курить. Она ткнула недокуренную сигарету в пепельницу и опустила взгляд, чтобы проследить за тем, как от сигареты поднимается к потолку струйка дыма. Тогда она заметила кремовый листик, согнутый пополам. Перепугавшись, что там может быть что-то важное, она стала поспешно вынимать его из пепельницы.

«Приветствую, красавица! Не будете против, если я составлю Вам компанию этим солнечным утром?» - гласила черная надпись.

Девушка подняла голову и обвела взглядом зал. Все были чем-то заняты. Только три мужчины забились по темным уголкам и одна девушка задумчиво пила кофе, кивая в такт музыке. Девушка снова посмотрела на записку – аккуратный, витиеватый почерк… кому бы он мог принадлежать? Из тех одиноких людей – только девушке. Но, не станет же она… а та самая девушка, тем временем, повернулась и улыбнулась, глядя на шокированную Таико. Задумчивая любительница кофе оказалась мужчиной…

Газ внимательно смотрел на девушку, ожидая ответа. Наконец-то она улыбнулась и чуть склонила голову в знак согласия. Довольно улыбаясь, Газ поднялся из-за столика и, прихватив свой кофе, направился к девушке, которая в это время прятала ноутбук в синюю сумку.

- Еще раз, с добрым утром. – поздоровался он, садясь напротив девушки.
- С добрым. – улыбнулась она в ответ.
- Мое имя – Газ. – он протянул девушке руку.
- Таико. – она вложила свои пальчики в его ладонь. – Очень приятно.
- Взаимно. – Газ улыбнулся, легонько касаясь ее руки губами. Как же хорошо, что он решил сегодня не краситься. Девушка покраснела, на мгновение опуская взгляд. Газ заметил это и довольно улыбнулся. – Позвольте поинтересоваться, что такая привлекательная особа делает в столь неприметном заведении, да еще и в одиночестве?
- Пишу. – ответила она.
- Ну, это я заметил. – она снова засмущалась. - А что, если не секрет?
- Я фотограф. – мужчина вопросительно поднял брови. – Ну, я провожу разные тематические фотосессии и публикую их на своем персональном сайте, предварительно, сочинив коротенький рассказик, для полноты картину.
- Здорово! – лицо мужчины озарила улыбка. – А покажите? – с интересом попросил он.
- Хорошо. – она полезла за ноутбуком, включила слайд-шоу и повернула экраном к Газу. А сама закурила.

Она нервничала, когда кто-то смотрел ее работы. Особенно, такие красивые люди. Наверняка, он модель. Она бы с радостью поснимала его, если б храбрости хватило… Мужчина молча смотрел на экран, время от времени, правда, поглядывая на фотографа. Когда показ окончился, он еще несколько фотографий просмотрел отдельно, а потом передал Таико ее ноутбук. Она выжидающе пожирала его взглядом. Ну почему он молчит?! А Газ в то время отпил несколько глотков из кружечки, поставил ее обратно на стол и, наконец-то посмотрел на девушку. Он улыбнулся. Она вот-вот лопнет от нетерпения.

- Мне понравилось. – нарочито сухо сказал он. Пусть не зазнается.
- Аа… - разочарованно выдохнула она. – Спасибо.
- Знаете, я играю в группе… если остальные участники будут не против… Короче, можно Ваш номер?
- Вы что, хотите, чтобы я вас пофотографировала?
- Нет. Я хочу профессиональную фотосессию. – он улыбнулся.
- Но, я еще только учусь…
- А работы потрясающие. Не у каждого мастера в портфолио найдутся такие фотографии. – перебил ее Газ, а девушка снова покраснела.
- У меня, ведь, даже студии в этой стране еще нет…
- А Вы не из Японии?
- Нет, я приехала из другой страны.
- Хм. У Вас потрясающее знание языка.
- Благодарю…
- Так, Вы дадите мне свой номер?
- А как же?..
- Послушайте, я еще не сказал точно, будем ли мы сниматься. Может, лидер-сан забракует? Он у нас грозный. – он усмехнулся.
- Хорошо. Сейчас! – девушка вяла со стола записку Газа. – Вы не против?
- Нет-нет, конечно. – она записала номер и передала ее новому знакомому. – Спасибо. – он пробежался взглядом по номеру и спрятал его в кошелек. – А сейчас, прошу меня простить, но мне, кажется, пора. – он посмотрел на аккуратненькие серебряные часики с синей отделкой, свободно покоящиеся на тонком запястье.
- Ухты, какие! – восхитилась Таико.
- Нравятся?
- Очень!
- Спасибо. – он улыбнулся. – Друг подарил. – Газ поднялся из-за стола, положил на уголок стола деньги. – Было очень приятно познакомиться. До скорого.
- До свидания. – улыбнулась она, мужчина ушел.

Надо же, какой он красивый! Будет чудесно, если его лидер-сан согласится на фотосессию! Интересно, а на чем он играет? Стопудово, или на соло-гитаре или на барабанах! Все барабанщики очень красивые…

Таико в своих размышлениях просидела еще минут двадцать – в голову лезли идеи для возможной фотосессии, поэтому она решила переместиться в парк и там их занести в компьютер, чтобы, если вдруг Газ позвонит, она могла хоть что-то ему предложить. Проблема была только в одном – она не знала, в каком стиле они исполняют музыку.

- Но ничего. - решила она. - Напишу для разных. Если что, будут заготовки для других съемок. - Девушка вышла из кафе, день был, воистину, чудесный.
 
Форум - J-rock, Visual kei - J-rock группы - J-rock фанфики » Фанфикшн. Фанфики j-rock, j-pop » R (Restricted), NC (No Children) » Бывший лучший друг (NC-17 - Gackt, Mana [Malice Mizer, Gackt, Moi dix Mois, YFC])
Страница 1 из 212»
Поиск:

Хостинг от uCoz